# Идеальные незнакомцы

Евгения Шамшина

Жизнь порой закручивает свой сюжет настолько круто, что ты просто не успеваешь сориентироваться, оказываясь под гнётом собственной судьбы.

Готов ли ты к столь крутым поворотам? Или же будешь плыть по течению?

Герои сделали свой выбор. Но какими будут последствия?

И можно ли всё изменить…

## Илья


Август. Конец месяца.

Не лучшее время для молодого мужчины. Он собрал на себя все шишки мироздания. По крайней мере, так ему казалось. На тот момент он потерял работу в органах из-за собственного беспробудного раздолбайства. Остался без крыши над головой, в принципе, по той же причине. Сейчас у него остался лишь автомобиль да гроши за душой. В нынешних обстоятельствах не мог даже представить, что ему делать дальше. Странное ощущение для тридцатидвухлетнего мужика. Он сидел в машине на парковке торгового центра. Хотелось есть. Пошуршав купюрами, решил, что заправить подержанный «форд-фокус» будет правильнее. Резко зазвонил телефон. Убавил звук магнитолы, отвечая на звонок.

– Ну, что, демон? Нищий и безработный?! – услышал он на другом конце и скривился.                   Вечером подъехал к ночному развлекательному комплексу, который считался самым фешенебельным местом отдыха в этом маленьком городке. Здесь располагались ночной клуб, шикарный ресторан с живой музыкой, караоке-бар, кальянная, уютные VIP-ложи. Огромные банкетные залы. Местечко не из дешёвых, но весьма популярное. Среди народа считается самым приличным. Мужчина вышел из машины и невольно поёжился. Несмотря на август, было достаточно свежо. Услышав своё имя, машинально обернулся. Двое крепких мордатых мужчин подходили ближе, расплываясь в широких улыбках.

– Пошли, демон. Отдохнём по-человечески, – похлопал один его по плечу.

– Я в добрые-то времена здесь не бывал, – скептически заметил Илья. – Зарплата, знаете ли, не позволяет.

– Не порти праздник! – резонно заметил второй мужчина в тёмной футболке и джинсах. – Ты сам во всём виноват.

На это наш герой лишь скорчил гримасу и отвернулся. Конечно, он и сам всё прекрасно понимал, но природное чувство упёртости и твердолобости мешали признаться в этом даже себе.

На входе два огромных амбала в чёрных костюмах. Фэйс-контроль. «Как в кино» – мелькает у него в голове. Длинная гудящая очередь, состоящая, в основном, из молодёжи. Время перевалило за одиннадцать. Илья покорно следовал за друзьями. С интересом он разглядывал всё и всех вокруг. За массивными дверями их встретила приятная девушка, которая улыбалась голливудской улыбкой так, что белизна её ровных зубов ослепляла. Она же проводила мужчин за столик, который уже был приготовлен к их приходу. Мужчины вальяжно расселились и о чём-то шумно говорили. Играла музыка. Илья и здесь с интересом вертелся, озираясь по сторонам. Красивые девушки и женщины. Мужчины. Жёны и мужья. Друзья или, возможно, коллеги. Народу было очень много. И за каждым столиком кипела маленькая жизнь. На столе томилась водка в чуть запотевшем ледяном графине.

– Полна коробочка народу. – протянул Илья. – Прямо аншлаг.

– Ну, дак! – хмыкнул один из друзей, наливая по рюмкам. – Культурный отдых. Сегодня ещё и живая музыка. А ты что хотел? Приличное место.

– М-да… – тихим эхом отозвался Илья.

Потом они пили и ели, поздравляя друга с днём рождения. Водка легко растекалась по телу пьянящим теплом. Спустя час они уже чувствовали себя своими на этом празднике жизни. Их разговор плавно перетекал от темы к теме. Алкоголь отодвигал гнёт навалившихся проблем.

Когда в зале приглушили свет, всё вокруг стихло. Тишина казалась нереальной. Мужчины, как и все, уставились на сцену, в предвкушении программы. Их столик располагался в самом центре. Когда Она появилась на сцене, Илья развернулся вместе со стулом, чтобы смотреть прямо на сцену. Публика восторженно рукоплескала. Многие, видимо, здесь были частыми гостями. Он уже не мог оторвать взгляда. Он не слышал ни музыки, ни слов. Только Она. Её движения казались такими лёгкими и грациозными. Весь мир для него исчез. В сознании что-то перевернулось раз и навсегда. В тёмных брюках, с шикарным декольте, на высоких шпильках, Она казалась ему богиней. Ловил себя на мысли, что никогда в своей жизни не видел столь прекрасное создание. Заворожённый зрелищем, он сидел почти с открытым ртом. Друзья похихикивали над ним, но не вмешивались. Перед сценой стояли два охранника, он обратил на них внимание только сейчас, хотя и не понял, для чего они здесь, в таком приличном месте. Певица спустилась в зал. Уверенно и легко. Она делала это не впервые. И скользила между столиками, продолжая выступление. Мужчины хватали её за руки без пошлости. А грозные охранники непоколебимо наблюдали за происходящим. Когда она остановилась прямо рядом с ним и протянула ему свою руку, он на секунду подвис, оторопев. А её голос продолжал литься песней. Лёгкая улыбка. Он повиновался её порыву, а внутри всё ухало, обрываясь. И она скользила в его руках, всё плотнее прильнув к нему спиной. В глотке пересохло от возбуждения, а алкоголь слепил. Он оказался намного выше, чем она ожидала. И сейчас он обнимал её в этом танце. Она позволяла это, сводя с ума других гостей, мечтающих оказаться на его месте. Так же легко она выскользнула из его рук и, танцуя, устремилась к сцене, то и дело возвращаясь взглядом к Илье. А он стоял как вкопанный, всё ещё боясь вдохнуть.

Песня подходила к концу. И у ступеней её вдруг обхватил хорошо подвыпивший гость. Голос её дрогнул, но она продолжала. А те двое в чёрном, быстро посадили «героя» на место так, словно он был игрушечным. Теперь было ясно, зачем они находились здесь. Когда она скрылась, на мужчину посыпались колкие шуточки.

– Слюнки-то подбери! – ржали друзья. – Весь пол залил!

– Поди, кончил!

– Да пошли вы оба! – хлопнув рюмку, выругался он, при этом вытирая испарину со лба. Между ног пульсировало с такой силой, что отдавало в голову. Поэтому ещё одна рюмка залетела мгновенно, чтобы снять напряжение. А друзья не переставали издеваться.

Весь остаток вечера он больше ни о чём не мог думать. Он ждал лишь её появления, но она больше не удостоила его своим вниманием. Он жадно глотал воздух. В голове всё перевернулось. Он помешался на этой незнакомке, которая была так невыносимо далека. Ни водка, ни закуска не могли заглушить в нём этих чувств.


Он знал, что она здесь лишь в пятницу и субботу. Другого способа увидеть её вновь просто не существовало. Хотя и попасть в ресторан оказалось тоже не так просто, из-за ограниченных мест и весьма высокой стоимости столика. Минимальный депозит был пятнадцать тысяч. Желание увидеть её, услышать её голос, сводило с ума. Не мог думать ни о чём другом. И только эти сумасшедшие бредовые мысли. А сны… наполненные такой пошлостью, что и сам от себя не ожидал. Дни проходили, сменялись ночами. А сумасшедший бред лишь усиливался. Одержимость не имела границ. Не понимал, что происходит, и как можно чокнуться на ровном месте… Но от воспоминаний мимолётного танца голову вскружило с новой силой.


Спустя полторы недели он колесил по ночному городу. Ночевать ему было негде. Безотказный друг сегодня развлекался с очередной «красоткой». Поэтому наш герой и болтался по городу, стараясь гнать все мысли прочь. На мосту через реку в центре города, освещённая жёлтым светом фонарей, стояла девушка. Он уже было проехал мимо, но остановился, ведомый собственной усталостью и бездельем.

– У Вас всё в порядке? – спросил он, и свой голос в ночи показался ему чужим.

От неожиданности незнакомка подскочила. Видимо, она не слышала ни машины, да и вообще ничего вокруг… Обернулась, поднимая глаза. Её лицо красное, распухшее от слёз. Воспалённые глаза. Плакала она уже очень давно. Он смотрел на неё, пытаясь хоть что-то сказать, но слова не шли в голову. Ведь это была Она. Та девушка, лишившая его покоя и сна. Только была ли это она, или он окончательно сбрендил от своих фантазий? Такая маленькая, в простой футболке и джинсах, она не походила на ту певицу из ресторана. Обнимала себя в холодной августовской ночи, а слёзы продолжали скользить по её щекам. Это была Она. Понимал это всем своим нутром. Девушку слегка пошатывало. А внутри у него что-то больно сжималось, не давая вдохнуть. Кто она такая? И как она смогла пленить его?..

– У Вас всё в порядке? Может, нужна помощь? – всё, что он смог выдавить, понимая, что грудная клетка вот-вот лопнет.

– Отвезите меня домой, – прошептала она почти беззвучно.

Он посадил её на переднее сидение и сел за руль. Руки заметно дрожали. Твердил себе: «Ты же мужик! Ты же мужик! Возьми себя в руки!» Но ночная спутница ничего не замечала. Вжавшись в кресло, она смотрела в окно. И он ехал. Просто ехал по прямой. Она молчала. И он молчал. И их дорога в никуда. Уже на выезде из города он остановился. Этот мучавший его вопрос нужно было задать. В тот момент ему меньше всего хотелось вновь её потерять. Сжимая оплётку руля, искал в себе силы. В ночной тиши девушка едва всхлипнула, а затем вновь разразилась рыданиями, содрогаясь всем телом. Она страдала, а мужчина сходил с ума, не зная, чем помочь. Неожиданно для самого себя он прижал её к себе. На секунду незнакомка опешила. Но почти сразу продолжила рыдать уже в его объятиях, прижимаясь к его горячей груди всё плотнее. Он гладил её волосы, целовал её макушку. Слова были излишни. Ему хотелось вынуть свою душу. Сколько времени это продолжалось… никто из них не знал. Но она затихла. Он слышал, как она дышит. А она слушала громкое биение его сердца. Ни тому, ни другому не хотелось нарушать этой хрупкой тишины. Остановился около подъезда. Помог ей выйти. Её по-прежнему слегка пошатывало. На автомате подхватил на руки. Может, и хотела сопротивляться, но не было сил. Уже в прихожей, облокотившись на стену, она впервые за вечер посмотрела ему в глаза.

– Оставайтесь. Ночь на дворе. – гулко прозвучал её голос.

Опешил, понимая, что нужно отказаться. Но язык не поворачивался. Он смотрел на незнакомку сверху вниз. Остаточно мелькали мысли, что нужно бы во всём разобраться. Но она была совершенно спокойна. Свет нигде не включали. В полумраке квартиры прошёл в комнату. Было неловко.

– Возьмите, – протянула ему одеяло и подушку.

– Это лишнее. – отозвался он, но она словно не слышала.

Уснул, едва коснувшись подушки. Ему впервые за последнее время ничего не приснилось. Только тёмная пустота окутала его мозг. Проснулся резко, как от удара молотком по голове. Просто подскочил на месте. Судорожно продрал глаза ото сна, осматриваясь вокруг и удивляясь, что всё это было наяву. И он и правда находился в чужой квартире.

Хозяйка появилась в коридоре. Сегодня на ней было летнее платье. А за окном светило яркое солнце. Девушка смотрела на него совершенно спокойно, так, словно давно знала.

– Кофе?

Открыл рот, словно рыба, не в состоянии дать ответ.

– Пойдёмте, – также спокойно ответила она.

И он пошёл за ней, как заговорённый. Сегодня в его голове роилось столько мыслей. Например, адекватна ли эта девушка? Странность происходящего зашкаливала и никак не хотела укладываться в голове. На небольшой кухоньке дурманил запах кофе. Глотнул на автомате, пытаясь хоть что-то сообразить. Она присела напротив, оставаясь такой же непоколебимой.

– Илья, – первое, что он смог сказать внятно, внимательно глядя на собеседницу, всё ещё пребывая в шоке.

– Добросите меня до работы? – в ответ он лишь кивнул.

Она ждала в прихожей, пока он умылся. Вышли вместе, сели в машину.

– Куда ехать? – думал, что схитрит.

– Мне казалось, Вам запомнился наш танец. – ответила она так же спокойно, заставляя спутника почувствовать себя идиотом. – Кем Вы работаете?

– Да никем. Меня недавно уволили. И вообще… я бомж. – печально хмыкнул он.

Она внимательно посмотрела на него, видимо, оценивая правдивость его слов.

– У меня только машина, – добавил он. – И больше ничего за душой.

Подъехали к заведению, остановился на парковке.

– Постойте здесь.

И он повиновался. Уж очень было любопытно, да и ехать ему было особенно некуда. К девушке навстречу вышел представительный мужчина. В тёмном костюме, как и большинство «местных». Они о чём-то говорили. Илья был готов душу дьяволу продать, чтобы расслышать хоть слово. Девушка поглядывала на него, продолжая разговор. Спустя пять минут поманила его рукой. И он, взрослый мужчина, вышел из машины, а внутри дрожали все поджилки. Бедолагу аж передёрнуло. Страх, разумеется, постарался скрыть, здороваясь с представителем заведения.

– Игорь. Это Илья, – её голос звучал, как песня, подумал он в ту секунду.

– Ну, что ж, Илья… – протянул руку Игорь. – Вижу, ты в хорошей форме. В органах служил?

– Да. Было дело.

– Это неплохо. Неплохо. Работа, конечно, у меня есть. – разглядывал он мужчину с явным оценочным интересом. – Но придётся ли она тебе по душе…

– Да мне сейчас не до жиру. Я в чёрном списке. – в этот момент девушка удивлённо взглянула на него. – Поэтому я на всё согласен.

– Ну, что ж… Илья… чёрный список… дело такое… – задумчиво протянул собеседник. Хотя именно это и сыграло главную роль в трудоустройстве. – Пойдём со мной. Расскажу вкратце, что от тебя требуется. Анастасия Салихьяновна, мы пойдём, если Вам больше не нужны.

Она взглянула на ночного спутника. После чего вошла в здание первой, оставляя Илью с огромным знаком вопроса в руках. Он внимательно слушал Игоря, улавливая каждое слово. И чем дальше они проходили по коридорам, тем больший интерес разгорался внутри. Ему хотелось узнать о ней всё. И эта работа была маленьким шажком к его персональной победе. Он готов был грызть землю зубами. Только бы быть ближе к ней.


Со следующего дня его приняли в штат. И теперь уже он стоял на входе, рядом с ограждением. И решал, кто сегодня войдёт внутрь, а кто недостаточно «хорош». Ощущения были смешанные. С одной стороны, думал о том, как он до этого докатился. А с другой… Это прекрасное заведение таило в себе много тайн, укрываясь за пафосным фасадом дороговизны и приличия. Ну, и, конечно, Она… Он не мог не думать о Ней. Не мог ни есть, ни спать. Он сходил с ума и бредил только Ею.

Оплата была весьма щедрой. В рамках небольшого городка просто баснословной – это не могло не радовать. Спустя пару недель Илья окончательно втянулся. Его приняли за своего, и теперь он потихонечку зондировал почву. Не последнюю роль сыграло и то, что его выперли из правоохранительных. Его очень тревожило, что за всё это время он её так больше и не встретил.

В каморке видеонаблюдения распивали коньяк с Игорем, тот оказался достаточно приятным человеком, несмотря на свой весьма грозный вид. Из бывших прокурорских, он был умён и хорошо подкован. Неудивительно, что он заправлял всем персоналом этого заведения, и отбор был нешуточным. Илье в первый же день он дал понять, что если бы не личная просьба… То ему здесь никогда ничего бы не светило. Ведь текучки в таких местах никогда не бывало.

– Ты сам должен понимать, что здесь не шутят. Ни с кем. – Игорь меланхолично смотрел на мониторы, словно там показывали старую мелодраму. – Наш Босс не любит никаких изменений. Поэтому здесь ценят честность и преданность.

– Как у собак. – задумчиво вставил Илья, вызвав улыбку у собеседника.

– Мы здесь все своего рода цепные псы.

– А Босс… Медведь вроде? – Игорь снова улыбнулся. Из всего персонала ему нравился «новобранец», потому что такие не предают.

– Его так никто не называет. Причём давно. Пережиток прошлого. Нормальный мужик. Справедливый.

– Вор в законе… Справедливый?..

– Борзеешь. – сухо отрезал Игорь. И собеседник быстро унял свой пыл. Постарался. – Да, вор. Да, в законе. Об этом знает весь город. Но он никогда не был дерьмом. А ты мне покажи, кто у нас не ворует? Кто взяток не берёт? Это прозвище он получил ещё в лихие. Сейчас всё по-другому. Запомни: никогда не кусай руку, которая тебя кормит… А Она тебе кто? – свёл он резко тему, заставив Илью немного вспотеть от неожиданности.

– Кто? – и тупой-тупой взгляд в помощь, который никак не подействовал на Игоря. Пришлось отвечать. – Да никто. Я её подвёз, а она под кожу залезла. И решила помочь… видимо… – выпалил, как на духу, сам понимая тупость своего ответа. Чтобы разрядить ситуацию и не потерять доверие, сам пошёл в атаку. – А кто она?

– Она… Анастасия. Для тебя Анастасия Салихьяновна. И ты бы к ней, мальчик мой, не совался. – эти слова были брошены, как красная тряпка быку. Но Илье пришлось послушно проглотить это. – Она не просто певичка. Она – Босса.

– Жена? – процедил сквозь зубы.

– Не совсем. Нравится? – удар тяжёлый, в самое сердце. Удар такой, что и ответа было не нужно. И так всё понятно. – Ой, дуралей. Дуралей. – повисло тяжёлое молчание. Штирлиц ещё никогда не был так близко к провалу. – Ему посоветовали её. Потому что ресторан никак не шёл в раскрутку. Раньше здесь был клуб. Потом больше и больше. И больше. А теперь, сам знаешь, золотая жила. Легальный бизнес без границ. Пригласил на работу. Согласилась. Не сразу… – замолчал он, понимая, что всё это уже лишнее. Ведь он был в приближении у Босса, как часть семьи. Но собеседник ловил каждое слово так жадно. И он продолжал, алкоголь развязывал язык. – Сколько он сил положил, чтобы добиться её. Ему голову снесло. Вокруг него столько крутилось: власть, деньги, влияние. Поддержка семьи. Ради него были готовы на всё. Хоть душу дьяволу. А с её появлением… Ему башню сорвало. Она, к слову… Не из продажных шлюх. Молодая, правильная, чистая. Я до сих пор не понимаю, как она могла сюда попасть… Ей же двадцать пять всего… Вроде… А ему полтишок через пару-тройку лет стукнет. Кто бы не влюбился… В нимфу. Она для него, как и для нас, небожитель. Тихая, кроткая, с большим сердцем. Он удавом вился вокруг неё, затягивая свои смертельные тиски. Она уходила. Бежала, мне кажется… А он сходил с ума… – как это было знакомо Илье. Сжав кулаки и стиснув зубы, он слушал, боясь даже дышать. – И она не ушла.

В этот момент Игорь взглянул собеседнику прямо в глаза. И от этого взгляда кровь застыла в жилах. Взрослому мужчине стало не по себе.

– И дьявольские силки захлопнулись. Она ведь с ним. Пока ему нужна.

– Как птичка в золотой клетке, – глотнул Илья из бокала пересохшими губами.

– Нет. Он не дурак. Он на воле её держит… Она свободна. – повисло тяжёлое молчание. – Свободная птичка, которая может летать на воле. Но только держит он её под прицелом охотничьего ружья. И она об этом знает. Взлетит чуть выше. Один выстрел. И маленький холмик. Это ладно, она его любит. А он надышаться на неё не может. Так что пожалей девчонку. Она ведь тебя пожалела. Это мой тебе совет. Если мне прикажут пустить тебе пулю в лоб, поверь, я это сделаю. Потому что её жизнь стоит этого.

Разговор зашёл в тупик. Да и добавлять было уже нечего.


Впервые он увидел Босса спустя ещё несколько дней, стоя на положенном месте, у входа поздним вечером. Из чёрной машины премиум-класса вышел он. Босс, как его звали здесь. И первая мысль в голове была о том, что он не был похож ни на Медведя, ни на вора в законе, которых Илья успел повидать. Это был приличный статный мужчина. В дорогом костюме. Ростом около метра восьмидесяти. С сединой в волосах. Правильного сложения. И лицо его было благородным. Он больше походил на юриста или прокурора, но никак не на криминального авторитета. «Новобранец» не мог оторвать заинтересованного взгляда от своего соперника. Хотя сейчас в голове не укладывалось всё сказанное Игорем накануне. Тем временем Игорь подошёл к Боссу. Они здоровались не как подчинённый и начальство, а как близкие люди. Разговаривали у автомобиля и не торопились в заведение. Илью распирало так, что ещё немного, и разорвёт на части. Его жизнь закручивалась в какую-то странную игру. Правила которой, пожалуй, не знал никто. Он видел всё как на ладони. Жаль, не мог слышать. Такси остановилось напротив. И Босс сам открыл дверцу, подавая ей руку. Сегодня была пятница, а значит её день. Он обнял девушку, отпустив машину. Пара подходила ближе, и громадный ком злости и ревности подкатывал к горлу Ильи. Так что держать себя в руках ему было невыносимо. Она задержалась внизу ступеней, а мужчины поднялись. И теперь он видел соперника близко, как самого себя. Тот жуткий образ никак не вязался с красивым зрелым мужчиной. Интеллигентным и вежливым. Злости к нему не стало меньше, но сомнения закрались. В этот момент внизу неизвестный резким рывком кинулся к девушке. Одним движением сбил её с ног, она едва успела вскрикнуть. Он, схватив девушку, тряханул её с такой силой, что она долетела затылком до асфальта. Илья, перепрыгивая через преграду, одним, но очень точным ударом просто снёс противника с ног. Илья бил его в лицо напряжённым кулаком, удерживая звериной хваткой. Эмоции захлёстывали. Вокруг неё уже были другие люди. Босс приподнимал её обмякшее тело. В суматохе сложно было определить: кто и где. Илья смотрел на свои руки и на лицо перепуганного козла. Откуда взялась карета скорой помощи? Какой-то адский спектакль. Босс бережно нёс её на руках к врачам. Неизвестного так же быстро скрутили и увезли. У неё была разбита голова, хотя сотрясения не было. Спустя двадцать минут всё это растворилось в коридорах заведения, а наш герой ещё долго не мог прийти в себя. Казалось, что это не может происходить с ним. Слишком много событий.

Чуть позже к нему подошёл Игорь.

– Как ты? – спросил он.

– Да я вообще ничего не пойму… Башка трещит так, словно это меня об асфальт приложили.

– С ней всё хорошо. Повезло, что ты так быстро отреагировал.

– Теперь я понимаю, почему у сцены дежурят мордовороты, – хмыкнул Илья в ответ.

– Пойдём со мной, герой. – Игорь по-отечески похлопал его по плечу.

Они вошли в тот самый ресторан, где он встретил её впервые. Сели за столик у стены в уголке, но её было видно как на ладони. Как на сцене, так и за столиком с Ним. Босс обнимал её постоянно, просто не выпуская из своих рук. Все эти манипуляции приводили в бешенство Илью. Они сливались в танце воедино. Его губы скользили по её лицу. Она обнимала его, утопая в крепких руках. Смотрела на него влюблёнными глазами, едва улыбаясь. Выносить всё это было выше его сил. Откуда столько ревности? Илья не понимал сам. Игорь неожиданно ухватил его за локоть.

– Если ты не возьмёшь себя в руки, то отправишься на выход. И поверь, я постараюсь, чтобы ты так там и остался!

– Я нормально! – рыкнул Илья в ответ, не веря сам себе. А ещё больше не хотелось верить своим глазам.


Следующий день он спал в подсобке, куда его определили. Эта ночь для него стала настоящим испытанием. Звонок телефона. Долго не мог понять, что происходит. Слишком глубок был сон после бутылки виски. Собрав из себя подобие человека, он предстал перед кабинетом Босса. Внутри казалось, что ещё не пришёл в себя. Прямо перед ним за столом сидел тот самый мужчина, которого он ненавидел больше, чем кого-либо.

– Вызывали? – спросил он, понимая, что не знает, как обращаться.

– Шереметьев Кирилл Андреевич. – представился мужчина сам. – Можно сказать, что вызывал. Но вообще. Хотел видеть. То, что ты вчера сделал…

– На моём месте так поступил бы каждый, – прервал его Илья.

На что Босс лишь склонил голову.

– На твоём месте… Этого никто не сделал. Хотя народу было предостаточно. Дело не в этом. Собственно, почему я тебя пригласил. Мне нравятся люди преданные и бесстрашные. С сегодняшнего дня ты покинешь вход. Я хочу доверить тебе ресторан. Чтобы ты понимал, я хочу доверить тебе охрану самого дорого, что у меня есть.

Сглотнув, Илья кивнул. И даже что-то ответил. Хотя потом не помнил, как вышел из кабинета и вернулся в каморку.

Этим же вечером он стоял под сценой. И она была так близко, прямо за его спиной. Её голос разливался по залу и, казалось, касался его. Сегодня она была ближе. По крайней мере, по ощущениям. Прямо на него смотрел Босс. Кирилл Андреевич. Словно испытывал его на прочность. Она легко и невесомо садилась к нему за столик, и он вновь обнимал её. Он делал это так нежно, словно боясь навредить. Она же улыбалась, касаясь его губ. Илья обречённо закрывал глаза, чтобы выдержать. В один из моментов обратил внимание, что она что-то прошептала на ухо возлюбленному, а сама украдкой бросила взгляд в его сторону. После её слов Босс тоже посмотрел на него. А девушка продолжала что-то шептать ему на самое ушко. Парень интуитивно понимал, что что-то происходит. Самым удивительным было сознавать, что именно в этот момент кто-то решал его судьбу.

На следующей песне она присела на корточки и приобняла Илью. В эту секунду у него перехватило дух. Моментально между ног вновь всё напряглось с такой силой, что закружилась голова. Очень сложно было сохранять внешне непоколебимое спокойствие. Потом девушка вновь вернулась в чужие руки.

Изменения в жизни не заставили себя ждать. Следующим же утром к нему в каморку пришёл Кирилл Андреевич. За его спиной стоял Игорь. Спросонья после смены стало немного дурно. Сел, а мысленно представил всё. Вплоть до самой казни.

– М-да… Не думал, что это правда, – хозяин присел на корточки. – Знаешь, всё это действительно тебя недостойно. Ты здесь работаешь. Думаю, уже в курсе некоторых дел. – Илья смотрел на него круглыми глазами, просто не понимая, как нужно вести себя. – Вчера вечером моя жизнь обратилась ко мне… Она считает, что я несправедлив к тебе. Она узнала, что ты обитаешь в этом чулане на полу, как безродный пёс, что весьма расстроило мою девушку. Ведь ты спас ей жизнь. Поверь, я не знал о твоих трудностях.

– Я взрослый человек, – нервно сглотнул Илья. – Поверьте. Меня всё устраивает.

– Достойный ответ. Уважаю. Но тут дело в другом. Я очень долго добивался приставить телохранителя к ней. Она же категорически была против, продолжая разъезжать на такси. В свете последних событий она передумала. И я хочу предложить тебе немного другую работу… Личным водителем. Разумеется, машину я предоставляю. А с тебя – полная ответственность. И не приведи Господь, хоть один волос упадёт с её головы.

Илья смотрел прямо в глаза собеседнику. Казалось, в чём-то подвох. Слишком просто всё складывалось. После разговора Босс сел в новую машину рядом с новым водителем. И они колесили по городу. Только к вечеру автопробег был завершён.

– Я должен следить за ней? – задал водитель свой самый страшный вопрос.

– Что? – рассмеялся Босс в ответ. – Я верю ей больше, чем себе! У меня нет нужды следить за ней. Потому что она всегда со мной. Но ты должен быть готов к тому, что, возможно, придётся. И запомни раз и навсегда: я доверяю тебе самое ценное в моей жизни.

В этот же вечер новоиспеченный водитель на новой машине отвозил своих хозяев домой. Они сидели на заднем сидении. И новая работа оказалась страшнейшим испытанием. Она была настолько близко, как никогда. И в то же время непостижимо далеко. Ведь он был лишь безмолвным водителем. И сейчас его Босс ласкал свою девушку. Его руки легко скользили под её платье. Она закрывала глаза, стараясь образумить его. Но возбуждённый мужчина страстно припадал к её губам. И её сопротивление было слишком жалким. А Илье оставалось лишь сжимать оплётку руля и давиться собственными чувствами. Они выходили из машины. Босс подхватил девушку на руки. Илью же ждал гостевой домик со всеми удобствами. Волей судьбы он был расположен почти напротив хозяйской спальни с балконом. Насколько это ужасно – знать, понимать и чувствовать, что та, кого ты любишь больше жизни, утопает в чужих руках… И Илье казалось, он чувствует каждое чужое прикосновение к её, такому желанному, телу.

Утром он впервые повёз Анастасию в её квартиру. И только сейчас они остались наедине. Молчание было напряжённым. Он не выдержал первым. Ударил по тормозам. Остановился на обочине. Она была к этому готова, надев свою маску лицемерного спокойствия.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – рявкнул он. Она же и бровью не повела. – А разве должна? Ты хотел работу. Я тебе её дала. Бесплатное проживание. И зарплата, которая тебе и не снилась.

Машина со свистом сорвалась с места. До самого её дома он ничего не говорил. А злоба хлестала из ушей. В тот момент, когда она вышла, старался успокоить себя. Ведь у них ничего не было… И не могло ничего быть! Откуда в нём это беснующееся чувство собственности? Обхватил голову, которую хотелось оторвать. Из дома она не вышла до вечера. С первой темнотой села в машину. Шикарное тёмное платье. Украшения. Её короткие волосы с модной стрижкой были уложены. Аккуратный макияж. Старался не смотреть в зеркало. Сводила его с ума. Дрожали руки. Там внутри всё цепенело. Открыл дверцу автомобиля и подал руку, которую с трудом отпустил. Игорь стоял на контроле. Он же, спустившись к машине, засадил затрещину Илье, напомнив о его обязанностях. И вот уже с повинной головой он провожал её в VIP-зону. Её же хладнокровию можно было позавидовать. Там на входе она мягко утонула в объятиях Босса. Сегодня был его день рождения.

– Как долго тебя не было… – прошептал Кирилл ей на ухо, лаская мочку её уха.

Только после этого он поздоровался с телохранителем. Тогда же Илья впервые увидел отца Босса. Это было первое семейное знакомство, безмолвным свидетелем которого он стал. Отец – колоритный седовласый мужчина с глубокими морщинами на лице и очень ухоженными руками. Он был депутатом местного собрания. Практически мэром маленького города. И не боялся никого, гордо это демонстрируя даже в семейном кругу. А ещё он пожирал глазами Настю. Его взгляд нагло поднимался по её ногам, потом выше. Он долго изучал её лицо. Она же делала вид, что не замечала. Руки Босса скользили по её коленям к бёдрам. И кокетливое кружево чулок открывалось не только похотливому взгляду отца, но и находившемуся в стороне телохранителю. За накрытым столом не хватало кого-то ещё. Кирилл отлучился, и она осталась с отцом семейства один на один. Илья был готов к тому, что он предложит ей секс прямо в этот момент. Парень видел, что она тоже боится. Хоть и стоически держит лицо.

– Любишь его? – первое, что спросил отец. Девушка подняла на него глаза. – Я прекрасно знаю своего старшего сына. Его никогда не интересовали романтические сопли. Секс – да. Потребность. Физиология. – жёсткость отца сбивала с ног. – Для него бабы дерьмо. Как одноразовые салфетки. Высморкаться и подтереться. Он рано потерял мать. И такое отношение – это моя вина. Я воспитал их мужиками. Но без матери. И то, что я вижу сейчас, меня удивляет. Я даже не могу тебе сказать, радует ли это меня, старого говнюка. Но мне хочется тебя поддержать. Он любит тебя. Хотя, может быть, он и бывает быдлом. Давай здесь и сейчас договоримся. Я буду тебя поддерживать, если у него рухнет планка. Потому что он любит тебя. И он взрослый мужик. Но для меня он ребёнок. Мой. А ты так прекрасна… Что я бы сам не отказался тебя трахнуть, – она не дышала в этот момент. – Разумеется, это комплимент. И я никогда не позволю себе подобной борзости.

Она, вяло улыбаясь, поднялась из-за стола. Тошнота подкатывала к горлу. Хотелось выйти. И на выходе она столкнулась с другим мужчиной, вернее оказалась в его объятиях. Он держал её в руках, а она смотрела ему прямо в глаза. На секунду могло показаться, что она его знала. Здесь уже у Ильи сработал рабочий инстинкт, он высвободил свою подопечную из этих рук. Позже оказалось, что это был младший брат именинника. И действительно, они были весьма похожи. По словам отца, старший пошёл в него, а младший – в мать. Илья видел, насколько ей было некомфортно здесь. Младший, его звали Олег, пригласил её на танец. Мягко кружил её в объятиях. Она обнимала его за шею. А в это время их отец читал нотации старшему сыну о том, какой же он подонок. Потом они пили, закусывали. Илья всё время был рядом, не в силах влиять на процесс. Когда она выскользнула из туалета, где была с Боссом, по её лицу водитель видел в ярких картинках, как её поимели. О том, как хотелось убить всех, можно умолчать.

Позже она села в машину назад. Молчание. Он вывозил её за город. Она по-прежнему молчала. Около пруда машина остановилась. Она первой вышла на свежий воздух. Сверчки, кузнечики. Она смотрела на гладь воды. Илья сидел в машине. Она стояла к нему спиной. По щекам стекали крупные солёные капли. Хотя казалось, слёз больше не могло уже быть. Он не выдержал и вышел к ней. В груди вновь больно щемило. Развернул лицом к себе. Её пустые глаза вселяли ужас.

– Что ты на меня смотришь? Трахнуть хочешь? Давай! Ты ведь так этого хотел! С первого дня, как меня увидел! Тебе ничего не мешает! Вперёд! – голос её срывался на крик.

Он подошёл ближе в темноте ночи, подхватив её под руки. Она вдруг обмякла всем телом.

– Посмотри… Посмотри на меня… Посмотри… – шептал он. – Посмотри на меня…

Девушка не сразу смогла сфокусироваться на мужском лице.

– Ты можешь всё это прекратить! – закричал он.

– Не могу… Ты прекрасно об этом знаешь!

Она смотрела ему в глаза. Взгляд пустой. Теперь для него многое прояснялось. И о той первой ночной истерике. Здесь и сейчас, с ним она была настоящей. Она была живой куклой, из которой высасывали душу. Шумно вдыхала воздух, запрокидывая голову назад. Казалось, ещё секунда, и она просто задохнётся. Он держал её в руках, не давая упасть.

– Смотри на меня! Слышишь, смотри на меня! – привлекал он её внимание. – Смотри же на меня!!!

– Я не могу… не могу так больше… – шептала она, как в бреду. – Не могу… так больше не могу…

В порыве эмоций он склонился к её лицу, продолжая что-то говорить. И целовал её солёные щеки, глаза, губы. А она затихала. Делал это бессознательно, до тех пор, пока их губы не слились в едином поцелуе. Девушка отвечала робко, но постепенно отдавалась этой чужой власти. Помогло ли ей это успокоиться?

– Ты любишь его? – спросил Илья, заглядывая в серые широко-распахнутые от шока глаза. – Я увезу тебя. Хочешь? Неважно куда. Мы просто уедем. Только ты и я. Вместе. Слышишь меня? Вдвоём. Ты любишь?

– Люблю, – отстранившись от своего телохранителя, ответила она.

Сбитая с толку, она смотрела на мужчину.

– К чему тогда всё вот это?! – вспылил Илья, сходя с ума от абсурдности происходящего. – Истерики! Сопли! К чему тогда Я?!

– А ты любил когда-нибудь так, что тебе становилось страшно? Любил??? Любил так, что не мог даже вздохнуть свободно? Душила ли тебя любовь? Любовь, от которой дурно? Когда хочется всё бросить и просто убежать?! – кричала она не своим голосом, точно зная, о чём говорит. – Что?! Что ты смотришь на меня?! Я ничего тебе не обещала! А я люблю так, что постоянно боюсь. И мне вздёрнуться хочется! Понимаешь?! Я боюсь постоянно! Ежеминутно, ежесекундно! Я вздрагиваю от любого звонка! А от прикосновения у меня стынут жилы! Этот постоянный ужас душит меня! Убивает! День за днём! Что ты смотришь на меня…

– Это не любовь, – ответил он, пытаясь хоть как-то разложить по полочкам информацию. Она закатила глаза. – А я люблю тебя. Люблю больше жизни. Ты никогда не будешь страдать. Это я тебе обещаю.

– Каак? Объясни мне, как ты можешь любить?! Ты не знаешь меня! Ты ничего обо мне не знаешь! Ни-че-го!!! Господи, откуда ты только взялся?!

– Любовь бывает разной. Мне неважно, с кем! Как! Что! Мне важно только то, что я чувствую к тебе. Это живое! Настоящее! С того момента, как я увидел тебя, я не могу спать! Не могу жрать! – схватился он за голову. – Я ничего не могу! Как дебил! Все мысли только о тебе! А твои слёзы! Твоё состояние! Я схожу с ума! Когда ты находишься там! С ним! Меня трясёт в припадках ревности! Что ты мне прикажешь делать с этим?!!

– Я ничего тебе не обещала… – отрицательно качала она головой. Глаза её, казалось, стали ещё больше. – Я просто помогла тебе найти работу. Не из лучших. Но тут хотя бы платят. Господи! Откуда всё это?.. Ты красивый мужчина. Ты мне нравишься. Я помогла тебе поэтому… Но… Но… Вот это вот всё… Ты понимаешь, что Он убьёт тебя?..

Её слова были искренними. Он видел это. А мысли кружились. И окружающее казалось чем-то вымышленным. Словно бы это был какой-то глупый сон. Глупый, странный сон, в котором не было никакого смысла. И девушка смотрела на него, а он на неё. Слов больше не было.

Она прошла мимо него и села в машину. Ей казалось, что у неё паранойя. В голове не укладывалось всё то, что он только что ей поведал.

– Куда ехать? – спросил он, заводя мотор.

– Домой.

Они зашли в квартиру. Хотел сразу выйти, но она закрыла дверь.

– Проходи.

– Я не должен этого делать, Анастасия… – забыл он отчество, а она лишь дёрнула

бровью.

– Ты можешь называть меня Стася. – он покорно кивнул. – Я сказала: проходи.

Сидели на кухне. Молчание угнетало. И он нарушил его первым, потому что должен был это сделать.

– Я не стану тебя преследовать.

– Ты не сможешь со мной находиться! Ты ведь это понимаешь? Ты должен уйти… Иначе всё плохо закончится.

– Я лучше буду безмолвно давиться своей любовью, но буду рядом с тобой.

– Это идиотизм… Чистой воды… За что ты хочешь наказать меня?.. Я буду смотреть на тебя каждый день! Смотреть и понимать, какую боль ты испытываешь! Нет, Илья… Это слишком дорогая цена… Ты должен уйти…

– Я не уйду, – повторил он. А она закрыла лицо руками. – Чего бы мне это не стоило, но я хочу быть просто рядом с тобой! Пусть даже как цепной пёс. Не важно.

– Он убьёт тебя…

– Плевать.

– Это жестоко…

– Я всё сказал. – отрезал мужчина. – Не бойся, я не стану бросать томных взглядов и вытирать слезинки в закутках вашего заведения. Я просто буду рядом с тобой. И буду знать, что у тебя всё хорошо.

– Илья… – почти шёпотом взмолилась она.

– Можно мне душ принять? – перебил он её, показывая неоспоримость принятого решения. – И я уйду в машину.

Она переоделась, что-то бубня себе под нос. Он вышел с полотенцем на бёдрах. Правое плечо украшала татуировка. А по бокам на рёбрах «светили» тёмные звёзды. Невольно вздёрнула бровями. Высокий, сантиметров сто девяносто точно. Подтянутый шатен. С лёгкой двухдневной небритостью. Он ей нравился, самой себе было глупо что-то доказывать. Она, задумавшись, продолжала разглядывать тело своего водителя. И он уже заметил это. От одного её взгляда между ног вновь всё загудело колоколом. Маленькими шагами он подошёл к ней вплотную. И только сейчас она смогла опомниться. Лёгкий румянец коснулся щёк, а дыхание перехватило от стыда. Мужчина шагнул ещё ближе, оставляя хозяйку дома в капкане у стены. Отступать ей было некуда. Убрал волосы от её лица. Он видел, как задрожали её губы.

– Не надо… – прошептала она.

– Я ничего не делаю, – тихо ответил он.

Оба понимали, что это не так. Оба знали, что возбуждение оказалось сильнее рассудка. Внутри неё все ныло в нестерпимом желании оказаться в его руках. А страх только сильнее подстёгивал то животное чувство, которое оказалось невозможно контролировать. Он мягко целовал её тёплые губы. А она по-прежнему дрожала, закрыв глаза. С каждой секундой он становился настойчивее. И назад дороги не было. Ответила на поцелуй, и земля ушла из-под ног. И она уже робко обнимала его крепкое тело. Возбуждение вырывалось горячим воздухом из груди. Его рука легко развязала пояс её халата. И девичье обнажённое тело, такое трепещущее, сдалось в его плен. Он хотел быть нежным. Но страстное желание обуяло разум. И он входил в неё. Стон глубокий и громкий. Его голова кружилась от избытка чувств. Укладывая её на кровать, он целовал вновь и вновь, всё наращивая темп. А она постанывала, не открывая глаз. Эта близость стала для них откровением. Он понимал, что сходит с ума от любви. А девушка пыталась сложить в голове пазл, частички которого были совершенно не подходящими. Засыпая, она думала о том, что же теперь ждёт её завтра…

Он проснулся раньше. И смотрел на мирно спящую хозяйку. Даже самому сейчас не верилось, и казалось сном. Оделся и вышел на улицу. Светило солнце. Сегодня дышалось намного легче. Сел в машину. Включил радио. И в этот же момент у подъезда припарковалась знакомая чёрная машина. Из неё вышел Игорь, открывая дверцу Боссу. У Ильи моментально похолодело в груди. А ужасные картинки закружились в мозгу гнусным роем. Кирилл Андреевич окинул машину любимой взглядом. Водитель не знал, как себя повести и не придумал ничего лучше, как прикинуться спящим.


Присев на край кровати, Кирилл положил огромный букет на подушку, ближе к её лицу. Едва касаясь, мужская рука скользила по одеялу. Он улыбался, наблюдая пробуждение. Аромат цветов дурманил. Ещё не проснувшись толком, пыталась сфокусировать взгляд. Улыбалась.

– Доброе утро, любимая.

Этот голос ускорил процесс пробуждения. Села, обняв одеяло. Растерялась, не зная, как себя повести. Понимала, что улыбается, как дурочка.

– Что ты здесь делаешь?.. – прошептала, всё так же улыбаясь.

– Знаешь что, – нервы вытянулись в одну струну. – Меня всё это немного напрягает. Даже не так… Раздражает. Объясни, почему мы должны просыпаться в разных концах города? Я дома, а ты здесь?

Сердце громко ухнуло напоследок, выравнивая свой ритм.

– На что намекаете, Кирилл Андреевич… – кокетливо обняла она букет, вдыхая его аромат.

– Я, моя радость, не намекаю. – притянул он её к себе, обняв, нависая над ней, продолжая разговор. – Я тебе прямо говорю. Меня это бесит. Может, у тебя кто-то есть? И ты живёшь здесь, чтобы развлекаться за моей спиной? – она оттолкнула его, нахмурившись. А самой становилось дурно. – Ну, всё, всё…– вновь притянул он её к себе. – Не злись… Просто назови мне хоть одну причину твоей принципиальности? Почему ты не хочешь жить со мной? Или ты до сих пор мне не доверяешь? Чем я заслужил подобное отношение?

– Я боюсь.

– Вот так, здрасте… Приехали. – удивился мужчина. – Меня боишься?

– И Вас тоже… И… – запнулась она. Он внимательно слушал. – Здесь я дома… А там… А вдруг…

– Что вдруг?..

– Вдруг что-то пойдёт не так… И… Вы выкинете меня, как котёнка… Не знаю я! – почти взвыла она от невозможности сформулировать свои мысли. – Другую встретите… Или ещё что-то! А я стану не нужна… И здесь я дома. – понимала, что выглядит глупо, от обиды хотелось расплакаться. – А там… Там…

– Девочка моя… Счастье моё…– его глаза были наполнены недоумением. – Мне вчера исполнилось сорок семь. К слову, в моём возрасте предложений жить вместе не делают кому попало. И если ты считаешь, что я такой ловелас, что поживу с тобой месяц и найду другую… Я даже не могу понять, комплимент это или издевательство! Девочка моя… У меня даже слова закончились… Я люблю тебя. Люблю так, что сводит зубы. И эта постоянная мука, что ты находишься здесь, а не со мной. То есть формально я вижу тебя только на работе… Я пожилой мужчина, мне вредны такие переживания. – улыбнулся он, заставляя и её улыбнуться. – И ещё… Мне не понравилась твоя фраза… Что ты и меня боишься… Что это вообще значит?..

– Боюсь… Я не знаю, как это объяснить…

– Я хоть раз тебя обидел? Напугал? – недоумевал мужчина. – Настюш… Я даже не знаю, что ты должна сделать, чтобы я пришёл в бешенство… И… И знаешь, что… Я даже не мог подумать, что ты меня можешь бояться… Неужели я настолько ужасен, что вызываю у тебя страх… Видимо, ты до такой степени меня боишься, что можешь со мной находиться только в людных местах… Мне, видимо, лучше уйти.

И он решительно поднялся, направляясь к выходу. Девушка закрыла глаза. Обмотавшись одеялом, выскочила в коридор.

– Кирилл Андреевич!

– Ну что?.. – обида звучала в его голосе. – Впервые в жизни слышу, что меня можно бояться… По твоей логике я монстр!

– Кирилл Андреевич… Всё не так…

– А как???

– Я никогда ни с кем не жила… Никогда. Я никогда никого так не любила… Никогда. А Вы… Вы просто выкручиваете мне руки! Для меня всё это… Это такой шаг! Конечно, я боюсь! Боюсь, что Вы больно сделаете! Что обманете! Мне сложно принимать такие решения! Которые выходят за рамки привычного комфорта!

Мужчина чуть остудил свой пыл. А раздосадованная девушка скрылась в спальне. Спустя пару минут он вернулся, остановившись в дверном проёме.

– Прости меня… Старого ревнивого идиота… Я просто так сильно тебя люблю. И я тоже боюсь… Боюсь, что ты разлюбишь. Что ты уйдёшь. Для меня даже мысли эти невыносимы! Прости меня, Настюш. Прости, что так давлю.

Присел на край кровати. Осторожно обнял. И она прильнула к нему всем телом.

## Кирилл


Март.


Сидя за рабочим столом, Кирилл размышлял о последнем предложении отца, который хотел видеть в заведении подпольное казино, как один из видов услуг. Дела навалились с немыслимой силой. Ресторан, который упрямо тянул всё ко дну. Убытки от него росли день за днём.

Зазвонил телефон. Жутко пульсировали виски. Звонил брат.

Спустя час уже ехал на другой конец города. Темнота. Тишина. Игорь следит за дорогой. Мелькает мысль, что пора отдохнуть.

Братья сидят за столиком в ресторане.

– Говорил с отцом? – спрашивает Младший.

– Говорил. Непотопляем, как всегда. Бронелобый.

– Ага, как и ты.

– Ты об этом хотел поговорить? – моментально кипятится Старший.

– Нет. Успокойся. Меня сегодня посетила мысль относительно твоего ресторана.

– Ты решил поделиться с братом бизнес-проектом? – уколол без ножа.

– Вообще-то я хотел помочь.

– Я слушаю, слушаю. Просто ресторан – больная тема. Открою на его месте сауну. К чертям!

– Ага. С девочками. И в подвале отцовское казино. Вэлком, девяностые! Что отличает хороший ресторан от обычного? – Кирилл не понимал, к чему клонит брат, поэтому развёл руками. – У тебя есть всё. Место. Персонал. Лучший повар. Шикарное меню. Обстановка. Ценник. Всё просто помпезно.

– Ну, – не понимал Кирилл до сих пор.

– Дай людям атмосферу. Дай им зрелищ, раз дал хлеб.

– Музыка! – осенило Кирилла. – Живая. Музыка.

– Не просто музыка. Ищи изюминку. Чтобы такое было только у тебя. И больше ни у кого в городе.

С того вечера эти поиски изюминки стали ключевой целью в жизни владельца заведения. Миллионы прокрученных записей. Тысячи просмотренных певичек и певцов по всему околотку. И только тупик. Всё настолько однотипное, шаблонное. Опускались руки.


Спустя две недели в коридоре.

– Что у тебя там за кипиш? – спрашивает Олег.

– Да фиг его знает. Я же не лезу в эти дела. Там администраторы, модераторы! Мне по хрен. Веришь, нет? Главное, чтобы был народ и постоянная прибыль.

– Да погоди! Пойдём, посмотрим, хозяин жизни. Пошли, говорю.

– Нее, – отмахивается Кирилл.

– Ну, и хрен с тобой! А я посмотрю.

У входа в караоке-бар толкотня. Даже Игорь, и тот там. Это стало последним аргументом. И Кирилл, заинтересовавшись, сдаётся.

– Что тут происходит? – Олег с интересом заглядывает внутрь, где творится что-то невероятное.

– Они устроили что-то вроде конкурса что ли. Я и сам не пойму до конца! – перекрикивая музыку, отвечает Игорь. – Но аншлаг! Жесть! Моих ребят не хватает! А на улице ещё столько же зайти хотят! Это жесть. У меня слов нет.

– Протащи-ка меня внутрь! – не унимается Олег.

– Да легко.

Кирилл устремляется вместе с ними, впервые наблюдая такое столпотворение. Толкотня невероятная. Благодаря охране оказались в центре зала. Невозможный гомон. Братья переглядываются, поражённые происходящим. На небольшой сцене для выступлений ведущий надрывно заводит и без того бешеную толпу. Девушка на сцене в синем платье с белым воротничком, которое больше напоминает удлинённую рубашку. Она так органична, словно всю свою жизнь занималась этим. Светлые волосы, стрижка. Кирилл смотрит только на неё. И вокруг больше нет ни шума, ни гомона. Словно только он один в пустом зале, и она на сцене поёт только для него. Олег хлопает его по руке, указывая на сцену. Но потом видит, что брат уже просто заворожён. В какой-то момент она вдруг смотрит прямо на Кирилла. Зрительный контакт установлен. В ту же секунду в голове Кирилла что-то громко ухает. Кто был потом? Что было? Его уже не интересует. Конкурс завершён. И продолжается обычный с виду вечер. Люди отдыхают. Играет музыка. Кто-то снова поёт. И среди этой ряби он ждёт только её, позабыв о брате, об охране. Она видит его, отвлекаясь от своих сопровождающих. Замирает на минутку, улыбаясь. Немного смущённо. Отводит взгляд, но вновь смотрит на него. Уже тогда, в ту секунду мужчина понял, что она должна принадлежать ему. И не важно, какой ценой. Её тянут за руки друзья. А он так боится её потерять в этой кошмарной толпе. Ещё секунда, и она просто растворится. В неизвестности. Кирилл нервно заметался. Но тщетно. Он не видит больше её, выскакивая из караоке с бешеными глазами.

– Потерял? Или спугнул? – ударил брат вопросом в лоб.

– Она нужна мне! Камеры… Где она может быть? – Игорь смотрел на Босса непонимающим взглядом. – Она же не могла далеко уйти… Чёрт!

– Может, в клубе… Там обычно молодёжь трётся, – предположил Игорь. – Хотя Вам не кажется странным, что трое взрослых дядек бегают за маленькой девочкой…

– Не остри! – рыкнул хозяин. – Упустишь её сегодня, будешь искать её по всему городу.

Кирилл впервые переступил порог собственного ночного клуба. Звук оглушал. От мерцающего света закружилась голова. Спустился вниз. Понимает, что проще найти иголку в стоге сена. Отчаяние не заставило себя ждать. Долбящие басы вдруг затихли. И заиграло что-то больше похожее на музыку. Потёр виски устало.

Парень упрямо тянул её за руку, видимо, в желании танца. Она же вроде сопротивлялась. Подняв глаза, искала помощи у равнодушной толпы. Кирилл увидел её совершенно случайно, уже поворачивая к выходу. Легко увлёк её в свои объятия. Глаза её были перепуганы. Он смотрел на неё, проваливаясь в туман. Снова не было мира вокруг. Только её глаза.

– Можно мы уйдём? – приподнимаясь на носочки, прошептала она ему в ухо.

И они направились к выходу, но он поддерживал её за талию. Просто боялся потерять. В коридоре она выдохнула, словно это было тяжелейшее испытание. И снова улыбнулась.

– Настя… – заполнила она молчание.

– Кирилл Андреевич, – ответил он, ощущая звук биения своего сердца в ушах. – Очень приятно…

– И мне… – румянец растёкся по её девичьим щекам. Это было так мило, что мужчина тактично сделал вид, что не заметил.

– У Вас прекрасный голос. Божественный. – от этих слов смутилась ещё больше, опустила глаза в пол. – Может быть, Вы хотите посидеть в ресторане?

– Если честно, то нет. – ответила она. – Для меня эта вылазка с коллегами сегодня… Уже слишком много приключений… Для одного вечера.

Кирилл понимал, что теряет эту мимолётную ниточку, за которую можно было уцепиться. Пауза слегка затянулась.

– Мне пора. – взглянула она ему в глаза.

– Позвоните мне… – голос его показался ему нелепо глупым.

– Ну… Хорошо… – неуверенно протянула она, доставая свой телефон.

В ту секунду почувствовал себя тупейшим созданием на свете. Она уходила. Беспомощно смотрел в след. Мог бы подвезти… Проводить… Но ноги вросли в пол, а голос словно исчез. Спал ли он в эту ночь? Её глаза. Пухлые губы. Переворачиваясь с боку на бок, он мечтал о ней. Жадно вожделея предмет своих желаний. Во всех мыслимых и немыслимых позах. Возбуждение кружило голову. Пение… Её голос… Был лишь эффектным дополнением. Она была ему нужна, как женщина. И он сходил с ума, проваливаясь в собственный бред.


Следующий день прошёл в ожидании. Люди. Работа. Бумаги. Ему казалось, он не понимает, что происходит вокруг. Минуты тянулись невыносимо долго. Мучительно. А телефон… Он проверял его ежесекундно. И ничего. С вершины своих желаний было очень больно падать вниз. Но сдаваться мужчина был не приучен. Прогонял в голове миллион мыслей о том, как теперь можно её найти. Время близилось к ночи. А он до сих пор сидел в кабинете. Постучав, вошёл Игорь.

– Сейчас поедем. Готовь машину.

– Всё готово. С тобой всё хорошо? Выглядишь не очень.

– Сам знаю, – сухо ответил Кирилл, понимая, что стало трудно дышать.

Раздался звонок мобильного, и мужчина моментально кинулся к нему. В попытке ответить уронил аппарат на пол. Треск стекла. Выругался матом, опускаясь на четвереньки. Очки чуть съехали на бок. Игорь наблюдал за происходящим молча, пребывая в лёгком шоке. Кирилл схватил телефон. Непослушными пальцами провёл по разбитому экрану. Руки дрожали.

– Да! – шумно выдохнул он, продолжая сидеть на полу на коленях.

– Это… Настя… – после паузы растерянный голос. Она не знает, что сказать, сгорая от стыда. – Я…

– Если бы ты только знала, как я ждал твоего звонка… – прошептал он, задыхаясь от избытка эмоций. – Господи… Как пацан, ей-богу!

– Я на работе была, – прозвучало, как оправдание. – Закончила, и сейчас поеду домой.

– Время половина одиннадцатого…

– Ну да. До десяти я… Жду такси.

– Я сейчас подъеду, – поднялся он с пола.

– Это неудобно! Машина сейчас уже приедет… Я сама.

– Говори адрес, – отрезал он.

Бегом бежал к машине, Игорь за ним.

– Я сам! – бросил Кирилл на ходу, уже запрыгивая за руль.

Мерседес сорвался с места. Игорь лишь покачал головой.


Кирилл подъехал к месту одновременно с такси. Вышел, расплатился с таксистом. Он смотрел на девушку. Она в чёрном укороченном пальто, на голове платок. Она крепко держала сумку непонятного цвета. Он видел её волнение. Подошёл к ней.

– Вам не холодно? – первое, что спросила она. Только сейчас он заметил, что был в одном костюме без верхней одежды.

– Я очень торопился. Замёрзла?

– Есть немного, – поёжилась она.

Вёл машину, а самому хотелось смотреть только на неё. Платок сполз с её волос. Выглядела слегка растрёпанной и очень уставшей. Много спрашивал, а она легко отвечала, лишь немного смущаясь. Они ехали с одного конца города на другой. Её смех отражался от стёкол, раскатываясь по машине. И он смеялся вместе с ней. Она не походила на нынешнюю молодёжь. Без приторной вульгарности казалась ему совсем девчонкой. Её чистота и наивность… Не мог оторваться от неё. В ней всё было настолько прекрасно, что мужчине казалось, словно он видит едва уловимое свечение её души. Остановился около её подъезда. Нужно было прощаться, но отпустить её казалось чем-то непостижимым.

– Каждый день ночью на такси? Оттуда сюда. Сорок минут…

– Два через два. У меня такой график.

– Нравится? – пожала плечами, отворачиваясь к окну. – Ты достойна большего. – Она лишь прыснула, покачав головой. – Я хочу предложить тебе работу.

– Работу?.. – переспросила она, подумав, что ослышалась.

– Работу. У тебя божественный голос. Это дар. Большой. И я хочу, чтобы ты поделилась им со всеми…

– Как это…

– У меня есть ресторан. И я хочу, чтобы он стал твоим. Твоя сцена. Твой репертуар. Всё твоё. Я предоставлю всё, что будет нужно. Музыканты. Или лучший звук… Всё, что ты захочешь. Я хочу, чтобы ты пела там. Чтобы все могли наслаждаться твоим голосом. Зарплата… Сколько ты получаешь?

Она тихо ответила, пытаясь осмыслить неожиданное предложение. Наверное…

– Буду платить в пять! В десять раз больше! Сколько ты хочешь? И полная свобода. Во всём. График. Всё. Я сделаю всё, что ты попросишь. Поверь… Я положу этот город к твоим ногам.

– Мне пора… – её голос слегка дрогнул. Мужчина понимал, что слишком давит. Он видел, что она напугана.

– Приезжай днём в ресторан… Просто посмотри. Я не буду тебя пугать и преследовать. Просто посмотри. И подумай… Это только твоё решение.

Она молчала. А рука её была готова распахнуть дверцу машины. Он не хотел её отпускать. С трудом сдерживался, чтобы не заблокировать двери.

– Это слишком… Всё слишком…

– Я не давлю на тебя. Ни в коем случае. Я так ждал твоего звонка! Посмотри, – продемонстрировал он ей разбитый телефон. Она вновь улыбнулась, но словно через силу. – Я буду ждать столько, сколько нужно. Пообещай подумать.

– Обещаю…

И она вышла в ночь.


Каким мучением стало для мужчины ожидание. Сколько раз он сдерживался, чтобы не сорваться к ней. Лишился сна. Кусок вставал поперёк горла. И всё чаще он обнаруживал стакан с виски в своей руке. Лицо его осунулось. Выглядел он весьма болезненно, чем вызывал резонное беспокойство со стороны брата и отца. Отмахивался от разговоров. Закрывая глаза перед сном, он представлял жуткие картины, разрывающие сознание, где она сейчас с другим. Мужчина делал всё, чтобы свести себя с ума. Усталость и раздражительность стали его постоянными спутниками. Он срывался на сотрудниках, на охранниках. Мигрень разрывала голову. И только Игорь догадывался о природе происходящего. И, признаться, эта история весьма его беспокоила. Поэтому, когда он увидел её, выходящую из такси пятничным вечером, вздохнул с облегчением…

Посмотрела на здание, горевшее огнями, как новогодняя ёлка. Ещё сомневалась. Очередь на входе. Но Игорь, почтительно взяв под руку, провёл её внутрь. Она шла, а ноги становились ватными.

– Как Вас зовут?

– Настя, – ответила она, боясь даже взглянуть на крепкого мужчину.

– А отчество? – взял её пальто.

– Салихьяновна… – ещё тише прошептала она, до смерти перепугавшись. – Можно просто по имени.

– Не положено, Анастасия Салихьяновна. Какое красивое сочетание. – улыбнулся Игорь, отмечая светлую красоту девушки. – Привыкайте.

Он вёл её по коридорам и лестницам. В заведении кипела жизнь. Бурлила через край.

Стук в дверь отвлёк Кирилла от мыслей. А Олег, сидевший на диванчике, перевёл взгляд на входящих. Из рук хозяина выпал стакан, разбиваясь вдребезги, когда он увидел долгожданную гостью. И брат с неподдельным любопытством наблюдал эту сцену. Девушка вошла второй, видела падающий стакан, словно в замедленной съёмке.

– Мне кажется, я приношу Вам слишком много урона, – улыбнулась она, глядя на мужчину, напоминая о разбитом недавно телефоне.

– Это мелочи. – ответил Кирилл, понимая, что в голове зашумело, а ноги просто подкашиваются.


Он не солгал ни разу, предоставив девушке всё, что обещал. И совсем скоро слава о ресторане просто разорвала город. Это походило на взрыв, теперь нужно было только уворачиваться от ударной волны. Здесь на сцене она пела. И была свободна, потому что не принадлежала ему. Была работником. Была звездой. Но не была Его. Ухаживания пугали её, и она старалась дистанцироваться от мужчины, который в свою очередь беспомощно дурел от своей сжигающей страсти. Она была так близко, но в то же время так далеко, что он не мог даже дотянуться. Сейчас она была лишь его успешным проектом. В голове его, в мыслях постоянно. Во снах и наяву. Сгорал от желания, видя её на сцене, теряя контроль. Бог наградил его просто невероятной выдержкой. На её месте мечтала оказаться добрая половина женщин и девушек. Но ни деньги, ни власть, ни влияние хозяина не прельщали девушку. Она не была глупой. Всё видела и понимала. Его глаза. Его прикосновения. Для него стала дорогущей игрушкой, которую он немыслимо хотел, но боялся даже прикоснуться. Его отношение к ней… Он не мог надышаться. Она же скрывалась за сценой, за людьми, не принимая даже маленьких подарков.


– Я больше не приду, – услышал он в трубке. И что-то больно стрельнуло, разрывая душу. Воздуха вдруг стало мало. – Я не могу так… Простите… Простите… – услышал, как она разрыдалась. Хотелось что-то вставить, но грудь сжало тисками. – То, что Вы делаете… А я… Я не приду… Я не вернусь…

Она рыдала, после чего он услышал в трубке короткие гудки. Хотел облокотиться на стол, ноги подкашивались. Но соскользнул, рухнув на пол. Меж рёбер жгло со страшной силой. Перед глазами запрыгали чёрные точки. Комната кружилась вокруг него. В себя он пришёл от резкого запаха нашатыря. Над ним нависал врач скорой. Рядом стоял Игорь с белым лицом и ещё пара охранников. Голова ещё кружилась.

– Следите за пальцами, – просил врач.

– Нормально всё…

– Собирайтесь.

– Я никуда не поеду, – ответил он, хотя даже подняться был не в состоянии, рухнув обратно на диван.

– Вам нужно в больницу.

– Мне нужен укол. И чтобы Вас здесь не было!

– Хорошо. Отказ от госпитализации. Отказ, так отказ! Но если Вы через полчаса двинете коней!..

– Я ни-ку-да не пое-ду! – процедил Кирилл сквозь зубы, закрывая глаза.


Уже дома. В гостиной. Напротив Игорь. Дрова трещат в камине. Виски. Взгляд в одну точку. И ощущение собственной беспомощности, смешанное с никчёмностью, подперчённое болью, разрывающей сердце.

– Она не придёт… – прошептал мужчина, облившись виски. – Не придёт…

– Давай я найду её. Город маленький. Найду. – предложил Игорь, покрутив в руке стакан с тёмным напитком, который не хотелось пить.

– Не надо. Хватит. Я себя зверем ощущаю, который загнал жертву. Осталось только разодрать на куски. Не нужен я ей. Неужели непонятно. – снова глотнул так, что почти захлебнулся. – Я купить её хотел. Она ведь так думает… Бабки, сцена, грёбаный ресторан. И я, престарелый козёл. Со своими ухаживаниями. Цветочки, подарочки! Выходит, словно я дал ей это всё, чтобы иметь потом во все щели! А я… Я же!.. – швырнул он стакан в стену, тут же пригубив прямо из горла. – Она права…

– Не права. – ответил собеседник. – Но её тоже можно понять. Молодая девочка. Красивая. Добрая. Чистая. – Кирилл смотрел замутнённым взглядом. – Одна в этом городе. У неё своя тихая размеренная жизнь. И тут дядя в дорогом костюме и на пафосной чёрной тачке. Неужели ты думаешь, что твоя слава не дошла до неё?

– Что ты имеешь в виду?..

– Кирилл. Я с тобой уже сколько лет? Так что не строй из себя дебила. Ты прекрасно понял, о чём я! Думаешь, её коллеги, или друзья там… Не знаю я, кто… Не рассказали ей, кто ты такой? Тебя добрая половина Медведем величает. Тебя даже те, кто не видел, знает. И если бы на меня это всё вывалили, я бы тоже очканул с тобой связываться! Да и вообще, мой тебе дружеский совет: оставь её в покое. Баб миллионы. Продажных, честных, молодых и старых… Ты можешь позволить себе всё…

– Ты чего, совсем ничего не понимаешь? Причём тут бабы твои? Я люблю её… Люблю… Люблю! ЛЮБЛЮ!!! Понимаешь ты это или нет?! Да мне срать на баб! На шкур этих продажных! Люблю я её!!!

– Какой же ты идиот. Вот попомни мои слова… Ты сломаешь ей жизнь.

– Да пошёл ты!

– Я-то пойду… – прозвучало с нотками жалости.

– Чего ты меня вообще лечишь! – взорвался хорошо набравшийся Кирилл. – Что ты можешь в этом понимать?! Живёшь всю жизнь один! Бобыль бобылём! А ещё туда же! Ты хоть любил?! Хоть раз-то в своей жизни? Ты?!

– К твоему сведению у меня была жена. И она умерла. У меня могла быть дочь возраста этой твоей Насти. И самое позорное в этой истории, что ты прекрасно об этом знаешь.

С этими словами Игорь поднялся и пошёл к выходу с горьким осадком. А Босс опустил голову. Хотелось откусить себе язык. Ведь в порыве злости сказанные слова били больнее пули. И сейчас он остался один на один с собой. Ему снились кошмары. В них его руки были в крови. Он убил её. И кричал во сне не своим голосом: «Я люблю эту женщину, Господи!» Её кровь на его одежде. На лице. И этот крик. Проснулся в холодном поту в полдень. Принимая холодный душ, пытался не думать больше ни о чём. Похмелье было в помощь.


Она выла белугой сутки напролёт. Сказав ему всё это по телефону, она подумала, что нашла выход. Что теперь всё станет легко и просто. Ожидания не оправдывались. И слёзы вновь и вновь застилали глаза. Хотела ли она быть с ним?.. Только она могла дать ответ. Беспомощно тонула, всё больше погрязая в этом зыбком болоте. Если бы душу можно было залатать пластырем… Она бы точно это сделала. Сделала, чтобы идти дальше. Её телефон разрывался. Не брала. Лишь написала одно смс: «Я не могу». Собрав документы в охапку, оставив все вещи, бросилась прочь из дома. Тормозила попутку. Прыгнув в неё, умчала прочь от дома.


Кирилл вышел во двор. Машина стояла. Но сесть за руль он точно бы не рискнул. Такси не заставило себя ждать. Голова раскалывалась. Некого было винить. Остановились на светофоре. Зазвонил телефон, на разбитом экране высветился номер Игоря.


Она стоит на вокзале посреди зала и ничего невидящими глазами смотрит на табло. Время, название пункта. Всё расплывается. Телефон разрывается так, что люди вокруг бросают на девушку косые взгляды. Встала в очередь к кассе. Кассир смотрит на неё с недоумением.

– Куда Вам?

– Подальше.

– Девушка… – в голосе кассира слышится сочувствие.

– Не надо, – услышала Настя откуда-то сбоку.

Подняла глаза. Над ней грозно возвышалась мощная фигура Игоря. Ноги подкосились сами собой. Он подхватил её под руки и отвёл в сторонку под любопытные, но такие безучастные взгляды толпы. Усадил на лавку в небольшом скверике. Вид у неё был настолько обречённый, что он сначала просто молча наблюдал, ожидая, когда она хоть немного придёт в чувство.

– Бежишь? – она кивнула головой. – Но зачем? – подняла на него опухшие глаза. – Он ведь не преследует. И не станет.

– По моему лицу не видно, почему я бегу?.. – шумно всхлипнув, ответила она, понимая, что вот-вот разревётся с новой силой.

– Вопрос тот же, – он смотрел на неё по-отечески. По-доброму. С заботой. – Зачем так усложнять?.. Зачем делать из себя жертву, когда нет охотника? Просто будь собой. Хочешь быть с ним… будь. Всё просто. Не хочешь… Не будь. Только тебе решать.

– Как легкооо. – взвыла она в ответ. – Но я не знааааю… – он прижал её к себе. – Вам-то я зачем?..

– Дурочка. Хочешь правду? Я против всего этого. Я вижу, что творится с ним. А, поверь, я знаю его, как облупленного. Добром такие истории не заканчиваются. А вчера прямо нутром почувствовал, что и ты дел наворотишь. Поехал под твои окна. И не ошибся. Не важно, какое решение ты примешь. Бежать – это не выход. Это глупо.

– Отвезёте меня к нему? – осторожно спросила она, успокаиваясь.

– Домой. Домой, и спать. Купидоном себя чувствую! – погладил он бритую голову. А она, наконец, рассмеялась.


– Да, – ответил Кирилл.

– Я надеюсь, ты не сел за руль?

– Нет. Я еду на такси. Ты… – хотел он извиниться перед другом, но Игорь прервал его.

– Не надо. Встретимся на работе.

Конечно, ни о какой работе не могло идти речи. Почти весь день Кирилл пролежал на кожаном диване, умирая с похмелья. Поднять его в вертикальное положение смогло только одно странное сообщение, в котором был лишь адрес. Игорь отвёз его, ни о чём не спрашивая.

Отец лежал на больничной койке. Казалось, что он весь истыкан трубками.

– Как он? – спросил Кирилл у брата. Ответил ему отец:

– Я ещё живой, чтобы говорить обо мне в третьем лице. – пожилой мужчина открыл глаза.

– Тогда что произошло? – язвительным тоном спросил старший сын.

– Переусердствовал.

– Что это значит???

– Это значит, что наш отец занимался сексом. И ему стало плохо, – ответил Младший.

– И из-за этого вы меня выдернули?! – почти заорал Кирилл, а возмущение лилось через уши. В частности, он обращался к брату.

– Не, ну а чего я один сюда примчался! Поэтому и написал. Так хоть не обидно.

Отец громко рассмеялся в голос.

– Придурки. – с детской обидой произнёс Старший.

Ночью ему снился тот же кошмар, что и до этого. И в холодной темноте мужчина возвращался к мыслям о ней. Боль не утихала.

– Давай перекусим здесь. – обратился он к Игорю, хотя был только полдень. Но день казался каким-то изматывающим и долгим.

Уселись за столик. Им принесли кофе.

– Слишком заморочисто мне выливается это казино.

– Зато прибыльно. Тем более, что отец тебе устроил везде зелёный свет.

– Он ещё оплатил бы этот зелёный свет. – Игорь густо рассмеялся, заставляя и Босса устало улыбнуться. – Ну а что…

Она, сидя в уголке, первой увидела их обоих. И сердце стало вырываться из груди. Мурашки скользнули по коже. Город в неподходящее время оказался слишком маленьким. Потом её увидел Игорь, который сидел к ней лицом. Она поджала губы, а он удивлённо почесал кончик носа. И сделал такие глаза, что и дурак бы понял этот немой вопрос: что она собиралась делать? Сначала она закрыла глаза руками, а потом развела их в стороны, давая понять, что не знает. И теперь Игорь в ответ закатил глаза. Кирилл же рассуждал о казино и ничего не замечал. Настя посмотрела в окно, собираясь с духом. Словно в последний раз, взвешивая все «за» и «против». Она понимала, что дороги назад уже не будет. В следующий миг она уверенно поднялась и, приложив палец к губам, попросила Игоря молчать. Он повиновался. Поравнявшись с их столиком, выдохнула и тихо спросила:

– У вас свободно?..

Кирилл отвлёкся и… замер. Это была немая сцена, как у Гоголя. Время вокруг них остановилось. Она смотрела прямо в его карие глаза. Он никак не мог сообразить: что это? Реальность или очередной сон? Так же молча он взял её за руки, чтобы убедиться в том, что он не сошёл с ума. Его телохранитель незаметно поднялся и вышел, оставляя их вдвоём. Она присела рядом с ним, не отрывая взгляда, словно боясь потерять этот зрительный контакт, который они установили ещё там, в караоке. Сейчас она впервые сама коснулась его лица кончиками пальцев. Природа наделила его тёмными глубокими глазами. Волосы его, тоже тёмные, сейчас перемешивались с проступающей сединой, хотя такие же густые и чуть вьющиеся. Светлая кожа и тонкие губы. Крупный нос и круглый подбородок. Лицо правильной формы. Иногда он носил очки. Его весьма интеллигентная внешность вызывала скорее доверие, чем страх.

– Как?.. Откуда?..

– Наверное, это судьба… – ответила она тихо, опуская глаза в пол.

Он ухаживал красиво, но осторожно, всё ещё боясь спугнуть этот счастливый миг. А Игорь был молчаливым свидетелем этой истории. Настя вернулась в ресторан. И популярность его, как и её, росла с каждой неделей. Зал забивался под завязку. Полная посадка. Цветы, подарки… Она каждый раз краснела, как в первый. А он улыбался. Казалось, что она с другой планеты. Его в буквальном смысле слова трясло от неё, настолько сильны были его чувства. В тот вечер она впервые услышала, как поёт её избранник. Он пел песню из старого советского фильма «Чародеи» «Мир без любви». И уже привыкшая к сцене, она готова была расплакаться от избытка чувств. Он обнимал её в танце, понимая, что попал в точку.

– Как же я люблю тебя, девочка моя… – шептал он.

И сейчас она робко первой коснулась его губ, краснея до кончиков ушей. И он легко отвечал, перекладывая ответственность на себя. Этот вечер дурманил его, как пятиклассника. Сильнее притягивал её стан к себе. Тепло её юного тела сводило с ума. До этого вечера она стеснялась его объятий. Ей казалось, что вокруг осуждают её, косятся за спиной. Но сейчас вдруг словно что-то перевернулось с ног на голову. Его искренность, его нежность обезоруживала. Такого внимательного трепета в наше время было сложно от кого-то ожидать. Он же в свою очередь не мог на неё надышаться. Сбрасывая груз прожитых лет, он был настолько счастлив, что сносило крышу. Она пела только для него, и он об этом знал. И уже весь персонал знал о том, что у них появилась молодая «хозяйка».

Первый раз она оказалась у него в доме поздним вечером после выступления. Оба знали, что из этого вытекает. У мужчины, как и при первой встрече, всё становилось дыбом от одной только мысли. Он откупорил дорогую бутылку коллекционного красного вина. Налил его в бокалы через декантер. Настя с интересом наблюдала за его действиями, сидя на диванчике заимпровизированно накрытым столом.

– Знаешь, зачем это? – хитро улыбнулся он.

– Аэрация… Это декантер… Да?

– Признаться, удивлён… – ответил он ошарашенно, видимо, желая удивить любимую.


А она задорно рассмеялась. – Хотел выпендриться, так сказать.

– Вам это совершенно ни к чему, Кирилл Андреевич! Знаете… – поднялась она с места, подходя к мужчине. – Вы только не перебивайте меня… Мне очень сложно, – она подошла к нему вплотную. Им казалось, что они слышат сердца друг друга. – Я никогда не встречала таких, как Вы… Вы совсем другой. То, что происходит со мной сейчас… То, что Вы делаете со мной… Я никогда прежде не испытывала ничего подобного… Мне сначала было очень страшно. Все мои знакомые были моего возраста…Но Вы… Мне кажется… Что я… Люблю Вас… – с этими словами, она прильнула к его груди, чтобы не смотреть ему в глаза.

– Девочка моя… Настюша… – сердце пропустило удар и зашлось в эмоциональном порыве. – Я… Господи… Я умалишённый… Ты свела меня с ума… Ты… Понимаешь, в моей жизни столько всего было… Но ты… Я добровольно сдался в твой плен! Ты не отпускай меня. Потому что я сдаюсь! И моя любовь… Как же я люблю тебя, девочка моя…

Поднял он её лицо и жадно поцеловал. И она вдруг первой сняла пиджак с его плеч. Объятия его становились сильнее, а движения увереннее. Его руки скользили под полы её платья. Губы её горячие. Глаза закрыты. Трещали дрова в камине. Он ласкал её упругую белую грудь. Она зарывалась пальцами в его волосы.

– Если ты боишься, – склонившись над ней, вдруг спросил он, задыхаясь от возбуждения.

Она секунду помедлила, но притянула его к себе, и их тела слились воедино. От неожиданности вновь закрыла глаза, запрокидывая голову назад. Он даже сейчас был настолько притягательно нежен. И она стонала в его руках, словно никогда не знала других мужчин, остро чувствуя своё такое чужое тело. Тонко чувствовала его. Крепко сжимал её бедра, ускоряя темп. А она погружалась в густой туман, уже не понимая, что происходит. На лбу его выступила испарина. Он тяжело дышал, упав на спину рядом. Перед его глазами летали звёздочки. Казалось, что она что-то подмешала в себя, чтобы окончательно убить его. Он даже чувствовал этот сладострастный аромат.

– Мне кажется, у меня двоится в глазах… – прошептала она, прикрываясь его пиджаком, первым попавшимся под руку.

Облокотившись на одну руку, он склонился к её губам. О чём она думала в тот момент, отвечая на его поцелуй?..


С того дня Шереметьев стал увереннее, а она легко отдавалась его власти. Его же нежность, пожалуй, не имела границ. Они просыпались почти всегда в разных домах. Она привыкла быть на работе Анастасией Салихьяновной. Для него она стала Настюшей, его девочкой. Она видела его в работе и часто удивлялась, что с ней он совсем другой. Пока она ещё не могла отличить, когда он настоящий. Подарки, которые он дарил ей. Засыпал цветами. На данном этапе она стала для мужчины центром вселенной. Для него она стала не просто девушкой, подругой, очередной возлюбленной… Она стала целой вехой… Он добровольно вознёс её на самопроизвольный алтарь.

Андрей Николаевич


Болела голова, а сегодня ещё заседание. В кабинете душно. Вечером нужно ехать к старшему сыну на день рождения. Устало потёр глаза. Состояние желало лучшего. Старость подкралась так незаметно и так несправедливо. Казалось, что сил так много. Но тело… предало быстрее, чем душа. И внешне здоровый и сильный мужчина скрывал своё истинное состояние даже от самых близких.

Вечером в ресторане отец был, мягко говоря, удивлён выбором сына. Наблюдал за парочкой. За трепетностью сына, которая никогда не была ему свойственна. Девушку сначала воспринял как обычную шкуру. Фальшивка – одно слово. Осуждать его не стоило, люди подобного круга привыкли измерять жизнь деньгами, забывая о реальных ценностях. И, становясь меркантильными и алчными, они часто оценивают других именно по этим меркам. Видел её страх в глазах. Она боялась его, но не как депутата, а как человека. Высказав ей свои мысли, он словно проверял её реакцию.

– У тебя с ней серьёзно? – спросил Шереметьев-старший у Кирилла, пока его пассия кружилась в объятиях Олега.

– А не похоже?

– Она же доит тебя, как золотоносную корову.

– Ты ничего об этом не знаешь! – огрызнулся сын. – И мой тебе совет! Мне сорок шесть… семь! Поздновато соваться в мою жизнь! Я потратил столько времени и сил, чтобы добиться её расположения не для того, чтобы слушать твои бессмысленные напутствия!

– Она ещё и строптивая, раз догадалась не сразу пригнуть к тебе в койку! Давно ли ты стал таким сентиментальным? Раньше за тобой этого никто не замечал!

– А давно ли ты стал залезать ко мне в трусы?! – градус беседы возрастал. – Раньше тебя не парило, с кем я трахаюсь!

– Потому что ты раньше трахался! А теперь у тебя слюни висят до пола. Ты её чуть ли не в задницу готов расцеловать!

– И не только в задницу!

– Может, ты ещё и женишься? – язвительно фыркнул отец семейства.

– А почему бы и нет! – резко ответил Кирилл. Но потом вдруг выдохнул, решив сбавить набранные обороты. – Она всё равно не выйдет за меня. Мы даже не живём вместе. Просто встречаемся, или как там это называется. Так что умерь свой отеческий порыв.

– Извини, сын. Переборщил. Был не прав, каюсь. Давай лучше выпьем, – поднял он свою рюмку. – У тебя ведь праздник.


– Что ты думаешь о Ней? – не унимался отец, обращаясь теперь уже к младшему сыну, когда влюблённые скрылись вдвоём.