Татьяна Волхова
Танюша – дочь ведьмы

Танюша, дочь ведьмы

Глава 1

Детство пролетело незаметно. Время до школы Танюша помнила плохо. И если бы не рассказы мамы, никогда бы не поверила, что это всё случилось с ней.

В её отрывочных воспоминаниях были деревенские дома, постоянные переходы из одного в другой, внутреннее напряжение и страх. Позже – годы спокойствия, наступившие, когда они уехали в город. Спокойствия для неё, но не для взрослых, как девушка поняла потом.

Городской ритм был Танюше ближе деревенской жизни, но выбираться с мамой на природу она любила. Ей нравилось подмечать изменения, происходящие вокруг, угадывать настроения и мысли людей. Ей это давалось легко, и девушка привыкла думать, что так у всех.

Когда другой человек не мог понять её, Таня удивлялась. Ведь если не понимаешь слов – настройся на самого человека, и сразу станет понятно, о чём он говорит. Сама она всегда так делала.

Такому подходу её научила Евдокия. Девушка скучала по этой загадочной женщине, что раньше часто бывала у них. В её словах было много необычного и интересного. Именно память об этих разговорах подтолкнула Таню к изучению необъяснимых вещей и набиравшим тогда популярность психологии и эзотерики.

Это помогало ей приспосабливаться к постоянно меняющемуся миру и ценить то, что оставалось неизменным. А именно – отношения с близкими и особенно – связь с мамой, которая всегда понимала и поддерживала её. Танюша знала: что бы ни случилось, мама всегда примет, выслушает и поможет.

Их вечерние разговоры случались нечасто, но были важной традицией для обеих. Танюша больше всего любила закрыться с мамой на кухне и обсудить всё, что случилось, поделиться тем, что на душе, получить поддержку и любовь. Эти посиделки давали силы справляться с любыми неурядицами.

И сейчас, готовясь к выпускным экзаменам и уже точно зная, что будет поступать в ВУЗ в большом городе, девушка очень ценила вечера, что они проводили вместе с мамой. Ведь скоро она окончит школу и уедет за много километров от дома. Видеться с близкими сможет только на каникулах.

При мысли об этом Танюшу охватывали противоречивые чувства. С одной стороны её манил большой город с его возможностями и разнообразием; с другой, на глаза наворачивались слёзы, когда она думала о разлуке с людьми, которых так любит.

Для связи с прошлым останется только телефон. И хотя сотовая связь уже шагала по стране, у Танюши такого телефона ещё не было. Да и её родные предпочитали общение по старому аппарату с крутящимся диском, хотя Алёна много раз порывалась его выбросить и купить кнопочный.

За подготовкой к экзаменам девочка совсем выпала из школьной жизни. Её подружки вовсю строили глазки, крутили романы, делились секретами, а Таня совсем не могла представить себя рядом с одним из этих мальчишек, которые оставались для неё детьми, как и во все школьные годы.

И когда кто-то из них предлагал ей встречаться – а это значило важно прогуливаться в близлежащем парке, потом сидеть близко-близко в кино, замирая от прикосновения рук, и даже позволять себе некоторые шалости, прощаясь у двери квартиры, – Таня отказывалась.

Гулять она предпочитала в одиночестве, стремление к этому давно заметила в себе и не сопротивлялась. У неё не было потребности в общении.

Ходить в кино любила, особенно с поп-корном, облитым карамелью. Но прикасаться при этом к чьей-то чужой потной ладошке Танюше не хотелось. Она убирала руку и отодвигалась подальше. Со временем она поняла, что ровесники вызывают у неё неприязнь.

Таня не хотела себе признаваться, но рассказ мамы о том, что она влюбилась в её отца ещё в школе, а потом сразу вышла замуж, и спустя полгода светлая полоса её жизни закончилась, произвёл на неё неизгладимое впечатление.

Отца девочка почти не помнила. Было несколько отрывочных воспоминаний, как она стоит посреди старого бревенчатого дома, а отец кричит и что-то крушит рядом с ней, не давая матери вставить ни слова. Ещё Таня помнила о тёмной дороге через лес, ей тогда казалось, что отец, как дикий зверь, гонится за ними с мамой и вот-вот настигнет.

В голове девочки причудливо переплелись страшные воспоминания об отце и история их с мамой отношений. И встречаться с ровесниками она не хотела категорически, подсознательно боясь повторить историю мамы.

Поэтому, не отвлекаясь на личную жизнь, Танюша все дни сидела над учебниками и выпускные экзамены сдала на отлично. Их школа уже принимала участие в экспериментальной сдаче ЕГЭ, убеждая своих выпускников в том, что у них будет больше шансов для поступления в серьёзные ВУЗы. Несмотря на необкатанную систему сдачи Танины баллы оказались близки к максимальным, и она с радостью начала готовиться к отъезду в столицу.

Мама уговаривала её остановить свой выбор на менее крупном городе, но девочка была непреклонна. Слушая аргументы дочери, Алёна вспоминала, как сама хотела уехать учиться и как Тимур не дал ей это сделать, поэтому не стала препятствовать Тане и отговаривать её. Лишь сказала, что поедет вместе с ней на период поступления в институт.

В выпускной вечер лил дождь. Красивое платье, которое Алёна с Танюшей выбирали несколько месяцев, грозило промокнуть насквозь и обтянуть и без того точёную фигуру девочки. Накинув сверху плащ и взяв самый большой зонт, Таня быстро шла к школе. Здание находилось в соседнем дворе, и, ступая по лужам, девушка думала о том, насколько сильно она успеет забрызгать колготки.

Все её одноклассники были в сборе. Несколько девочек, с кем Таня общалась больше всего, радостно болтали о планах на вечер.

Танюша рассеянно слушала подруг, впервые отчётливо понимая: ещё день или два – и они получат аттестаты, заберут документы, и эта часть её жизни будет закончена, страница перевёрнута, и она больше никогда не увидит своих одноклассников, эту школу, двор, учителей.

И ей вдруг стало грустно, что она мало общалась с друзьями и пропустила всю школьную жизнь. Впереди был один-единственный вечер, и Таня решила забыть свои предубеждения перед ровесниками и веселиться вместе с ними.

Из всех ребят в классе больше всего ей нравились двое: Роман, любимчик многих девочек, и Лёша, серый кардинал их класса, умный и изворотливый. Он привлекал Танюшу своим умением выходить из любой ситуации.

Заметив внимание парней к своей персоне, девушка не стала пресекать его, как обычно, а улыбнулась в ответ. В то время как за окном продолжал лить дождь, выпускники прошли в актовый зал для выдачи дипломов, полные предвкушения и надежд на будущую жизнь.

Глава 2

Вручение аттестатов прошло в торжественной обстановке. Родители украдкой смахивали скупые слёзы, глядя на своих совсем уже взрослых детей. Бывшие школьники пересмеивались, с гордостью смотрели на провожавших их в коридорах родной школы младших учащихся и хотели поскорее выйти во взрослую жизнь, чтобы показать всем, на что они способны.

После официальной части устроили дискотеку. Мальчишки смогли пронести в актовый зал, где проходило веселье, горячительные напитки, и взрослая жизнь началась по-настоящему. Выпускницы, раскрасневшиеся от духоты зала и употреблённых коктейлей, вели себя смело, даже развязно.

Танюша алкоголь не пила, лишь пригубила – и поставила стаканчик обратно. Она помнила тот удушливый запах перегара, что исходил от отца в её редких детских воспоминаниях, и слова матери о том, что зелёный змий погубил Тимура окончательно.

Имея очень сильное обоняние, которое позволяло ей безошибочно различать травы и делать целебные сборы наравне с матерью, она не переносила неприятных запахов. А пьяные люди воняли для неё ужасно.

В веселящейся толпе выпускников она заметила, как Роман всё больше сближается с её подругой Дашей, хотя весь год ходил с Ликой, которая сейчас плакала в туалете. Другие девочки бегали между ними, стараясь поучаствовать в разворачивающейся драме.

Были среди танцующих и другие пары, которые позже уже разбрелись по закоулкам школы, ища уединения. Таня смотрела на это, как на сериал.

Лёша также наблюдал за всеми со стороны. И в отличие от других парней не пил. Посматривая на Танюшу, парень улыбался. Несколько девочек, крутившихся перед ним в быстром танце, совсем не привлекали. Его интересовала добыча посерьёзней. Он знал, что эта тихоня ни с кем не встречалась все школьные годы, и парни даже побились об заклад, кто первый влюбит эту девчонку в себя. Сейчас пытаться выиграть в этом споре было уже поздно, но провести время – вполне возможно.

Лёша своим безошибочным чутьём понял, что девушка хочет отдохнуть и расслабиться. Однако, зная характер Тани, понимал, что границы надо прощупывать аккуратно. Поэтому он подошёл к ней во время очередного медленного танца, когда первый куплет уже отзвучал, а девушка ещё стояла одна у стены. Расчёт был на то, что Тане будет некомфортно одной, и она согласится.

Так и вышло. Только Танюша согласилась не из-за неудобства одиночества, которое она очень любила, а потому что ей было интересно, как это: танцевать медляк с парнем. Она пропустила все школьные дискотеки за прошедший год, а сейчас хотела наверстать упущенное.

Топчась близко к Лёше, она заметила, что от него алкоголем не пахло, что давало парню неоспоримое преимущество перед остальными. Так и получилось, что остаток вечера они провели вместе.

Одноклассники с усмешкой посматривали на них и шептались между собой. Особенно девочки. А вот мальчики прекрасно понимали, откуда ноги растут. Ясно было, что Лёша за один вечер не воспылал к Тане какими-то чувствами. Большего циника и эгоиста ещё надо было поискать.

Танюша же не обращала на это всё никакого внимания. Лёша был вежлив и предупредителен. Как кавалер на один вечер он вполне её устраивал. Никаких дальнейших планов она не строила и тем более не предполагала продолжения вечера.

Саша смотрел на это всё издалека. Таня ему нравилась пару лет назад, потом её затмила другая девочка, которая очень активно проявляла к нему своё внимание. Сейчас они уже разошлись, и парень вновь заметил, что незримая таинственность, которая была в Тане, и её манера себя вести отличают её от других девочек. Танюша умела быть рядом, но при этом где-то далеко. И это манило своей необычностью и недосказанностью.

Ближе к рассвету школа закрылась, и выпускники вышли на улицу. Дождь, который лил всю ночь, закончился. Воздух был настолько свеж, что его хотелось пить, а не вдыхать. Он был наполнен запахом травы и земли, как бывает только летом. Танюша закрыла глаза и представила, что крутится, раскинув руки в стороны. Она так делала, когда они с мамой ездили на природу. Но на глазах одноклассников не рискнула, чтобы не показаться глупой.

Так и стояла с закрытыми глазами.

– Спишь стоя? – услышала она то ли шутливый, то ли заботливый голос.

Обернувшись, Танюша увидела Сашу, стоявшего рядом с ней. Лёша в это время куда-то отошёл.

– Наслаждаюсь свежим воздухом, – ответила девушка.

Она поймала в глазах парня заботу, которой не видела во взгляде ни у кого из одноклассников. Заметив это, удивилась. С Сашей они никогда близко не сходились.

– Я заметил, ты с Лёшей весь вечер общаешься? – спросил он.

– Я со всеми общаюсь, – ответила Танюша, услышав в голосе собеседника нотки тревоги и даже ревности.

– Он не такой, каким хочет казаться, – продолжал парень.

– Меня сложно провести, – хорохорясь, ответила она. – Я сама не такая, какой кажусь.

– Как знаешь, – ответил Саша чуть обиженным голосом и отошёл.

Таня не стала его останавливать.

Вся компания выпускников, чуть поредевшая за счёт тех, кто уже не стоял на ногах, переместилась в ближайший парк. Заняли две скамейки, стоящие рядом на детской площадке.

Таня вспомнила, как ещё недавно гуляла здесь с дедушкой среди других детей. А теперь стоит ночью в компании подростков.

«Как быстро всё пронеслось, – подумала она. – Только что я бегала здесь ребёнком, а теперь вот выросла».

И даже не заметила, как в её руке оказался пластиковый стаканчик. Хотелось пить, и Таня пригубила налитую в него жидкость.

И когда уже сделала несколько глотков, вдруг подумала, что пьёт какую-то гадость, и её надо выплюнуть. Почему ей пришло это в голову, она не знала, вкус был обычный, даже приятный. Но такие случайные мысли, которые появлялись в её голове из ниоткуда и не имели под собой реальных оснований, всегда потом оказывались правдой.

Однако Танюша постеснялась выплюнуть напиток у всех на глазах и всё же проглотила его. Хотела запить обычной водой, но её не осталось. Не было даже соков. Все коробки из-под них были пусты. В наличии оказались только несколько бутылок вина, которые достали ребята.

– Что это за гадость? – непроизвольно вслух спросила девушка, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Это тебе Лёшка что-то налил, – ответила стоящая рядом Даша.

Таня заметила, что, услышав это, Саша напрягся и подозрительно взглянул на одноклассника.

– Лучший напиток для лучшей девушки, – ни капельки не смутившись, проговорил Лёша, показывая бутылку с яркой этикеткой.

– Налей и мне, – попросила Даша.

– Нет, это только для моей девушки, – демонстративно обнимая Таню, проговорил парень.

И добавил содержимого в её стакан. По его расчётам, такая привилегия должна была подействовать на Танюшу и убедить дальше пить предложенный напиток. Только Таня считала иначе, ей это всё уже не нравилось. Казалось, что по телу разливается какая-то слабость, неприятно заворчал живот, и чуть закружилась голова. Она подумала, что съела что-то не то, устала и пора идти домой. И пить дальше отказалась наотрез.

– Проводишь меня? – спросила она у Лёши, хотя ей казалось, что лучше попросить Сашу.

– Конечно, – улыбнулся парень и, подхватив под руку, повёл прочь от компании.

Глава 3

Танюша шла, покачиваясь на высоких каблуках. Обычно она предпочитала спортивную обувь, но к платью надела туфли и сейчас еле шла на них. В теле чувствовала не только усталость, но и слабость.

Лёша поддерживал девушку под руку и болтал без умолку. Поток его речи раздражал Танюшу, но она не хотела тратить последние силы даже на то, чтобы попросить парня помолчать.

Так они шли к выходу из парка, когда девушка заметила, что идут они к той части, что была дальней от её дома.

– Лёша, мне не сюда, – сказала она, наконец прерывая рассуждения парня о том, какую замечательную карьеру он построит в будущем.

Многие Танины одноклассники собрались ехать покорять столицу, но она надеялась больше не встречаться с ними и никому не говорила, куда едет сама и какой ВУЗ выбрала.

Парень сделал вид, что не слышит её, и продолжал увлекать девушку в другую сторону. Таня резко остановилась, забрала свою руку у Лёши и непонимающе посмотрела на него.

– Я же сказала, мне в другую сторону, – проговорила она.

– Может, ещё глоточек? – опять пропуская ответные слова, предложил молодой человек.

Танюша покачала головой, развернулась и пошла к выходу. В парке было пустынно, все жители их небольшого городка ещё спали, и мокрые от дождя дорожки были безлюдны.

Лёша сначала постоял, а потом резко догнал её.

– Я просто так на тебя весь вечер потратил? – спросил он.

– Ты о чём? – сказала Танюша, прекрасно понимая, к чему он клонит, но стараясь выиграть время и погасить негодование.

– Всю школу ходила, задравши голову, а тут решила оторваться, да? – зло проговорил парень. – Так что на попятную идёшь?

– Лёша, я не знаю, что ты себе придумал, – как можно спокойнее сказала девушка, стараясь придумать, как ей выпутаться из этой ситуации. – Но я просто общалась с тобой, как и со всеми остальными. Ты был самым трезвым, и я подумала, что ты не будешь ко мне приставать, как другие.

– Ты ошиблась, – криво улыбнулся парень, – у нас выпускной, и на нём все пробуют взрослую жизнь на вкус. Это особенно актуально для тех, кто не притрагивался к ней в школьные годы. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Лёша, ещё раз повторяю, я не знаю, что ты себе придумал, но я иду домой, отпусти меня, – сказала Таня.

Однако он крепко схватил её за локоть. Тогда она собрала все свои силы и пронизывающе посмотрела на Лёшу. Ей часто говорили, что у неё такой взгляд, что прожечь может. Она хотела воспользоваться им. Парень слегка отпрянул, но локоть не отпустил.

Внезапно Таня почувствовала сильное головокружение. Оно было и до этого, просто не сильно беспокоило. А сейчас перед глазами всё закружилось. Стволы деревьев уехали вправо и отклонились от вертикали. Небо оказалось не над головой, а где-то сбоку.

Девушка пошатнулась и непроизвольно сама ухватилась за стоявшего рядом парня.

– Тебе нехорошо? – вроде заботливо, но с нотками фальши спросил Лёша. – Давай помогу.

И он обнял её за талию.

И вдруг в голове Тани отчётливо зазвучало: «Нет! Беги отсюда!»

В то же время казалось, что надо согласиться на предложенную помощь, раз сложно идти самой.

Глаза Лёши смотрели на неё выжидающе, и Танюша отчётливо поняла, что он ждёт чего-то конкретного, что сейчас должно произойти. Возможно, того, что силы покинут её. Вспомнился выпитый недавно странный напиток.

– Что было в стакане? – спросила Таня, сбивая своей догадкой Лёшу.

– Обычный ликёр, – как можно небрежнее проговорил он.

– А мне кажется, необычный, – ответила она, пытаясь найти равновесие.

Голова кружилась чуть меньше. Но высокие каблуки сильно мешали устойчивости. Тогда она просто скинула туфли, встав ногами прямо на сырую землю.

Парень смотрел на неё с удивлением.

– Ты чего делаешь? – спросил он.

– Подними, пожалуйста, мои туфли, – попросила Таня, – у меня устали ноги, не могу больше в них ходить. И наклониться не могу – боюсь, упаду.

Она мило улыбнулась, разыгрывая дурочку.

Лёша, посчитавший, что его средство начало действовать, самодовольно усмехаясь, поднял обувь и протянул её девушке. Таня тем временем глубоко дышала, впуская в себя свежий воздух. Опора на землю давала ей силы. В голове начало проясняться.

«Мне надо отделаться от него», – поняла Таня. Она ощутила, будто браслет, который дала ей мама, стал немного теплее. Она непроизвольно потёрла запястье и почувствовала, что её тошнит. Она отвернулась от Лёши, не желая, чтобы он видел её в таком состоянии, если ей станет совсем плохо.

Но у парня были другие планы. Он подскочил к ней со спины и толкнул вперёд. Девушка пошатнулась, но удержалась на ногах. Когда она начала к нему разворачиваться, молодой человек вновь толкнул её, пытаясь повалить на землю. Как она устояла, Таня потом сама не понимала; видимо, помогло то, что она была не на каблуках. Зато туфли сейчас были у неё в руке, и, уклоняясь от удара, она заехала тонкими каблуками прямо по лицу нападавшего.

На щеке Лёши появились две ярко-красные полоски, он схватился за своё лицо. А Таня, получив небольшую фору, побежала вперёд. Ноги сами несли её, хотя ещё недавно сил совсем не было.

Мокрая земля скользила под ногами, зато от быстрого движения прошла головная боль, появилась ясность мыслей. Таня хотела добежать до выхода из парка и оказаться на проезжей улице. Там уже должен был ходить общественный транспорт, и могли быть случайные прохожие, идущие на раннюю смену или гуляющие с собакой. Но выход из парка был ещё далеко, а топот преследователя – всё ближе.

Когда Таня уже слышала за спиной прерывистое дыхание догонявшего её парня, перед ней мелькнула ещё одна фигура. Это был Саша. Между ребятами завязалась драка. Но Таня не стала останавливаться и смотреть, чем всё закончится, и продолжала бежать к дому.

Когда она вошла в квартиру, мама не спала.

Взглянув на дочь, Алёна подумала о самом плохом, но по глазам Танюши поняла, что этого не случилось. Обняв дочь, она крепко прижала её к себе.

– Иди в душ, погрейся, – сказала женщина, – ещё не хватало заболеть. Что случилось?

– Лёша провожал меня домой, но хотел увести в глубь парка. Я отказалась, и он погнался за мной. А потом на пути появился Саша. Между ними завязалась драка, а я убежала, – ответила Танюша, понимая, что её начинает бить нервная дрожь. – Ещё как-то странно себя чувствую, меня тошнит, будто съела что-то не то.

– Или выпила… – добавила Алёна, глядя на дочь своим сканирующим взглядом. – Надо вывести эту гадость из твоего организма. Ты иди мойся, а я пока заварю то, что тебе поможет.

Когда Таня вышла из ванной, на кухне её уже ждал целебный отвар.

– Пей, – сказала Алёна, – будет неприятно, зато очистишься.

Танюша послушно взяла кружку.

– Как же ты так, дочка? – покачала головой Алёна. – Неужели не почувствовала нехорошее в том напитке? Да и в Лёше тоже. Ты же всегда называла его высокомерным эгоистом.

– Почувствовала, но не придала значения, это ведь только один вечер, да и все остальные мальчики были пьяны, – ответила Таня. – Я думала, что трезвый Лёша безопаснее их.

– В дальнейшем будь осторожнее, – проговорила мама. – Как мне тебя теперь в большой город отпускать? Если ты в своём неприятностей не различаешь?

Девушка пожала плечами. Она ещё никогда не влипала в такую историю.

– Знаешь, мама, я впервые сегодня чувствовала тепло от браслета, – поделилась дочь, – ты говорила, что так бывает, но я не сталкивалась.

– Раньше ты в такие переделки не попадала, – сказала Алёна, – вот и молчал браслет.

– А почему он меня не спас?

– С чего ты так решила? – усмехнулась мама. – Мы не знаем, как могло быть иначе. Но обернулось-то наименьшим злом для тебя.

Танюша подумала, что на самом деле всё закончилось не так плохо. Да, выпускной вечер испорчен, как и платье с колготками. А среди знакомых обязательно поползут сплетни, ведь все видели, что они с Лёшей уходили вдвоём, а теперь у него на щеке две красные полоски.

Но ведь всё могло быть хуже. Например, если бы она потеряла сознание. Или отравление оказалось бы сильнее и у неё не хватило бы сил добежать до того места, где их встретил Саша.

«Интересно, он случайно там оказался или искал меня?» – подумала Таня, засыпая.

Придя через несколько дней в школу, чтобы забрать документы, Танюша встретилась со своими одноклассниками. Девчонки налетели на неё восторженной стайкой, наперебой задавая вопросы, что случилось у неё с Лёшей на выпускном. Таня молчала, лишь искала глазами Сашу, чтобы поговорить с ним и поблагодарить. Но его нигде не было.

Зато Лёша стоял среди парней и, посмеиваясь, что-то им рассказывал. Не слыша его слов, Таня всё равно поняла, что он выдаёт друзьям свою версию событий. Показывая на два ярких шрама на щеке, он самовлюблённо улыбался, выдавая их за достижение, а не проигрыш. Девушке очень хотелось подойти и рассказать, как всё было на самом деле, но она решила не унижаться.

«Я больше никогда их не увижу, – успокаивала она себя. – Какая разница, что они обо мне думают?»

Но несмотря на это, ей всё равно было некомфортно.

– Даша, ты не знаешь, где Трофимов? – спросила Танюше, обращаясь к подруге.

– Сашка? Он не приходил, – ответила девушка. – Ты и с ним успела закрутить? – улыбнулась она.

– Нет, просто спросить кое-что надо, – ответила Таня.

– Ты мне лучше скажи, что у вас с Лёшей произошло? Знаешь, что он про тебя рассказывает?! – шёпотом проговорила Даша, когда они отошли от остальных девчонок.

– И знать не хочу, – ответила девушка, – ничего у нас не было. Он хотел завести меня вглубь парка, я вырвалась и убежала.

– Вырвалась?

– Да, он не хотел меня отпускать, – продолжала Таня, – но ты не подумай, просто держал за локоть.

Она засучила рукав и показала два небольших синяка, оставшихся от пальцев Лёши.

По глазам подруги она поняла, что зря это сделала. Две небольшие синие точки превратились в воображении Даши в настоящую борьбу и сопротивление. Убеждать подругу в обратном Таня не стала.

«Пусть думает, что хочет», – решила она и постаралась поскорее уйти из школы.

По дороге домой она оглядывалась, ища глазами Сашу. Она думала, что парень вот-вот подойдёт к школе, и она сможет с ним поговорить, но он так и не появился. Звонить однокласснику на городской телефон Таня не решилась, а его сотового номера у неё не было.

А вот у неё сотовый появился: мама торжественно подарила ей на окончание школы новенький телефон-раскладушку и сказала, что в столице, наверное, уже у всех это чудо техники есть, и ей тоже надо.

Танюша была счастлива.

В скором времени они с мамой собрали вещи и поехали в Москву. Алёна взяла на работе отпуск, чтобы помочь дочери.

Глава 4

Столица встретила круговоротом лиц, бесконечным движением, пробками и баснословными, по сравнению с их городом, ценами на продукты.

– Это сколько надо зарабатывать, – удивлялась Алёна, – чтобы здесь жить!

– Мама, так здесь и зарплаты другие, – ответила Танюша. – Вот выучусь, устроюсь работать, буду много получать. И тебя к себе заберу.

– Нет, ритм жизни этого города точно не для меня, – покачала головой женщина, глядя в окно на бесконечно несущиеся машины и бегущих по делам людей. – Раньше я думала, что в нашем городе всё слишком быстро по сравнению с деревней. Но теперь понимаю, что у нас тишь и благодать. А здесь совсем невозможно жить.

– Почему? – пожала плечами дочь. – Дела других людей нас не касаются, пусть бегут, а мы будем жить, как привыкли.

– А ты разве не чувствуешь, как эта суета и тебя закручивает? Она проникает внутрь, заставляет быстрее двигаться, думать, жить. Я даже спать не могу, когда с утра под окнами начинается движение – не от шума, а от мыслей людей, которые бегут вместе с хозяевами.

Таня с удивлением смотрела на маму. Она знала, что та очень чувствительна, но не думала, что настолько. Девушке никогда не приходилось слышать от матери, что её тяжело в большом скоплении людей, потому что она ощущает каждого из них. Хорошо, что в их городе было малолюдней и спокойней.

Но долго размышлять было некогда, надо было подавать документы в ВУЗы, которые они заблаговременно выбрали. Таня внимательно изучала требования к абитуриентам, смотрела проходные баллы прошлых лет и уже видела себя студенткой одного из московских институтов.

Пока в одни выходные они с мамой не решили съездить на экскурсию в Петербург.

– Быть так рядом и не увидеть этот город – преступление, – сказала Алёна, когда они садились на ночной поезд до северной столицы.

Московский вокзал встретил их таким же гулом, как и Ленинградский незадолго до этого. Но выйдя с вокзала и оказавшись на площади с уходящим ввысь гранитным монументом, разбегающимися в разные стороны улицами со старинными зданиями, вдохнув воздух этого города, Таня поняла, что никуда отсюда не уедет.

В Петербурге не было суеты Москвы. Хотя здесь так же спешили и бежали люди, гудели в пробках машины, но всё это было иначе. Даже спешка здесь была медленная.

Вместо осмотра достопримечательностей Таня бросилась изучать местные ВУЗы, имеющиеся на них кафедры, узнавать даты окончания приёма документов. Возвращаясь через день в Москву, она уже знала, что вернётся в город на берегу Невы, чтобы прожить здесь счастливую жизнь.

Алёна сначала не согласилась с дочерью. Пыталась её отговорить, боялась, что они могут не успеть перебросить документы между ВУЗами, но Таня была непреклонна.

В итоге она смогла поступить в один из институтов северной столицы, и счастью девушки не было предела. Пусть она попала не на самый приоритетный для неё факультет, но превыше всего была радость остаться в этом красивейшем городе, ходить по его улицам, любоваться фасадами старинных домов, невероятными белыми ночами, а главное – ощущать какой-то своеобразный шарм города и шлейф истории, которая чувствовалась здесь повсюду.

– Каждому свой город подходит, и каждый город особенный, – сказала Алёна дочери, уезжая к себе домой. – Приезжай к нам на каникулы, родные места всегда силу дают.

Танюша плакала и улыбалась, обнимая маму. Ей не верилось, что как только поезд отойдёт от перрона, она останется одна в этом большом городе. А пока они с мамой смотрели друг на друга через окно, и Алёна мысленно обнимала и благословляла свою дочь.

Наконец поезд тронулся, Танюша замахала матери рукой, а потом ещё долго смотрела вслед набирающим ход вагонам. Она чувствовала, как сейчас сжимается сердце её мамы, оставляющей свою любимую и единственную дочь в незнакомом городе. Как далеко отсюда переживают дедушка с бабушкой, которые не хотели отпускать внучку.

Но впереди у неё была новая жизнь, новые друзья и события. Таня брела по ночному городу, и грусть расставания в её душе смешивалась с радостью исполнения давней мечты.

«Я обязательно буду здесь счастлива», – думала она, улыбаясь навстречу новому дню.

Глава 5

Лето пролетело незаметно. Танюша устроилась работать в небольшую турфирму, где помогала экскурсоводам следить за группами: пересчитывала туристов согласно спискам, искала потерянные гостями в парках и музеях вещи, моталась с документами между офисом и пунктами отправления автобусов. Платили копейки, зато девушка смогла посетить многие красивые места, расширить свой кругозор и чувствовала себя нужной. Работа была сезонной, к началу сентября Таня уже была свободна.

Начался учебный семестр. Большое величественное здание прямо в центре города с высоким холлом и старинными фасадами восхищало Таню. Первое время, спеша утром на занятия, она никак не могла поверить, что это всё происходит с ней: большой город, дорогие машины на дорогах, высокие дома в спальных районах.

В её родном городе большими считались дома в пять этажей, а наличие машины отечественной марки было достижением. Здесь всё оказалось по-другому. Дома взмывали в небо так высоко, что при подсчёте их этажей можно было сбиться. А на дорогах ездили машины, будто сбежавшие со страниц журналов.

Таня смотрела на всё это, не узнавая мира вокруг. Порой скучала по тихой жизни в своём городе. Но больше всего скучала о своих родных, которых не видела с момента отъезда. Это единственное, что омрачало её жизнь. Кутаясь вечерами в тоненькое одеяло в своей комнате в студенческом общежитии, где она получила место с началом учебного года, девушка вспоминала, какие пуховые одеяла были в квартире Галины, как вкусно она готовила, и какой аромат булочек или плова встречал её со школы.

В общежитии кухня располагалась на этаже и была одна на всех. Там всегда было многолюдно, накурено и очень шумно. Готовить и даже есть в такой атмосфере Таня не могла. Обходилась макаронами и пельменями, вспоминая о домашней еде. Мама присылала ей домашние заготовки, и они были лучшим лакомством для студентки. Открывая баночку с соленьями, закатанную руками мамы, девушка будто прикасалась к её заботе и любви.

С родными она общалась редко, междугородняя связь была дорогая. Мама, ещё по старой традиции, писала письма. Но обещала освоить интернет, чтобы переписываться с дочерью электронно.

В комнате, которую выделили Танюше, жили ещё две студентки. Оксана – высокая брюнетка с мелко вьющимися волосами – училась на экономическом и очень гордилась тем, что смогла поступить на такую популярную специальность. Потом девушки узнали, что поступить ей помогли деньги отца. А вот на отдельное жильё их уже не хватило.

Света, вторая соседка, была тихой, ничем не примечательной девушкой. Про таких говорят «серая мышь». Спроси у Тани, как она выглядит, девушка бы не ответила. Но характер у Светы был спокойный.

Распределив обязанности, студентки начали жить вместе.

Правда, недолго: их отправили на «картошку». Танюша слышала, что в институтах первокурсников отправляют на поля собирать урожай. Ей не верилось, что в таком большом городе некому убрать урожай. Но когда за ними приехал автобус, сомнения отпали.

Студентов долго везли по шоссе, пока наконец не высадили рядом с деревянными бараками, в которых была одна батарея на комнату с двадцатью кроватями, душ – огороженный, не утеплённый закуток на улице с бочкой наверху – и такой же туалет в отдалении.

В этот момент Танюша впервые увидела, что за фасадами и старинными зданиями в центре города стоят вот такие бараки в сорока километрах от него. Совсем не помня своё деревенское детство и живя последние тринадцать лет в квартире со всеми удобствами, Таня чувствовала себя неуютно.

Но бытовые неудобства быстро забылись под напором закрутившей её студенческой жизни. После очередного трудового дня на поле, откуда студенты возвращались перепачканными и голодными, их ждал вечер отдыха, часто затягивающийся до утра.

У кого-то из парней оказалась с собой гитара, и Таня впервые в жизни оказалась в компании ровесников, сидящих у костра под звёздами. Они жарили на огне хлеб, прихваченный за ужином из столовой, нанизывая его на тонкие веточки, найденные на земле. После таких долгих посиделок утром было не встать. Но даже те, кто уходил спать раньше, всё равно не могли уснуть под песни, разговоры и смех, доносившиеся с улицы.

Студенты вовсю крутили романы, влюблялись и расставались, и казалось, что «на картошке» они провели не три недели, а несколько месяцев. Таня, ещё хорошо помня случай с Лёшей, не спешила начинать отношения, да и ровесники всё так же казались ей неинтересными.

Порой она думала о Саше, ведь до своего отъезда так и не узнала, что с ним случилось. Но утешала себя мыслью, что если бы с ним что-то произошло, то об этом было бы известно в её родном городе и мама бы обязательно сообщила ей.

Подумав о маме, Таня непроизвольно коснулась красного браслета, что носила, не снимая, на запястье. Девочки порой спрашивали, что это. И если дома браслет мог сойти за украшение, то здесь все носили браслеты из драгоценных металлов, и Танина простая фенечка вызывала насмешки. Но она старалась не обращать на это внимание, помня рассказ мамы о том, чем той обернулся отказ от браслета.

Вернувшись в город, девушка полностью окунулась в учёбу. Работать уже не успевала, старалась учиться на пятёрки, чтобы получить повышенную стипендию по результатам сессии.

С девочками по комнате отношения сложились довольно ровные. Света вела себя незаметно, вот с Оксаной порой возникали недомолвки, но больших скандалов не было. Цель Оксаны была предельно проста: удачно выйти замуж и закрепиться в большом городе, учёба её интересовала мало. Она активно занималась поиском претендентов и часто не приходила ночевать. Или же возвращалась поздно ночью, попадая в общежитие через окно первого этажа. Под ним стояла скамейка, и все студенты пользовались этим входом, когда основной закрывался. Пару раз Оксана звонила посреди ночи Тане, чтобы та открыла ей нужное окно, предусмотрительно закрытое комендантом.

Так шли дни. Танюша планировала закрыть сессию и уехать на каникулы к родным, по которым очень соскучилась.

Глава 6

Незадолго до Нового года Таня задержалась в институте, сдавая зачёт, и теперь шла по улице в темноте, рано спускающейся на город в это время.

Белые летние ночи компенсировались длинными зимними вечерами. И иногда создавалось ощущение, что в течение дня даже не рассветало: утренние сумерки плавно переходили в вечерние, особенно когда на небе были серые тучи. В такие дни Таня думала, что летней ночью в Петербурге светлее, чем зимним днём.

В один из таких вечеров, идя к общежитию по плохо освещённой улице, Таня вышла на проезжую часть, потому что узкий тротуар был завален сколотым, но неубранным льдом. Посмотрев, нет ли машин на дороге, она решила пройти по ней десяток метров.

Вдруг из-за поворота сверкнули фары, потом раздался лязг тормозов, и Таня вся сжалась, ожидая удара.

Но столкновения не последовало. Машина успела затормозить в последний момент, вылетев при этом на пустой тротуар. Ругаясь и негодуя, из неё выбрался мужчина. Первым делом он кинулся к застывшей на месте Танюше. Браслет на её руке горел будто пламенем.

– Жива? – строго спросил водитель, и девушка кивнула. – Откуда ты взялась на проезжей части? Тебе тротуара мало? Я еле затормозил, думал – всё, конец, когда на тебя летел. А потом ты как-то сбоку оказалась, а я с дороги влево взял…

Мужчина говорил скорее для себя, чем для Тани. Было видно, что его самого немного трясёт после произошедшего.

Он повернулся к машине и внимательно осмотрел её: кузов, фары, бампера.

– А ведь ничего не разбито, – удивлённо проговорил он, – лишь крыло немного помято да бампер. Но он у меня и так колотый.

Таня хотела повернуться и уйти, боясь, что водитель предъявит ей претензии по ущербу. Но мужчина окликнул её.

– Куда тебя подвезти? – спросил он. – Садись, а то опять под колёса бросишься.

– Я не бросалась, – возразила Таня, – я глыбы льда на тротуаре обходила, по ним невозможно ступать.

– Да, город у нас не чищен, – согласился водитель, глядя на пешеходную зону, – да и на дорогах не лучше.

Мимо них проехала машина, с пассажирского сиденья на них удивлённо уставился человек.

– Надо машину убрать, – сказал мужчина, – пока никто ГАИ не вызвал.

С небольшой пробуксовкой он вырулил из сугроба и остановился рядом с Таней. Она послушно села на переднее сиденье.

– Куда ехать-то? – вновь спросил он.

Девушка назвала адрес. Водитель кивнул.

– Как тебя зовут? – спросил он, начиная движение.

– Таня, – ответила она. – А вас?

– Ко мне можно на «ты», – усмехнулся мужчина, – или считаешь, что я такой старый?

Танюша украдкой взглянула на того, кто только чуть не сбил её, а теперь вёз домой.

– Нет, не считаю, просто привыкла к незнакомым обращаться на «вы», – сказала она.

– Меня Матвей зовут, – представился мужчина. – Мы уже приехали.

– Спасибо, я совсем немного не дошла до дома.

– В общаге, значит, живёшь, приезжая? – продолжал водитель.

Тане всегда было неприятно от этого «приезжая». Будто она из зоопарка сбежала, а не приехала из другого города этой же самой страны.

– До свиданья, – сказала она, закрывая дверь.

Дойдя до своей комнаты, девушка наконец осознала, какой опасности только что избежала. Её начала бить мелкая дрожь. Она непроизвольно тёрла браслет на своей руке, это как будто давало ей связь с мамой, а вместе с этим приходило успокоение.

– Что с тобой? – спросила Света, заметив состояние подруги.

– Чуть под машину не попала, – ответила Таня.

Соседка посмотрела на неё большими глазами.

– Вы вызывали милицию? Ты не пострадала? – спросила она.

– Никого мы не вызывали, – ответила Танюша, – водитель просто довёз меня до общежития – и всё.

– А надо было на него заявить! – с вызовом проговорила Оксана, слышавшая разговор девушек. – Он бы тебе денег дал, чтобы откупиться.

– Со мной всё в порядке, – ответила Таня и пошла в душ, чтобы смыть напряжение.

Мама всегда учила её, что после сложных ситуаций надо умыться водой. Желательно окунуться в природный источник, но если он недоступен, то подходит и обычный душ. Стоя под струями воды, надо было представлять, как всё плохое смывается и уходит. Этим Таня и собиралась заняться.

Душ в их общежитии был на этаже, и в него всегда была очередь. Зайдя одной из последних, Таня облегчённо вздохнула, обнаружив остатки тёплой воды в кране. В их общежитии у горячей воды была особенность заканчиваться после длительного использования.

Но расслабиться девушке не удалось. Стоило ей подумать о произошедшем, как начинало казаться, что со всех сторон на неё смотрит незнакомец. Его полные тревоги глаза, когда он только подошёл к ней после аварии. Запах дорогого парфюма. Уверенные движения при управлении автомобилем. А потом его пренебрежительное: «Приезжая?»

Вспомнив эту фразу, Танюша поморщилась. И начала сильнее тереть себя мочалкой, стараясь смыть липкое пренебрежение, что было в этом вопросе.

Через несколько дней в общежитии встречали Новый год. Таня впервые проводила этот праздник вдали от своих родных. Для неё он всегда был семейным, тихим торжеством, наполненным предвкушением чуда и исполнением желаний. Ни весёлая вечеринка со студентами, ни радостные лица новых друзей и соседей не могли сравниться с ароматом настоящей ёлки, которую привозил из леса дедушка, и маминых фирменных рулетов, что она пекла накануне.

Всеобщее веселье лишь усиливало в Танюше грусть от разлуки с близкими людьми. А через несколько суток и вовсе утомило её. Ни спать, ни отдыхать, ни готовиться к сессии было невозможно.

Первая консультация перед экзаменом была назначена на пятое января, и девушка пришла на неё почти не подготовленной, так как в атмосфере бесконечной вечеринки изучать материал не получалось. Соседи и так смотрели на девушку, как на чудную, видя, что она третьего января села за учебники. С этого момента за ней ещё больше закрепилась слава зубрилки. Танюша старалась не обращать на это внимание, но насмешливое отношение тех, с кем ей приходилось делить быт, было неприятно.

Несмотря на все сложности, она отлично сдала сессию, в деканате ей пообещали повышенную стипендию на следующий семестр, и Таня довольная уехала домой.

Идя по улицам родного города, она казалась себе такой взрослой. Будто та девочка, что уехала отсюда жарким летом прошлого года, уже далеко в прошлом. А за полгода, проведённые вдали от семьи, она стала взрослой девушкой.

Стоя в дверях родного дома, она почувствовала, что это уже не её дом. Но и новый, в общежитии, тоже не был ей домом. Ощущение себя «ни там, ни там» не придавало ей уверенности.

Родные встретили дочку, не скрывая своей радости. Таня хотела сделать им сюрприз и, освободившись на несколько дней раньше, приехала домой, не предупредив об изменении своих планов.

– Что же ты не сообщила? – говорила Алёна, обнимая дочь и прижимая её к быстро бьющемуся сердцу. – Мы бы тебя встретили.

– Мамочка, я хотела приехать неожиданно, – улыбаясь, ответила девушка, тая в тепле материнских рук. – Застать вас врасплох.

– У тебя это получилось, – ответила та. – А я всё думала, почему мне вчера захотелось приготовить твою любимую еду. Думаю: она же испортится, пока ты приедешь.

– И что? – поинтересовалась Танюша.

– Приготовила, – рассмеялась Алёна, – за столько лет я научилась доверять своим предчувствиям. И на вокзал ездила, но тебя на прямом поезде не было.

Таня удивлённо выдохнула, посмотрев на маму.

– Я с пересадками ехала, – ответила она.

И кинулась навстречу деду, который, опираясь на палочку, вышел из своей комнаты.

Глава 7

Каникулы пролетели быстро. Танюша ещё не успела насладиться общением с родными, вдоволь наболтаться с мамой, посидеть с дедом, а уже пришло время уезжать. Находясь дома, она поняла, насколько ей не хватает добрых, внимательных глаз мамы, которая принимала свою дочь такой, какая есть, без претензий и ожиданий. И как тяжело в общении со своими новыми знакомыми, перед которыми постоянно надо казаться кем угодно, но не собой.

Таня рассказала матери о происшествии в тёмном переулке. Алёна слушала внимательно, смотря куда-то вдаль, а потом сказала:

– Держись от этого мужчины подальше.

– Так мы и не общаемся, – удивилась Танюша, – он уехал и всё.

– Вот и хорошо, – кивнула мама.

Всё время, проведённое в родном городе, Таня пыталась встретиться с Сашей. Её беспокоила мысль, что она так и не поблагодарила парня за помощь на выпускном. Не спросила, как он, и что произошло у них с Лёшей.

Девушка не решилась позвонить Саше на домашний телефон, но гуляла в тех местах, где вся молодёжь обычно проводила время. Только застать своего бывшего одноклассника ни разу не смогла. Зато встретила нескольких подружек, которые остались учиться в родном городе. Они завалили Таню вопросами:

– Расскажи, как там в столице? На Красной площади была?

– Была, но поступила учиться в Петербурге, – ответила Таня.

– А что так? По конкурсу в Москве не прошла? – надменно спросила одна из девушек.

– Нет, даже не пыталась, – спокойно ответила Танюша, – мне просто Питер больше понравился.

Девушки переглянулись, давая понять, что не верят её словам. Но Таню интересовало другое.

– Как остальные наши? – спросила она, надеясь узнать что-то о Саше.

Спрашивать напрямую она не хотела, зная, что эти сплетницы разнесут по всему городу весть о её неземной любви к бывшему однокласснику. Хотя она просто беспокоилась и чувствовала свою вину, что не вернулась в парк с милицией в то утро.

– Лёша, которого ты отвергла на выпускном, в Москву уехал и пока не возвращался, – сказали они, – значит, устроился. И тебе помог бы, если бы не тот случай.

– А остальные? – продолжала спрашивать Таня.

Но из сбивчивой речи подруг, которые перескакивали с одного одноклассника на другого, рассказывая, кто провалился на экзаменах и ушёл в армию, кто скрывается, кто поступил не туда, куда хотел, она так ничего и не узнала про Сашу.

Перед самым отъездом Танюша всё-таки набрала его домашний номер. После долгих гудков в трубке раздался голос старенькой бабушки.

– Здравствуйте, а Сашу можно? – спросила Таня, узнав Лидию Петровну.

– Так нет его, на работу ушёл, – был ответ.

– Спасибо, – сказала девушка и повесила трубку.

«Он же в колледж собирался, – подумала она, – неужели не поступил?»

Вскоре Танюша уехала обратно на учёбу, так и не выяснив ничего про Сашу. Опять окунулась в учёбу и жизнь в большом городе.

Первое время мама присылала ей достаточно средств для скромного проживания. Но в конце зимы слёг дедушка, и Алёне понадобились деньги, чтобы лечить отца. Понимая, как матери тяжело тянуть их обоих, Танюша решила найти работу.

Рядом с их общежитием как раз открылся ресторан быстрого питания. Официанткам предлагался почти свободный график, можно было выбирать смены под своё расписание в институте, а ещё делить их пополам с подружкой. Главное, чтобы в нужное время в зале была улыбающаяся девушка в корпоративной униформе.

Таня предложила Свете, своей соседке по комнате, работать вместе. Оксану она не рассматривала, как любительницу лёгких денег, а не заработанных своим трудом. Предложила она и нескольким подружкам из группы, но согласилась только Света. Она оказалась исполнительным и пунктуальным напарником, никогда не подставляла Таню пропуском общей смены. Этим их тандем заслужил хорошую репутацию у администрации заведения.

С появлением работы жить стало проще. Получив первую зарплату, Таня впервые в жизни почувствовала, что это значит – иметь свои деньги. Но потратила их совсем по-детски: купила себе красивое голубое платье с белыми вставками, которое давно манило её, красуясь в витрине магазина, что был рядом со зданием института.

Каждый раз, проходя мимо манекена с платьем своей мечты, Таня представляла себе, как надевает его и идёт на свидание. Только ни платья, ни свидания у неё пока не было. И получив зарплату, она решила исполнить хотя бы одну мечту – купить платье.

На него ушло ползарплаты, но девушка была счастлива. Надевая его и красуясь перед зеркалом в своей комнате, она чувствовала, будто приближается к идеальной картинке своей жизни: успешной карьере, семейной жизни с любимым мужем, совместным путешествиям…

Как множество молодых людей, она хотела всё и сразу, но пока вокруг неё были лишь бедные студенты, обшарпанные стены общежития, скучные лекции в институте и текущие со всех сторон по тротуарам весенние ручьи. А также разгар второго семестра и третья подряд смена на работе, как так Света приболела и не могла выйти.

Подходя к очередным посетителям, Таня удивилась их виду. Их завсегдатаями были люди попроще, а здесь мужчины в костюмах.

– Здравствуйте, ваше меню, пожалуйста, – улыбаясь, сказала она.

– Девушка, а какие пиццы у вас самые вкусные? – спросил один из гостей, листая меню.

– Все вкусные. Что вы предпочитаете? – уточнила Танюша.

Незнакомец поднял на неё глаза, желая спросить что-то ещё, но на мгновение задумался.

– А что вы посоветуете? – спросил он.

Таня рассказала об их новинках и признанных фаворитах.

– А ведь я вас где-то видел, – вдруг сказал он. – Хотя здесь я впервые, не часто захожу в такие заведения.

– Вы меня чуть не сбили зимой, – тихо сказала Таня, стараясь не привлекать внимание своими словами.

– Точно… Но с вами ведь всё хорошо? – уточнил мужчина.

– Да, всё в порядке, – подтвердила девушка. – Что будете заказывать?

– Ты сбиваешь красивых девушек и не помнишь об этом? – улыбнулся друг Матвея, пока они выбирали.

Танюша записала заказ и быстро удалилась. Пиццы были готовы быстро, а чаевые превзошли все ожидания.

– Какой у тебя сегодня улов, – улыбнулся бармен, которому Таня отдавала деньги.

У них в заведении было принято, что официанты отдают все свои чаевые бармену, а после окончания смены он делит деньги на всех. Девушке не очень нравилась эта система, но «бывалые» сказали, что так во всех клубах и барах, и здесь тоже так будет. Спорить она не стала, так как чаевые у всех были примерно одинаковые. Но в этот раз ей было жаль своей доли.

Глава 8

Через неделю она вновь увидела Матвея за столиком у окна пиццерии. В этот раз он был один.

– Здравствуйте, – сказала Танюша, подходя к мужчине за столиком, – ваше меню. Сразу будете заказывать, или мне подойти позднее?

Матвей поднял на неё взгляд и улыбнулся.

– Даже не знаю, что меня сюда тянет: еда или красивая официантка, – проговорил он. – Такое ощущение, что второе.

Таня не знала, что ему ответить. Ей почему-то казалось, что её пытаются купить так же, как пиццу или сок. За время работы официанткой она ещё не сталкивалась с назойливыми кавалерами.

Некоторые её коллеги, работавшие раньше в ночных клубах, говорили, что там постоянно кто-то пристаёт, пытается увезти к себе после смены, предлагает деньги за совсем не рабочие услуги. Поэтому многие уходили с ночной работы, несмотря на гораздо большую оплату. В пиццерии такого почти не было.

– Когда будете готовы сделать заказ – позовите, – сказала Таня, разворачиваясь.

Мужчина подозвал её почти сразу.

– Можно вас угостить? – спросил он.

– Нет, спасибо, нам нельзя отвлекаться в рабочее время, – сказала девушка.

– Тогда я оплачу для тебя угощение, а ты сама решай, что с ним делать, – ответил Матвей. – Из заказа принеси мне пиццу и американо, а десерт и капучино для тебя.

Танюша принесла ему весь заказ, но десерт и второе кофе остались нетронутыми. А в счёте опять были хорошие чаевые.

Убрав со стола, она посчитала, что имеет полное право съесть оставленное угощение, тем более что кофе в их заведении и правда был вкусным. А выбранный Матвеем десерт она вообще раньше не пробовала.

– Тебя уже подкармливать начали? – усмехнулась одна из официанток. – Тощая слишком?

– Не тощая, а стройная, – возразила Таня, доедая рассыпающиеся во рту «Графские развалины», безе всегда было её слабостью.

С тех пор Матвей стал частым гостем её пиццерии. Пару раз Танюша отказалась встретиться с ним после смены. Но потом подумала: почему нет? Мужчина никогда не позволял себе ничего лишнего, был вежлив. А предостережение мамы держаться от него подальше девушка беспечно забыла.

Таня согласилась встретиться с ним после одной из своих смен. Матвей заехал за ней на той самой машине, которая послужила поводом для их знакомства в зимний вечер. Но сейчас за окном вовсю звенела весна, май радовал своими светлыми ночами и ароматом сирени.

– Не просто так говорят, что новогодние встречи задают тон на весь следующий год,– улыбнулся мужчина.

Он вручил Танюше букет красных раз, такой большой, что девушка не могла его обнять. Она даже не думала, что бывает такое количество цветов в одном букете.

– Спасибо, – улыбнулась она, вдыхая аромат роз.

– Куда хочешь пойти? – спросил Матвей. – Кофе тебе, наверное, и так надоел? – добавил он, улыбаясь.

– Да, – согласилась Таня, – запах еды и курева уже снится мне по ночам.

Она задумалась, разрываясь между желанием провести побольше времени на свидании, чтобы можно было куда-то поехать вместе с Матвеем, и необходимостью вернуться в общежитие до его закрытия через час. В этом случае они успевали лишь поболтать в машине.

«Залезу домой через окно первого этажа, – решила она, выбрав вариант с длительным свиданием, – все студенты так делают, чем я хуже?»

– Мосты уже разводятся, – проговорила Таня, – поехали, посмотрим. Я только один раз прошлым летом успела полюбоваться ими. Занималась поступлением, не до развлечений было.

– Поехали, – легко согласился Матвей, – расскажи, откуда ты, где выросла, почему решила приехать в Питер.

Девушке был приятен его интерес. Но начав рассказывать о своём родном городе, она поняла, что ничего особенного в её детстве не было. Обычный провинциальный городок, местная школа, парк, где происходили все важные события: от дня города до первого свидания.

Когда её небольшой рассказ был окончен, Танюша спросила Матвея о его прошлом.

– У меня, как у всех, – сказал он, – школа, институт, работа. Только родился я здесь, но вырос далеко от центра города. У нас там с пацанами даже свой лес был – наша тайная территория. Теперь уже редко встречаемся, почти у всех семьи, дети.

– А у тебя? – с придыханием спросила Таня, украдкой глядя на его безымянный палец.

Хотя она уже давно отметила для себя, что обручального кольца у мужчины нет. И даже следа от него нет: так её учили определять женатиков старшие подруги.

– Нет, я свободен, – сказал Матвей, – не встретил ещё ту, что захочу назвать женой.

Танюшу что-то кольнуло в этой фразе. Тогда она не обратила внимания: не встретил – так не встретил, не все сразу находят свои половинки. Уже гораздо позже она поняла, что в тоне Матвея звучало явное пренебрежение к женщинам, будто никто из них не был его достоин.

Пока же перед ней были огни ночного города, гранит набережной, фары встречных машин, силуэты парочек, гуляющих тёплым майским вечером.

Они вышли из машины и, подойдя к краю набережной, смотрели на проплывающие по Неве прогулочные катера и теплоходы. До разводки мостов было ещё полтора часа.

– Хочешь прокатиться по Неве? – спросил Матвей, уловив взгляд девушки, направленный на туристов.

– Даже не знаю, а мы успеем? – смутилась она.

– Конечно, отправление каждый час, – сказал мужчина. – У меня друг занимается этим бизнесом.

Матвей взглянул на часы.

– Поздновато ему звонить, – сказал он, – но я знаю, где его стоянка. У него отличная команда, мы недавно отмечали на теплоходе день рождения товарища, повеселились на славу. Поехали.

Они вернулись к машине, проехали несколько улиц и остановились у причала. Матвей купил билеты, и Таня, держась за его руку, прошла на открытую палубу небольшого теплохода. Рядом суетились туристы, фотографировали виды ночного города, себя, друг друга.

А Таня просто улыбалась – она чувствовала себя очень счастливой. Ведь её мечты уже начали реализовываться: приятный кавалер, красивый город, она молода, и всё в жизни хорошо. Что ещё нужно?

Завтра будет новый день, она расскажет подружкам о ночной прогулке по Неве, увидит их глаза, полные зависти, и усмехнётся про себя. Благодаря маме их злоба до неё не доходит.

А сейчас её волосы развевал ветер, Матвей слегка обнимал за талию, и она чувствовала себя героиней «Титаника», который был её любимым фильмом. Она не раз смотрела его со слезами на глазах. И сейчас, как главная героиня, плыла в свою новую жизнь.

Главное только, чтобы её корабль не встретился с айсбергом.

Глава 9

Роман закрутился быстро. Таня была молода и неопытна в любовных делах. Матвей казался ей лучшим на свете: красивым, заботливым, весёлым. С ним было так интересно: он успел много где побывать в мире и с удовольствием рассказывал о своих путешествиях, общении с местными жителями, забавных происшествиях в пути и многое другое.

Для Тани заграница была другим миром – манящим и совершенно недоступным в её ситуации. Что там «за бугром», она знала только по фильмам да передачам по телевизору. Поэтому с интересом слушала того, кто побывал на «другой планете».

А ещё радовалась, что не стала разменивать себя на ровесников, выбралась из провинциального города и встретила настоящего мужчину. В том, что Матвей самый лучший, настоящий и вообще «мужчина мечты», как говорили в популярном сериале, который они с подружками обсуждали от первой до последней фразы, Танюша не сомневалась.

Они встречались уже больше месяца, за окном был июнь. Эту сессию сопровождал пьянящий аромат молодости и счастья. После встреч Матвей пару раз намекал на то, чтобы они поехали к нему, но Таня отказывалась. Она не хотела выглядеть в его глазах доступной и легкомысленной. Хотя сама мечтала о чём-то более серьёзном, чем поцелуи в машине.

Когда мужчина подвозил её к дверям общежития (теперь они старались вернуться до его закрытия, так как залезать через окно Тане не понравилось), то обязательно целовал её так, что у девушки кружилась голова. И казалось, что весь мир переставал существовать, были только ощущения и дрожь в теле.

В свою комнату в общежитии Таня приходила с загадочной улыбкой и полночи не могла уснуть, погруженная в свои мечты и желания.

Смены на работе пришлось уменьшить до минимума, так как учиться, работать и встречаться у неё не хватало ни сил, ни времени.

Таня начала бояться, что Матвей разочаруется в ней. Ведь она простая девчонка из ма́лёнького городка, а он такой опытный и всё знающий. И чтобы мужчине было интересно с ней, Таня начала интересоваться тем, что было важно для Матвея, поддерживать его увлечения. Даже те, которые были ей не близки. Будучи равнодушной к рок-музыке, она с наигранным восторгом приняла приглашение пойти на рок-фестиваль. А потом с ужасом смотрела на всех этих людей, сходящих с ума по странным, на её взгляд, музыкантам, на сцене.

Но девушке казалось, что если она будет увлекаться тем же, чем Матвей, то будет нравиться ему ещё больше. Заслужит его уважение и подогреет желание быть вместе.

И она хорошо преуспела в этом, только вот идя на свидание, порой забывала, чего же хочет она. Ей казалось, что отношения – это растворение друг в друге. И она хотела раствориться в любимом.

К концу июня сессия была успешно закрыта, и Танюше предстояла поездка к родным. Дедушка чувствовал себя всё хуже, и мама писала, что Тане надо обязательно приехать, проведать его. Также в письмах Алёна интересовалась жизнью дочери, сообщала, что беспокоится о ней. Но в ответ получала скупое письмо о том, как дочь учится и работает. Рассказывать маме о романе с взрослым мужчиной девушка не решалась. Но между строк об учёбе и сменах в пиццерии было много розовых мечтаний, которые не укрылись от взгляда Алёны.

Мать понимала, что дочку закрутила волна первой любви. Закрутила и понесла в открытое море. Всё чаще Алёна молилась о дочери, направляла ей свет своей души, чтобы он уберёг девочку от скоропалительных решений. Вспоминала себя в юности, их с Тимуром страсть, которая не видела препятствий. И просила у высших сил только одного: чтобы судьба была милостива к её дочке.

Впервые со времени своего отъезда Таня не хотела ехать к родным. Как бы она ни скучала по ним, сейчас девушка была счастлива в большом городе, не представляя даже несколько дней разлуки с Матвеем. Она мечтала провести в Петербурге всё лето, встречаться с любимым каждый день, развивать отношения и наслаждаться лучшим летом в своей жизни. Но при этом понимала, что съездить в родной город хотя бы на пару недель всё равно придётся.

Когда билеты и отпуск на работе были взяты, Матвей просил её не грустить из-за предстоящего расставания.

– У меня тоже дела, я уеду на пару недель в Москву, – сказал он, обнимая Танюшу, – так что мы будем отсутствовать в Питере и вернёмся к концу июля.

Это успокоило Танюшу: расставанию всё равно быть. Ещё ей нравилось, что мужчина поддерживает и понимает её чувства.

– У меня для тебя сюрприз, – проговорил Матвей, заговорщически подмигивая, – мы вдвоём едем на выходные.

– Куда?

– Я снял для нас номер в загородном отеле на берегу залива. Там рядом яхтенный клуб, я договорился с другом, он даст мне ключи от своего катера, который стоит на клубной стоянке.

– Ты умеешь управлять катером? – удивилась Таня.

– Да, я покатаю тебя. А ещё там прекрасная кухня и морские закаты, – добавил мужчина. – Раз мы ещё не сделали тебе загранпаспорт, то будем наслаждаться тем морем, что есть у нас.

Танюша отвела глаза. Она давно думала о совместной ночи с Матвеем и удивлялась, что он так долго ждёт её. Подружки говорили, что это подозрительно, но она так не думала. Считала это проявлением уважения Матвея к её желаниям. Но романтический уикенд вдвоём должен был расставить всё по местам.

В пятницу вечером мужчина заехал за ней на машине. Таня собрала немного вещей, выбрала самое красивое нижнее бельё и запаковала купальник, так как погода стояла тёплая, можно было окунуться в воду.

На переднем сиденье у открытого окна и с включённой музыкой, девушка весело подпевала звучащим из динамиков песням и радовалась жизни. В своих мечтах она была уже почти женой Матвея и ехала с ним в романтическое путешествие.

Глава 10

Красивое фойе загородного отеля, вежливый персонал, просторный номер с видом на залив, будто с обложки журнала – всё это казалось Тане сказкой.

Она смотрела по сторонам и ощущала себя Золушкой, хотя и не любила эту сказку. Не понимала: как можно влюбиться в человека, который совсем тебе не подходит?

И сейчас девушке казалось, что она случайно оказалась среди всей этой роскоши и блеска.

Матвей же вёл себя привычно спокойно: бросил дорожную сумку на пол, распахнул двери на балкон и вдохнул свежий воздух, которым сразу же наполнился номер.

Потом повернулся к Тане.

– Нас ждёт ужин в ресторане внизу, – сказал он.

– Я сейчас, – ответила девушка, направляясь в ванную.

Она не очень уютно чувствовала себя в одном номере с мужчиной, тем более рядом с большой двуспальной кроватью, которая занимала треть номера. Таня прекрасно понимала, чем закончится этот вечер, и это манило и немного пугало её.

В ванной комнате Таня подправила макияж, переоделась в то самое голубое с белым платье, что купила с первой зарплаты, и вышла к Матвею, очень довольная своим внешним видом. Она уже надевала это платье на свидания, но сегодня казалась себе особенно привлекательной. Возможно, потому что вся внутри горела огнём, думая о предстоящем вечере.

– Ты такая красивая! – не заставил себя ждать комплимент от мужчины. – Но пойдём скорее, я хочу есть.

Они спустились вниз, где на открытой террасе для них был накрыт отдельный столик.

Танюша смотрела по сторонам и немного робела. За соседними столиками сидели люди, с которыми она не пересекалась в обычной жизни: они были из другого, более обеспеченного мира.

Лучшее Танино платье, на которое она истратила половину своей месячной зарплаты, смотрелось здесь простым и дешёвым. Пожив в большом городе, она начала стесняться того, что приехала из глубинки. И сейчас остро чувствовала это.

Матвей же беспечно болтал, рассказывал о развлечениях в этом клубе со своими друзьями, когда они чуть не угнали чужой катер, перепутав со своим. Девушке не казалось это смешным, но она изо всех сил показывала, что ей интересно и весело.

Пару раз Таня начинала рассказывать что-то из своей жизни, но мужчина быстро переводил тему. В тот момент она решила не обращать на это внимания и не расстраиваться. Не портить же такой чудесный вечер.

Но иногда у неё покалывало запястье, да так, что ей приходилось тереть кожу. Хотя браслет она сняла перед тем, как пойти на ужин. Его красный цвет никак не подходил к голубому платью. Хорошо, что мама завязала нити таким образом, что браслет можно было снять и надеть обратно.

После ужина они с Матвеем пошли прогуляться вдоль залива. Мужчина наконец перестал болтать и думал о чём-то своём. Танюша поймала себя на мысли, что рада тишине. Теперь она могла в полной мере насладиться окружающей природой. Этого ей очень не хватало в каменном городе, где летом были раскалённый асфальт и духота.

Они подошли довольно близко к воде. Для этого Тане пришлось снять босоножки, так как идти в них по песку было невозможно.

– Искупаемся? – предложил мужчина.

– Не сейчас, – ответила она, представляя своё любимое платье намокшим и брошенным на песок.

– Ах ты трусишка, – засмеялся Матвей, схватил девушку за талию и потянул к воде.

Она смеялась и показательно просила не бросать её в воду.

– Я возьму купальник, и пойдём купаться, – говорила она.

– Нам и так хорошо, – отвечал мужчина, но действовал аккуратно, подходя только к кромке воды.

Побрызгавшись, как дети, они наконец замерли в объятьях друг друга. После этого Таня не очень помнила, как они вернулись в номер, освободили друг друга от одежды и нырнули в единение и страсть. Сначала Таня терялась и чувствовала себя скованно. Матвей знал, что у неё никого не было, и был нежен и внимателен.

Мужчина уже давно спал, а вот Танюше совсем не спалось. Её переполняли новые эмоции и чувства. Хотя в физическом плане она ожидала большего от того, о чём говорили все её подруги и намекали парни, но в эмоциональном была взволнована.

Она долго крутилась, думая о том, как ей завтра общаться с Матвеем. Ей казалось, что они перешли на какой-то особый этап отношений, и она должна как-то правильно себя вести, чтобы всё не испортить.

Начитавшись романов Бальзака и Моруа, она представляла себе отношения как большую интригу, с заигрываниями, флиртом, полутонами намёков и страстными признаниями.

«Он ни разу не сказал, что любит меня», – думала Таня.

Это казалось ей необходимым для построения отношений. И её расстраивало, что Матвей молчал. Но она верила, что после произошедшего этой ночью всё изменится.

Провертевшись с боку на бок почти всю ночь, утром Таня проснулась первой. Тихо встала, умылась и вышла на балкон. Солнце нового дня уже вовсю светило, над заливом кричали чайки. На открытой террасе, которая была видна с балкона, официанты готовили столики для завтрака.

Просидев в одиночестве довольно долго, она наконец услышала шаги в номере. Матвей проснулся и вышел на балкон.

– Вот ты где, – сказал он, увлекая девушку в комнату.

Таня рассчитывала, что сначала он сходит в душ и почистит зубы, но мужчина не посчитал нужным это сделать. А она побоялась его попросить, боясь обидеть.

Утром всё случилось быстро и не очень приятно. Но поскольку и быстро закончилось, то она решила не придавать значения и не подпускать к сердцу разочарование. Сочла, что так и должно быть.

После завтрака они с Матвеем пошли купаться. Красивый Танин купальник занял своё законное место на девичьей фигуре, и в течение дня она чувствовала себя вполне счастливой. Впереди были ещё один вечер и ещё одна ночь, которая в её представлении должна была стать ещё более романтической и нежной. Девушка постаралась не обращать внимания на своё лёгкое недовольство, которому, казалось, не было причин.

Она списывала его на то, что раньше никогда не проводила с Матвеем столько времени вместе. Таня старалась в каждый момент быть для него интересной и остроумной. Всё, как в её любимых романах, где героиня всегда была тайной, манящей мужчину и поддерживающей в нём огонь.

Но в итоге к вечеру она устала от напряжения и игры.

Глава 11

Возвращаясь с Матвеем в воскресенье вечером по перегруженным пробками дорогам, Таня грустила. Вскоре она должна была уехать на месяц к маме, а её мужчина примерно на это же время отбывал по делам в столицу.

После всего, что случилось в прошедшие выходные, девушке совсем не хотелось расставаться. Она хотела быть рядом с Матвеем, обнимать его, видеть его внимание и интерес. И к долгой разлуке была не готова.

– Ты будешь мне писать? – спросила она, хотя обещала себе не задавать этого вопроса.

– Я буду занят, – ответил мужчина.

Таня замолчала. Спрашивать о том, неужели у него не найдётся пары минут вечером на смс, она посчитала ниже своего достоинства. Крутя в руках сотовый телефон, который подарила ей мама, она не знала, как реагировать на его слова. С одной стороны, обижаться было не на что: «буду занят» – это не оскорбление, а констатация факта. С другой стороны – ей были неприятны эти слова, точнее, то, что она чувствовала за ними. Только сказать об этом девушка боялась. Ведь это значило открыть свои чувства. А если в ответ последует ещё большее равнодушие? Как с этим обходиться дальше, она не знала, поэтому предпочла промолчать.

Телефон давно жёг ей руки, каждый день заставляя ждать звонка или смс от любимого. Раньше у неё не было возможности платить за связь, это было слишком дорого для бюджета студентки. Выбирая между покупкой продуктов и суммой на счёт сотового, Таня всегда останавливалась на еде. Но с тех пор, как она стала встречаться с Матвеем, он начал оплачивать её мобильную связь, чтобы иметь возможность связываться с девушкой.

Мужчина звонил вечером, буквально на пару минут, чтобы договориться о предстоящей встрече. Таня уже привыкла, что у него есть свободное время во вторник и субботу. И могла с точностью почти до минуты сказать, когда позвонит Матвей. В другие дни звонка даже не ждала.

Сама же она любила писать смс, присылать в них цитаты из книг, сообщения, что скучает, и подобное. И в ответ ждала хотя бы «я тоже соскучился», но чаще всего не получала этого.

А теперь они оба разъезжались по разным регионам, и звонить друг другу становилось очень дорого. Получается, что и личное, и телефонное общение сойдут на нет.

– Пока, – сказала Таня, выходя из машины у своего общежития.

Матвей улыбнулся ей и кивнул.

Следующие дни девушка собирала вещи, закрывала сессию, дорабатывала последние смены на работе. Во вторник ей надо было уезжать. Она была уверена, что в этот привычный для их встречи день Матвей приедет проводить её на вокзал. Сейчас она как никогда нуждалась в подтверждении его любви и интереса к ней.

Но когда он не позвонил в своё обычное время, Таня забеспокоилась. Она уже стояла на перроне, ожидая подачи поезда, и набрала его сама.

– Привет, Танюш, – ответил Матвей.

– Привет, у меня скоро поезд, ты приедешь? – спросила она.

– Не успеваю, – сказал мужчина, – у меня перед отъездом столько работы. Отдыхай, увидимся, когда вернёшься.

– Пиши мне, – проговорила Таня, ненавидя себя за то, что навязывается, но ничего не могла с собой поделать.

Она почему-то чувствовала себя преданной Матвеем и хотела подтверждения их отношениям.

– Я… – начал отвечать мужчина, но его слова утонули в громком гудке прибывающего поезда.

Когда шум стих, связь была уже разорвана.

Всю дорогу Таня пыталась убедить себя, что отсутствие Матвея на перроне ничего не значит. Между ними всё хорошо. Ведь ничего не случилось. И он не обязан был приезжать, чтобы попрощаться с ней.

«На дворе двадцать первый век, – говорила она себе, – а я всё ещё привязываюсь к старым традициям проводов и встреч на вокзале».

А на душе отчего-то было паршиво. Дни, проведённые в загородном отеле, теперь казались сказкой, и она не понимала, как ей тогда могло что-то не нравится.

Девушка нервно теребила надетый браслет и настраивалась на встречу с родными. Очень хотелось написать Матвею и получить в ответ какое-нибудь приятное сообщение. Но Таня не разрешала себе этого сделать.

Лёжа на верхней полке плацкартного вагона, она снова и снова вспоминала свои слова и поступки на прошедших выходных и не могла понять, что она сделала не так, что за прошедшие с той поры трое суток он так и не захотел с ней встретиться.

Так и не придя ни к какому выводу, она заснула тревожным сном, прерывающимся разговорами пассажиров, их хождением по вагону и хлопаньем дверей тамбура.

Следующий день также прошёл в самокопаниях, и к моменту выхода в родном городе, Таня хотела только одного: переключиться на что-то другое. Бесконечно думать о Матвее уже не было сил.

На перроне её встретила мама, и девушка, утонув в объятьях любящего человека, наконец смогла успокоиться и отвлечься от навязчивых мыслей.

Алёна всю весну тревожилась за дочь. Она чувствовала, что Танюшу захлестнула волна первой любви, и понимала, что её слова здесь бесполезны. Девочке надо самой набить шишки и научиться разбираться в людях.

Мама могла ей помочь лишь добрым взглядом, отсутствием осуждения и поддержкой. Только так можно не отвернуть от себя резко повзрослевшего ребёнка и сохранить доверительные отношения.

Так Алёна и поступила. Она крепко обнимала дочь, радовалась её приезду, совсем не спрашивала о причинах застывшей в глазах грусти, ожидая, когда Танюша сама захочет поделиться с ней своими переживаниями.

Девушка сначала вела себя сдержанно. После полугодового отсутствия она чувствовала себя дома, как в гостях. Встреча с бабушкой и дедушкой оказалась тяжёлой для неё. Давно не видя их, Танюша отметила, как старики сдали, особенно Степан.

Он уже не вставал с кровати и совсем слабо сжал руку приехавшей внучки. Девушка помнила силу дедовых рук, когда он поднимал её, таскал тяжести, и старалась не заплакать, видя его бессилие.

Домашние впечатления закружили её. Матвей теперь казался далёким и не таким важным. И даже его смс с вопросом, добралась ли она, была воспринята спокойно. Хотя на душе полегчало, и мечты вновь подняли свои головы.

Вечерами Таня болтала с мамой, вспоминая их давнюю традицию посиделок на кухне. А днём, когда мама работала, прогуливалась по своему любимому парку. В нём вовсю бродили новые парочки, катали коляски молодые мамы, скамеечки пополнились свежими пенсионерами.

– Таня? – услышала она за спиной знакомый голос.

Обернувшись, она увидела рядом с собой Сашу.

Глава 12

Саша стоял в нескольких шагах от неё. На вид всё тот же парень, которого она знала много лет. Но в глазах что-то поменялось. Не было в них юношеской бесшабашности и веселья, бывший одноклассник смотрел на Таню спокойным, уверенным взглядом.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – улыбнулась девушка.

– Ты на каникулы приехала? – спросил Саша.

– Да, я закрыла летнюю сессию, взяла отпуск на работе и приехала навестить своих, – ответила Таня, чувствуя, что ей хочется похвастаться своими успехами.

– Где работаешь?

– В пиццерии, – сказала она, – это ресторан быстрого питания, в нашем городе таких нет.

Саша кивнул. А девушке вдруг стало стыдно за свой тон.

– А ты как? – спросила она, убирая хвастливые нотки.

– Нормально, учусь, работаю, – сказал парень.

Они неловко помолчали.

– Я не успела поблагодарить тебя за то, что ты защитил меня на выпускном, – проговорила Таня.

И ей в тот момент показалось, что это было так давно: не год назад, а как минимум пять. Так много всего произошло с тех пор.

– Не стоит, – отмахнулся Саша, – я сразу понял, к чему клонит Лёшка, но ты от него весь вечер не отлипала.

Девушка покраснела.

– В начале вечера он показался мне самым адекватным, и я решила, с ним не будет проблем, можно пообщаться, потанцевать… – сказала она. – Жаль, что я ошиблась. Ты тогда не сильно пострадал?

Парень усмехнулся.

– От кого там страдать? От этого молокососа, который сразу завопил, как только я повалил его?

– Спасибо тебе, – сказала Таня, – я не думала, что так получится. Близко бы к нему не подошла, если бы знала. Искала тебя на следующий день в школе, но не нашла.

– Я не стал приходить, когда там все толкались, забрал документы в другой день, – ответил Саша. – Может, увидимся завтра? – продолжил он. – А то я сейчас на работу иду.

– Хорошо, – улыбнулась девушка. – Здесь же встретимся?

– Да, на нашем привычном месте, – ответил парень.

Таню вдруг окутало шлейфом воспоминаний: «нашим привычным» было место встречи их класса, где они собирались после уроков. Веселились, дурачились, болтали, влюблялись и соперничали. Сама она редко принимала в этом участие, но всё-таки приходила иногда. И от этих воспоминаний на душе вдруг стало так легко. Будто непосредственность детства вернулась в её жизнь. Тиски постоянных мыслей о Матвее наконец отпустили.

На следующий день они с Сашей встретились в парке и долго болтали о школьных днях. Парень рассказал о своей учёбе в техникуме и работе на вновь открывшемся производстве. Танюша говорила о Петербурге, его темпе жизни, о том, что, ходя по центру города, первое время не могла отделаться от впечатления, что она находится в музее.

– Но ко всему быстро привыкаешь, – сказала она, – сначала я непрерывно смотрела по сторонам, любуясь красотой набережных и дворцов. А потом привыкла. Даже не замечаю, где иду. И все вокруг тоже спешат, бегут по своим делам, а ведь красота никуда не делась.

– У нас в городе тоже хорошо, – будто с обидой заметил Саша.

– Здесь спокойно, – согласилась Таня, – и приезжая домой, я отдыхаю душой. Но уже скучаю по большому городу.

– Ты не планируешь возвращаться сюда? – спросил парень.

– Если после окончания института смогу устроиться в Питере, то не вернусь, – ответила девушка, – мне здесь нечего делать. А там много возможностей. А ты что планируешь?

– Мне учиться несколько лет, – сказал Саша, – а потом посмотрим.

За этими прогулками и пролетел Танин отпуск. Она не успела заметить, как её вечерние посиделки с мамой переросли в прогулки с Сашей. Алёна радовалась увлечению дочери, видя, что это отвлекает её от навязчивых мыслей о Матвее. Таня рассказала матери о нём совсем немного, но то, что она услышала, Алёне не понравилось.

День отъезда выдался пасмурным. Девушка зашла к деду, который слабел с каждым днём и уже почти не разговаривал. Она обняла Степана, обещала приехать на новогодние каникулы. И навсегда запомнила его прощальный взгляд: дедушка смотрел с огромной любовью на свою единственную внучку и благодарил небеса, что совсем ма́лёнькой девочкой она вошла в его жизнь и наполнила её новым смыслом.

Уезжала Таня с тяжёлым сердцем. До начала нового семестра был ещё целый месяц, и она могла провести его дома. Родным она говорила, что вынуждена вернуться, так как отпуск на работе ей дали только на месяц, и то большую половину пришлось брать за свой счёт.

Алёна и бабушка с дедушкой, как люди старой закалки, считали работу святым, особенно после недавнего кризиса, когда её было не найти, и поэтому спокойно отпускали Таню пораньше.

Сама же девушка понимала, что может спокойно остаться до сентября. Если ей и придётся после этого уволиться, то она легко найдёт аналогичную работу. И истинная причина её раннего возвращения с отпуска – это Матвей.

Общение с Сашей хоть и было приятно Танюше, но не шло ни в какое сравнение с тем океаном чувств, который накрывал её в большом городе. Ради любимого мужчины она и возвращалась в Питер в начале августа.

За время разлуки они с Матвеем почти не общались, несколько смс не в счёт. Но девушка была уверена, что когда она вернётся, всё будет по-прежнему. И даже лучше, ведь у них теперь совсем другой уровень отношений.

Обратные билеты были куплены, и Таня крутила их в руках, думая о том, что опять полгода не увидит родных. Провожать её на вокзал поехала только мама, Галина со Степаном поехать не могли. Саша в этот день работал, и они попрощались накануне.

Добравшись до Питера, девушка первым делом написала Матвею. Она была уверена, что он сразу же перезвонит и они встретятся. Она даже переживала, успеет ли отдохнуть и привести себя в порядок после дороги. Но мужчина не спешил появляться. Таня гипнотизировала телефон, но он предательски молчал.

И только на следующий день вечером, когда она вся извелась, но запретила себе звонить Матвею первой, из телефона раздался долгожданный звонок.

– Привет, – услышала Танюша знакомый голос.

– Привет, – ответила она.

– Как отдохнула?

– Хорошо, а ты как?

– Недавно вернулся, работы много, даже отдохнуть некогда, – сказал Матвей. – Давай в конце недели встретимся, пока никак не могу.

Таня молчала. Она так ждала встречи с любимым, а он совсем не спешил к ней.

– Давай,– сказала она, и в трубке пошли гудки.

Девушка кусала губы, на душе было гадко. Она вспомнила встречи с Сашей и невольно сравнила своего друга детства и «мужчину мечты». Сравнение почему-то оказалось не в пользу второго.

Глава 13

На встречу в конце недели Матвей приехал с букетом цветов и южным загаром. Танюшу обнял крепко, сказал, что соскучился. Сделал несколько комплиментов тому, как хорошо она выглядит, и повёз в небольшое кафе на набережной.

– Как ты? – спросила девушка.

– Всё хорошо, – ответил мужчина, – несколько новых контрактов.

– А загар у тебя тоже с переговоров остался? – уточнила Таня.

Матвей рассмеялся.

– Нет, загар с моря, – сказал он.

– Ты ездил отдыхать? – в голосе Тани скользнула обида.

– Работа работой, а отпуск никто не отменял, – без тени смущения ответил мужчина. – Сезон в разгаре, море отличное.

– Но мы собирались поехать вместе! – проговорила Танюша.

– А ты сделала загранпаспорт? – спросил Матвей.

Девушка покачала головой. Документ выдавали только по месту постоянной регистрации, и, будучи в Питере, получить его она не могла. А приехав домой, узнала, что в их ма́лёньком городке ОВИРа нет, и за загранпаспортом надо отправляться в областной центр.

А там Таню встретили огромные очереди. Люди приезжали рано утром, чтобы на открытии получить талончик на приём. Откуда взялось столько желающих на заграничную корочку, девушка не знала. Но дважды приехав на самом раннем автобусе – осталась без заветного номерка. Больше пытаться не стала. Не ночевать же там.

– Я не смогла попасть в ОВИР, – сказала она.

– Так о чём разговор? – удивился Матвей. – Ты без документов, а мне из-за этого на море не ездить?

– Ты бы мог предупредить, что летишь отдыхать.

– А что бы это изменило? – был ответ.

«И правда, что?» – подумала Таня, которая не могла отделаться от ощущения какой-то липкости, что окружает её.

Ей было неприятно от слов мужчины. В его словах чувствовалось пренебрежение. У девушки появилось желание выйти из машины, хлопнуть дверью и больше не слышать этого: «А что такого?»

Но они ехали на большой скорости, лавируя между машинами, и она осталась, молча переваривая услышанное. Больше всего ей не понравился тон, которым это было сказано.

Внутри начала просыпаться обида. Ведь она столько мечтала об этой встрече. Хотела вновь побыть рядом с Матвеем, разговаривать с ним, видеть его глаза, полные восхищения, как было в загородном отеле, ощутить его нежность…

Но сейчас мужчина был «чужим». Казалось, что за месяц разлуки между ними образовалась стена, с одной стороны которой было горячее сердце Тани, а с другой – закрытое от неё сердце Матвея.

Они доехали до кафе, но настроение у девушки было испорчено. Она изо всех сил убеждала себя, что ничего не произошло. Ведь она на самом деле не имеет необходимых документов для поездки за границу и вообще ездила на каникулы к родным. Почему Матвей не мог в это время слетать на море? Мог. И чтобы не портить вечер, она убедила себя, что ничего «такого» в этом нет.

– А с кем ты ездил? – спросила она.

– С друзьями, – сказал Матвей. – Кстати, у нас в следующие выходные большая тусовка – день рождения друга. Отмечать будем за городом, поедешь со мной?

– Ты хочешь познакомить меня со своими друзьями? – оживилась Танюша.

– Да, пусть знают, какая у меня красивая девушка, – улыбнулся мужчина.

Таня успокоилась. Может, она зря расстраивалась? Пусть они отдыхали порознь, но ведь теперь вместе, и Матвей хочет ввести её в свою компанию.

– Хорошо, поехали, – ответила девушка.

Остаток вечера прошёл в ничего не значащих разговорах. А после мужчина предложил поехать к нему домой. Таня и ждала, и опасалась этого. Раньше он всегда подвозил её к общаге, но после выходных в июне расставаться на ночь уже не имело смысла.

Квартира Матвея имела одну комнату и кухню, из которой открывался красивый вид из окна одиннадцатого этажа. Внутри было не по-холостяцки чисто. Таня слышала от своих подруг, что одинокие мужчины мало следят за порядком в своих домах. Но здесь было убрано и даже как-то слишком свободно: минимум мебели, практически пустота на полочках в ванной комнате и такая же пустота в холодильнике.

– А что ты ешь? – спросила Таня, глядя на полки, где была только упаковка яиц, пара бутылок пива, несколько открытых пачек с нарезкой колбасы и сыра.

– Я обычно питаюсь в кафе, – сказал мужчина, – готовить некогда, да я и не умею. Держу только необходимый минимум.

Он достал пиво, предложил Танюше, но она отказалась. Вкус пива ей никогда не нравился.

Девушка оглядывалась вокруг и не могла избавиться от какого-то странного чувства. Но что её смущало – не понимала.

Матвей же притянул её к себе, усадил на колени, и дальнейший осмотр помещения был приостановлен.

Ночью Тане опять не спалось. Она не любила чужие постели, всю жизнь спала только в своей. Устав крутиться без сна, пошла на кухню. Вскипятила себе чай, наслаждаясь тем, что можно посидеть одной и вокруг никто не бегает, не разговаривает, не спрашивает о чём-то, как круглосуточно было в её общежитии.

Открыв несколько шкафчиков, она обратила внимание на отсутствие каких-либо запасов. Круп, макарон, специй – почти ничего не было. После маминой кухни, на которой она провела последний месяц, видеть такую пустоту было странно. Не найдя объяснения этому, она вернулась в спальню.

Утром Матвей был неразговорчив, но оценил приготовленный Таней омлет и отвёз её домой.

– Я думала, мы проведём вместе все выходные, – сказала девушка.

– У меня дела, – ответил он, – тем более мы уже отлично провели время. Я позвоню тебе в пятницу, скажу, когда едем.

– Мы не увидимся до конца следующей недели? – удивилась Таня, раньше они всегда встречались на буднях.

– Вряд ли, я же говорил – новые контракты, много дел, – проговорил Матвей. – Но ты не скучай, в городе сейчас много всего интересного.

Девушка хотела сказать, что интересно ей только рядом с ним, но не стала. Выйдя из машины, она совсем не хотела идти домой. Впереди была вся суббота, на работе был выходной, в общежитии делать нечего.

«И ради этого я вернулась на месяц раньше?» – подумала она.

Прошедшая ночь была чудесна, но утро принесло разочарование.

Танюша вспомнила, как мама мягко просила её не поддаваться чувствам и отстранённо посмотреть на то, как к ней относится Матвей. Говорила, что ей он не нравится. И хотя она совсем его не знает, но чувствует, что мужчина не так прост.

Таню расстраивали эти разговоры. Она считала, что мама должна поддержать её в таком большом и светлом чувстве, что она испытывает. Но Алёна не могла этого сделать. Сердце подсказывало, что дочь связалась не с тем человеком, только глаза девушки совсем не хотели этого видеть.

Глава 14

В пятницу Матвей позвонил Тане за пару часов до того, как они должны были выезжать на отдых.

– Жду тебя на выходе из общежития, – сказал он.

– Я на работе, – ответила девушка.

В трубке на несколько мгновений воцарилось молчание.

– Мы же договорились вместе провести выходные? – удивился мужчина.

– Да, я помню, в субботу и воскресенье я свободна, а сейчас пятница. На буднях я взяла себе больше смен, поскольку всё равно ничем не занята, – сказала Таня. – Освобожусь в десять вечера.

Её голос звучал ровно, но на самом деле ей было страшно, как отреагирует Матвей. С одной стороны, она хотела поехать с ним, познакомиться с его друзьям, для неё это было важно, как следующий шаг в их отношениях. Но с другой стороны, Танюше было неприятно, что мужчина не позвонил ей ни разу на неделе. И вообще будто не соскучился за целый месяц разлуки. Поэтому Таня специально взяла смену в пятницу, чтобы посмотреть, как отреагирует Матвей. Будет ли её ждать или уедет один. Из этого она хотела сделать выводы.

– Ты меня подставляешь, – недовольно проговорил мужчина.

– Что? – притворно удивилась Таня. – Чем это я тебя подставляю? Приедем на пару часов позднее, разве это проблема?

– Я хотел уже быть с друзьями и отдыхать, – ответил он.

– Тогда езжай без меня, – сказала девушка, боясь при этом, что он так и сделает.

В телефоне повисла пауза, чувствовалось, что на другом конце идёт активный мысленный процесс.

– Когда ты освободишься? – наконец спросил Матвей.

– В десять вечера, но мне надо будет зайти в общежитие за вещами, – радостно ответила Таня.

– Хорошо, я подожду тебя, – сказал мужчина, – приеду за тобой в пол-одиннадцатого.

Девушка положила трубку и улыбнулась своей ма́лёнькой победе.

До коттеджа добрались ближе к полуночи. Там уже было три семейные пары с детьми и несколько холостых парней.

Жёны друзей посмотрели на Таню немного снисходительно. Спросили, как давно она с Матвеем, чему-то усмехнулись и потеряли к ней интерес. Девушка немного растерялась от такого приёма. Она помнила компании ровесников, где новый человек уже через полчаса становился «своим», а к вечеру – лучшим другом.

Здесь же она была абсолютно чужой. Никаких общих тем и разговоров с тридцатилетними женщинами у неё не было. Они обсуждали вещи, которые были далеки от интересов Тани: проблемы на работе, цены в магазинах, здоровье детей, поборы в детских садах, бесконечные больничные и прочее. Дети, несмотря на позднее время, бегали по всему коттеджу, нещадно крича.

Холостые друзья общались между собой, их разговоры были девушке ещё менее интересны.

Она старалась быть рядом с Матвеем, хотела пообщаться с ним, ведь они столько времени не виделись. Но он всё время был с друзьями.

Красивая картинка знакомства с его компанией, которую Таня нарисовала в своём воображении, разваливалась на глазах. Она чувствовала себя лишней и всё время скучала. Лишь ближе к утру, когда все разговоры закончились, Матвей уделил ей внимание.

Девушка надеялась, что они проведут вместе следующий день, но мужчины рано уехали на рыбалку, а дети, хоть и легли очень поздно, но с самого утра бодро вскочили и продолжали свои весёлые игры, переворачивая всё вокруг. Спать в таком шуме было невозможно. Недовольно крутясь на своей опустевшей кровати, Таня думала, что даже в общежитии в выходные тише по утрам.

Весь день промаявшись одна, Таня была очень расстроена: с ней никто не общался. Мужчины застряли на рыбалке, а женщины её игнорировали.

Вернувшись с хорошим уловом, Матвей не понимал, почему его девушка грустит и просит отвезти её домой.

– Я никуда не поеду, захотела со мной, значит, будешь здесь, пока я не соберусь в город, – сказал он.

После этого Таня собрала свои вещи и вышла за пределы коттеджа. У встретившихся ей на пути людей узнала, как добраться до города. Она вышла на шоссе и стала там ждать рейсового автобуса.

Она чувствовала себя полной дурой: порой хотела вернуться, а порой – поскорее уехать. А автобуса всё не было. Зазвонивший телефон вывел её из раздумий.

– Ты куда пропала? – раздался голос Матвея.

– Я жду автобуса, чтобы уехать домой, – ответила девушка.

– Да ладно тебе, – сказал мужчина, – сейчас будем жарить шашлыки все вместе. Возвращайся.

– Я не пойду, – ответила Таня, – если хочешь, чтобы я вернулась, приезжай за мной.

– Где ты?

– На шоссе, – ответила она.

– Хорошо, я сейчас приеду, – сказал Матвей.

Через десять минут его машина на самом деле показалась с просёлочной дороги, что вела к коттеджам.

– Ты зачем сбежала? – удивился он.

– Мне скучно, – ответила Таня, – ты постоянно с друзьями, со мной никто не общается. Я чувствую себя лишней.

– Так мы все давно знакомы, а тебя мои друзья в первый раз видят, – проговорил Матвей. – Ладно, не расстраивайся, поехали обратно.

Остаток выходных мужчина был рядом с ней. Но всё равно чувство, что ей здесь не рады, не покидало девушку. В воскресенье они вернулись в город, и Матвей сказал, что позвонит через пару дней.

До конца лета Таня встречалась с Матвеем пару раз в неделю, по привычному ещё с весны расписанию. Она подстроила свои рабочие смены так, чтобы быть свободной в нужные вечера.

На выходные с его друзьями больше не ездила. Мужчина уезжал один, а Танюша в те дни грустила. Она хотела, чтобы он выбрал её, а не друзей, но он этого не делал.

Как-то она спросила Матвея про его родителей. Девушка считала, что он мог бы уже и представить её. Он ответил, что мама с папой сейчас отдыхают за границей. Познакомиться с ними по возвращении не предложил.

Потом у Тани начался новый семестр, в институте прибавилось новых предметов. На работе тоже был загруз, так как многие работники ушли с началом учёбы, встречи стали реже.

Таня уже не находила в себе того щемящего, всепоглощающего чувства, что было у неё к Матвею весной. Но всё равно ей было важно его мнение, одобрение и внимание.

В октябре позвонила Танина мама, которая знала номер дочери, но никогда им не пользовалась. Алёна тихим голосом сказала, что Степана больше нет. И спросила, сможет ли Танюша приехать, проводить деда в последний путь. Девушка ответила, что будет первым же поездом.

Положив трубку, она не знала, куда себя деть. Вспоминала детство, перед глазами плыли отрывочные детские воспоминания лесного домика, тёмного леса, сменившиеся прогулками в парке у дома, а потом прощальный взгляд дедушки, когда она уезжала из дома этим летом.

Таня отчаянно нуждалась сейчас в поддержке. Она хотела уткнуться кому-то в плечо и поплакать.

Позвонив Матвею, она надеялась, что он приедет к ней и поддержит в такой ситуации.

– Я сегодня занят, – быстро проговорил тот, – ты уезжаешь, да? Позвони, когда вернёшься.

В трубке пошли гудки.

Таня застыла, слушая равнодушные монотонные звуки. Уже сейчас она знала, что не будет звонить и постарается забыть Матвея, как бы больно ей от этого ни было.

Глава 15

Приехав домой, Таня не узнала маму и бабушку Галю. Обе женщины постарели, осунулись. Девушка впервые увидела глубокие морщины вокруг глаз Алёны и опущенные, как под тяжестью, плечи. Её мама, всегда такая молодая, которую порой принимали за старшую сестру Танюши, выглядела уставшей взрослой женщиной с невыносимой болью на сердце.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.