Эрли Моури
Милость и Гнев Богини

МЭГИ

Книга третья. Гнев и милость богини

Глава первая. Эффект Лухоса

После вчерашней попойки, не доверяя особо больной голове боцмана и капитана Аерта, Давпер решил сам следить за погрузкой второй партии груза на Гедон. Слишком хорошо пират помнил случай, когда им перед важным плаваньем к Сагель-Аль подсунули порченую рыбу. Из-за этого болела вся команда, и плаванье оказалось неприятной прогулкой, обошедшейся лично ему в шесть штаров.

Вместе с абордажником Ботом, Хивс расхаживал вдоль пристани и ругал грузчиков, неаккуратно тащивших бочки с элем и солониной: две дубовые емкости уже дали течь, а одна раскололась – по настилу разлился пряный рассол.

– Эй вы, свиньи дети! – заорал он, сдернув натерший шею платок. – На руках это надо носить! Я по сто пятьдесят сальдов за бочку плачу, а вы, пьяные морды, разорить меня хотите?!

– Извиняемся, господин Хивс, доски скользкие, – оправдался старший докер с красным мясистым лицом. – Но это вам повезло еще – по сто пятьдесят. Цены вон как выросли. Из Олмии такое добро теперь мало возят. Наоборот туда. Война у них, вроде как, скоро начнется. Гилен Марус трон просто так принцу не отдаст.

– И по сколько теперь солонина? – поинтересовался Бот, отдирая доску от разбитой бочки.

– По двести идет. Все по двести продают. А может через пару дней и больше будет, раз олмийцы бунтуют, да из Иальса известия вон какие, – докер сел, пыхтя, на корзину с фруктами, глядя, как швартуется к ближнему причалу пузатый иальсский неф.

– А что за вести-то? – смягчившись, спросил Давпер, достал нож и выудил кусок розового мяса из бочки разоренной абордажником.

– Да потешные вести. Ептьнутые, – краснолицый закинул ногу на ногу и пошевелил пальцами, торчавшими из рваного башмака. – Говорят, что Орден Крона поддержит Маруса. И еще многие его поддержат. Ведь принц Ирвид сам отца убил. Вернее по его приказу хык! – он провел ладонью по толстой шее. – А тот убийца Луацина живехонький оказывается. Объявился недавно в Иальсе. Его какая-то девка магическая прятала. И сам он маг, а не дурак вроде нас. Причем, маг, очень крепко спутавшийся с шетом и его детьми.

– Ну это вранье, – отверг Давпер, отрезав ломоть мяса и положив в рот. – Как имя твоего путаного с шетом мага?

– Вирольд… – докер задумался, щурясь от яркого солнца, игравшего в воде. – Или Варольд… Да, точно так. И укрыла его олмийка – девка Ирвида, которую весь Иальс разыскивает. Думаю, огнем им пятки обожгут и вздернут их на главной площади.

– Это где ты такое слышал? – нахмурившись, спросил Хивс.

– Многие торговцы и моряки говорят. Угощаете? – краснолицый потянулся за куском солонины, вконец раздразнившим его.

– Смотри лишнего не сожри, – Давпер положил ломоть на доску, убрал нож. Направляясь к центральным причалам, наказал Боту: – Приглядывай за погрузкой. Я скоро приду.

В начале аллеи, отходящей от главной пристани, располагалось несколько богатых таверн, в которых останавливался люд достойный большего доверия, чем красномордый докер. Давпер свернул к «Золотому якорю», возвышавшемуся двумя широкими террасами над верхушками пальм. Постоял несколько минут возле входа в поисках знакомых лиц. Скоро он заметил иальсского торговца керамикой, крутившегося у распряженной колесницы.

– Эй, господин, – подойдя ближе, Хивс поманил его пальцем.

Увидев перед собой гилена пиратского братства, торговец порядком испугался, и, решив, что такая встреча не сулит ничего хорошего, поспешил соединиться с толпой мергийцев.

– Постой, уважаемый, – Давпер схватил его за рукав. – Хочу поговорить.

– Внимательно слушаю, господин Хивс, – торговец вытянулся, подрагивая от сердечного напряжения.

– Когда с Иальса прибыл? – спросил гилен Пери, отводя его в тень белой магнолии.

– Только вчера, господин Хивс. Только вчера. Товар весь на складе. Проволочки тут с их конторой, понимаете ли… Обижают нас. Везде обижают.

– В Иальсе что нового, расскажи мне. Что там за шумиха вокруг убийцы Луацина.

– О!.. Много шума, да, да! – торговец закивал головой, и вытянул из-за пояса яркий шафрановый платок, промокнуть выступивший на бритом затылке пот. – Жив, оказывается Варольд. Если помните, магистр такой был. Салон большой держал, и многие к нему обращались. Помните?

– Да, за школой Сафо. Я сам обращался. Вроде не плохой человек… был, – Хивс облокотился о цоколь колонны, ожидая продолжения.

– Так говорят, он ходил во врагах с Луацином и дважды на него покушался. Вот удачно последний разок получилось. Это с месяц назад было. Жестоко он с королем разделался – голову отрезал и ноги в кипятке сварил. Затем покончил сам с собой. Якобы сгорел в собственном доме. Только враньем оказался тот пожар – подстроенный для отвода глаз.

– Как интересно. Продолжайте, – подбодрил его Давпер.

– Жив, выходит, магистр Варольд Кроун. Совершенно жив. Его случайно разыскал сам светлейший паладин Лаоренс, – успокоившись, иальсец заговорил с большей охотой, обмахиваясь платком от утомившей жары. – Нашел его, значит, за Мельничьим холмом. Там то ли в гномьих домах, то ли на кладбище этот магистр скрывался. И знаете, кто ему помогал прятаться от правосудия? Одна известнейшая мэги из Олмии – в прошлом фаворитка бедного короля Луацина. Говорят, из-за нее этот Варольд олмийского правителя и того… зарезал как бы. Другие говорят, что виной всему принц Ирвид, который Варольда на это преступление толкнул. Представляете, убить своего отца!

– Представляю, уважаемый. Убить – это вообще тяжкий грех. Не одобряю, – Давпер с пониманием закивал головой. – Так нашли этого злодея Варольда?

– Этого сказать не могу. Когда я отбыл из Иальса, так искали усиленно. И гвардейцы муниципальные, и стража, и даже рыцари Ордена Крона. Не позволите ли мне отлучиться, – вдруг попросил торговец. – Меня в таверне ждут.

Давпер опросил еще двоих: знакомого капитана посыльного судна и рохесского олена, вернувшегося только из Иальса. Из их рассказов господин Хивс заключил, что магистр Пламенных Чаш действительно остался жив или, по крайней мере, все эти слухи имели другое, очень серьезное основание. Новость о чудесном воскрешении лже-убийцы Луацина не слишком разволновала пирата, но он знал, кого она может обжигающе-горячо тронуть.

Вернувшись к месту погрузки, Давпер Хивс проверил метки на бочках и ящиках, сложенных докерами, дал кое-какие указания Боту и поспешил на «Гедон». На шканцах он ненадолго задержался возле изможденного похмельем Аерта и спустился в сходной тамбур.

Канахор Хаерим сидел в своей каюте, повернув кресло к окну и отрешенно глядя на море и скалы с темным пятном Гарунской крепости.

– Знаете, Давпер, – сказал магистр, не поворачиваясь, – все-таки она нам доставит еще не мало хлопот. Предчувствие меня редко подводит.

– Кто она? – Хивс остановился рядом, тоже глянув в окно на медно блестящие волны и две галеры, уходящие к маяку.

– Мэги Астра Пэй. Разве вы не о ней думаете? Не стройте из себя недоумка, Давпер, – я знаю, что творится частенько в вашей голове, – желтые пальцы Хаерима сдавили подлокотник с рельефом львиной головы.

– Господин Канахор, а хотите новость? – сдвинув поднос с серебряными рюмками, гилен Пери присел на столик. – Убийца Луацина жив.

– Разумеется, – в первый миг магистр подумал о паладине Лаоренсе, но тут же, приоткрыв вялый рот, повернулся к пирату. – О ком вы говорите, господин Хивс?

– О вашем давнем приятеле Варольде Кроуне, – Давпер усмехнулся, разминая куцую бородку.

– Этого не может быть. Я сам видел его, горящим в огне, – Канахор потянулся к рюмке, стоявшей на краю стола. – Даже если бы он выполз оттуда, то… знаете, с грейскин ему не выжить без особо божественного вмешательства.

– А если предположить, что такое вмешательство состоялось? Скажем в качестве Эты Милосердной выступила некая олмийка… с именем Изольда Рут?

– Давпер, вы говорите невозможное. Откуда вы это взяли, – магистр Ордена Алой Звезды насторожился, бегая взглядом между пиратом и открытым окном.

– Ладно, пусть это будут слухи, которые повторяют многие в порту, – бросив шляпу на полку и устроившись удобнее, Давпер продолжил: – Только тогда непонятно, зачем ваш друг Лаоренс Нером поднял на ноги гвардейцев муниципалитета, стражу и своих рыцарей. Весь Иальс ищет последние дни Варольда Кроуна и госпожу Изольду Рут.

– Шлюха… грязная олмийская шлюха! – Канахор вскочил, выронив рюмку, жадно выдыхая соленый морской воздух. – Как она могла оказаться в Иальсе? Она была в свите Луацина? – спросил он Хивса, понимая, что тот не может знать ответа.

– Не знаю мэтр. Об этом слухи умалчивают. Говорят лишь, что до последнего времени мэги Рут прятала где-то в Иальсе Кроуна. Прятала и довольно успешно лечила его от последствий той неприятной ночи, подробности которой вам известны гораздо лучше, чем мне, – Давпер тоже встал и вытащил из складок одежды коробочку с листьями мако. – А паладин Лаоренс случайно наткнулся на старика. Искал эту Изольду. Ну знаете, он же давно жаждет ей ноги раздвинуть. Искал, а нашел… ну, сам понимаете.

– Когда это случилось? – сложив руки за спиной, Хаерим заходил по каюте.

– Четыре дня назад. На позавчерашний день Лаоренсу их найти не удалось. В связи с этим очень кстати вспомнить госпожу Астру Пэй, которую вы мне ставите в упрек, а сам допускаете более неприятные ошибки.

– Не надо меня поучать, Хивс, – раздраженно ответил магистр. – Теперь мне придется наведаться в Иальс и, возможно, в Герву.

– Я не поведу «Гедон» в Иальс. Это корабль, а не прогулочная колесница. И это вне нашего договора, – воспротивился гилен Пери. – Все мы давно настроены плыть в Либию. Уже последние припасы загружены.

– Я без вашего «Гедона» управлюсь за пару дней. Как я вернусь, сразу отплываем в Гефахас, – магистр взял плащ из шкафа и направился на верхнюю палубу, думая, что ему снова придется использовать магию полета, которая забирает слишком много сил. Столько, что он лежит потом днями разбитым, страдая от болей в затылке и позвоночнике.

* * *

Аалир приближался, словно розовая жемчужина, вынырнувшая из золотисто-зеленой глубины. Вокруг, по краям удлинявшегося хода клубились синие облака. В их разрывы проникал яркий свет, похожий на отблеск гигантских хризолитов.

Астра летела рядом с Хериком, даже чуть опережая его. Расставив руки и собрав волю в твердое острие, она старательно вытягивала пограничный слой, должный донести их до земли и не дать разбиться.

– Ты делаешь то, что умели лишь немногие либийские маги! – восторженно произнес Варольд, стараясь не мешать ей, и хорошо понимая, какую непосильную работу вершит ментальное существо дочери.

– Правильно, господин магистр – как древние либийские маги. А ты мне Лучистую Сферу даром не хотел давать. Теперь я с тебя за извоз сдеру сальд, – развеселилась Астра и едва не потеряла ощущение пограничного слоя. Их мотнуло, в сторону, перевернуло дважды, в лицо ударил свежий ветер Аалира, но мэги Пэй успела восстановить границу междумирья.

Изольда, не имея возможности помочь ученице, следила за ней с замиранием сердца и все чаще обращалась молитвой к Рене.

Внизу совсем близко показались голубые вершины гор, разделенные глубокими пропастями. Словно россыпи драгоценных камней сверкали ледники. Ниже снежных отрогов вставали высокие леса.

Горная страна быстро исчезла из виду. Во всю ширь раскинулась равнина, блестящая зеркалами озер, извилистыми нитями рек.

Астра спускалась, выбрав лужайку недалеко от воды. Пограничный слой тянулся ближе и ближе к цели, избранной мэги. Через минуту он лопнул со шлепком, впуская в мир еще незнакомый госпоже Пэй. Она ловко приземлилась на ноги, рядом с ней упал Варольд. Тут же, оглашая окрестности визгом, свалился весс и державшая его крепко за рожки мэги Рут.

– Хорошо. Хорошо здесь как! – нарушила молчание Астра, присев возле отца и глядя на цветы с крупными, переливавшимися радугой, лепестками.

Над озерком волшебно-синей воды порхали не то причудливые птицы с длинными усиками над головой, не то бабочки, издавая мелодичный свист. Теплый ветер приносил приятный, дурманящий запах. Может, от этого весс несколько минут не мог прийти в себя, втягивая мокрыми ноздрями воздух, фыркая от удовольствия и подергивая ушами. Изольда, бросив тяжелые сумки, вернулась к магистру Пламенных Чаш, легла рядом с ним на мягкую, как овечья шерсть, траву, широко раскинув руки и глядя в зеленовато-голубое небо. Там повисли астральные пузыри розового и золотистого цвета, над ними проплывали кудрявые облака.

– Маги даже самых могущественных орденов завидуют вам, мэги, – признал Варольд, расстегнув воротник и повернувшись к госпоже Рут. – Потому, что вы способны бывать там, куда им нет дороги. Потому что вы вездесущи и свободны, как чудесные волны эфира, – он погладил ее волосы, рассыпавшиеся по траве. – Иногда я думаю, что именно эта свобода родила такую красоту.

– Сладкие слова, магистр, – Изольда приподнялась, срывая алую ягоду на тонком, словно зеленая паутинка стебельке. – Попробуй, очень вкусно, – она сжала ягоду зубами и поднесла ее ко рту Кроуна. Они пили прохладный сок, соединившись губами.

– Не смею мешать столь возвышенной философии, – Астра встала, придерживая край разорванной юбки. – Пойду отсюда к шету, прогуляюсь.

Она не сделала и двух шагов, как послышался негромкий хлопок, похожий на разрыв пограничного слоя междумирья. Астра подумала, что стараниями паладина Нерома закрылась Дверь Измерений. Повернулась, но портал никуда не исчез – так же тускло мерцал возле свечей фиолетовых цветов. Все было по-прежнему, лишь какое-то существо отпрыгнуло от воронки и затаилось за травяной кочкой. Херик, тоже слышал шлепок пограничного слоя и, вскочив на задние лапы, испуганно уставился на хозяйку, но скоро успокоился вместе с мэги Пэй.

– Видишь, госпожа Рут, как любит тебя светлейший паладин Лаоренс? – с легкой издевкой спросила Астра. – Он даже Двери оставил. Не разбил Сферу на куски, как я этого ожидала. Хотя, может, еще передумает. Ты же не забыла второй кристалл?

– Забыла. И Сферу, и свечки. Если уж Нером решиться запечатать мне дорогу назад, то мы с Варольдом остаемся здесь, – ответила Изольда, срывая еще одну ягоду. – Нам здесь нравится. А ты пойди с Хериком погуляй. Поищи феонов. Передай им поклон от меня, поблагодари за гостеприимство.

– Отец, не хочется оставлять тебя с невоспитанной рыжей ведьмой, но пойду. Не терпится найти феонов, – посмеиваясь, сказала Астра. – Только поменьше ешь этих ягод, которыми она тебя старательно кормит – это мельда. В ней и есть секрет молодости госпожи Рут. Если съешь лишнего – превратишься в младенца. Нянчиться потом с тобой.

Астра направилась к берегу озерка, разглядывая птиц с зелеными и сиреневыми крыльями, порхавших у воды. Справа над дынно-желтым песчаным берегом поднимались несколькими каскадами скалы с округлыми и правильными формами, словно вылепленными неведомым мастером из алебастра и подкрашенной нежными оттенками глины.

Херик молчаливо семенил рядом. Он никак не мог прийти в себя оттого, что в этой безумной прогулке рядом с ним было две мэги. И не представлял он, какой же из них теперь служить, какую хвалить и стараться облизнуть. Ведь, несомненно, проявление пылких чувств к одной госпоже, вызовет смертельное недовольство другой. Еще больше его пугало присутствие мужчины. Такого ни за что не должно быть! Ведь это нарушало древнейшие и почетнейшие правила, согласно которым весс никогда не приходил к мэги при посторонних, а он, бедный и несчастный Херик, даже дал потрогать свою шерсть Варольду. От этих страшных мыслей и красть ничего не хотелось. Только успокаивали вкусные запахи Аалира и то, что они с Астрой ушли достаточно далеко от человека, которого она называла отцом.

– Ах, госпожа! – сказал он, хватаясь за порванную юбку мэги Пэй. – Ты уже не сердишься, что я набрехал этой некрасивой ведьме про тебя?

– Какой еще ведьме? – на берегу озерка Астра остановилась, разглядывая подводные цветы, будто красные звезды, мерцавшие в прозрачной глубине.

– Ну, Изольде. Ты же ее только называла рыжей ведьмой, – он встал на задние лапы, предано глядя ей в глаза.

– Хотелось бы слышать, как повторишь это ей ты, – мэги Пэй легонько щелкнула весса по носу. – И я не обиделась. Я не обижаюсь на маленьких глупых вессов. Я им просто отрываю хвосты, – оттолкнув его, Астра стала подниматься по ложбине к скалам, похожим на раскрашенные бледными тонами фигуры.

– Как мило слышать. Я тебя люблю, госпожа Астра! Больше Изольды в два с четвертью раза! – Херик попятился, подумывая, как бы изловчиться и повалить мэги Пэй в траву. Ему еще Членгрин с Яцемиром говорили, что все молодые мэги сначала страшно кричат и больно дергают за шерсть, но потом им самим становится приятно валяться в траве и давать щекотать и облизывать себя. Это нужно было сделать немедленно сейчас, решил весс. Тем более, здесь в ложбине была такая восхитительная трава, полная настоящих запахов Аалира, с цветами и пушистыми шишечками.

Пока Астра слушала пение золотистых птиц и любовалась ручьями, стекавшими каскадами со скал, Херик подкрался сзади и толкнул ее, схватив за ноги.

В это время Изольда лежала на груди Варольда и, слушая рассказ о его давней вражде с паладином Неромом, трогала пальцем морщинки на лице магистра, которые заметно разгладились за последние дни. Мэги Рут знала, что ей придется еще много потрудиться, прежде чем этот человек избавиться от пережитого, от долгих лет одиночества и увядания, но силы обязательно вернутся к нему и уже скоро он станет таким, каким она видела его когда-то в Вергине. Еще она знала, что любит его, и любовь становится все властнее над ней, влечет неумолимо, словно свежий ветер корабль.

– Ну его, этого Лаоренса. Не хочу о нем ничего знать, – прошептала Изольда, утомившись слушать историю о паладине, которая сначала ей самой была интересна. – Я только не пойму, почему он не закрыл портал. Ведь это было бы в его темном нраве: постараться уничтожить то, что ему не доступно. Я думаю, куда нам теперь отправиться. В Олмию? Боюсь, что возвращаться в мой замок небезопасно, если отныне у власти гилен Марус.

– Нет, только не в Олмию, – сказал Варольд. – Я очень люблю твою страну, особенно милый замок под Вергиной. Но почему-то именно там начинались самые роковые для меня события. А сейчас во дворце Марус, и твое появление вместе со мной… сама понимаешь, чем может кончиться, – он привстал, тепло и строго посмотрел в ее чарующе-синие глаза.

– Мы можем остаться здесь на несколько дней. Я познакомлю тебя с феонами и тысячами других прелестей Аалира. Насобираем много мельды, – мэги сорвала еще одну алую с зелеными крапинками ягоду и поднесла к его рту, – и сделаем эликсир молодости. Потом отправимся в Мергию – там должно быть спокойно для нас.

– Так, конечно, все было бы хорошо. Мне хочется быть рядом с тобой, и чтобы нас окружал такой прекрасный мир как Аалир. Только, – Варольд задумался, поглядывая на возвышавшиеся вдали горы, которые окрасил малиновый блеск заходящего солнца, – только я хочу, чтобы наш мир тоже был счастлив, спокоен и прекрасен. Насколько это возможно. Насколько это в наших силах. Я хотел бы отправиться в Франкию и присоединиться к принцу Ирвиду. Мы должны поддержать законного наследника престола и вернуть честь и покой в твое королевство.

– Варольд, тебе ли об этом сейчас думать, – Изольда с грустью смотрела на него, водя пальцем по короткой седой бородке.

– Мне и тебе. Иначе, кому еще, моя прекрасная мэги?! Когда-то нас познакомила война. Тяжелая и справедливая война против Голора. Я хочу, чтобы новая война, которой теперь, увы, не избежать, снова соединила нас. Соединила навсегда, – он взял ее ладонь и прижал к губам.

– Мне страшно, Варольд. Тогда у стен Зарды, когда горела земля, и небо было темным от стрел и дыма, я не боялась ничего. Может быть потому, что мне было нечего терять, кроме своей жизни, которую я не слишком ценила. Но теперь есть ты, и мне страшно, – Изольда прижалась к нему, будто пугаясь, что неведомые капризы Рены скоро разлучат их. – Я буду вместе с тобой везде. Франкия – так Франкия. Конечно, мы очень нужны Ирвиду. Я думала об этом в день, когда к дому Фирита пришел Лаоренс. Много думала… Принц примет нас с радостью.

Варольд оглянулся на шелест травы. От озерка, куда ушла Астра, во всю прыть бежал зеленошерстый весс – тот самый, который стащил подсвечник в доме Митуна Малуна.

– Госпожа! Караул! – заверещал он издали. – Возмутительнейшая беда приключилась! Скажите, чтобы этот дядька отошел от вас, а то не буду рассказывать.

– В чем дело, звереныш. Ты решил вернуть подсвечник? – Изольда шагнула к нему, гадая, откуда мог взяться полоумный вессенок, если в ближайшее время из портала никто не выходил.

– Пусть дядька отойдет! – настоял Членгрин, запрыгнув на травяную кочку.

– Варольд… – мэги Рут, развела руками, прося магистра отойти.

– Прекраснейшая! – подбежав к ней, Членгрин сел, свив петлей хвост и вывалив длинный язык. Его круглые темно-красные глаза казались сумасшедшими. – Возмутительная беда! Ужас, какая нехорошая беда! Ваша Астра оторвала Херику уши за то, что он вывернул ей ноги! Валяются там, – он махнул лапой в сторону белой скалы. – А феоны разозлились и сейчас порвут их двоих на кусочки.

– Сестры Светлые! – Изольда бросилась бежать к озеру.

Варольд поспешил за ней, путаясь в траве и длинных стеблях синих цветов. Он не мог представить, что там возле озера могло случиться что-то хоть отчасти похожее на сказанное вессом. Пробежав половину пути, магистр Пламенных Чаш начал отставать от Изольды – слишком много сил у него отнял сегодняшний день.

– Я сама, Варольд, – сказала мэги, подняла руки и, прошептав заклятие полета, оторвалась от земли.

Стремительно она пронеслась над песчаным берегом озера, поднялась выше, выискивая взглядом Астру и Херика. И вдруг увидела их в зеленой ложбине почти у самого подножья скалы, где звенел маленький водопад. Феонов поблизости не было, да и не могла поверить Изольда, чтобы эти добрые волшебные существа были способны на какое-нибудь безумство. Опуская руки, магистр снизилась, полетела, едва касаясь метелок золотистой травы, похожей на ковыль и опустилась в нескольких шагах от друзей.

– Херик! – крикнула она, возмущенная, что ни весс, сидящий верхом на Астре, ни мэги Пэй, хохочущая от проказ зверенка, не замечают ее. – Что у вас такое произошло?! Уши твои на месте?

– Ой, госпожа Рут? – Астра немало удивилась ее появлению и, скинув весса, села, скрестив ноги. – Чем обязаны?

– Шетов сын! – выругалась Изольда, резко повернувшись к порталу, которого отсюда не было видно. – Членгрин! Провел нас! – он вскинула руки, поднявшись над землей, полетела назад.

– Так в чем дело, Изольда?! – кричала мэги Пэй, бросившись за ней следом.

Понимая, что обман скоро раскроется и нужно поторопиться, Членгрин никак не мог выбрать какую сумку взять. Ему нравились обе. Они были огромные и тяжелые, наверняка полные такого добра, что у Писхулеза и прочих соседей шерсть повыпадет от зависти. Весс бегал между сумками, хватая то одну, то другую, то возвращаясь к первой. Неожиданно, ему в голову пришла потрясающая мысль: нужно не выбирать сумки, а взять сразу две. Он так и сделал, взял. Обе огромнейшие и прекраснейшие сумки взвалил себе на спину, только чуть позже понял, что их трудно дотащить до портала, и еще труднее придется потом, в междумирье. Вытаращив глаза, весс подумал еще капельку, и снова его посетила дивная мысль: нужно выпотрошить сумки и взять из них только самое-самое ценное. Членгрин быстро расстегнул пряжки и принялся вытряхивать содержимое поклажи магистра. Когда на траве оказалось две горки вещей, у весса хвост едва не сплелся узлом от радости и удивления. Такого замечательнейшего добра он не видел даже при последнем разграблении шкафа мэги Верды. Здесь было все: множество блестящих баночек, коробочек, пузырьков с мазями и жидкостями, которые источали такие вкусные запахи, что Членгрину хотелось упасть возле них и дрыгать от счастья лапами. Были всевозможные украшения, от блеска которых на глаза наворачивались горячие слезы. А главное, здесь находилась самая желанная добыча любого весса – одежда мэги. Членгрин обнаружил аж три платья, два хитона и четыре нижних рубашки с кружевами, красивых, как сама волшебная госпожа. Едва он только представил, что эти вещи носит на своем гладком теле Астра или, лучше, очаровательная Изольда, шерсть его стала дыбом, и язык низко свесился из пасти.

– Обожаю! – прорычал он, лизнув тонкий шелк, украшенный гроздью жемчужин. – Ай! Ай-я-яй! С ума сойти!

Членгрин начал торопливо заталкивать одежду в сумку, которую решил взять с собой. Ворчал от удовольствия, представляя, как будут завидовать ему жители Вессеркера. Он им расскажет! Расскажет, как раздел три или даже четыре мэги, попавшиеся ему на Аалире. И щекотал лучшую из них – Изольду так, что у той от счастья едва не выросли рога и хвост.

К распрекраснейшим платьям весс добавил несколько хрустальных пузырьков и душистых баночек, удивительную шкатулку с серебряными пластинками, которые пели от прикосновения. Хотел положить еще сапоги, но они от чего-то не помещались в сумку, и весс решил одеть их на задние лапы. Натянул кое-как. Получилось неудобно, но очень красиво – узорчатый синий сафьян на мохнатых лапах. Еще он намотал на шею флер, расшитый серебряными цветами и стоял с минуту, в задумчивости, что бы прихватить еще. Неожиданно послышался возмущенный голос Изольды:

– Зеленый мерзавец! Только попробуй убежать с этим!

– Ай! – весс подпрыгнул на месте, озираясь по сторонам. И тут увидел мэги Рут, спускавшуюся на него прямо с неба.

– Ты не волнуйся госпожа, – подняв лапы, поспешил успокоить ее Членгрин. – Не надо. Не надо волноваться. Я к тебе еще приду. Вот только это оттащу, – он схватил сумку и метнулся к порталу.

Магистр бросилась за ним. Схватила, но вессий хвост вырвался из ее руки – Членгрин исчез в мерцавшей воронке.

– Херик! Херик, скорее сюда! – закричала Изольда, поторапливая бегущего за Астрой весса. Сама принялась собирать вещи разбросанные по траве, отмечая, что пропала почти вся одежда и баночки с косметическими веществами. Успокаивало лишь то, что осталась Лучистая Сфера и два кошелька, принесенные Астрой утром.

– Нужно догнать выродка! – негодуя, воскликнула Изольда, хватая Херика за холку и направляя к порталу. – Это будет стоить ему шкуры! Астра, ждите меня здесь!

– Ничего не выйдет, госпожа Рут, – остановила ее мэги Пэй. – Этот гаденыш быстрее Херика. Я уже пыталась однажды.

– Нужно постараться! У него все мои вещи! И шкатулка амфитрит – а это уже опасно! Я поспешу, полечу прямо в Вессеркер! А вы ждите меня здесь, – она закинула сумку на плечо и подвела весса к Двери Измерений.

– Вместе отправимся. У меня руки горят его проучить, – предложила Астра, жестом поторапливая отца

– Ты права – разделяться опасно, ведь у нас только одна Сфера, а свечи в доме Митуна уже должны погаснуть, – согласилась Изольда, почти смирившись с произошедшей потерей. Одежду и прочую мелочь, можно было купить в лавках Вильса – кое-какие деньги были в кошельке. Магистр не могла лишь успокоиться за шкатулку амфитрит, которая в шаловливых лапах весса становилась непредсказуемо опасной.

– Сладкие госпожи, вам нельзя сейчас на Вессеркер, – прыгнув между двух мэги, сказал Херик. – Без брехни говорю: сейчас у нас лето. Снова лето. Еще шесть дней будет. И жара ужасная, почти как в красных долинах Некрона.

Выслушав возражения проводника, они вошли в портал и поплыли по голубовато-желтому ходу. О шкатулке амфитрит и воришке-Членгрине приходилось забыть на несколько дней.

Долетев до хелтхата, Изольда остановила весса, дожидаясь Астру и магистра Кроуна. Херик тем временем определял ближайший путь к Гринвее. Нырнув в красную с выпуклыми прожилками развилину, они скоро достигли родного мира и полетели над темной землей, вытягивая пограничный слой ближе к Вильсу. Город был заметен в ночи множеством факелов и светящихся окон.

Изольда не рискнула опускаться посреди города: незачем было привлекать внимание жителей франкийской столицы и суровых стражей таким необычным явлением. Она попросила Херика свернуть к небольшой рощице, темневшей недалеко от восточных ворот. Приземлились мягко, несмотря на глубокую черноту, разлившуюся кругом. Через минуту из фиолетового овала Двери выскочила Астра, и взвизгнула от встречи с колючим кустом. Варольда родной мир принял чуть любезнее – упомянув шета, магистр упал между округлых камней, наверное, слагавших давний очаг каких-то путников.

– Благодарю, малыш, – сказала Изольда, обнимая весса на прощанье. – Если позволит твоя новая хозяйка, – она любезно улыбнулась мэги Пэй, – то вызову скоро. Мы не можем безобразие Членгрина оставить безнаказанным!

– Госпожа, я у тебя только вот эту штуку украл, – разжав лапу, Херик показал серебряную брошь с янтарем, тускло блеснувшую в свете портала.

– Мэги Рут прощает честнейшего весса, – вступился Варольд. – Тем более такого отважного. Удачи тебе, мохнатый друг, – Кроун протянул руку, чтобы почесать его между рожек, и Херик, вдохновленный столь лестными словами, даже не стал возражать.

– Завтра утром идите к принцу Ирвиду. Буду молиться, чтобы он принял вас как друзей и во всем помог, – сказала Астра, повернувшись к отцу.

– А ты разве не остаешься с нами? – удивился магистр Пламенных Чаш. – Тебе нельзя сейчас в Иальс. Ни в коем случае нельзя! Лаоренс не успокоится, будет искать людей хоть чем-то связанных с нами, использует любые средства, чтобы нас найти.

– Именно поэтому мне нужно туда. Не брошу же я Каррида и мастера Холига с нашим кораблем. И даже Леоса не брошу, – еще мэги Пэй подумала о Голафе Брисе, но не упомянула о нем. – За меня не волнуйся. Я в Иальсе долго не задержусь. Ремонт «Песни Раи» закончится в ближайшие дни, и мы сразу покинем город. Правда после этого нам предстоит маленькое путешествие, – Астра посмотрела искоса на мэги Рут, опасаясь, что сейчас она выдаст ее планы на Либию, и магистр действительно еле сдержалась: вздохнула и отошла в сторону, сорвав веточку с куста и нервно разминая ее пальцами.

– Ты могла бы сначала предупредить своих друзей, а отправиться забрать их позже. Пожалуйста, Астра, – попросил Варольд, всем сердцем сожалея, что дочь спешит его покинуть. – Через день-другой, когда улягутся страсти, разожженные Неромом.

– Прости, отец, но так нужно. Очень нужно. Есть некоторые обстоятельства, о которых я расскажу потом, – Астра обняла его за плечи и горячо поцеловала щеку, покрытую короткой щетиной. – Ты, пожалуйста, не скучай и поправляйся скорее. А я разыщу вас. Обязательно разыщу, – она подошла к Изольде и тоже пылко обняла ее.

Мэги Рут знала, что их разлука может оказаться куда более продолжительной, чем думали Варольд и сама госпожа Пэй. От прикосновения ученицы у нее озноб по спине прошел, как бывало на кладбище возле могилы Римли, когда она, вытирая слезы, думала о странной судьбе Варольда, своей собственной и судьбе маленькой девочки, которую она приютила и воспитала. Эту странность, наложенную Реной, Изольда называла для себя «зов Черной Короны», и понимала, чувствовала ментально, что именно этот зов сейчас неумолимо ведет Астру Пэй. Из многих жгучих слов роившихся в голове, магистр не успела сказать на прощанье ученице ничего. Лишь сжала губы, чтобы Варольд не услышал ее тяжелый вздох, за которым потекли слезы.

Астра ловко вскочила на весса и исчезла в бездонной воронке портала.

* * *

После шумихи вокруг имени Варольда, уже который день потрясавшей город, капрал городской стражи Наврад Пилг не раз вспоминал другое имя: Астра Пэй. У него из головы не выходила дамочка, как-то вошедшая в город через юго-западные ворота в сопровождении приметных и странных слуг или друзей, одного из которых были основания заподозрить в скандале с кражей корабля Свилга. Ведь не даром же Наврад посылал своего помощника Фрома проследить за этой подозрительной компанией – были, они, конечно виновны во многом, крепко связаны с убийцей короля Луацина и распутной олмийской ведьмой. Теперь-то капрал мог рассказать паладину Нерому много любопытного и может быть, за свое старание извлечь весомую личную пользу – уж, конечно, побольше нескольких сальдов, что оставляла ему госпожа Пэй, проходя через ворота.

Накинув на плечи коричневый плащ со сдвоенным крестом и вложив в ножны меч, Наврад вышел на улицу, освещенную факелами и направился в кварталы Идры, где недавно отряд рыцарей штурмовал дом с беззаконными магами. По свидетельству Фрома господин Лаоренс до сих пор был где-то там, а значит, с ним представлялся случай переговорить по многим важным вопросам.

Поднявшись от бань Парисны к улочкам с тихими не слишком знатными особняками, капрал без труда отыскал место недавнего шумного происшествия по скоплению людей и множеству факелов, горевших в саду.

– Ну-ка стоять! – крикнул ему рыцарь, появившийся из зарослей жасмина.

– Прошу прощения, – вежливо начал Наврад Пилг, – я капрал городской стражи с важным сообщением для господина Нерома.

– Все равно, стоять здесь, – ответил рыцарь ордена и подал знак кому-то прятавшемуся в темноте.

Через несколько минут за капралом вернулся десятник и проводил к воротам особняка, за которыми факела освещали сгоревшие деревья сада и черные проплешины в траве.

– Господин Лаоренс! – радостно и до неприличия громко обратился Пилг, едва перед ним появилась мощная фигура паладина. – Я к вам по важному делу. Спешу сообщить кое-что о некоей мэги Пэй.

– Что же ты можешь сообщить? – Нером недобро оглядел его, предвкушая услышать очередной бесполезный треп.

– Дело в том, господин Лаоренс, что я знаю эту дамочку. Весьма знаю. Она входила через охраняемые нашим караулом ворота дней шесть-семь назад. Не одна была – в компании двух неприятных лиц. Особо по одному из них у меня сразу подозрения закрались, и я благоразумно послал помощника приглядеть за ними, – капрал в подробностях пересказал историю первой встречи с госпожой Пэй и то, как Фром следовал за свитой мэги к сгоревшему дому Варольда.

– Это запоздалое сообщение, – выслушав его, мрачно произнес паладин. – Если бы ты рассказал все раньше, то может, и была польза. Теперь нет ни твоей мэги Пэй, ни кое-кого другого, посрамившего наши законы и порядок.

– У меня еще есть некоторые мысли, господин Лаоренс, – стражник прокашлялся и, подойдя ближе к Нерому, понизил голос. – Дело в том, что сотоварищи мэги Пэй почти каждый день выходят через юго-западные ворота, а часа через три-четыре возвращаются. Один раз и сама Пэй с ними выходила, потом быстренько назад. А другой раз… – он заговорил еще тише, – другой раз известная вам мэги Верда была с ними, одетая как бы для путешествия. Вот подозрительно мне это. Куда можно ходить здесь не особо далеко от стен Иальса? Ну, сам рассудите: по дороге от тех ворот ближайшее поселения – только Присна или Огальва. И то, если они в Присну, так туда за три часа на лошадях едва успеешь. Сдается мне, что у этой компании есть какая-то подозрительная тайна в ближайших окрестностях от наших стен. Иначе чего им прогуливаться туда-сюда по заброшенной дороге и платить нам каждый раз сальды?

– Друзья у нее есть, говоришь? – Лаоренс задумался, поглаживая рукоять меча, поскрипывая зубами и молча рассуждая, что стоило хвататься за любую нить, ведущую к мэги Пэй, а значит к Изольде и Варольду. – Полагаешь, они и завтра теми воротами выйдут?

– Уверенности точной у меня нет, но должны. Не завтра, так послезавтра, – смяв войлочную шапку, ответил капрал. – А еще я вот чего вспомнил, господин Лаоренс: на следующий день, как Пэй впервые объявилась, через наши ворота обоз небольшой выехал с досками и мастерами какими-то. Следом длинноволосый из свиты этой мэги поспешал. Может, они там строят чего? И может тогда где-то там скрывается беглый магистр с нужной вам олмийкой.

– Хорошо, стражник, утром я пришлю своих людей, и мы все проверим, – решил Лаоренс.

Еще он подумал, что следует разыскать и опросить Верду Глейс. И как он мог забыть о ней?! Ведь не так давно она была ближайшей помощницей Кроуна в делах его салона.

* * *

Достигнув своей цели, мэги Пэй не спешила выйти из иномирья. Она, окончательно измотав весса, долго кружила над Иальсом, разглядывая ночной город, черный по окраинам и освещенный множеством факелов, разноцветных светильников вокруг дворца Ронхана и площади Герма, многих других районах, где жизнь не затихала с наступлением времени Змеи.

Астра дважды приближалась к разоренному дому Митуна Малуна, отмечая, что на улице и в саду еще стоят рыцари Ордена, а в окне, из которого Варольд выпустил Существо Огня, мигает свет. Мэги гадала, почему Лаоренс до сих пор не закрыл Дверь Измерений, разбив Сферу или затушив свечи. Нером будто намеренно поддерживал пламя размещенных вокруг кристалла свечей. Позже к ней пришла догадка: паладин пытается выведать дорогу Варольда и Изольды Рут – ведь в этом несложном деле ему вполне могли помочь служители Алой Звезды, сев рядом с Лучистой Сферой, разложив карту и используя различные хитрости. И если так, то тогда возвращение точки выхода портала в Иальс весьма осложнит задачу враждебным магам. «Пусть думают, что Изольда и отец вернулись, – решила Астра, удерживая весса над крышами домов Идры, – Пусть ищут их здесь. И пусть боятся. Ведь для вас, господин Лаоренс, еще ничего не кончилось. Вы заплатите за убийство Митуна, за все страдания, которые доставили моим магистрам!»

Еще не определившись, где удобнее высадиться, Астра направила Херика в западную часть города, помогая уставшему вессу тянуть тугую пелену пограничного слоя.

Внизу на стенах Ордена Крона, возвышавшихся мрачным валом над двухэтажными домиками, дрожали огни факелов. Чуть дальше в лунном свете серебрилась Росна. Было видно, как по освещенному мосту поехала повозка, сопровождаемая четверкой всадников.

Неожиданно Херика тряхнуло и понесло в сторону, будто сбоку ударила могучая волна. В какой-то миг Астра подумала, что служители Алой Звезды таинственным способом повредили портал, и ее теперь влечет в какую-то пространственную ловушку. Но, оглянувшись, поняла: весс подлетел слишком близко к храму Герма, и сработал опасный эффект Лухоса. Из древних либийских книг мэги знала, что возле любого святого места, где стоит храм, жертвенник или какая-нибудь важная святыня, обязательно существует узел силы, особым образом сплетающий нити эфира. Именно поэтому во многие области невозможно было проникнуть через Дверь Измерений. Похожие эфирные сплетения, только с обратными свойствами существовали вокруг проклятых мест, и последствия проникновения в них через ходы междумирья были всегда трагическими – безумец падал на самые низкие уровни мироздания, в Некрон или Тартус. Еще во время плаванья к Карбосу Астра подумывала о том, чтобы разыскать Кара-Маат верхом на вессе, хоть с высоты полета глянуть на город Кэсэфа, но, узнав из древних записей, как велик узел темной силы над проклятым местом либийской пустыни, поняла, что нечего даже и думать приближаться к нему ближе чем на сто лиг.

– Госпожа! Госпожа, я не могу больше, – заныл Херик, не способный уже сдерживать поверхностный слой, истончившийся до предела.

– Сейчас, звереныш. Сейчас мы опустимся, – пообещала мэги Пэй. Ей хотелось найти темную улочку ближе к таверне, в которой поселился Каррид Рэбб, но так же ее влекло к «Волшебному парусу», хотя она ни за что не вошла бы туда.

Пролетев над остроконечной крышей, они приземлились где-то на задворках за площадью Левиохона. Весс прыгнул четырьмя лапами на газон, не удержался и растянулся, тихо застонав:

– Ох, госпожа… совсем замучила бедненького меня.

– Ну-ка не придуривайся. Я тебе помогала. Даже, больше твоего трудилась, – Астра, потрепав его за ухо, села на ступеньки перед подворотней.

Рядом темно-синими спиральными линиями мерцала воронка входа в междумирье. Где-то в окне на втором этаже соседнего дома вздрагивал свет лампады. Было тихо, только со стороны площади доносилась полупьяная песня ночных бродяг.

– Херик, поторопись, – сказала мэги. – Портал может закрыться в любой момент. У меня нет Сферы. Где я тебя буду прятать до утра?

– Астра, не вру тебе, сегодня очень тяжело мне было. Иногда думал, что вот-вот умру. Но я от чего-то сегодня очень счастливый стал, – весс холодным носом в ее колени, подвигаясь ближе, заскреб когтями по булыжникам.

– Херик, постарайся найти Членгрина и предупреди, что играть той шкатулкой опасно. Еще скажи ему, что я… Что мы с Изольдой не сердимся на него. Ступай, – она обняла весса, глядя в его светящиеся красными пятнышками глаза.

– Ах, Астра я тебя люблю! Изольду обманывал немножечко, а тебя люблю, – он щекотно лизнул ее ниже шеи и прижался, нюхая дразнящий запах волшебного тела и слушая, как что-то стучит в груди.

– Уходи, звереныш! Немедленно уходи, – Астра неожиданно для себя подумала, что объятия весса ей также приятны, как ласка мужчины. От этого стало немножко не по себе, пьяно закружилась голова. Она прижалась щекой к влажному носу Херика, потом оттолкнула его и требовательно сказала. – Давай, быстро в Дверь! Изольда скоро призовет тебя.

Когда он исчез за туманным слоем, мэги запечатала портал и быстрыми шагами направилась к «Покоям Сафо».

Стук ее каблуков разносился по темной улице. Над головой светили звезды, брошенные пригоршнями словно пшено. В свете луны мелькали крылья сов.

Увидев на перекрестке пьяную компанию, Астра свернула в соседний проулок – ей не хотелось больше ни с кем ссориться в эту ночь, не хотелось снова использовать магию или убегать. Она слишком устала и знала, что завтрашний день может потребовать еще больших сил.

Добравшись до «Покоев Сафо» – недорогой, но вполне приличной таверны – мэги Пэй поднялась на последний этаж и, отсчитав от лестницы девятую дверь, постучала.

Открыл ей Леос. И всплеснул от неожиданности руками.

– Астра! Мы извелись, думая о тебе! Верда в магистрат бегала! – заговорил он, пропуская ее в комнату. – Мы с Карридом в кварталы Идры. Немного опаздали. Говорят, ужас, что там творилось. Огонь по улицам разгуливал, и вопли такие стояли, что дома вздрагивали.

– Всего понемножку было, бард, – сказала Астра. Увидев здесь госпожу Глейс, она сначала подумала, что не сможет сдержать негодования, но вместо этого ее почему-то разом охватило тихое безразличие. Каррид вскочил ей навстречу и без слов, но с подчеркнутой торжественностью проводил за руку к дивану, уложенному подушками. Она села и потянулась за чашечкой недопитого анрасцем вина.

– Как же вы? Как же справились, госпожа Астра? – Верда, не скрывая волнения, присела на табуретку напротив. – Говорят, ушли через Дверь Измерений. Но разве это возможно? Неужели вы весса вызвали при магистре Варольде? И не втроем же на одном зверенке?

– Госпожа Глейс, а знаешь, что самое забавное? – Астра отпила глоток вина, с насмешкой поглядывая на нее. – Весса вызвали мы аж два. Представь, умею я так.

– Ты сама можешь вызвать двух вессов? – изумилась Глейс. – Или Изольда уже своим обзавелась?

– Могу двух. Но не это самое забавное, а то… – мэги Пэй прикрыла глаза, чувствуя терпкий вкус вина на губах. – То, что один из них твой весс. Членгрин – его имя.

– Ах! – Верда хлопнула в ладоши и вскочила, щеки ее густо порозовели.

– Вот так, – рассмеялся Каррид Рэбб. – Светлейшая наша еще не такое может. Знает, как с самим Балдом сторговаться.

– Да ты не волнуйся, милочка, – Астра пренебрежительно махнула Верде рукой. – Я его на время взяла. Считай, что на Леоса поменяла. Оба они очень шустрые и одинаково потешные, – она видела, как бард неуютно завозился на стуле, но возразить ничего не посмел, и продолжила. – Только на время Членгрина твоего взяла. К тому же он – дрянь такая. Не сердишься?

– Нет, конечно, госпожа Пэй. Весса мне для тебя не жалко, – ответила Верда, все еще недоумевая, как удалось госпоже Пэй вызвать двух проводников, да еще увезти Кроуна. – Не спрашиваю, где ты укрыла магистра Варольда, но если требуется какая-то помощь, то я сделаю все, что только могу.

– Нравится мне, как ты это говоришь, – полулежа на диване, Астра с минуту смотрела в потолок, слушая какой-то восторженный лепет Леоса и Верды, потом сказала: – Госпожа Глейс, а я, пожалуй, подумаю над твоим недавним предложением. Действительно, чего б тебя с нами в Либию не взять?

Глава вторая. Карта Мораса Аронда

Пока Астра старалась привести себя в несколько необычный вид перед визитом к капитану Морасу, Каррид и Леос молча сидели на диване в маленькой комнате таверны и глядели то в желтое от утреннего солнца окно, то на Светлейшую, воевавшую сначала с прической, теперь с облачением, позаимствованным у запасливой госпожи Глейс.

– Извини, Астра, но так не пойдет, – отвергла Верда, разглядывая мэги Пэй, вертевшуюся возле зеркала в новом наряде. – Тебя сразу узнают. Уж поверь мне, есть такие мужчины, у которых глаз наметан на женщин. Тем более паладин Лаоренс в их числе. Меня, например, многие волокиты узнают за пол-лиги в толпе.

– Ярче глаза подкрашу, и тени гуще положу, – Астра открыла перламутровую коробочку с красками, все еще тихо негодуя, что приходится мириться, даже принимать помощь от этой бледной паучицы, доставившей ей немало страданий. – Вот так тени вокруг глаз и чуть ниже. Пусть думают, что я больная, – она недобро усмехнулась своему отражению. – И флер накину. Какого весса вы суетитесь? Не думаю, что люди паладина будут искать меня, зная, что мы покинули город. Если, конечно, они не дураки последние.

– Нет, Астра, послушай меня. Я в этом имею большой опыт. Знаешь, сколько приходилось скрываться от всяких тошных любовничков? Прошу, это одень, – Верда достала из дорожного сундука, перевезенного из «Залов Эдоса», разноцветный сверток, стянутый тесьмой. – Это вот. В нем у тебя фигура будет другая. И даже походка. Станешь совсем другой женщиной. Пожалуйста, – она протянула дочери Варольда пышный муслиновый наряд, который возила с собой как раз для тех пикантных случаев, когда требовалось тайное перевоплощение.

– Это что ли?! Госпожа Глейс, где ты такое выдрала? Я буду похожа в нем на толстое набитое соломой пугало. Прохожие плеваться начнут! – встряхнув произведение полоумного портного, Астра смотрела на него с презрением, потом перевела взгляд на Каррида – анрасец ответил зубатой улыбкой дракона на левой щеке.

– Ну-ка отвернитесь. Быстро к стенке! – мэги Пэй пригрозила пальцем Леосу и Рэббу, когда они зашевелились на диване и лениво отвернули головы к выцветшему гобелену, она быстро скинула хитон и начала примерять тайное одеяние госпожи Глейс.

Рисунок черных, синих и коричневых полос на муслине, казался невыносимым. В нем было что траурное и одновременно потешное до тошноты. Пышные шерстяные подкладки на талии и бедрах действительно делали фигуру полной или еще того обиднее. Юбка с какими-то нелепыми ленточками доходила почти до щиколоток, и Астра подумала, что походка в этом облачении станет у нее действительно другой, совершенно другой – как у разъевшейся кухарки с больными коленями.

– Ужас… – тихо сказала она, оглядывая себя в зеркале.

– Восхитительно! – мэги Глейс от радости хлопнула в ладоши. – Еще вот это, пожалуйста, – она протянула ей чепец, украшенный большими тряпичными цветами. – И обязательно это, – Верда достала со дна сундука кругляши туго крученой шерсти с длинными тесемками.

– Куда это? – изумилась Астра.

– Сюда. Грудь. Давай помогу, – Верда со знанием дела начала пристраивать шерстяные кругляши в отведенное им место. – Такой толстенькой дамочке нужна очень аппетитная грудь. Уж поверь, найдутся и на нее любители, – со смехом сказало она.

– Каррид, как? – спросила Астра, когда мэги Глейс помогла ей завершить утомительное перевоплощение.

– Ну как тебе сказать, Светлейшая… небожественно, – честно признал анрасец. – Совсем небожественно. Похожа на корову.

– Позвольте, моя прелестница. Грудь желательно повыше, – Леос проворно вскочил и, засунув руку в вырез ее наряда, попытался приподнять шерстяной ком.

Опешив от неожиданности, Астра взвизгнула, и тут же залепила музыканту горячую оплеуху.

– Леос! – мэги Верда застыла открытым ртом и возмущенным до синих глубин взглядом.

– Извиняюсь, госпожи! Извиняюсь! – бард дважды поклонился и поспешно отступил к окну. – Хотел как лучше. Поправлял исключительно на свой художественный вкус.

Они расстались возле моста Герма. Верда с Леосом направились к юго-западным воротам. Барду нужно было поторопить ремонтников «Песни Раи» и просить Берната, чтобы судно было готово к отправлению уже завтра. Астра рассудила, что какие-то небольшие недоделки с кораблем можно исправить в пути или на Рохесе, но оставаться дальше в Иальсе было нельзя по двум причинам. Во-первых, люди Лаоренса рыскали по всем закоулкам и в своем усердии могли выйти на поместье Керлока. Тем более что накануне недалеко от заброшенного дома эклектика появлялись какие-то подозрительные всадники. Во-вторых, если капитан Морас не окажет достаточную помощь с картами города Кэсэфа, на которые Астра очень рассчитывала, то оставался единственный путь: искать Давпера и Канахора, следовать незаметно за ними или постараться завладеть свитком Хевреха и планом, найденным на Карбосе. Но для этого требовалось как можно скорее отправиться на Рохес, и если «Гедон» уже отплыл на юг, то искать его в море.

Каррид в широкой морской рубахе и бандане, натянутой почти до переносицы, следовал за госпожой Пэй к порту. Теперь он был похож на одного из лихих парней Пери, и его общество с дамой, одетой будто благочестивая и несколько помешанная дева, со стороны казалось чудным соседством курицы и голодного пса.

– Госпожа, не передумали? – заботливо спросил он, когда они миновали улочку, ведущую к «Волшебному парусу». – Настоятельно прошу. Уж поверь мне, не будет там той змеи. Уверен, что забрал он у нее плащ и прогнал ее в тот же день.

– Нет, Каррид! Нет! – Астра рассердилась настойчивым стараниям помирить ее с Голафом. – До франкийца мне нет никакого дела. А что касается наглой девицы, то искренне желаю, пусть остается с ним. Пусть будут счастливы, – сказала она и, поджав ярко крашеные губы, ускорила шаг.

В длинной, узкой внизу юбке идти было неудобно. Мэги иногда спотыкалась с непривычки на неровных булыжниках мостовой и краснела, пряча лицо от взглядов прохожих. Вдобавок, после Арки Ревида, начинавшей портовые кварталы, у нее случилась досадная неприятность: шерстяные кругляши сползли несколько ниже груди, и теперь во внимании прохожих Астра читала нахальную насмешку. А после того как докеры на лавке перед грузовой конторой отпустили в ее сторону несколько издевательских словечек, госпожа Пэй не выдержала и, остановившись, сказала:

– Меч, Балдаморд! Дай мне меч!

– Светлейшая не надо этого здесь, – скривившись, попросил анрасец. – Если невтерпеж, позволь я сам разберусь. Кого зарезать? Того или того? – вытащив клинок, он указал острием на притихших мигом грузчиков.

– Дай мне свою железяку, шет тебя френом! – вспылила Астра и вырвала меч из руки Рэбба. Прорвала лезвием юбку между коленей и разрезала ее до низа. – Вот так! Ну это же с ума сойти, господин Балдаморд! Я что, дурочка, ходить в таком виде?

– Нет, конечно, Светлейшая. Ты очень мудрая, но это глупый поступок, – вытаращив глаза, Каррид глядел то на распоротую юбку, то на докеров и моряков, собравшихся у входа в контору.

– Вот именно, – Астра сдернула с головы чепец с накрахмаленными цветами и, бросив его на землю, пнула ногой. – Да простит меня Балд и Верда с ним, – выкатив повыше шерстяные кругляши, делавшие ее грудь неимоверно пышной, мэги зашагала к причалам.

– Госпожа, зря ты так, – догоняя ее, забубнил анрасец. – Очень не совсем мудро. Мы же договорились быть спокойными и незаметными. Мы же должны быть как две крысы – тихо на корабль и тихо назад.

– А не получается, Каррид. Видишь, не получается. Или ты хочешь, чтобы я умерла от стыда? От этой толстой задницы! – она сердито прихлопнула по пышному слою, покрывавшему бедра, и схватилась за накладную грудь. – От этого вымени. Ты сказал я – как корова?

– Оговорился. Вырвалось.

– Нет, ты сказал правду. Эй, – Астра махнула рукой мальчишке, стоявшему возле пришвартованной к низкому причалу лодки. – Отвези-ка нас к «Нагу». Знаешь такой? Там где-то на рейде должен быть.

– Конечно, знаю, госпожа, – уверенно ответил паренек и принялся отвязывать концы. – Славнейший корабль самого Давпера.

– Подонка Давпера, пирата, негодяя и сволочи, – поправила его мэги Пэй, спрыгивая в лодку.

Мальчишка не стал спорить, лишь робко проговорил:

– Два сальда беру.

Астра развязала шнуровку на кошельке, изрядно оскудевшем за эти дни, и зазвенела монетами.

Проплыв вдоль неровного ряда галер и ожидавших погрузки небольших торговых суденышек, они добрались до знаменитого в прошлом пиратского корабля.

– Кто пожаловал? – поинтересовался сверху вахтенный, не спеша бросить лестницу.

– Известите капитана Мораса: Светлейшая к нему, – крикнул в ответ Рэбб и добавил: – Рая Светлейшая.

– Издеваетесь что ли? – нависнув над бортом, полураздетый матрос внимательно изучал необычных пассажиров лодки.

– Рая, сказал я! – грозно прорычал анрасец. – Зови капитана!

Моряк ушел, шлепая босыми пятками по палубе. Скоро сверху упала лестница и Каррид, а следом Астра поднялись на корабль.

– Госпожа Пэй? – с оттенком удивления произнес Аронд, разглядывая мэги широкими как море глазами.

– Морас, вы узнали меня?! – Астра топнула ногой и рассмеялась. – Нет, невозможно такое! Я думала, что достаточно изуродовала себя краской, этим нарядом и прической.

– Понимаю, вы таким образом скрываетесь от охоты, которую объявил на вас Орден Крона и паладин Лаоренс лично. Прошу, – капитан гостеприимно протянул руку к сходному тамбуру. – Пойдемте в мою каюту – здесь неудобно и жарко.

– Госпожа Пэй, спешу спросить, вы не виделись с Голафом? – поинтересовалась Анита, возникшая из-за плеча Аронда.

– Представьте, виделась. Он меня подкараулил возле «Волшебного паруса», – потянув Рэбба за рукав, мэги прошла к лестнице, ведущей на нижнюю палубу. – Я говорила с ним о вас, госпожа Брис. Рассказала все. О ваших переживаниях и самом капитане Морасе. Но знаете, как бывает упрям ваш брат? Я даже хотела поставить условие, что помирюсь с ним лишь в случае, если он помирится с вами.

– И что? – нетерпеливо спросила Анита, пропуская гостей по длинному коридору на кормовые помещения судна.

– Ничего, я успешно поругалась с ним в тот же день. Вам нужно самой разыскать его в «Волшебном парусе». Скажите, что так попросила сделать я. Придумайте какой-нибудь предлог, – посоветовала Астра, остановившись перед дверью, возле которой зазвенел ключами Аронд.

– Прошу, – пригласил в просторную каюту, посреди которой стоял овальный стол, крытый синим сукном. Стены украшали картины с морскими пейзажами; особое место занимал небольшой этюд с видом на тонущую в закате Ленлу. На полках напортив окна распологалось множество книг в дорогих переплетах, статуэтки, кораллы, крупные розовые и перловые раковины.

– Здесь действительно куда уютнее, – проталкивая вперед растерявшегося анрасца, мэги Пэй зашла, погружаясь по щиколотки в пушистый мергийский ковер. – Угадайте, капитан, зачем мы к вам?

– Это просто, госпожа Астра: вам нужно скорее незаметно покинуть Иальс. Позволю предположить… путь на Рохес. Или сразу Либия? – Морас пригласил жестом мэги и ее спутника сесть на диван и добавил: – Я же обещал помочь. «Наг» к вашим услугам.

– Нет, кэп, – Астра качнула головой и, отодвинув табурет, присела за стол. – Мне нужна карта. Направление к Кара-Маат. Любые подсказки, как добраться туда. До сих пор я не нашла ничего. И даже отец… Ведь вы же знаете, что магистр Варольд жив? И он почти ничем мне не помог.

– Хотите вина? Есть холодный локи, эль. Даже хевши, – Морас приоткрыл двери резного шкафчика.

– Локи, – неохотно согласилась мэги.

– А мне эль, если позволит ваша щедрость, – попросил Каррид, до сих пор хранивший несвойственное ему робкое молчание.

Аронд зазвенел посудой. Анита поднесла к столу вазу с финиками, арахисом и ванильным печеньем.

– Так вы поможете мне, кэп, хотя бы приблизительно воссоздать свиток Хевреха? Мне нужно добраться до Кара-Маат, – взволновано сказала Астра.

– Госпожа Пэй, вы не понимаете что просите. Неточное указание на место в пустыне равно гибели. Я не терплю неточные карты и все прочее, сделанное как-нибудь, – Аронд вернулся к столу с высоким кувшином локи.

– Капитан, мне нужны любые сведенья и указания по Кара-Маат. Помогите, чем вы в состоянии, и я буду благодарна вам. Вы же видели обе карты у Давпера? Постарайтесь вспомнить, что и как там начертано, – с надеждой глядя на олмийца, заговорила мэги Пэй.

– Вы вполне доверяете этому человеку? – спросил Астру Морас, покосившись на длинноволосого крепкого в плечах коротыша, уже хлебавшего эль из тяжелой серебряной кружки.

– Извиняюсь, что не представила. Сам Каррид Рэбб – последователь Балда и мой наиближайший друг. В нем можете не сомневаться. Ни на каплю, – твердо сказала мэги.

Анрасец с напускным достоинством кивнул, и продолжил мочить губы в кружке.

– Тогда послушайте меня, – продолжил Морас Аронд. – В детстве я был помешан на картах. Подолгу разглядывал старые свитки, которые хранились в сундуке отца и в нашей флотской конторе, куда меня пускали всегда беспрепятственно. Я разглядывал их, перерисовывал, снова разглядывал. Иногда закрывал глаза и видел синие волны, далекие города и неведомые земли, где мечтал когда-нибудь побывать. Наверное, поэтому я и стал капитаном. Скажу прямо, госпожа Пэй, у меня отличная память на карты. И свиток Хевреха я могу воспроизвести для вас в точности. Немного хуже с планом города Кэсэфа, но тоже могу.

– Морас! – Астра привстала, едва сдерживая свой восторг. – Морас, неужели вы сделаете это для меня?! Сейчас сделаете?!

– Но, – капитан «Нага» предостерегающе поднял палец. – На тех свитках помимо карт было множество всяких пометок и ссылок на древнелибийском. Я бы даже сказал, что эти записи составляли важную основу пергаментов. Именно они больше всего интересовали Канахора. Их, увы, я вам не воспроизведу.

– Да ерунда какая, кэп. Чушь полная. Мне необходима только карта. Нам бы до Кара-Маат добраться, – госпожа Пэй глотнула из чашечки, оставляя на ее крае яркий след помады. – Нет, я не дурочка, конечно, и понимаю, что пометки там были очень важные. Я знаю о них кое-что от отца. Ловушки, магическая защита, замки и Существа Стихий – все это ерунда, дело как-нибудь разрешимое для мэги. Главное – карта. Пожалуйста, карта, славный капитан!

– Так вот, та карта, госпожа Пэй, имеет один большой недостаток. На ней нет числовых координат города Кэсэфа. Возможно либийцы, составлявшие ее, не имели понятия о навигации по звездам, луне и солнцу, – предположил олмиец, недолго подумав, он вытащил из ящика стола чистый лист пергамента, скрученного в рулон. – Вы понимаете о чем я говорю? Хоть что-нибудь понимаете в навигации по звездам и значении числовых координат? – спросил он мэги.

– Самую малость. Вы рассказывайте, я достаточно быстро соображаю, – разволновавшись еще больше, сказала Астра и рывком придвинулась к столу.

– Тогда я кратко и понятно скажу, – развернув пергамент, Морас подобрал перо в коробке рядом с чернильницей и начал наносить им длинные извилистые линии. – Числовые координаты, которыми обозначают положение того или иного места на наших картах определяются с помощью некоторых навигационных механизмов. Получается точка на карте, обозначенная двумя числами. И потом, любой капитан, плавая в море или, если хотите, бродя по суше, может снова выйти на эту точку, сверяясь с картой и показаниями механизмов навигации. На свитке Хевреха такого нет. Там все обозначения очень условны и погрешность между точками может быть большой. Либийская карта устроена другим образом. Посмотрите сюда, госпожа Пэй, – Аронд указал на северный берег Либии, изящно выведенный им на листе пергамента. – Древний картограф в пути на Кара-Маат ориентировался лишь на заметные объекты местности: горы, реки и озера, а так же поселения, старые храмы и святыни, обозначая направление от них и расстояния в неточных тогда лигах. Примерно как я бы мог объяснять вам дорогу к храму Эты: дойти до Варгиевой площади, за ней свернуть на северо-восток и идти, пока вы не увидите дворец Ронхана, от него направиться на север и идти четыреста шагов. Понимаете?

– Ну, да, – согласилась Астра. – Так гораздо яснее и удобнее, чем ориентироваться с помощью ваших механизмов.

– Госпожа Пэй, так удобнее ориентироваться в городе. По Иальсу я тоже не хожу с секстантом, – Морас продолжал выводить на тонком слое кожи значки и линии. – Но в пустыне, как и в море, все совершенно иначе. Многие места, к которым привязывали путь либийцы, давно не существуют. Ведь свиток Хевреха писался, когда эта местность не была так безжизненна. Например, это озеро, – он вычертил сильно вытянутый овал недалеко от значка храма Тода. – несомненно, оно высохло за тысячи лет. Вы, госпожа Пэй, или кто-то еще будете настойчиво искать его, но не найдете – этого озера просто нет. Понимаете? И вы будете бессмысленно топтать горячий песок, теряя силы и проклиная Хевреха, пока у вас не кончится вода, пища, а затем жизнь. Я могу привести много ориентиров, которые, по моему убеждению, уже не существуют.

– Пожалуйста, рисуйте, капитан, – попросила Астра. – У вас великолепно получается. Прелесть просто! А позже я вам открою маленький секрет, почему мне сгодиться даже такая карта: без точных координат города и даже со стертыми временем метками пути.

– Госпожа Пэй, я боюсь, что вы не достаточно серьезно к этому относитесь, – Аронд помрачнел, подвинул лист ближе к краю стола и продолжил наносить замысловатые знаки. – Когда Давпер предложил мне принять участие в его экспедиции в Кара-Маат, я твердо отказался. Одной из главных причин была именно карта. Я пытался объяснить Давперу всю безумность затеи искать сокровища Кэсэфа по той трижды неточной зарисовке прежних земель Либии. Да, я отказался. Однако Давпер, подобно вам, надеется на какое-то смутное чудо. Чудо, которое якобы поможет найти забытые руины в песках, – капитан «Нага» перевернул лист и начал наносить план города Кэсэфа. – Может Хивс рассчитывает на помощь Канахора, какие-нибудь его магические хитрости. Не знаю. Эта затея мне представляется бессмысленной. Вот, пожалуйста, – он снова перевернул лист и придвинул его к мэги, давая понять, что его работа закончена.

– Прекрасно, капитан! Я совсем не рассчитывала получить такое! Мне можно это забрать? – Астра положила ладонь на пергамент.

– Возьмите. Только тогда я буду чувствовать, что я указал вам дорогу к смерти. А я этого не хочу, госпожа Пэй. Поверьте, я вам добра желаю, – он повернулся к Аните, смотревшей печально на мэги Пэй и державшей в пальцах финик.

– Скажи им, Морас. Скажи им то, о чем мы думали с тобой, – попросила сестра Голафа.

– Хотите, я предложу вам несколько иное решение этого вопроса? Без всякой карты, – олмиец, не вставая с табурета, налил заскучавшему Карриду эль и продолжил: – Разумнее, госпожа Пэй, не испытывать так судьбу, не ходить к проклятому городу. Постойте, – прервал он еще не высказанный протест Астры. – Послушайте меня. Пусть за сокровищами Кэсэфа идет Давпер и Хаерим, раз они так уверены в своих силах и верности старых карт. Их обратный путь в случае успеха в по любому будет лежать через небольшое поселение к западу от Намфрета. Или сам Намфрет и караванную дорогу к Гефахасу. Остается только дождаться их там.

– Вы предлагаете мне хитрость, которой Давпер завладел свитком в храме Абопа? Ведь тот раз он использовал меня, – Астра усмехнулась, играя чашечкой и едва не расплескав локи. – Нет, капитан, я на это не соглашусь. Только потому, что нет никакой уверенности, будто магистр Канахор возвратится тем же путем. А если он завладеет Короной, то после этого нет никакой уверенности ни для кого, ни в чем. Поверьте, здесь я понимаю не хуже, чем вы в рисовании карт. Я должна добраться до Короны Иссеи раньше Канахора. Это обязательное условие! И я это сделаю! Иначе, всем нам будет очень плохо.

– Как знаете, мэги Астра. Я готов плыть с вами только до побережья Либии. И если бы вы пожелали, то мог бы присоединиться с частью своей команды в Намфрете,– сказал олмиец и встал из-за стола.

– Господин Аронд, я ваша должница. За это вот, – поднявшись за ним, Астра помахала скрученным в трубку пергаментом. – Только затруднять вас плаваньем к Либии не хочу. Да и незачем, – Астра ладонью подавила смешок. – У меня есть корабль. Летающий, между прочим, – видеть недоумение на лице Мораса ей было приятно. – Да, да. Вы разве не знаете, что мастер Бернат Холиг в моей команде?

– Но простите, построить вторую «Песнь Раи» за это время…

– Кто вам сказал, что вторую. У меня та самая «Песнь Раи», которая по праву принадлежит Бернату Холигу. Ну и чуточку мне с Карридом, – Астра с удовольствием прищурилась и допила остаток локи.

– А вы – лиса, госпожа Пэй. Редкой хитрости! Трудно угадать, где вы оставите след, – на суровом лице Мораса отразилась улыбка.

– Теперь вы понимаете, что мне сгодиться даже не очень точная карта. С высоты полета орла или еще выше значительно легче найти верный путь. Мы в любом случае отыщем Кара-Маат, причем не сильно утомляясь. Каррид, хватит напиваться, – она несильно дернула анрасца за хвост волос.

– Госпожа Пэй, а вы уверенны, что я начертил вам карту без подвоха? Вполне может быть, что негодяй Морас выполняет тайное поручение Давпера и этот пергамент – лисья ловушка, – глубока морщина от носа к губе олмийца искривилась, и было непонятно насмехается он или за его словами лежит какая-то часть истины.

– Уверена, Морас. Как ни странно, я доверяю вам больше чем некоторым ближайшим друзьям. Это не лесть, просто я так искренне думаю, – она присела в легком реверансе и, взяв под руку, свиток направилась к двери.

– Госпожа Пэй, позвольте вас ненадолго отвлечь, – попросила Анита, когда они вышли в коридор. – Пожалуйста, в мою каюту, – она скользнула в приоткрытую дверь, увлекая мэги за собой. – Каррид, Морас, извините, дражайшие господа, у нас исключительно женский разговор, – закрыв за собой кипарисовую створку, франкийка подошла к небольшому шкафчику, украшенному рельефами Рены и Эты.

– Астра, я знаю, что мой брат вам не безразличен, – продолжила она, когда шаги мужчин затихли на лестнице.

– Я с ним поругалась, Анита. Между нами больше ничего нет, и не может быть. В ближайшее время я отправляюсь на юг, и мы окончательно забудем друг друга, – ответила Астра, без интереса поглядывая на вещи, разложенные аккуратно на полках.

– И все равно он вам не безразличен. Пожалуйста, Астра, не пытайтесь это скрыть – я все равно вижу. Да и зачем вам выпячивать гордость передо мной?

– Скажите прямо, что вы хотите? – холодно сказала мэги Пэй.

– Я хочу, чтобы вы помогли мне, а я вам. Совершенно мелочная помощь. Я дам вам повод встретиться с ним. Я знаю, что иногда нужен просто повод – пустяк, которая спасет сразу двоих. Прошу вас, – она достала зеленоватую нефритовую шкатулку и, откинув крышку, извлекла маленький диск сделанный из серебра с вкраплениями самоцветов, покрытый тонкой резьбой. – Это амулет, который подарила мне мать. Брат знает о нем. Он, когда мы еще жили в Вильсе, просил, чтобы я ему дала его на время, однако получилась так, что я уехала в Иальс… Здесь долгая история – не буду вас утомлять, госпожа Пэй. Проще: этот амулет приносит удачу в любви. Мне он точно помог и теперь больше не нужен. Я очень хочу, чтобы вы передали его Голафу. Просто зашли в таверну и положили амулет перед ним, сказав, что я прошу прощения за все.

– Госпожа Брис, я не собиралась заходить к Голафу в таверну, – сказала Астра, потянув за цепочку, продетую в медальон. – Почему бы вам самой не отнести его?

– Потому, что я хочу, чтобы вы встретились с ним еще раз. Вы же все понимаете! Я хочу, чтобы у вас был повод, потому что я хочу, чтобы вы… были с ним, – франкийка вложила серебряный диск в ладонь мэги и сжала ее пальцы. – А я тоже схожу к нему, схожу к моему брату – знаю, что сказать в этот раз.

– Хорошо, госпожа Брис. Я постараюсь выполнить вашу просьбу.

– Прошу, очень постарайтесь! Обещайте мне!

– Очень постараюсь. Насколько смогу, – заверила Астра, и они вместе поднялись на палубу, где их дожидался Каррид Рэбб и Аронд.

Пока боцман командовал спуском небольшой шлюпки, капитан Морас проводил гостей на корму. С высоты мощной надстройки когга открывался прелестный вид на бухту. Множество больших и малых судов с разноцветными парусами, флагами на мачтах заполняли гостеприимную гавань от маяка, темным пестом выделявшемся в синем небе, до пристани. Оживленные звуки доносились с причалов, на которых в это время царила особая суматоха.

– Я могу дать вам в сопровождение несколько надежных людей, – предложил олмиец, заметив, что Астра напряженно следит за гвардейцами муниципалитета, появившимися на пирсе. – Или лучше останьтесь на моем корабле. На сколько вам потребуется. Здесь гораздо удобнее и спокойнее, чем прятаться в тавернах.

– Благодарю, капитан. У меня много дел на берегу. Я и без того ваша должница, – Астра сжала свиток с картой и направилась к лестнице, скинутой к шлюпке.

Высадившись у одного из лодочных причалов, где крепко воняло рыбой и водорослями, Астра и Каррид направились к Арке Ревида, быстро смешиваясь с толпой.

– Святой Балдаморд, а знаете, что нам все-таки придется заглянуть в «Волшебный парус», – произнесла мэги Пэй, снова чувствуя ужасную несуразность наряда навязанного Вердой. – Увы, придется. Только не думайте, что это я так захотела. Все из-за сестры господина Брыся. Видите ли, амулет ему нужно передать. Вот меня Анита и уговорила. Уболтала как бы.

– О, Балд, Ты творишь чудеса! И мудрость Твоя истинно справедливо распределена между детьми Твоими! – радостно провозгласил анрасец. – Конечно, конечно сходим! Господину Брису очень нужен амулет. Без амулета сейчас жить крайне затруднительно. Как же без него, если такие беспорядки на каждом углу творятся!

– Ты, волосатик, не думай, я не собираюсь с Брысем мириться, тем более любезничать. Отдам Аниткину штуковину и бегом из его свинячьей норы, – заверила мэги Пэй.

– Да, просто отдашь. Сунешь ему в немытые руки. И я с ним малость поговорю. Есть у меня свое случайное дело, – Каррид полез в карман жилетки, проверяя, на месте ли вещица, которую он утром тайком от Астры приготовил для франкийца. Вещица была на месте, и от внезапной перемены настроения, Рэбб почувствовал наступающий голод. – Жрать что-то охота, Светлейшая, – сказал он, поглядывая на лотки, пестревшие навесами крашеной парусины.

– Сейчас купим, – Астра, и потянулась за кошельком.

– Не надо покупать. Денег у нас совсем мало. Я пойду в долг возьму, – решил анрасец и, раньше чем его остановила дочь магистра, свернул к прилавкам, возле которых вился ароматный дым.

Нырнув под столик, Каррид оказался возле грузного мужчины в замасленном халате, ворожившего над шипящей жаровней.

– Милейший, две лепешки с телятиной дай, а? – толкнув его локтем в бок, попросил Рэбб. – Пожалуйста, для благоверных. А то сейчас с голоду сдохнем.

– Сальд и двадцать шилдов, – внятно произнес торговец, глядя сверху вниз.

– Ты дай, я тебе вечером деньгу принесу, – вежливо пообещал анрасец и потянулся к блюду с блестящими жирными лепешками.

– Я тебе дам! Я тебе по морде сейчас дам! – заорал хозяин лавки, хватая анрасца за волосы. – Стража! – завидев над толпой шлемы стражников, он ожесточенно замахал рукой.

– Епть! Ты! На самого меня?! – Каррид побагровел. Скрывая белки, в глазах его разлилась угольная чернота.

Стража, услышав звуки потасовки, двинулась к навесам, усердно разгоняя толпу. Астра, вмиг очутившись рядом с Рэббом, вытянула руку к жаровне, прошептала заклятие, и раскаленные угли из-под решетки понесло необъяснимой силой на потную спину торговца. Тут же ткань на его рубахе, штанах прогорела и он, заорав что-то нечеловеческое, метнулся навстречу стражам. Упал, взвыл и побежал вниз по улице, тараня неровный строй зевак.

– Я убью его! – орал Каррид Рэбб, потрясая распухшими кулаками.

– Эй, стража! – громко призвала мэги Пэй, хотя сержант в перекошенном шлеме уже стоял рядом с ней. – Что ж это твориться, стража! Грабят среди дня!

– Кто грабит?! – хватая ее за руку, спросил сержант.

– Вот он! Вот! Держите! – Астра указала на торговца, которого уже скрутили двое кирасиров – он вырывался, захлебывался, пытаясь что-то объяснить.

– Беспощадно грабят! – продолжила Астра. – Я только лепешку купить хотела. А он за мой кошелек. А потом еще за невинное тело. Изнасиловать, сволочь, хотел, прямо на торговом лотке, – в доказательство она представила подол разошедшейся юбки.

– О-о! Госпожа! – сочувственно произнес стражник, глядя на стройные женские ноги, так странно, возмутительно и аппетитно сочетавшиеся со сдобными формами, прятавшимися под одеждой. – Пройдемте, пожалуйста. Вам нужно все объяснить подробнее, – он взял ее за протянутую ладонь, увлекая в сторону от людного места.

Астра двинулась за ним, опасаясь, что торговец после замешательства окончательно придет в себя, и тогда произошедшее откроется с несколько другой стороны.

– Спаситель мой, – повернувшись к растерявшемуся Рэббу, сказала Астра. – Лепешки заберите. Кушайте, кушайте вдоволь – я за них сполна заплатила.

Сержант, оставив человека в замасленном халате на попечение кирасиров, отвел мэги в тень тутовых деревьев, подальше от суетных лотков и спросил:

– Так как же госпожа это все вышло? Прямо на глазах у всех, он за ваш кошелек, потом под юбку?

– Ой, не знаю даже, что было сперва. Не могу словами выразить наглость его поступка, – жалостливо проговорила госпожа Пэй, поправляя на груди предательски сползавшие вниз кругляши. – Мне это показать легче, милый господин.

– Показать? Давайте, давайте покажем, – еще больше оживился сержант, глядя то на ее ноги, выступавшие в разрезе юбки, то на соседнюю подворотню. – Давайте, я буду как бы вместо того нахала. Да – так нам станет легче понять, что произошло. И потом, как следует наказать мерзавца!

– Сержант, его поступок был очень бесстыжим. Не могу я здесь такого позволить даже вам, – сказала Астра, ища взглядом Каррида Рэбба, который пропал в неизвестном направлении.

– Как я вас понимаю! Идемте сюда, – начальник наряда кирасиров, жарко взял ее за локоть и потянул к подворотне.

– Здесь, – решил он, оглядевшись по сторонам.

В маленьком безлюдном дворике, стиснутом потрескавшимися стенами старых домов, было сумрачно и тихо, словно шумной улицы по соседству не было вовсе. Несколько окон с тусклыми стеклами, похожих на глаза слепой старухи, не вызывали особых неудобств.

– Будьте добры, здесь, – повторил он.

– Ну что я вам расскажу… – Астра постаралась убрать его руку, опускавшуюся от талии вниз. – Схватился за кошель мой и говорит: кошелек или честь. Мне и того и другого жалко было. Я задумалась, а он юбку начал на мне рвать. Бесстыже так. И лапами немытыми по ногам, по ногам!

– Какой негодяй! – ладонь сержанта сползла с плеча госпожи Пэй и коснулась накладной груди.

– Сержант, – томно прошептала мэги. – Вы с этим, пожалуйста, поаккуратнее – груди не мои.

– А чьи? – поинтересовался он, расстегивая пуговицу ниже воротника и проникая ладонью под платье.

– У знакомой на время взяла. Правда, хорошие? – Астра заметила, как в подворотню зашел Каррид Рэбб.

Рука стражника нащупала плотный шерстяной шарик и тут же выпрыгнула из-под чудесного облачения госпожи Пэй.

– Это что ж твориться?! – сержант опасливо попятился. – Кто вы вся такая?!

– Рая она Светлейшая, – ответил из-за его спины анрасец.

– Как? Сама Рая? – стражник повернулся и, получив удар булыжником по лбу, рухнул наземь. Звеня и подпрыгивая, покатился железный шлем.

– Каррид! Сукин ты пес! – вскрикнула мэги. – Чего ты сцепился возле лотка?! Сам же говорил, что мы должны быть тихими и незаметными, как мыши.

– Как крысы, – поправил ее преданный Балду. – Извиняюсь, госпожа. Жрать сильно захотелось, – он поднял с земли блюдо полное лепешек и с достоинством поднес госпоже Пэй. – Кушайте, пожалуйста.

До «Волшебного паруса» Астра и Рэбб шли через узкие сумрачные улочки квартала Скины, иногда пускаясь бегом или затаившись при виде близкого патруля кирасиров.

Зайдя в таверну, Астра направилась к привратнику, уныло стоявшему под лестницей, и спросила:

– Скажите, важный господин, у вас тут поселился некий Голаф Брис, – она описала внешность франкийца, понимая, что рейнджер может здесь значиться и под другим именем. – На месте ли он сейчас?

– Нет. Ушел куда-то, – ответил привратник, облокотившись о перила и со скукой глядя в сторону. – Злой с утра был. Наверное, в кабак понесло.

– А, господин, напрягите свою память, – Астра щелкнула пальцами перед его носом, требуя внимания. – Поднималась ли к нему девица с длинными волосами и сучьими глазками?

– С утра не была. Может, поэтому он злющий такой был.

– И еще, пожалуйста, вспомните: не ночевала ли она у него вчера и позавчера? – продолжила допрос мэги Пэй.

– Позавчера меня здесь не было, а вчера… не помню. Ну не помню я, – ответил привратник и отвернулся к стене.

Для верности Астра и Рэбб в сопровождении прислуги поднялись на второй этаж. Рядом с изображением гигантского змея, нарисованного черной краской на стене, мэги подергала дверь – она была заперта. Каррид и Астра уже вернулись к лестнице, когда сзади послышался скрип засова и в коридор выглянул Голаф Брис.

С минуту они стояли и смотрели друг на друга. Анрасец нервно мял край жилетки и сопел. Рейнджер поправлял ремень, с которого свисали пустые ножны.

– Госпожа Пэй, так и будете стоять там? – спросил, наконец, Голаф.

– Шетов франкиец, узнал меня все-таки, – Астра улыбнулась и подошла к нему. – Узнал, да?

– Чего ж тебя не узнать. Потолстела что ли? – он потрогал ее ниже пояска.

– Руки убери, – Астра оттолкнула его ладонь. – Я к тебе по делу пришла, меж прочим. Пускаешь или здесь будем говорить?

– Вы сами пока поговорите. Сами. Я пойду скорее, горло промочу, а то что-то голова болит. Вернусь скоро, – решил Каррид, мысленно молясь Балду, чтобы Светлейшая примирилась с франкийцем.

Рэбб покинул их, скрипя ступеньками, а мэги вошла в комнатку Бриса.

– В общем по делу я, – повторила госпожа Пэй, остановившись возле неубранной кровати и поглядывая по сторонам в поисках признаков недавнего присутствия девицы, из-за которой у них случилась ссора. – Анита просила тебе кое-что передать. А то подумаешь еще, что я мириться пришла.

– Чего ты так вырядилась? – Голаф потрогал сине-черно-коричневый муслин ее платья.

– Ты разве не знаешь, что меня разыскивают. Муниципалитет, стражи, и всадники Крона, – она прошла к окну и, отодвинув занавес, глянула на улицу.

– Знаю, что разыскивают. Я с утра по ближним харчевням ходил, разузнать, что о тебе и Варольде народ говорит, – рейнджер остановился с ней рядом. – Главное, все обошлось, госпожа Пэй. Желаю, чтобы тебе всегда так везло.

– Спасибо, господин Брис. А пока мы к тебе добирались, ко мне один стражник пристал. Завел в темную подворотню. Наверное, изнасиловать хотел. Представляешь? Так я ему понравилась даже в этом уродском наряде, – повернувшись к франкийцу, Астра растянула юбку за края. – Каррид быстро наглеца утихомирил. Булыжником по башке – бах!

– Астра, ты притягиваешь к себе неприятности как то магнетическое железо Бугета дротики. Зачем-то сама ищешь их с непонятным упорством, – сев на подоконник, рейнджер скрестил руки на груди. – Если бы я находился рядом с тобой, то не было никакого стражника.

– Да брось, Голаф, ты только и знаешь, что обижать меня. Совсем не считаешься со мной, будто я девчонка какая-нибудь. Все! Не хочу об этом говорить! – она резко отвернулась и махнула свитком капитана Аронда. Помолчав немного, спросила: – Расскажи лучше, как твоя подружка? Все так же красуется в плаще, который ты хотел мне подарить?

– Нет. Я порвал его. На кусочки, – хмуро сказал Брис.

– Порвал?! Плащ за семь штаров!

– Какая разница сколько он стоил. Он поссорил меня с тобой! В тот очень счастливый поначалу день…

– Врешь. Покажи кусочки или что осталось от него, – Астра прищурилась, вглядываясь в строгое лицо рейнджера.

– Зачем их показывать? Я думал, ты веришь моему слову, – франкиец встал с подоконника и махнул рукой на обшарпанный платяной шкаф в углу. – Хочешь… впрочем не надо… нет его там, – тут же спохватился он, вспомнив, что на верхней полке лежат вещи Ильвы. – Расскажи сначала, что хотела передать мне Анита.

– Анита желает примириться с тобой. А ты – такая дрянь, – мэги Пэй, все еще поглядывая на платяной шкаф, подошла к кровати и, поправив смятое покрывало, села. – Прости ее. Что тебе стоит? Хочешь, я даже буду к тебе лучше относиться? Я могу о плаще этом шетовом забыть, – она с надеждой посмотрела на рейнджера, стоявшего посреди комнаты словно серый деревянный идол. – Иди, пожалуйста, сюда, Голаф.

Астра достала серебряный медальон, и когда франкиец сел рядом с ней на кровать, вложила в его руку.

– Ты же знаешь что это за вещь? – продолжила дочь магистра. – Амулет. Ваша мать Аните его оставила. А ты просил у нее на время. Вот теперь она его тебе дарит. Это восхитительный амулет. Он приносит удачу в любви. Понимаешь?

– Понимаю, – франкиец кивнул, сжимая в узловатых пальцах серебряный диск. – Мне такой удачи очень не хватает. На остальное мне наплевать. Если бы только Рая была благосклонна ко мне… хоть чуть… самую малость, я бы стал счастливым человеком. Конечно, я возьму этот медальон. И еще, госпожа Пэй, я слышал, что тебя некоторые называют Раей Светлейшей. Может это действительно так?

– Голаф, я желаю, чтобы амулет помог тебе. Поэтому пришла… – Астра тяжело вздохнула, почувствовав тошноту сильнее подступавшую к горлу. Лицо мэги побледнело, закрыв рот рукой, она прислонилась к стене.

– Что с тобой Светлейшая? – выронив медальон, Брис придвинулся к ней.

– Ничего. Пройдет сейчас, – Астра положила руку себе на живот. – Ребенок беспокоит. Так бывает иногда.

– Наш ребенок, – франкиец накрыл ее ладонь своей и, почти касаясь губами ее уха, прошептал. – Я очень хочу беречь его и тебя. Если бы ты мне только позволила это делать. Не противилась, чтобы я был с тобой рядом… Тогда бы амулет Аниты, тот розовый плащ и все остальное стало бы ненужным.

– А если это не твой ребенок, что тогда, Брис? – в глазах Астры появилась краснота, пальцы нервно сжали покрывало.

– Он бы все равно стал моим, – рейнджер обнял ее, целуя в изогнувшуюся назад шею.

– Голаф, Голаф, – зашептала мэги Пэй. – Я тебя еще не простила. Или ты хочешь снова меня разозлить?

– Только не разозлить, – произнес рейнджер, теплее прижимая ее к себе. В эту минуту он услышал легкие быстрые шаги на лестнице и сразу узнал в них походку Ильвы.

Он вскочил, чтобы запереть дверь изнутри, но не успел – стремительная и свежая как ветер, танцовщица вошла в комнату.

– Мэги Пэй?! – искренне изумилась она, не сразу узнав Астру. – Вас весь город ищет. А вы, оказывается, нежитесь здесь. Не думаете, что из-за вашего визита Голаф Брис может пострадать?

– Ильва ты же пришла только за вещами? Прошу, бери и скорее уходи отсюда, – темнея в лице, вымолвил франкиец.

– Прошлой ночью ты был куда любезнее, – проговорила танцовщица, направляясь к платяному шкафу.

Астра сидела в замешательстве на кровати, сжав до боли кольцо Керлока и думая, что снова, снова, снова все повторяется. Все идет по колдовскому кругу, будто ее жизнью управляет ифрит, мечущийся вихрем в круглом сосуде.

– Пойду я, господин Брис. Извините за беспокойство, – вскочив, Астра небрежно поклонилась франкийцу и его подруге. – Я заходила только по делу. Надеюсь, это амулет принесет вам удачу, – толкнув дверь, она направилась порывистым шагом к лестнице.

– Астра, подожди, – Голаф догнал ее, останавливая за плечо. – Астра, тебе не нужно уходить. Она зашла только забрать свои вещи. Вещи… чтобы больше не возвращаться.

– Зачем такие жертвы, франкиец? Тебе же хорошо с ней. Я вижу по твоим глазам. И я не хочу нарушать ваш милый покой. Не хочу снова и снова быть не к месту, – пройдя мимо Каррида Рэбба, беседовавшего о чем-то с привратником, мэги выбежала на улицу. – Не думай, господин Брис, я не обижаюсь. И чего мне обижаться? Совсем нечего. Ведь все равно мы больше не увидимся. Я завтра отправлюсь в Либию, – сказала она, остановившись посреди улицы и чувствуя, как ко рту подступает горький ком. – Да, в Либию. Тебе, конечно, не нужно об этом знать. И тебе не нужен ни Давпер, ни Канахор, ни далекий недоступный Кара-Маат. Ты будешь сидеть в своей грязной комнате, пить дешевое вино и обнимать женщину, похожую на меня, но ради меня самой ты не шевельнешь и пальцем.

– Я все сделаю ради тебя. Если только ты этого пожелаешь, в Некрон пойду, – Брис осторожно прикоснулся к ее руке. – Останься, Астра. Я хочу многое тебе сказать.

– Не ври. Иди к ней, – Астра вытянула палец к окну комнаты франкийца. – С ней тебе так легко, уютно. И амулет Аниты тебе даже не нужен. Ведь ты не хочешь сделать ничего, думая, что Светлейшая Рая сама должна положить перед тобой любовь. Прощайте, господин Брысь, – она повернулась и быстро зашагала к кварталам Скины, подняв голову и прижав ладонь к губам.

– Господин Брис, – сказал Каррид, тронув франкийца за рукав. – Очень точно скажу, она неравнодушна к вам. А счастье Светлейшей – моя важнейшая забота. Я сделаю все, чтобы ей было радостно. Даже такое, что она и не одобрит сразу. Послушайте меня, – требуя внимания, анрасец снова потряс его за рукав.

– Что тебе надо? – Астра скрылась за углом, и рейнджер опустил взгляд к Рэббу.

– Это вам надо. Я сказал, что для радости нашей Светлейшей всякое сделаю. Вот и вынужден сообщить, чего бы не следовало, – Каррид быстро огляделся, приблизившись к Голафу и привстав на носки сказал: – Мы завтра или послезавтра в Либию отправляемся. «Песня Раи» спрятана в поместье Керлока. Так что думайте, милейший. Думайте, если вам хоть чуть госпожа Астра дорога. Вспомните, как вы за ней на Карбосе волочились. Тогда я вас всячески от нее отстранял, а сейчас знаю, что вы ей тоже нужны, поэтому все откровенно говорю. И вот еще, – он полез в карман жилетки, извлек из него прозрачный шарик, наполненный жидкостью, в которой плавала маленькая рыбка. – Эта вещь мне особо дорога – подарок магистра Варольда. Крайне дорога! – подчеркнул Рэбб, держа в ладони шарик, игравший золотистыми бликами солнца. – Нет таких денег, чтоб я за них уступил ее, но вам отдаю. Голова рыбки… Видите? – он кивнул на волшебный прибор. – Всегда указывает направление, где находится госпожа Астра Пэй. С точностью до пары лиг. Уж так ее отец устроил святейшее волшебство. Вот вам его вручаю, потому что мне этот шарик без сильной надобности – я всегда буду рядом со Светлейшей. Так мне Балд велит. И все это Он надоумил меня вам передать.

– Спасибо, друг, – с чувством поблагодарил Голаф, и хотел положить ему руку на плечо, но анрасец вывернулся и побежал за дочерью магистра.

* * *

После недлинного ряда прилавков, где сбывали овощи и фрукты крестьяне ближних поселений, Леос и мэги Верда направились прямиком к юго-западным воротам. Им двоим было от чего-то радостно с утра. Бард иногда останавливался, выкрикивал куплеты собственных песен и тут же, вытащив из-за пояса раковину, дул в нее – надколотый инструмент амфитрит издавал неровный гудящий звук. Прохожие обворачивались, подшучивая, дразня медными шилдами, некоторые недовольно ворчали, а Верда, похожая на мальчишку в берете и синем дорожном костюме, смеялась, обнимала его, и они спешили дальше.

– Госпожа! – не доходя до почтовой конторы, увенчанной высоким чешуйчатым куполом, бард остановился. – Спокойно, моя принцесса, – там стражи! Идем-ка сюда, – схватив Верду за руку, он бросился между стен двух близкостоящих домов, свернул за угол и обнаружил, что они оказались в тупике. Слева и справа поднимались стены с облупившейся штукатуркой, прямо был высокий трухлявый забор и заросли мимозы.

– Ты чего побежал? – удивилась мэги Верда. – Привык с Астрой прятаться от стражей? Они нам никак не угрожают.

– А вдруг… вдруг они перепутают тебя с госпожой Пэй? Что тогда? Я боюсь, – прошептал бард с притворным опасением, поглядывая на дальний конец прохода, приведшего их сюда. – Очень боюсь за тебя, – он обнял мэги и прижал к стене, покрывая лицо поцелуями.

Берет упал, и роскошные волосы Верды, рассыпались по плечам светлыми блестящими струями.

– О, Леос! – прошептала она, от прикосновения его ладоней, ласкавших ноги обтянутые мягкими лосинами. Она подняла голову, глядя на белых голубей в небе, закрыла глаза, прижимаясь к музыканту всем телом.

– Моя прекрасная Верда, – произнес он, расстегивая пуговицы на ее котте и рубашке. Розовая круглая грудь нежно легла в его руку.

– Леос, не надо здесь, – жалобно попросила мэги Глейс. – А то я не сдержусь сейчас. Мы испачкаем и порвем одежду, – она поймала его волосы, вздрагивая от поцелуев. – Бежим отсюда. Скорее бежим. За ворота. Туда, где зеленый луг и нет никого.

– Ночь прошла, и я уже слишком соскучился по тебе. Прости мою несдержанность. Бежим, куда ты хочешь, – с жадностью и любовью глядя на волшебную госпожу Глейс, он принялся поправлять ее одежду.

Они выбрались из проулка и поспешили к выходу из города.

Возле ворот была небольшая толчея. Повозки, редкие всадники и пешие за стенами города поворачивали сразу на север, к садам и виноградникам или поселениям, лежавшим на плодородных землях притока Росны. На старый тракт, тянувшейся невдалеке от поместья Керлока, не ступал почти никто. Разве что редкие странники, решившиеся на утомительное путешествие в Нолд или Олмию по неудобной и опасной дороге.

Двое стражей: один с алебардой на перевес, отгонявший особо нахальных проныр, другой в обнимку с перевернутым шлемом, наполненным на треть звонкой мзды, попеременно взывали к спокойствию и порядку. Капрал Наврад Пилг сидел на перевернутой бочке под навесом и пьяно, но зорко смотрел за медленной вереницей горожан и крестьян, толкавшейся у ворот. Он изрядно перебрал вчера в кабаке под «Серебряным шлемом» и теперь думал о том, что боги злы, а ему никак не удается угодить паладину Лаоренсу – ни шетова девка Пэй, ни ее дружки почему-то не желают попадаться ему на глаза.

Мэги Верда, держа под руку Леоса, пристроилась за пожилыми крестьянками, волочившими корзины через узкий проход. Наконец нерасторопные бабы миновали стража, и за ними госпожа Глейс выскочила на желанный простор, открывавшийся за городской стеной.

– Мы еще вернемся. И будет вам монетка, – повернувшись и отпустив изящный реверанс стражам, пообещала она.

– Госпожа… Госпожа Верда! – Наврад Пилг икнул от неожиданности и вскочил с бочки.

– Да, капрал? – мэги перевела взор голубых и счастливых глаз на него.

– Вы задержаны, – хрипло сообщил Пилг. – Распоряжением паладина Лаоренса.

– Чего?! – улыбка медленно растаяла на розовом гладком лице Верды.

– За-задержаны, – заикаясь проговорил начальник караула. – Распоряжением Лаоренса.

– Я не подчиняюсь паладину, милейший! – ее голос стал холодным и твердым, как острие льда. – Любые обвинения и притязания ко мне только в присутствии высших членов магистрата. Ясно?!

– Держите ее! – капрал подал знак Фрому и двум кирасирам.

– Стойте, где стоите! – мэги предостерегающе подняла руку.

Леос выскочил вперед, выхватив из-за пояса маленький кинжал. Но стражников это не остановило. Опустив копья, они двинулись на нарушителей порядка. Возле ворот послышались крики и визг. Крестьяне, побросав громоздкую поклажу и оставив повозки, отступили к стене.

– Ангро-кат-фроза-вейв-спелл! – проговорила Верда – воздух вспыхнул сапфировыми искрами, хлынул волной на атаковавших воинов.

Все трое застыли на месте. Их лица посинели. Копья выпали из рук. Волна лютого холода докатилась до Пилга, и он замер с открытым ртом, пытаясь вымолвить что-то. Ниже его носа заблестели две маленькие сосульки.

– Не делайте больше этого, госпожа, – раздался строгий голос позади Верды.

Она резко повернулась и увидела трех рыцарей Крона, шаги которых не было слышно из-за рева напуганной толпы.

Мэги Глейс не успела вложить достаточную силу во второе заклинание. Фиолетовая молния ударила ближайшего воина, его тело свело судорогой, но он устоял на ногах. Двое других служителя Крона схватили госпожу Глейс за руки и повалили ничком на дорогу. Кинжал Леоса беспомощно ткнулся в прочную броню мечника с львиноголовым гербом. В тот же миг бард упал от сокрушительного удара кулака.

– Капрал, свинья вы тупая! – с возмущением пробасил старший из служителей Крона. – Ее нельзя было трогать здесь! Поди, выпытай теперь, куда она путь держала!

Глава третья. Ледяная дорога

Мэги Верду со связанными за спиной руками увели рыцари Крона. Леос лежал в пыли еще несколько минут, царапая ногтями землю, выплевывая грязь, набившуюся в рот солеными комьями. Тело нестерпимо болело от ударов кованых сапог, и сперва бард думал, что у него переломаны кости. Может, оно так и было, но все-таки он смог встать и, шатаясь, подойти к воротам. Народ, наблюдавший это неприятное происшествие от начала, с ропотом посторонился, пропуская мученика. Только кирасир перегородил проход алебардой.

– Двадцать шилдов! – сказал он, уставившись мутным немигающим взглядом. – Мне плевать, кто ты такой, – добавил страж. – У нас строгий порядок.

Скрюченной рукой Леос отвязал кошелек и, рассыпав медные, серебряные монеты к ногам кирасира, двинулся в город. За его спиной удивленно и возмущенно ревела толпа. Кто-то бросился собирать валявшиеся на дороге деньги.

– Епть! Руки поломаю! Ой, не тронь! – хрипела чья-то глотка.

Постепенно боль отступала. Бард чувствовал, что увереннее стоит на ногах и может даже идти, не опираясь на стену. Однако он понимал, что госпожи Глейс ему не догнать, даже если он найдет еще немного сил и заставит себя побежать. Словно брошенная о мостовую ваза, голова разваливалась на части: от жестоких побоев, от мыслей, похожих на удары сапог. Вытирая кровь, горько текущую по губам, Леос думал, по какой причине и по какому праву забрали ни в чем не повинную, милую мэги Верду? Конечно, это как-то было связано с Астрой, ее отцом, с Изольдой. Но почему тогда не забрали его?

Не обращая внимания на прохожих, таращащихся на него с любопытством или шарахающихся, будто от бешеного пса, бард шел к «Покоям Сафо», не совсем понимая, чем ему способны помочь Астра и Каррид.

После часа Береса, отзвонившего железными ударами на башне, Леос добрался до таверны и, пряча лицо от привратника, прошел сначала в маленький зал кабака, потом в комнату, снятую Рэббом. Дверь была открыта, и бард, ввалившись в нее, сразу предстал перед глазами дочери магистра Пламенных Чаш.

– Беда, Астра, – сказал он, прислонившись к стене и опустив голову. – Ужасное дело, будто всех богов я прогневал.

– Что, пернатый? Кто посмел тронуть тебя?! – Каррид подскочив к другу, всматривался в его побитое лицо. – Давай на подушки, – анрасец легко подхватил барда, не слушая его слабый протест, перенес на диван.

– Ну, говори ты! – Астра села рядом, вмиг забыв обо всех обидах на музыканта и даже о последнем раздоре с Голафом Брисом.

– Госпожу Глейс схватили. Рыцари Ордена, – поморщившись от боли, Леос вытянул правую ногу, сдвигая подушки, лег выше. – Связали и увели. Говорят, по приказу паладина Лаоренса. Я ничего не мог сделать! Они ведь железные, сволочи, и кулаки у них железные, и ноги.

– Правда, дело ужасное, – согласился Рэбб, размашисто заходив по комнате. – Такое дело, что кто бы мог подумать! Госпожу Верду схватить!

– Светлейшая, ты же поможешь? – Леос попытался улыбнуться и протянул Астре руку. – Не оставишь ее?

– Да, сладкоголосый, хоть ты и дрянь редкая. Дрянь, но друг мне, – мэги Пэй мягко взяла его ладонь, говоря себе, что готова помочь ему и Верде, хотя бы постараться придумать что-нибудь. Она готова, даже если ее предают, оставляют те, кого она хотела бы видеть рядом. – Если б я только знала, как помочь, – прошептала Астра. – Расскажи все в точности. Где ее схватили? В чем обвиняют?

Пока бард пересказывал подробности случившегося возле городских ворот, госпожа Пэй размышляла, закусив губу, что может сделать она против властного рыцарского Ордена и поправшего все законы Лаоренса. Сперва ей пришло в голову использовать весса: явиться неожиданно через портал и попытаться забрать мэги Верду. Однако Астра сразу отвергла столь сомнительную идею, ведь оставалось неизвестным, куда отвели слуги Крона Славного госпожу Глейс. Скорее всего, прямо в Орден, а если так, то в освященных хорах рыцарской цитадели использовать весса было невозможно из-за эффекта Лухоса, с опасным действием которого мэги столкнулась недавно. Еще мэги думала просить помощи Бугета, капитана Мораса и Голафа Бриса, или ночью поднять «Песнь Раи» и атаковать сверху место заключения Верды, используя магию и оставшийся в запасе порошок Берната. Но все эти идеи при внимательном рассмотрении, казались глупостью, заранее обреченной на провал. Как Астра ни старалась, ей не приходила ни одна достойная внимания мысль. Посидев еще немного возле барда, она встала и сказала:

– Каррид, здесь нам оставаться больше нельзя. Если они схватили Верду, то могут прийти и за вами. Бери Леоса, и ступайте в «Серебряный шлем» или… – мэги Пэй представила, что любая таверна может быть под вниманием людей Лаоренса, может быть, даже кто-то из служителей Крона, проследил путь Леоса от ворот к «Покоям Сафо», и сейчас их ждала на улице западня. – Идите к тем сараям за Варгиевой площадью, где мы встречались с Бугетом, – решила Астра. – Просите укрыться у толстяка – он вам не откажет. И я туда приду. С Вердой. Если только смогу что-нибудь сделать.

– За мальчишку меня, Светлейшая, держишь? – Каррид уперся в стол и набычился. – Я пойду с тобой. Уж извини. Сын Балда на такое Светлейшую одну не отпустит, иначе меня всю жизнь терзать будет позор!

– И я пойду, – зашевелился Леос. – Если нас схватят или поубивают, лучше вместе лежать, чем так жалко подыхать порознь.

– Да вы ум потеряли! – вспылила Астра. – Я знаю, что делаю! У меня кое-какие соображения есть! Особые такие магические соображения, где место только мне одной! Идите к сараям Бугета и ждите там. А завтра рано утром уйдем через западные ворота. К дому Керлока уйдем, поднимем «Песнь Раи». Все! И отвернитесь к шетовой невесте, – она скинула муслиновое платье Верды. Оставшись почти нагой, недолго покрутилась возле зеркала, вытащила легкую тунику с золотистой полосой и синий пеплум. Быстро оделась и, взяв остаток денег, выбежала из комнаты.

Говоря друзьям, что у нее есть кое-какие соображения по освобождению госпожи Глейс, Астра бесчестно врала. На самом деле она не имела ясного представления, как вызволить подругу барда из плена Лаоренса Нерома. Лишь в одном мэги Пэй была убеждена: сначала нужно разузнать, куда отвели рыцари Верду, добраться до того самого места и уже там решать – какие-нибудь разумные мысли обязательно посетят ее.

От таверны Астра почти бегом направилась к площади Герма. Лишь ненадолго она задержалась возле цирюльни, где говорили о мечниках, ведущих связанную мэги Верду куда-то за сады Ронхана. За садами Ронхана как раз и находились Орден Крона Славного и малая Башня Порядка. Госпожа Пэй рассудила, что Лаоренс не будет обременять себя долгой и смутной процедурой закона, просить о чем-то служителей Порядка, а пожелает сразу видеть Верду перед собой. Дойдя до кварталов Анекора, мэги Пэй уже не сомневалась: пленницу следует искать в цитадели Ордена. Перебравшись через приток Росны по горбатому каменному мосту, Астра поспешила вдоль набережной вверх и скоро достигла зубчатых стен, встававших за узкой полосой фруктовых деревьев.

Не доходя сотни шагов до ворот, горящих на солнце яркой бронзой, госпожа Пэй остановилась. Присела возле дороги, делая вид пред караульными мечниками, что перевязывает ремни сандалий, а сама поглядывала на мощеный темными квадратами базальта двор и башни, возвышавшиеся одна над другой острыми шпилями. Не прошло и нескольких минут, как один из караульных направился к мэги Пэй, уж слишком подозрительно возившейся под воротами Ордена.

– Чего потеряли, девушка? – осведомился мечник, внимательно приглядываясь к незнакомке.

– Ага. Пряжка отлетела, – сказала Астра, поправив еще раз ремешки сандалий. – И еще госпожу свою потеряла. Мэги Верда где-то здесь у вас. Я – ее служанка, вот пришла узнать, потому что все мы беспокоимся.

– Есть такая. Пойдемте со мной. Там в тени подождете, – предложил служитель Крона и вдруг заметил блеснувший под ее туникой медальон, похожий на всем известный знак мэги. Тут же, изловчившись, мечник схватил дочь Варольда за руку.

* * *

В зале со стройными гранитными колоннами было светло и тихо. Рыжими снопами лучи солнца проникали в стрельчатые окна, поднимавшиеся до расписного свода. На возвышении за бронзовым кратером алтаря стояла огромная статуя Крона, одетая в сверкающие доспехи, с мечом, занесенным выше белого султаном шлема. Тонко пахло миррой. Двое рыцарей у входа держались торжественно и строго, словно не замечая госпожи Глейс, нервно расхаживавшей между колонн со связанными за спиной руками.

Наконец в коридоре послышались твердые торопливые шаги, и в зал вошел паладин Нером.

– Лаоренс! Вы окончательно свихнулись! – мэги подлетела к нему, блестя ледяным колющим взглядом. – Я подам жалобу в магистрат! И обращусь в муниципалитет! Похлопочу от всей разгневанной души! Знаете, что вам будет?! Вам больше не видать избрания в Белую Палату!

– Тише, тише, мэги, – паладин снисходительно улыбнулся. – Произошло досадное недоразумение. Переусердствовали тупые стражи. И мои люди приложили лишнее старание. Вы же знаете, какие теперь времена. Все друг друга в чем-то подозревают.

– Немедленно развяжите мне руки! – потребовала Верда, поворачиваясь к нему спиной.

Лаоренс вытащил кинжал и, чуть помедлив, аккуратно разрезал веревки на запястьях.

– Я жду извинений, господин Нером! И сейчас же принесите мне зеркало! – мэги потрогала щеку, саднившую от удара и липкую от крови. – Если на моем лице останется хоть маленький шрам, то твои люди… те подонки, что грубо набросились на меня, сгниют в тюрьме. Извинения и зеркало, Лаоренс!

– Всем сердцем сожалею, госпожа Глейс! Извиняюсь, – он взял ее руку, еще красную от тугих пут, и поднес к губам. – Извиняюсь, – повторил он. – Такая красивая женщина не должна была пострадать. Хотите, буду предельно честен? Я действительно приказал разыскать вас, госпожу Изольду, Астру и магистра Варольда. Ну, последних, вы понимаете почему. А с вами я хотел просто поговорить. Внести некоторую ясность. Не будем об этом здесь. Пройдем в мою комнату, там со всем удобством поговорим. И там же есть зеркало.

Не дожидаясь ответа, Лаоренс направился к двери. Верде ничего не оставалось, как последовать за паладином по коридору, длинному, охраняемому сонмом мраморных статуй и суровыми воплощениями Крона, взиравшими с потолка. Свернув направо, Нером вошел в небольшой зал, где между массивных ваз с цветами стояло два дивана, резные полки черного дерева и низкий стол.

– Прошу, – сказал Лаоренс, пропуская гостью вперед.

Верда вошла и тут же увидела Канахора, словно сыча, сидящего в кресле под малым гербом рыцарского Ордена. От неожиданности мэги застыла, схватившись, за тяжелую драпировку у двери.

– Рад видеть, сестра Раи, – магистр Алой Звезды легко кивнул ей. – Мы ищем тебя два дня. Дома тебя нет. Слуги твои уже забыли, когда ты появлялась последний раз. Вышли на твой след в «Залах Эдоса», говорят, ты там комнату снимала. И не просто комнату, а по соседству с покоями Изольды Рут. Вы же с ней вроде не особо знакомы? Вот, утешь наше любопытство.

– Что вы хотите? Силой привели меня сюда и теперь думаете рыться в моей собственной жизни? – Верда с презрением глянула на Хаерима и повернулась к Лаоренсу. – Я вам ничем не обязана. Тем более вам, магистр Канахор! После того, как вы меня рассорили с Варольдом, заманили некоторой Либийской историей и предательски бросили. Бросили, когда мои знания целиком перешли к вам, и я стала бесполезна для вас.

– Это не так. Я как раз хотел тебе предложить участие в нашем Либийском путешествии, – проговорил магистр Алой Звезды. – Общество такой способной мэги всем нам было бы на пользу.

– Я вам не верю, господин Хаерим. Как-нибудь без меня. К тому же я потеряла интерес к Кара-Маат, – солгала Глейс, зная, что с этим человеком нельзя быть откровенной ни в чем. – У меня другой теперь интерес: мой милый бард, которого ваши люди, Лаоренс, беспощадно били ногами. Не знаю, жив ли он теперь. Вы ответите за него!

– Сначала, госпожа Глейс, поскольку я расследую детали, связанные с укрывательством и последующим исчезновением убийцы олмийского короля, вы ответите мне, – став посреди комнаты, строго сказал Нером. – Сразу оговорюсь: вам следует быть откровенной. Если ваши ответы меня удовлетворят, я вас незамедлительно отпущу и трижды повторю извинения. Если нет, то мы найдем другой способ вас разговорить. Считайте, что на это неприятное и крайне болезненное действо магистрат уже выдал разрешение.

– Да, – подтвердил Хаерим, опустив припухшие веки и размышляя о возможных причинах, побудивших Верду, прежде ночами копавшуюся в древних свитках и пылко мечтавшую видеть город Кэсэфа, потрогать хоть пыль от либийской легенды, теперь решительно отказаться от участия в походе к Кара-Маат.

– Итак, госпожа Верда Глейс, ответьте мне, были ли вы знакомы прежде с Астрой Пэй и магистром Изольдой Рут? – начал паладин Лаоренс

– Нет, не была.

– Что же вас тогда свело вместе в таверне «Залы Эдоса»? Что вас заставило покинуть дом и поселиться в этой таверне по соседству с покоями Изольды Рут?

– Обстоятельства, паладин. Совсем случайные обстоятельства. И в «Залах Эдоса» я счастливо избежала знакомства с упомянутой вами мэги Изольдой, – Верда подошла к зеркалу, разглядывая ссадину выше левой щеки, еще сочащуюся сукровицей, и царапины на подбородке.

– Объясните тогда, каким волшебным образом слуги или странные товарищи госпожи Изольды с именами Леос и Рэбб стали вашими друзьями? Не стоит отпираться, госпожа Глейс – вас видели с ними неоднократно. В грязных, недостойных харчевнях и за городом.

– Мора вас, Лаоренс! Оставьте свои дурацкие вопросы. Я сама все расскажу. Честно и по порядку. Хочу уйти скорее отсюда и заняться своим лицом. Мне невыносимо в стенах этого бравого Ордена, – Верда резко повернулась и с вызовом посмотрела на паладина.

– Рассказывайте, мэги. Именно этого я и добиваюсь: честной истории, способной пролить свет на очень неясные для меня события, – устроившись на диване, согласился Нером

– Так вот. В «Залах Эдоса» я появилась задолго до вашей распрекрасной олмийки, от частых упоминаний которой у меня начинает болеть голова. В общем, поселилась я в таверне: надоело мне, Лаоренс, надоело ежевечернее присутствие тошных волокит. В том числе и паладина Ревиана. Да и некоторых других рыцарей вашего Ордена. Они все помешались на мне. Уж вы-то прекрасно знаете, как они помешались, и что было из-за меня на последнем балу во дворце Ронхана. В общем, я сказала слугам, что уезжаю на долгое время, а сама устроилась в таверне, чтобы отдохнуть, отвлечься и, может быть, завести приятного мне любовника. И однажды, идя по коридору таверны, я встретила милого золотокудрого барда, имя которого Леос. Он мне понравился. Безумно и сразу. Знаете, как это бывает, паладин? – склонив набок голову, спросила Верда, будто напоминая Нерому о его страсти к рыжекудрой олмийке. – И Леос влюбился в меня сразу же, со всем пылом, забыв о своих прежних привязанностях. В ту же ночь мы любили друг друга, обнявшись нежно, творили чудесную магию. Откуда мне было знать, что этот золотой мальчик – поклонник госпожи Астры Пэй? Утром она ворвалась в мои покои. Узнала, наверное, от его дружка Каррида Рэбба, дожидавшегося где-то под дверью. Ворвалась как дикая кошка и устроила погром, – говоря это, Верда старалась яснее прочувствовать события того дня. Она знала, что Канахор следит за ее ментальным потоком и может различить даже малую ложь. – В комнате все горело: стол, ковер, мои вещи. Это можете узнать через управителя. Узнать, сколько я заплатила за свою любовь и безумство Астры Пэй! Но я ни о чем не сожалею – бард теперь со мной. Мы счастливы с ним. И были бы счастливы больше, если б никто не преследовал нас на улицах города и за его стенами, где мы ищем днями покой. А теперь подумайте своей железной головой, господин Лаоренс: после того как я увела у склочной и мстительной мэги Пэй любовника, могу ли я быть хоть чем-то связана с ней и ее наставницей Рут?! Или, по-вашему, я чем-то связана с Варольдом, с которым меня так хитро поссорил магистр Канахор?! – мэги Глейс бросила негодующий взгляд на Хаерима. – После того, как я ушла из салона, проведя столько времени в поисках либийских свитков и заслужив лишь непонимание и отчуждение! Теперь я хочу покоя, только покоя и близкого человека рядом. Я хочу любви! Но ваши люди пинали ногами мою любовь возле городских ворот! – мэги Верда густо покраснела, и по щекам ее потекли слезы.

– Не надо так, госпожа Глейс, – Лаоренс вскочил с кресла и обнял ее за плечи.

– Пойдите к шету! – она вздрогнула и отбежала в угол.

Паладин глянул на Канахора, тот прищурился и кивнул.

– Бард ваш, думаю, вполне жив, – сказал Нером, отходя к двери и позвав жестом мечника, сторожившего в коридоре. – Цел и здоров – вскоре, как вас от ворот увели, он сам на ноги поднялся и пошел в город. Быть может, где-нибудь под нашими стенами околачивается, вас выглядывает. Еще раз приношу извинения. Если нет никаких вопросов или просьб ко мне, можете идти. Гелан, проводи госпожу, куда она пожелает, – приказал он вошедшему мечнику. – Со всеми подобающими почестями для высокой гостьи.

– Только одно пожелание, госпожа Глейс, – Лаоренс взял ее за руку, сопровождая к двери. – Если вам станет что-то известно о том, где может скрываться мэги Астра или Изольда, сообщите мне. Может, бард ваш скажет что полезное? И вы сама все-таки мэги – лучше понимаете в их хитростях. Постарайтесь. Я ведь в долгу не останусь.

– Я бы желала наказать эту сумасбродную шетовку, паладин. Может быть, и сообщу. Только вы еще не рассчитались со мной за неприятности, доставленные сегодня, – Верда вырвала руку и направилась за мечником по длинному коридору.

Лаоренс глядел, как их две фигуры отражаются на полированных плитах пола, потом спросил:

– Что скажите, магистр? Ведь слишком похоже на правду. Или врет? На всякий случай, я поручил проследить за ней.

– Думаю, не врет. Ментальные токи ее были искренними. Хотя, как знать, – на лице Хаерима появилась сумрачная улыбка. – Ведь в прошлом, перед тем как окончательно выбрать путь мэги, эта девочка небезуспешно пробовала себя в дворцовом театре Гервы. Иначе говоря, играть чувствами она умеет. И сердце в ее груди бьется очень странное. Знаете, как она оказалась в Иальсе? Когда-то Верда вскружила голову самому принцу Кардора. Сильно вскружила – бедняга умирал за ней, был согласен на все, лишь бы видеть ее холодно-голубые глаза, слышать серебряный голосок. А у нее были все шансы выйти за него замуж. Только вместо такой чудесной партии, она бросила принца и сбежала из Гервы с труппой бродячих комедиантов. Потом с ними переехала в Иальс.

– Чудесен мир. И почему в нем самые красивые женщины избирают падших ничтожеств? – Лаоренс подумал об Изольде и неудачнике Кроуне, скрипнул от обиды зубами. – Варольда ищут в Нолде и Олмии. И если только он там, то обязательно найдут.

– Я уверен, что он во Франкии. Изольда, конечно, избрала Вильс и близость к Ирвиду. Хотя у принца в предстоящей войне нет никакой надежды на победу, видеть их всех вместе мне бы очень не хотелось, – признал магистр Алой Звезды. – Думайте, Лаоренс. Сегодня вечером я покину вас. На этот раз надолго – меня ждет Кара-Маат.

– И Черная Корона, – безразлично добавил Нером, не слишком увлеченный либийскими писаниями и чудесами южной страны – в это все он мало верил, полагаясь на свой меч, реальную силу и власть в Иальсе – самом могучем городе на земле. Вдруг он вытянулся и, выбежав в коридор, заорал: – Гелан! Даермат! Эй, кто-нибудь!

На его зов выбежало несколько мечников.

– Скорее верните мэги Верду! Не выпускать ее! – приказал паладин и, повернувшись к Хаериму, сердито пояснил: – Все-таки околдовала она нас. Актриса дворцового театра, мора ее за ноги! Ведь видели ее вместе с Астрой Пэй! Видели в кабаке при милой беседе – очень странно для двух особ, враждующих из-за любовника. Стерва! И как я мог забыть об этом?!

– Не плетитесь за мной хвостом, бравый вояка, – сказала Верда, стараясь освободиться от опеки капитана, посланного Лаоренсом.

– Как знаете, – Гелан отсалютовал, вытянувшись и щелкунов каблуками. И тут заметил, что возле строжки стоит лишь один караульный, напыжившийся и готовый бежать за ворота. А за стеной слышен злой рык одного из мечников.

Госпожа Глейс к тому времени уже покинула территорию Ордена и увидела возмутительную картину: двое воинов, побросав щиты, пытались скрутить на обочине женщину. Третий стоял, громко ругаясь и вытирая кровь с разодранного лица.

– Что вы вытворяете, железные обезьяны! – вскричала мэги Верда, забыв, что свобода и неприкосновенность ее самой висит на тонкой очень нити, и нужно скорее убираться отсюда.

Рыцари совладали, наконец, с неожиданно прыткой жертвой и подняли ее на ноги – тут госпожа Глейс узнала в пленнице Астру.

– Остановить мэги Верду! Приказ Лаоренса! – закричал, выскочивший во двор Даермат. – Бегом задержать!

Верда медлила один короткий миг, понимая, что бросить мэги Пей она не может, а удар многоцелевой магии неминуемо свалит саму Астру. Сложила ладони и пустила трайденлайт. Стремительные электрические зигзаги с шипением гадюк ужалили мечников и дочь магистра. Корчась от судорог служители Крона повалились на обочину. Астра тоже не устояла, но на ее теле не было металла усиливающего действие электрического удара, и она тут же вскочила, вскидывая пылающие красным свечением руки.

– Белая сучка! – мэги Пэй рассмеялась и, вкладывая скопившуюся ярость, метнула фаерболл.

Сгусток огня с ревом пролетел рядом с Вердой и разорвался на броне Гелана. Рыцаря отбросило на несколько шагов. Загорелась трава, потянуло запахом горящих волос и травы.

– Или ты и его хотела в любовники взять? – еще больше развеселилась Астра, пуская волну огня к воротам Ордена.

– Можешь идти? – озабочено спросила госпожа Глейс, слыша, как двор цитадели наполняется криками и лязгом металла. В дальнем конце послышалось ржание лошадей.

– Идти можешь? – переспросила Верда, глядя, как мэги Пэй готовит новый огненный удар.

– Еще как! – отпустив заклятие в Гелана, поднявшегося на четвереньки, Астра помчалась по дороге мимо полосы фруктового сада.

Верда не успевала за ее быстрым длинным шагом, и оглядывалась на объятые пламенем ворота цитадели. Десятка полтора мечников кое-как пробились через огненный заслон. Пришли в чувства и те, что были сбиты разрядом трайденлайта. Все они, кто по дороге, кто через сад, бежали вдогонку за двумя женщинами, нанесшими Ордену славного бога непростительную обиду. Поднявшись на одно колено, капитан Гелан орал приказы вперемешку с ругательствами, перекрикивая рев пламени и грохот тяжелых сапог.

– Может еще их поджарить? – весело спросила Астра, чувствуя необычайное вдохновение от столь успешного, неожиданного освобождения подруги Леоса.

– Береги силы. Извини, но ты слишком… ненормальная, Пэй, – тяжело дыша, сказала мэги Глейс. – Сейчас они пустят всадников. От них нам не уйти. Можно искать защиты у магистрата, но… слишком далеко. Сюда, давай, – Верда свернула на одну из улиц начавшегося квартала Анекора.

Вокруг поднимались двух-трех этажные дома с фасадами красного кирпича и остроконечными крышами. У двери с деревянной табличкой, висевшей на цепях, толпился какой-то неопрятно одетый люд. Из длинной повозки перегородившей пол-улицы два бородатых гнома сгружали мешки.

– Госпожа Пэй, давай потише, – взмолилась Верда. – Я не могу так. Не могу.

– Делаем друг на друга фреш, – остановившись, решила Астра. Вытянула растопыренные пальцы, и ее спутницу окутало облако разноцветных капель. Запахло цветами и свежестью.

Верда ответила ей легким вихрем из лепестков роз, которые сверкали росой. Обе мэги, почувствовав прилив сил, рассмеялись, вдыхая наполненный волшебством воздух.

– Смотрите! Мэги! Мэги! – с восторгом воскликнул мальчика, показывая на них. Прохожие, остановившись, смотрели на чудесную игру двух красивых молодых женщин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.