Татьяна Роман
Жуткий секретарь для жениха

Глава первая

Это не вы меня похитили, а я сама сбежала!

Толстый, тощий и бледный мужички стоят надо мной уже с четверть часа и возбуждённо паникуют.

Потому что не стоило ввязываться в столь сомнительное мероприятие, как похищение очень злой дочери барона. Да о моём характере легенды уже лет пять как слагают!

– Вы что, столичные? – прервала бурную дискуссию обтекающей троицы.

– Ну та, а фо? – шепеляво и крайне враждебно уставился тощий. Это он меня возле шипастых кустиков поймал. За что и получил острыми и слегка ядовитыми отростками по всем доступным растению местам. А от меня скромный удар в челюсть.

Вообще, не понимаю как эти трое на дело собирались! О кустарниках, как и о моём характере известно всей округе! Их папулечка лично под моими окнами высаживал, дабы нескончаемый поток поклонников спровадить и начать наконец высыпаться.

Мода на любовные баллады потрепала нервы даже самому стойкому из нашей прислуги – конюху. Потому, удобрения этот грузный мужчина не только на растения выделил, но и на головы некогда, очарованных мною молодых людей.

Ведь раньше я была добра, весела и прекрасна. Переливчатый смех, искрящийся взгляд голубых глаз и идеально уложенные локоны в высокой причёске в купе с платьями по последней моде, сводили окружающих меня мужчин с ума.

А потом нашу глушь проезжал он и всё испортил.

От воспоминаний о жутком, несуразном женихе в мешковатой одежде и пугающей мамой, и без того плохое настроение пробило дно. И получать за это будут мои нерадивые похитители.

– Так и оставались бы в своей столице! А если уж решились нарываться в наших краях, то изучить территорию в целом и свою цель в частности – это вообще матчасть каждого успешного дела!

Высказалась и поймала на себе три пары ошеломлённых глаз. И это их не нравоучения одной приключенческие романы уважающей девицы так поразили. Оказывается, от переизбытка эмоций я забыла держать руки «связанными» за спиной и раскрыла свой маленький козырь раньше времени.

От досады почти сплюнула на землю, как это делает наш уважаемый садовник каждый раз при виде моих опасных кустиков в его утончённом саду.

Сделала невозмутимый вид, руки под грудью сложила и с ожиданием уставилась на закипающих мужиков. Очередных всё испортивших мужиков в моей жизни!

– Ты вообще кто? – стараясь держать себя в руках почти спокойно спросил бледный. Он в этой компании вообще самый спокойный и кажется, даже, главный.

– Фы фаапфе фто-о-о?! – взревев почти в один голос со своим товарищем тощий и получил подзатыльник от толстого.

– А вот изучили бы своё задание как нужно, таких глупых вопрос не задавали бы! – гордо подняв подбородок и выпятив грудь прошествовала к разведённому на небольшой поляне костру.

Все припасы и свои, и мои личные, эти остолопы растеряли во время самой абсурдной погони, от которой у одной похищенной неистово закипает всё внутри.

– Элиза Миладо, двадцать четыре года. Дочь барона Ниаля Миладо и баронессы Фаины Миладо. Помолвлена с …

– Произнесёте это имя и я разозлюсь по-настоящему! – решила предупредить до возникновения воистину страшного события и мужиков проняло. Бледный оратор даже рот закрыл, а тощий едва заметно вздрогнул. Во-о-от, наконец привычная реакция на одну скромную персону!

Грациозно приземлила свои пыльные штаны для верховой езды на поваленное бревно и печально уставилась на пляшущие языки пламени. За спиной угрюмо молчали. У кого-то заурчал желудок.

– Нужно на охоту выйти, – неуверенно озвучил очевидное бледный.

– А давайте её пошлём, – впервые с нашей эпичной погони подал голос толстый. – Она эти края так хорошо знает, что кроличью нору с закрытыми глазами найдёт! – передразнил писклявым голосом мои же слова.

Обидно, я им помочь пыталась от погони уйти, а мне вместо благодарности обвинения в спину прилетают. Ну подумаешь перепутала старый клён у развилки в город с молодым ведущим в болото. Вообще-то сейчас ночь! И мчались мы слишком быстро! Это моё первое похищение, можно сделать небольшую поблажку!

– Если бы кое-кто не решился сумничать, то мы бы уже через портал проходили! – не осталась в долгу та, кто изначально посчитал эту встречу счастливой и судьбоносной.

Я в своей жизни так сильно ошибалась лишь дважды: когда поддалась эмоциям и подписала договор на помолвку и сейчас, когда позволила себя украсть.

Этим вечером, когда отпившая из своего бокала с холодной водой и лимоном, маменька не ощутила привкуса снотворного, одна хитрая леди поняла, что план удастся. Папенька, как всегда, уснул в кабинете ещё после ужина, а прислуга разбрелась по своим домам. Даже кони в этот тёплый летний вечер ржали убаюкивающе для всех обитателей нашего дома.

Для всех кроме меня.

Я же, облачившись в костюм для побега, принялась доставать свои «сокровища» из комода.

Верёвка, крюк, сухой паёк, артефакт пространственного кармана, деньги на первое время и гениальная рукопись –всё что мне нужно для начала новой, свободной жизни без сверлящего взглядом жениха и его имеющей на всё собственное мнение, матери.

Как же я была счастлива спускаясь вдоль стены! Даже трясущиеся ноги и ослабевающие руки не омрачили это чувство приближающейся свободы. Но кое-кто разрушил его на корню. Уставилась на троих виновников сегодняшних бед.

Мамуленька поговаривала, что в нашем роду побывали ведьмы из параллельного мира, влияющие на души. Упоминался сей факт, преимущественно за ужином, когда пухленькая отцовская ладонь тянулась к залитому коньяком фужеру. Надеялась, что похитители-неудачники также, как и папуленька хрипло закашляются и схватятся за сердце, но толстый почесал свою, пусть будет, спину. Тощий чихнул, а бледный продолжил задумчиво оглядывать лесную темноту. Разочарованно вздохнула. Похоже, Эрдемовской магии во мне и капли нет.

А какой был план! Порталом добраться до столицы, где самое прекрасное в нашей империи место – книжное издательство открыло бы передо мной свои двустворчатые двери и выдало гонорар с пожизненным контрактом на мои, воистину, выдающиеся писательские творения! И уже после, прижимая заветную бумажку, я прогулялась бы к портальной арке и провернула бы невиданное! Шокирующее! Невероятное для всех преследователей!

Вернулась бы на родной юг и сбежала под крылья горгулов! Где ни один тёмный, ни одна свекровь и даже папуленька со своим договором никогда бы меня не достали! У этой нечисти против воли никогда и никого забрать невозможно! Это даже великим наследникам не удалось!

Картина, нарисованная воображением, сидящей у прекрасного водопада меня, творящей очередной шедевр, с хрустом разлетелся перед глазами. Даже подлетевший горгулёнок с плетёнкой свежеиспечённых булочек вместо рычащего приветствия, выдал звук разбитых надежд и:

– Эй, серость, давай-ка нормально диалог строить! – предстала бледность своей серьёзной персоной. Сел передо мной на корточки чтобы оказаться своим длинным лицом на одном уровне с моим. Короткостриженая голова сверкнула в свете луны. – Ты реально здесь, – обвёл пальцем окружающее нас лесное пространство, – ориентируешься или сказала так чтобы сбежать?

Открыла рот чтобы высказать очередную, привычную мне, грубость, но живот снова заурчал. На этот раз мой. Густо покраснела, чем вызвала смешок бледного мужика.

– Короче, надо жрать и бежать. Где здесь водоёмы поблизости знаешь?

– Знаю, – приблизительно помню какую-то речушку за болотистой местностью, где мы сейчас и находимся. – Надо идти от болот на северо-…

– Э, не, серость, ты поведёшь. – оборвал мои объяснения и надежды на светлое будущее и быстро встал.

– Камиль, вы идёте на рыбалку.

На эти слова реакция оказалась странной. Тощий со скепсисом взглянул на бледного, перевёл взгляд на толстого. А тот как сидел, привалившись спиной к дереву, так и продолжил сидеть, глядя в темноту.

– Камиль, ты…

– Бельн, мне ещё за поездочку не заплатили чтобы я в новое сомнительное приключение ввязывался, – даже не шелохнувшись отозвался толстый, густобровый и рыжий.

Ой, да что он заладил! Я тут самая пострадавшая за эту ночь личность!

Меня, счастливую, окрылённую в кустах схватили, по роже тощей получили, но всё равно дотащили до единственной запряжённой лошадки в нашем стойле. Моей дорогой и любимой Марте! Через неё перекинули и помчались к ожидающей нас на конях компании бледного и толстого.

Я так удивилась что забыла даже пискнуть, не говоря уже о криках о помощи. А они этого очень ждали! У тощего даже рука чесалась налепить на мой рот амулет молчания. Гадкая штука, оставляет после себя клейкую субстанцию на губах и стойкое чувство унижения.

Так что я молчала, а они не выдержали.

– Ты не ори, – прозвучало неуверенно со стороны бледного. – тогда до столицы доберёмся без приключений и потерь. Ясно?

Чуть не свалилась с лошадки. Столица! Меня на моей же лошади, следуя моему же плану, доставят до столицы! После чего две милые на первый взгляд, но крайне коварные девушки сбегут от похитителей и переедут к горгулам! Чтобы скакать по пляжу вдоль моря и любоваться огромными, мощными как сама стихия ветра, чудовищами.

Понятное дело, что у троицы были иные планы на мою нескромную персону, но кого это волнует?! Я прочитала слишком много приключенческих романов чтобы не знать – выбраться можно из любой передряги, главное быть уверенной, наглой и готовой!

В момент, когда посреди леса увидела магические огни, я ещё была уверенной. А потому провозгласила «шухер!» своим похитителям, чем вызвала шок и необходимое внимание.

Когда мы на всей лошадиной скорости мчались под деревьями, а безмолвные преследователи настигали, я уже была наглой. И объявила в своих исключительных способностях ориентации в пространстве, и обширным опытом прогулок в родной местности простым:

– Резко вправо! Ты что потерялся что ли? Это лево! Поворачивай обратно!

И меня почему-то послушались.

Так мы и оказались в болотах, вернее наши лошади со снедью и драгоценной рукописью талантливой писательницы. Лошадей троица вытащила, но сбежали, унося связанную и не готовую к подобному повороту событий меня, бросив верную Марту. Ржание любимой кобылы я слышу до сих пор.

Шмыгнула носом ощущая за спиной сопение недовольного бледного. Главный в компании сильно хотел спихнуть ночной променад с моей скромной персоной на кого-то другого. Но с толстым не сошёлся в цене, а с тощим не рискнул.

И вот мы идём. Через кочки переступаем, веточками под давящее недовольство друг другом хрустим. Параллельно пытаюсь припомнить: это речушка справа или подозрительная берлога, на которую мы со служанкой однажды наткнулись.

Одним тёплым весенним днём вышли из повозки раньше и направились на поиски прекрасных первых цветов – бабочек. Двойные лепестки которых распускались с первыми лучами солнца и закрывались, стоило тени попасть на белоснежные лепестки. От того и возникало ощущение что посреди грязи и редких сугробов, наслаждаются приближением лета маленькие, прекрасные бабочки. Но что-то пошло не так и Кассандра отстала, оставив меня одну. Так я и набрела на жуткую берлогу со странными звуками внутри. Рычание, мычание и хруст – не самое приятное воспоминание тех времён. Особенно моё трусливое отступление с неприлично задранной для лучшей манёвренности юбкой.

И вот сейчас, уверенная что именно за этим высоким ягодным кустиком именно речка, я смело сделала шаг чтобы быть грубо отдёрнутой за шиворот обратно. Веточки потревоженного кустарника печально хрустнули, вызвав неподобающие, в присутствии леди, высказывания моего провожатого.

– Ты куда меня привела, дурная?! – шёпотом взревел нервный мужик и прижал меня к земле своим телом за секунду до того, как лес огласил страшный рык.

Кажется, я немножко ошиблась.

– Ползи назад, – прошептал в мою макушку напряжённый похититель и я послушалась.

Двигались медленно и почти бесшумно. На удивление, ловко провожатому удавалось отыскать наименее хрустящие и скрипучие тропки. А потому, когда грязные и уставшие, выползли к речушке за нами никто не следовал и страшно не рычал.

– Ну вот и речка! – отряхивая папину старую рубашку, которую нашла на чердаке ещё в прошлом году, гордо провозгласила в лицо злющему бледному.

– Если бы не статус человека, которому мы тебя везём, в ней бы и утопил! – прошипел в моё заинтересованное лицо и побрёл к воде.

– Какой статус? – не на шутку заинтересовалась. От одного статусного индивида я сегодня уже сбежала. Интересно от какого ещё предстоит.

– А вот доставим тебя в столицу и узнаешь. – как-то не хорошо усмехнулся сидящий на корточках у журчащей водички бледный и нога сама собой приподнялась, описав дугу.

Звонкое «плюх» ледяной реки и забористые ругательства мокрого похитителя немного сгладили образовавшееся между нам напряжение. Даже на душе легче стало.

Отошла подальше. А то уж очень грозно и почему-то неотрывно глядя на мою тонкую шею выбирается, стуча зубами бледный похититель.

– А вы рыбачить собираетесь или кроликов каких искать? Я просто рыбку без соуса не люблю. У неё вкус противный. – решилась сменить тему, пока разъярённо сверлящий взглядом мужчина выливает из своих высоких сапог воду. Промолчал.

Присела на немного прохладный камень, по привычке огладила ткань на ногах, но заметив поднявшийся столб пыли поморщилась. Ни в одной приключенческой книге, которыми я взахлёб увлекалась, никогда не описывались подобные последствия ночных вылазок.

Любовь, эмоции, опасность и приятные встречи – да. Разъярённые мужчины, грязная одежда, холод и голод – нет.

Снова вздохнула и подняла взгляд на стоящего прямо передо мной бледного, когда он уже открыл рот чтобы что-то сказать. Но на весь лес раздался истошный крик.

– Это Камиль, – шёпотом уведомил, схватив меня, подскочившую от испуга, за руки. Стоим друг перед другом, крепко держась за руки и вглядываемся в темноту, из которой донёсся ещё один пронзительный вопль. – Это Жак. Нужно проверить что случилось.

Кивнула, но руки освобождать не стала, как и мой товарищ по несчастью. Так и пошли. Медленно, забыв что направлялись за провиантом и водой, следуя по своим же следам, которые бледный почему-то видел, в отличие от меня.

Когда свет от полянки резко появился перед прижатыми друг к другу нами, я даже забыла что мужик мокрый, холодный и вообще мне немножечко враг.

Повинуясь его жесту, пригнулась. Так и добрели до кустиков, в которые рухнули разглядев происходящее.

Никогда в наших захолустных краях, даже в разгар магической практики не встречалось столько одарённых! А здесь одних тёмных пятеро! Чернокнижников, восседающих на чёрных ящерах трое и стихийники из степных с красными глазищами!

– Вы что бандиты какие-то? – с подозрением уточнила у своего похитителя.

– Это не за нами, – задумчивый взгляд на меня и усмешка, – и я с огромным удовольствием тебя им отдам. За возможность посмотреть даже свою долю заплачу.

А маги, связавшие оставшуюся часть нашей банды, что-то негромко обсуждали. Накинутые капюшоны форменный балахонов, статные фигуры и порыкивающая подчинённая нечисть у самой кромки леса.

– Леди, земля холодная, встаньте пожалуйста. – раздалось над нашими головами и меня аккуратно приподняло тёплым воздухом.

Каждый из присутствующих магов обернулись на шелест, а вот бледному подняться не позволили. Кажется, даже наоборот придавили посильнее, ибо хрипит бедолага и в землю лицом уткнулся явно не по своей воле.

– Добрый вечер, господа! – решила сделать вид что ничего странного не происходит. Может маги просто мимо проходили и подозрительных личностей по пути допросить удумали. – А мы с провожатыми попали в болота и …

Один из тёмных снял капюшон.

Стоял этот высокий мужчина шагах в пяти от нашего кустика. У самого огня и что-то обьяснял остальным, но стоило мне явиться из зарослей, как повернулся всем телом. Словно почувствовал.

Внимательные чёрные глаза пробежались от моих, обработанных специальным составом, серых волос. По изменённому макияжем лицу, вдоль старой, грязной одежды с чужого плеча и остановились на единственном элементе женского гардероба – коричневых кожаных ботиночках, заговорённых на тепло, мягкость и долговечность.

Не смогла я в нашем доме найти хоть одну дешёвую пару обуви. Даже служанки получают достаточно чтобы обеспечить себя качественной одеждой. Впервые за всю жизнь так расстроилась из-за плодородности родных земель и деловой хваткой папеньки.

А красивое лицо черноволосого мужчины озарила счастливая и странно предвкушающая улыбка, когда он вернул взгляд на моё лицо.

– Я подозревал что моя леди провернёт нечто подобное, – широкой ладонью провёл по своих отблёскивающим алым в свете огня волосам, – потому отправился за ней на сутки раньше оговоренного.

– Невероятно проницательно с Вашей стороны, уважаемый. Но позвольте уточнить, при чём здесь наша скромная компания? – держу лицо и сильно стараюсь не любоваться утончёнными линиями подбородка, аккуратным носом и лисьим разрезом глаз этого абсолютно точно, будущего героя моего нового романа! Вот как к горгулам попаду, сразу начну писать!

– Элли, а Вы жестоки. – сказал и меня осенило! А потом унесло как ветер в противоположную поляне сторону! Сама не поняла как побежала, сбив опешившего стихийника, запинаясь о ветки, корни деревьев и почти падая в каждую ямку на пути!

Словно вернулась во времена наших вынужденных совместных трапез. Чёрные глаза напротив моих голубых за обеденным столом в большой гостиной отчего дома. Меня посадили напротив жениха в самом центре длинного стола. Пока наши матушки щебетали о предстоящем торжестве по обе стороны от жующего запечённую курицу, папеньки.

Зачёсанные назад чёрные волосы, блестящие от обилия воска. Большие очки, сделавшие глаза будущего супруга маленькими и невзрачными. Но главное – пугающая, не живая улыбка, которая появлялась только при взгляде на меня.

Чёрный балахон, скрывающий фигуру, и внимательное ожидание любых моих действий и слов. Каждую секунду ощущала себя если не забавной зверушкой, то ходящим экспериментом этого талантливого артефактора.

Двоюродный брат императора. Герцог Данкель. Обладатель самых обширных земель на территории тёмных, величайший экспериментатор и один из умнейших людей нашего мира сделал мне предложение пять лет назад, уничтожив мою жизнь.

Его неугомонная матушка навещала нас каждый раз когда покидала столицу. Не важно, лежал путь этого страшного существа на Север или Запад, но оно обязательно объявлялось на пороге нашего дома с очередной «гениальной» идеей для церемонии.

Крики, визги, требования и претензия не прекращались ни на секунду, не умолкали и придирки в мою сторону. Слишком бледная, слишком плохая кожа, слишком низкая и слишком тощая. А характер! О, мой характер мог посоперничать разве что с самой будущей свекровью.

Да я делала всё, лишь бы сторона жениха разорвала брачный договор! Мои золотые волосы стали блёклыми и серыми, блестящая здоровьем кожа испортилась собственными же стараниями. А тощую фигуру приходилось поддерживать голоданием. Несложно после всего проделанного заиметь скверный характер!

Но это не работало! Проняло только всех поклонников, которые отбивали порог нашего дома с первого дня моего дебюта, но не жуткого и молчаливого герцога!

Каждый раз в наши встречи он не сводил с моего лица своего пронзительного взгляда и уходя повторял, целуя тыльную сторону ладони: «Безмерно ожидаю нашей свадьбы, моя леди».

И вот он, день, когда свадебное платье было доставлено под восхищённые охи и ахи родных, отчего-то тихие причитание явившейся будущей свекрови. Единственный день когда невесту наконец оставляют одну что бы выспаться перед сложной и длительной церемонией, я сбежала.

А он приехал! И опять всё испортил!

В очередной раз спотыкаюсь, но не успеваю подставить ногу, лечу лицом в землю.

– Моя прыткая невеста, вам стоит быть осторожней. – сильная рука подхватывает поперёк туловища и легко ставит на ноги. Ещё бы, я за эти пять лет килограмм десять сбросила! Диетами себя изводила! А он на сутки раньше приехал! Чтоб его любимый балахон харги пожрали!

– Как поживает Ваша маменька? – спрашиваю, как ни в чём небывало. Талию мою исхудавшую никто отпускать не спешил, а потому тактично ёрзаю в надежде на герцогское воспитание.

Зря.

– О, чудненько, прекрасная Элли! Сегодня матушка явилась с поразительными вестями! Сказала что моя замечательная невеста наконец приняла свою судьбу и успокоилась, безропотно позволив столичным швеям сделать всё ими задуманное.

Харги! Кривые, бешенные харги!

Так вот как он понял что я задумала! Мы же со свекровью даже за оттенок ленточек на свадебных туфлях до хрипоты спорили! А я сегодня такой сосредоточенной на плане побега была, что финальную примерку не помню совершенно! Даже впервые за все эти годы действительно кусок в горло не лез.

– А давайте вы со своими друзьями у костра до тысячи досчитаете, а мы с моими дальше побежим? Если поймаете во второй раз, то будет засчитано? – с надеждой предложила прекрасный вариант выхода из сложившейся ситуации. А то нечестно получается, мужик о побеге знал когда я его ещё реализовывать не начала.

– А давайте мы сыграем свадьбу прямо сейчас и отправимся порталом в мой замок? – сказал нечто абсурдное этот тёмный маг и позволил моим ногам наконец коснуться земли, отпустив мою хрупкую персону. – А теперь позвольте узнать, моя непредсказуемая леди, каким образом вы связались с наёмниками и почему один беззубый так воодушевлённо уговаривал второго тихонько прикопать вас где-то неподалёку?

– А давайте вы со своими друзьями у костра до тысячи досчитаете, одного чернокнижника мне выделите, и мы с ним с моими друзьями пообщаемся? – недолго думая изменила первоначальный план.

– У меня сильный дар. – намекнул тёмный.

– У меня слабое терпение. – парировала я.

– Предлагаю вернуться к костру и продолжить разговор за поздним ужином. – нашёлся герцог, на что мой желудок громко согласился, перебив свою хозяйку.

Пока шли до лагеря двух дружных компаний, пыталась понять как один человек может так сильно отличаться от себя самого. Где тот подозрительный тип с несуразной причёской, огромными очками и скрывающей фигуру одежде? Почему сейчас рядом со мной уверенный в себе, привлекательный мужчина с прямым взглядом чёрных глаз?

Только увидев свет среди деревьев поняла что ни разу не споткнулась, хотя даже не смотрю под ноги. Опустила взгляд. Прямая и ровная дорожка из тьмы расстилается под моими ногами слегка корректируя путь на особенно высоко торчащих корнях.

На небольшой полянке уже разгорался костёр, стихийники смастерили добротный длинный стол со скамьями из поваленных деревьев, а моих неудавшихся похитителей привязали к дереву, заточив в магическую клетку.

– Позвольте, моя леди. – галантно указав ладонью на незамеченный ранее небольшой столик на двоих. Кушать хотелось, а потому пошла. Бежать всё равно пока не получится. Придётся договориться.

Села за стол, перед нами поставили блюда в деревянных тарелках. Мясо, овощи жаренные на костре и лесные ягоды. И когда всё успели собрать и пожарить? Ах да, маги.

Чернокнижники способны управлять нечистью и обычными животными, так что дичь, сама весело прискакала к костру. Стихийники огнём и неумолимым энтузиазмом завершили кулинарное дело. А тёмные – это тёмные. Использовать магию смерти, забрав жизнь одним желанием из любого живого существа для них не проблема.

На то чтобы утолить первый голод и не подавиться от взгляда толстого, тощего и бледного потребовалось достаточно времени, чтобы одарённое сопровождение моего жениха успело заскучать.

Они несколько раз подходили к герцогу и что-то спрашивали. Проверяли своих скакунов: как монструозных, так и копытных, но слишком мощных и больших в сравнении с моей Мартой.

Вспомнила о любимой подруге и огляделась. Верная кобыла стоит рядом с чёрным ящером и строит ему глазки! Удивлённая нечисть растеряно перебирает сильными, когтистыми лапами и отходит в сторону, боясь повернуться к очаровательной лошадке спиной.

Папенька каких только быков для этой белой мадам не приводил, каждый был не по нраву! Каждый получал по рогатой башке! И вот, что я вижу. Медленно двигается, бёдрами покачивает, глазками своими карими хлопает, длинными ресницами ураган устраивает, ящера к хозяину оттесняет.

А чешуйчатый и в правду бочком, но пытается к одному из чернокнижников подобраться, за спину его прячется и голову в длинную шею вжимает.

– Элли, вы готовы к диалогу? – решил прервать молчание и моё созерцание растерянного шипастого раванга, в момент, когда он под плащ своего хозяина полез.

– О, Ваша Светлость, я вся внимание. – озвучила искреннее.

Марта обошла цель с другой стороны и пока мужчина пытался достать голову огромной ящерицы, которая умудрилась длинной шеей обернуться вокруг ног. Мудрая женщина настигала своего избранника сзади, отрезая тому путь к отступлению.

– Возможно, у вас есть веская причина для побега с собственной свадьбы? Предсвадебный мандраж? Или юношеский бойкот? Вас одолевают сомнения?

– Сомнения? О нет, Ваша Светлость! Тут уверенность можно ложками черпать. – заворожено наблюдаю как взбешённый чернокнижник под тихие смешки своих товарищей, достаёт питомца за наросты на голове и не глядя, отталкивает назад. Прямо к загребущие копыта моей проворной Марты.

А лошадка оказалась воистину проворной. Не успела преданная чешуйчатая голова отлететь на достаточное расстояние от своего хозяина, как получила копытами промеж глаз и отключилась.

– То есть, вы сбежали не под воздействием необдуманных или эмоциональных решений?

– Исключительно холодный расчёт. – с восхищением выдохнула, глядя как здоровые зубы, лечение которых недавно оплатил папенька, цепко вцепились за наросты на «холке» опасной нечисти и моя верная лошадка тащит свою ношу в лесную тьму.

– Но Элли, тогда я искренне не понимаю причины Вашего поступка. – отвернулась от своей животинки встретившись взглядом с визави.

Чёрные глаза напротив действительно горели непониманием. Если бы он вот такой, без странной улыбки и своей мамы пришёл на порог нашего дома с цветами и предложением, сердце бы дрогнуло. И есть очень малый, но шанс, что всё было бы иначе. Всё же, как не прискорбно это признавать, но я женщина. Некогда влюблённая в героя своей родины.

А разве могло быть иначе? В моих руках оказалась невероятная, редкая книга о приключениях наследников. Где в одной из глав, этот самый герцог, сыграл немалую роль в войне против бывшего короля наших южных земель.

Его передовые технологии в области подавления проклятий позволили существенно снизить ущерб от предавшего свой народ правителя. Мои родители чудом пережившие те страшные времена, до сих пор хранят в малой гостиной конверт с письмом от наследника из рода Ривьера. С приказом вернуться на свои земли и в случае необходимости, вызвать одарённых для восстановления природных ресурсов.

И вот сейчас, сидя перед тем, кого считаю героем, глубоко уважаю и некогда, безропотно согласилась на брак, собираюсь признаться что дело даже не в будущей свекрови, его внешнем виде, а в моей голове. Да и в целом, я так подумала, и немножко не готова к чему-то столь серьёзному как семейная жизнь.

Романы сами себя не напишут, горгулята без моей поддержки на крыло не встанут и Марта …

Вернула взгляд на кусты, из которых доносилось довольное ржание и с неудовольствием осознала, что планы придётся корректировать. Ибо у этой дамы всё складывается как никогда отлично. Так что самое время на сытый желудок придумать как выкрасть опасную нечисть с тремя рядами клыков и острыми наростами с мою руку.

– Ваша Светлость, – задумчиво провела кончиком указательного пальца по краю белоснежной салфетки, – а эти одарённые, они из ваших приближённых? – Поймала недоумённый взгляд и уточнила: – В поездке до столицы сопровождать нас будут?

Тёмные глаза отчего-то сощурились и недобро взглянули на своих товарищей. Те опасность ощутили и мигом повернулись к своему главному, напряжённо застыв.

– Моя загадочная леди, а вас кто-то конкретный интересует или весь отряд? – рассматривая внимательно каждого из одарённых, уточнил мужчина.

– Во-о-он тот, у которого плащ задрался, – указала подбородком на того, кто после возни со своим ящером не успел оправить уголок верхней одежды. У мужика даже капюшон остолбенел, а его товарищи, наоборот, разом расслабилось. Но сделало это сочувственно.

– И что же именно Вас так заинтересовало в этом чернокнижнике? – странно дёргая указательным пальцем правой руки, с натянутой улыбкой уточнил тёмный.

– Его чешуйчатый дружок. – призналась покраснев. Сильно переживаю что подставила Марту признанием. Вдруг обнаружив издевательства над собственной животинкой, возлюбленных разлучат?!

А тёмный глаза выпучил и требовательно уставился на снявшего капюшон мага, который судорожно поправлял каждую складочку на своём плаще.

Побледневшее лицо, большие глаза и потрёпанные светлые волосы сделали из молодого мужчины нашкодившего мальчишку. Только в чём именно он нашкодил я так и не поняла.

– Я вот даже теряюсь как спросить… – глухо проговорил герцог, а волосы на его голове медленно зашевелились, словно от ветра. Чудесно, я довела тёмного мага.

– Да что тут спрашивать! – вздохнула и призналась, глядя уже в свой опустевший стакан, – Моя Марта полюбила! Впервые в жизни! И теперь, у нас с этим молодым человеком, – указала ладонью на почему-то дрожащего уже на земле и с ужасом взирающего на меня, чернокнижника, – связаны навсегда!

Ну или пока ей не надоест. Но озвучивать это не стала. Вдруг мою верную и добрую кобылу посчитают легкомысленной!

– Элли, – странно протянул Его Светлость, глаза уже заполнила тьма, поглотив белки. Волосы плясали как от бури, позабыв что следует смирно лежать красивыми чуть вьющимися локонами, – какая Марта и почему он?! Когда вы успели познакомиться?! – Последнюю фразу мужчина прорычал, а за моей спиной раздался жалобный писк.

– Да не знакомы мы! Марта, моя лошадка! Из особого вида степных! Ни одного быка к себе не подпускала! Всю молодость со мной провела, папенька переживал что степные быки для нашей привереды нужны, а они сами знаете … – вспомнила пугающий огромный скот с клыками вместо зубов и то количество свежего мяса, которым их необходимо кормить, поёжилась. – жуткие. Она на ящера глаз положила, и я хочу, чтобы подруга была счастлива!

Встала из-за стола чтобы встретиться взглядом с о-о-очень большими глазами напротив. Растерянными, быстро моргающими. Даже волосы, хаотично двигающиеся до этого самого момента, застыли.

– Так Марта … а чешуйчатый … Элли, вы …

– ЗАБИРАЙТЕ ЕГО!!! Я РАЗОРВУ ПРИВЯЗКУ, ОТДАМ АМУЛЕТ ПОДЧИНЕНИЯ, ПОЛЬКО ЗАБЕРИ-И-ИТЕ!! – взвыли за моей спиной.

Обернулась чтобы увидеть, как молодой чернокнижник, над чьим ездовым ящером надругалась моя влюблённая лошадка, до сих пор сидит на остывшей земле. А одарённые товарищи пытаются помочь ему подняться, гладят по спине и что-то тихо и очень утешительно объясняют. Один даже как-то обвинительно на наш столик поглядывает, переводя взгляд с меня на герцога и обратно.

И когда капюшоны посбрасывать успели?

– Но чернокнижники ведь привязаны к своим … – начала я излагать всем известную истину, раз уж молодой маг неожиданно плохо знает мат часть собственной конфессии.

Ведь даже детям известно, что одарённые стихией созидательно-разрушительного тумана, безмерно любят своих подопечных. Будь то изменённая крыса или целый низший дракон, дорожат они каждым!

Ведь идти за магом или нет, решает только нечисть. Это одно из первых и самых важных для развития их силы и мозга решений! После, они уже начинают понимать речь, эмоции, правила жизни своего мага, а значит и других людей.

С добровольного подчинения чернокнижнику начинается разумная жизнь нечисти! И привязанность этих двоих может разрушить только сама магия – переход нечисти к ведьме параллельного мира в качестве фамильяра.

– А ОН НЕ МО-О-ОЙ!! Я ОТЛОВИЛ РАВАНГА НА ГРАНИЦЕ КЛАНА СОГАФИЛ ЧТОБЫ СЮДА ДОБРАТЬСЯ! ЗАБЕРИ-И-ИТЕ ПОЖАЛУЙСТА-А-А!!!

И так мне обидно за чешуйчатого стало. Это он не по своей воле привезённый, подчинённый и использованный резко стал не нужен как цели достигли? И как эта бедная нечисть себя ощущать должна после всего?!

– У Вас очень интересное выражение лица. – раздалось уже спокойное со стороны герцога.

– И какое же? – пытаясь успокоиться, но всё равно прищурившись от негодования продолжаю смотреть на дрожащего чернокнижника.

– Садистки-аналитическое. – подобрал странную формулировку моей задумчивости тёмный маг.

– Это не честно! Ящерка ни в чём не виновата, а её так гнусно использовали, ещё и бросить после всего собираются! – поднялась со стула и даже ножкой топнула от возмущения.

Со стороны моих похитителей донеслось подозрительно-ехидное мычание. Выглянув из-за плеча герцога увидела, что рты их пакостной гадостью, которую они собирались нацепить на меня в самом начале нашего приключения – амулетом молчания.

– И что Вы предлагаете, Элли?

– Пусть добьется настоящую привязку от этого ящера! – прокашлявшись, и уверенно переводя взгляд то на полуобморочного чернокнижника, который висел на своих товарищах, то на довольного двоюродного брата императора.

– Вы осознаете, что в сложившихся обстоятельствах это практически нереально? – уточнил он. Уверенно кивнула.

– Отлично! – воодушевлённо провозгласил герцог и хлопнул в ладоши. От этого жеста держащие на руках уже молчащего чернокнижника вздрогнули и случайно отпустили безвольное тело.

– Ваша… светлость… – шептал юный светловолосый маг, но тёмного не проняло.

– Роджер, с этого дня ты уволен со службы и возвращаешься на попечение своего наставника до тех пор, пока не подчинишь этого ящера, – широкий жест на кустики, из которых прицокивая подковами грациозно выбралась моя Марта.

Получив такое количество внимания, не устыдилась, а наоборот выше подняла подбородок и громко фыркнув ушла жевать траву.

Тёмный повернулся в мою сторону. Роджер повернулся в мою сторону. Да все, даже стоявшие в ошейниках ездовые ящеры и связанные похитители повернулись в мою сторону. Повторила жест своей кобылы. В смысле подбородок подняла, морду уверенной сделала, но голос всё равно прозвучал жалко и тихо:

– Он во-о-он там, в кустиках… кончик хвоста под веточкой торчит.

Взгляды переместились на кустик, под которым действительно торчал, сливаясь с тёмными корнями деревьев, кончик чешуйчатого хвоста.

– Её кобыла прибила нечисть, – прошептал один из капюшонов, продолжая взирать на неподвижную конечность.

– Не побила, а залюбила. – поправил его товарищ и взгляды присутствующих переместились уже на Марту. А она что? Она лошадь. Счастливая такая лошадь.

– Ваша Светлость, мой наставник покинул миры ещё в прошлом году, – с надеждой глядя на герцога отозвался чернокнижник.

– Найди нового и желательно лучшего. – отмахнулся тёмный и вернул всё внимание мне. – Моя леди, до тех пор, пока Роджер проходит повторное обучение, присматривать за ящером будет Ваер.

Из толпы молчаливых магов в нашу сторону вышел один из тех, кто юного одарённого утешал, поддерживал и даже по спинке похлопывал.

Ваер со свойственными магом этой конфессии, светлыми волосами буравил меня недовольным взглядом изумрудных глаз. За друга обидно или лишняя животинка не нужна?

– Кайн, ты уверен? – спросил тихо, поражая фамильярностью к двоюродному брату императора.

– Абсолютно. Моя невеста права и ящерке, кхм, досталось. Так что бедное животное требует особого обращения и дать его можешь только ты.

– «Бедное животное» выживает в магическом тумане сражаясь за собственную жизнь с первых секунд, пожирая родителей, братьев и сестёр. Я уже не говорю, что даже после привязки эти существа не способны испытывать эмпатию, – замолк обратив наконец внимание на суровый взгляд своего господина. – Приму за честь присматривать за возлюбленным вашей кобылы, леди Миладо. – последние слова адресованные мне прозвучали как-то издевательски.

– Вот и отлично! А теперь отправляемся в столицу, показываемся высшему свету, здороваемся с братцем и на свадебку в родовой замок! – взмахом руки убрал все следы нашего пребывания на поляне герцог.

Тьма поглотила столовые приборы, сам стол со стульями и даже траве вернул первоначальный вид. Костёр так же пропал, от чего на мгновение на небольшую поляну, обрушилась ночная темнота. Но не прошло и секунды, как перед каждым из присутствующих загорелось по световому пульсару.

– Но Ваша Светлость, я не … – хотелось сказать, что замуж не собираюсь, но передумала. В любой момент из столицы можно сбежать, нырнув в первую попавшуюся арку портала. А их там более сотни. – Не взяла достаточное количество вещей для посещения столицы в качестве Вашей спутницы. – Выкрутилась и обвела рукой скромное одеяние.

– Если это все проблемы, то это не проблемы. На месте разберёмся. – уже начал отдавать приказы тёмный, забыв о моей скромной персоне.

А я готовила план «Б», если план «А» – сбежать по тихой с Мартой и равангом не получится.

Подкралась к связанным и оставленным возле страшных ездовых, и точно правильно привязанных к чернокнижникам, ящерам. Умные глаза с вытянутым зрачком следили за каждым движением, от чего создалось впечатление что и за языком при этих внимательных созданиях следуют следить.

Что странно, никакой агрессии нечисть не проявила. Более того, один из чёрных шипастых монстров даже поддержал запнувшуюся меня, не дав упасть.

Поблагодарила, внутренне содрогаясь от ужаса. Поддержали меня головой, скрывающей такое количество клыков, которое ни один адекватный человек знать не хочет. А чернокнижники знают.

Стоило приблизиться к магической клетке, как бледный нахмурился, толстый даже не моргнул, а тощий скривился. Над сплочённостью в нашей команде ещё нужно поработать.

Остановилась в шаге от бледного, делая вид что рассматриваю темноту леса перед собой. Показалось или чешуйчатые принялись шипеть чуть тише?

– У вас есть надёжное укрытие в столице? – почти прошептала, но судя по лёгкой напряжённости главного была услышана. Он не подтвердил, но мои знания в допросах, полученные из приключенческих книг, подсказали что ответ положительный. – Если я договорюсь о вашем освобождении, – метнула взгляд на цепи чернокнижников, обвивающие тела похитителей, – то вы поможете мне скрыться в столице на сутки. Подумайте и дайте знак если согласны.

За сутки одна уверенная в себе и невероятно ориентирующаяся в пространстве девушка, быстро разберётся со столичным издательством даже без рукописи. Да когда они услышать о моей истории, мы заключим обоюдовыгодный контракт! Это же будущий шедевр! Останется только написать его заново, по памяти, с нуля. И с новым главным героем, чего уж тут скрывать.

Медленно побрела к уже готовым двигаться дальше магам. Порталом в наших местах пользоваться всё ещё опасно.

Проклятия бывшего короля, не желавшего отдавать свои территории завоевателю, источили нити мира. Поэтому любая попытка выстроить пространственный переход может обернуться неожиданным результатом.

Например, три года назад, один одарённый практикант, чьё сердце разбилось у шипастых кустов под моими окнами, не дождался своего экипажа, воспользовавшись артефактом. До сих пор найти не можем.

Подошла к своей довольной жизнью Марте, отстранённо наблюдавшей как из кустов трое одарённых вытаскивают бессознательное шипастое тело.

– Не стоило мне читать рукопись вслух. – тихо сделала вывод, глядя как нервно подёргивается хвост одного из опаснейших чудовищ нашего мира. Моя лошадка невинно хлопала своими длинными ресницами метая взгляд карих глаз на жертву своих любовных поползновений.

Ежевечерние прогулки верхом по прилегающей к дому территории – то немногое что позволяло мне не думать о приближении дня свадьбы. К ним же относился и роман, который я и зачитывала, сидя верхом на спокойно бредущей куда глаза глядят, Марте.

Возможно, делать это стоило в человеческом кругу. Но подругами за всю жизнь обзавестись мне так и не удалось. Сначала из-за внешности: золотые, густые и вьющиеся волосы вокруг кукольного личика. Голубые как ясное небо глаза, обрамлённые длинными ресницами, и тонкая талия, разделяющая округлые формы сверху и снизу.

А после и от зависти: помолвка с самым завидным женихом империи, после самого императора! Я должна была прыгать от счастья, но вместо этого уродовала, изводила диетами и пугала окружающих дрянным характером.

Оттого Марта являлась единственным слушателем эксклюзивной рукописи талантливого начинающего писателя. Откровенной рукописи, научившей лошадку слишком многому.

– Моя леди, позвольте предложить Вам более комфортабельное средство передвижения. – раздалось сзади и я подпрыгнула чуть не завизжав. Слишком глубоко ушла в воспоминания позабыв, где и с кем нахожусь.

– Благодарю, но я прекрасно держусь верхом, и люблю конные прогулки.

– Вы сможете поспать. – внёс контраргумент тёмный, и я согласилась раньше, чем сообразила на что.

Слышала, что эксперименты он проводит на своём окружении. Вынуждает использовать собственные изобретения, записывать любые реакции, и дорабатывает, доводя всё до идеала.

С ужасом вспомнила о чём щебетала свекровь на последней примерке свадебного платья и прижалась к тёплому боку Марты не в силах стоять прямо.

Сотканное из тьмы чудовище на четырёх колёсах с рёвом выкатилось перед разошедшимися в благоговейном страхе магами. Сильные, и одарённые мужчины испугались, а мне зайти туда нужно?!

Судя по приглашающему жесту одного герцога, таки да, таки нужно.

Глава вторая

Не бесите меня

Алое бархатное нутро огромного страшилищи, гордо именуемое герцогом «машина» приняло меня в свои тёплые объятья. Не без помощи своего создателя, конечно. Ибо забираться в этот чёрный дилижанс без запряжённых ездовых животных мне не хотелось. И я активно на это намекала, не двигаясь с места на невербальные знаки двоюродного брата императора. Затем и на вербальные.

Более того, одна прекрасно ориентирующаяся в пространстве леди уже приметила на краю полянки скрытую от всех тропинку по которой есть шанс ускользнуть. Прямиком к дому папеньки, между прочим! Или в карьер, где недавно обнаружили мелкую гадкую нечисть. Но я более чем уверена, что она по дорожке чуть дальше.

– Как пожелаете, – с этими тихими словами отвлёкшуюся на мысленную прорисовку карты отступления, сероволосую меня, подняли на руки и быстрым движением поместили на мягкую скамью урчащего монстра.

Я не в лесу выросла и довольно часто путешествовала с папенькой по нашим землям. Даже ни раз бывала с другими леди в столице, ездила на дилижансах и магических трамвайчиках. Но ни один из этих видов транспорта не рычал как умертвие степного койота! И не являлся из пространственного кармана тёмного мага! И не вызывал такой ужас у одарённых мужчин!

– Элли, позвольте представить Вам моё последнее изобретение! – объявил с гордостью, словно не он только что в нутро этого самого изобретение поместил и громко защёлкнул за своей спиной замок. – После посещения параллельного технического мира, я решил создать аналог их автомобилей из доступных нам ресурсов!

Демонстрация была короткой, но эмоциональной. Не с моей стороны, разумеется, ибо стоило «машине» начать своё медленное, но пугающее до дрожи движение, как я кое-что ощутила. Что не всё ещё потеряно в сегодняшнем дне и меня возможно даже матушке с папенькой вернут раньше, чем планировали.

– Ваша Светлость, боюсь мне…

– Элли, прошу, зовите меня Кайн, – с улыбкой обернулся на мою хриплую попытку предупредить о неминуемом. Пусть сама «машина» мне и не нравилась, но признаю, изнутри дизайн выполнен со вкусом, строгостью и толикой богатства.

Нежный алый бархат под пальцами, тёмное дерево и мелкие детали, поблёскивающие позолотой. Невольно захотелось выпрямить спину и взглянуть в окно чуть выше задрав подбородок. Но желудок не позволял.

– Нам лучше остановиться, – вдохнула полной грудью, а до мужчины начало доходить. Красивые чёрные глаза расширились, губы округлились буквой «о», а в голове активно закрутились шестерёнки. Поздно.

Глубоко дышащая ночным воздухом и безмерно довольная я скачу на верной Марте. Пока ещё не домой и к сожалению, не к горгулам, но хотя бы не в «машине» что уже не плохо. Герцог задумчивой статуей на своём устрашающем красноглазом жеребце ехал рядом.

В отличие от чернокнижников, у тёмных, средства передвижения легко создавалось из собственной тьмы, если позволяет резерв. И судя по тому, что я вижу, сопровождение у двоюродного брата императора не из слабых одарённых состоит. Все сбросили капюшоны и ослабили свои мантии, пугая меня и моё молчащее сопровождение наличием высшего оружия, и заряженными артефактами.

Троица похитителей не удостоилась чести покататься на «машине», о чём немного сожалела я, и безмерно радовались они. Зато разделял нас сейчас лишь один всадник. Тот самый блондин чернокнижник, который теперь за Мартиной любовью присматривает.

Бессознательного ящера поместили на быстро смастерённую из поваленного дерева повозку, туда же усадили мычащих толстого, тонкого и бледного. И повезли к ближайшему стационарному порталу. Далее в столицу и в само герцогство – место моего предполагаемого обитания до конца жизни.

Вообще, план одарённых порадовал. Уверена, на каждом привале найдётся как минимум одна лазейка чтобы сбежать. Я девочка, у меня есть «кустики», как минимум! А как максимум, одумаются похитители и сбежать получится даже эффективней.

Кстати, о троице. Вот уже некоторое время бледный подозрительно разминает плечами, словно от туго завязанных верёвок затекли руки. К нему присоединился и тощий, почему-то то и дело поглядывая на меня. Лишь толстый сидел бездвижно и, кажется, пытался устроиться поудобней на бессознательном ящере.

– Леди, кажется, Вам хотят что-то сообщить, – не выдержал светловолосый чернокнижник и с усмешкой обернулся ко мне. – Кайн, у меня малыши не завтракали, а у тебя похитители невесты живы. Давай поможем друг другу?

От громкого предложения, мои компаньоны замычали. Даже толстый отодвинулся от тёплого живота ящера и попытался отрицательно помотать головой глядя то ли на меня, то ли на герцога.

– Ваша Светлость, попрошу не скармливать моих людей нечисти! – возмутилась за своих будущих подельников. Если они действительно столь нетривиальным способом пытались подать знаки, то нам по пути и этот ресурс нужно поберечь.

– Ваших людей, Элли? – тёмный оказался рядом, от чего моя спокойная Марта пошла вровень с его сотканным из стихии смерти жеребцом. И что странно, жуткое и превышающее её размерами, минимум в два раза, тёмное существо, испуганно косилось на мою мирную кобылку.

– Всё верно. Известно ли Вам, уважаемый герцог Данкель, что я путешествовала с папенькой по рабочим вопросам? – уверенно взглянула в глаза от чего-то широко улыбающемуся мужчине. Кивнул, – Во время некоторых… гхм… инцидентов, возникали угрозы моим жизни и здоровью, и выбрала своё сопровождение…

– В гильдии наёмников из столичной улицы развлечений? – с заметным сарказмом уточнил странную информацию чернокнижник.

– Столичная охранная фирма, уважаемый, – уверенно соврала, глядя в зелёные глаза. А у самой мурашки по спине побежали.

Это кто такой сумасшедший что рискнул обратиться к самым отъявленным преступникам? Не бесы, конечно, но поговаривают, за деньги могут и до них опуститься.

Улица развлечений в целом, славится на всю страну тем, что именно на её территории легализовано всё что запрещено везде. Окраина прекрасного старинного города, ограждённая каменным забором и охраной, по слухам, контролируется самим императором и его приближёнными. А потому, на неё попадают лишь избранные: хозяева борделей, игровых и гильдий сомнительной деятельности или в простонародье «наёмников».

– Допустим, – даже не попытался скрыть что не поверил моим словам герцог, – но сейчас охрана Вам не нужна. – обвёл широким жестом нашу длинную колонну и намекнул, – А у Ваера милые зверушки голодают.

– А нам местных бандитов милым зверушкам не жалко отдать! Как раз папеньке несколько дней назад донесения поступили. – вовремя припомнила и уверенно продолжила, – Вот мы с товарищами их Вам и приведём!

– Леди… – начал герцог, пока его блондинистый товарищ откровенно и издевательски ржал, поглядывая на отчего-то удручённую троицу.

– Я лучше всех ориентируюсь на местности! – выдала под слаженный горестный стон похитители.

– Я у тебя на день рождения никогда ничего не просил, прошу сейчас: пожалуйста, разреши ей! – с широкой улыбкой и горящими глазами чернокнижник повернулся на своём ящере, чудом с него не свалившись.

– Ваер, твой день рождения зимой, – осадил друга герцог.

– Можешь подарить сейчас, – величественно кивнул и подал кому-то знак. К моей разномастной троице приблизился один из стихийников и быстро избавил мужчин от амулетов молчания. Не сказала бы что они обрадовались, в отличии от меня.

Бледный почти терял сознание, хватаясь за голову освобождёнными руками. Тонкий пытался договориться со стихийником, а толстый делал вид что всё происходящее его совершенно не касается.

– Леди никуда не поедет, – зарубил мои планы на корню беспощадный тёмный, – но наёмников можешь за бандитами пустить. Не приведут – отдашь своим. Раз уж здесь оказались, грех проблему будущего тестя не решить.

– Это ты правильно, это ты молодец. Леди Миладо, подскажете своим охранникам в какую сторону им двигаться ради спасения собственной жизни или пусть так плывут? – откровенно наслаждаясь происходящим протянул чернокнижник. Скинутая с тележки троица мялась на границе тропинки и не могла сдвинуться с места. Чёрные магические нити крепче любой металлической цепи.

Припомнила из какой деревни пришло донесение, подробности письма, представила карту местности и наше на ней расположение.

– Вам туда, – грациозно указала прямо и направо. На моих злых товарищей повесили магические маячки и наконец отпустили. А они не сговариваясь повернулись и ушли налево, ровно противоположно моим указаниям.

– Я бы пошутил, но ты разозлишься, – тихо пробормотал блондин.

– Молчаливым я тебя больше ценю, – так же тихо ответил ему герцог.

– А можно я всё-таки с ними? – громко уточнила у этих двоих, но ответили мне дружным из кусов:

– НЕТ!!

Ржать чернокнижник прекратил только на привале, куда и было сказано привести бандитов моим, даю им последний шанс, товарищам.

Костёр развели магией, палатки комфортные поставили также. Меня в самую большую завели и оставили пить чай, кушать ягодки и продумывать дальнейший план по спасению себя из рук тёмного и его матримониальных планов. Чтобы не раскрывать свои гениальные планы использовала разбросанные по земле палочки, веточки и камушки, в совершенстве воссоздав ими карту ближайшего города.

В нём проживает знакомая модница, которая без труда проведёт по тёмным переулкам к окраине, пока её батюшка трактирщик вызволит из цепких лап моих новоиспечённых охранников, Марту. Когда мы воссоединимся, то помчим напрямую на юг, минуя порталы. У горгулов восстановлю свой роман, попрошу магическим вестником отправить шедевр в издательство и больше никогда не увижу своего прекрасного жениха с его дружной командой одарённых.

На радостях уснула прямо на составленной «карте», кажется поцарапала щёку о таверну-веточку, а дом-камушек отпечатается на моём подбородке.

– Вот уж не думал, что справитесь, – раздался голос герцога сразу после громкого хруста веток.

– Жаль, вы почище этих будете. Как бы малыши не отравились. – разочарованно протянул уже чернокнижник.

– Фы обефяли! Ефте этих! – истерично вскрикнул тощий.

– Да ладно тебе, жалко что ли? – хохотнул блондин, а я выглянула из своего укрытия по пути лишь поправив растрепавшиеся локоны. Не для того я годами себя уродовала чтобы сейчас сильно прихорашиваться.

– А что с вами случилось? – решил уточнить у мною побитого, герцог. И к щекам неожиданно прилила кровь. Возможно, характер от голодовки у одной леди и испортился, но до рукоприкладства опустилась впервые и скорее от неожиданности и нервов, чем из желания причинить боль. Даже собиралась оплатить лечение у лекаря, как только до него доберёмся.

– Фафа нефеста! – рявкнул тощий и получил по рёбрам от бледного. Толстый как всегда старательно не шевелился, судя по всему, в цене мужчины так и не сошлись.

– Не понял, – после секундной паузы и переглядывания со своим другом признался тёмный.

– Неудачно упал, – честно соврал бледный и продолжил показывать кто в компании главный и с людьми разговаривать обученный, – господа, уговор дороже денег!

На этих словах толстый кашлянул, и товарищ исправился:

– Обговоренные ранее договорённости несут исключительно деловой характер, направленный на наше с Вами, глубокоуважаемые лорды, будущее плодотворное сотрудничество! Так извольте сдержать своё слово так же, как и мы сдержали своё.

Я аж рот открыла. А из кустов, за спинами троицы, перед которыми связанными в одну побитую колонну лежали грязные и страдающие мужики, вынырнула саблезубая белка. Клыки у редчайшей животинки достигали пушистой грудки, а алые глаза горели голодом.

– Пыталис-с-сь с-сбежать с-сразу как отош-шли в тень. Наткнулис-сь на бандитов с-случайно. – отчиталась нечисть, номинально, из рода грызунов, фактически из кровососущих и победно уставилась на толстого и даже раздвоённым язычком по клыкам провела. Он от взгляда красных глаз громко сглотнул.

– Значит малыши получают двойной завтрак, – радостно провозгласил блондин, а я наконец вышла из палатки.

– Стоять! – уставилась на открывающего магическую книгу чернокнижника. Мужчина огорчённо вздохнул и вопросительно уставился на герцога. Герцог как-то странно на меня и улыбнулся. Подумалось что и без троицы справится получится легко, они меня вообще бросить собирались.

– Моя леди хочет договориться? – предвкушающе протянул лорд Данкель и не оборачиваясь к простонавшему «не-е-ет» Ваеру громко приказал, – Бандиты твои, троицу пока оставь.

Шагнула назад больше в желании выиграть время для анализа сложившейся ситуации, чем приглашая жениха для аудиенции. Но он понял всё иначе и воодушевлённо прошмыгнул в светлое нутро. Прошествовал к столику, на котором ещё осталась карта города с моими обозначениями важных мест. По спине пробежали мурашки, а сердце бешено забилось.

Если он сейчас поймёт что это такое, определит отмеченные здания, то самому удачному плану конец, как моей первой попытке сбежать. Придумать новую уже не успею. Слишком устала за эту ночь, поспать удалось от силы несколько часов.

– Вы очень талантливы, – как-то глухо протянул герцог и к глазам подступили слёзы. Он понял.

Конечно понял, городок маленький, моя память совершенна, а дороги из веточек, дома из камушков слишком ровные и географически верные чтобы не признать город даже будучи в нём единожды.

– Только у Вашей кобылы на лбу небольшое пятнышко, – договорил тёмный и к моему удивлению добавил к схеме несколько веточек, лежащих в углу стола. Подошла поближе и незаметно смахнув слёзы встала рядом с мужчиной. Не сразу, но действительно признала в собственном творении очертания лошадиной морды. Тихо выдохнула и лёгким взмахом руки освободила стол.

– Мы собирались поговорить, – уверенно прошагала к стульчику, села и вопросительно уставилась на герцога.

– И я Вам внимательно слушаю, – с улыбкой кивнул, создал для себя кресло из тьмы не напротив, как полагается в переговорах, а рядом. На расстоянии вытянутой руки. Сел и чуть склонив голову на бок уставился на меня.

– Пожалуйста, освободите этих троих и позвольте продолжать работу по охране, – запнулась, но всё же не смогла выговорить слово «вашей невесты», – меня.

– Охраной им не быть, Элли, это мы обсудили сразу. Но освободить я могу, при одном условии.

Напряглась, тон герцога самой обширной и опасной территории на стороне тёмных земель стал подозрительно мягким.

– И какого условие, Ваша Светлость? – незаметно выдохнула, выпрямила спину и постаралась спрятать страх под маской непринуждённости.

***

Толстый всё же уснул прижавших к тёплому боку ящера. Бледный напряжённо поглядывал на меня, а тощий то изредко потирал челюсть.

Я с этой троицы возьму всё! Даже больше, чем они планируют мне дать! Больше чем думают что могут дать. Да я до кошелька толстого доберусь если придётся. Слёзы каждого в колбочки соберу, заговорю как бабки учат и амулетом носить стану!

«Семейный ужин с моей матушкой, где вы обе будете вести себя как взрослые леди» – в очередной раз прозвучало голосом несносного мужчины в голове.

Высокие деревья, сквозь ветки которых виднеется рассветное солнце, создавали атмосферу природного уюта и успокаивающей тишины. И даже первым, тёплым лучам не сравнится яркостью с широкой, довольной улыбкой герцога. Ровная, протоптанная тропа, на которой обозам и простым жителям уже не грозит опасность в виде бандитов, не желала заканчиваться.

От моего взгляда вздрогнул бледный и больше не оглядывался. В отличии от Ваера. Эта ехидная морда с удовольствием поглядывала то на разъярённую меня, то на неприлично счастливого друга.

– Есть некие подозрения, что гуманней было вас скормить, – спустя некоторое время сделал вывод чернокнижник и далее мы следовали молча.

Герцог больше не приближался, его одарённые товарищи и мои вечные должники так же. Глаза держались открытыми исключительно из вредности, злости и желания посмотреть, как справятся эти экипированные по последнему слову артефакторики маги с местным духом-нечистью.

Это болота возле нашего дома были обычными, практически безопасными и очень даже милыми. А вот большое, затянутое дурман-туманом влажное пространство, охраняемое болотником – нет. Местный дедушка-дух, глубоко любимый простым народом, ибо помогает в сборе трав и даже подсказывает путь из леса, сильно не любит пришлых. А едем мы самой короткой дорогой к городу, как раз через его владения.

Отводить от себя люд или нет решает сам дух. Зелёный, скрюченный, сотканный из веток и ила дедушка, судя по тому, что густой туман уже виден впереди, решил встретить нашу компанию лицом к лицу.

– Что там? – напряжённо спросил тёмный, кивком указав вперёд. Одновременно с этим, следующие первыми всадники, остановились и вопросительно уставились на герцога. Все, кроме тёмных. Конечно, духи- по их части, но только не лесные. Эти что-то вроде нечисти, но природной. Так что за дедушку не переживаю, а магам по заносчивым носам достанется.

– Болото, – ответила правду и пришпорив Марту, принялась маневрировать между остановившимися мужчинами. Когда проезжала телегу, отметила что ящер начал просыпаться, едва заметно обнюхивая окружающее пространство. Успела шепнуть бледному: «спрыгивайте с телеги».

– Элли, там не просто болото, – с прищуром наблюдая как медленно и недоверчиво перешагивают борты деревянного транспорта моя троица, нагнал тёмный. – я ощущаю чьё-то присутствие. И нам не рады.

– Вас это удивляет? – уточнила ехидно и заметила тень обиды на лице тёмного. Это не ему предстоит выслушивать многочасовую лекцию на тему «леди со свадьбы не сбегают» и подвергаться бесконечным рассказам о последних тенденциях в свадебной индустрии, которые мы непременно обязаны добавить в нашу церемонию.

– Думаю там болотник или нечто подобное. – блеснул неплохими знаниями чернокнижник и усмехнулся. – Леди подскажет чего нам ожидать или хочет устроить сюрприз? – промолчала. – Я так и думал. Всем внимание! Стихийники, фильтрующие маски на лица! – У каждого присутствующего от носа до подбородка расползся полупрозрачный белый мешок. – Чернокнижники, готовьте мелкую парящую нечисть для защиты от насекомых! – по разным сторонам от нас открылись десятки пространственных карманов, из которых повылетали разноразмерные представители нечисти. Начиная от ядовитых алых пчёл, заканчивая маленькими птичками с тремя рядами клыков в пасти.

– Тёмные, никому не вредить, держать щиты и контролировать ментальное состояние каждого, – подал голос уже Кайн.

– Не трогать ящера и держаться ближе ко мне, – не осталась в стороне и отдала приказ своей спасённой троице. Если не глупые, то послушаются. Я местная, с болотником дружу с пелёнок, со мной безопасней чем с одарёнными и их магией.

Глупыми мужики не были и под ехидные улыбочки двинувшихся к туману соратников герцога, бодренько прибежали к спешившейся с Марты мне.

– Ладонь приложите к лошади, не отступать от неё ни на шаг, не отпускать. Никому не отвечать, нигде не останавливаться. Ясно? – проинструктировала серьёзную, чуть побитую за эту длинную ночь, компанию. Переглянулись, кивнули.

Тёмный с чернокнижником и ещё несколько сопровождающих остались возле границы начала болот и ждали нас. Остальные, спешившись со своих ездовых животных уже начали своё весёлое приключение.

Есть только одна тропка, скрытая от незнающих заросшими кустарниками. Остальное же – игровое поле для скучающего дедули. Вредного без подкормки самогоном от местных мужиков и пирогами от дам. А из-за разбойников к дедушке ходить было опасно и страшно, потому настроение нашей нечисти уже должно достигнуть пика поганости.

Чем ближе мы с Мартой и троицей подходили к расползающемуся туману, тем отчётливей я видела задумчивые лица мужчин перед нами. Звуки первых жертв болотника уже начали достигать их ушей.

– Воздействие на органы зрения, да? – обречённо спросил герцог, а Ваер страдальчески застонал.

– Я этих, болотами накрытых вылавливать не буду! Серьёзно, Кайн! Пусть нечисть играется, выплюнет- подберём! – психанул чернокнижник, на что тёмный ехидно ответил:

– Они тебя пьяного по всей столице отлавливали! А с учётом того, что кое-кто ещё и нечистью своей направо и налево раскидывался – это было в разы сложней и унизительней! Так что отлавливай и радуйся, что отличии от тебя, они не в женском халатике на голое тело!

– Ты просто завидуешь потому, что на тот корпоратив попасть не успел! – смущённо попытался оправдаться блондин, не глядя на меня. Коснулся переносицы, образовав тёмную завесу в форме очков и подал знак повторившим за ним товарищам. – Кто поймает меньше угашенных, будет носить тот халатик неделю!

В туман хлынули три пары магов с их нечистью, издав какой-то слаженный воодушевлённый вопль. Вторя им, раздался ответный, но испуганный.

– Вам ничего не грозит, верно? – устало перевёл взгляд на нашу компанию Кайн и я самодовольно кивнула. – Прекрасно, тогда прошу. – галантно указал ладонью на проход между деревьями. Перед тем как окружающее пространство скрыл белый, непроглядный туман успела заметить, как глаза герцога заволокло тьмой.

– Не отпускайте Марту и молчите, – повторила инструкции и повела спокойную лошадку по тропинке.

Мы бывали здесь каждую неделю. Весело перепрыгивали создаваемые болотником препятствия в виде корней деревьев, небольших болотных луж и лесных зверьков, которые сильно любили эту тёплую местность с большим количеством полезных трав и вкусных грибочков.

Но сейчас над головой пролетел огненный шаг, за ним тощий чернокнижник и пытающийся обезоружить его стихийник. Мужчины успели изваляться в грязи, от чего плащи цветов конфессии: серый и зелёный заметно потемнели. Ругань, пыхтение и странное, рычащее чириканье доносились со всех сторон. А посреди этого безобразия на большом камне восседал болотник.

Сотканный из веток, ила, мха и магии дедушка поглаживал свою зелёную бороду поворачивая голову по кругу. Полному кругу. Сделав очередной поворот, он наконец увидел меня. Подпрыгнул от радости, замахал ветвистой рукой и с восторгом развёл обе, Мол: «смотри как здорово! Как весело! Какой я молодец!». Улыбнулась и кивнула. Потому что да, потому что молодец.

Мне же нужно выбраться пока дедуля не наигрался, а маги не отловили своих товарищей. До города осталось несколько часов пути, если мои подельники обзавелись надёжным укрытием в столице, то шанс сбежать у нас ещё есть. И гораздо больший, чем в моём первоначальном плане.

Веду за поводья свою верную шоколадную с белым пятнышком на лбу лошадку по узкой тропинке. А по обе стороны от неё притихшая троица. Они что-то видели, так как были чужаками, но стоически терпели и не смели ослушаться инструкций.

Слева от меня упало оружие высшего порядка, изготовленное лучшим мастером императорской кузни и зачарованный в главной столичной церкви. В длинном кинжале поблёскивал камень-артефакт на защиту от воровства, и усиление ударов. Пока раздумывала пригодится она мне или нет, ибо поднять с земли – не украсть, сверху на неё свалился и сам хозяин.

Мужчина из стихийников с яростью смотрел в небо и выкрикивал: «Я тоже устаю на работе! А ты просто дома с ребёнком сидела! Что, даже ужин попросить нельзя?!».

– О-о-о, – раздалось от толстого, – первый год женат похоже, дурак ещё. Надо деньги бабе дать, гулять отправить, ребёнка забрать, а себе картоху пожарить.

– Ага, можно другана позвать и с малым вместе горки стоить, – подсказал семейную мудрость бледный.

– Фот поэтому я не фенюфь, – вклинился тощий.

Надо у них по поводу свекрови проконсультироваться, опыта явно побольше моего имеется.

А стихийника так накрыло что он подскочил и принялся уворачиваться от невидимого противника «Да люблю я тебя!!», «И дочь нашу люблю!», «Ты не толстая – это я слабый!».

Решила, что лицезрение чужой семейной драмы пора прекращать и потянула за собой Марту. Лошадка уже активно пожёвывала местную галлюциногенную травку и уходить не желала. Троица наслаждалась представлением и успешно игнорировала собственные галлюцинации.

За спиной неожиданно объявились чернокнижник, восторженно комментирующий происходящее. И герцог, горестно вздыхающий и взывающий к разуму. Не понятно чьему именно.

Маги вокруг бесновались и использовали силу против своих же товарищей. Кто-то очень страшно и воинственно кричал. Лучшего момента улизнуть даже представить невозможно. Потянула за поводья сильнее, и верная подруга медленно побрела за мной, мужчинам пришлось отвлечься.

Пролетевший над нами, задевший макушку толстого длинным когтем раванг, приземлился сбоку от нашей компании и рванул дальше истошно вереща.

– Мне кажется или он уже не воинственно орёт, а как-то иначе? – озвучил мои мысли герцог.

– Ага, просит убрать эту лошадь и отправить его обратно в туман, – отозвался сбоку Ваер. На что моя Марта лишь самодовольно фыркнула. – Кайн, а давай этих двоих домой вернём, а? Меня эта парочка уже пугать начинает.

– А давай ты ящера поймаешь и успокоишь уже? Мужик от нервов полез в лужу топиться. – озвучил тёмный то, что и мы уже смогли разглядеть. Нечисть, отчаянно вопя ныряла в большую болотную лужу, а дедушка-дух отпинывал чудище обратно на сушу скрипуче хихикая.

– Да тут загвоздка в том, что этот вид страха испытывать не должен в принципе. Как и класть чешуйчатый хвост на инстинкт самосохранения.

– То есть, у нас эксперимент и мы продолжим наблюдать за чужими страданиями? – уточнил Кайн.

– У нас эксперимент и мы продолжим наблюдать за чужими страданиями! – радостно подтвердил чернокнижник, а мои сопровождающие гулко сглотнули.

Мимо нас пробежал дезориентированный стихийник то и дело запинаясь о выползающие корешки. За ним весело жужжа гнались чьи-то красные пчёлки с готовым к бою жалом размером с вязальную спицу.

– А можно я тут отпуск проведу? – с восторгом оглядываясь на творящееся безобразие благоговейно прошептал Ваер. Дедуля болотник даже от чешуйчатого отвлёкся и засмущался. В прямом смысле. На зелёных, покрытых мхом щеках распустились красные маленькие цветочки.

Выход уже маячил между широких кустарников и моя весело пофыркивающая лошадка, знающая путь, прибавила ходу. Помнит что дальше город, где на постоялом дворе её дядька Никон причёсывать будет.

– В голоде знакомые есть? – тихо спросила, обернувшись к бледному. Отрицательно замотал головой и беззвучно проговорил: «В столице». Уточнила последнее из важного, – на портал деньги есть? – кивнул. Отлично.

Яркий солнечный свет ослепил, стоило выбраться с территории дедушки болотника. Туман вкупе с густыми деревьями и кустарниками всегда забирали большую часть света.

Зато ночью, стоило светлячкам вылететь из травинок, а камышам распустить свои белые цветочки, вся болотная топь становилась самым излюбленным местом для подростков. Романтичнее места не найти. А если учесть, что за приличиями следил сам болотник, то и родители оставались спокойными, зная куда умчались их детки.

Слегка увлеклись- получили по рукам от сосновой ветки. Засмотрелись в глаза друг друга, непозволительно сближаясь, – между чуть не соприкоснувшихся губ вклинится листочек ядовитого кустарника, от чего эти самые губы распухнут раза в четыре.

А сколько наведённых галлюцинаций показал болотник тем, кто не услышал «нет»! Мальчишки в ужасе убегали от собственных возлюбленных, ставшими старыми, дряхлыми и полуразложившимися умертвиями в один миг.

И дедуля продолжает выручать, развлекаясь за чужой счёт. Повезло нашей земле с духом-нечистью.

– Портал в столицу на окраину, там нас ждут, – быстро проговорил бледный практически мне на ухо. Кивнула, продолжая вытирать слёзы. Судя по солнцу, времени мы потратили достаточно и добраться до портала, с учётом короткой остановки за провиантом успеем до полудня. У магов времени уйдёт больше. В отличии от меня, они не знают короткий путь.

Добрались быстро, путь лежал с холма напрямик к воротам города. Стражники приветственно поклонились и пропустили нашу компанию безропотно. Меня здесь знают и любят. С детства с местной ребятнёй лес обследовала, на поросятах верхом ездила, куриц гоняла. Пока маменька не поймала.

Молча, опасаясь что у каждого воробья есть уши и клыки, добрались до таверны и юркнули в нутро добротного трёхэтажного здания с чёрного входа.

– Дядь Никон, это Элька! –прошептала в темноту тесного коридорчика. Из двери напротив, высунулась большая голова повара Гуся.

– Элька, эт чо за хмыри? С тобой или втащить? – засыпал вопросами гном, размером со степного орка.

– Со мной и мы очень спешим! Нам бы еду, – протянула любопытному мужчине пространственный артефакт, – и одежду сменную.

– Я тебя не видел? – уточнил, сжав кулончик.

– Вы меня не видели, – подтвердила, поглядывая на дверь в раздевалку, почти физически ощущая как быстро ускользает время.

– От батька получишь, мелкая. Ну проходите, Глашка у себя. – и гном, наконец, скрылся за дверью.

– Вам налево, через раздевалку и узким коридором под лестницу. Встретимся в конце, у последней двери. – указала на тёмную деревянную дверь мужской половины и не дождавшись ответа прошмыгнула в женскую.

Небольшое помещение из узких шкафчиков в потолок по обе стороны и длинной скамейки посередине, прошла быстро. Вынырнула в небольшой холл , быстро осмотрелась в страхе увидеть хотя бы одного одарённого, но пронесло. Похоже, дедуля решил оторваться за каждый из прожитых в трезвости дней на приезжих магах.

В конце тёмного коридора под лестницей, с комнатками для персонала уже ожидали молчаливые товарищи и я, продолжая нервничать постучала в последнюю дверь. За ней сразу зашуршали.

Глаша – дочь хозяина трактирщика. Вышла замуж в восемнадцать за помощника своего отца, родила этим двоим ещё работников и с чистой совестью принялась подбирать гардероб каждой моднице города. «Стилист», как говорят в параллельном, техническом мире. «Что угодно лишь бы не орала», как называет профессию своей жены усталый Вирг.

Дверь открылась, и растрёпанная рыжеволосая девушка выглянула из тёмной комнаты. Держа в руках спящего младенца.

– О, ты ещё родила, – не сдержавшись констатировала очевидное. Значит с нами не пойдёт. Ничего, я мастер по импровизациям, справимся и так.

– Угу, поваров не хватает, вот мы и решили, что лучше через «своих», а не по объявлению, – в третий раз повторила шутку усталая девушка. С прошлыми детьми были вариации на тему уборщицы и конюха. – А это кто? – наконец обратила внимание на стоящих в шаге от меня мужчин.

– А это те, кого нужно переодеть до неузнаваемости. Есть варианты?

Через десять минут в небольшом коридорчике столпились трое мужчин, сжимающих в руках рваные чёрные хламиды до колен, с глубокими капюшонами и наплечными сумками с ещё двумя комплектами одежды. За окном уже слышалось довольное фырчанье Марты. Дядь Никон добрался до моей неадекватной после болотной травы, лошадки.

– Почему одна такая большая? Я видел у неё ещё один нормальный комплект, – блеснул наблюдательностью бледный.

– Фто-то мне пофкафывает что нам это фнание не понфафится, – поразил догадливостью тощий.

– Стихийники по вибрации земли способны вычислить шаги трёх мужчин и одной девушки. А чернокнижники запустить свою летучую нечисть для поиска. Тёмные пустят по нашему следу гончих, но здесь проще. Искать будут по запаху, а его мы перебьём чужим, – кивнула на одежду, – по ауре не смогут, мою никто не сканировал. А ваши?

Мужчины медленно замотали головой и толстый не выдержал первым:

– Я всё ещё не понял почему у тебя нет хламиды, а у нас одна слишком больш… – запнулся, нахмурился. Улыбнулась широко и повторила:

– Искать будут трёх мужчин и одну девушку, – выделила интонацией последние слова и мужики выругались. Тихо, но прочувственно.

Шаркающей походкой наша потрёпанная троица и горб бледного, бредёт по узким подворотням, следуя моим указаниям. Мой носитель не плохо держится для того, кто выглядит как жертва пьяного тёмного мага. Но начинает запинаться и немножечко хрипеть.

Так пыхтеть и потеть это просто оскорбительно! Я, между прочим, родных худобой пугаю! Когда маменька случайно вошла в комнату во время моих переодеваний, чуть не потеряла сознание! Да я сладкое три года не кушаю! Солёное два, а выпечку вообще словно всю жизнь в рот не брала!

– Серость, не пыхти мне в шею, от этого тяжелее, – с хрипом прошептал бледный, а меня аж подбросило. Да я даже кислород выпускаю! Как от этого может быть тяжелее?

– Я сейчас вообще кушать начну, – пригрозила этому нахалу и под смешки его товарищей в очередной раз скомандовала, – налево и через дорогу.

Улицы города изучила не хуже леса. А потому, уверенно направляю уставшую за ночь от происходящих событий в целом, и друг от друга в частности, троицу. В сторону ворот, где мне вернут Марту. Оттуда прямиком через лес в соседнюю деревню, возьмём телегу и покатим в портовый город со стационарным порталом и другой провожатой.

– Возле аптеки направо, – повторила я команду, кажется в третий раз.

– Мы… здесь… уже… были… – покачиваясь прохрипел бледный. Одной рукой мужчина держался за стену дома, второй за сердце. Двое соучастников смотрели на происходящее сочувственно, но даже не попытались ему помочь.

Показалось что кто-то за спиной весело фыркнул. Обернулись всей компанией, но никого не обнаружили. В этой подворотне мы одни.

– Значит, что где-то не последовали моим указаниям! Направо!

Лёгкая ткань чёрной хламиды не позволяла увидеть подробностей окружающего пространства. Лишь изредка я слегка приподнимала воротник своего носителя для ориентиров и указаний, чем слегка передавливала его горло. Но даже этого хватило чтобы увидеть как многозначительно мужчины перегля и свернули налево!

– Фтефь куда? – остановились спустя некоторое время моего обиженного сопения и вполне искреннего шарканья бледного. Тощему с толстым даже пришлось тащить напарника под локотки.

– Налево, – выглянула и признала любимый книжный, от которого совсем недалеко до выхода их города. Было бы, если бы эти мужланы не свернули направо! – я сказала налево! Там ворота!

– Да мы поняли, – со смешком отозвался толстый, а бледный как-то особенно жалостливо захрипел и принялся заваливаться назад. Его товарищи не готовые к подобному повороту лишь растеряно обернулись. А моим спине и голове предстояло встретиться с каменной мостовой. И придавиться немалым телом жилистого носителя.

Но каким-то чудом, мужчина извернулся, изменив траекторию падения не назад, а вперёд. Лицом в каменную стену дома. Глухое «пум», болезненный стон и мы всё же оказались на мостовой, но я продолжала сидеть на спине бледного крепко подвязанная широкой тканью под ногами.

– Вот уж не думал что ты пожертвуешь собой ради серости, – искренне признался толстый и приложил свой пыльный платок к лицу бледного.

– Я и не собирался, – с болью выдохнул бледный и подпрыгнул громко ойкнув.

– Тем не менее, благодарю. – сделала вид, что не я только что больно ткнула мужчину в рёбра костяшками пальцев.

– Заберите это чудовище! – угрожающей прорычал, но товарищи сделали вид что ничего не услышали. Толстый даже отошёл на шаг и принялся оглядывать забитые людьми улицы.

– А фот и форота! – радостно провозгласил тощий и первым двинулся направо.

– Где? – с преувеличенным энтузиазмом спросил толстый и быстро последовал за товарищем.

– Эй! Да хоть встать помогите! Ау! – не убирая окровавленную тряпку от лица прокричал бледный, чем вызвал к себе ненужное внимание прохожих.

– Давайте вы сыграете роль глухонемого бродяги? Тогда наши шансы скрыться в разы возрастут, – предложила отличную идею, но на моё невинное высказывание только грязно выругались, рывком поднявшись с дорожки. Хрустнули чем-то, снова выругались и сильно прихрамывая на правую ногу молча поплелись за, наверное уже бывшими, друзьями.

Счастливая Марта уже ожидала с дядей Никоном в тени одного из больших деревьев. Стоило нам, практически выползти из городских ворот, как верная подруга весело зафырчала, что вызвало недоумение коренастого, краснолицего мужчины.

Его круглые глаза становились только больше, стоило увидеть двух бездомных поочерёдно отлавливающих горбатого третьего, заваливающегося то на одного товарища, то на другого. И дышал с такими громкими хрипами, что даже мне не по себе становилось.

– Дядь Никон, это я, – приподняла воротник хламиды чуть выше, чтобы мужчина разглядел хотя бы часть моего лица, но носитель прекрасного внезапно издал то ли вздох, то ли предсмертный выдох и повалился на траву.

Сероглазый, большой и успевший сгореть на солнце, папин друг внимательно оглядел каждого из присутствующих. Большие руки работящего мужчины натянули серую форменную рубаху, а короткий ёжик светлых волос поблёскивал бисеринками пота. Кажется, ждали нас долго.

Бодренько выползла, не желая валяться на бессознательном теле бледного, уже почти не боясь быть обнаруженной стихийниками: таких компаний на лошадях и телегах сейчас подъезжает слишком много. Поправила наскоро выкрашенные у Глаши, специальным составом, каштановые волосы, оттянула вниз грубоватую ткань белой длинной рубашки и стряхнула с коленок пыль на коричневых мужских штанах.

Папин друг пришёл в себя и недовольно следил за каждым моим действием. Стоило толстому и тонкому привести в чувства бледного, а мне наконец взглянуть в глаза дяди Никону, как он не выдержал:

– Я уже получил весточку от твоего отца и единственная причина почему он ещё не здесь – это просьба Глаши и моё любопытство. Но всё перечеркнуло это, – кивнул в сторону моих не особенно презентабельных провожатых, – ты сбежала от жениха с этими оборванцами? Что бы что, девочка? Не говорю что жизнь замужней идеальная, по дочери вижу как тяжела женская доля, но ты не за трактирного помощника идёшь! – последние слова мужчина почти прорычал.

– А вы его маму видели? – тихо уточнила у того, кто точно не видел. Но определённо слышал.

О прекрасной герцогине Лариэлле Данкель слагаются легенды. Её красоту восхваляют барды, а мудрость с благоговением почитается во всех светских кругах. Ходили слухи что они с мужем были полными противоположностями: тихий, спокойный тёмный маг и похожая на безудержный ураган младшая сестра бывшего императора.

– Ну ты же не с мамой жить собираешься, – уже неуверенно проговорил дядя Никон и со вздохом предупредил, – за твои безопасность и честь не опасаюсь, – усмехнулся и бросил быстрый взгляд на мою компанию. – это им бояться стоит. Но батьку предупрежу в какую сторону вы двинулись.

– Спасибо, дядь Никон, – улыбнулась и обняла доброго мужчину. – но если придут маги, вы нас не видели!

– Да легко, – почему-то хохотнул и помог разместить наши сумки на седле. Мне бы подумать от чего была так просто отпущена в дальнее путешествие мужчиной, считавшим второй дочерью. Почему так откровенно веселился, а не беспокоился, поглядывая на троицу и даже не предложил в помощь одного из своих помощников.

Но я хотела кушать, а мои провожатые выжить. В общем, мы спешили. Скомкано, но искренне попрощалась с даже не обернувшемуся к моим спутникам дядей Никоном. И встретилась с напряжённым взглядом всё ещё сидящего под деревом бледным. На лбу набухла фиолетовая шишка, из носа торчит окровавленная часть серого платка, горло периодически потирается дрожащей рукой.

Перевела взгляд на тощего. Он молча и красноречиво улыбнулся мне своим неполным набором жевательных приспособлений. Остался последний, невозмутимо рассматривающий свои ногти, толстый.

Уверенно пошагала к тому, кто следующий понесёт важную персону во имя нашей свободы и счастливого будущего вдали друг от друга.

– Вы готовы? – придерживая верную и слегка опьянённую Марту за поводья, преувеличенно бодро спросила у потрёпанных жизнью и общением со мной мужчин.

– К такому приготовишься, – пробурчал бледный всё ещё слегка похрипывая. Предпочла проигнорировать высказывание. Нам вместе предстоит несколько дней пешего пути, если начнём их с ссоры, то они, чего доброго, меня одну оставят. Повезёт если живую.

– Продолжаем путь в образе пожилых, – намекнула что капюшончики пора бы накидывать, – и горбатых. – протянула балахон толстому.

– За это не уплочено, – перевёл наконец взгляд со своих ногтей на мою скромную персону.

– Но вам ведь нужно доставить меня в столицу.

– Не на себе, – спокойно парировал.

– «Не на себе» нас поймают, – не унималась я.

– Садись на лошадь.

– Увидят нечистью с неба.

– Заберём телегу у торговца в неё и ляжешь.

– Поймают за воровство раньше, чем пройдём два дерева.

Мы спорили десять минут. Десять невыносимых для толстого и спокойных для меня минут. Свекровь в мастерстве словесного парирования поднатаскала мою скромную персону за все годы своих визитов.

– Бфатан, а ты фсе эти фредлофения офучить фаньше не моф? – как-то не добро прервал очередной виток наших споров тощий.

– Не понял, – отвлёкся от меня толстый, а бледный пояснил буравя своего товарища суженными от ярости глазами:

– Ты раньше эти предложения озвучить не мог?

Толстый рот открыл. Толстый рот закрыл.

– Да вдохновение только сейчас нахлынуло.

– Фот фа фдофнофении её и тафи! – рявкнул тощий и в капюшоне блеснула лысая макушка. Вспотел мужик.

Солнце к моему ужасу, незаметно пересекло зенит, а это значит что маги уже точно выбрались с болот. Наш лесной дух сильный, но старенький. Он такое количество одарённых удержать дольше не сможет, даже из вредности.

– Нам срочно нужно выдвигаться! – уведомила и всучила большую хламиду недовольному толстому.

– Всё ещё нет. – сложил руки на груди. Его подельники слаженно простонали, утирая пот со лба. Неужели в чёрных капюшонах так жарко? Мне стоять здесь же в тенёчке вполне комфортно.

– Оплачу твой взнос в гильдию на следующий год, – психанул бледный, а Камиль как ни в чём не бывало забрал у меня балахон, натянул на свою широкую фигуру и даже спиной повернулся, на одно колено присев.

– Залезай давай, а то с него станется проценты запросить за каждую минуту ожидания. – прохрипел мой прошлый переносчик.

– Спасибо за идею, – отозвался повязывающий удерживающий меня пояс толстый.

– Фтранно фто тефя так мало фьют, – не остался в долгу тощий в очередной раз утерев пот со лба. Прихватил мою хмельную, а оттого радостную просто жить и любоваться окружающим миром Марту и первым двинулся в путь.

***

– Нет, это вы угощайтесь! – не унимались странные, радушные и сильно подозрительные браконьеры. Эта подозрительная компания улыбалась нам остатками зубов уцелевших в шахматном порядке. Некоторые с трудом моргали единственным открывающимся глазом, криво улыбались разбитыми губами. До нашего прихода на небольшой полянке было шумно.

Мы наткнулись на их лагерь случайно, уходя от дороги в глубь леса, чтобы сбить предполагаемых преследователей со следа. А в том, что одарённые уже освободились я даже не сомневалась. Не зря же герцог был так серьёзно настроен.

– Флыф, Фельн, мне это не нфафится, – прошептал в спину бледного тощий.

– Мне тоже, но нам нужно отдохнуть, а у них артефакт отвода глаз. – натянуто улыбаясь тем, кого в наших лесах быть не должно, проговорил сквозь зубы бледный и уже громче продолжил странный диалог, – Братан, дай на общаг скинуться. Спирта нет, потонул на болотах.

– Да вы что! Мы не пьющие! – воодушевлённо соврал краснолицый, опухший и самый побитый. Его словам быстро закивали не менее отёкшие товарищи. Что удивительно, на поляне было чисто.

То есть, ни клеток с животными, ни их тушек, ни бутылок алкоголя. Только аккуратно сложенный «шалашиком» костёр, сумки, разложенные по периметру огненного света. И сами мужики, сидящие в позе лотоса вокруг деревянных тарелок со свежей едой.

Услышав шорох кустов, они лишь повернули головы даже не попытавшись встать и схватиться за оружие. Которого здесь тоже отчего-то не было. О том что перед нами браконьеры свидетельствовали лишь нашивки на сумках: голова медведя с кровавой слезой у чёрного глаза.

– Братан, не обессудь за вопрос, но у вас всё нормально? – продолжая стоять, практически в кустах и осматривать поразительную картину продолжил попытки разобраться в происходящем, бледный.

– Да шикарно! Мы, это, про… – запнулся, вопросительно взглянул куда-то нам за спину, не удержались и обернулись в ту же сторону. Все кроме бледного, – РОЖ? СОШ? ЗОЖ! Услышали про ЗОЖ, в лес вышли походить, воздухом подышать. Пожр… покушать вот, свеженькое. Ягодки собрали. Да вы проходите, в ногах правды нет! – на последних словах главный в этой компании рвано выдохнул. Большой, мускулистый, с тёмными волосами и грустными глазами, он продолжал удерживать своё тело руками по обе стороны от напряжённого тела.

А мы не сдвинулись с места, очень внимательно разглядывать зелёные листики деревьев позади. Они в ответ невинно шуршали от лёгкого ветерка.

– Надо валить, – озвучил общую мысль толстый и развернулся. Я, всё ещё полу-лежащая на его спине тоже.

– Ну хоть покушать с собой возьмите! – раздалось с полянки испуганное от большого и страшного браконьера. Остальные странно замычали, но ни у кого из нас не возникло желания выяснять что там происходит.

– Мышь, какая нечисть у вас ещё тут водится? Духи злые? Оборотни? Демоны? – быстро передвигаясь, но всё ещё прихрамывая уточнил бледный. Толстый не отставал и бодро перепрыгивал все корни и ухабины. Я клацала зубами от каждого резкого движения, но ответить сумела.

– Т-только-о б-боло-отни-ик.

– Тогда что за… – запнулся, подумал и перефразировал, – что это было вообще?

– Браконьеры? – спросила сама не веря в своё предположение. Абсолютно всё с ними было не так. Начиная от костра, который нормальные охотники прикрыли бы специальным амулетом, продолжая откуда-то взявшимся дорогим артефактом отвода глаз. Заканчивая историей про эрдемовский здоровый образ жизни.

– Я впервые видел чистых браконьеров. К ним обычно подойти невозможно. Они же на себе металлические ловушки таскают, в лесу несколько недель живут и бух… пьют как не в себя. А тут, какой-то ЗОЖ, еда в тарелках и сидели они странно. – тихо пробормотал толстый, но его все услышали.

– Это поза лотоса, – подсказала.

– Знаешь что, серость, нормального мужика в эту самую позу можно только насильно усадить, ноги ему переломав! И судя по глазам этих страдальцев… – многозначительно замолчал.

– Из леса надо валить, – резюмировал сказанное толстым, бледный.

И мы ускорились.

Ночь провели на небольшой полянке. Меня уложили на поваленное дерево, чтобы с земли не ощутили стихийники. Прикрыли сверху тонким плащом из маскировочных запасов – от глаз нечисти чернокнижников.

Спали плохо. Мужчины сменяли друг друга на карауле каждые несколько часов, но судя по настроению, также как и я уходили в дрёму не в силах погрузиться в полноценный сон.

Оттого рассвет встретили злые, не выспавшиеся и сильно помятые. Чтобы умыться и привести себя порядок, направилась в сторону ручья, мимо которой мы вчера проходили.

– Мышь, ты куда намылилась? – отвлёкся от разжигания костра толстый. Его узкие глаза недовольно смотрели на меня, а густые брови почти сошлись на лбу в единую линию.

– Леди Элиза! – да, я тоже не выспалась и умею это показывать! – Умыться. Полезное занятие, рекомендую!

– И умываться ты собралась в той стороне? – усмехнулся. Тощий копался в сумках на краю поляны, а бледный ушёл с Мартой на полянку неподалёку.

– Именно. Для гигиенических водных процедур необходима, что поразительно, вода. Мы закончили?

– Ну если вода у тебя там, тогда да, мы закончили. – заржал толстый, а огниво в его руках вспыхнуло слишком ярко. Мужчина зашипел, принялся трясти обожжёнными руками и тушить небольшое возгорание на собственной рубахе.

С верой во всемирное отмщение, гордо подняв подбородок пошла к ручью. С ориентированием у меня всю жизнь всё прекрасно складывалось. Оттого, услышав шум воды впереди, лишь победно усмехнулась. Да по моей памяти можно карты рисовать!

Приблизилась к источнику какого-то подозрительно громкого для ручья шума и выбравшись из зарослей ахнула. Перед глазами простирался небольшой, но невероятно красивый водопад. Малое пространство, окружённое густыми деревьями и кустарниками, создавали настоящий оазис уединения.

Восходящее солнце отражалось от капель, образовав небольшую радугу. Никогда и нигде в этом лесу я не видела подобного. И не читала об этом месте, не слышала от местных. Промелькнула мысль, что это прекрасный водный объект создан только сейчас, но отогнала её как невозможную.

– Вот бы искупаться, – умыв лицо в холодной воде пробормотала, глядя в своё помятое за время приключений отражение. Ладоням стало тепло. Так тепло, словно я в остывшую воду ванны добавила горячую.

Испуганно подскочила и юрким кроликом умчалась обратно к лагерю. На мгновение испугалась что заблудилась от страха, но запнувшись о корень, почти врезавшись в высокий куст, выскочила на полянку.

– Этот лес странный! – высказала, глядя в серые глаза вернувшегося с моей лошадкой бледного. Кивнул и коротко бросил:

– Валим.

Костёр потушили, меня на спину толстого усадили, сумки с одеждой прихватили и довольную Марту за собой повели.

– Я к речке ходил, лошадь напоить. – тихо начал бледный. Когда все заинтересованно остановили на нём свой взгляд навёл жути закончив, – Нет больше речки.

Толстый отчего-то взглянул на меня, но не сказал ни слова. Понял, наверное, что спорить со мной когда дело касается ориентирования на местности бесполезно!

Пришла в голову мысль сесть на лошадь, прикрыться накидкой, благодаря которой удалось обмануть отправленную на наши поиски нечисть, и ехать верхом. Но тогда я не смогу направлять своих путников на верный путь. С тихим вздохом продолжила выполнять свою важную роль.

Оказалось, что скупой гном Гусь положил еду на одну меня. Бесконечно худеющею меня. Поэтому с завтраком справились быстро, и набегу. Я вообще хлебом за шиворот рыжему Камилю крошила. Случайно, конечно, но он не верил.

Остановились лишь раз, когда солнце перевалило за горизонт. Мои сопровождающие изнывали от жары, покачивались от усталости и голода, но стоически терпели и шагали. Когда толстый уже не просто запинался, а практически падал на каждом шагу, бледный не выдержал:

– Привал, – сказал и сам свалился у ближайшего дерева. Камиль вообще на колени рухнул и рывком пояс отвязал, от чего я скатилась назад. Если бы не густая и мягкая трава, то одной важной части моей скромной персоны было бы крайне неприятно.

– Нуфна еда. Фто тут по фауне? – вытирая пот со лба уже мокрой хламидой уточнил тощий, сидя прямо на земле.

– Да как в обычном лесу. Зайчики, лисы, птички всякие, – встала, достав из пространственного кармана последнюю бутыль с водой. Протянула мужчинам. Мне так жарко не было. Даже сейчас, натягивая на себя накидку и устраиваясь поудобнее рядом с брошенными в кучу сумками, ощущаю приятный летний ветерок.

– Камиль, – сделав большой глоток воды, обратился к толстому бледный, – ты…

– Вот даже не надейся, – не разгибаясь и продолжая сидеть скрюченным рявкнул толстый. На меня старательно не смотрел.

– Я фоймаю фифу… фиффю… фу фы! – психанул уже бледный метнув в меня злобный взгляд. Но показал руками крылышки и быстро ими помахал.

– Поймаете птицу? – блеснула умением разгадывать смысл жестов. Кивнул.

Не успел бледный развести костёр, толстый отползти к ближайшему дереву, а тощий скрыться в кустах, как на участок земли перед нами упала птица. Большая тушка тетерева.

Молча смотрим на бессознательное тело пернатой. Я из своего укрытия, мужчины кто как стоял и сидел. Странность происходящего уже не шокировала. Мы слишком сильно устали.

– А мне уже как-то плевать если честно, – спокойно озвучил общие мысли бледный и продолжил разводить костёр. Искра, быстрые движения и горстка собранных палочек бодро задымилась.

– Согласен с Бельном. Если она не отравлена, то какая разница что в этом проклятом лесу происходит, – вторил главному толстый. Тощий подошёл к тушке и неожиданно склонившись, понюхал. Как собака.

– Не отравлена, ещё живая, но без сознания.

– А может этот лес исполняет желания? – усмехнулся бледный подкладывая собранные палки в костёр.

– Тогда меня бы здесь уже давно не было, – прохрипел Камиль и наконец устроился. Сидя, прислонившись боком к дереву напротив костра.

– А я попробую, – замерев с очередной деревяшкой в руках мечтательно протянул Бельн, – хочу чтобы глава гильдии свалил, наконец, на пенсию!

– Да, дедуле давно пора отдыхать. – устало прикрыл глаза толстый, а я захотела уточнить что там с их главным не так, но не успела. Ушедший в кусты с бессознательно тушкой тощий, предупредительно отозвался:

– Мыф, глафа факфой.

Ткань накидки опустила. Шелест кустов, звуки соприкоснувшейся с горячей посудиной тушки и запах жареного мяса. Вкуснейшего за всю мою жизнь. И судя по молчаливому, быстрому поглощению моими спутниками, в их жизнях тоже.

Толстый уже не разгибался, молча протянул повязку тощему и медленно побрёл дальше не оборачиваясь. Даже кривую палку нашёл, на которую заметно опирался при ходьбе. Тощий бросил жалостливый взгляд бледного, встретил лишь утвердительный кивок, принялся недовольно обвязываться.

По комплекции мы были примерно одинаковы, только рост у мужчины превышал мой на полторы головы минимум. С такой пушинкой должен справится точно.

Бледный замыкал угрюмую процессию, ведя за собой спокойную Марту. Радует, что подруга не переживает о разлуке со своим возлюбленным, которого я обязательно как-нибудь верну. Вот доберёмся до горгулов и сразу займусь этим вопросом.

Что бы как-то сгладить гнетущую атмосферу в нашей небольшой компании, решила завести непринуждённый разговор. Вспомнила что хотела спросить совета о свекрови у более опытных в части брака людей. Прокашлялась и уверенно предложила:

– А давайте поговорим о ваших мамах!

– Мышка, вот лучше не продолжай, – от чего-то разъярённо рявкнул сзади Бельн и я обиделась. Вот хотят в этой напряжённой атмосфере находится, ну и пожалуйста!

За спиной как-то странно вспорхнули птицы. На секунду показалось что это не хлопки крыльев, а чей-то задорный смех.

К деревне вышли случайно. Просто вынырнули из густых зарослей прямо в высокие брёвна забора. Следуя вдоль него, двинулись в сторону отдалённого шума.

– Надо сменить одежду, – шепнула кряхтящему тощему, но услышали все.

Одну важную персону не очень бережно спустили на землю. Молча порылись в сумках, достали артефакт очистки, прихваченный мной из дома, применили. Пахнуть стало в разы приятней.

Переодевались быстро: я в кустах в костюм юного торговца. Волосы спрятала под бандану, под рубахой затянулась потуже, штаны приодела посолиднее. Тощий, толстый и бледный вышли на дорогу раньше меня. Образы дельцов шли им гораздо больше, чем бандитские.

– Разбиваемся по парам, встречаемся на краю рынка. Вы берёте провиант, мы лошадь и телегу. – напомнила о нашем плане, передала артефакт пространственного кармана, и прикрыла нижнюю часть лица тканевой маской. Как это делают торговцы растений, спасаясь от головных болей от ярких запахов.

Приблизилась к бледному ещё до того, как он успел сориентироваться. Толстый с тощим схватили Марту и быстро поковыляли, бросив своего товарища с самой, между прочим, выгодной парой! Я эту деревню помню ещё с наших с маменькой поездок!

– Может вам тоже лицо прикрыть? – не сдержавшись съязвила, глядя в перекошенное лицо бледного.

– Тогда ты исчезнешь? – с наигранной надеждой спросил и даже к сумке потянулся.

– Чем раньше мы доберёмся до столицы, тем раньше это произойдёт! – напомнила о необходимости завершить это изнуряющее как морально, так и физически, путешествие.

Двинулись молча. Без проблем прошли в распахнутые ворота, не без труда игнорировали запахи свежеприготовленной еды и добрались до центральной площади, где под палящим солнцем отстроили целый рынок.

Маленькие и большие деревянные палатки с навесами от солнца, крепились на самодельные штыри, создавая разноцветный коридор из ярких тканей. Крикливые торговцы, старательно продвигали свой товар, не жалея ни собственных голосовых связок, ни своих соседей по торговому ряду.

– Живность там, – ткнул меня в бок локтем бледный и я очнулась.

Мы с маменькой очень любили приезжать сюда летом. Свежайшие фрукты от местных земледельцев, красивейшие яркие ткани от лучших мастериц клана Согафил и вкуснейшая уличная еда, переплюнувшая все ресторации, в которые нас водил папенька.

– А там шашлычки на шпажках, – не осталась в долгу и тоже зарядила локтем в бок своему стоящему на месте провожатому. Недовольно глянул сначала на меня, затем на тот самый ларёк с обмахивающей магическую печь женщиной. Запах исходил одуряющий, возможно поэтому никто из нас не мог сделать и шагу в другую сторону.

– По одной и за лошадью, – кивнул и первым двинулся на встречу второму завтраку.

– Там ягодки в шоколаде, – ткнула в бок локтем проглотившего третью шпажку мужчину.

– По одной и пойдём.

– Копчёная рыба со свежим хлебом, – от тычка бледного проглодита уже болели бока. Кушать надоело на третьей палатке, не говоря уже о том, что приходилось оттаскивать бледного от каждого закутка с алкоголем! Один раз они с ушлым торговцем чуть меня не провели, солгав что в бочке вишнёвый сок. Благо, из-под прилавка вовремя пьяно икнули такими парами, что меня покачнуло!

Пришлось следить чтобы ушлый торговец из вишнёво-самогонного закутка не приближался к одному жаждущему раскрасить свой день спиртовыми красками индивиду. Низкий дядечка искренне верил, что преследовал нас незаметно: прятался за прозрачными обрезами ткани с налитой доверху кружкой самогона. Следовал по параллельным улицам, пытаясь поймать взгляд недовольного бледного и подать ему сигнал. Даже выманить его старался, подговаривая своих коллег. Но те увидев меня отчего-то отказывали.

Теперь отдёргиваю этого невыносимого типа и не доверяю никому! За лошадью так за лошадью, хватит! Маги на хвосте, рукопись не восстановлена, жених хочет жениться, и я всё ещё в компании сомнительных личностей, а не горгулов с родненькой Мартой и её возлюбленным.

Когда никакие уговоры желудка и нытьё сопровождающего не отвлекают, лошадка выбирается очень быстро. Практически не останавливаясь, я обошла импровизированную конюшню, состоящую из деревянных ограждений под навесом и выбрала одну. Песочного цвета кобылу. Моя Марта нежно-коричневая с такими же умными карими глазами. Уверена девочки подружатся.

Бледный наконец взял себя в руки или просто смирился, выбрав самую добротную телегу.

– Давайте быстрей, – рявкнул издали, опирающийся на трость всё ещё согнутый вдвое толстый. Густые брови сошлись в одну линию, губы сжаты. Тощий рядом молчал и держал за поводья спокойную Марту. Она без особого энтузиазма осмотрела новую лошадку, лишь обрадованно фыркнула при виде меня.

Нужные ворота нашлись быстро. Мужчины привычно запрягли лошадей, уместились в телеге, прикрыли меня накидкой и мир неожиданно померк. Сквозь пелену окутавшего меня сна услышала звуки падения тел своих подельников.

– Да я бы дольше не выдержал! Если они опять без продыху попрутся, я первый коньки двину! – сквозь пелену донёсся незнакомый голос. Мерное покачивание телеги, фырчание лошадей, пение птиц.

– А не надо было браконьеров в узелок скручивать и правилам здорового образа жизни учить! – рявкнул второй незнакомец. Под головой что-то заворочалось, но я лишь удобней её устроила.

– Полезно, между прочим! Мне моя девушка всё объяснила…

– Да поняли мы все что ты девушку завёл, остановись! – простонал первый и самый недовольный. Может, потому что у него девушки нет?

Во второй раз проснулась от яркой вспышки, просочившейся даже сквозь закрытые веки. Глаза открывать не хотелось, на них всё ещё давила усталость и какая-то внутренняя уверенность что увиденное мне не понравится.

– С возвращением в столицу, Ваша Светл… э-э-э, а это что? – голос пожилого мужчины отражался от стен и возвращался эхом.

– Это будущая герцогиня Данкель и её, – запнулся мой жених, – помощники. Нас уже ожидают?

– Да, мой лорд. В солнечной комнате.

– Благодарю, Гинар. Это, кстати тебе. – звук шагов и лязг, цокот копыт.

– Но у меня нет конюшни!

– Телега тоже, не благодари. Это бонус за службу.

С этими словами меня подняли с мягкого и тёплого ложа и на ручках понесли дальше. За спиной остался неизвестный и очень озадаченный Гинар, его новая лошадь и бывшая нашей телега.

Глава третья

Добро пожаловать в столицу и верните откуда взяли

– Но я хочу посмотреть на ту самую Элли! Не будь таким вредным! – проснулась окончательно под звук открываемой двери.

– Ларт, она спит! – от голоса герцога на секунду стало легче. Пока не осознала кто в нашей стране Ларт. Ларт Хонер! Император Ларт Хонер!

– Так это даже удобней! Пусти уже! – в комнате прозвучали шаги. К моей скромной, грязной персоне приближается сам глава нашей империи. Названный Завоевателем! А я по болотам ходила, на наёмниках каталась, в лесу ночевала и умылась лишь раз в подозрительной речушке! – Ути какая бледненькая, какая тощенькая. Кайн, ей восемнадцать хоть есть или мне закон переписать?

– Элли двадцать четыре! – громким шёпотом рявкнул жених, а сидящий передо мной, пугающий своей властью, Ларт Хонер тихонько усмехнулся, обдав моё пылающее лицо своим тёплым дыханием.

– Значит работы не прибавится, вот и чудненько! – громко возвестил Завоеватель и перебил начинающего шипеть герцога, – Твоя совершеннолетняя невеста не спит. Вставай, малышка, приводи себя в порядок и будем знакомиться. А ты не бурчи, ребёнка смущаешь.

– Кто кого ещё смущает, – всё же пробурчал мои мысли Кайн. И мужские шаги, наконец, отдалились. Тихое закрытие двери, которая почти сразу открылась вновь. Мягкие туфельки нескольких девушек зашуршали по ковру и остановились у кровати, на которой всё ещё лежала истуканом шокированная происходящим я.

– Леди, позвольте помочь Вам … – резко села, открыв глаза. Испугала одну молоденькую девушку и не вызвала никаких эмоций у двух горничных-фантомов. Магический копии живых людей обычно эмоциям не подвержены. Светловолосая с платьем в руках нервно улыбнулась, пока её темноволосые коллеги неподвижно наблюдали за мной. В тёмных платьях и с маленькими чемоданчиками в руках.

В спальне бледно голубых тонов кроме нас четверых действительно больше никого не оказалось.

Главная в этой компании, живая и светловолосая повторила:

– Леди, позвольте помочь…

– Это был император? – шёпотом уточнила у той, что сжимала в руках платье популярного в этом сезоне, нежно-кремового цвета. Девушка кивнула и натянув дежурную улыбку снова повторила:

– Леди, позвольте…

– И они с герцогом ожидают меня? – прервала, даже не пытаясь встать с кровати. Сердце до сих пор оглушительно стучало, от чего, ставшая раздражительной, просьба служанки, прозвучала приглушённо:

– А теперь, позво…

– Мои провожатые тоже там? – случайно не сдержалась снова. Ладошки тряслись и потели, дыхание сбилось, желание сбежать затмевало воспитание, здравый смысл и посторонние мысли. Кроме одной, касающейся платья. Не озвучить которую я не смогла, – этот цвет мне не идёт.

Служанка резко выдохнула и зло прищурившись демонстративно медленно осмотрела меня с выкрашенной в тёмный цвет макушки до грязных ботинок и ехидно уточнила:

– Желаете предстать перед императором так?

Артефакты очистки, применённые мной с наёмниками, не охватывали сделанные алхимиком мази. А потому, предстала моя бледнокожая и темноволосая персона перед большим зеркалом, испугав впалыми щеками и покрасневшими глазами. И вот это видел император. Вблизи.

– На купания времени нет, закройте глаза и не шевелитесь, – раздражённо проговорила всё та же светловолосая служанка и не дождавшись, когда я выполню указ призвала ледяной водный поток.

Стихийница. Я разозлила стихийницу! Да у одарённых с настроением всё ещё хуже чем у нормальных. Они же магией нестабильной фонтанируют до замужества, если артефакты соответствующие не носят. Она меня поджечь сейчас может и за это ничего не будет, ибо «я просто хотела волосы подсушить» и глазками так хлоп-хлоп.

– Контрастный душ полезен для кожи, – пропела, счастливая от открывшейся картины, абсолютной мокрой леди, горничная. Дрожащая, в насквозь мокрой одежде, уставшая, но гордо держащая спину прямо, взглянула в суженые глаза стихийницы и прохрипела:

– Не поможет – это, – погладила по волосам и щеке, – работа алхимика.

Зря. И без того озлобленная девица напротив загорелась азартом. Или желанием убивать, ибо как объяснить произошедшее далее, я теряюсь.

Ледяная вода полилась уже без предупреждения. Мощным, тяжёлым потоком, прижимая меня к полу, не останавливаясь и не давая сделать и вдоха. Голова закружилась, руки безвольно повисли вдоль тела, плечи и шея заболели от напряжения. Попытки сдвинуться с места едва не привели к падению. Если бы не многолетние тренировки осанки от моей требовательной маменьки, то осчастливила бы я одну служанку глубоким поклоном, разбив своё лицо о деревянный пол.

Всё закончилось так же неожиданно, как началось. Дверь открылась, фантомы рассеялись, а стихийница не успела ничего сказать. Водный поток остановился, руки темноволосой горничной заволокло тьмой. Вопль боли, струи крови, полившиеся на пол и моё мокрое лицо, прижатое к чёрному камзолу герцога.

Свежий запах, смешанный с чем-то лесным, почти родным успокоил. Как и тихие слова, сказанные тёмным:

– Запереть, допросить. Выяснить кто, откуда и как здесь оказалась.

Мимо неслышно пронеслись стражники в золотых латах императорской охраны.

– Как вы это допустили? – опередил формирования моих мысленных вопросов герцог.

– Пришлось снять охранку чтобы пропустить спутников леди Миладо, Ваша Светлость, – безэмоциональный ответ от двери. Тёмный даже не думал меня отпускать, злясь и, кажется, не замечая как сильно сжимает через чур хрупкие печи в своих руках.

А нас император ждёт! И одежда не приятно липнет к телу, капельками холодной воды стекая на пол по замёрзшим рукам. Которым снова придётся спасать трио наёмников.

– Ваша Светлость, мне необходимо собраться, – попыталась намекнуть на необходимость оставить меня одну, но мужчина понял всё неверно.

– Ты свободен, – отдал приказ кому-то и остался стоять, прижимая к себе. Дверь закрылась, мы стоим. – Не переживайте, моя леди, я со всем разберусь и больше подобного не повториться.

Поверила, но думалось как-то не об этом. В соседней комнате звучат голоса. А темноволосый и щекочущий мою макушку щетиной жених продолжает непотребство в виде несанкционированных объятий.

– Вы тоже свободны, – намекнула объёмнее.

Вспомнила как маменька отчаянно пыталась следовать моде на «элегантные просьбы» и оставляла ювелирные каталоги с загнутыми на нужных изделиях страницами, в местах папенькой часто посещаемых. Сильно злилась, когда красивые, тонкие журнальчики переехали в сантехнический узел, а у невнимательного к мелочам, но очень ценящего прекрасное папули, появились новые часы с красивыми сверкающими камушками.

И вот сейчас сжимая мои хрупкие плечики, стоит такой же намёки не понимающий, но прекрасное уважающий. Ибо не отпустил, не отошёл и дверку за собой не прикрыл, а озадаченно огляделся.

– Какое платье на Вас нужно одеть?

– Кому? – не веря в услышанное решилась уточнить.

– Мне на Вас. Вы ведь одна не справитесь, верно? – и столько надежды в голосе, столько просьбы.

Столько печали, когда я разъярённо захлопнула перед наглым носом дверь. Сразу за ней донёсся тихий голос императора:

– Ты серьёзно верил, что это сработает?

– Ты серьёзно верил, что он не попытается? – вопрос от Ваера.

– Вы давно тут стоите? – голос герцога излучал столько же удивления, сколько испытываю я сама.

– Мальчик мой, давай я тебе пару уроков любви преподам. А то если среди нас пупсов в ближайшее время не появится, он же вернётся!

– Кайн, это серьёзно, не доводи до бывшего императора, – поддакнул чернокнижник, а я не поняла. Что с бывшим императором не так? Хорошо вроде правил.

– А давайте вы лезть не будете и сами пупсами займётесь? – психанул мой жених и наконец отошёл от двери.

– Я уже занялся! Так их от меня сначала скрыли, а потом раскрыли. Но вместо того, чтобы проводить время с папочкой, эти остолопы сбежали в Эрдем! Кайн, я этого больше не вынесу! Мне наследник нужен, а не работа постоянная!

– Ты это сейчас нам говоришь, да? Серьёзно?! – рявкнул отчего-то Ваер и голоса отдалились окончательно.

А с герцогством что не так? Вспоминая всё, что изучала об этих землях медленно побрела к небольшой дверце. Никто меня в нормальный вид не приведёт, придётся самой.

Когда подписала помолвочный договор, некоторое время читала о своём будущем доме. Самая обширная территория с печальным прошлым.

Территория с сильной армией, верной императорской семье на которой внезапно обнаружили магический камень. Шахты оборудовали по последнему слову артефакторики и технологиям параллельного, технического мира. И земли расцвели, получая с продаж лучшего магического ресурса, необходимые для развития деньги.

В это же время, начало происходить страшное. Без вмешательств тёмных магов с их ритуалами и заклинаниями, умершие принялись подниматься, голодными зверями нападая на членов своей семьи.

В единый миг, первые солнечные лучи перестали касаться спешащих по своим делам, жителей. Тёплые и яркие, они освещали путь армии нежити, догоняющей тех, кто успел покинуть свой дом. Люди бежали из страшных, захваченных толпами умертвий городов к замку герцога. В надежде что он поможет, спасёт, вернёт их нормальную, безопасную жизнь. Но дедушка Кайна был стар и слаб, а потому выгорел, упокоив лишь часть неудержимой армии.

На его место пришёл единственный сын, Ромар Данкель. Герцогству и ближайшим землям несказанно повезло, что он был талантливым артефактором.

«Сердце тьмы» – артефакторная сеть подземных труб из специального сплава, каждая из которых собирает излишки смертоносной магии. Что происходит с ней дальше никому не известно. Но стоило бывшему герцогу активировать своё устройство, как уже поднятые упокоились, а умершие перестали вставать.

Сейчас, спустя полвека, эти земли являются одними из богатейших, пусть и до сих пор, наименее заселённых.

Так что же с ними ещё не так?

Пока анализировала, успела переодеться в то самое, единственное платье, заботливо лежащее на краю кровати. Нежно-кремовое, подчёркивающее нездоровую серость моей обмазанной составом кожи. Отвратительно смотрелось с блёкло-тёмными волосами, а обтягивающий на талии фасон лишь усугубил картину «гуманней добить».

Вздохнула, вспоминая златовласую, голубоглазую с нежной кожей прелестницу, порхающую на своём дебюте в ярком лазурном платье. Как же вкусно я тогда покушала.

Побрела к двери. Император уже всё видел, герцог тем более. Значит здесь переживать бессмысленно. А вот за свою троицу подозреваю что нужно. И где моя Марта?

Вышла в просторную гостиную, залитую солнечным светом. Два широких дивана на высоких ножках посередине, напротив огромного окна. Невысокий столик между ними, заставленный едой. И мужчины, поднявшиеся при виде меня.

– А вот и Элли! – радостно провозгласил, маменька моя помоги это пережить, император Ларт Хонер Завоеватель! Взаправдашный! Высокий шатен с небольшим животиком, и яркими янтарными глазами. Понимаю почему слухи о его любовных похождениях доносились даже до нашей глубинки – от мужчины веет властью, могуществом, уверенностью и чем-то неуловимо тёплым.

– Я думал ещё дольше задержаться было невозможно, но ты побила все рекорды. – устало высказался стоящий у стены с бумагами Ваер. – Вы почему постоянно не туда сворачивали? Ребята половину резерва спустили чтобы вас хотя бы к деревне вывести!

«Ребята» оказались здесь же. Двое молодых одарённых с усталыми лицами, прямыми спинами стояли у двустворчатых дверей и сильно хотели оказаться подальше отсюда.

– Это не её вина что вместо того, чтобы помочь им в пути, твои ребята только запугивали! – встал на мою сторону герцог. Похоже этот разговор вспыхивает не в первый раз. Тогда понятно отчего двое у дверей такие несчастные. Огляделась, моих спутников здесь нет. Задать вопрос не успела, как его с усмешкой задал император:

– А на наёмников уже можно посмотреть или они тоже спят?

«Ребята» с облегчением синхронно открыли двери, впуская моих сопровождающих.

Хромой, беззубый и подбитый… э-э-э… толстый, тонкий и бледный медленно вошли в комнату. Огляделись и заметно напряглись не при виде императора, а почему-то меня. Молчание длилось недолго:

– А что с вами случилось? – спросил с нескрываемым любопытством Ларт Хонер.

– Его невеста! – яростно, не сдерживаясь, отозвались в один голос троица предателей.

Ваер заржал, император перевёл удивлённый взгляд на меня, «ребята» улыбнулись, а мой герцог нахмурился и зло процедил:

– Кто продолжит веселится поставлю её охраной. – посерьёзнели мгновенно. А я обиделась. Только с тощим неудобно вышло по моей вине. Если не учитывать, что я защищалась от похитителя! Но столь искренняя вера в жестокость нежной и хрупкой натуры от собственного жениха – это уже перебор!

– Подробности желаю услышать за трапезой, – довольно отозвался император и приглашающим жестом указал на стол.

Проигнорировала взгляд герцога и уселась рядом со вздрогнувшим бледным. Толстый и тощий уже сидели по другую сторону от него. Недовольный жених уместился напротив, рядом с потешающимися императором и чернокнижником.

«Ребята» остались печальными статуями у дверей, рассказывая о проделанной работе. От истории что мы изначально были «под колпаком» кусок в горло не лез. Троица тоже размазывала по белоснежными ажурным тарелкам какой-то сырный соус делая вид что откусывают от маленьких тарталеток.

– Кстати, вопрос: почему у меня река Кагара на юге направление изменила? – прервал рассказ о скручивании конечностей, некогда агрессивным браконьерам, в процессе чтения лекции о плюсах здорового образа жизни, император.

Тёмный вопросительно посмотрела на стихийника, который продолжал стоять за нашими спинами. Тот неслышно приблизился, что-то прошептал на ушко, и герцог с каменным выражением на лице ответил:

– Моя леди хотела умыться. – чуть чаем не захлебнулась.

– А-а-а, ну ладненько, разнообразие – штука полезная.

Когда самое долгое чаепитие в моей жизни наконец закончилось, мы с троицей уже дрожали от необходимости выслушивать о собственных приключениях со стороны и держать спины прямо. Особенно толстый.

– Вот всегда бы меня так веселили, а не на экономические собрания таскали, жизнь стала бы прекрасней в разы. – прокомментировал рассказ о нашем путешествии под надзором император и хлопнул себя по коленям. – Ну что, наёмнички, последний ужин покушали? Извольте пройти в пыточную.

– Но Ваше Вели… – начала я, но была прервана императором.

– Ларт, Элли. Для членов семьи я Ларт. И нет, какие тут шутки. Тебе ещё пупсиков рожать, а они даже подготовиться нормально не удосужились. Леди без пледика через лошадку перекинули и в лес потащили! Вы бы хоть телегу продуктовую перехватили, изобразили из себя поставщиков, пробрались в дом, прислугу оглушили и лично аккуратно вынесли девушку!

– Ларт! – прервал его герцог. От озвученной претензии у троицы челюсти отвисли, у меня глаза заболели округляться. Лишь блондин важно кивал на каждое слово:

– Снотворным опылить можно было и лично я бы озаботился отдельным средством отхода. Например, двое улепётывают как приехали, а третий с добычей, на одном из подчинённых ошейником дракошке улетел. Зелёного взять для удобства, чтоб в кустах спрятать.

– Ваер! – у тёмного уже волосы на голове зашевелились и тут не выдержала уже сама похищенная:

– Да они даже обо мне ничего не узнавали толком! Можно было проще: дождаться, когда я самостоятельно выйду для ежевечерней прогулки верхом и перехватить нас с Мартой прямо в лесу! Это ведь так очевидно! А теперь представьте мой шок, когда…

– Элли! – не выдержал герцог.

– Я мог её утопить, – простонал бледный.

– Я мох её пфидуфить, – прошептал тощий.

– Я потребую проценты, – уверенно отозвался толстый.

– Я в восторге! – провозгласил Ваер сквозь хохот.

Троицу сковали «ребята» стоило чернокнижнику перестать смеяться. Не успела пискнуть, моргнуть и сделать очередной глоток дорогого чая, вкуса которого не чувствовала. Стазисные сети крепко обхватили моих похитителей.

Немудрено что нервная, голодная и доведённая до отчаянья леди немножечко психанула.

Со звоном последней разбившейся тарелки, уложенные моей лёгкой рукой стражники, забежавшие в комнату на шум, даже зааплодировали. Прижавшиеся к стене герцог, император и Ваер, запретили мужчинам в латах сопротивляться и давали подсказки как качественней нападать.

– Занавесочкой придуши мелкого сначала. Он самый юркий, – прокомментировал мою первую попытку вывернуть руку тренированному воину Ларт.

– Между ног здоровому заряди, чтоб не мешался! – отозвался чернокнижник. За что от этого самого «здорового» получил неодобрительный взгляд. Не на долго, я к опыту старших прислушиваюсь.

– Только дотронься до моей женщины, конечности оторву, – прорычал на идущего в мою сторону, последнего стоящего прямо, стражника. Мужик остановился и медленно, глядя в глаза тёмному лёг на пол.

А я распаляла всё больше. Они меня всерьёз не воспринимают! Преследовали, магией своей пугали, выкрали повторно, забрали троицу, разрушив очередной план, а теперь ещё и с любопытством наблюдают как маленькая зверушка бьётся в клетке!

Инстинкт самосохранения во мне ещё не отключился, а потому посудой швырялась не в высокопоставленных мужчин… и Ваера, а в картину. Прекрасная столичная площадь с огромным многоуровневым фонтаном и рассаженными вокруг него растениями молча сносила мою ярость.

Кружки, ложки, блюдца, даже желанные пирожные полетели в картину, размазав произведение искусства. А аплодировать мужчины начали потому, что последней тарелочкой я чётко в фонтан попала.

– Милая, тебе ещё посуды принести? Или дротики? Картинку сменить может? – тихонько спросил Его императорское Величество.

– Мне. Нужны. Мои. Мужики. – прорычала тяжело дыша.

– Кайн, ты проиграл грязным, побитым наёмникам. Как ощущения? – хохотнул блондин. Тёмный спокойно уточнил, лишний раз показав кто тут самый адекватный:

– Они действительно Вам нужны?

– Да, – от прямого взгляда чёрных глаз злость испарилась, настигла пустота. Страх перед будущим уже так прочно засел в собственном сердце, что ощущался как часть моей собственной личности. Красивый даже с двухдневной щетиной, взлохмаченными волосами герцог лишь кивнул.

– Допросим, возьмём клятву верности и пристроим у нас, – сразу распланировал будущее толстого, тощего и бледного. – Но, Элли, если откажутся…

– Мои малыши с удовольствием избавятся от трёх проблем разом, – поразил своим серьёзным выражением лица чернокнижник. Не ожидала что он так умеет.

***

Тёмные каменные стены императорской подземной темницы внушали бы ужас, если бы не хорошее освещение, красивые картины на стенах и алые, удобные даже на вид, кресла и диванчики между декоративных деревьев в позолоченных кашпо.

– Из Эрдема пришло зло. – со вздохом замогильным голосом поделился Его Величество заметив мой удивлённый взгляд. – и имя ему «профсоюз». Эти упыри на митапе составили репорт со списком хотфиксов и теперь глава зарвавшейся шайки чекает выполнение каждого запроса.

Вопросительно посмотрела на герцога, идущего рядом:

– Его все достали и скоро сдохнут, – невозмутимо перевёл, а император довольно кивнул. Хочу к горгулам.

В конце длинного коридора, прямо за цветущим мандариновым деревом с яркими плодами, нас встретили важные лица здешней охраны. Надменные взгляды не смягчились даже при виде императора, его двоюродного брата, любопытной мной и Ваером. Кем бы он тут не был.

– Пароль и допуск, – потребовал голубоглазый смертник номер один. А судя по взгляду Ларта именно этот смазливый с аккуратной бородкой мужчина откроет страшный список неминуемого сокращений персонала.

– Мой кракен голоден, а ты бесишь, – с удовольствием проговорил, глядя прямо в голубые глаза император и протянул ладонь. Привыкший к подобному стражник поднёс свою и на мгновение пространство вспыхнуло синим. Второй, молчаливый, и столь же надменный смертник номер два, открыл внушительную металлическую дверь.

– Была очередь Рика пароль придумывать? – тихо спросил Ваер, стоило нам пройти дальше.

– Нет, младшенького, но там какие-то проблемы с его ведьмой, так что средний перехватил.

Этот коридор оказался в разы темней, угрюмей и серьёзней. Без украшений, мебели и надменных взглядов. Всё именно так, как должно быть в подземелье, где удерживают и пытают людей.

Мягкие шаги мужчин, стук моих каблучков по тёмному каменному полу и шорох одежды – единственное что слышала сквозь биение собственного сердца.

– Мы могли бы прогуляться в императорском парке, сходить в музей на выставку работ юной двуликой из клана Согафил, в парящую ресторацию, в конце концов. Но нет! Брат приехал с невестой чтобы пошататься по грязным клеткам с преступниками! – распалялся император, а у меня даже голова в шею вжалась. Забылась немного в какой компании нахожусь.

– А ты можешь с нами не шататься, – предложил Кайн, но Ларт мгновенно успокоившись пробормотал:

– Либо подземелья, либо очередное военное собрание, я ж не дурак.

Мы остановились в конце коридора с двумя дверями напротив друг друга и невозмутимыми стражниками с непроглядными масками на лицах. Амулеты, артефакты высшего порядка, фонящие магией, идеальная военная выправка и жуткое чувство, словно в мою душу заглянули, немножечко всё осмотрели и вынырнули обратно.

– Люди моего старшенького, – с тёплой гордостью прошептал мне император. Возможно, я бы даже что-то уточнила, но огромная комната за открывшейся дверью лишила дара речи. Как-то иначе я пыточные представляла.

Совершенно белые стены, пол и потолок блестящие от чистоты. Зажжённые магические огни освещающие тёмные следы от ножек больших приспособлений. Крюки, свешанные с потолка отполированные настолько, что можно увидеть собственное отражение.

Обернулась на высокопоставленных мужчин и Ваера. Император со своим двоюродным братом внимательно осматривали пространство, а чернокнижник пробормотал что-то вроде: «весь дизайн испортили» и отошёл к ближайшей стене.

А в другом конце большой комнаты, приставленная к стене, сидела замороженная стазисом, моя троица. На лице каждого искреннее изумление. Кроме толстого, у него словно на щеках было написано: «я с вас компенсацию сдеру в тройном объёме».

И я оказалась права! Стоило одному из стражников снять заклинание абсолютной заморозки, как ровным тоном Камиля прозвучало:

– Это на каком основании, уважаемые, нас аж до темницы донесли? – и всё это с важным видом правозащитника. Скрученного вдвое, гордо скатившегося по стеночке на пол, но опирающегося на дешёвую трость с рынка, правозащитника.

– Если ещё и у наёмников профсоюз имеется… – начал император.

– Я его глава! – бесстрашно перебил Камиль.

– … То я на них старшенького натравлю, – спокойно закончил Его Величество.

– Бывший глава, – переобулся толстый и уже миролюбивый уточнил, – так почему мы здесь?

– Потому что сильно сомневаюсь, что вы пытались выкрасть мою невесту по собственной воле. И я хочу знать по чьей. – объяснил герцог, проходя вглубь стерильного помещения. Император с Ваером устроились вдоль стены на появившемся алом диванчике. Знакомом по стилю, словно виденным недавно.

– Да-да, это из коридора, – подмигнул, заметив мой задумчивый взгляд император. – и судя по нагретому сиденью, кто-то сильно отбил своё тёплое место. – и поёрзал довольно прищурившись.

– Совсем стражники распоясались? – с сочувствием осведомился Ваер, закинув ногу на ногу.

– Да не особо, просто наглые. Зато есть над кем поиздеваться, нервишки успокоить. – признался Его Величество и взглянув на наручные часы предложил, – По чайку? У них как раз пересменка, должны были заварить уже.

– Момент, – кивнул чернокнижник и создал небольшую туманную воронку. Забрался в неё по пояс. Вспышки синих молний, звон посуды и вынырнув обратно, блондин подал чашечки на блюдечках, от которых ещё исходил пар. Повернулся ко мне и спросил гораздо миролюбивый чем раньше, – Кровожадинка, ты будешь? Тут ещё бутерброды есть.

Подумала и кивнула. То ли привыкла к компании, то ли голод переборол смущение и я смирилась. С благодарностью взяла протянутую тарелку со стопкой обычных бутербродов с мясом, чашку черного чая и пошла к металлическому столу посреди комнаты, вокруг которого уже восседали мужчины. Моя троица по одну сторону, герцог тёмных земель по другую.

Специально для меня Кайн сформировал ещё одно, гораздо более комфортабельное место – небольшое кресло с высокой спинкой. Естественно, рядом со своим стулом.

Поставила тарелочку с перекусом на стол, с громким скрежетом перетащила обычный стул к молчаливой троице и грациозно уселась, взявшись за свою кружку.

– Я на стороне защиты, – провозгласила громко и с удовольствием отхлебнула чужой чай. Не такой ароматный, как тот, что подавался императору, зато крепкий, горячий, имеющий горьковатый вкус, который я ощутила.

– Не надо, – тихо взмолился тощий, и подумав добавил, – пофалуфста.

– Элли, мы просто поговорим, я ведь обещал, – с укором проговорил тёмный и не дождавшись от меня никакой реакции вздохнул. Вернул взгляд на бледного. – рассказывайте всё.

Я бы даже поверила, что это обычный вопрос, если бы не заметила движение в глубине чёрных глаз Кайна. В них бушевала тьма, выжигая в троице любое желание сопротивляться, лгать, увиливать от ответа. Ментальная магия страшная штука, способная как выжечь разум, так и заставить прожить остаток жизни как курочка. Самая настоящая, кудахтающая курочка.

Об этом случае писали во всех газетах, как о заслуженном наказании старшим наследником очередного шпиона гномьего государства. До сих пор, двухметровый засланец проживает на отстроенном специально для него курятнике прямо на границе с соседним королевством. Пытается заклевать своих соотечественников, пугает петухов. И является самым страшным сном для каждого, проходящего границу по рабочей визе, гнома.

– Я хочу третьего ребёнка, – выдал толстый.

– Жена главы гильдии подмешивает ему яд в утренний кофе, – признался бледный.

– Фот поэфому я не фенюфь, – завершил тощий.

В большом помещении воцарилось молчание. Даже что-то тихо обсуждающие император с чернокнижником задумчиво уставились на троицу.

– Это защита такая или ты устал? – уточнил Ваер и усмехнулся на возмущённый взгляд герцога «утешил», – да не переживай ты так. Со всеми мужчинами бывает. Со мной, правда ещё не было, ну так я ж моложе.

– Это защита от неразглашения. У них разум как решето, – как-то загадочно проговорил герцог и вернул свои, заполненные тьмой глаза, на троицу.

Ничего не понимая в происходящем, но сильно переживая за подопечных, потянулась за бутербродом и с удивлением обнаружила что тарелка сильно опустела. Перевела взгляд на тёмного.

Сложенный один на другой, мясной перекус гармонично смотрелся в большой мужской руке. А потянувшаяся к моей кружке вторая уже нет. Шлёпнула по наглым хваталкам и приступила к трапезе. Обиженный взгляд совершенно черных глаз этому не помешал.

– А теперь давай подробно, что у них в голове, – внезапно уселся рядом со мной император. На появившийся красный пуфик. – он тоже тёплый, – доверительно шепнул широко улыбаясь, заметив мой взгляд.

– Вместо открытой книги, нечто похожее на паутину. Часть воспоминаний и мыслей стёрты, а те что касаются Элли базовые: «выкрасть», «привести в гильдию», «выпить забвение». – от последней мы с троицей вздрогнули. Алхимический яд уничтожает разум выпившего. Не сразу, но неизбежно. Сначала человек забывает мелочи: даты рождения, любимые блюда родных, договорённости. А затем и лица членов семьи, слова, как дышать.

– Давно я в гильдии наёмников не был, – задумчиво отозвался император.

– На вас там маячки стоят, как дойдёте всё запретное уже уничтожат. – перевёл с герцога на его брата остекленевший взгляд бледный и посоветовал, – Артефакт смены личности с аурой нацепите, как будете в гильдии запустите по улицам фантома. Останется только отловить тех, кто чисткой займётся.

– Благодарю, – с усмешкой отозвался Ларт и встал. – Прошу меня простить, возникли неожиданно любопытные дела. Малышка, безмерно счастлив познакомиться, – взял мою освобождённую от кружки чая ладонь, галантно поцеловал и прошептал, – я вам на свадьбу все сервизы империи подарю, чтоб кое-кто в браке не расслаблялся.

– А давай ты просто выйдешь уже! – не выдержал герцог. Янтарные глаза главы нашей империи блеснули весельем. Но ничего не ответив, Ларт попрощался с остальными и ретировался через открывшиеся перед его приближением двери.

– Когда и куда её должны были доставить? – спросил Ваер, а тёмный лишь покачал головой.

– У этого, – указал остатками моего бутерброда в руке на бледного, – был с собой сигнальный артефакт. В тот момент, когда мы их повязали…

– Он активировал и заказчик узнал, что план провалился. – закончил за друга чернокнижник, а в комнате воцарилось молчание.

– Глава гильдии ведь может знать больше! Разве не через него идут заказы? – вспомнила историю из любимой приключенческой книги, где главная героиня выбирала наёмников для слежки за подозрительной личностью. Не зря, новый житель городка оказался серийным убийцей, а девушка спасла жителей от страшной участи. Но все заказы и отчёты поступали исключительно от главы гильдии. Исполнители никогда не попадались ей на глаза.

– Если старика жена травит продолжительное время, то учитывая возраст, он едва ли помнит имя своего помощника. – ответил на мой вопрос Кайн. – Но Ларт всё равно уточнит этот момент, не переживайте.

Над нашими головами прозвучал какой-то протяжный звон, от которого блондин вздрогнул, а тёмный страдальчески поморщился.

– Только не говори, что ты опять немножечко психанул и занялся чисткой наместников, – с мольбой простонал Кайн. Ваер стыдливо втянул голову в плечи и невинно захлопал глазками.

– А что происходит? – решилась уточнить у несчастных мужчин, вздрагивающих каждый раз при усиливающимся звоне.

– Работа, – прошептал как нечто очень страшное, Ваер.

***

Не знаю что такого страшного в работе герцога и, как оказалось, его первого секретаря, но перенесли меня в просторные покои и скрылись с глубоко несчастным видом. Оба.

Но перед этим о-о-очень долго со мной прощались, наперебой желая всяческих благ. Ваер даже подзатыльник получил, произнеся «и жениха тебе, Кровожадинка, хорошего, терпеливого, светлого… Ай! Прости, не в этом смысле! Ай, да прекрати ты, забылся!».

Двери захлопнулись на удивление легко. Словно последние сутки на хрупкие плечи не сваливались тяжкие испытания, стресс и недосып. А качественный отдых и чуткая забота всего персонала императорского спа салона.

Зевнула, прислушиваясь к удаляющимся причитаниям высокопоставленных друзей и побрела исследовать выделенные мне покои.

Большая гостиная с высоким потолком, хвойно-зелёного цвета стены, украшенные золотистыми ажурными рисунками. Большие, тяжёлые задвинутые шторы и добротная дорогая мебель. Широкий диван и кресла с высокими спинками, чайный столик и камин. Всё в тёмных цветах, кроме приятных мелочей: бежевые подушечки, статуэточки, вазочки со свежими цветами, картины со столичными пейзажами.

Целенаправленно направилась к приоткрытой двери просторной спальни с большой кроватью и пустым шкафом. Приметила самую желанную, скрытую за ширмой дверь, и осталась там надолго.

Стоило лишь увидеть размер ванной, как руки сами по себе потянулись к магическому насосу, активировали водонагревательный артефакт и вцепились в корзинку с разнообразными кремами, маслами, скрабами, масками, шампунями.

Одежда улетела на пол раньше, чем я сообразила, что именно налила в водичку. Прозрачная, исходящая паром она приобрела лёгкий голубоватый оттенок с поблёскивающими искорками. Фруктовый аромат с лёгкой горчинкой достиг моего носа, окутав и пленив окончательно.

Лежала, погружалась в необычную, местами покалывающую кожу, воду по самую макушку. Обмазывалась чем-то нежно пахнущим, смывала и обмазывалась снова. Пока не зевнула до слёз в уголках глаз. Горестно вздохнула, встала и не глядя по сторонам, вытерлась большим полотенцем. Натянула халат и продолжая зевать, побрела в спальню.

Уснула раньше, чем мокрая голова коснулась подушки. В какой-то момент ощутила знакомый, свежий запах и замёрзшее без одеяла тело окутало тепло. Нечто тяжёлое опустилось на талию, вызвав чувство безопасности.

Яркое утреннее солнце освещало лучезарное лицо Его императорского Величества, и наши натянутые улыбки. Подлеченные толстый, тощий и бледный пребывали в том же состоянии что я: «ещё не покушал, а уже подавился».

– Попробуй этот паштет, милая, нежнее чем мой повар его готовит только Ханна. Но она верна Кайну и работать здесь отказывается, – пожаловался ввалившийся утром император в дворцовые покои герцога, в которые подселили меня.

Наедине с воодушевлённым Лартом завтракать было слишком нервно, оттого, вопрос: «а где мои люди» вырвался сам, до того, как я сообразила, что и у кого спрашиваю. Но их привели. И теперь мы нервничаем вместе.

– Благодарю, Ваше Величество.

– Ларт, милая! – по-отечески улыбнувшись самостоятельно намазал паштет на небольшой кусочек тёмного хлеба, положил сверху веточку какой-то травы и уместив это нехитрое блюдо на тарелочку рядом с салатиком, подвинул мне.

Кусок в горло не лез, но приняла что дали, поглядывая на своих подельников.

Перед ними тоже наполненные едой тарелки, которую они старательно размазывали. Похоже вчерашняя смелость улетучилась не только у меня.

– Я прогулялся до гильдии наёмников. – начал издалека Ларт, убедившись что я дожевала и запила чаем вкусный бутерброд. А бледный от слов императора гулко сглотнул, – Оказалось, что одна одарённая горничная была подослана моему брату. Но слегка заблудилась и вместо того чтобы подбросить взрывной артефакт, вспылила на одну очаровательную леди. Кстати, милая, выглядишь прекрасно.

И это правда. Не знаю какое именно средство смыло все старания алхимика и мои деньги, в столичную канализацию, но справилось с задачей идеально. Золотые, вьющиеся волосы снова радовались солнечным лучикам, подчёркивая аристократическую белизну кожи и румяные щёчки. Яркие голубые глаза сияли после невероятно крепкого и здорового сна, каких в моей голодной жизни не было уже давно. Даже оказавшееся на краю кровати, нежно-синее платье с открытыми плечами, длинной свободной юбки от талии до пола, великолепно сидело на худощавой фигуре.

– Нет больше у гильдии главы. Зато есть новый рабочий на шахты моего брата. Думаю без ежеутреннего яда в своей кружке, мужик быстро в себя придёт и послужит на благо казны и нового гардероба одной Златовласки долгие годы. – поделился последними новостями и повернулся ко мне, – Портниха придёт с минуты на минуту, так что подумай что хочешь. Главное ни в чём себе не отказывай, а то Кайн меня по финансам обгонит. – и единым глотком допив свой чай, счастливый император пригрозил, что мы ещё увидимся, упорхнул в открытые двери. А мы остались.

– Предлагаю после ужина осмотреть императорский сад, – не теряя времени зря, намекнула на место встречи для приватного разговора. К вечеру подготовлю записку с планом побега.

В ответ, тощий молчал, глядя на свои сложенные на коленях руки. Толстый смотрел вперёд невидящим взглядом. Лишь бледный отреагировал на мои слова кивком.

Вспомнила что заказчик моего похищения хотел сделать с троицей и поёжилась. Такого не пожелаешь и врагу.

– Ваш глава уже не у дел. Вы можете попытаться… – начала я, но запнулась, встретившись с синими глазами тощего.

– Я в эту контору не вернусь! Знаешь в чём разница между гильдией и частной практикой? Гильдия должна была нас защитить! Магией, артефактами, договорами. Мы действуем ин-ког-ни-то! А здесь…

– Нас подставили, – тихо перебил тощего Камиль.

– Жак, я уже забыл какой ты болтун, – грустно усмехнулся бледный глядя на тощего.

– Флофно было, – с тихим смехом передразнил свою бывшую манеру общения в ответ и заметив моё смущение, неожиданно успокоил, – да ладно тебе, мышка. Мне уже очень много лет зубы не выбивали, даже забавно было. Аж молодость вспомнил.

Мужчины лишь понимающе усмехнулись. А в дверь неожиданно постучали, разогнав уютное спокойствие.

– Нитки, ткани, много альбомов, духи… – проговорил тощий и глянул на меня сочувственно, – как я тебе не завидую.

И я поняла почему. С того момента, как толпа неугомонных женщин впорхнула в покои, выгнав троицу, поняла сразу. Нормальные люди себя мадам Жужу не назовут.

– Леди Данкель та-а-ак много о тебе рассказывала! И ведь всё правда! А какая красавица, – не ходила, а плыла по воздуху вокруг меня хищной рыбиной пухленькая женщина. Ярко жёлтые волосы в высокой причёске, большие глаза с такими длинными ресницами, что кажется щекотали чёрные брови. Рост, ничем не уступающий герцогу. Басистый, громкий голос и толпа блаженно взирающих на неё помощниц окончательно уверили в том, что надо было бежать раньше. Или утопиться в болоте, как Мартин ящер.

– Тёплая, светлая кожа с золотистыми волосами и голубые глаза! Да ты ж моя идеальная модель! А что за фигура м-м-м! Золотко, не будь ты герцогской невестой, забрала бы на свой подиум! – продолжала циркулировать повсюду сама странная личность в моей жизни. Даже свекровь как-то померкла на фоне этого яркого безумия.

Пышное платье, переливающееся всеми оттенками красного, мелькало то возле тройки девушек с тканями, то неистовым ураганом переплывало к держащим убийственные стопки альбомов. Завершало шествие у стеллажа с готовыми нарядами.

– Нам подойдут это, – схватила с вешалки пудровое, струящееся мягкой тканью платье, – это и это, – строгое болотное, состоящее из высокой юбки до низа колен и блузы с длинными рукавами. Но с о-очень глубоким вырезом на спине. За ним на вешалке, тёмно-золотое, кружевное, от которого перехватило дыхание. Внутренняя, задушенная почти пять лет назад, девочка-модница восторженно захлопала в ладошки. Захотелось прикоснуться к нежным нитям, ощутить мягкость обволакивающей тело ткани и не слышать громкие возгласы главной портнихи столичных леди.

– Бельё и обувь уже укладывают. Насколько я помню, эскизы и ткани с тобой не согласовывать? – неожиданно налетела на замечтавшуюся меня, женщина и принялась самостоятельно измерять талию.

– Согласовывать! – выкрикнула, вспомнив как до хрипоты спорила со свекровью о свадебном платье. Она предлагала совершенные, изумительные варианты. В то время как я, внутренне страдая, указывала пальчиком на многослойный ужас с рукавами-фонариками.

Мадам Жужу внимательно посмотрела прямо в мои возмущённые голубые глаза своими хищными карими, словно считывая эти воспоминания, и довольно протянула:

– Ну я и говорю – не согласовывать.

Ещё до того, как я вдохнула полной грудью для споров с, абсолютно точно, подругой будущей свекрови, в дверь аккуратно постучали. Суровые стражники, трусливо запершиеся по ту сторону двери, в первую секунду появления столичной портнихи, активно пыхтели в приоткрытую щель.

В светлом коридоре шла безмолвная борьба. То и дело мелькающая низенькая фигура незнакомого мужчины, старательно пыталась сбежать, пока оба императорских стражника аккуратно, но неминуемо, заталкивали его в мои покои.

– Ювелир! – донеслось победно и бедолагу двумя парами рук, практически внесли в гостиную.

Низенький, с меня ростом, пузатенький мужчина всё равно не прекратил сопротивляться. Быстро отскочил назад и перехватил двумя руками быстро закрывающуюся дверь.

– Я твоей жене такое колечко подберу! Она сразу на двадцать лет помолодеет! Как в медовый месяц вернёшься! – отчаянно шептал в щель, которую до бисеринок пота на висках удерживал своими толстенькими пальчиками.

– Мадуша! – пропела мадам Жужу, а мужчина вздрогнул. Чем и воспользовались стражники.

Одно ловкое движение, словно котик лапкой по пальцам хлопнул, и обречённый ювелир плюхнулся на мягкий ковёр. Прижал к себе, оброненный ранее, небольшой чемоданчик и обернулся, взглянув испуганными круглыми глазами на счастливую женщину.

– Здравствуйте, дорогая тёща.

Да нормальная у меня свекровь!

Просто организаторские способности в ней сильные и сына любит. Зато не может вот так поднять меня одной рукой и обнять до хруста костей.

Чисто теоретически.

– Ты вовремя, мой хороший. Начнём с главного: бюджет? – на руках пронесла своего, сжавшегося в комочек зятя ко мне, усадила на диван и требовательно уставилась, буравя взглядом.

Не выдержала, сходила за водой. Подала пытающемуся отдышаться мужчине и села рядом. С благородностью принял, сделал три маленьких глотка и тихо произнёс:

– Неограниченный.

Вопли счастья, неистовство и танцы окрылённых дам чуть не довели нервного мужчину до попытки выпрыгнуть в окно. Даже меня проняло. Пусть семья Миладо не и бедных, но такие страшные словосочетание как «неограниченный бюджет» и «ювелирные украшения» в одном предложении довели бы папеньку до сердечного приступа.

– Тогда, Мадушенька, записывай! – принялась командовать мадам Жужу. И я вновь набрала полную грудь воздуха, ибо это мой неограниченный бюджет! Мои ювелирные украшения! Мой щедрый жених! И вообще, сам император строго наказал этого самого жениха от этого самого бюджета частично избавить!

Но женщина, показав свой в вышей степени, профессионализм принялась перечислять именно то, что подходит для тона моей кожи, цвета глаз и наличия тёмного герцога поблизости. Даже длину цепочек на глаз подобрала идеально: для открытых платьев, закрытых и с узким горлом.

Когда дрожащей рукой мужчина дописал все, полностью совпадающие с моим виденьем рекомендации, на собирающуюся уходить женщину я смотрела уже с восхищением.

– Платья и костюмы доставят по мере готовности прямо в герцогский родовой замок. – и уже гораздо тише, практически нависнув над нами с дёргающимся ювелиром, – Если надумаешь разводиться, то, золотко, жду в своих объятиях и от леди Данкель прикрою. Мадуша, Фае привет, пусть приходят в студию с маленькими! Мадам Жужу удаляется! – с последней фразой, громкое алое облако действительно упорхнуло, от чего стражники непроизвольно отскочили, врезавшись в стены.

– Вау, – только и смогла проговорить, глядя на открытую для соблюдения приличий, дверь.

– Дети её обожают, всегда просятся к «бабе Зузу». У неё в студии даже колкие и опасные предметы спрятаны, и целая игровая для малышей отстроена. – вытерев пот со лба белоснежным платком, тихо признался ювелир и опомнившись подскочил, – Мадьен Бронвальд, безмерно счастлив быть Вам полезен, леди!

– Леди Миладо, приятно встретить Вас, господин Мадьен. – сделала лёгкий книксен и смущённо призналась, – мадам Жужу уже выбрала всё и даже чуть больше, поэтому…

– Ваше обручальное кольцо, леди, – перебил меня с доброй улыбкой мужчина и открывая свой чемоданчик признался, – когда вместо невесты, пожелания о кольце пришёл озвучить жених, признаюсь, я удивился. Но глядя на Вас, поражён как точно лорд Данкель подобрал украшение.

Порывшись в зачарованном чемоданчике, вытащил на свет белую бархатную коробочку с выгравированными тремя чёрными волнами и перечёркивающую их косу. Герб рода Данкель.

Заинтригованная, немного испуганная аккуратно взяла и открыла, чтобы мгновенно отбросить на стол.

– Давайте на сегодня закончим, прошу Вас, – не в силах прийти в себя от увиденного задрожала, обхватив себя руками за плечи. Удивлённый ювелир непонимающе переводил взгляд с меня на коробочку, зато стражники сориентировали быстро. Вошли в гостиную и помогли мужчине собраться. Не успела извиниться или ответить на скомканное прощание, как оказалась одна.

Горько, больно, страшно, противно. И никто в этом не виноват, но справляться почему-то нужно мне. Знать бы ещё как.

Быстро прошла в ванну, по пути прихватив с дивана подушечку. Включила водонасос на всю мощность и прижавшись лицом в мягкую ткань, закричала. До хрипа в горле, белых мушек перед глазами и сорванного дыхания. Упала на кафельный пол, больно ударившись коленками, не в силах разогнуться и прекратить этот эмоциональный всплеск.

В последний раз подобное произошло со мной в день юбилея свадьбы родителей. Как всегда.

Когда сердце перестало разрываться, а лишь болезненно сжималось, смогла сделать вдох полной грудью. Шум льющейся воды хорошо приглушал всхлипы и тихие стоны от сильной головной боли.

С трудом поднялась, выронив из трясущихся рук подушку и не глядя в зеркало принялась умываться холодной водой. Сама знаю что увижу: красные глаза, распухший нос и бескрайнюю степень самобичевания на лице. Сейчас достану алхимический чемоданчик, намешаю привычные крема и…

– Надоело, – прохрипела, подняв болезненно щипающие от яркого света глаза на своё отражение. От собственного пронзительного взгляда захотелось поёжиться. Но я сдержалась, запоминая очередную отправную точку своей внутренней борьбы. Когда-нибудь я выиграю и смогу зажить счастливо, полюбить, сыграть свадьбу без подступающей к горлу тошноты. – как же мне всё это надоело.

Придерживаясь за стеночку, подпинывая подушку вперёд добрела до шкафа. Открыла створки и полюбовалась тремя прекрасными платьями. Не без трепета, аккуратно уложила их на край кровати и рухнула на колени, сжав кулон- пространственный карман. Привычно достала чёрный деревянный чемоданчик и разместила на дне шкафа.

Как показала практика, это самое удобное место для смешивания алхимических составов. Испарения не разлетаются по всей комнате, а сдерживаются деревянными стенками, аккуратно и дозированно просачиваясь сквозь щели. Да и навык быстрого закрытия дверей за годы практики с составами уже отработан до автоматизма.

Баночка с белым, неприятно пахнущим маслом – для волос отставила в сторону не открывая. Эффект мгновенный, нанесу в последнюю очередь. Оранжевый флакончик с горькой гадостью, после которой на языке ещё с неделю остаётся травяной привкус – для кожи. Хотелось бы верить, что состав не вредит здоровью, как уверял сам алхимик. Но после стольких обмороков и приступов слабости, верится с трудом.

Последние два небольших мешочка с порошками как раз то, что нужно сейчас.

Пыльца степного сорняка сакияра, успокоительное, поразительным образом изменившее юг нашей империи. Экспрессивные, местами жестокие, обитающие среди разномастной нечисти мужчины благодаря этому растению, за десять лет подняли уровень образования собственного края до первого места в империи.

Ходят слухи, что в новую академию, строящуюся на окраине столицы переманивают именно этих специалистов. Но их женщины не отпускают.

Второй мешочек с косметическим эффектом, без использования магии. Обычные травы способные скрыть позорные минуты моей слабости.

Шуршание, щелчок по пакетику и вдох небольшого, поднявшегося вверх желтоватого столбика пыли успокоительного. Второй щелкой по подложке и лицо с открытыми глазами подала вперёд. Щиплет глаза, жжётся на треснувших от воплей в подушку губах, щёки горят, нос сжимает.

Пытаясь проморгаться и сильно не плакать, чтобы не было больнее, закрыла дверцы. Не уверена, что сейчас смогу быстро среагировать на визит незапланированных гостей. Нужно переждать, потерпеть, ничего нового не происходит. Больнее, в груди не будет.

Минута, две, три, пять и окно в которое я уставилась невидящим взглядом вновь приобрело чёткие очертания. Стёрла дорожки слёз пальцами и глубоко вздохнула. Пыльца саки тоже начала своё действие, и на губах растянулась привычная улыбка. Не искренняя, светская, но радует сам факт.

Зачем-то огляделась в тёмной спальне, прислушалась. Можно продолжать, но я медлила. Ещё бы чуть-чуть походить собой, пусть даже за закрытыми дверями, но в нарядах от столичной портнихи. Ощутить себя обычной леди, модницей, красивой девушкой, а не собственной блёклой тенью. Обернулась.

Тёмно-золотое платье маняще лежало сверху, затмив даже глубокий болотный цвет костюма и пудровую нежность, выглядывающую из самого низа небольшой стопки нарядов.

Я лишь дотронулась до мягкой кружевной горловины наряда, как глаза накрыла пелена. Лишь редкие вспышки воспоминаний мелькают сквозь девичий восторг: мои тонкие пальцы судорожно открывают оставленные в сторонке коробки с обувью, сумочками и бельём. Тонкая ткань шёлкового нижнего белья струится по белой коже, оставляя за собой лёгкую прохладу.

Подрагивающие от нетерпения руки аккуратно проскальзывают в рукава. Ноги в открытых туфельках постукивают каблучками по деревянному полу от попыток самостоятельно завязать небольшой бантик на спине. Края мягкого корсета затянуть удалось, но зафиксировать не удавалось.

Пыхтела, бесилась, ругалась, психовала. Успела несколько раз покрутиться, уже давно не глядя в зеркало. Переживала за сохранность этого тонкого изделия и почти плакала, пока на мои руки не легли чужие.

Вздрогнула и обернулась.

Чёрные глаза Кайна встретились с моими, поймав в плен. Щёки залило краской стыда. Как долго он находиться в комнате? Как много видел? Как я мгла увлечься платьем настолько, что не заметила чужого присутствия?

– Я отвернулся почти сразу, – словно прочитал мысли и медленно, едва касаясь моей напряжённой спины, опустил свои горячие пальцы вниз.

– Почему ничего не сказали? – спросила глухо с трудом сдерживая дрожь. Благодаря параллельному, более раскованному миру, в нашем не считается зазорным иметь отношения до брака. Флиртовать, сближаться, влюбляться является нормой.

Но меня эти гормональные выбросы не коснулись. Сначала училась с маменькой, затем работала с папенькой, а в конце это черноглазое магией одарённое, со своим помолвочным договором. И тот самый вечер, после которого от одной мысли о близости хочется содрать с себя кожу.

Возможно поэтому, стою сейчас скованным олицетворением оскорблённой невинности и «наслаждаюсь» неоднозначными эмоциями: смущение, страх, отрицание, гнев и что-то незнакомое, от чего при каждом уверенном движении герцога в низу живота что-то щекочет.

–Простите, Элли, я не… – гулко сглотнул, – не смог. Мне и сейчас говорить тяжело.

И так искренне это прозвучало. Тихо и смущённо что я поверила. Сердиться не перестала, но ругать передумала. В груди разлилось какое-то странное тепло, от которого захотелось спрятаться подальше и переждать пока не прекратиться. Талию туго обхватила приятная ткань и я наконец вспомнила к чему мы вообще так близко друг к другу стоять изволим.

– Вы могли постучаться, – решила оставить последнее слово за собой не в силах оторвать взгляд от чёрных глаз.

– Это моя спальня, в которую я привык заходить без стука, – со вздохом завершив свои манипуляции с тонкими ленточками, сделал небольшой шаг назад и наконец отвёл от меня взгляд. – Забылся, прошу меня простить.

Отвернулась к зеркалу и поражённо выдохнула.

– Невообразимо прекрасна, – тихо озвучил мои мысли, стоящий за плечом герцог и всё что я смогла сделать это молча кивнуть.

Златовласой девушке в отражении старинного зеркала невероятно шло это платье. Аристократическая бледность, блестящие от недавней вспышки злости глаза и лёгкий румянец смущения. Но самое невероятное – герцог. Потрёпанный, заметно уставший, но с таким неподдельным восхищением взирающий на меня словно дополнял образ сошедшей с картин хрупкой феи.

Высокий, статный, властный, держащий между нами небольшое расстояние мужчина. И такая хрупкая, слегка потерянная я. Лучики солнца пробились в щель между наспех задвинутых штор, блеском отражаясь в золочёной раме зеркала, моих волосах, серебряной вышивке на чёрной рубашке Кайна. Залюбовалась, прекрасной картиной и уютной тишиной, возникшей в этой мгновение.

«А детки-то! Какие детки будут!» – промелькнули слова пугающей свекрови, сказанные за очередным ужином, и магия момента схлынула.

– Мне нужны личные комнаты и Марта! – быстро обернулась к тёмному, сложив руки под грудью.

– Уже сегодня вечером у Вас будут свои покои в нашем замке, моя прекрасная леди. А к Марте проводят сразу, как Вы смените наряд на подобающий конной прогулке. – отзеркалил мою позу Кайн и неожиданно зевнул, едва успев прикрыть рот ладонью.

– А где Вы были всё это время? – ещё раз осмотрела чёрную помятую рубашку с закатанными до локтей рукавами, взъерошенные волосы и несчастное выражение лица герцога самой обширной территории на тёмных землях.

– Работал. – от собственных слов благородное лицо скривилось и сев на край кровати признался, – Вы ведь знаете, что меня не учили роли герцога?

Кивнула. Ещё в момент подписания договора я соглашалась на брак со вторым сыном герцога Ромара Данкеля. Не наследующим право управления землями. Но спустя несколько месяцев, нашу империю потрясла новость о предположительной смерти отца и пропаже старшего сына, возвращающихся с объезда своих территорий.

По слухам, Кайну пришлось не легко. Практически живущий в своей лаборатории, талантливый артефактор одномоментно стал управляющим обширных, не восстановившихся после трагедии земель.

– Ваер и Скай, мои верные секретари тоже из лабораторных мышей. Экспрессивный отравитель чернокнижник, нелюдимый алхимик стихийник и я, тёмный артефактор. Как Вы думаете, Элли, получилось ли у нас не наделать ошибок в начале пути, до того, как матушке удалось найти лояльных учителей?

О какой «лояльности» идёт речь поняла сразу: многие верили, что младший брат специально изображал свою незаинтересованность в управлении и стоило появиться возможности, сразу ей воспользовался. Дворяне, дружившие со старшим сыном, активным и не пропускающим ни одного светского мероприятия, практически уничтожили репутацию не появляющегося в свете Кайна.

Если бы не наследники, проводившие расследование и предоставившие доказательства его невиновности, то пришлось бы вмешаться императору, подставив под удар свою репутацию. Зная Его Величество лично, тихо уточнила:

– Ларт сильно бесновался?

– О-о, Элли, он чуть не устроил массовые убийства прямо в тронном зале, – горько усмехнулся уставший мужчина, – если бы не Вик с Риком, то половины древних семей уже на свете не было.

– Как удалось этого избежать? – услышав имена среднего и младшего наследников, не смогла не уточнить подробности. Великие братья, приносящие на каждую частичку земель империи надежду и спокойствие всегда вызывают трепет и немного страх у каждого жителя Антрагона. Адекватные люди никогда бы не полезли туда, куда лезла эта троица. И не делали бы того, что творили они.

– Связали Ларта его и спрятали в Эрдеме пока Клон здесь от лица императора работал. Бывший император сыну мозги вправлял, мир показывал, ведьмами хвастался.

– Старший наследник опять за всех работал? – сочувственно протянула, а Кайн с усмешкой кивнул. О поразительной трудоспособности старшего сына императора уже давно ходят слухи. Как и о его скверном характере.

– А удалось выяснить кто… – замолчала, осознав что увлеклась. В глазах Кайна отразилась боль. Ещё не зажившая рана была потревожена моими неосторожными словами и стыд вновь обжёг щёки. Отвыкла от разговоров с людьми, спрятавшись за листами собственной рукописи. И вот итог.

– Всё что удалось обнаружить- остаточные следы их силы и кровь. – тёмный запнулся и глядя в пол перед собой договорил, – Отца.

Сердце болезненно сжалось. Страшно представить те трудности, что пришлось пережить семье Данкель в тот период. И какого это- не знать всей картины произошедшего и по сей день.

Приблизилась к Кайну, наклонилась и обхватила его большие ладони своими. Прости, герцог, но пока это всё что я могу для тебя сделать.

Он продолжал сидеть на краю кровати рядом с оставленными мною платьями. Аккуратно сплёл наши пальцы и закрыл глаза, восстанавливая дыханье. Ему тяжело дался рассказ даже спустя почти пять лет.

– Благодарю, Элли, – вывел меня из задумчивости тихий бархатистый голос и дрогнувших ладошек коснулись мягкие губы, оставив после себя щекотное чувство. Горячее дыхание и колючая щетина воистину странное сочетание, от которого по коже побежали мурашки. – я освежусь и оставлю Вас одну.

Глядя в след удаляющейся в ванную комнату широкой спине герцога, не смогла вымолвить ни слова. Да и что можно сказать? «Подождите, пожалуйста, уважаемый герцог пока я наконец не справлюсь со своими внутренними проблемами и не смогу стать для Вас близкой, любящей женой?».

Успела найти в одной из коробок подготовленных мадам Жужу костюмы для верховой езды. Даже несколько брючных нашлось, необычного фасона, без рюшек, кружев и воланов. Простые, приталенные пиджаки, прямые или обтягивающие брюки и юбки-карандаши.

На страшные в своей прозрачности кружевные пеньюары, от которых стало стыдно старательно не смотрела.

– Кайн, если ты ещё раз оставишь меня на совещании одного, я твоей невесте о кутеже со степняками расскажу! – неожиданно ворвался в гостиную Рик, под болезненные стоны стражников. От резкого шума картонная крышка очередной обувной коробки выскользнула из рук, упав уголком на пальчики ног. Зашипела разъярённой змеёй и уставилась в дверной проём.

– Э-э-э, Кровожадинка, а ты… а вы… о-о, простите, я думал ты в свои покои переехала уже, а ты тут ещё. Неудобненько вышло. Ну я попозже зайду, да? – стушевался блондин и проговаривая каждое слово делал медленные шаги назад.

– Какие мои покои? – выхватила главное из тихого монолога.

– Какие покои? – невинно захлопал глазами, но уже спустя мгновение на красивом лице мужчины промелькнуло злорадство, – А ты это у жениха своего спроси. Я вообще работать дальше пошёл. Хоть и унылое, но безопасное мероприятие оказывается.

С этими словами взрослый, обученный чернокнижник – отравитель, секретарь герцога самой обширной территории на тёмных землях, развернулся и сбежал как нашкодивший мальчишка. Успела заметить, как один из стражников приподнялся с пола, закрывая дверь, недобро смотрел в след блондину.

Герцог вышел из ванной спустя несколько минут уже облачённый в свежий костюм: тёмно-синяя рубашка с серебристой вышивкой и чёрные брюки. Болезненно сощурился от солнечного лучика, скользнувшего на лицо и вздрогнул, стоило нашим взглядам встретиться.

– Что-то произошло пока меня не было? – проявил чудеса дедукции двоюродный брат императора.

– Разве для меня не были подготовлены отдельные покои? – спокойно спросила уже представляя какую тихую месть могу совершить. Начать можно с диверсии его гардеробной, обнаруженной мной ещё до прихода Ваера. Уверена, весёленькие рубашечки в красный горошек на тёмном артефакторе будут смотреться очаровательно. Особенно в купе со струящимися от ярости чёрными волосами.

На мужественном лице герцога не дрогнул ни один мускул и меня устало уведомили:

– Вас уже пытались выкрасть один раз. Одарённые люди способные перекроить память и подсознание наёмников, обойти инстинкт самосохранения, приказать выпить ужасающий в своей смертоносности яд. Простите, Элли, но пока мы не доберёмся до нашего замка, Вы будете под присмотром. Моим и моих людей.

Значит помимо дворцовой охраны за мной последует герцогская. Нужно предупредить троицу.

– Я поняла, Ваша Светлость. Благодарю за ответ. – не задумываясь проговорила, но заметила недоверчивый прищур чёрных глаз вспомнила по какой причине за мной выдвинулась целая делегация одарённых. Слишком покорна когда продумываю побег. – Но это следовало сказать раньше. Как минимум до того, как при всём дворце заселять незамужнюю девушку в своих покоях.

– Леди, Вы путешествовали со мной и моими людьми по лесу. – попытался намекнуть, что моё честное имя уже могло быть опорочено.

– Зная меня, Вы искренне верите что местные усомнятся в моей чести? – вопросительно подняла бровь. Тёмный рот открыл, тёмный рот закрыл.

– Признаю свою вину, моя леди и всевозможно компенсирую за доставленные неудобства. Но сейчас мне необходимо откланяться. – слегка поклонился и действительно пошёл в сторону выхода. – Кстати, не подскажете куда это трепл… то есть, Ваер пошёл?

– Сказал, что работать, – не стала лгать.

Стоило тёмному открыть дверь в коридор, как один из стражников, тот, что злобно провожал взглядом блондина указал пальцем направление. То самое, в котором чернокнижник сбежал.

– Благодарю, Франс. – искренне сказал герцог и со зверским выражением лица пошёл вершить месть.

Дождалась, когда суровые шаги отдаляться, привычно быстро убрала улики алхимической деятельности в мешочек. Использовать болезненно-уродующие меня составы уже смысла не имеет, все всё видели, все всё запомнили. Спрятала коробочку в пространственный карман и уже неспешно отправилась переодеваться в ванную.

С сожалением стянула изумительное платье, облачившись в костюм для верховой езды. Не удержавшись полюбовалась на себя в зеркало.

Бежевая блузка с винного цвета волнистыми строчками, отдалённо напоминающими герб герцогства. Того же глубоко красного цвета бархатные штаны обтягивающие ноги как вторая кожа, золотистый широкий пояс, обнимающий талию и невероятно удобные ботинки на низком каблуке. Артефакт пространственного кармана смотрелся блёкло на фоне дорогого костюма, но я слишком привыкла носить его с собой всегда.

Завязав волосы в высокий хвост, открыла дверь в большой кабинет с задёрнутыми шторами, сквозь которые не пробивалось ни лучика. Тёмная добротная мебель, болотного цвета обивка трёх кресел у большого окна и огромный стол напротив двери. Этой комнатой точно не пользовались. Запустение ощущалось и без слоя пыли, которого не допускали расторопные горничные.

Уныло, не обжито, пусто. Зато нашлось то что мне нужно. Схватила карандаш и быстро написала свой план побега: достать артефакт смены личности, карту подземной канализации герцогства, мясо для ящера – выкрасть Марту, приманить на еду её возлюбленного – переодеться в третий комплект одежды – отход по канализации к порталу– отправиться к дядюшке и его военным, которые без труда и с пугающей изобретательностью обеспечат нашу транспортировку куда нужно – счастливая жизнь с горгулами.

– Я маленький гений, – беззвучно проговорила и перечитала написанное на небольшом клочке бумаги, аккуратно оторванном от целого листа. Чтобы скрыть несоответствие в размере с другими, лежащими стопочкой на краю стола, виртуозно инсценировала приступ вдохновения, написав портрет своего жениха.

Аккуратные штрихи идеально прорисованных линий густых чёрных волос герцога. Ниже брови вразлёт и глубокие глаза с нежным взглядом. В меру пухлые губы и орлиный нос. Завершали картину аккуратная щетина и волевой подбородок. Даже засмотрелась на мгновение, поражаясь реалистичности написанного портрета.

Яркий и неожиданный рисунок пера талантливой художницы потешит мужское самолюбие, и отвлечёт внимание от аккуратного среза нижней части листочка для тайной записки столичным наёмникам.

– Я маленький гений, – повторила, пританцовывая от переполняющих эмоций.

Убрала свёрнутый в трубочку план действий в пространственный карман и поправив одежду, поднялась из-за стола.

Надеюсь, мою лошадку поселили в хороших условиях и рядом со своим возлюбленным. Иначе я им устрою.

Огромная шипастая голова несчастного Раванга старательно не поворачивалась к пристально взирающей на него Марте. Лошадка хлопала своими длинными ресницами так активно, что каждого из присутствующих в императорской конюшне жеребцов приходилось магически успокаивать. И ни раз.

– Мы эту древесину со стихийниками проверяли! Ни огонь, ни вода, ни земля, ни молнии не взяли! Грубая сила и подавно! Да императорский пригородный дом из Чёрного дерева выстроен, ему средний сын из тумана доставал! А этот, как только кобылу увидел давай орать, метаться, хвостом размахивать и всё! Хрясь, бам, пум и, – тут впечатлённый влиянием моей прекрасной Марты на опасную нечисть, конюх усмехнулся и завершил, – хрум. Щепки видите?

Присмотрелась к искусственно созданному террариуму для нечисти. Клубящийся в магическом вольере серый туман не сильно мешал обзору. Помимо огромного ствола, поблёскивающего серебристыми вспышками, дерева с чёрной корой, действительно виднелись щепки.

Кивнула немолодому русоволосому мужчине, который не только не убоялся нечисти в своих владениях. Не стушевался моих суровых охранников в мантиях, объявившихся из ниоткуда стоило сделать шаг из покоев.

– А соль в чём? Плотность этого дерева не подразумевает возможность его раскрошить! – завершил свою речь восторженный конюх.

– А Ваер это уже видел? – вспомнила реакцию чернокнижника на проказы болотника и мучения этого конкретного ящера.

– Нет ещё, но весточку я уже послал, – довольно признался мужчина, а я не сдержалась. Поборов внутреннюю дрожь, подошла ближе к мерцающей охранительной магией преграде и тихо прошептала:

– Сочувствую.

Янтарные глаза с красной радужкой грустно взглянули на меня, а шипастый хвост нервно дёрнулся.

Когда мы с покачивающей бёдрами Мартой выходили из императорской конюшни, нам в след неистово ржали, снёсшие магические эмоциональные блоки жеребцы. Только один, самый яркий в этом здании, индивид облегчённо рухнул чешуйчатым пузом на ствол дерева и мгновенно уснул, исчерпав весь лимит собственного организма.

– Нравятся тебе недоступные, да? – уточнила у кареглазой подруги шёпотом, на что получила самодовольное фырчание.

Конная прогулка по большой, засаженной плодовыми деревьями и витаминизированной зелёной травой успокоила окончательно. Как и всегда, стоило мне приблизиться к дорогой подруге, рассказать всё что на душе, как невзгоды отходили на второй план. Она пофыркивала над смешными моментами книги, замирала на напряжённых и всегда согласно кивала стоило уточнить хорошим ли получается роман.

В это раз гуляли молча. Марта останавливалась пощипать траву, а я подставляла лицо тёплому солнышку. Живот привычно урчал, возмущаясь отказу от трапезы, высказанной служанке. Время с верной лошадкой для меня сейчас важнее.

Яблоневый сад сменился грушевым, вишнёвым, сливовым. И в каждом из этих красивых и ухоженных территорий прятались беседки в окружении высоких кустарников. Что удивительно, никого кроме нас с Мартой и двух моих охранников, следующих поодаль, не обнаружилось.

Мы гуляли пока сзади не начали доноситься покашливания. В первый раз не обратила внимание. Во второй уже напряглась. В третий, прозвучавший громче и почему-то психованней вынудил обернуться.

– Кхужин! – повторил маг в чёрной мантии.

– Кхеди! Кхам кхужно кхменить кхаряд! – вторил ему товарищ, облачённый в зеленую, стихийник.

Переглянулись с задумчивой Мартой и уточнила:

– Вам со мной разговаривать запрещено?

– Кхак хкочно! – прерываясь на обычный кашель ответил тёмный.

– Что ж, благодарю, уважаемые. Тогда возвращаемся.

В сопровождении спешащих мужчин быстро добрались до конюшен. Стоило большому зданию показаться в поле видимости, как из ворот выбежал взволнованный конюх и закричал: «Он вас почувствовал! Вздрогнул и сам проснулся!»

Оставила свою, вошедшую в режим соблазнительности, лошадку рядом со спрятавшимся под деревом ящером и взбудораженными жеребцами. Умчалась выбирать наряд под аккомпанемент трёх голодных желудков: моего и подгоняющих кашлем охранников.

Пудровое нежное платье с открытыми плечами и спиной держалось лишь на широких лентах, завязанных вокруг горла. Длина до носочка туфелек и струящийся прямой многослойный подол. Я была похожа на куколку, на себя прежнюю и от этого становилось страшно и волнительно радостно одновременно. Как глоток прошлого, в котором смешались тёплые и радостные дни, омрачённые пятнами боли и предательства.

Стук в дверь, мой медленный выдох и тихое «Элли, Вы готовы?». Мелкими шагами, стараясь привыкнуть к узковатой юбке подобралась к выходу. Прохладная золотая ручка незаметно сменилась на горячую ладонь герцога. Чёрные усталые глаза вновь окатили такой волной восхищения что не сдержавшись, смущённо отвела глаза.

– Ну ты посмотри какие лапушки! Прямо как мой младшенький со своей ведьмочкой, – громкий шёпот императора прервал нашу идиллию.

– Твой младшенький в боевой трансформации к своей ведьме пришёл и какой-то мусор вместо дара преподнёс. – спокойно ответил ему ехидный Ваер.

– Ты что пристал?! Молодые, горячие, бестолковые. То, что нужно чтобы сделать пупсиков! – гордо провозгласил Ларт позабыв что они вообще-то прячутся.

– Мы должны были встретиться в столовой, – со скепсисом разглядывая две длинные тени в конце коридора, тихо отозвался тёмный.

– Они явились прямо за Вами, – почти не шевеля губами сдал шпионов стражник Франс, – вы их только догнать не пытайтесь, пожалуйста, а то там лестница. Вдруг упадут.

Перевела удивлённый взгляд на мужчину. Это он о собственном императоре говорит? И о секретаре герцога? Серьёзно полагает что высокопоставленные дядечки станут бегать по коридорам старинного замка, подгоняемые тёмным артефактором? Они ведь не дети малые!

Не успела высказать возмущение вслух, как герцог аккуратно отпустил мою ладонь с тихим «я на секундочку» и резко сиганул в сторону своих соратников.

Длинные тени вытянулись и прокричав «ШУХЕР» на весь коридор понеслись в противоположную сторону. Услышав по крикам, звону чего-то разбитого, глухим стукам и звукам падения, вкупе со злорадным смехом, вопрос отпал. Оглушительный грохот завершили перфоманс взрослых высокопоставленных мужчин.

Переглянулись с обоими стражниками, вздохнули и стоило сделать шаг как от стены отделились две человеческие фигуры. Как не заорала не представляю. В прошлый раз одарённые охранники явились из воздуха без жутких манипуляций вытягивания фигур из камня.

Делая тихие, неспешные первые шаги вдоль разрушений с одной стороны и больших окон с другой, с грустью заметила лежащие на мраморном полу кусочки роскошной голубой вазы. Жаль, она идеально вписывалась в белоснежный коридор. Вставки фресок с бирюзовым морем, хрустальные капельки росы на объёмных люстрах и лёгкие шторы придавали этой части замка дополнительной роскоши. До того момента, как здесь пробежали великовозрастные мальчишки.

– Герцог в порядке? – отчего-то первым делом уточнила, стараясь успокоиться ровным дыханием. Пора бежать отсюда поскорее, а то не выдержит хрупкое сердечко и не доживу до первой публикации своего романа.

– Кха, – донеслось от тёмного.

– А упал кто?

– Кхосподин Кхаер, – вновь подал голос обладатель стихии смерти.

Одна на половину сорванная с позолоченной гардины, штора, печально покачивалась. Потерявшая свою каменную чашу статуя обнажённой девы, одиноко протягивала руки, пытаясь воззвать к справедливости.

Похоже, физическая подготовка у мужчин ограничивалась боями на мечах или магическими дуэлями. Но точно не лёгкой атлетикой, ибо так сильно болтать в разные стороны натренированных личностей не будет.

Огромная люстра, размером с Мартиного раванга, лежала на полу первого этажа, рассыпавшись тысячами блестящих стекляшек. А нашкодившее трио, виновато стоящее в стороне этого безобразия, выслушивало выговор от бледного дворецкого.

Императора сильнейшей империи нашего мира отчитывает тощий усатый дядечка, дышащий ему в грудь. А жених со своим секретарём ещё и ножкой белоснежный мрамор на полу ковыряют.

Стоило мне грациозно спуститься до последней ступеньки как под ногами расстелился чёрный ковёр из струящейся тьмы. От чужой заботы сердце забилось чаще.

Благодарно кивнула герцогу, получила лёгкую улыбку. Возмущённый дворецкий резко выдохнул, прокашлялся, поклонился мне, метнув в мужчин недовольный взгляд и ушёл.

– А вспомни как он ругался когда мы восстанавливать ничего не умели, – неожиданно весело усмехнулся Ваер, а император недовольно попросил:

– Не напоминай, а. Кайн, ты на кой за нами побежал?

– Вы подглядывали! – рявкнул герцог и протянув мне руку двинулся по тёмной дорожке в сторону длинного коридора со сквозными комнатами – галереями.

– Мы подслушивали! – обиженно пробурчал император и пока Ваер вызывал лесных фей и уговаривал восстановить всё разбитое и поломанное, недовольно прожигал наши спины взглядом.

– Может стоило их дождаться? – тихо спросила у тёмного.

– Догонят раньше, чем хотелось бы, – ответили мне со вздохом.

Не солгал, стоило пройти последнюю комнату, как из параллельного коридора вынырнули Ваер с Ларсом.

– Ну что, милая, готова окунуться в серпентарий? – и не дав мне ответить, повинуясь кивку императора, слуга открыл дверь.

– Прошу, продолжайте, я почти засмеялась, – даже не делая попытки улыбнуться, ответила тучной даме, чьё декольте не скрывало отчаянного желания прекратить собственное одиночество.

Эта черноволосая леди из старинного рода с первой минуты нашего появления не сводила влюблённого взгляда с герцога и уничижительного с меня. Усугубило всё то, что подав знак официантам, Кайна усадили рядом со мной. Сдвинув весь ряд в разные стороны.

Ваер же спокойно уселся напротив меня, в середине длинного белоснежного стола и уже соседствующие с ним люди самолично и молча отодвинулись подальше.

«Чернокнижник отравитель», так назвал его герцог недавно? Повезло с выбором увлечения. Сидит теперь, кушает без посторонних взглядов. Ибо каждый, в ряду напротив, глаза боится от собственных тарелок и бокалов отвести.

А на меня только ленивый или запуганный не взглянул, испепеляя и разбирая на тысячи мелких Элизочек, которым должно быть неуютно. Наивные. Они вообще свекровь мою будущую помнят?

Судя по тому, как быстро начались нападки с разных сторон, нет. А я нет. Мы с этой страшной женщиной долгими вечерами упражнялись в словесности, спорили и не позволяли себе прогнуться ни разу. Да наш повар по три элексира для восстановления голосовых связок заказывал и под дверью каждые несколько часов оставлял! Что мне эти изнеженные придворные после самой леди Данкель!

Поначалу герцог с императором пытались вставать на мою защиту, а поняв что необходимости в этом нет, лишь удивлённо слушали мои спокойные ответы.

– А правда что в Ваших землях до сих пор не работают индивидуальные порталы? Может причина не в старом проклятии, а в том, что смотреть на такой окраине страны не на что? – сделав глоток из своего бокала с красным вином протянула блондинка с большой родинкой над губой.

– Отнюдь, леди Сопули, – ответила той, чью знатную фамилию в последний момент шёпотом подсказал Кайн, – мы считаем это своеобразным фильтром, отсеивающим недостойных наших прекрасных, чистых земель. Ваше Величество, Вы бывали на юге?

– Да, Элли, – с улыбкой отозвался император и добавил, – мы с Кайном и Ваером обожаем Ваши винодельни. Вкус, качество и прекрасные, ухоженные виды на самих виноградниках выше всяких похвал, – поднял свой полный бокал и с удовольствием сделал глоток. Так это наше? Приятно.

От постоянных вопросов как обычных, так и уничижительных не успевала покушать, хоть герцог и пытался дать мне эту возможность. А потому, выпившая лишь несколько глотков фруктового сока и опробовавшая ложку сливочного грибного супа, вышла из-за стола вместе со своим сопровождением.

– Малышка, а ты молодец, – похвалил Ларт и даже по голове по-отечески погладил. – Ваер, получилось?

– Ага, можно выносить, – довольно протянул чернокнижник медленно шагая по прекрасной галерее, с портретами императорской семьи, впереди нас.

– Я всё ещё не понимаю почему мне нельзя, а ему можно, – недовольно отозвался мой жених.

– Потому что твоя месть всех прибьёт насмерть, а моя просто покалечит.

В это время за двустворчатыми дверями обеденного зала прозвучали звуки падений, чьи-то крики и звон разбитой посуды. Обернулась чтобы увидеть как расторопные, одарённые в мантиях, заходят в двустворчатые двери столовой.

Переполох, выбегающие из зала придворные и лежащие на полу люди с зеленеющей кожей. Мелкие бородавки на лицах и глубоких декольте моих обидчиков распространялись по всей коже. Бессознательные попытки почесаться, поправить одежду и мычание вырывающиеся из приоткрытых ртов, выдавали крайнюю степень дискомфорта.

– Лекаря звать? – отвернувшись от открывшейся картины уточнил император.

– Не поможет. Через месяц-другой сойдёт само, – скучающим тоном ответил Ваер и ускорился, – увидимся утром. Меня не звать и не отвлекать, буду занят.

– И я пойду. А то советник волосы до лысины ободрал, мне ж его жена за это выскажет. А она из степных, – последнюю информацию император доверительно прошептал мне на ушко, и я улыбнулась. Улыбнулся в ответ и тоже ускорился, покидая нашу поредевшую компанию.

– Элли, мне удалось разгрести дела и освободить вечер специально для Вас, – начал герцог, но я жёстко уточнила:

– Ужин с матушкой ещё в силе?

– Да, она уже направляется в наш родовой замок, – замешкавшись ответил Кайн.

– Прошу прощения, Ваша Светлость, но последние дни были утомительными. Хочу прогуляться в одиночестве и отдохнуть перед дорогой, – присела в реверансе перед расстроенным мужчиной.

В груди что-то кольнуло, на мгновение захотелось отойти от собственного плана и наблюдать за закатом вместе с красивым мужчиной в самом прекрасном парке столицы. Но выпрямившись, гордо ушла к дверям, которые отметила из окон в коридоре.

Один поворот налево, прямо по белоснежному коридору, поворот направо и тупик. Постояла, не понимая куда делся нужный выход и снова заподозрила вмешательство надсмотрщиков. Обернулась.

Двое в мантиях переглянулись и молча указали на коридор, из которого только что пришла. Вздохнула и последовала куда послали. Толком не отдыхавшая, не евшая, не спавшая в последние дни, допускаю что могла ошибиться в одном повороте незнакомого места.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.