Bambie
(Не) эскортница для мажора

(не) эскортница для мажора

Пролог

– Выпусти меня, Ринат. Это похищение человека.

– Нельзя похитить человека, когда тот себя продал, красивые глазки. Ты товар, и я тебя купил.

– Это все ошибка! Я не знала!

– За ошибки приходится платить. Кровью. Знаешь, что это значит? – на его красивых губах расплывается самодовольная ухмылка.

Он получит то, чего так отчаянно желал. И ничто этого человека не остановит.

– Ты псих! – хватаюсь за ручку двери, и с жаром начинаю ее дергать.

– Ты даже не представляешь какой, Эйни.

Мне плевать, что мы гоним по ночной трассе, что, если дверь откроется, я скорее всего расшибусь насмерть. Я хочу выйти. Этот человек меня пугает до дрожи в коленках.

Настойчивый. Вспыльчивый. Не признающий «нет» в качестве ответа. Он привык к тому, что если он щелкнет пальцами, то ему будут ноги целовать.

– Прекрати суетиться. Ты все равно отсюда не выйдешь, – холодно осажает меня.

И от этого холода в голосе сердце замирает в страхе. Рука безвольно падает на колени, а сама я сверлю профиль мужчины, уверенного в своей правоте. Монстр. Он монстр в красивой оболочке.

В следующий момент машина со свистом тормозит, и Ринат отдает мне приказ, точно собаке:

– На выход.

Раздается щелкающий звук, означавший что блокировка с дверей снята, и я буквально выскакиваю из машины, чтобы тут же попасться в руки двум амбалам.

Они не трогаются меня, но стоят готовые в любой момент поймать. За их спинами виднеется частный джет, и я понимаю, что крупно попала. Сегодня я домой не попаду.

– Сама пойдешь или помочь? – Масур надменно заламывает бровь, кивая подбородком в сторону джета.

– Ринат, послушай, я не хочу! Отпусти меня, пожалуйста!

В моем голосе отчетливо прослеживаются нотки подкатывающей истерики. Черт! Меня реально похищают!

– Я не спрашиваю шлюх, чего они хотят. Ты здесь, чтобы угождать мне. Не захотела по-хорошему, будет как ты этого заслуживаешь. Если тебе так нравится вертеть задницей перед мужиками, то будешь это делать передо мной. Пойдешь добровольно?

– Я с тобой никуда в этой жизни добровольно не пойду! – яростно выплевываю ему прямо в лицо.

Пусть катится в ад! Там для него уже отдельный котел подготовлен!

С жуткой улыбкой на лице он лениво подходит, неожиданно ласково гладит большим пальцем по щеке, и выносит приговор:

– Значит, поедешь недобровольно. Парни, – он рукой подает знак своим шавкам, и те хватают меня под руки, а лицо накрывают тряпкой.

Не дышу. Специально задерживаю дыхание, смотря дьяволу прямо в глаза. Он наслаждается моим сопротивлением. Ломать меня отдельный вид кайфа для него.

«Сопротивляйся, красивые глазки, сопротивляйся до последнего» – вот, что читается в его насмешливом взгляде.

И, к сожалению, я не выдерживаю. Вдыхаю резкий запах, к горлу подкатывает приступ кашля. Вдыхаю еще и еще, пока не начинается кружится голова, и меня не уносит в царство морфея.

Я проиграла бой, Масур, но не войну.

Глава 1

Виолетта

Ошарашенно хлопая глазами, таращусь на невозмутимого коменданта. Лысый дядька с тараканьими усами и темными глазами-бусинками поигрывает ключами и, хитро прищурившись, интересуется:

– Так что, Новикова, я тебя выселяю?

– Что? Нет, конечно! – яро восклицаю.

– А как по-другому? Доплачивать ты не хочешь…

– Мне не с чего! – в отчаянии всплескиваю руками, готовая вот-вот позорно разреветься.

– Предлагаешь мне за тебя заплатить?

Коменданта совершенно не трогает мой потерянный вид. Такой хапуга если будет проходить мимо лежачего больного его пнет, а не руку подаст.

– Я найду!

– Когда? – выпрямляется, явно заинтересовавшись.

– На этой неделе, честно! Я найду деньги!

– Ну-с, ладно, Новикова, – неохотно соглашается комендант. – Но учти, время тебе до понедельника. Если не заплатишь, вылетишь у меня, как пробка от шампанского! Знаю я вас – приезжих! Вы по ушам горазды ездить! Но, Петрович, – ага, он говорит о себе в третьем лице, – не дурак! – важно поднимает указательный палец вверх.

– Я правда заплачу.

– Вот и посмотрим. До понедельника, Новикова. У меня на твое место и желающие уже есть. Жалко тебя дуреху, – преувеличенно-тяжело вздыхает. – Вот и иду на уступки.

– Спасибо, – вяло отзываюсь, едва сдерживая слезы.

– Спасибо, как говорится, в карман не положишь…

Комендант на пятках разворачивается и шагает по коридору, а я захлопываю дверь.

На ватных ногах дохожу до кровати и обессилено падаю, утыкаясь лицом в подушку.

Проклятье! И кто ж знал, что в этом году повышение платы за проживание в общежитии? О которой, естественно, забыли предупредить! И это не считая того, что буквально последние я отдала на всякие «нужды» вроде краски, моющих средств и черт знает чего еще. И где мне эти деньги взять, спрашивается? У родителей, так у них самих нет. Заработать? Уже не успею. Разве что в долг у девчонок попросить…

Они, кажется, живут в достатке, хоть и почему-то в общежитии. Дорогие платья, косметика, туфли и все от известных брендов. Я хоть и из маленького городка, но эти бренды знаю. Да что там! Их весь мир знает. И, судя по тем биркам, что я видела краем глаза, это не подделка. Для них это, должно быть, копейки, а я потом все отдам. Со стипендии буду откладывать, подработку найду!

Да, так и поступлю!

***

Вечером того же дня, когда я, надавив на горло своей гордости, решаюсь попросить помощи, то слышу в ответ:

– Прости, Вилка, но мы сами на мели. Вчера все своим предкам перевела.

– А я на последние купила белье от «Виктория Сикрет». Не знала, что у тебя такая ситуация…

Заметно сникаю, понимая, что если не найду деньги, то никакой универ мне не светит. Где я буду жить, спрашивается? На лавочке в парке? На вокзале?

– Вилка, ты не расстраивайся! И заканчивай уже со своими книжками!

Рита плюхается на мою кровать, заглядывает за плечо, где разложены конспекты, и корчит такую мину, точно съела лимон.

– Вот именно! Сегодня пятница! Впереди два выходных! Можно тусить целых два дня! – вертясь перед зеркалом и примеряя к телу платье, замечает Алена.

– Я на бюджете. Мне нельзя слететь, – сняв очки и, устало потерев глаза, ворчу.

Ага, на бюджете, но без жилья. Тоже мне, тусовщицы. Я, конечно, понимаю, что девчонки на контракте и им по барабану на свою успеваемость. Главное, худо-бедно предмет закрыть, а вот мне… А мне приходится ночами под одеялом с фонариком зубрить, чтобы пинок под зад не получить до самого своего Сорочинска, богом забытой дыры. Там из перспектив только продавщица ларька «У дяди Бори». Нет уж, спасибо. Я лучше без тусовок, но в столице и с перспективами получить красный диплом. Это дорога в светлое будущее.

– Да ладно тебе, Новикова! От одного вечера ничего с тобой не случится. К тому же я знаю как тебе помочь! У нас есть к тебе, можно сказать, деловое предложение, – небрежно откинув наверняка дорогущее платье, произносит Алена.

Девочки между собой заговорчески переглядываются. Во мне загорается маленький огонек надежды. Все-таки займут?

– И какое?

Алена не отвечает, пристально меня оглядывает, точно товар на витрине. Мне от этого взгляда становится не по себе, но выпрямляю плечи, чтобы не казаться такой уж простушкой.

– Она зеленая. Совсем девчонка еще, Рит, – неодобрительно качая головой, хмыкает Алена.

– Ну и что? Ты же знаешь, свежачок любят. Да и платят за него… – Рита многозначительно подмигивает подруге, пока я озадаченно хмурюсь. – Заработать хочешь?

Девчонки смотрят на меня выжидающе, и я теряюсь от такого вопроса. Я нищая студентка первого курса филологического факультета. На грани того, чтобы меня выперли из общежития. Разумеется, хочу!

– А что нужно делать? – с осторожностью интересуюсь.

– Да так… Фигня! На одной тусовке посветить фейсом, сделать пару фоток, покрутиться для вида и свалить.

Звучит заманчиво, но одно непонятно, зачем кому-то за это платить?

– Извините, девочки, но звучит странно, – высказываю свои опасения.

Спрашивается, какому чокнутому может прийти в голову платить за то, чтобы пришли на вечеринку? Глупость да и только. Наверняка какой-то развод, а мне реальные деньги нужны.

– Ничего не странно! А даже если и так… Ты в столице, Вилка. Привыкай! Тут море странностей! У людей денег куры не клюют. Они уже не знают куда их девать. Вот, например, вчера какой-то блоггер выпустил в воздух целый миллион, прикиньте! Чем не странность?

Когда Аленка так уверенно говорит, веришь ей безоговорочно. Возможно, она и права. И мне не верится только из-за глупых предостережений мамы и бабушки, что, мол, столица – город греха, что тут одни жулики и девицы легкого поведения. Стоит ли говорить, что отпустили меня исключительно с тем условием, что я буду прилежно учиться и не думать о всяких глупостях. И эти условия явно не включали в себя сомнительные вечеринки.

– Нифига себе! Целый лям! – восхищенно выдает Рита. – Целый лям в воздух, а нам всего каких-то двести баксов…

– И не говори, – удрученно поддакивает Алена. – Ну так что, Новикова, ты с нами?

– Только фотки? И ничего больше? – с сомнением протягиваю, на что девочки убедительно кивают, точно болванчики.

Пожалуй, впервые в жизни я ввязываюсь в авантюру, но чувствую – это единственный выход, поэтому отвечаю:

– С вами! Что нужно делать?

Глава 2

Виолетта

– Вилка, не стой как пришибленная. Голову повыше, плечи расправила, грудь вперед, задницу назад и походкой от бедра пошла. Ты должна излучать уверенность.

Рита нетерпеливо подталкивает меня в спину, когда я, минув охранников в фойе отеля, уставилась на себя в зеркало.

В отражении на меня смотрела незнакомка. Яркий макияж прибавил лет, очки пришлось снять, отчего я чувствую себя незащищенной. Вообще-то у меня не настолько плохое зрение, чтобы постоянно носить очки, но с ними мне как-то спокойнее. Обтягивающие платье из гардероба Алены не оставляет простора для фантазии. Оно черное, шелковое и обтягивающие, точно вторая кожа. Я молча все это проглотила, несмотря на закрадывающиеся подозрения. Откровенно говоря, я выгляжу как шлюха. Не дешевая, а дорогая, но определенно не вчерашняя выпускница медалистка, коей я являюсь.

Боже правый, надеюсь, мама никогда не узнает об этом. Позорище какое!

Взмахнув светлыми ровными волосами, следую инструкциям Риты. Напускаю на себя крайне самоуверенный вид, хотя это последнее, что я сейчас чувствую.

– Рит, точно только фотки? – когда мы подходим к лифту, нервно спрашиваю в который раз.

Девушка раздраженно закатывает глаза, ворча:

– Ты такая зануда, Новикова. Конечно, фотки. Ты же бледная как моль, что с тебя еще взять?

И на том спасибо. Наверное меня должен задеть ее комментарий про моль, но я радуюсь. Не хочу быть заметной. Впрочем, когда мы выходим из лифта на последнем этаже отеля и охранники заводят нас в президентский люкс, я действительно ощущаю себя молью.

Не меньше двадцати первоклассных девчонок. Все яркие, длинноногие, знающие себе цену и уверенные в своей неотразимости. Я им не ровня. Среди таких затеряться нечего делать. И это придает мне немножко спокойствия.

Пройдя вглубь, мы с Ритой и Аленой размещаемся на одном из кожаных диванчиков. Ненавязчиво играет спокойная музыка арабских мотивов, но самих виновников торжества пока не наблюдается. Девушки негромко переговариваются между собой, обсуждают предстоящую неделю моды, каких-то мужчин, но я не вникаю.

Сижу как на иголках, и не могу не поинтересоваться:

– А долго все это мероприятие будет длиться? Когда можно будет уйти?

– Уйти? – Алена таращится на меня, как баран на новые ворота. – Детка, когда ты еще побываешь в президентском люксе? Наслаждайся! Выпей шампусика «Моёт», закуси клубничкой в сливках и почувствуй эту атмосферу роскоши и богатства!

– Не пью, спасибо, – откинувшись на диван, вяло буркаю.

Соседки на мой ответ только закатывают глаза. Сами они не брезгуют закидываться шампанским и пробовать закуски, точно пришли с голодного края. Да, я впервые в таком месте, где все насквозь пропитано деньгами. Должно быть, этот номер в сутки стоит столько сколько я не заработаю за год. Элитный алкоголь и замысловатые закуски соблазняют. Сомневаюсь, что я в ближайшее время где-нибудь такое попробую, но тем не менее не хочу выглядеть хабалкой.

Может, в нашем ПГТ и нет «Моёт», но пирожки, которая печет жена того самого дяди Бори, что держит ларек, выше всяких похвал. Не в пример этим странным скользким устрицам, так похожим на сопли. И запах соответствующий.

Когда большинство девчонок уже навеселе, а, стоит заметить, накидались они быстро, из комнаты напротив выходит солидный мужчина не старше тридцати лет в темном классическом костюме.

– Кормилицы мои, как настроение? – весело спрашивает, обводя взглядом наш цветник.

– Отлично, Пака!

– Супер!

Выкрикивают с разных сторон девчонки, растягивая на губах одинаково восторженные улыбки. Стараюсь следовать их примеру, и очень надеюсь, что моя улыбка такая же располагающая, а не как у городской сумасшедшей.

– Вижу у нас новые лица?

Изо всех сил стараюсь быть незаметной, но кто ж знал, что этот Пака знает всех девочек в лицо.

Не выказывая удивления и нервозности, еще сильнее натягиваю на лицо улыбку. Совершенно по-дурацки хлопаю ресницами и хихикаю, как это часто делают Алена и Рита.

Должно быть, кокетство не мой конек, поскольку мужчина криво усмехается и комментирует:

– Зеленая еще.

– Зато неискушенная! – вставляет свои пять копеек Алена.

– Это хорошо, Масур таких любит.

Он медленно проходится по мне оценивающим взглядом. Задумчиво кивнув сам себе, хмыкает, хлопает в ладоши и громко объявляет:

– Правила все помним?

Все двадцать девиц кивают головами, точно болванчики.

– Для неискушенных повторю, – делает акцент на слове «неискушенных» и, загибая пальцы, перечисляет: – Первое – не нюхать, второе – не нажираться в сопли, чтобы вас потом отсюда не выносили, третье – никакой блевоты. Плохо – встали и вышли. И последнее и не менее важное: желание клиента – закон. Сегодня вы, мои прелестницы, феи крестные.

Слова вульгарные и абсолютно не вяжутся с тем, что говорили мне соседки. Это не может настораживать.

– Пака, а что сам Масур будет? – с плохо скрываемой надеждой интересуется какая-то блондинка.

Она выглядит как живая барби, и на фоне такой я действительно бледная моль. Спасибо тебе господи!

– Будет-будет, – кивает головой мужчина. – Но ты, Лика, губу бы не раскатывала. Ты же знаешь, одно и тоже ему быстро надоедает.

Глаза девушки сужаются. Очевидно, ей неприятно, но сказать об этом не может, поэтому она просто кидает:

– Посмотрим!

Еще через пять минут в комнату входят пять мужчин. Поправочка, пять неземной красоты мужчин. Они словно с обложки журнала. Широкоплечие, высокие с модными прическами и голливудскими улыбками. Такие привыкли от жизни получать все, и даже больше.

– Соскучились, дамы? – спрашивает один из них. Самый, на мой взгляд, наглый. Уж больно, вид у него такой, знаете, хулиганский и обещающий неприятности.

– Очень!

– Мальчики, без вас туса совсем тухлая!

Снова лобызают девчонки, а меня от такой неприкрытой лести тошнит. Да они тут сидели и в ус не дули, пока эти красавцы не пришли. А сейчас… Сейчас началась работа. Это именно оно. Взгляды, жесты, позы – все в девушках поменялось и словно обрело еще большую привлекательность.

– Ничего, мы вам скучать не дадим! – отзывается второй, лукаво подмигивая.

Парни размещаются. К счастью, возле нас никто не садится. Начинаются шутки, какие-то пошлые разговоры, от которых мои уши сворачиваются в трубочку. Сижу и жду, когда же наступит тот заветный момент фото, чтобы наконец-то сделать работу и отправиться восвояси. И желательно забыть этот день как страшный сон и крайне неудачный опыт.

– Слышала, сам Масур будет, – шепчет Рита Аленке.

– Офигеть! Вот бы он меня выбрал! Говорят, он такое вытворяет!

– С ним Лика была в прошлый раз, но быстро надоела. До сих пор отойти не может. Ну его, Ален! После таких как Масур очухаться сложно.

– Зато он ей браслет от «Картье» подарил. И сумку из новой коллекции «Диор». Уж как-нибудь можно утешиться! – прыскает Алена.

– А что ты хотела? Для него это гроши, пыль. Наследный принц все-таки, нефтяные скважины и все такое. Если бы он ей подарил «Пандору» было бы очень странно.

– Да, жадный мужик – хуже нищеброда. Нищеброд может разбогатеть, – горестно вздыхает Алена. – Ну знаешь, я бы не отказалась. Он красив, молод, богат. Еще и щедрый.

– И говорят, извращуга.

– Та ну, сплетни это все! Был бы извращенцем, Лика бы так не страдала. Да и остальные тоже.

– Слушай, у Лики сестра больная, она этот браслет продала и лечение оплатила. Даже если он ее на горящих углях заставит танцевать, она ничего не скажет. Ей деньги нужны.

– Твоя правда, – уже без особого энтузиазма соглашается Алена. – И почему все красавцы такие психи? Вечно им нужно то ударить тебя, то по полу заставить ползать, то еще какую-то дрянь выдумают.

– Испорченные потому что. Могут себе позволить все что хотят и не знают отказов, – глубокомысленно заключает Рита, пока я с раскрытым ртом слушаю их беседу.

Что. Тут. Происходит?

Мы точно пришли сюда фоткаться?

Нервно оборачиваюсь по сторонам, и замечаю несколько развратно целующихся парочек. Даже не так. Они не целуются, а просто пожирают друг друга, запихивая языки в глотки.

– Вы говорили только фото! – вскочив с места, разъяренно нависаю над этими лживыми мерзавками.

Рита удивленно вскидывается, выгибает стервозно бровь и с колючей насмешкой протягивает:

– Тебе только фото. И лучше бы тебе не отсвечивать, Вилка, а то найдешь на свою жж приключения.

Уже нашла! При чем не выходя из комнаты общежития! Поразительный талант!

– Я ухожу, – горячо заявляю и уже поворачиваюсь, чтобы сделать шаг, как дверь из комнаты напротив открывается и выходит мужчина.

Это он, сразу понимаю я.

Восточный принц, как из сказки. Волевой подбородок, трехдневная щетина, ровный нос, точеные скулы, изогнутые темные брови и глаза. Глаза в которых за радость утонуть. Они не темные, как у большинства восточных мужчин, а светлые. Голубые, как чистейшее небо, как самый бездонный океан. На загорелом лице они выделяются особенно ярко. Только холодные. Ничего не выражающие, и от этого какие-то безжизненные.

Ежусь под внимательным взглядом. От слишком пристально меня разглядывает.

Чувствую, как Алёна дергает меня за руку, призывая сесть. Растеряв весь свой пыл, сажусь и смирно кладу руки поверх колен, точно прилежная ученица.

– Ринат, да неужели ты почтил нас своим присутствием! – выкрикивает тот самый наглый парень, оторвавшись от шеи девушки.

– Не надолго, – сухо парирует, не отрывая от меня своих дьявольских глаз.

Энергетика у этого мужчины мощная. Даже с полувзгляда понятно, что он наделен небывалой властью и что дорогу переходить такому чревато последствиями.

– Тебя хочу, – без прикрас говорит он мне, и что удивительно без малейшего акцента. Голос глубокий, хриплый, мужественный, но вместе с тем пугающий. – Идешь со мной.

Даже не дожидаясь, очевидно, привыкший к тому, что его решения не обсуждаются, восточный красавец разворачивается и заходит обратно в комнату.

Сердце трепыхается в груди, словно запертая в клетке птица. Тук-тук. Тук-тук.

Может, он хочет фото?

Тьфу! Не будь тупицей, Вилка, тебя он хочет. Тебя и точка.

– Черт, Вилка! – шикает на меня зло Алена. – Говорили же, не отсвечивай!

– Вы же говорили только фото! – не хочу отпускать эту последнюю ниточку надежды, но приходится, когда Рита отводит взгляд, делая вид что она вообще здесь ни при чем.

– Та ладно тебе! – фыркает Алена, смотря на меня с какой-то завистью. – Потерпишь немного. Знаешь, сколько тебе заплатят? Ты за всю свою жизнь столько в руках не держала.

– Я не хочу, чтобы мне платили. Я хочу домой.

Решительно встаю, и даже делаю несколько шагов по направлению к выходу, когда на меня налетает Пака со словами:

– Малышка, ты дверями ошиблась. Тебе туда, – указывает пальцем на комнату, в которой меня ждет ж Масур.

– Я не буду… Я домой…

– Нет-нет, сладенькая, ты может что-то не поняла, но Масуру не отказывают, – схватив меня за подбородок и больно его сжав, цедит сквозь зубы. – Иди к, и чтобы без глупостей, если не хочешь проблем. А я, поверь, их устроить могу.

Воистину, бесплатный сыр только в мышеловке. Какая же ты дура, Новикова. Вот тебе и «просто» пофоткаться.

Глава 3

Виолетта

Нет, все будет в порядке. Сейчас я все объясню этому мужчине, скажу что не по этой части и он меня отпустит. Не станет же он меня насиловать, в самом деле! Тут двадцать девушек готовых на все, что только его душа пожелает, а он будет возиться со мной? Неумелой девственницей? Смех да и только.

В этом я убеждаю себя, когда на ватных ногах дохожу до комнаты. Набравшись смелости, нажимаю на ручку и толкаю дверь внутрь. Захожу и, не отходя от входа, неловко переминаюсь с ноги на ногу.

– Дверь закрой, – отдает приказ мужчина, не отрываясь от наверняка дорогущего смартфона в руке.

Делаю, как он говорит, но от двери не отхожу. Масур стоит возле окна, вальяжно облокотившись на стол и что-то печатая в телефоне. Не обращает на меня ни малейшего внимания, точно я пустое место. Впрочем, для него наверняка так и есть.

Замечаю, что это даже не комната, а рабочий кабинет. То есть, меня даже в комнату не пригласили. Чувствую себя настоящей дешевкой.

Тело бьет мелкая неконтролируемая дрожь, и я неосознанно тереблю пальцами край слишком короткого платья. Платья которое, теперь я понимаю, предназначено не для красивых фото, а чтобы с тебя захотели его снять и рассмотреть в подробностях то немногое, что оно скрывало.

Наконец-то спустя, должно быть, вечность ожидания, когда мои нервы натянуты до предела, Масур откладывает смартфон и устремляет на меня равнодушный взгляд. Я бы даже сказала, скучающий.

– Чего ждем? – заламывает пытливо бровь. – Особое приглашение нужно?

Черт! Что я должна, по его мнению, делать?

Вероятно, все мои эмоции написаны на лице. Для этого мужчины я открытая книга.

Ринат, кажется, так его зовут, прикусывает нижнюю губу, пока лениво скользит глазами по моему телу. Особенно долго он задерживается в районе шеи, округлой груди второго размера и ног.

– Что ж, эту игру я люблю, – задумчиво протягивает с греховной ухмылкой.

В его равнодушных глазах вдруг вспыхивает интерес и голод. И это пугает меня еще больше. Лучше бы он оставался безэмоциональной ледышкой.

Подзывает меня пальцем к себе, на что я испуганно трясу головой, мол, нет.

– Послушайте, я здесь случайно оказалась. Правда! Мне сказали только фото. Я ни на что больше не соглашалась. И вообще не хочу, – дрожащим голосом выпаливаю на одном дыхании.

– Подойди, – требовательно отрезает.

Понимаю, что если подойдет он – будет хуже, поэтому делаю несколько нерешительных шагов по направлению к столу, но вплотную к Масуру не подхожу. Боюсь его до чертиков. Впрочем, сам он не спешит на меня набрасываться. Привык, что все к нему в руки само плывет, падает и попадает.

– Хочешь сказать, что не такая?

Из его уст это звучит издевкой. И я понятия не имею, какой ответ в данном случае правильный, но, задрав подбородок повыше, говорю:

– Не такая.

– И попала сюда, – обводит рукой пространство, словно демонстрируя всю роскошь, – случайно?

Да, он совершенно точно издевается надо мной.

– Д-да, – заикаясь, уже менее уверенно мямлю.

– Я оценил твой спектакль. Накину сверху, раз так сильно стараешься.

Протягивает руку и касается пальцами моего плеча, ведет им до шеи и медленно проводит по пульсирующей жилке. С хищным прищуром смотрит на мои губы, словно уже сделал с ними всевозможные пошлые вещи.

Тяжело сглатываю, и, черт, не знаю почему! Не знаю, ясно! Но я машинально облизываю пересохшие губы и, похоже, это становится роковой ошибкой или же каким-то скрытым сигналом шлюх, потому что в следующий момент…

Ринат понимающе усмехается, резко хватает меня за руку, тянет на себя и, развернув, приперает своей внушительной фигурой к столу. Все это происходит за секунду. Чувствую твердое, точно вылитое из стали, тело и… О, боже правый, отчетливый бугор упирается мне в ногу! Да он возбужден!

Я в тисках, мне не хватает воздуха, голова кружится от этой запретной близости. Хочу отодвинуться, но некуда.

Сильные руки ложатся на бедра, прижимая теснее меня к себе. Впервые я с мужчиной обжимаюсь, а это именно оно, не сомневайтесь. Кажется, называется петтингом. Сексом в одежде.

– Не надо! – выкрикиваю, выставляя руки перед собой, чтобы хоть как-то остановить напирающего мужчину.

– Ты сама согласилась, – все краски из его голоса исчезают, сейчас в нем слышится только похоть и нетерпение.

– Я ни на что не соглашалась. Я же говорю фото…

– Если понравишься, то сделаю я тебе фото. Со всех ракурсов. А теперь закрой свой рот. Эта игра в невинность реально начинает меня бесить.

– Я не такая, – уже почти со слезами на глазах измученно выдавливаю.

– Не такие сидят дома с книжками, а не за бабки ноги раздвигают. Хочешь больше? Покажи на что способна. Если твой рот окажется талантливым, – Ринат медленно очерчивает большим пальцем мои губы, – то заплачу в три раза больше.

Триста долларов. Вот сколько я стою. Противно и гадко, будто меня только что дерьмом окатили, и я стою обтекаю.

– Хватит ломаться. Хочу тебя трахнуть! – жестко изрекает, заводит руку мне за шею и притягивает к себе, буквально впиваясь в губы жадным поцелуем.

Протестующее стону ему в рот, но извращенца (это оказывается не слухи!) это только заводит. Больно кусаю за губу. Чувствую во рту привкус крови, но это единственное, что останавливает Масура.

Он отстраняется, а я заряжаю ему хлесткую пощечину. Ринат смотрит на меня ошарашено. Пользуясь моментом, выворачиваюсь из кольца его рук и бросаюсь вон из комнаты.

Глава 4

Ринат

Блядство! Точнее, не оно, потому что…

Меня только что продинамила шлюха за две тысячи баксов! Разыграла дерьмовый спектакль на троечку, заехала по лицу и съебалась в ночь.

Мне! По лицу! Да будь мы на родине моего отца, она бы уже лишилась этой руки. Это расценили бы как покушение на жизнь наследного принца. Это не первый отказ на моей памяти, но первый от девки, за которую я заплатил.

Гнев струится по венам и наверное хорошо, что блондинка успела сбежать до того, как я пришел в себя. Потому что, клянусь Богом, я бы заставил ее отработать каждую копейку.

Вылетаю из комнаты, громко хлопая дверью и прерывая все веселье. В комнате повисает гробовая тишина, пока я глазами сканирую каждый угол зала.

Эта блять сбежала! Кинула меня!

– Что, Масур, тебе уже шлюхи отказывают? – ржет как конь Илья – мой друг, которого прямо сейчас я хочу подвесить за яйца к потолку.

– Да пошел ты! – бешено рявкаю, на что он еще громче хохочет. Ублюдок.

– С кем пришла эта дрянь? – пристально смотря на заметно нервничающих девушек, требую ответа.

Две девушки в углу комнаты несмело поднимают руки, испуганно переглядываясь между собой.

Что сказать, слухи обо мне ходят разные. Большинство из них, разумеется, бред сивой кобылы, но некоторые из них играют мне на руку. Люди меня бояться и уважают. Ненавидят, но уважают. И это уважение я заслужил еще до того, как стал наследным «принцем». Тогда я понятия не имел кто мой отец и, по правде говоря, не горел желанием узнать, пока он не появился на пороге моей квартиры.

– За мной! – тоном не терпящим возражений, отрезаю и уж они-то не посмеют меня ослушаться.

Захожу в кабинет, падаю в кресло и сложив руки в замок, выжидательно смотрю на двух эскортниц.

– Кто такая, как зовут, где учится, работает и чем дышит. Хочу знать все.

Вижу, как высокая шатенка судорожно сглатывает и трясущимися руками поправляет волосы. Выступает вперед и начинает, точно солдат отвечать на мои вопросы.

Виолетта Новикова. Студентка первого курса филологического факультета, приехала из какого-то мухосранска, название которого я не потрудился запомнить, не работает, живет в общаге и отчаянно нуждается в деньгах.

Все, так сказать, по стандарту. Смазливая провинциалка, дорвавшиеся до свободы и желающая прочувствовать все прелести этой жизни.

– Она сказала, что попала сюда случайно, – с настоящим рычанием вырывается из меня.

– Сюда, случайно? – у этой разговорчивой шатенки глаза на лоб лезут от изумления.

Она-то знает, что в такие места случайно не попадают. Только по приглашению. Даже эскортницам приходится становиться в очередь, чтобы провести со мной ночь. Я щедр на подарили и, особенно, на оргазмы.

– Да она сама напросилась! – с искренним возмущением вступает в разговор вторая девушка. – Возьмите да возьмите меня с собой! Я на все согласна, говорила! А у нас одной девчонки как раз не хватало, вот и мы и взяли. Что нам, жалко что ли?

Сама напросилась. Ясно. А теперь значит решила поводить меня за нос?

Маленькая хитрая с-сучка…

– Свободны, – ледяным тоном отрезаю, указывая рукой на выход.

– Слушай, Масур, а может мы… – смелая шатенка призывно облизывает губы, опуская красноречивый взгляд на мою ширинку, под которой член до сих пор стоит, как каменный.

Раздумываю над этим примерно долю секунды, а затем пренебрежительно фыркаю:

– Пошли вон!

Я не намерен довольствоваться малым. Вытрахаю всю поганую душу из дерзкой блондинки, когда до нее доберусь. Она забудет свое имя, и будет помнить только мое, выкрикивая его в агонии.

Девушки разворачиваются и стройным шагом направляются на выход, а я между тем достаю свой смарт, чтобы набрать пару номеров и выяснить все, что не рассказали мне эти дуры.

Шлюхи всегда беспрекословно выполняют все, что им говорят. В этом и вся фишка эскортниц – они не отказывают. Просят больше – да, но каждая назначает себе цену сама, а поскольку я человек щедрый и деньги не представляют для меня особой ценности, то плачу столько сколько скажут. В пределах разумного, конечно. Никто в здравом уме не будет платить за дырку миллионы. Ценник варьируется от тысячи до десяти долларов за ночь.

Самую большую сумму я заплатил мисс мира в прошлом году за то, чтобы она отсосала мне в кабриолете. Минет был так себе, если говорить откровенно. В моей жизни был и получше, причем бесплатный.

Моралисты скажут, что я сукин сын, но, ребята, поверьте, отношения по типу покупатель-товар это лучшее, что можно себе представить. Ни одна эскортница не станет ковырять твой мозг чайной ложечкой, если ты не ответил на звонок. Она будет мило улыбаться и заливисто смеяться, даже если ты будешь ей рассказывать какое на вкус собачье дерьмо.

Я бы мог их иметь, не заплатив ни цента, но тогда бы они чего-то от меня ожидали. Ласки, заботы и, возможно, любви. На последнее я в принципе не был способен, а на первое и второе предпочитал не тратить время.

Но на блондинку я потрачу время. Она еще будет умолять меня о большем, и отчаянно искать моего внимания.

Виолетта

Меня лихорадочно трясет, когда я возвращаюсь домой. Часть аванса, который дала мне Рита, пришлось потратить на такси, но мне абсолютно плевать на все. На то, что меня выселят, на университет и красный диплом. К чертям собачьим!

Если жить в столице и зарабатывать на общагу нужно «таким» местом, то лучше уж ларек «У дяди Бори». Там и пирожки вкусные, на худой конец.

Судорожно всхлипнув, стягиваю через голову это отвратительное платье и швыряю на кровать Алены. И пофиг, что оно стоит целое состояние! Прямо сейчас я имею право злиться на своих чокнутых соседок.

Пофоткаться? Серьезно? То, как меня лапал этот мерзавец не было «просто» фотографиями. Это были самые настоящие домогательства, а если бы я не среагировала, то, возможно, и изнасилование…

От этой мысли по позвоночнику проносится липкий холодок страха, а кожа покрывается мурашками.

Кажется, будто я пропиталась насквозь терпким запахом этого невозможного мужчины. Его горящие адовым огнем глаза до сих пор меня преследуют, и то как он смотрел, когда я посмела его ударить…

Не приведи господь нам где-то пересечься. Боюсь, после этой встречи мое бездыханное истерзанное тело найдут где-то в водосточной канаве. Если вообще найдут.

Схватив вещи и предметы личной гигиены, иду в душ, где, конечно же, течет только холодная вода, но сейчас это помогает мне взять себя в руки и окончательно не расклеиться.

Никогда в жизни не чувствовала себя настолько дешевой и смешанной с грязью. Настоящей шлюхой. Девушкой без чести и достоинства. И это просто театр абсурда, учитывая, что сегодня случился мой первый поцелуй! Точнее, его варварским способом у меня отобрали!

И пусть такие как Рита и Алена, прожженные и умудренные жизнью, будут смеяться с меня в голос, но для меня поцелуй и отношения много значат. Нет, я не из тех, кто ждут принца на белом лимузине. Мне бы просто хорошего парня. Работящего, верного, заботливого и любящего. Я бы в такого влюбилась без оглядки.

Именно такой парень должен был получить мой первый поцелуй, а не восточный принц с кошмарным характером. Тот для кого я даже не человек. Для которого плоть имеет большее значение, чем душа.

Ненавижу тебя, Масур. Ненавижу за то, что заставил меня чувствовать себя грязью под твоими ногами. Ненавижу и презираю. Пусть тебе и все равно.

Глава 5

Виолетта

Мои соседки возвращаются далеко за полночь. Сквозь сон до меня доносится их глупое хихиканье и разговоры о том, какая все-таки была крутая туса. Идиотки.

А утром все, включая меня, делают вид, что ничего не произошло.

Нет, я, разумеется, пытаюсь поднять тему, но получаю в ответ категоричное:

– Кто ж знал, что ты – забитая мышь, самому Ринату Эльману Масуру приглянешься. Ты там реально только фейсом должна была посветить. Забудь, что случилось, Вилка. Тебя там не было, нас тоже. Деньги… – Рита тянется к своей дизайнерской сумочке, достает стодолларовую купюру и протягивает, – вот. Это сверху. Считай, жестом доброй воли и компенсацией. Можешь не возвращать, но держи язык за зубами.

– Это грязные деньги! – горячо возражаю я.

– Это деньги в любом случае. И благодаря этим «грязным» деньгам – на этих словах Рита едко усмехается, – ты не будешь ночевать на вокзале.

В ответ я на нее только злобно зыркаю.

Деньги не беру, а то чем они занимаются… Их дело. Положа руку на сердце, девочки не выглядят несчастными и забитыми. Вполне счастливы в своей, если можно так выразиться, работе.

Вечером того же дня, когда я прихожу слезно умолять коменданта дать мне отсрочку еще в несколько дней, он извещает меня о том, что Рита уже заплатила. И я принимаю такое положение вещей. Это самое малое, что они могут сделать за ту подставу, что мне устроили.

Пошли студенческие будни, в которых я ухитряюсь находить время на то, чтобы ходить на различные собеседования в поисках работы. Я насильно заставляю себя стереть из памяти позорный эпизод моей жизни, случившийся в президентском люксе одного из самых шикарных отелей столицы.

Несколько дней. Именно столько длится моя спокойная жизнь, пока в нее вновь не врывается ураган по имени Ринат Эльман Масур.

***

– Будем иметь вас ввиду, Виолетта, – деловито кивнув головой, произносит мужчина, закрывая мое распечатанное резюме. – Но сами понимаете, – он мнется, подбирая слова, – без опыта работы очень тяжело.

– И что же мне делать? – растерянно спрашиваю не конкретно у него, а скорее размышляю вслух, но полноватый мужчина принимает на свой счет.

– Вы узнайте за кофейни, клубы, бары. Официанты очень прилично зарабатывают. А для переводчика у вас мало опыта, понимаете? Вам все равно будут платить три копейки, даже если кто-то и возьмет в свое бюро.

Официанткой? Отлично, ничего не скажешь. Не то чтобы я снисходительно отношусь к этой профессии. Ни в коем случае, но после тех ночных происшествий (про которые я не должна вспоминать!) эта работа не кажется мне безопасной. Сколько там будет мерзких мужчин, желающих пощупать молоденькую официантку? Уверена каждый третий, если не второй.

– Спасибо! – натянуто улыбнувшись, встаю с кресла и забираю свое резюме.

Я уже готова попрощаться и отправиться восвояси, когда мужчина вдруг берет ручку, листочек и пишет какой-то номер телефона.

– Вот возьмите, – протягивает мне бумажку, на которую я гляжу с подозрением. – Это номер моего хорошего друга. У него свой ресторан. Очень приличный и ребята там работают хорошие. Не притон какой-то, не подумайте, – сразу открещивается, и я смягчаюсь. Хоть и, вероятно, не должна так легко доверять словам незнакомого человека. – А насчет нашего бюро… Я поговорю с начальством. Может, по крайне мере они возьмут вас на стажировку. Но не могу обещать, что она будет оплачиваемая.

– Спасибо! – еще раз улыбаюсь мужчине, и на этот раз совершенно искренне.

Выхожу из офиса в расстроенных чувствах. Это уже пятый отказ. Везде я слышала примерно одно и тоже: «Мы вам перезвоним!». И, разумеется, мой телефон оставался глух, как рыба.

Никто не горит желанием брать на работу студентку первокурсницу, пусть и престижного университета. У меня действительно мало опыта работы. Вообще нет, но я на неплохом уровне знаю английский язык. Также изучаю немецкий. Но и этого недостаточно.

Иду на остановку, сжимая в руке бумажку с номером хозяина ресторана.

Неуверенно пожевав губу, закидываю ее в сумку. Нет, это самый крайний случай. Доезжаю до общежития, потом иду через небольшой сквер к общежитию и замираю, точно вкопанная, когда вижу припаркованный высокий черный джип у входа.

Точнее, он буквально преграждает вход, и этого человека ничего не волнует.

А, впрочем, что может волновать Рината Эльмана Масура? Ведь именно он владелец этого джипа. Сомневаться не приходится.

Мужчина стоит, облокотившись на машину и засунув руки в карманы джинсов. Меня замечает сразу, точно узнал по шагам.

Поворачивает голову и, по-птичьи склонив ее набок, сканирует своими колдовскими глазами. На его холеном лице расплывается хищная ухмылка, а у меня, клянусь, ноги отнимаются.

Проклятье! Откуда он тут взялся?

Масур всем своим высокомерным видом дает понять, что мне не удастся сбежать. Но я и не пытаюсь. Все равно поймает.

Украдкой оглядываюсь и немного выдыхаю, замечая нескольких зевак. Люди – это хорошо. Значит, не станет приставать. Наверное…

Заставляю себя переставлять непослушные ноги в сторону входа. Вскидываю подбородок и даже расправляю плечи, тем самым давая понять, что у его величества не получится меня запугать.

Краем глаза замечаю, что ухмылка на лице мерзавца становится шире, и мне хочется стереть ее кирпичом. Самодовольный козел!

Я разыгрываю карту непонимания. Обхожу машину и хочу пройти мимо, чтобы быстро прошмыгнуть в здание, куда комендант не пустит наглого мужчину, но, разумеется, Ринат делает шаг в сторону и буквально стеной встает на моем пути.

– Какая встреча, Виолетта Новикова, – тягучим словно патока голосом протягивает, не стесняясь меня разглядывать. Да что там! Он раздевает меня своими бесстыжими глазами.

Кто бы сомневался, что он уже знает мое имя и фамилию. Даю руку на отсечение, что мерзавец знает точное время моего рождения, адрес прописки и какого цвета на мне белье. Последнее шутка, разумеется. Но в остальном… Со связями и деньгами Рината достать информацию о человеке дело одного звонка. То, что он ее достал меня не пугает. Пугает, что он так сильно напрягся и что ему это зачем-то нужно.

– Доброй вечер, – натужно отзываюсь. – Извините, но я спешу.

Делаю шаг в сторону, но Ринат делает его со мной. Еще раз, но ситуация повторяется. В защитном жесте складываю руки на груди и, недовольно глядя исподлобья на Масура, прошу:

– Можно, пожалуйста, пройти?

– А что мне за это будет? – лукаво выгибает бровь.

Хочется сказать какую-то гадость по типу: «По роже не получишь!», но прикусываю язык. Главное, не вестись на провокацию.

– Закончишь то, что мы начали и катись на все четыре стороны, – тон мужчины приобретает стальные нотки.

Он все еще злится на меня. И его сверкающие яростью глаза, подсказывают мне что легко я не отделаюсь.

– Послушайте, мне очень жаль, что так вышло, прошу прощения, но вышло недоро…

Решаю пойти на мировую, но мужчина резко обрывает меня на полуслове.

– Извинения принимаю в виде минета.

От такой наглости у меня глаза на лоб лезут. Да что он себе позволяет? Щеки обдает жаром, когда взгляд Рината опускается на мои губы с намеком. Нет, даже не с намеком, а с требованием.

– Я не из этих девушек. Попала туда случайно. Поэтому, боюсь, вы требуете невозможного.

Ему абсолютно до одного всем известного места, что я талдычу.

– Я уже это слышал. А теперь предлагаю не тратить время на разговоры, и заняться приятными делами.

Ринат открывает переднюю дверь своего джипа, очевидно предлагая мне сесть.

Он что, совсем умом тронулся? Вот, что я вам скажу, я скорее посажу свою задницу на раскаленную печь, чем в эту тачку!

– Я никуда с вами не поеду!

– Слушай, «не такая», – показывает пальцами кавычки в воздухе, – деньги взяла, так будь добра – отработай.

Деньги… Вот черт! Так ему это нужно?

Лезу в сумочку, достаю кошелек и вынимаю оттуда всю наличку, которая у меня имеется.

– Вот, – протягиваю мужчине немногочисленные купюры. – Здесь немного не хватает, – немного замявшись, поясняю, когда он непонимающе пялится на деньги. – Я на такси потратила. Но можете скинуть свою карту, и я все верну в течении недели. Честно!

– Это что? – холодно спрашивает.

– Деньги. Мой, – запинаюсь, неуверенно продолжая, – аванс.

– Тебя на трассе сняли, или ты элитная проститутка?

П-проститутка?

– Я не проститутка. Проститутки деньги не возвращают, а я – да.

– Я заплатил за тебя в десять раз больше, но если бы знал, что ты столько стоишь, то подъехал бы после двенадцати к ближайшему мосту.

Даже не обращаю внимание на грубые слова, поскольку открываю закрываю рот, точно выброшенная на берег рыба.

– В д-десять раз больше? – заикаясь, глупо переспрашиваю.

– Я не трахаю дешевых шлюх.

А я, оказывается, дорогая. Только вот никаких денег у меня и в помине нет. Я их, черт возьми, даже в руках не держала!

– Я… Я все отдам! Мне просто нужно время!

– Конечно, отдашь, – кивает головой. – Можешь начинать прямо сейчас.

Масур пошире открывает дверь переднего сидения, но я трусливо пячусь назад. Он напирает, я отступаю.

– Давай, красивые глазки, хватит уже изображать из себя скромницу. Запрыгивай. Или тебе помочь?

Ринат рывком притягивает меня к себе за талию, отчего мое сердце подпрыгивает. Проводит рукой по спине, останавливаясь на пояснице. Он очень высокий, и я дышу ему в грудную клетку, поэтому мне приходится задрать голову, чтобы встретиться с его горящими вызовом глазами.

Ему нравится эта игра в кошки-мышки. Чтоб меня! Да он снова возбужден!

– Чувствуешь, как я тебя хочу? – обжигая горячим дыханием шею, шепчет. – Прекрати ломаться. Я ведь могу превратить твою жизнь в сказку, а могу в кошмар.

Поджимаю губы, но сдерживаю ругательства и проклятия, кладу руки на грудь Рината и с силой отталкиваю.

– Я пойду в полицию, ясно? – наставив него палец, шиплю, точно гремучая змея. – И не нужно мне угрожать! Я все верну тебе до копейки! И не буду ничего должна! Я не проститутка, чтобы ты там себе не думал. И купить меня не получится!

Круто развернувшись, несусь ко входу, точно за мной по пятам гонится дьявол. Впрочем, Масур не просто дьявол, он сам Сатана.

Последнее, что я от него слышу, прежде чем забегаю в общагу, это невозмутимое:

– Уже получилось купить, красивые глазки.

Глава 6

Виолетта

Когда я врываюсь в комнату, ожидаемо встречаю оглушающую тишину. Кидаю рюкзак на пол и в отчаянии зарываюсь пальцами в волосы.

Черт побери!

В десять раз больше! Это что же… За меня заплатили тысячу баксов? Ничего не понимаю. Спрашивается, где эти деньжищи? Потому что, если, конечно, у меня нет провалов в памяти, мы с девчонками договаривались на сто.

Тут одно из двух. Первое, меня Масур разводит, как ребенка. Второе, меня уже развели как лохушку две пронырливые мерзавки. И подставили!

Ринат не вызывает у меня доверия, но он выглядел действительно оскорбленным и удивленным, когда я сунула ему под нос те гроши, что у меня остались. Да и в целом… За какие-то же шиши мои соседки покупают себе брендовое шмотье. Явно не за стипендию! И уж точно ста баксов им бы не хватило! Разве что на рукав от платья или на каблук от туфли.

Может, действительно обратиться в полицию? И что я им скажу? Что я занимаюсь незаконной деятельностью и теперь «клиент» меня преследует и требует услугу? Даже я со своим наивным провинциальным мышлением понимаю, что это чушь собачья. Полиция даже не примет такое заявление, а учитывая влияние Масура, которым он несомненно обладает, меня лично к нему доставят и в руки передадут.

Нет, мне нужно забрать у девочек деньги и отдать Масуру. Возможно, тогда до его куриных мозгов дойдет, что я не шлюха, и он наконец-то оставит меня в покое.

Собственно, до прихода девочек сижу как на иголках, пытаюсь учиться, но тщетно. Все мои мысли заняты исключено тем, как выбраться из передряги в которую я угодила.

Когда дверь открывается и заходит Рита, я решительно настроена вытрясти из нее правду и, разумеется, все до последнего цента из того, что она за меня получила.

Мне даже не приходится начинать неприятный разговор, Рита заводит его сама.

– Масур приезжал? Уже вся общага об этом гудит.

– Приезжал, – натянутым голосом отзываюсь.

– Послушай мой совет, Вилка. По-дружески, так сказать. Такие как Ринат не привыкли к отказу. Таким не отказывают. У его семьи денег столько сколько потратить нельзя. Лучше дай ему, что он хочет. Поверь, его интерес на тебе долго не задержится, а своими отказами ты только будишь зверя.

По-дружески, черт возьми? Да она, блин, издевается надо мной!

Чувствую, как кровь закипает от ярости. И хоть я никогда не дралась, прямо сейчас борюсь с желанием повыдирать Рите ее нарощенные волосы.

Подскакиваю с кровати и, сжимая руки в кулаки, сквозь зубы рычу:

– Это от большой дружбы ты меня продала? Просто фото, серьезно? За тысячу баксов просто фото?

– Не понимаю, о чем ты.

Она еще имеет наглость строить из себя святую невинность!

– Не понимаешь? Ринат сказал, что он заплатил в десять раз больше, чем ты мне дала. И он хочет эти деньги обратно.

Ладно, насчет последнего я приврала. Готова поспорить, он на ужин тратит больше, чем за меня заплатил. Ну знаете, там всякие снежные крабы, морские гребешки, десерт с золотом, «Дон Переньон», чем там еще наследники нефтяных вышек питаются?

– Хочет обратно? – Рита оскаливается, показывая свое истинное нутро. – Масуру не нужны эти деньги, Новикова. Ему насрать на эти копейки. Если бы дело было только в них, он бы сюда не приехал. Он приехал сюда за тобой и, будь уверена, рано или поздно свое получит.

– Не получит! – шиплю, точно гадюка перед броском. – Верни мне деньги.

– Зачем же?

Рита складывает руки на груди, глядя на меня, как на неразумное дитя.

– Я верну их Масуру.

– Ты поразительно наивна, Вилка, – качая головой, издает колкий смешок. – Деньги – это повод зацепиться.

– Он думает, что я шлюха!

– И ты думаешь, если ты ему вернешь деньги, он перестанет о тебе так думать? Может, еще и замуж позовет? – голос Риты сочится ядом, и я понимаю, что у нас не складывается конструктивный разговор. – Ты была там, Новикова. Пришла своими ногами.

– Я не знала!

– Ну и кто тебе доктор? – стервозно выгибает бровь.

– Верни деньги, Рита.

– У меня их нет, – неохотно признается, но даже при этом она не выглядит раскаивающийся.

– К-как нет?

На меня накатывает слабость, ноги не держат, и я опираюсь руками на стол, стоящий рядом с кроватью. В ужасе смотрю на совершенно нетронутую моим шоком соседку. Она, кажется, наслаждается моей слабостью.

– Вот так. Я их потратила. Между прочим, заплатила за твое проживание. И даже если бы были, я все равно бы не отдала. Это ничего уже не изменит. Ты глупая, Вилка. Ты уже попалась на удочку. И у тебя только один вариант – лечь под Масура, чтобы он тебя оставил в покое. Совет: понабивай себе цену, но не перегибай. Он мужчина не глупый.

– Ну ты и сука! – с отвращением выплевываю.

– Меня называли и похуже, – усмехнувшись, Рита окидывает меня снисходительным взглядом и произносит: – Ладно, я пошла. Я зашла на секунду, а ты меня задержала. Еще один совет, Новикова, будь проще и жизнь будет проще.

Она уходит, а я даже плакать не могу настолько ошарашена происходящим. Это же незаконно, правда? Да меня же продали без моего ведома и согласия! Только вот кому и что теперь я докажу… По факту я заложница собственной глупости.

Ринат

Два отказа подряд от эскортницы. Сколько еще она собирается строить из себя святую невинность? Не спорю, в какой-то момент меня даже пронял ее оскорбленный вид, но я никогда не позволял себе забыться полностью.

Эскортницы – королевы драмы. Они умеют обводить вокруг пальца. Очухаться не успеешь, как уже женился на проститутке, а через пять лет отдаешь ей половину имущества. На моей памяти, только в прошлом году три уважаемых бизнесмена потеряли половину своего имущества.

И всего-лишь из-за того, что кто-то им сделал отменный горловой минет. Настолько отменный, что, должно быть, шлюха высосала им все мозги раз они забыли, что за этот минет заплатили.

В стране моего отца жениться на шлюхе – позор. Никто не позволит. Особенно, человеку моего ранга. Не то чтобы весь мой мозг перетек в ширинку. И на самом деле не то чтобы я спрашивал у своего, так называемого, отца на ком мне жениться. Этой привилегией он не обладает.

Мысли об отце портят мое настроение. Старый хрыч думает, что я его ручная собачонка. Конечно, есть кайф в том, когда у тебя бабла жопой жуй, но также это накладывает определенную ответственность.

Когда я закончил университет полгода назад, мне удалось выторговать еще год свободной жизни в своей стране. После я обязан начать перенимать бизнес отца и больше вникать в дела. Надеюсь, старому козлу все же родят еще одного наследника и я просто буду иметь долю в бизнесе. Если нет… Что ж, тогда мне все же придется принять веру, традиции и устав жизни востока. И даже в таком случае право выбора жены я оставлю за собой. А что же скажет старший Масур? Ему придется смириться.

Вообще-то я не против жениться на мусульманке, учитывая, сколько грязи насмотрелся у нас. Женщины друг другу глотки готовы порвать, чтобы привлечь внимание кошелька (ага, так они нас называют). Они будут исполнять самые мерзкие требования и заглядывать в рот, лишь бы ты подумал, что она – та самая! Ага, а потом кинуть на несколько миллиардов баксов.

Во мне сочетается – несочетаемое. Я подонок, любящий развратный секс (развратный, а не извращенный! Есть разница, поверьте на слово) и при этом уважаю женщин. Женщин, которые не вешают на себя ценник, разумеется. В отличает от моего отца, я бы стал вести бизнес и переговоры с женщиной. И не считаю что их удел – это стряпня и воспитание детей.

И все же гены дают о себе знать. Сколько себя помню, всегда был вспыльчивым и, пожалуй, излишне консервативным, что касалось моих девушек. Для меня важно, чтобы я был если не первым (хотя это тоже желательно), то единственным и чтобы женщина проявляла ко мне уважение. Именно поэтому меня задел отказ этой светловолосой девчонки. А ее угрозы – это вообще плевок в лицо, хоть и забавно.

– Масур, что-то ты сегодня без настроения, – возле меня приземляется пышногрудая блондинка.

Не помню имени, но работает ртом хорошо, да и сиськи у нее красивые. За них я накинул пятьсот баксов. Натуральную большую грудь в эскорте редко можно встретить.

– Ему баба не дала, – вот и без настроения, – ржет один из моих друзей – Дэн.

– Может, она просто слепая? – буквально мурлычет девушка, подаваясь вред и начиная об меня тереться, как мартовская кошка.

Я ей сегодня не платил. И вообще-то не звал, но телки постоянно крутятся в нашей компании. Часто эскортницы сами напрашиваются за «бесплатно» или мы с ними пересекаемся в клубах и заведениях.

– Нет, просто страх потеряла, – жестко ухсменувшись, произношу.

Девушка хихикает мне на ухо, но мне совершенно не нравится ее подхалимство. Она лезет из кожи вон, пытаясь мне понравиться, а я предпочитаю погоняться за добычей, прежде чем ее съесть.

К тому же с такими телками как эта никогда не угадаешь – нравишься ей именно ты или же твои деньги. Привлекательных мужчин, согласитесь, много, но не вокруг каждого вьются женщины, выглядящие как богини. Хоть и, разумеется, это все пыль в глаза. Внешне идеальна, внутри пуста.

– А может она просто не запала на тебя? – с хитрым прищуром язвительно замечает Дэн.

Эти слова заводят меня с полуоборота. Особенно, когда в памяти всплывают голубые как озера глаза, которые смотрели на меня с отвращением. Как будто это я торгую своим телом, в самом деле!

– Все равно под меня ляжет, – в сердцах выпаливаю, уже представляя как подминаю под себя тело дерзкой блондинки.

– Да ладно! – гогочет мой товарищ и совершенно не стесняясь хлопает по заднице телку, которая уже практически изнасиловала мою ногу. – Может, она реально оказалась не из таких?

Ага. У меня что, на лбу написано «лох печальный»?

– Но при этом бабки взяла? А сейчас рассказывает сказки, что у нее их вообще нет.

Справедливости ради, отмечу, что однажды один из моих знакомых купился на подобный цирк. Девушка клялась и божилась, что невинна. А потом оказалось, что не невинна, а зашита. И это ее коронный трюк.

– Для тебя это пыль, а не деньги.

Для меня деньги никогда не были пылью, учитывая, что родился я не во всей этой роскоши. Сейчас я многое могу себе позволить – это факт, но к деньгам я всегда относился с уважением, но без фанатизма.

– Дело не в бабках, а в нанесенном мне оскорблении, – ощетиниваюсь я. – Она думает, что может меня кинуть? Не получится.

– А если отдаст?

На лице Дэна расплывается ехидная улыбка, а глаза зажигаются вызовом.

– Если она завтра позвонит и скажет, что готова отдать полную сумму, то так и быть оставлю ее в покое…

После того как трахну, а она забьется в оргазме. Но эти похотливые мысли я, разумеется, оставляю при себе.

– А если начнет снова придумывать какие-то отмазки, что, мол, не знала и морочить мне голову, то я все равно ее куплю. Выведу на чистую воду, трахну и оставлю ни с чем.

– Знатно же тебя эта телка зацепила, Масур. Может, она хочет чтобы ты за ней побегал?

– Может, мне еще жениться на шлюхе? – дерзко вскидываю бровь. – Далеко она от меня все равно не убежит, – с какими-то коварными нотками в голосе заключаю.

Игра началась. Скоро счет сравняется, красивые глазки.

Глава 7

Виолетта

Я не смогла достать нужную сумму… Для меня тысяча долларов оказалась неподъемной суммой. Я обзвонила всех своих друзей из родного города, заложила оставшееся от бабушки золото и даже пробовала взять кредит в банке (разумеется, мне отказали), но не смогла наскрести и половину суммы.

С соседками разговаривать бесполезно. На меня скорее миллион свалится с неба, чем Рита отдаст деньги. Эти две гадины (я отказываюсь их называть по имени) на мои потуги собрать сумму косо переглядывались, точно у меня выросла вторая голова.

Должно быть, им действительно легче переспать с незнакомцем, чем работать на нормальной работе. Что же там остается от души, когда ты каждый раз отдаешь свое тело в эксплуатацию? Не всегда попадаются такие симпатичные мужчины как Ринат. Да-да, я осознаю всю привлекательность этого восточного славянина. В конце концов, я не слепая.

Почему он вообще нуждается в эскорте? Даю руку на отсечение, что у него поклонниц хоть отбавляй. Очень странный фетиш, знаете ли. Платить за то, что тебе и так доступно. Воистину, у богатых свои причуды. В итоге, совсем отчаявшись, я достала из сумки тот самый номер, что дал мне мужчина из бюро переводов, и позвонила. Договорилась на завтра о собеседовании.

Официанты хорошо зарабатывают. За пару месяцев я отдам долг Ринату. Теперь главное, договориться с Масуром об отсрочке… То, что он не даст о себе забыть, я ни капли не сомневалась. Собственно, ждать следующей встречи долго не пришлось…

***

– Вы нам подходите, Виолетта, – исключительно по-деловому меня осмотрев, произносит темноволосый солидный мужчина. – Жаль, опыта у вас нет, но этого ничего. Ребята у нас адекватные, быстро введут вас в курс дела. Стажировка четыре дня. Стажировка не оплачивается, но все чаевые – ваши. Смены два через два. Имейте ввиду, что смены бывают как дневные с девяти утра до шести вечера, так и ночные с шести вечера до трех ночи. Я так понимаю, вам подходит больше в ночь?

– Да, я учусь, – киваю головой. – По выходным могу выходить в дневную.

– Отлично. Тогда ждем вас завтра в шесть на стажировку.

Мужчина, вежливо улыбнувшись, протягивает мне резюме, которое даже не открыл, и встает. Протягивает руку для пожатия, которую я протягиваю в ответ.

Он представился Владиславом. И под его изучающим взглядом, всю нашу беседу я не могла избавиться от смущения. Нет-нет, он не был груб и не позволил себе ничего лишнего, но смотрел так, словно в самую душу.

Добавьте к этому, ослепительную внешность. Ему не больше тридцати. Коротко стриженные волосы, голубые глаза-лучи и голливудская обескураживающая улыбка в купе с отменными манерами способны обезвредить любую девушку. И, должно быть, если бы я не дергалась от каждого движения мужчин последние дни (отдельное спасибо Масуру), то определенно попала бы под чары этого Владислава. И это при том, что он совершенно не пытался меня очаровать.

– Спасибо большое! Я не подведу! – пожалуй, слишком порывисто произношу, отчего в глазах Владислава пляшут смешинки, а краешки губ приподнимаются в легкой улыбке.

– Я надеюсь, Виолетта. Хорошие работники на вес золота. Насчет аванса о котором вы попросили… Давайте так, я готов пойти вам навстречу, когда вы пройдете стажировку.

Подавляю в себе порыв радостно запищать. Если я получу аванс, то смогу отдать Ринату часть суммы уже через неделю. А это, согласитесь, лучше чем ничего.

У мерзавца все-таки не получится меня купить! Чтобы его высочество там себе не думало!

Еще раз рассыпавшись в благодарностях и попрощавшись, вылетаю из ресторана в приподнятом настроении. Мужчина из бюро переводов не обманул. Ресторан оказался не какой-то забегаловкой, а вполне приличным местом в самом центре города. Когда я зашла, сразу отметила приличную публику. Много мужчин в деловых костюмах и женщин. Как я понимаю, в ресторане часто проходят деловые встречи или же корпоративы. По выходным выступают стендаперы, поют артисты или проходят джаз концерты. Работы много, но и заработок соответствующий, что лично мне подходит. Я работы не боюсь. Лучше небольшие деньги, но честным трудом. Пусть и некоторые девушки (не будем показывать пальцем) со мной не согласятся.

К общаге подхожу с долей опаски, но заметно выдыхаю, не замечая черного джипа и его владельца.

Соседок, к моему облегчению, нет. Вероятно, опять ускакали на свои «тусовки». Взяв предметы личной гигиены, отправляюсь в душ. Как назло, вещи падают с крючков и мне ничего не остается, как обмотаться и, трусливо выглянув из душевой, стрелой прошмыгнуть в свою комнату.

– Фух! – выдыхаю, закрывая дверь.

Не то чтобы я боюсь, что кто-нибудь увидит меня в полотенце, но парни у нас те еще озабоченные приматы. Вульгарные комментарии и предложения потом до конца года будешь слушать.

– Надо же, уже готова расплатиться? – слышу позади себя тягучий, точно патока голос.

– Черт! – испугано вскрикиваю, резко поворачиваясь.

Ринат Эльман Масур собственной королевской персоной лежит, заложив руки за голову, на моей кровати, точно у себя в хоромах, а не в задрипанной общажной комнате. Приподняв соблазнительно бровь, медленно проходится по мне хищным взглядом сверху вниз.

Мои пальцы на ногах поджимаются, а руки мертвой хваткой цепляются за полотенце.

Плотоядно облизывается и хрипло говорит:

– А говорила, что «не такая».

– Что ты тут делаешь? – шиплю рассерженной кошкой.

И да, я обращаюсь к нему на «ты». Если Масур не проявляет ко мне должного уважения, то почему я должна? Ради всего святого, этот козел считает меня продажной женщиной! И отказывается услышать хоть что-то в противовес.

– Как видишь, лежу, – хмыкает. – Тебя жду.

– Кто тебя впустил? – недовольно кошусь на наглеца, а сама ищу пути отхода.

И прихожу к неутешительным выводам. Я в одном полотенце, с мокрой головой и… Собственно, а куда идти-то? Я у себя дома, это Масур незваный и нежеланный гость.

– Ваш комендант, – сдает престарелого гада. – Он за бутылку и душу продаст.

Надо же, а когда я задержалась всего на десять минут после комендантского часа, устроил мне целую выволочку.

– Зачем ты здесь?

Наши взгляды скрещиваются, точно мечи. Однако я не позволяю Мансуру подавить мою волю. Он только и ждет момента, чтобы снова втоптать меня в грязь. Да даже будь я самой дешевой шлюхой, он не имеет право так ко мне относиться.

– Ждал твоего звонка, но не дождался.

– У меня нет твоего номера.

– Понятное дело, но, полагаю, что если бы ты нашла бабки, то найти бы его не составило труда.

Вы когда-нибудь чувствами себя так, словно упали в болото и с каждым движением увязаете в нем все сильнее? Вот у меня сейчас именно такое чувство.

Рита хоть и сука, но права. Ринату плевать на деньги, ему нужна я.

– Я… Я нашла только часть. Можешь, пожалуйста, дать мне отсрочку? Давай, заключим договор. Если нужно, то я верну с процентами.

– Ты не по адресу, красивые глазки. Я не коллектор.

Ага, а преследует похуже их. С коллекторами можно хоть договориться, а с этим… В своем упрямстве Масур мог бы посоревноваться с бараном. И, бьюсь об заклад, последний оказался бы умнее.

– Так я и знал, – даже с какой-то горькой усмешкой качает головой. – У тебя есть шанс расплатиться прямо сейчас. Снимай свое полотенце, девочка. И сделай все так, чтобы мне понравилось.

Глаза Рината опасно прищуриваются, а ноздри раздуваются, точно у быка. Кажется, он на грани. И то, что я практически обнажена явно не играет за меня.

– Я не хочу! Я все верну! Я повторяю, вышла ошибка! Да я даже не видела этих денег!

Он медленно поднимается с кровати. Наклоняет голову, рассматривая меня, словно неведомую зверушку. Я под этим взглядом чувствую себя неуютно. Кожа покрывается мурашками, но это не от запретного влечения. Я еще в своем уме, знаете ли. А от страха. Возьмет ли этот мужчина то, что ему не предлагают?

– И где, по-твоему, эти деньги?

Сдать Риту и Алену? Они это заслужили, но почему-то язык не поворачивается. С ними не будут церемониться. Вообще-то то, что меня еще не нагнули везение.

– Я не знаю.

– И что же мы имеем в сухом остатке?

Ринат с кошачьей грацией двигается на меня. Я отступаю. Он наступает. Такая себе игра, пока я не упираюсь спиной в дверь. На лице у мужчины красуется коварная ухмылка. Он подходит, но не вплотную. Задумчиво крутит мой мокрый локон волос и говорит:

– Мы имеет то, что ты пришла по заказу, за тебя заплатили, деньги взяла, а потом свалила. Теперь кричишь, что все вернешь, но тоже неизвестно когда. Я не люблю, когда мне морочат голову.

– Я не морочу, – судорожно сглотнув, не своим голосом выдавливаю.

– Хочу аванс, – вдруг требовательно отрезает, опуская горящий и недвусмысленный взгляд на мои губы.

– А-аванс?

– Да. Поцелуй меня и я уйду. Дам тебе еще немного времени. Считай, это поблажкой за твои красивые глазки.

Клянусь, у меня чуть глаза из глазниц не выпадают от такого предложения! Ну и аванс у него!

– Я не…

– Не хочу больше ничего слышать! – резко выпаливает. – Соглашайся, пока предлагаю.

– Если я поцелую тебя, ты дашь отсрочку? – дрожащим голосом произношу.

– Мы это обсудим.

Он не уйдет отсюда. И терпение Рината на исходе. Поцеловать – значит признать свою слабость. Не поцеловать – нарваться на очередные неприятности.

Я в раздрае. Ощущение, будто стою на перекрестке двух дорог, от которых зависит моя судьба. Однако Масур не оставляет мне право выбора. Его лицо приближается к моему, а затем он буквально набрасывается на меня голодным поцелуем.

– Открой рот, – жестко сминая губы, требует.

И я подчиняюсь. Он врывается в мой рот языком. Вытворяет такие вещи, от которых хочется сквозь землю провалиться. Игриво прикусывает мой язык, хватает за волосы, наклоняет голову под нужным ему углом, углубляя поцелуй. Вторую руку опускает на бедро и жадно сжимает до красных отметин.

Он словно не может насытиться. Его напор должен пугать, но почему-то у меня нет сил даже сопротивляться.

– Руки заведи мне за шею, – отдает еще один приказ, и я слушаюсь.

Издает рык, когда я зарываюсь пальцами ему в волосы и оттягиваю концы. Разворачивает и ведет к кровати, продолжая грубо уже не целовать, а буквально иметь меня этим виртуозным языком.

– Ты сказал, что уйдешь, – насилу оторвавшись, напоминаю.

– А ты все еще хочешь, чтобы я ушел? – тяжело дыща и смотря на затуманенными глазами, спрашивает.

– Я сделала для этого все, что ты попросил.

Ринат отходит от меня. На лице снова появляется эта коронная ухмылочка засранца. Прежде чем уйти он отрезает:

– Для «не такой» ты сосешься слишком хорошо.

Козел он. Вот кто.

Глава 8

Виолетта

– Вилка, ты за пятый столик уже отнесла заказ? – спрашивает меня Надя – одна из официанток.

– Да, они сразу же расплатились.

– Отлично! Это наши постоянные. Запомни их. Они часто приходят на обеды.

– Хорошо, – понятливо киваю головой.

– Ну что, справляется наша новенькая?

Со спины неожиданно подходит Владислав, отчего я испуганно подпрыгиваю на месте и хватаюсь за сердце.

– Новенькая у нас как старенькая! Вилка все схватывает на лету! – весело подмигивает мне Надя.

Я расплываюсь в широкой улыбке. Мне приятна похвала Нади. Я стажируюсь уже третий день и, надо сказать, работа, пусть и тяжелая, но мне абсолютно подходит. К тому же я действительно справляюсь, несмотря на то, что мало сплю и днем учусь. Пока мне удается все совмещать. Разумеется, немало в моей активности играет долг висящий над головой, который уже завтра я надеюсь частично погасить.

Я тебе докажу, Ринат Эльман Масур, что ты ошибаешься. Не все меряется деньгами, и не все можно купить.

– Это хорошо. Я не сомневался в вас, Виолетта, – мягким голосом говорит, и почему-то я на секунду зависаю, таращась на мужчину.

Он не флиртует, но него исходят такие мощные флюиды, что не восхищаются им невозможно. Всего двадцать шесть лет и уже довольно успешный бизнесмен. Всегда учтив и внимателен к своим работникам.

Стыдливо отвожу глаза, чувствуя как щеки опаляет румянец.

– Будем рады такому сотруднику в нашем коллективе. Завтра последний день стажировки, но можно считать, что он условный. Обсудим все детали, аванс и подробнее график.

– Хорошо.

– Ну работайте, девочки. Не буду вас отвлекать!

Еще раз одарив нас ослепительной улыбкой, Владислав уходит, должно быть, в свой кабинет. Со стороны раздается восхищенный вздох и комментарий:

– Вот это мужик! У меня мозги в кашу превращаются, когда он начинает со мной разговаривать.

– Да, таких хороших мало осталось, – замечаю, вспоминая Рината, который полная противоположность Владиславу.

– Ну знаешь, он хороший-хороший, но с чертовщинкой! Таким мужик и должен быть! И, кстати, свободный!

– Да? Неужели еще не прибрали к рукам? – удивленно отзываюсь.

– Да какой там… Девки гроздьями вешаются, а ему хоть бы хны! Не любит такое. Ну знаешь, если только на разок.

– Понятно.

Становится неловко, что мы тут сплетничаем о Владиславе, который хоть и красавец с обложки журнала, но все же наш босс.

– Ну ладно, пойду работать! – сворачиваю разговор и погружаюсь в рабочую рутину.

Заказы, подносы, расчет посетителей и так по кругу. К часу ночи ноги отваливаются, но я упорно продолжаю игнорировать усталость. Еще два часа и закрытие… Совсем чуть-чуть.

– Вилка, отнести в випку заказ, пожалуйста. Я зашиваюсь, – просит меня Миша, когда я захожу на кухню с грязной посудой.

– Хорошо, а випка это где?

– На втором этаже, сразу первая дверь. Там наши сидят, поэтому не дрейфь!

– Поняла.

Взяв заказ, поднимаюсь на второй этаж. Пытаюсь открыть дверь, но с подносом это оказывается задача со звездочкой. Зыркаю по сторонам, размышляя куда поставить поднос, но натыкаюсь глазами на высокого мужчины, поднимающегося по лестнице.

– Помочь? – спрашивает с кокетливой улыбкой.

– Да, пожалуйста, – киваю, вежливо улыбаясь в ответ.

Мужчина открывает дверь, пропуская меня вперед. Я смотрю под ноги, неся поднос к столу. Аккуратно расставляю еду и, подняв голову, интересуюсь:

– Что-нибудь еще желаете?

Воздух вокруг сгущается, я это чувствую прежде чем вижу прямо перед своими глазами Рината.

Он сидит на диване, точно король на троне. Ноги широко расставлены, в руки закинуты на спинку дивана. Вся его поза так и кричит о напыщенности. По-птичьи склонив голову, прожигает во мне дыру. Смотрит с опасным прищуром, предвещающим мне проблемы. Меня бросает в жар, но я стараюсь держать свою реакцию под контролем.

– Тебя красавица! – кричит какой-то парень сбоку.

– Прости, Андрюха, но девушка в меню не входит, – осаживает приятеля Владислав.

– Вечно ты портишь все веселье, Влас, – недовольно фыркает парень.

– Виолетта, вы не слушайте этого дурака. Он в детстве мало ремня получал, поэтому так плохо воспитан, – произносит Владислав.

С неестественной улыбкой киваю. Кажется, у меня сводит скулы, насколько сильно я улыбаюсь.

– Виолетта – потрясающее имя! Виолетта, а ваше сердце занято?

Дерзкий парень сидит на другом конце дивана от Масура. Он выглядит младше, но скорее всего из-за своей обманчивой ангельской внешности.

– Оно занято у нее работой и учебой. Виолетта – девушка серьезная, так что закатай губу обратно, – снова вступается за меня Владислав.

Презрительный фырк Рината слышат все. И, разумеется, снисходительный взгляд в мою сторону тоже никто не пропускает. Но, к счастью, реакцию Масура никто не комментирует.

Господи, надеюсь, он не наговорит про меня всяких гадостей и меня не уволят!

– Я могу идти? – наконец-то обретаю я голос.

– Разумеется, – отвечает Владислав.

Из вип-комнаты я буквально выбегаю. Слетаю по лестнице, чуть не расшибив лоб, и в первом попавшемся темном коридоре прислоняюсь к холодной стене затылком, пытаясь восстановить рваное дыхание. Сердце бешено колотится в груди, а перед глазами пляшут пятна.

Масур смотрел на меня так, будто я его собственность, что посмела без спроса что-то делать. Какого черта? Я в конце концов свободный человек!

И только я хочу выйти из коридора, как меня толкают обратно в темноту, буквально вдавливая в стену своим сильным телом.

Я узнаю Рината по резкому запаху, что тотчас же заполняет мои легкие. Ну и, разумеется, по властному голосу, который рявкает:

– Далеко собралась?

– Мне работать вообще-то нужно! – пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину, но легче скалу сдвинуть с места, чем этого отмороженного.

– Я тебе сейчас устрою работу.

Глава 9

Виолетта

Упираюсь взглядом мужчине в подбородок, решительно отказываясь встречаться с его дьявольскими глазами. Ринат держит меня в стальных тисках, расставив руки по сторонам от моей головы.

Наклонившись, интимно проводит носом вдоль линии челюсти до самого уха и со змеиным шипением выдает:

– Серьезная девочка? Нравится вертеть задницей перед богатыми членами? Уже присмотрела себе новый?

– Отпусти, Ринат! – выпаливаю, со злостью его толкая, но бесполезно. – Я ничего не присматривала. Я работаю. И мне нужно работать, поэтому отпусти меня.

– Вижу я твою работу, – едко усмехается. – Принеси-подай.

– А что плохого в «принеси-подай»?

Вскидываюсь и все же встречаюсь с этим глазами, которые смотрят на меня как на мелкую букашку под своими ногами. Что же тогда держит так, будто если отпустит, то погибнет?

– Открою тебе секрет, Масур, но не все родились с золотой ложкой во рту. Некоторым приходится много трудиться, чтобы чего-то достичь.

– И ты, конечно, знаешь лучшие способы. Да, труженица? Над кем сегодня будешь трудиться уже присмотрела?

Слова как хлесткая пощечина. На губах Масура красуется самодовольная ухмылка.

– Если над Власом, то не советую. Он птица высокого полета. За чистую и искреннюю любовь.

– Да? А что насчет Андрея? Так звали того симпатичного блондина? Он, кажется, не против, – елейным голосом пропеваю.

Чистой воды провокация, но, очевидно, чтобы я ни сказала или не сделала Масур расценит по-моему. Я шлюха и точка. Даже увидь он меня в церковном хоре, я бы все равно была в его глазах продажной девушкой. А мне надоело ему что-то доказывать. Пусть думает, что хочет.

Глаза Рината темнеют, а зубы он сжимает с такой силой, что я слышу как они крошатся.

– Ты сначала долги отдай. Заодно проверю какой у тебя рот рабочий. Оставлю рекомендации Андрюхе. Он любит когда глубоко заглатывают.

– Я отдам. Завтра уже первую часть, не переживай. Деньгами.

– А что такое? Уже нашлись так быстро? Помнится, вчера ты была бедна, как церковная мышь.

– Я работаю, Масур, если ты не заметил.

– Поверь, я заметил, – со злой ухмылкой произносит, прижимая меня к стене сильнее.

Наши тела так плотно прижаты, что даже пылинка не проскочит. Я снова чувствую его возбуждение, а его губы в опасной близости от моих. И мне страшно, что сейчас он снова потребует какой-нибудь «аванс».

Отворачиваю голову в сторону, чтобы создать хотя бы видимость расстояния, и сиплю:

– Ты обещал дать мне время. Значит, свои обещания ты не сдерживаешь?

Слышу как его сердце гулко и быстро бьется о грудную клетку. Напряжение между нами можно резать ножом, и я уже ожидаю того, что Ринат не будет со мной церемониться. Просто разверзнет и поимеет.

Тут же корю себя за дерзость. Нужно было просто молчать. Воистину, язык мой – враг мой.

– Не переживай, красивые глазки, дам тебе еще немного времени посуетиться, – неожиданно отталкивается от стены. – А потом ты отдашь мне все с процентами. В тех позах в которых я захочу. А я захочу во всех, не сомневайся, – проводит большим пальцем по моей нижней губе. – Иди работай, труженица.

На подкашивающихся ногах бросаюсь в сторону кухни, точно за мной гонится сам дьявол. Впрочем, так и есть. Дьявол наблюдает за мной всю ночь. К моему облегчению, Ринат не стоит у меня над душой, но его присутствие ощущается во всем.

Больше я в випку не поднимаюсь, обслуживаю столики, мило улыбаюсь и киваю головой, несмотря на испорченное Масуром настроение. Единственное, пожалуй, что радует это завтрашний аванс. Отдам этому извращенцу часть долга, чтобы он понял – я намерена вернуть все до копеечки. А сам он кем хочет, пусть тем меня и считает. Лишь бы отстал.

Очередной столик и очередные посетители. Мужчины явно выпили лишнего, и весь вечер отпускали похабные шуточки в мою сторону, которые я старательно игнорировала.

– Малышка, иди к дяде на коленки, – тянет ко мне свои руки крупный мужчина за пятьдесят и явно лишними килограммами.

Затравленно оглядываюсь по сторонам в поисках охраны, но они слишком далеко. К тому же из-за толпы меня, должно быть, не видно.

– И-извините, мне нужно идти, – отступаю на шаг, сконфуженно улыбаясь.

– Да ладно тебе! Сделай дядям приятно! – гогочет второй.

Одно резкое движение и я сижу у толстого на коленях. Слышу их мерзкий гогот и пошлые комментарии. Пытаюсь слезть, но мужик вцепился клещом.

– Отпустите! Я сейчас охрану позову! – истерически взвизгиваю, на что получаю новую порцию грубого смеха.

– Да ладно тебе, красавица! Не ломайся!

– Слышь, красивый, это я тебе сейчас грабли твои сломаю. Девушку отпустил, – раздается властный голос над нами.

Узнаю Рината моментально. Хочется провалиться сквозь землю, потому что он снова застал меня в компрометирующем положении. Мне что, черная кошка дорогу перешла? Порчу кто-то навел?

Толстый мужик не спешит слушаться. Притягивает сильнее к себе, не обращая внимания на мои брыкания и злое пыхтение.

– Тут взрослые дяди веселятся, парень. Топай себе по-хорошему.

Вижу как желваки играют на лице Масура, а челюсти крепко сжаты. Яростно сверкнув глазами, он с маниакальной улыбкой медленно растягивая слова произносит:

– А если по-хорошему не хочу?

– Да отпусти ты девку, Вован! – приходит в себя другой мужик, явно не настроенный на конфликт.

– Видишь, несговорчивая попалась, – поддакивает второй.

Внушительная фигура Масура производит впечатление, потому что как бы этот толстяк не кичился, но и дураку понятно, что Ринат его одной левой уложит.

Неохотно руки вокруг моей талии размыкаются, и я буквально слетаю с колен этого мерзкого типа, суетливо поправляя фартук. Больше я сделать ничего не успеваю, потому что Ринат хватает меня за руку и тащит за собой. Он прет как танк через толпу. Люди расступаются перед ним, точно перед каким-то королем. Того гляди, и в ноги кланяться начнут.

Масур бесцеремонно запихивает меня служебное помещение, в котором воняет чистящими средствами. Должно быть, в подсобку. Не потрудившись включить счет, с силой захлопывает дверь. От громкого звука я испуганно подпрыгиваю и сжимаюсь в комок. Обнимаю себя руками за плечи, словно это поможет защититься от гнева мужчины.

– Ты блять вообще своими куриными мозгами не думаешь? – рычит, точно зверь перед нападением.

– Ринат, послушай…

– Я не хочу больше ничего слушать, Виолетта, – холодно отрезает, не дав мне объясниться. – Если ты хочешь таким способом заработать, то я тебе это устрою.

Это не угроза. Это обещание. Приговор, который он только что вынес.

Обессилено опускаю руки вдоль тела, тонкая полоска света в вентиляции, падает на его суровое лицо. Такое пр мужски красивое и совершенно лишенное всякой мягкости. Только что этот мужчина принял для себя какое-то неоспоримое решение.

Интуиция буквально вопит, что мне нужно бежать от него без оглядки. Вот только куда? Все равно найдет. Из-под земли достанет. Такой и сам в ад спуститься лишь бы своего добиться.

– Я все равно не буду твоей, Масур! – в сердцах выкрикиваю, потому что это то малое, что мне остается. Загоните зверя в угол и он будет защищаться как может. – По своей воли твоей не буду! Запомни это раз и навсегда!

Его глаза опасно сужаются до щелок. С кривой улыбкой он делает шаг на меня, наклоняется и выдыхает прямо в лицо:

– Я сломаю твою волю, красивые глазки.

В следующий момент Масур уходит, а я хватаюсь за какие-то полки, чтобы не свалиться на пол.

Меня не покидает предчувствие чего -то плохого все оставшееся рабочее время. Почти удается убедить себя, что Масур всего лишь рисуется. И что его громкие заявления лишь бравада. Ага, как бы ни так…

Глава 10

Ринат

Размашистыми шагами направляюсь обратно в випку.

Не будет моей никогда по своей воли? Видит Бог, Аллах, Шива и остальные я хотел дать девочке шанс выбраться из дерьма, в котором она себя закапала. Пошел на это нелепое условие, и что в итоге?

В итоге вся «не такая» из себя полночи крутит задницей перед богатенькими кошельками. И, надо сказать, приключения таки на нее нашла.

Меня этим невинными глазками не проведешь. Я сломаю всю ее волю. Будет моей и будет есть у меня из рук, чертова гордячка. Да кем она себя возомнила? У меня таких подстилок целый гарем. Щедрый подарок отца на двадцатилетие.

Эта сучка будет визжать от удовольствия, пока я буду драть ее сзади. Еще зачем-то Андрея приплела. Ему бы дала? Страх потеряла совсем, что ли? Так я помогу найти. Сам передам ее в руки с письменными, блять, рекомендациями, а будет меня бесить, то и видео сопровождение добавлю.

Хотела наебать своими неумелыми поцелуями? Кто ж ты такая, Виолетта Новикова? Потому что, даже пробив девочку по своими каналам, я не нарыл никакой инфы. Хорошо скрывается, маленькая дрянь.

Чуть ли не с ноги открыв дверь, влетаю в випку. Громкий хохот прерывается, когда парни наблюдают, как я с бешеными глазами хватаю стакан с водой и жадно пью.

Меня все еще колотит от жгучего желания отыметь строптивицу прямо у стены. Или просто свернуть ей белоснежную лебединую шейку, чтобы не городила своим ртом чепуху. Ничего, однажды я ей этот рот закрою самым приятным для себя способом. И, клянусь своими яйцами, ей это понравится.

– Ты чего, Масур? – подозрительно на меня покосившись, интересуется Влас.

– Официантка. Отдай мне ее в приватку, – требовательным тоном отрезаю.

Влад озадаченно моргает. Таращится на меня так, точно у меня вторая голова выросла.

Ни для кого не секрет, что во многих клубах есть приват комнаты. И хоть клуб Власа для «приличного» контингента, а трахаться хотят и любят все.

– Какую? – уточняет таким вкрадчивым голосом, словно разговаривает с душевнобольным.

Бесит. Как же всё бесит.

– Которая заходила. Дай ее мне.

– У-у-у, у кого-то стояк на твою хорошенькую официантку, Влас, – подтрунивает Андрей.

Награждаю товарища взглядом, говорящим: «Захлопни пасть!». И он, понимающе ухмыльнувшись, салютует мне стопкой с виски.

– Слушай, Ринат, ты мой друг и все такое, но у нас тут как бы двадцать первый век. Оставь свои варварские замашки для востока. Виолетта живой человек, а не вещь.

Тон Власа непоколебим. И когда он стал таким правильным? Аж тошно.

– Сколько ты хочешь?

Лицо Влада каменеет и он качает головой.

– Слушай, зачем она тебе? Тем более ты завтра улетаешь. Поюзаешь девчонку, а мне потом ей объясняй, что к чему. Она не такая.

Снова это «не такая». Стискиваю зубы до боли в челюсти. С чего он ей так проникся, спрашивается? Для себя присмотрел? Так пусть в очередь становится.

Так и хочется, ударив себя в грудь, рявкнуть: «Это моя добыча!», но сдерживаюсь. С напускным равнодушием кидаю:

– До завтра еще есть время. Не сомневайся, я успею.

– Я в тебе не сомневаюсь, – криво усмехается, – но я тебе повторяю: девочку не отдам. Оставь эту затею.

Ладно. Сам возьму.

Я действительно завтра улетаю на пару недель. Точнее, уже сегодня, ведь уже давно за полночь. Отец вызвал к себе на ковер, чтобы уладить какие-то дела. Хотя, как я полагаю, старый хрен просто хочет меня контролировать и держать поближе к себе.

Кидаю взгляд на ролексы у себя на запястье. Полтретьего ночи. Через полчаса клуб закрывается.

– Ладно, я тебя понял, – делаю вид, что соглашаюсь с другом и он заметно выдыхает.

Все еще косится с подозрением, потому что не в моих правилах отступать, поэтому усыпляю его бдительность словами:

– Ты прав. У меня через несколько часов самолет. Не до девок сейчас.

– Вот и славно!

Когда стрелка часов показывает ровно три ночи, я оперативно ретируюсь, под предлогом того, что хочу выспаться перед тяжелым полетом. На самом же деле я звоню своим ребятам и тоном не терпящим возражений требую готовить джет уже прямо сейчас. Да, вылет срочный и не ждет до обеда.

Сижу, точно в засаде, у черного входа в своем джипе. Никуда ты Виолетта Новикова от меня не денешься. И абсолютно поебать насколько моя идея безумна, потому что этой девочке пора преподать урок. Она должна покориться мне. Я стану ее ночным кошмаром и самой заветной мечтой.

Ей не стоило будить во мне зверя. Хищник уже проснулся и оскалил пасть, готовый напасть на добычу. Чем больше она от меня убегает, тем больше я хочу ее поймать. Жаль, что этой девочке не хватило ума дать мне то, что я желал. Ее непокорность – это ее ценность и роковая ошибка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.