Дениэль Художникова
Игра с магом тьмы

– Рай! – донеслось в спину. – Любовь моя, постойте.

Рай просочилась в толпу девиц в маскарадных масках. Она пыталась затеряться среди одинаково молодых девушек, что прятались под бархатными масками, прикрывались веерами и кокетливо и неискренне смеялись. Каждая в лучшем платье, в расцвете нежных лет. Все они выставляли себя на показ. Мужчины рассматривали леди, обсуждали, словно мясо на базаре.

Рай поморщилась, проходя мимо очередной группы мужчин.

– Я приметил вон ту прелестницу в розовом платье… Да-да, прекрасный экспонат. Мы провели два танца, – донесся до ее слуха разговор. – Она точно назовет мне сегодня свое имя.

– Граф Траумский, думаете она вас не узнала? – хохотнул высокий полный мужчина.

– Осмелюсь предположить, что в этом случае охота идет на вас, – пискляво произнес еще один.

Рай с любопытством оглянулась, выискивая взглядом графа Траумского. Из-под бордовой тряпочной маски проглядывал облик старика, к тому же уже скрюченного под тяжестью лет. Как он только смог оттанцевать два вальса. Рай прыснула, пряча лицо. Мужчины слишком самонадеяны.

Рай шла мимо стаек девушек, нервно одергивая серебристое платье, со струящимся, словно чистейшие родник, подолом. Платье ей сшила мама два года назад на ее шестнадцатилетние. Именно тогда Рай должна была отправиться на свой первый бал невест. Но Рай убедила родителей не посылать ее на это сборище идиотов мужланов и восторженных девиц, как и год назад. Но в этом году…

Рай не должна была быть здесь. Она должна была готовиться к поступлению в магическую академию. В очередной раз.

– Рай, не убегайте от меня! – схватила ее за локоть сухая морщинистая рука, впиваясь в кожу длинными желтыми ногтями.

Рай дернулась, попыталась вырвать руку. Но граф Альбинский держал цепко, словно коршун свою добычу. Рай сглотнула, прикрывая глаза. Нет, все это происходит не с ней.

Несколько недель назад Мэри, сестра Рай, достигла брачного возраста и с радостью засобиралась в столицу королевства Ногиль на свой первый бал невест. Чемодан с вещами уже стоял в ее комнате, оставалось получить от мамы новое прелестное платье и красивую, расшитую камнями маску. Мэри, любительница женских романов, грезила об этом, казалось, с самых пеленок.

Бал невест проводили ежегодно, в первую пятницу лета. Со всего королевства Ногиль собирали благородных девушек, которые достигли брачного возраста, но не перешагнули двадцатый год жизни. Старших на бал не приглашали, так же не допускались и матушки или более старшие, под чьим присмотром должны были оставаться молодые леди. Полная свобода для девиц.

Мужчины же здесь были всех возрастов. Вдовцы, старики, те кто не мог найти себе жену в течении жизни. Изредка попадались и молодые люди, что пришли сюда за своей любовью, которую, конечно же, встретили не здесь. Любовь на балу невест не находилась, вопреки книжкам о любви, что дурили мозги таких девиц, как Мэри.

Рай презирала такие сборища. А Мэри каждый день жужжала, как должно быть хорошо на этом балу. Мэри стремилась замуж, спешила найти свою первую и единственную любовь. Каждый день она кружила по дому в новеньком нежно-розовом платье цвета летнего рассвета.

– Еще немного и тебя никто не возьмет, ты останешься старой девой, – говорила леди Камелия Никонс, смотря строго на свою старшую дочь. – Мэри поедет только с тобой. Ты же не хочешь расстраивать сестру?

Леди Камелия Никонс стояла посреди гостиной, сложив руки на груди. Рай знала, что мама играет из себя строгую леди. На самом деле ей будет тяжело прощаться с дочерями. Так же Рай знала, что за дверями сдерживает дыхание Мэри, подслушивая этот долгий разговор.

Графство Никонс было удалено от столицы – четыре дня пути в карете, запряженной четверкой лошадей. Графство не отличалось богатством, живя только благодаря урожаю с полей и постоянной работе графа Никонс.

Небольшое поместье с давно не обновлявшимся ремонтом и скудной мебелью. Даже приданого было мало и все оно выглядело довольно-таки невзрачно. Однако, все исправлял тонкий вкус мамы и ее способность из того, что есть под рукой создать необычайную красоту. Не смотря на стесненность в деньгах, Рай и Мэри жили в любви и заботе, не зная горя и отказа в чем-либо.

– Не всем суждено быть женами, – пожала плечами Рай, бесстрашно смотря на мать. – Я не хочу на этот бал. Вы же знаете, матушка.

– Тебя уже два года не берут в Академию Семи Ветров и, хвала богам светлым, богам темным, в военную академию тоже. В тебе недостаточно магии, – резанула мама правдой, на ее лице промелькнуло сожаление. – Как и недостаточно физической силы и выносливости. И в третий раз ничего не изменится – не возьмут. Зачем только тратить свои нервы? В твоем нежном возрасте это вредно.

– Мам, – всхлипнула Рай, переходя к последнему методу убеждения.

– Не пройдет, – отрезала леди Камелия Никонс. – Во всяком случае, просто никому не говори своего имени.

И вот, спустя несколько недель, они уже тряслись в карете по пути в столицу, в гости к их тетушке Нолле Пресидски. К тетушке Рай ехала уже третий раз, переживая все тягости дороги. А вот Мэри была в восторге и от дороги, и от конечной их цели. И каждый день в жесткой карете, что неслась по выбоинам дороги, подбрасывая хрупкие тела девушек, для нее мелькал незаметно. В своем воображении она уже кружила на балу среди изящных девушек и симпатичных мужчин.

Прошлые два визита в столицу, Рай переживала так же. Только стремилась она не на бал, а на экзамены в магическую Академию Семи Ветров, на худой конец в военную академию и, если все шло совсем тяжело, то в школу бытовой магии. В этот же, ужасный год, она, сжав зубы, ехала на бал. Но несмотря ни на что, столица королевства Ногиль поражала ее каждый раз своим размером и своей красотой. Дома, всевозможных цветов и отделок, здесь высились больше, чем на этаж, выходя огромными окнами на проспект. По широким проспектам носились кареты и телеги, среди них мелькала детвора и прислуга. А по мощенным камнем тротуарам прогуливались леди, прячась от солнца под ажурными белоснежными зонтиками.

Здесь же были и большие торговые улицы. Рестораны и театры, которых не было в их графстве. А также волшебные магические магазины, в которых было невозможно что-то выбрать из-за огромного разнообразия всего.

Через два дня после приезда, не успев прийти в себя и, как следует, отдохнуть от долгой дороги, Рай уже пробивалась среди девушек, наряженных по последней моде, что выставляли себя напоказ. Она пыталась скрыться в суматохе, но была поймана.

– Леди Рай Никонс, дорогая, – брызгал слюной через неровный ряд черно-желтых зубов граф Альбинский. – О, моя Рай, моя любовь. Я так долго этого ждал.

Девушка отшатнулась, пытаясь вырвать руки из захвата.

– Вы ошиблись, – проговорила она дрожащим голосом.

Граф Альбинский имел соседнее с ними графство. Куда больше, куда богаче. С раннего детства, тогда уже старик, относился к ней со странным вожделением, он часто посещал их поместье. И кого бы Рай не хотела видеть больше всего на этом балу, так это его.

– Дорогая Рай, я так вас люблю. Люблю с вашего детства и по сей день. Я никому вас не отдам, – слюнявил короткие сетчатые перчатки граф Альбинский.

– Это неподобающе, – извивалась в его руках Рай.

– Я назову сегодня ваше имя, – тусклыми глазами из-под маски взглянул на нее граф Альбинский.

– Право, не стоит, – Рай хотела провалиться сквозь пол, пускай там будет сама тьма и ее твари. Сейчас она готова была оказаться там, а не здесь.

– Я вас люблю. Всем сердцем. Вы знаете, я богат. Наша связь поможет вашему отцу, вашему графству. Я очень выгодная партия. Вам ли не знать?

– Батюшка ни за что не позволит! – Рай вырвалась из захвата графа.

– Он уже ничего не решает, – крикнул граф Альбинский вслед удаляющей Рай. – Я вас узнал на балу невест. По обычаям…

Рай неслась все дальше, не слыша слов графа. На глаза наворачивались слезы, скапливались в уголках. Рай сглатывала тягучий ком в горле и пыталась остановить слезы.

Граф Альбинский был прав. По обычаям на балу невест девушки произносили свои имена только тем, за которых стремились выйти замуж. И эта связь считалась официальной и нерушимой. Так девушки спасали себя, выходя за тех, кого любили, вопреки родительскому мнению.

По окончанию бала на помост в начале залы выходили мужчины. Говорили конферансье имена леди, что выбрали, и надевали на девушек тонкие серебряные венечные браслеты. Бал завершался и наступала неделя невест. Пять встреч, пять свиданий, день на обдумывание и окончательный бал во дворце всех, кто нашел друг друга на балу или на неделе невест. Ровно на седьмой день на балу подтверждалось бракосочетание.

По традициям на втором балу отказаться от связи мог только мужчина, что означало позор девушке и всему ее роду. Если девушка была против, это уже не имело никакого значения.

Рай бежала к дверям из зала, задевая девушек. Под их вздохи и возмущения она искала выход, зная, что до полночи все двери закрыты. Выхода не было.

Рай кружила по залу, чувствуя себя грязной и опороченной. Она никогда не стремилась замуж, никогда не хотела в это женское рабство, которое называли счастьем. Она видела любовь родителей друг к другу, чувствовала любовь к себе. Но ее стремление было стать стражем или боевым магом, как королева Диана. Первая девушка, что закончила боевой факультет Академии Семи Ветров.

Но ни магических, ни физических сил у нее не хватало. Мама была права. Рай только расстраивалась, получая отказ за отказом.

Она уже взрослая. Прошло несколько месяцев, как она перешагнула восемнадцатый год рождения. Она уже должна понимать, что в академии ей не попасть, что она из удаленного маленького графства. У них было мало денег. Даже на бал невест платье не покупалось в модных бутиках, его шила мама. Отец в последнее время имел плохое здоровье и несмотря на это постоянно был загружен работой, стараясь на благо своих дочерей.

И несмотря ни на что, он не сватал своих дочерей за богатых соседей. Граф Альбинский за эти два года ни раз подходил к графу Никонс с просьбой руки Рай, то угрожая, то умоляя. И каждый раз отец отказывал. Но сейчас…

На балу у Рай не оставалось выбора. Если она не выйдет добровольно на зов, ее вытащат с полным позором.

Она кружила по залу, среди этого маскарада. Среди страшного выбора молодых девушек богатыми и некрасивыми. Среди девушек, которые глупо смеялись, наслаждаясь балом, кокетничали и заигрывали. Она хотела кричать. Развернувшись, она заметила тяжелые портьеры, скрывающие балкон. Расталкивая людей, Рай поспешила туда, за глотком свежего воздуха.

Оглянувшись, выискивая взглядом ненавистного графа, Рай спиной просочилась между тяжелых штор. Замерла, наткнувшись на что-то твердое и, судя по всему, – живое.

– К-хм, – кашлянули у нее за спиной.

Рай медленно развернулась и оказалась лицом к груди с высоким мужчиной. Строгий черный костюм подчеркивал широкие плечи. Презрительно фыркнув на очередного мужчину, она подняла взгляд. Красиво уложенная прическа коротких густых волос, цвета воронова крыла. На бледном лице черная бархатная маска, хорошо скрывающая верхнюю половину. Искривленные брезгливостью тонкие губы. В темно-карих, почти черных, глазах скука.

Мысль возникла в голове сразу же и, не откладывая, Рай схватила странного мужчину за руку, в которой он держал бокал с рубиновым вином.

– Прошу, выручите меня, – спешно говорила она, оглядываясь на зал через щель между портьерами. – Скажите, что возьмете меня замуж.

– Зачем же мне это? – усмехнулся мужчина, обнажив ровный ряд белоснежных зубов.

В глазах мужчины Рай заметила едва уловимый миг заинтересованности. Она снова угадала. Сердце забилось сильнее.

– По вам видно – вы здесь не в поисках невесты, вам это не нужно. Значит, вы здесь по принуждению, как и я. Вы одеты дорого, браслет на руке явно не простой, предположу, – артефакт древних. А такие могут быть только у влиятельных родов.

– Например, – склонил голову незнакомец.

– Нам придется потерпеть друг друга всего семь дней и после мы расстанемся, словно никогда не виделись. Я обещаю. Маленькая невинная игра, – шептала Рай, снова оглядываясь на зал, в котором виднелся граф Альбинский. Приземистый мужчина уже лобызал ладони какой-то несчастной девушки.

– А вы не хотите выходить замуж за графа Альбинского, – утвердительно произнес мужчина. – Зря вы, жених состоятельный.

– Как вы? – выдохнула Рай.

– Тоже бываю наблюдательным, – мужчина обогнул девушку и пошел вон с балкона, в зал.

– Меня зовут Рай Никонс, – крикнула она. Мужчина остановился, склонив голову, и через мгновение исчез среди людей.

Глубоко вздохнув, Рай прошла к балюстраде, всматриваясь в сумрак вечера. Под балконом стояли лошади, запряженные каретами. Перекрикивались кучера. Девушка обняла себя за плечи, ей было холодно и одиноко. Она желала нестись в одной из карет прочь с этого бала, в далекое графство Никонс, в теплые объятия мамы.

– Рай? Вот ты где, – на балкон влетела Мэри. – Скажи же, какой прелестный бал. Просто невероятно, – кружилась вокруг себя младшая сестра. – Я столько танцевала, столько танцевала, у меня уже все плывет перед глазами.

– Мэри, дорогая, скажи, что ты никому не называла своего имени, – подбежала к ней Рай.

– Я же не глупая, – хихикнула Мэри в ладошку. – Нет, только не говори, что ты… Ты же умная. Куда умнее меня.

– Здесь граф Альбинский, – шепнула Рай, снова чувствуя, как слезы скапливаются в уголках глаз.

– Нет, – выдохнула Мэри. – Мы проверяли. Его не должно было быть.

– Что? – удивилась Рай.

– Мы с матушкой и отцом проверили планы графа Альбинского. Мы специально пустили слух по его графству, что в этом году ты снова не поедешь на бал, – быстро тараторила Мэри. – Я не понимаю, что он тут делает. Как он узнал тебя?

– Как узнал? Ты смеешься, Мэри? Эти маски не скрывают лиц, – воскликнула Рай.

– Прости, – поникла Мэри.

По залу прокатился звон колокольчиков. Музыка затихла. Настало время формирования пар. Сразу же конферансье начал вызывать леди, одну за другой.

– Что, если ты не выйдешь? – смахнула слезы Мэри.

– Ты знаешь, что не получится.

– Рай Никонс, – раздался громогласный зов. – Граф Альбинский выбрал Рай Никонс.

– Прости, Рай – Мэри опустила лицо в ладони. – Это все из-за меня. Я виновата. Это я вытащила тебя на этот бал. Я хотела, как лучше… Думала ты развеешься и наконец забудешь про свои академии.

– Рай Никонс, – прозвучало настойчивее.

– Мне пора, нельзя посрамить, – вытирая глаза, Рай выпрямила спину.

– Ты что-нибудь придумаешь, – шла за ней Мэри.

– Никогда не рано остаться вдовой, – прошипела Рай, гордо выходя в зал.

– Рай! – возмутилась Мэри, следуя за ней.

Рай медленно шла мимо прелестных девушек и застывших мужчин. Она знала, что на балу строится не так уж и много пар. В основном, это простое развлечение. Девушки, которых не выбрали, за предстоящую неделю невест будут получать приглашения на свидания от разных мужчин. Флиртовать со всеми и выбирать достойного. Или за них будут выбирать родители.

Только у тех, кого выберут сегодня предстоит выбор только один. Выбор без выбора. Она надеялась, что сейчас проснется от кошмара, побежит к матушке и они посмеются над этой глупостью. Она мечтала, что разверзнется ткань мироздания, выпуская тварей прямо в зал. Она ждала, что появится тот мужчина, ведь более высокий статус мог забрать невесту себе. А он точно не был графом, Рай хотела в это верить.

Рай стояла рядом с графом Альбинским, который что-то шептал ей, облизывая потрескавшиеся губы. Она не слышала, выстраивая в голове несчастные случаи, которые могли бы произойти с ее женихом за предстоящую неделю. Сил, может, у нее было и мало, как и магии, но хватит на то, чтобы убить. Только вот, Рай еще никого не убивала и не знала, как это провернуть. Чтобы наверняка, и чтобы не испугаться в последний момент.

Выходили мужчины, объявляли свои пары. Из зала выпархивали девушки. Обычно по договоренности, чтобы расстроить планы родителей, чтобы выйти за любимого. Но были и такие, как Рай. Те, у которых веселье бала превратилось в траур.

Девушка выглядывала в зале высокого мужчину в черной маске, в черном костюме. Его нигде не было. Она еле сдерживала слезы, когда закончили перечислять девушек. Конферансье читал правила, с которыми был знаком каждый. Пять свиданий, на которых пары должны точно определиться со своим выбором, один день на обдумывание. Через неделю бал и объявление мужем и женой, всех согласных.

– Кажется, я опоздал, – раскатилось по залу.

В конце зала, у самых дверей, из теней штор, появился мужчина. Снимая маску, он шел через расступающуюся толпу. Девушки старались быстрее отскочить с дороги, некоторые падали в театральный обморок, осмотревшись перед этим, – поймают или нет.

Рай тоже стало дурно, по спине пробежал холодок, сердце заколотилось, как сумасшедшее. Мужчина приближался к помосту. Поправив волосы, он поднял взгляд на Рай. У девушки сперло дыхание.

Вокруг глаз мужчины разливалась чернь, узорами заплеталась, уходила на виски и скрывалась под волосами. Главного мага королевства Ногиль было невозможно не узнать. Рай не хватало воздуха, казалось, платье слишком затянуто. Перед глазами возник туман.

Вдох-выдох.

Маг тьмы – лорд Деймонд Тогнан – медленно приближался, не обращая внимания на девушек, что падали в обморок и бледнеющих мужчин, стоило ему пройти мимо. Он неотрывно смотрел на Рай, пригвождая ее взглядом. Рай не заметила, как оперлась на графа Альбинского, стараясь не упасть, – ноги были словно вата.

Вдох-выдох.

Лорд Деймонд Тогнан остановился перед конферансье. Последний поклонился.

– Я выбираю Рай, – громко произнес маг.

Где-то в зале раздались возгласы. Рай посмотрела на девушек, которые посыпались в обморок, словно капли дождя.

– Какую? – уточнил конферансье.

– Вот эту, – мужчина кивнул на Рай.

– Вы будете оспаривать? – конферансье провернулся к графу Альбинскому.

– Нет-нет, как можно… – граф посмотрел на Рай: – Прости, моя девочка. Знай, моя любовь была искренней. И останется со мной до конца моей скромной жизни. Но я не хочу, чтобы жизнь моя оборвалась здесь и сейчас. Прости, меня еще раз.

Граф поспешил прочь, мелко перебирая ножками. Лорд Деймонд Тогнан подошел к Рай, доставая из воздуха черную шкатулку.

– Забыл дома браслеты, – усмехнулся он, надевая на дрожащие руки девушки тонкие золотые пластины.

Оказавшись на руках, пластины сверкнули и стянулись, плотно обвивая запястья. Рай как в тумане, смотрела на все происходящее, до конца не понимая всего, что натворила. Лорд Деймонд Тогнан развернулся и пошел прочь из зала. Рай обвела взглядом девушек, нашла Мэри. Сестра стояла, облокотившись на какого-то мужчину. От ее щек отлила краска.

***

Рай ходила взад вперед по гостиной. Тетушка, осеняя себя крестом и сразу полумесяцем, сидела в глубоком кресле. Подле нее стояла Мэри. Вчера Рай отказалась от всех разговоров и сразу после бала убежала к себе в комнату, сославшись на плохое самочувствие. Сон не шел. Перед глазами стояли черные глаза, обвитые черными узорами. Как она могла не узнать его под маской? Как смела просить его о таком?

– Если он откажется, это не будет позором для семьи, – говорила она утром, зная, что молчать уже не получится.

– Будет, это будет самым большим позором, – промакивала слезы на глазах тетушка.

– Почему? Ведь все его боятся, никто не станет даже думать, что что-то возможно, – сбивчиво убеждала их Рай.

– Тебя точно никто не возьмет замуж, если от тебя откажется главный маг Раун-силь и всего королевства, – уходя в рыдания, произнесла тетушка.

Королевство Ногиль было небольшим, со всех сторон подпираемое другими королевствами, с которыми давно укоренился мир. Но этот мир возник из-за появления магов, которым повиновалась сама тьма. Они были сильны везде, где есть темнота, а темные углы существуют в углах каждого дома. Таких магов было немного и один из сильнейших – Лорд Деймонд Тогнан. Сын леди Лиззи Тогнан, которая в свое время, еще будучи маленькой девочкой и установила этот мир, показав всем свои силы.

Лорда Деймонда Тогнан небезосновательно опасались и слагали про него истории все ужаснее с каждым годом. Маг тьмы не был человеком, он был духом, что проникнет в любой, даже самый защищенный дом. Он скармливал младенцев тьме и портил девушек, приходя к ним в комнату из темноты. Маг тьмы мог убить любого, кого пожелает и ему за это ничего не будет, ведь он правая рука самого короля.

Рай было до ужаса страшно связываться с магом несмотря на то, что она никогда не верила в слухи. Ей казалось, вчера на балу она заглянула в глаза своей смерти. Ведь лорд Деймонд Тогнан был на балу явно не ради выбора невесты. Он искал очередную жертву, корм для своей магии. Поднимающаяся волнами паника, не помогала ей объясниться с родными. Но порождать еще большую панику она не хотела.

– Я и не хочу замуж, – остановилась Рай, понимая, что плюсы все-таки есть, если она выживет. – Это же прекрасно. Вот только Мэри…

– Если он не откажется, многие семейства захотят стать родственниками самому лорду Деймонду Тогнан, – глаза тетушки высохли от слез. – Мы сможем найти Мэри выгодную партию.

– А если откажется? – тихо спросила Рай.

– Он еще не отказался, – ответила тетушка. – Давайте решать проблемы по мере поступления. Вам нужно одеваться, скоро скачки.

– Скачки, – Рай презрительно фыркнула.

– Ты поедешь в карете одна. Он должен будет тебя встретить там. Я не хочу подвергать жизнь Мэри опасности.

– А мою? – ужаснулась Рай.

– Ты у нас сильная, справишься. Надеюсь, я очень и очень на это надеюсь, – снова зашлась рыданиями тетушка. – За что же такое горе? Сам он. Лучше бы граф Альбинский.

– Не лучше, – вылетая из гостиной, крикнула Рай.

Девушка вернулась к себе в комнату, хлопнув дверью. Новая служка вздрогнула и отошла от Рай подальше, застыв у окна.

– Ты помогать мне будешь тоже от окна? – грубо спросила Рай, злясь на всех.

Служка осенила себя крестом и подошла к туалетному столику, возле которого уже висело голубое платье, с твердым крестом и тяжелой юбкой. Сверху свисала шляпка с темной вуалью.

С помощью служки Рай разделась и прошла в купель. Зайдя в воду, она легла, облокотившись на край, и прикрыла глаза. Бессонная ночь давала о себе знать. Перед глазами стояло лицо мужчины: высокий лоб, волевой подбородок, тонкие губы, прямой нос, и черные глаза с узорами вокруг. Рай дернулась. Кто-то провел по ее телу мочалкой. Девушка подскочила на ноги, разбрызгивая воду.

– Что ты делаешь? – спросила она у хрупкой помощницы.

– Мою вас, – тихо ответила служка.

– Не нужно, – Рай вырвала мочалку из рук девушки. – Я и сама могу помыться.

Рай фыркнула, указав девушке на выход из ванной. Та послушно удалилась. Дома у них не было личных служек. Только несколько служанок, которые могли помочь с тяжелыми платьями на выход. В остальном Рай привыкла к самостоятельности. Приняв ванную, она обмоталась полотенцами и вернулась в комнату. Хрупкая девушка застыла, словно статуя, у окна.

– Как тебя зовут? – спросила Рай.

– Кера.

– Сколько тебе лет?

– Пятнадцать, – склонив голову, ответила она. – Только не говорите леди Нолле Пресидски, что я вас оставила одну в ванной. Она меня уволит, а мне никак нельзя.

– Не скажу, – махнула рукой Рай, присаживаясь у зеркала. – А где Нане? Она была до тебя?

– У нее был припадок. Она ни в какую не хотела сюда идти, – перекрестилась Кера.

– Повезло мне, – вздохнула Рай. – Давай творить чудеса?

Рай широко улыбнулась, снимая кокон полотенца с головы. По плечам рассыпались черные волнистые волосы.

– Сухие? – удивилась Кера, подходя ближе.

– Да, это заклинание сушки, – кивнула Рай. – Я сама придумала и наложила на полотенце, а оно высушило мои волосы, – она довольно улыбнулась.

– Что вы… Здесь нельзя, – зашептала Кера.

Тетушка Нолла Пресидски была против магии в любом ее проявлении. Особенно в своем доме.

В королевстве Ногиль и в соседних королевствах грань, отделяющая их мир от мира тьмы истончалась. Случались прорывы, из которых выходили твари, уничтожая всех вокруг. Им было все равно, кто перед ними, главное, чтобы у этого существа билось сердце. Они рвали стариков, грызли детей. Они проходили через прорывы бесконечным потоком и только стража во главе с магами могла их остановить. Но без жертв не обходилось.

В королевстве давно шли споры из-за чего рвется грань. Одни настаивали на том, что это из-за использования природной магии, которая и держит эту материю, разделяющую миры. Другие же утверждали наоборот, что свободной магии становится все больше, ведь одаренных магией рождается с каждым годом меньше. Из-за переизбытка магии грань, по их мнению, и рвалась. Третьи же старались не думать ни о чем, занимая обе стороны.

Рай тоже боялась прорыва, видела его в кошмарах. Смотрела, как твари уничтожают ее семью, а она не может ничего с этим сделать. Именно поэтому она хотела попасть в стражу. Не быть бесполезной, искать истончения и предупреждать их еще до разрыва.

Тетушка Нолла Пресидски опосредовано столкнулась с прорывом. Брат ее бывшего мужа попал в руки твари, что ворвалась несколько лет назад в столицу. Тогда столицу обуяла паника и давка, все стремились уехать. От глупости людей погибло еще больше народу, чем от проникших тварей, которых удалось уничтожить в кротчайшие сроки, а прорыв залатать. Мужа тетушки тогда сбила разгоряченная всеобщим помешательством лошадь. Он уже был глубоко стар и его организм не выдержал. Он скончался от полученных травм.

Несмотря на то, что леди Нолла Пресидски с нескрываемой радостью осталась вдовой, она после пережитых волнений выбрала сторону противников магии. Они не понимали, что именно маги их и спасли. Тетушка не возненавидела Рай, когда узнала куда она хочет поступить, но строго настрого запретила магию в доме. Она немного отстранилась от девушки, позволяя ей гулять одной, опасаясь, что рядом с племянницей может произойти очередной разрыв.

Рай было смешно, но она не стремилась развеять страхи тетушки, получая взамен свободу.

– Я знаю, – Рай шепнула в ответ Кере – Поэтому, если ты только подумаешь кому-нибудь рассказать, то сразу же превратишься в свинку.

– Что вы, никак нельзя. Я никому не расскажу. Я могила, – быстро ответила Кера.

– Ты не могила, ты – человек, – покачала головой Рай. – Но это пока молчишь.

***

С Мэри их разделили, посадили в разные кареты. Мэри поехала с тетушкой, Рай – одна. Рай выглядывала в окошко, смотря на столицу Раун-силь. По улицам ходили красивые девушки и женщины, несли корзины с продуктами, просто прогуливались, шли по своим делам. Высокие дома прижимались друг к другу вплотную. Они выходили на проспект широкими окнами. Каждое здание на первом этаже имело магазинчик или таверну. Магазины тканей, в окнах которых лежали рулоны атласа нежных цветов – мама была бы в восторге. Швейные мастерские выставляли к окнам красивые модные платья. Пекарни – свежие пышные булочки, которые так и хотелось попробовать. Здесь же было и несколько магических магазинов, в окнах которых ничего не было.

Рай взглянула на свое старомодное платье, голубой корсет был расшит бисером. Корсет с китовым усом, утягивал так, что было тяжело дышать. Вниз ниспадал подол, под ним нижние юбки облегали ноги в высоких чулках. Мама очень хорошо шила, но шила она по моде, что уже ушла из столицы.

Чем дальше они отъезжали, тем больше становилось расстояние между домами, все меньше окна. Здесь были жилые кварталы, удаленные от центра, где проживала тетушка. На улицах было меньше людей, меньше карет, больше телег.

Они свернули с дороги, проехали небольшой лесок, после которого показались разномастные кареты. Рай отольнула от окна, сжимая руки в высоких кружевных перчатках. Еще один старомодный элемент. Девушки в столице уже не носили перчаток, но Рай казалось, что без них она выглядит совершенно голой. Поправив невесомую пелерину, скрывавшую декольте и плечи, девушка приготовилась к встрече.

Хотя это было сложнее, чем представлялось. Ноги предательски дрожали, а живот скручивало от страха. Карета остановилась, дверь открылась. Рай закусила до боли губу, пытаясь остановить внутренний трепет. Она ждала, когда у дверного проема кареты покажется знакомая фигура.

С той стороны, склонив голову, стоял паж, подавая руку. Рай осторожно выглянула. Лорда Деймонда Тогнан нигде не было видно. Приняв руку, она вышла из кареты. Оглянулась. Девушки радостно приветствовали друг друга, стекались озерцами, о чем-то щебетали. Немногие девушки под пристальным наблюдением матушек смущенно разговаривали с мужчинами.

Рай стояла в стороне от всех. Она чувствовала на себе косые взгляды, взгляды из-под ресниц. В другой ситуации она бы радовалась одиночеству. Но сейчас ее избегали, сторонились, ведь она… Она невеста мага тьмы. Рай вздрогнула от осознания, которое не приходило в голову со вчерашнего дня. Она невеста бессердечного, равнодушного и самого злого в королевстве человека. Невеста мужчины, что даже не пришел.

Она слышала смешки, обсуждения и осуждения. Щеки горели от позора. Упрямо выпрямив спину, Рай подняла голову, повела плечами. Она кивнула тетушке и пошла вперед. Зашла в темное помещение со спертым воздухом, за ней шла Мэри. В воздухе вился сигарный дым, кружил голову. Возле столов толпились мужчины, выкрикивая ставки, сдавая деньги. Рай проскочила душное место и вышла на улицу.

По правую и левую руку стояли невысокие трибуны, практически полностью занятые, пришедшими девушками и сопровождавшими их мужчинами, чуть поодаль сидели матушки и тетушки в бинокли подсматривая за юными подопечными, чтобы те держали себя в рамках приличия. Перед трибунами на небольшом расстоянии, тоже занятом парочками и старшими леди, находилась невысокая ограда, далее участок ярко-зеленой непримятой травы в несколько метров и только за ним протоптанные дорожки, где будут проходить сами скачки.

Слева Рай увидела загоны, из которых высовывались морды лошадей. Рай печально взглянула на лошадей. Тяжело вздохнула и поправила шляпку.

– Мы пойдем присядем, – приобняла ее тетушка.

– Он не пришел, – шепнула Рай в ответ.

– Ты все равно должна ждать, – леди Нолла Пресидски сжала руки своей племянницы. – Мы займем тебе место, если после начала скачек не придет – присоединишься к нам.

– Что за правила? – капризно спросила Рай.

– Не я их придумывала, деточка, – леди Нолла Пресидски отошла от девушки и, кивнув Мэри, поднялась на трибуны.

Мэри печально окинула взглядом сестру, грустно улыбнулась и поспешила вслед за тетушкой. Рай осталась одна. Народ собирался на небольшом участке смотровой площадки. Девушка обняла себя за плечи, смотря, как молодой парень громко объявляет начало скачек. Становилось все шумнее. Рай не привыкла находиться среди такого количества людей, ей хотелось, как можно быстрее уйти, но она не могла покинуть это место до начала скачек. Возможно после, она проберется в карету, пока все будут заняты скачками и спокойно покинет это ужасное место. Но пока…

Парень убежал с дорожек для скачек. Слева закопошились. Жокеи садились на разгоряченных лошадей. Лошади фыркали и трепали головами. Двери загонов одновременно открылись, лошади выскочили, понеслись. Рай проводила взглядом лошадей.

– Как вам скачки? – раздалось сзади.

Рай вздрогнула от неожиданности и обернулась, уставившись на лорда Деймонда Тогнан. Мужчина был одет, в свободную одежду, совсем неподходящую по этикету для скачек. Черные штаны и черная льняная рубашка, которую пускал волнами ветер. Вокруг глаз с практически черной радужкой был все тот же узор – визитная карточка мага тьмы. Лорд Деймонд Тогнан широко улыбнулся, Рай спрятала взгляд, выругавшись про себя, – слишком любопытно разглядывала. Не смотря на стесненное положение из-за небольшого количества трибун, люди расступились. На расстоянии полутора шагов никого не было.

– Ужасное мероприятие, – призналась Рай.

– Чем же? – лорд Деймонд Тогнан подошел ближе к ограде, облокотившись на локти, он посмотрел на лошадей, что заходили в поворот.

– Издевательство над лошадьми, – вспыхнула Рай. – Будь моя воля, я везде поставила бы порталы, чтобы люди перемещались с их помощью.

– Не в каждом доме есть купель, я не говорю про нужник. У большинства он до сих пор на улице, а вы говорите про порталы, – усмехнулся маг, поворачиваясь лицом к Рай.

– Маги не способны поставить хотя бы порталы, что будут пропускать людей из разных городов королевства в столицу?

Порталы были не в каждом городе, но практически в каждом крупном городе. Некоторые из них вели только в столицу, другие только из столицы. Как работали порталы, Рай не знала. Она никогда ими и не путешествовала. Это стоило дорого, а они постоянно копили, опасаясь, что следующий год станет последним для их графства.

– Не все реально, что есть в воображении. Магия не бесконечная материя, что берется из ниоткуда. Насколько ж далеки вы от познания магии?

– Порталы же существуют, – упрямо заявила она. – Почему в одних городах они есть, а в других нет?

– Не все так просто, – уклончиво ответил маг. – А одомашненных лошадей куда вы предлагаете деть?

– Отпустить, – Рай пожала плечами. – Или пускай просто живут, как собаки или кошки.

– Кормить их бесполезных никто не будет, – лорд Деймонд Тогнан смотрел на девушку свысока. – Хорошо будет, если их пустят на мясо. А так просто выгонят на улицу под голодную смерть. Вы либо глупая, либо жестокая.

– Что? – вспыхнула Рай.

– Значит, все же глупая, – усмехнулся лорд Деймонд Тогнан.

– Вы не имеете права судить…

– Я имею право на все, – перебил ее мужчина.

Чувствуя, как краска заливает лицо, Рай бросилась прочь. Мимо расступающихся людей, сквозь душное помещение, на улицу, к каретам. Высмотрев, свою карету она побежала к ней. Дверь перед ней распахнулась сама. Рай обернулась.

– Садитесь в карету, запряженную лошадьми? – остановился перед ней маг. – В их пастях удила, они тащат карету весом около полутоны. И вас, сколько в вас? Хотя, вы почти невесомы.

Рай не нашлась, что ответить. Постаравшись собрать разбитую гордость, она неловко залезла в карету. Потянулась и захлопнула дверцу. В приоткрытые шторы она увидела самодовольное лицо темного мага, насмехавшегося над ней. Она дернула шнурок, опуская штору. Карета тряхнулась и поехала. Рай спрятала лицо в ладонях, чувствуя его жар. Слезы полились сами по себе.

– Куда ты сбежала? – спросила тетушка, проходя с Мэри в комнату Рай.

Рай боялась этого разговора и пыталась избежать. Она пряталась у себя в комнате. Успокоившись в дороге, ее настигла злость. Злость на этого заносчивого мага, который позволил так разговаривать с ней. Несмотря на то, что она была не из богатой семьи, она знала себе цену. И всегда с гордостью носила свою фамилию. Это было впервые, когда кто-то смог сбить ее, унизить, вывести на эмоции.

Рай ходила по комнате, сжимая кулаки, и представляла, как можно было ответить этому грубияну. Как можно было не выходить из себя. И она не хотела больше никаких разговоров об этом жутком типе. Осталось перетерпеть всего-то шесть дней. Четыре свидания и бал, на котором они откажутся друг от друга. И она наконец-то вдохнет полной грудью и продолжит жить, как самой захочется.

Возможно, она даже откроет магическую лавку, или будет помогать другим. Ее магия была какой-то не такой, не стандартной. Она не была боевой, Рай пробовала много раз развить, но магические шары получались маленькими, способными только осветить дорогу, а заклинания и вовсе рушились, не дожидаясь полного построения. В магии стихий тоже царил кавардак. Она могла и разогнать воздух и разжечь огонь, и даже выделить воду. Но воздух разгонялся до легкого ветерка и больше никак не повиновался. Огня хватало, чтобы поджечь тонкую свечу, а воды оказывалось не больше капельки. Земля тоже повиновалась, но разломы – тонкие трещины.

Однажды, наплевав на мечту стать стражем, она пошла учиться на бытового мага, но и там потерпела неудачи. Магия у Рай была, но какая-то тусклая, невнятная. Небольшое количество магии могло компенсироваться физической подготовкой, ведь в стражники брали не только магов, которых в королевстве было немного. Но как бы она не заставляла себя заниматься, дольше двух дней это не длилось. Потом приходили отговорки и страдания от боли по всему телу.

Единственное, что она научилась и развила, как она считала, в совершенстве, это слух и ощущения. Завязав глаза плотной материей, она, сконцентрировавшись, могла услышать передвижение чего-либо. Даже как и где падает лист дерева. В этом она тренировалась чуть ли не каждый день. Закрывая глаза, она прислушивалась к жизни дома, различая шаги прислуги, где бы та не находилась.

Но этого не хватало для поступления в магическую академию. Да и для поступления в военную академию тоже. Рай нигде не было места, а замуж она упрямо не хотела. Считала это самым бесполезным делом и тратой драгоценного времени.

Хотя, ее и называли прекрасной невестой и приходил свататься не только граф Альбинский, она была против этого звания. Рай была высокой, с немного смуглой кожей, чернобровой, с пухлыми губами и небольшим, упрямо задранным кверху носом. Но больше всего ей в себе нравились глаза. Зеленые глубокие, словно хвойный лес, глаза. Но глаза и внешность не помогали ей по жизни. Она бы с радостью отдала внешность взамен на силы.

– Так что произошло? – повторила вопрос тетушка. – Мы тебя не трогали, потому что… Потому что он тебя обидел, но нам ты можешь рассказать. Мы все поймем.

– Обидел? – тихо спросила Рай.

– Рай, мы очень переживаем, – Мэри обняла сестру за плечи. – Мы решили ничего не говорить родителям, пока… Пока не произойдет второй бал.

– Да, нечего их тревожить раньше времени, – кивнула тетушка. – Ты у нас сильная, стерпишь все. А, если еще и ухватишь такого обеспеченного жениха, цены тебе не будет. Надо же, правая рука самого короля.

– А другие его качества вас не интересуют? – руки Рай задрожали. – Что он убийца, что он злой и эгоистичный, самовлюбленный и презирающий, видимо, всех девушек. Это вас не волнует? А то, что он самый сильный маг королевства?

– Ты единственная в этой ситуации не слегла со слабостью, остальные бы…

– Я не остальные, – кивнула Рай, опуская руки.

Она сама пошла на эту авантюру, сама предложила ему игру, ей придется держать себя в руках, не давать волю эмоциям. Когда нужно она умело строила из себя холодную леди. Правда, эта игра касалась только ее близких. С мужчинами она не имела дела до этого момента. У нее было несколько друзей парней, но они были друзья с детства, перед которыми не нужно было кем-то притворяться.

– Он меня не обидел, – упрямо сказала она.

– Со стороны все было видно. Ты знай, тебе все сочувствуют, – призналась Мэри. – Всюду только вас и обсуждают.

– Да, я сегодня ходила к чете Морсон, – закивала тетушка. – Они собирали небольшой ужин. Так вот вы первые на повестке дня. Я спросила, что они будут думать, если он откажется от тебя. И знаешь, что они сказали?

– Что? – спросила Рай, хотя ей было совершенно это не интересно.

– Никто не будет считать это позором. Они сочувствуют тебе, деточка. Все будут только рады за тебя.

– Мне не нужно сочувствие, – хмуро ответила Рай, чувствуя, как тает на глазах ее желание быть сильной в глазах каждого.

– Ну да, я понимаю, деточка, – произнесла тетушка. – Вы с ним были бы идеальной парой. Как бы ты возвысила свой род, если он не откажется. А сколько, должно быть, даров он отдаст за тебя.

Рай сморщила нос. Высокая статная леди Нолла Пресидски была женщиной меркантильной до мозга костей. Каждый приезд Рай в столицу для поступления в академию, тетушка неизменно находила ей женихов из влиятельных семей. Только женихи те были под стать графу Альбинскому по возрасту и внешности. Единожды она привела сверстника, но и тот оказался до тошноты глуп и зануден.

Сама тетушка вышла замуж по правилам. Родители ей подыскали хорошую партию. Партии было за пятьдесят лет, в то время как самой леди Нолле едва исполнилось семнадцать. Леди Нолла с несгибаемой головой приняла этот брак и всегда это гордо преподносила. Она давала урок молодым Мэри и Рай, что чем старше муж, тем быстрее он оставит наследство. Однако после смерти своего мужа, леди Нолла новым супругом не обзавелась.

– Меня позвал завтра на прогулку сам Рем Лавинский, – смущенно произнесла Мэри.

– Кто это? – изогнула бровь Рай.

– Они владеют большой землей на западе и магазинами в Раун-силь, – зарделась Мэри.

– Разве это так важно? – удивилась Рай.

– Очень важно, – подхватила тетушка. – Будущий муж не обязательно должен быть красивым, в первую очередь он должен быть содержательным. Он должен содержать в достатке свою семью.

– Он хотя бы нравится тебе? – спросила Рай.

– Да, он такой элегантный, – призналась Мэри. – А еще он читает стихи. Он такой… такой добрый.

– Главное, чтобы он тебе нравился, – Рай обняла сестру. – И не торопись замуж.

– Нет-нет, я не тороплюсь. Он тоже. Рем Лавинский сказал, что не собирается спешить с бракосочетанием, что сначала хочет заслужить моего расположения.

– Лавинский очень выгодная партия, здесь лучше поторопиться, – покачала головой тетушка.

– Можно я завтра с вами поеду? – попросила Рай.

– Я думаю, после сегодняшнего, это будет вполне приемлемо, – подумав, согласилась тетушка. – Нам ничего не будет угрожать, если он опоздает, конечно же. Но, если придет вовремя, ты уж поспеши его от нас отвести подальше.

– Тетушка, – выдохнула Рай.

– Два мага на таком близком расстоянии ко мне, – строго произнесла леди Нолла. – Я не переживу. Я, итак, сильно переживаю, что ты можешь колдовать в моем доме. А там самая большая концентрация магии будет. Мое сердце не выдержит. А что, если прорыв?

– Во-первых, маги не колдуют, а используют магию. Колдуют шарлатаны, – недовольно фыркнула Рай. – А, во-вторых, он уничтожает тварей по лучше остальных и, наверняка, быстрее. Если бы случился прорыв, я бы хотела оставаться как можно ближе к нему.

– В этом вся наша разница, – поджала губы тетушка. – Я была при прорыве здесь. И, если случится новый, я бы хотела быть как можно дальше от него и от всех магов вместе взятых.

Тетушка, топнув ногой, покинула комнату Рай. Девушка беспомощно посмотрела на Мэри.

– Просто она боится, – сестра встала на защиту тетушки.

– Я понимаю, – Рай села на край кровати. – Я тоже. Я жутко боюсь.

– Но ты же что-нибудь придумаешь, если все стане совсем плохо? – с надеждой спросила Мэри, присаживаясь рядом.

– Попробую, – усмехнулась Рай. – В любом случае, никогда не рано стать вдовой.

– Рай, – возмутилась Мэри.

– Да знаю я, знаю. Я не смогу его убить, но напакостничать так, чтобы он не захотел скармливать меня тьме, – загорелись глаза Рай.

Мэри ушла, когда на дворе уже была непроглядная темень. Рай застыла у окна всматриваясь в темноту сада, боясь обнаружить там силуэт мужчины. Дверь еле слышно отворилась, Рай посмотрела в отражение стекла. В комнату вошла служка Кера.

– Вам нужно поспать, – прошептала она.

– Ты очень тихая, – отметила Рай.

– У меня дома пятеро младших, – призналась Кера. – Стараюсь не шуметь.

– У тебя замечательно получается, – Рай похвалила девушку. – Можешь так же тихо уйти спать, я справлюсь сама.

– Но леди Нолла приказала…

– Если встретишь ее, скажи, что я уже заснула, – махнула рукой Рай, ей хотелось побыть одной.

Кера послушно склонила голову и ушла. Рай представила, как входит в портал и оказывается у себя дома. В графстве Никонс. Она падает в объятия и матери и дает волю чувствам и эмоциям. Она ощущала мамино поглаживание по голове. Мама бы, как всегда, сказала: «Каким бы ни был плохим день, он больше не повторится». А отец, тепло улыбнувшись, пообещал бы, что скоро все закончится.

***

Рай, казалось, она заснула под самое утро, почти за мгновение до того, как пришла Кера. Всю ночь перед глазами стоял маг с его снисходительной усмешкой на губах. Рай злилась и пыталась прогнать навязчивую картинку, но она память возвращалась и возвращалась к его лицу. Ее интриговали отметины тьмы на лице мага. В газетах, которые доходили до их графства Никонс писали, что в сражении с тварями, прорыв которой был несколько лет назад в столице, лорд Деймонд Тогнан использовал слишком много тьмы и та отпечаталась у него на лице.

Такие прорывы случались раз в несколько десятков лет. Но в последнее время становились все чаще. Тонкая материя, отделявшая мир от этих тварей, рвалась и твари выходили, пожирая все на своем пути.

Лорд Деймонд Тогнан как самый сильный маг королевства подчинялся только королю Дес Сильверу Горденсан Золотому. Маг тьмы следил за всем, за прорывами тварей из-за грани, за порядком в столице и контролировал другие государства. Как ему все это удавалось, Рай не знала. Но она знала, что на лорда Деймонда Тогнан работал главный страж столицы Лейни Рожс. Один из приемной комиссии в военную академию, который посмеялся над Рай, когда она попробовала туда поступить. На лорда Деймонда работал и ректор Академии Семи Ветров, Гейр Монклер, который не допустил Рай к сдаче экзаменов.

Она ненавидела этих двоих, которые ее отправили домой, не дав даже испытать свои возможности. И боялась показаться всем им на глаза, ведь тогда точно будет невозможно выстроить свою холодную и непроницаемую защиту.

Недовольно потянувшись, Рай сползла с кровати и пошла умываться, пока Кера готовила ее наряд. Сегодня с утра планировался променад по какому-то необычайному парку столицы. Рай была бы рада этой прогулке, если бы не должное сопровождение в виде лорда Деймонда Тогнан.

Рай бегло позавтракала в своей комнате, не желая идти в столовую под грустные взгляды сестры и тетушки. Кера ее нарядила в белое свободное платье, с фонариками на плечах, помогла надеть ажурные перчатки до локтя и, вручив белоснежный зонтик от солнца, осенила себя крестом.

– Так жалко вас отдавать в такие лапы, – вздохнула Кера.

– Он от меня откажется, – успокоила она девушку. – Вот увидишь.

– А если не откажется? – Кера сжала у груди ладони.

– Тогда к нему ты поедешь со мной, – обрадовала Рай девушку.

– Нет-нет, смилуйтесь. Не забирайте меня туда, – упала на колени Кера.

– Мы выбьем тебе жалованье в два раза больше, чем здесь, – усмехнулась Рай.

Кера задумалась, склонив голову. Поднялась с колен и кивнула:

– Я вас не брошу.

Рай рассмеялась и пошла к выходу из дома. Там уже ждали тетушка и Мэри. Леди Нолла обеспокоенно проверила как одета Рай, предложила снять перчатки. Девушка отказалась. Мэри схватила сестру за руку.

– Я впервые буду наедине с мужчиной, – шепнула Мэри.

– Это просто прогулка, – успокоила ее Рай. – Тетушка будет неподалеку. Я тоже.

– Ты будешь занята, – грустно улыбнулась Мэри. – Я не знаю о чем разговаривать.

– Я тоже, – призналась Рай. – Может, о погоде?

– Это так банально, – фыркнула Мэри, забираясь в карету вслед за тетушкой.

– Тогда о его состоянии и сможет ли он содержать целое наше семейство, – широко улыбнулась девушка.

– Рай! – хихикнула Мэри.

– У влюбленных диалог строится сразу, у смущенных никогда, – глубоко подметила тетушка.

До парка они доехали быстро. Выйдя из кареты, Рай оглянулась. Лорда Деймонда Тогнан снова нигде не было.

– Это верх неприличия, – шепнула она тетушке.

– Он занятой человек, – пожала плечами леди Нолла. – Да и не лучше ли нам погулять без него?

Рай с тетушкой шли за Мэри с Рем Лавинский. Рем оказался молод и не дурен собой. Девушки проходящие мимо заглядывались на него, неизменно подходя поздороваться, что очень раздражало Мэри. Рай это читала по ее хорошенькому личику. При встрече, пока Рай выглядывала мага, он любезно поговорил с тетушкой, умаслив ее. С Рай же их никто не познакомил и теперь Рем периодически невзначай оглядывался, проскальзывая взглядом по девушке.

Рем показался Рай безобидным парнем, от которого кроме стихов ничего ждать не приходилось. Он подходил романтичной Мэри и внешне, и по характеру.

Рай рассматривала парк, что и впрямь был необычным. Он казался бесконечным и невероятно красивым. Высокие лысые стволы деревьев увенчали широкие темно-зеленые кроны, между деревьев аллели кусты роз. Вдоль гравийных дорожек текли небольшие чистейшие ручьи, через которые были перекинуты маленькие каменные мостики. Вода в ручьях журчала, стекаясь в ручейки побольше, играла бликами на солнце. Вокруг летали разноцветные игривые бабочки и толстые мохнатые шмели.

Девушки прятались под зонтиками от солнца. Парочки проходили мимо или шли позади, кто-то стоял у ручьев, катался в недалеком пруду на лодках. Сопровождающие родители таяли под солнцем, давая большую волю своим подопечным девушкам. Те чувствовали это и тон разговоров повышался, отовсюду вился перезвон смеха.

Погода нравилась Рай, то самое нежное время, когда жар солнца согревает тело, а ветерок нежно обдувает. Рай подставляла лицо солнцу, спихнув зонтик тетушке. Солнце обволакивало, а ветер щекотал шею волосами. Рай не могла налюбоваться – чистое небо, яркое солнце, перья белоснежных облаков, красота парка. Рай была счастлива, без конца улыбаясь. Мэри смущенно оглядывалась. Рай строила ей рожицы, еще больше смущая сестру. Тетушка строго одергивала ее. Рай не выдержала и рассмеялась, строя очередную рожицу.

– Я не помешаю вашему веселью? – рядом, словно из ниоткуда, возник лорд Деймонд Тогнан.

Рай подавилась и закашлялась. Краска снова залила лицо.

– Леди Нолла Пресидски, разрешите ли мне?

– Да-да, конечно же. Берегите ее, – тетушка спешно отошла от Рай, бросив ее одну.

Мэри оглянулась и, побледнев, схватила за руку Рем. Тот обернулся и, взяв под руку Мэри, поспешил уйти подальше. Вокруг Рай и лорда Деймонда снова образовался пустой круг. Взяв себя в руки, Рай выпрямила спину и гордо задрала нос. Сегодня она не выйдет из себя. Рай неспешно двинулась по тротуару парка, рассматривая толстые стволы деревьев, скворечники и кормушки. Впереди блестела на солнце узкая лента речки.

– Неприлично заставлять девушку ждать, – строго произнесла Рай.

– Вы меня ждали? – усмехнулся лорд Деймонд.

– Я ждала, что вы не придете, после вчерашнего, – призналась Рай.

– Не хотел оставлять вас в неудобном положении, – сказал лорд Деймонд.

– Почему вас так сторонятся? – спросила неожиданно для самой себя Рай.

– Почему меня не сторонитесь вы? – ответил вопросом на вопрос маг.

– Не вижу причины, – подойдя к берегу речки, Рай остановилась. – Вы не такой уж и страшный. Конечно, не считая лица, – Рай не вовремя прикусила язык. – Простите.

– Что же не так с моим лицом? – спросил лорд Деймонд.

– Вы сами знаете, – буркнула Рай.

– Печати темной магии?

Рай посмотрела на мужчину, не понимая серьезно ли он спрашивает такую прозрачную истину. Лорд Деймонд Тогнан ответно посмотрел на девушку. Его лицо казалось непроницаемым.

– Они, – кивнула Рай.

– Понятно, – кивнул лорд Деймонд. – Но меня сторонятся не по этой причине.

Рай смущенно опустила взгляд на воду, не зная что сказать.

– В вас нет ни капли магии, – произнес Деймонд.

– Есть, – упрямо ответила Рай.

– Не обманывайте, – усмехнулся маг. – Я чувствую магию, а магия чувствует меня, вот и сторонится. Аура тьмы и силы.

– Не у всех же есть магия, – обвела взглядом гуляющих разноцветных девушек и строго одетых в темные сюртуки мужчин.

– Остальные за счет стадного чувства.

– Это как? – подняла бровь Рай.

– Как коровы, если одни держатся подальше, то и другим нужно.

– Но я ничего не чувствую, – прислушалась к своим ощущениям девушка.

– В вас нет магии, – снова произнес лорд Деймонд.

– Есть, – зло ответила Рай. – Вы не можете утверждать, то чего не знаете.

– На что вы злитесь?

– Вы слишком скоро судите людей.

– Не правда, вы злитесь на себя, – сказал насмешливо лорд Деймонд.

Рай чувствовала его взгляд и выходила из себя. Щеки снова заалели, пыхнули жаром. Она пыталась взять себя в руки.

– Вы не ожидали, тогда на балу, что обратились ко мне, – продолжал темный маг. – Но вам было все равно кого просить, лишь бы не попасть в лапы Альбинского. Так чего же вы сейчас злитесь?

– Я не злюсь, – сквозь зубы ответила Рай.

– Помимо магии я чувствую и эмоции. Хотя с вами не нужно и стараться, вы – открытая книга. Все на лице написано.

– Да что вы такое говорите? – повернулась к мужчине Рай. – Мне есть на что злиться. Вы опаздываете на оговоренные правилами приличия встречи, выставляя меня в дурном свете. Вы подначиваете меня, выводя на эмоции. Из-за вас меня не обсуждает только ленивый и сторонится тоже. Мне есть на что злиться, – повторила она.

– Вы злитесь на то, что не научились падать в обморок при каждой возможной потребности, – открыто улыбнулся лорд Деймонд.

– Что? – воскликнула Рай. – Я не такая!

– Вы потрясающе нахальны и потрясающе глупы, – насмехался маг.

– Я… Да как вы смеете? – вспыхнула она.

– Мне нравится, как вы злитесь.

Рай подхватила юбки и бросилась прочь от жуткого мужчины, который снова прилюдно насмехался над ней. Прочь, по мостками, через речку, вглубь парка. Все дальше от глаз. Успокоившись, она снизила темп. Оглянулась, нестерпимого мага нигде не было видно. Выдохнув, она остановилась, прижимаясь к гладкому стволу дерева. Клубы злости внутри успокаивались, укладывались, словно впитывались в кору, утекали с соком вниз, в почву. Становилось стыдно, что снова не смогла спокойно пропустить мимо ушей издевательства.

– Рай? Рай!

Она обернулась на голос. Рот расплылся в улыбке.

– Кельн, – бросилась она к высокому мужчине в сером сюртуке. – Что ты здесь делаешь?

– Присматриваюсь, – широко улыбнулся парень из-под густых усов.

– Ты так сильно изменился, – Рай оценивала лучшего друга детства.

– А ты как была тощей доходягой, так и осталась, – засмеялся Кельн. – Ты что была на балу невест?

– Да, – скривилась Рай. – В академию не взяли. А ты как? Ты писал, что успешно закончил военную академию. Ты теперь в страже?

– Нет, работаю сам на себя, – округлил грудь Кельн.

– Кем же? – удивилась Рай.

С Кельном они были знакомы с самых пеленок. Соседский парень, родители простые крестьяне. Они вместе росли, вместе развивали свои возможности, которых у Кельна оказалось куда больше. Он был старше Рай на четыре года, но уже в пятнадцать поступил в военную академию, когда Рай еще мечтала об Академии Семи Ветров.

– Небольшое сыскное агентство, – похвастался он.

– Кельн, – Рай заломила руки. – Возьми меня к себе. Ты же знаешь, как я…

– А твой жених, – Кельн кивнул на браслеты, виднеющиеся под перчатками.

– Ой, ему все равно, – призналась Рай. – У нас с ним договор, что он от меня откажется на следующем балу.

– Это же позор для девушки.

– Я замуж и не стремлюсь, – Рай пожала плечами. – Ты же помнишь, как мы в детстве раскрывали вместе дела.

– Да, помню, но…

– Мне не нужна большая плата, – усмехнулась девушка.

– Ты понимаешь, – почесал затылок Кельн. – Мне вообще редко платят, и агентство в общем-то по совместительству мой дом.

– Тогда я тебе точно нужна, – подумав, сообщила Рай. – Твоя находчивость и моя наблюдательность. Да мы всей страже нос утрем.

– Думаешь?

– Уверена, – улыбнулась Рай.

– А как же тетушка? – спросил Кельн.

– О, она целыми днями занята, то нюхает соль, то ходит в гости. Теперь ей еще за Мэри присматривать. Новая игрушка, – фыркнула она. – Я слишком не поддаюсь ей.

– Тогда приходи завтра, – предложил Кельн. – Я буду ждать тебя на Вольм сорок девять.

– Вольм сорок девять, – повторила Рай. – Во сколько?

– Да, во сколько сможешь во столько и приходи. У меня сейчас нет открытых дел. Может, поищем что в газетах.

– Мне пора, – Рай заметила среди листвы тетушку и Мэри.

– Мне поздороваться? – пригладил усы Кельн

Рай сморщила нос, Кельн улыбнулся, кивнул и поспешил в другую от тетушки сторону. Поправив платье, Рай вышла на тропинку.

– Рай, деточка, – подплыла тетушка, сжимая племянницу в объятиях. – Что он снова сделал?

– Кто он? – девушка испугалась, высматривая Кельна.

– Этот маг, что произошло? – Мэри всматривалась в глаза Рай.

– Да ничего не произошло, – мысли Рай уже были заняты тем, как завтра сбежать к Кельну.

– Мы сразу же поспешили за тобой, – кивнула тетушка. – Только не говори, что вы снова поругались.

– Ты так убежала, – шептала Мэри. – Все видели. Все терпеть не могу этого проклятого мага.

– Проклятого? – удивилась Рай, вспоминая разговор с лордом Деймондом, теперь казалось, что она взбеленилась из-за сущей ерунды. Стало стыдно.

– Да, говорят, если девушка коснется его, то вскоре умрет, – тараторила Мэри. – Ты ни в коем случае не касайся его.

– Что за вздор? – улыбнулась Рай.

– Были случаи, – шепнула Мэри. – Все об этом говорят.

– Это же просто слухи? – Рай обернулась на тетушку, вспоминая, как схватила мага за руку на балу невест.

Тетушка промолчала, пряча взгляд.

– Почему вы меня раньше не предупредили? – чувствуя мороз по коже, спросила Рай.

– Говорят он сам это контролирует, не дает его касаться, – пожала плечами тетушка. – Я не хотела тебя лишний раз пугать. Он же не касался тебя?

– Он нет, – слабо улыбнулась Рай.

***

Ранним утром Рай подскочила с кровати. Быстро оделась и приоткрыла окно. Сад был пуст. Пройти сад, выскочить через калитку, обогнуть поместье и можно словить извозчика. Дверь скрипнула, Рай вздрогнула, оборачиваясь. Кера вбежала в комнату.

– Что вы делаете? – Кера поспешила закрывать окна.

– Вот ты-то мне и нужна, – Рай схватила девчонку за руки. – Ты скажешь, что я плохо себя чувствую.

– Сегодня ужин, – напомнила Кера.

– Точно, вот перед ужином плохо себя и чувствую.

– Нет-нет, никак нельзя, – покачала головой Кера. – Леди Нолла слегла, говорит мигрень разыгралась. Мэри тоже не встает, у нее странная слабость. Они просили передать, чтобы вы их не волновали, чтобы к ужину готовились.

– Что с ними? – испугалась Рай. – Мне нужно к Мэри, нужно проверить, как она…

– Никак не получится, – Кера загородила собой выход.

– Послушай, там моей сестре плохо, – Рай уперла кулаки в бока.

– Все с ней в порядке, – выдала Кера.

– Как? – растерялась Рай.

– Они просили их не волновать, – повторила Кера и тише добавила: – сегодня же ужин.

– Точно, – грустно улыбнулась Рай. – Они меня оставляют с ним наедине.

– Леди Нолла приказала мне…

– Ты не боишься? – Рай заглянула в глаза девчонке.

– Боюсь, – призналась та, – но мне же нужно привыкать, если вдруг он не откажется.

– Ах, он откажется, – рассмеялась Рай. – Прикажи запрячь лошадей, только тетушке не говори. Нельзя тревожить.

– А как же ужин?

– Я вернусь до ужина, а ты тут пока все организуй.

– Никак нельзя, – растерялась Кера.

– У тебя все получится, – произнесла Рай, взяв за плечи Керу.

Кера задумчиво кивнула и поспешила выполнять распоряжения. Рай постояла перед зеркалом, придирчиво оценивая себя. Сбегать из родного дома, в графстве, где известна каждая деревенька было одним делом. А вот сбегать в неизвестной столице из-под крыла бдительной тетушки – это другое. Сердце отбивало галоп, пока Рай кралась мимо комнат Мэри и тетушки. Выйдя из дома, Рай оглянулась на окно тетушки, которое выходило на передний двор. Карета уже ожидала у ступеней.

Вздохнув, Рай вернулась в дом. Прокралась к своей комнате и, громко топая, подошла к комнате тетушки.

– Тетушка, мне нужно в город. Я кое-что хочу прикупить к ужину сама, – крикнула она через дверь.

– Да, конечно, дитя мое, езжай. Только осторожно, – слабым голосом оповестила тетушка. – Прости, что в такой день… Ох, как мне плохо. Я нюхаю соль, может, к вечеру поможет и я смогу подняться.

– Не переживайте, тетушка, я справлюсь, – произнесла Рай и вприпрыжку побежала из дома.

Она сказала адрес кучеру и забралась в карету. Сердце громко стучало в груди. По телу растекался холод пока она ехала по улицам все дальше от престижных районов.

Район, в который они заехали, состоял из маленьких приземистых домиков, покосившихся от времени. Они плотно прилегали друг к другу, лишь изредка отступая, образуя узкий переулок. Здесь сновали девушки в грязных одеждах, с тяжелыми корзинами на плече, между ними носилась детвора. Громко ржали кони, противясь тащить телеги. Гоготали мужики, проходя неровным шагом. Карета остановилась, кучер открыл дверцу.

– Леди, вы уверены, что мы должны быть здесь?

Рай выглянула из кареты. Перед ее взором простиралась грязная мостовая, вдоль которой были канавы, залитые нечистотами. Воняло рыбой и чем-то тухлым.

– Вольм сорок девять? – переспросила она, сморщив нос.

– Да, леди, – кучер указал на трактир за своей спиной.

– Значит сюда, – пожала плечами Рай, выбираясь из кареты.

Сразу же ногой попала в лужу, промочив туфлю. Мысленно ругнувшись, она улыбнулась кучеру и уверенно пошла к трактиру, у дверей которой прямо на земле спал грязный мужик. С любопытством глядя на него, Рай обошла мужика по кругу, и дернула толкнула дверь. В темноте трактира посетителей в столь ранний час не нашлось. Лишь из-за прилавка показалась лысая голова.

– Мы еще закрыты, – оповестил ее крепкий мужик.

– Мне нужен Кельн, он сказал, что здесь живет, – громко сказала Рай, не показывая своего страха.

– Еще одна, – сплюнул на пол мужик и кивнул на лестницу: – второй этаж, третья комната.

– Спасибо, – крикнула Рай и радостно побежала к деревянной лестнице, поднимаясь на второй этаж.

Третья комната нашлась быстро. Деревянная дверь была закрыта. Сдерживая счастливую улыбку, в предвкушении, Рай постучала.

– Занято, – прогремел голос Кельна.

– Это Рай, – крикнула она в ответ.

За дверью послышался шум. Дверь приоткрылась, Кельн выглянул в щелку, оценил Рай и открыл дверь на распашку, хватая девушку под руку.

– А вот и мой помощник подошел, – громко объявил он, затаскивая Рай в комнату. – Мы вам обещаем качественное исполнение работы. Мы найдем вашу шкатулку с драгоценностями.

– Спасибо, – плача, произнесла женщина в замызганном платье. – Только страже не говорите, они не должны знать, что у меня были драгоценности. Они все отберут, а это память, – всхлипнула она.

– А вы можете нарисовать шкатулку и описать драгоценности, – сразу приступила к делу Рай.

– Да-да, конечно, – оглянулась в поисках бумаги женщина.

Рай посмотрела на Кельна. Тот, видимо, только встал. Волосы стояли дыбом, усы завивались под разными углами. На нем были штаны, в которые он кое-как заправил мятую рубаху. Рай покачала головой, и глазами указала на женщину. Кельн вопросительно посмотрел на Рай. Рай подкатила глаза и тихо сказала:

– Бумагу дай.

– Ах да, точно, – спохватился Кельн, подбегая к столу, за которым сидела женщина.

Он достал из ящика кипу исписанных листов, поискал чистое место и дал женщине клочок бумаги.

– Лекции, – потряс бумагами Кельн. – Остались с академии.

– Вы точно найдете? – с сомнением спросила женщина.

– Агентство Кельн предоставляет услуги всех мастей. Мы обещаем качественное исполнение работы, – зачитал Кельн, вставая в военную стойку. – В срок и по низкой цене.

– Только страже…

– Не скажем, – перебила Рай, в глазах которой разгоралось пламя.

Она и не надеялась так быстро окунуться в работу. И она ни за что не отдаст это дело каким-то стражникам, в ряды которых ей доступа не было. Широко улыбнувшись Кельну, она спрятала эмоции и присела напротив женщины, на не забранную кровать – единственное место, где можно было умаститься, кроме стула на котором сидела женщина.

– Когда она пропала? – уточнила Рай.

– Сегодня ночью кто-то влез в мой дом, – проговорила она. – Вор знал, что у меня есть эта шкатулка. Он угрожал мне расправой, – женщина заплакала, – мне пришлось сказать.

– А откуда он узнал? – удивилась Рай.

– Не знаю, об этом знали только я и мой муж. Но муж божится, что никому не говорил.

– А где ваш муж? – вела опрос Рай, как тогда, в детстве, когда отец придумывал преступления, давая волю воображению Рай в их раскрытии.

– У порога лежит, – махнула рукой женщина.

– Он мог по пьяни кому-то сказать?

– Мог, только я пока не смогла добиться кому и где он это сказал. Я ему устрою! – сурово ответила она, протягивая рисунок.

На рисунке была обыкновенная прямоугольная шкатулка, женщина описала ее небольшой и деревянной, как многие шкатулки. Рай выдохнула, увидев узор на крышке. Таких узоров должно быть немного. Можно с легкостью найти шкатулку по крышке. Рядом шел список пропавших вещей, с кратким описанием.

– Можно осмотреть ваш дом? – спросил Кельн.

– Да, думаю да, – ответила женщина.

Кельн накинул серый сюртук, примял волосы ладонью и под удивленным взглядом Рай, покинул комнату, поманив девушек за собой. Женщина, которую звали Хольга, отказалась будить мужа, пнув его несколько раз и услышав слабый стон. Она обещалась избавиться от дармоеда и больше не впускать его в дом. Что такое дармоед, Рай не знала, но на всякий случай, обзывательство запомнила, примеряя его к лорду Деймонду.

– Там нет ничего ценного, – говорила Хольга. – Три тонких серебряных браслета, на одном из браслетов виноградная лоза, цепочка с камешком-кулоном розового цвета, сережки из металла, не имеют и вовсе никакой ценности. Это вещи от моей мамы, а ей они достались от ее. Я берегла их для дочери. Жизнь у нас нелегкая, но никогда не приходило в голову избавиться от них.

– А сама шкатулка? – спросил Кельн.

– Что шкатулка? – не поняла Хольга.

– Она имеет какую-то ценность? – уточнил свой вопрос Кельн, посматривая на задумчивую Рай.

– Обыкновенная деревянная шкатулка, – пожала плечами Хольга. – Внутри обита синим бархатом, правда он уже поистерся от времени.

– А символы на крышке? – спросила Рай. – Они уникальные?

– Не думаю, что в них есть что-то необычное, – пожала плечами Хольга.

Дом ее находился недалеко от трактира. Он был приземистым, камень порос темным мхом, практически пряча дом внутри себя. Одно из окон было выбито, стекла лежали на земле. В разбитом окне трепыхались светлые занавески.

– Это так он проник? – осматривал окно Кельн.

– Да, среди ночи раздался звон, а потом он. Весь темный, большой, с большим ножищем.

– А муж где был? – Рай прошла в дом вслед за хозяйкой.

– Да все там же, только, наверное, на тот момент еще внутри трактира.

– Нам стоит с ним поговорить, – переглянулись Кельн и Рай.

– Не получится, – махнула рукой Хольга. – Эта дрянь подколодная ни черта не вспомнит.

– Уверены? – Рай снова запоминала ругательства.

– Да, вот там под столом, под полом и лежала шкатулка. Я сама доставала, сама в руки вора отдавала, у меня дочь маленькая, хотел без матери оставить, – рыдала женщина.

Рай осматривала комнату, искала знаки присутствия постороннего. Комната была еще меньше, чем комната Кельна. Печь в углу, рядом стол, под столом вскрытая ниша. Справа от стола разбитое окно. Напротив дверка в небольшую комнатку с детской кроватью. Напротив печи кровать взрослых. Такое стесненное жилище Рай видела впервые и старалась не подавать об этом вида. Она надеялась, что вор что-то обронил, как часто бывало в загадках отца. Но ничего не находилось. Осмотревшись, Кельн и Рай успокоили Хольгу и вышли на улицу.

– Что думаешь? – спросила Рай, когда дом Хольги остался за спиной.

– Обычное воровство, – пожал плечами Кельн. – Завтра пройдем по скупщикам.

– Почему завтра?

– Сегодня он притаится, подождет, – знающий, как обстоят дела в столице, ответил Кельн. – Либо вечером, либо с утра поймет, что стража его не ищет и пойдет сдавать. Там-то мы его и вычислим.

– Значит, до завтра? – сморщила нос Рай, не желая возвращаться домой.

– У тебя, кажется, сегодня по расписанию ужин, – Кельн кивнул на руки Рай.

– Тьма, – не сдержалась она, полностью об этом позабыв.

– Беги, рабыня любви, – хохотнул Кельн.

– Сам ты рабыня любви, – буркнула Рай. – Я рабыня временных обстоятельств.

Рай ускорила шаг до трактира. Там застала спящего кучера. Еле растолкав мужчину, она залезла в карету. Стуча колесами по мостовой, карета тронулась в путь. Выглядывая в окошко, Рай ругалась на саму себя, видя, как опускается сумрак на город.

– Можно быстрее? – крикнула она кучеру.

– На всех порах, – откликнулся он.

***

Дом горел огнями. Вылезая из кареты, Рай отметила, что другой кареты рядом не стоит. Значит, лорд Деймонд Тогнан еще не прибыл. Она быстро зашла в дом, пробежала тихо в свою комнату. Платье оказалось грязное по подолу. Цокнув, Рай достала из гардероба новое платье, еле дотягиваясь, расстегнула крючки верхнего платья, спуская его вниз. Перешагнула скомканное платье, поднимая с кровати новое.

В дверь постучали. Рай замерла, шагов она не слышала.

– Кера, заходи, – крикнула она, удивляясь ее тихой поступи.

Дверь отворилась, на пороге стоял лорд Деймонд Тогнан. Сердце пропустило удар. Рай прижала к себе платье, пытаясь спрятаться за ним.

– Что вы тут делаете? – на выдохе спросила она. – Выйдите немедленно!

– Вам помочь? – лорд Деймонд прошел внутрь, закрывая за собой дверь.

– Нет, – отступила Рай, чувствуя, как в воздухе появляется напряжение.

Она каждой частичкой тела ощущала ярость исходящую от мужчины. Вокруг ног мага стелилась темная дымка, шла волной.

– Выйдите, пожалуйста, – сипло попросила Рай, чувствуя, как становится тяжело дышать.

– Вы сами сказали: опоздание равно неуважению. Вы меня настолько не уважаете, что заставили ждать целый час?

Лорд Деймонд рванул на себя платье, вырывая его из рук девушки. Рай залилась краской, оставшись в одном полупрозрачном нижнем платье, она прикрывалась руками.

– Я потеряла счет времени, – призналась она, отступая. – Прошу вас, оставьте меня.

– Оставить, – усмехнулся лорд Деймонд, черная дымка оплела его до колен. – Вы сами решили сыграть в эту игру. Вы сами потеряли грани, сбегая от меня на каждой встрече. Вы заботитесь о своей репутации, а сами не смогли убедить свою семейку полчаса поулыбаться мне. Решили отомстить ожиданием, накрыв на стол, словно крестьянину.

– Нет, что вы? – Рай уперлась спиной в стену, дальше отступать было некуда. – Пожалуйста… Я виновата.

– Послушайте меня, дорогая Рай, – Деймонд подошел вплотную к девушке, провел пальцем по ее щеке, опускаясь на шею. – Я могу в одну секунду уничтожить тебя и всю твою семью, – маг схватил Рай за шею, наклоняясь к ее уху. – Мне ничего не стоит воспользоваться тобой здесь и сейчас, – щеки Рай опалило жаром.

Лорд Деймонд сжимал шею, Рай попыталась отнять его руку. Ужас застилал ее сознание. Она хотела оправдаться, но вместо слов из горла вылетало только сиплое дыхание.

– Надеюсь, ты все поняла, – одной рукой Деймонд отбросил ее на кровать.

Рай упала на колючее покрывало, сжимая его руками. Она не могла надышаться. На глаза наворачивались слезы. Рай отползала дальше от мага. Страх оплетал тело, не давал шевельнуться, горло болело. Она посмотрела туда, где мгновение назад стоял маг тьмы. Там никого не было. Не сдерживаясь, она зарыдала.

– Зачем вы закрылись? – Кера ввалилась в комнату. – Что с вами?

Кера бросилась на кровать, пытаясь успокоить Рай.

– Я схожу за лекарем, – метнулась к двери Кера.

– Нет, стой, – крикнула Рай, садясь на кровати. Ее трясло от страха, казалось, из каждого темного угла за ней наблюдает маг. – Об этом никто не должен знать, – тихо сказала она.

Поднявшись с кровати, она подошла к большому зеркалу в золотистой оправе, осматривая красные пятна, оставшиеся от пальцев лорда Деймонда. Она провела рукой по тонкой коже шеи. Лицо опухло от слез.

– Он вас тронул? – прошептала Кера.

– Пара синяков, – пожала плечами Рай. – Синяки пройдут.

– Он же проклят, – округлила глаза девчонка.

– Мы еще посмотрим, кто из нас проклят, – улыбнулась Рай.

– Вы меня пугаете, – призналась Кера.

– Что ты накрыла на стол? – спросила Рай.

– Жаркое из говядины, разносолы, – перечисляла Кера.

Рай зажмурилась, представляя шок главного мага королевства, понимая его ярость. Еще и прождать за таким столом целый час. Однако, это его не прощало. Рай сжала губы до белизны. Она не спустит такого отношения к себе.

– Ничего никому не говори, – настрого приказала она. – Стол убери, тетушку спроси, как у нее дела, поедет ли она со мной завтра на обед.

– Хорошо, – осенив себя и Рай крестом, девочка выбежала из комнаты.

Рай села на край кровати, смотря как наливаются синяки на шее. Она закусила губу, думая на сколько сильно она рискует. Через несколько минут вернулась Кера, оповестив, что тетушка спит. Тут же в дверь постучали и заглянула Мэри. Ахнув, она подскочила к сестре, смотря на ее шею.

– Это сделал он? – спросила она, перешагивая платья, разбросанные на полу.

Кера тут же подобрала платья и поспешила их унести.

– Мэри, все хорошо, – улыбнулась Рай. – Как ты себя чувствуешь?

– Прости, я просто испугалась, не смогла выйти к ужину из-за страха, – дрожащим голосом говорила она. – Это все из-за меня. Но как же тетушка? Как она позволила?

– У нее мигрень, – грустно улыбнулась Рай. – Все хорошо, сестренка. Все будет хорошо. Я же сильная?

– Очень, – выдохнула Мэри.

– Только тетушке ничего не говори, умоляю, – Рай взяла сестру за руки.

– Но как же можно?

– У меня есть план, я не хочу, чтобы мне помешали, – заглядывая в лицо сестры, ответила Рай.

– Хорошо, я что-нибудь придумаю, – закусив губу, согласилась Мэри.

Она лежала на разгоряченных камнях, руки и ноги были скованны цепями. По спине пробежал холодок. Она задергалась, пытаясь вырваться. Над ней навис Лорд Деймонд Тогнан, в его черных глазах плескалась ярость, разливалась волнами по узорам вокруг глаз. Черный туман кружил вокруг, застилая глаза Рай, перекрывая ей дыхание. Рай задыхалась, она закричала, умоляя о помощи.

Рай подскочила в кровати, пытаясь отдышаться. Горло саднило. Сквозь занавешенные окна пробивалось жаркое летнее солнце. В комнате было тяжело дышать. Рай встала и раскрыла шторы, выглядывая на улицу. Солнце играло по зелени сада. Рай приоткрыла окно, пуская в комнату свежий воздух.

Улыбнувшись, она прошла к зеркалу, осматривая налившиеся синью следы от рук лорда Даймонда. На дамском столике лежал черный конверт с золотой печатью. Дрожащей рукой, она подняла конверт. Осмотрела со всех сторон. Никаких отличительных знаков.

Бросившись к письменному столу, она выдвигала ящики. Найдя ножик для писем, она вскрыла конверт. Достала резную бумагу. Выдохнула, читая приглашение на ужин. Довольно улыбнулась.

– Кера! – крикнула Рай, выглядывая за дверь.

Кера быстро прибежала на зов. Застыла на пороге.

– Ты принесла это? – взмахнув конвертом, спросила Рай.

– Нет. Вы страшно выглядите, – провела рукой по шее Кера.

– Это нам и нужно, – сказала Рай, задумываясь, как еще конверт мог попасть к ней в комнату. Страх пробежал по спине. – Завтра я сплю с тобой, – прошептала Рай.

– В комнате для служанок? – удивилась Кера. – Никак нельзя.

– Что сказала моя тетушка? Она пойдет со мной?

– К сожалению, они с Мэри уехали, как только рассвело к Лавинским, – опустила глаза Кера.

– Ну и хорошо, – сказала Рай, чувствуя, как собирается ком у горла. Ее в очередной раз бросили самые близкие в этом городе.

Сглотнув ком обиды и стерев выступившие слезы, Рай быстро оделась.

– Пусть запрягают лошадей, – сказала она Кере. – Мне нужно ехать.

– Вы не опоздаете на ужин? – спросила Кера.

– Верно, приготовь мне с собой платье, – собирая заколки, приказала Рай.

Через полчаса она уже ехала в карете в старый район столицы. Кельн ожидал ее в трактире, сидя за столом.

– Я не опоздала? – подбежала к нему Рай.

– Нет, я как раз составил список скупщиков, к которым мы пойдем, – ответил Кельн, осматривая подругу. – Что с тобой?

– Горло с утра побаливало, – поправила она шейный платок.

– Если присмотреться, то видно, из-за чего, – серьезно произнес Кельн. – Это твой женишок? Ты ему передай, что я ему голову сверну.

– Нет-нет, так нужно, – быстро сказала Рай. – Это необходимая часть плана. Пошли скорее, мне нужно успеть до ужина.

– Пошли, – поднялся Кельн. – Ты поделишься своим планом?

– Тебя это не касается, – улыбнулась другу Рай.

Они ходили от скупщика к скупщику, по дороге вспоминая расследования из детства. Родители никогда не были против увлечения дочерей. И, если Мэри любила любовные книжки, Рай предпочитала расследования. Отец всегда придумывал загадки, прятал подсказки, а они с Кельном их решали, носясь по поместью, а в более взрослом возрасте и по соседней деревне, откуда был родом Кельн.

– А помнишь, как твой отец спланировал собственное похищение? – рассмеялся Кельн.

– Когда он спрятался в заброшенной шахте, с пайком на два дня? – улыбнулась Рай.

– А просидел все четыре, пока мы его нашли, – смеялся Кельн. – Вот нам тогда влетело.

– Смотри, – улыбка спала с лица Рай. – Там тело.

– Да мало ли у нас тут пьяных тел валяется по канавам, – усмехнулся Кельн. – Пошли, мы так и не нашли скупщика.

– Кажется, он мертв, – Рай подошла ближе к мужчине в канаве. – Кельн!

Рай бросилась к мужчине, пытаясь за ногу вытащить его из канавы.

– Брось его, – шептал Кельн, перехватив руку девушки. – Это не наше дело, еще перед стражей объясняться. Как ты им расскажешь, что ты здесь делала?

– У него шкатулка, – шикнула на парня Рай, указывая на открытую прямоугольную шкатулку, обитую синим потертым бархатом. Угол шкатулки выглядывал из-под мужика.

Кельн обернулся, вокруг уже собирались люди.

– Она лекарь, она хочет помочь бедняге, – громко произнес он, помогая Рай вытащить мужчину из канавы. – Стража приближается, – шепнул он девушке.

Мужик оказался тяжелым, разбухшим от воды, на шее был синий след от удавки. Вцепившись в Кельна, Рай сползла по отвесной стене канавы, достала шкатулку, быстро передавая ее другу. Кельн вытащил Рай.

– Бесповоротно мертв, – оповестил он собравшийся народ.

Подталкивая Рай, он поспешил сквозь толпу подальше от стражи. Преодолев людей, они побежали, скрываясь в узких подворотнях, выбежав на широкий проспект, через несколько кварталов, они остановились и медленно пошли, не привлекая к себе внимания.

– Одевайся в следующий раз попроще, – Кельн окинул взглядом девушку. Рай посмотрела на свое платье, весь подол был грязный, как и туфли.

– Как ты думаешь, его убили до того, как он сдал вещи из шкатулки или после?

– Думаю, до, – достал из-за пазухи шкатулку Кельн. – Как ты увидела только?

– Внимательность, – усмехнулась Рай. – За отсутствие таковой мне и влетало, – напомнила она.

– Узор совпадает, – Кельн достал из нагрудного кармана рисунок Хольги.

– Почему ты решил, что после?

– Если бы в шкатулке что-то было, то забрали бы вместе со шкатулкой, – ответил Кельн. – Убили, нашли шкатулку, проверили и бросили вместе с телом. Меня интересует, что там делал сам маг тьмы.

– Что? – по спине Рай пробежал рой мурашек.

– Лорд Деймонд Тогнан, он там был, когда мы сбегали, ты не обратила внимания? – Кельн толкнул в плечо девушку. – Внимательность… Не ко всему ты внимательна.

– Он нас заметил? – тихо спросила Рай.

– Не думаю, мы уже к тому времени смешались с толпой, – пожал плечами Кельн. – Он нас не знает, очередные зеваки.

– Очередные зеваки, – еле слышно произнесла она. – Мне нужно ехать на ужин, могу я у тебя переодеться?

– Да без проблем, – Кельн шуточно поклонился, открывая перед Рай дверь в трактир.

Рай подбежала к карете, что стояла недалеко от трактира. Кучер трепал языком с хозяином трактира. Он косо проследил за Рай, которая, забрав платье, бережно понесла его в трактир.

Рай спешно переоделась, закрывшись в комнате Кельна. Смотрясь в маленькое мутное зеркало, она сделала высокую прическу, открывая шею. Рай посмотрела на нежно-розовое платье, корсет плотно обхватывал талию и грудь, рукава облегали плечи. Розовый подол топорщился. Сняв подъюбники, она еще раз посмотрела на себя. Так стало удобнее, подол больше не топорщился, а стелился по ногам. Задрав подол Рай, оценивающе посмотрела на грязные туфли. Схватив тряпку, лежащую у мойки, она попыталась оттереть грязь.

Когда было все кончено, она спустилась вниз. Покрутилась перед Кельном.

– Очень красиво, как будто на королевский прием собираешься, – улыбнулся парень. – Только мешает платок. Он не подходит.

– Я знаю. Ты помнишь, это план, – подмигнула она Кельну.

– Надеюсь, с тобой все будет хорошо, – проводил ее парень, помогая забраться в карету.

– Я тоже надеюсь, – улыбнулась ему Рай. – Передай это кучеру, – протянула она конверт с адресом Кельну.

Парень захлопнул дверь. Карета двинулась в путь. Рай закрыла глаза, всматриваясь в темноту. Щелкнула пальцами, платье почернело. Стянув платок, она нервно вздохнула. Теперь все готово к мести. Карета ехала, стуча колесами по брусчатке. За окном на Раун-силь опускался вечер.

– Где мы? – спросила она, выходя с помощью пажа из кареты.

– Это дворец, – ответил паж то, что Рай, итак, уже знала.

– Что мы здесь делаем?

– Я вас привез по тому адресу, что в письме, – произнес кучер, натягивая поводья и отъезжая от девушки. – Из нищеты да в короли, – громко хохотнул он.

Дворец возвышался над ней. Белое четырехэтажное здание, уходившее влево и вправо арками окон. Бесчисленное количество ступеней, которые вели к массивным деревянным дверям. У дверей стоял лакей. Рай поднималась по ступеням, щелкая пальцами, пытаясь вернуть платью прежний цвет. Магия не слушалась. Паника подступала к горлу. Шея… Рай вспомнила о синяках. Замерла в нерешительности на середине ступеней. Платок остался в карете.

– Вас ожидают, леди Рай Никонс, – поклонился лакей, намекая ей, что она опаздывает.

Сердце Рай бешено скакало. Дыхание срывалось, вылетало из легких, будто их чем-то сдавливало. Стало холодно, дрожь охватила тело. Она поднялась по ступеням, зашла в услужливо открытую дверь и пошла вслед за лакеем.

– Что я тут делаю? – шепотом спросила она.

– Вы приглашены на ужин, в качестве невесты лорда Деймонда Тогнан, – ровным голосом оповестил лакей.

– Но почему во дворец? Он же не принц, – дрожа спросила Рай, все еще пытаясь изменить цвет платья.

– Он приближенный к королю и его семье, – ничуть не удивляясь вопросам, отвечал лакей.

– Там будет королевская семья? – с замиранием сердца произнесла Рай.

– Да и все приближенные к королю, – остановился у закрытых дверей лакей. – Вы не хотите ничего поменять?

Рай закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Представила розовый цвет пионов, щелкнула пальцами. Открыв глаза, она посмотрела на платье. Оно предательски оставалось черным.

– Я не могу, – шепнула она лакею.

Пожав плечами, лакей распахнул перед ней двери.

– Леди Рай Никонс, – объявил он стоящим в комнате гостям.

Рай, забывая, как дышать, выпрямила спину и в полной тишине прошла в небольшую комнату. В воздухе клубился дым от сигар, мужчины стояли кругом отдельно от леди. Женщины разбились на небольшие группки. Все разом замолчали, окидывая взглядом девушку. Рай хотелось сжаться, обнять себя за плечи и сбежать. Но она стояла посреди комнаты не в силах пошевелиться.

– У вас траур? – спросил ее круглый мужчина, сложив на животе руки. – Позвольте представиться Гейр Монклер, ректор Академии Семи Ветров, маг двух стихий, – зачитал он свои регалии.

– Да, траур по моей свободе, – вспомнив себя и лорда Деймонда прошлым вечером, ответила Рай, склонив почтительно голову. Она не знала, как себя вести с этими людьми.

– Что у вас на шее? – хихикнула одна из леди.

– Украшение, что подарил мне мой жених, – беря себя в руки, ответила Рай.

Рай окинула присутствующих гордым взглядом, увидела и декана Академии Семи Ветров и главного стража Раун-силь. Она прошла к столику с бокалами, наполненными вином. Выбрав самое красное, она опрокинула содержимое, осушая бокал. Сморщилась от вкуса. По телу разливалось тепло. Стало легче дышать.

Рай осмотрелась. Большие окна, от пола до потолка, закрывали золотистые тяжелые шторы. Мебель из красного дерева контрастировала со светлыми стенами. Сверху свисала люстра из множества горящих волшебных свечей. Рай залюбовалась волшебным перламутровым огнем, играющем на фитиле свечей. Вздохнув, что такие люстры себе позволить она, наверное, никогда не сможет, Рай потянулась к следующему бокалу, выбирая уже самое светлое вино. Распахнулись другие двери, тот же лакей объявил:

– Можете проходить к столу.

Рай замерла, не зная правил приличия. Быстро осушив очередной бокал, она пристроилась в конце, разбившихся по парам мужчин и женщин, подглядывая за ними. Процессия двигалась медленно, каждый подходил к королевской чете, женщины делали реверанс, мужчины склоняли головы, они выражали признательность быть приглашенными на вечер и отходили к столу, становясь за спинки стульев.

Король был молод, Рай смотрела на мужчину, что держал под руку беременную жену и не могла отвести взгляда. Точеное, словно из камня, лицо с идеальными пропорциями. Золотистые волосы струились локонами по широким плечам. На нем был белоснежный камзол с золотой вышивкой. Королева тоже была облачена в белоснежное платье, подчеркивающее живот, подол платья был вышит золотистыми цветами. Рядом с королевой стояла девочка девяти лет, принцесса Николь. Она стояла с серьезным выражением лица, будто давно уже стала королевой. По правую руку короля возвышался, неизменно облаченный во все черное, лорд Деймонд Тогнан со скучающим выражением лица. Заметив Рай, скука слетела с его лица. Рай мысленно улыбнулась, план мог сработать.

Процессия продвигалась. Перед Рай становилось все меньше людей. Чем меньше времени оставалось, тем сильнее накатывала паника, разгорячая мозг. Рай явилась на ужин к королю в траурном платье, в ожерелье из синяков. Одна. О чем она только думала? Даже месть лорду Деймонду того не стоила.

Последняя пара перед ней поклонилась, сказала пару слов и дождавшись ответного кивка короля, отошла к столу. Рай сделала шаг вперед и присела в реверансе, радуясь, что платье хотя бы скроет ее неуклюжесть.

– Я счастлива присутствовать на этом ужине, – повторила она одни из слов какой-то пары до этого.

Король подал знак, чтобы девушка поднялась. Рай встала, держась влажными ладонями за атлас платья. Окинув взглядом девушку, король едва уловимо улыбнулся. Рай растерялась, переводя взгляд на лорда Деймонда. Вокруг его ног клубилась тьма, а в черных глазах, казалось, горел огонь. Рай вздрогнула, это не укрылось от внимательного взгляда королевы.

– Приятно познакомиться, Рай, – произнесла она. – Надеюсь, ты не против, если я буду называть тебя Рай. Ты почти член нашей семьи, – улыбнулась она.

– Не против, – сдерживая дрожь, отозвалась Рай.

– Прошу, присаживайтесь, – произнес золотой король Дес Сильвер Горденсан.

Лорд Даймонд неожиданно подцепил Рай под руку и повел к столу. Рай не верила, что это происходит с ней. Дрожь выдавала страх. Она пыталась не дрожать, но от этого тряслась еще сильнее. Маг тьмы отодвинул стул, кивая Рай. Королевская чета уже сидела за столом, остальные гремели стульями, усаживаясь. Рай присела на край стула. Лорд Деймонд с силой подвинул стул к столу.

Король и королева сидели во главе стола. По правую руку от короля располагался лорд Деймонд, рядом с ним, уткнувши взгляд в тарелку, сидела Рай. Напротив нее Николь. Николь заинтересовано посмотрела на Рай. Рай заметила взгляд и приветливо улыбнулась принцессе. Та сморщилась и отвернулась.

Слуги расставляли блюда перед гостями. Рай подглядывала за остальными и следовала их примеру. Она расстелила салфетку у себя на коленях. Взяла в руки вилку и нож и уставилась на кусок мяса и непонятное оранжевое пюре. Есть совершенно не хотелось, приборы в руках позвякивали о тарелку. Она отодвинула руки. Лорд Деймонд положил горячую ладонь на сжатый кулак с вилкой, достал из ее руки прибор и всунул бокал с шоколадным напитком. Рай взглянула из-под ресниц, все, в полной тишине, наблюдали за ней и магом.

Сглотнув, она поднесла бокал к лицу, понюхала. Запах алкоголя вдарил в голову, кашлянув, она отстранила бокал и взглянула на лорда Деймонда.

– Как хочешь, – произнес он, забирая бокал.

Гости застучали приборами о тарелки. Рай не могла понять, почему так неприлично громко едят великосветские гости. Они непринужденно общались, обсуждали погоду, положение дел в стране, магию и прорывы тварей. Лорд Деймонд, откинувшись на спинку стула, молча пил из бокала, что предлагал Рай.

– Вам не нравятся наши блюда? – спросил король у Рай.

Та пропустила вторую смену блюд, зажав приборы в ладонях.

– Нет, что вы, – покраснела Рай, ругаясь про себя, что снова привлекла внимание.

– В их доме чрезвычайно сытно кормят, – усмехнулся лорд Деймонд.

У Рай загорелись щеки, вспоминая стол, что накрыла Кера.

– Почему не пришла ваша тетушка и сестра? – спросила королева. – Мы хотели бы познакомиться с вашей родней.

– Они плохо себя чувствуют, – врала Рай, смотря на королеву и чувствуя, как пылают уши. – Не хотели, не дай боги, вас заразить.

– Я им премного благодарна, – улыбнулась королева. – Как им станет лучше, я буду ждать их в гости. Конечно же, вместе с вами.

– Да, конечно, – Рай умоляюще взглянула на лорда Даймонда. Он улыбнулся краем губ и подал бокал.

Плюнув на все приличия, Рай приняла дрожащей рукой напиток и сделала глоток. Алкоголь обжог горло, она чувствовала жар, опускающийся в желудок. Хотелось хватать ртом воздух.

– Закуси, – приблизившись, шепнул лорд Деймонд, забирая бокал.

На столе уже стояли чашки горячего чая и десерты, перед Рай на тарелке лежала непонятная полупрозрачная роза. Не рискнув ее ломать, она глотнула чай. Чай обжог язык и небо. Мысленно выругавшись, она отставила чашку, тихо дзынькнув о блюдце. По телу распространялось тепло и какая-то вялость. Голова прояснялась, дышать стало свободно и легко. Гомон, заполнявший голову, улегся. Она больше не слышала производимого гостями шума, теперь она различала голоса и слышала, о чем говорят.

Заинтересовано она взглянула на лорда Деймонда и перевела взгляд на бокал. Лорд отрицательно покачал головой. Рай вздохнула, поднимая взгляд на гостей. Женщины сидели тихо, разговаривали мужчины. Ректор Академии Семи Ветров, Рай забыла, как его зовут, спорил с главным стражем о влиянии магии на прорывы. Страж доказывал, что использование магии влияет на грань, истончая ее, из-за этого твари прорываются из самой бездны в их мир. Ректор, брызгая слюной, доказывал, что они давно уже научились контролировать магию, беря только необходимое ее количество.

– Когда я вырасту, я верну в наш мир фей, – подала голос Николь. – Они будут латать дыры еще до того, как случится прорыв. Дяде не придется больше рисковать собой, – она стрельнула глазами на мага тьмы.

– Прости, дорогая Николь, но фей не существует, – отрезал ректор, складывая руки на животе. – Это все сказки.

– Сказки на чем-то строятся, – перебила его взрослая женщина с дальнего угла. – Феи вполне могут существовать.

– Леди Арделия, в вашем возрасте уже грешно думать о сказках, – усмехнулся мужчина рядом с ней.

– В моем возрасте я сама решаю, о чем мне можно думать, – ответила женщина ничуть не смутившись. – Я собрала большую часть преданий и народных сказок, глупо отрицать существование фей.

– А я бы хотела верить, что феи существуют, – проворковала нежным голоском юная девушка по соседству с Рай. – Николь, я на твоей стороне.

– Вас, леди Лаура, я не спрашивала, – буркнула Николь.

– Что за вздор? – подключился главный страж Лейни Рожс. – Еще скажите, что под горами пробивают шахты гномы, а в дремучих лесах живут эльфы.

– Почему бы и нет, – пожала плечами девушка.

– Потому что все леса хожены, там кроме старых ведьм никого нет да и гномов мы до сих пор не видали, – визгливо рассмеялся ректор.

– Рай, а вы что думаете? – спросила королева.

– Что ей думать, в ней магии пшык, – откликнулся до этого молчавший декан Академии Семи Ветров.

– Как и силы, – усмехнулась главный страж.

– Я не у вас спросила, – громко произнесла королева.

Наступила тишина. Все смотрели на Рай. В голове у нее было свежо и хорошо. Она посмотрела на Николь и широко ей улыбнулась.

– Дадим по носу эти зазнобам? – усмехнулась она.

Николь заинтересованно кивнула. Рай протянула руку и взяла с подноса нежный зефир. Зажав его в ладонях и сосредоточившись, она представила, как из зефира получается маленькая зеленая фея с зефирным запахом. В тишине она даже не думала, что у нее может не получиться. Велико было желание утереть всем нос, показать себя, не такую уж и бесполезную. Или на голову подействовал алкоголь, убирая все посторонние мысли.

Перед закрытыми глазами ярко вспыхнул образ феи. Две пары нежных пластинчатых крыльев с сеткой прожилок, зеленое тело, покрытое коротким ворсом, вытянутая голова, большие, на треть лица, черные фасеточные глаза, тонкий разрез губ.

В ладонях зашевелилось, Рай открыла глаза и широко улыбнулась Николь.

– Хочу, чтобы она дала по носу злому ректору Академии Семи Ветров, – смеясь, сказала Рай.

Она открыла ладони и оттуда выпорхнула маленькая фея. Кружась по залу в полной тишине, она подлетела к застывшему ректору, пнула ногой его широкий нос и взлетела вверх. Николь весело засмеялась. Покраснев, ректор подскочил со стула:

– Что твоя невеста вытворяет? Что за фокусы? Ты мало ее бьешь, – кричал он в поднимающемся шуме.

С лица Рай сползла улыбка. До нее дошло, что она только что сделала. Она опасливо оглянулась на лорда Деймонда.

– Ты забываешься, – холодно и тихо произнес он, смотря на ректора. В зале тут же наступила напряженная тишина, нарушаемая треском крыльев феи.

– Простите, – присел ректор на стул.

– Я предлагаю тебе покинуть ужин, – так же спокойно произнес лорд Деймонд.

– Ваше величество, Дес Сильвер Горденсан, – начал ректор.

Король махнул рукой. Ректор изменился в лице, зло зыркнул на замершую Рай и встал из-за стола. С тихим щелчком за ним закрылись двери.

– Может, кто-то еще хочет высказаться? – так же тихо спросил лорд Деймонд. – Вот и хорошо.

– Можно мне ее? – спросила Николь.

Рай вопросительно взглянула на королеву, страшась своего творения. Та улыбнулась и кивнула.

– Это же чудо, – произнес декан магической академии. – Мы должны его изучить.

– Нет! – одновременно воскликнули Рай и Николь.

– Это чудо теперь принадлежит моей дочери, если Рай позволит, – сказал король.

– Да, конечно, – пытаясь снова уложить шум в голове, Рай мысленно подозвала фею к себе, выставив ладонь. Маленькое зеленое творение приземлилось на ладонь, тряхнуло крыльями, осыпая серебристой пыльцой. – Будешь дружить с Николь?

Фея кивнула маленькой головкой и подлетела к Николь что-то щебеча.

– Можно я ей покажу свою комнату? – тут же спросила Николь.

– Считаю, ужин можно завершить, – хлопнул в ладоши король. – Пройдемте в гостиную.

Николь тут же подскочила и, махнув фее, выскочила за дверь. Зеленое творение полетело за ней. Гости постепенно выходили из зала вслед за королем и королевой. Рай тоже решила встать и пойти следом. Лорд Деймонд взял ее за руку и опустил обратно на стул.

Рай подняла нос, ей уже не был страшен маг тьмы. Она скрестила на груди руки и посмотрела ему прям в глаза, ожидая расплаты за свои выходки. Лорд Деймонд молча провел теплой ладонью по ее шее, вызывая рой мурашек.

– Я учту на счет украшений, – сказал он. – И черный тебе к лицу, но что ты, тьма тебя поглоти, сделала?

Рай снова почувствовала, как щеки наливаются жаром. Скосила взгляд на стоящий на столе бокал с терпким напитком цвета шоколада. Он казался таким безопасным и манящим.

– Нет, – отрезал лорд Деймонд. Стакан исчез со стола. – Это была дурная идея.

– Я не знаю, что я сделала, – призналась она. – Это получилось случайно.

– Это получилось на зло, – усмехнулся лорд Деймонд. – Но что ты сделала?

– Феечку, – пожала плечами Рай.

– Феечку? – переспросил маг.

– Да, – Рай со всей серьезностью кивнула головой.

– Ты до этого вообще пила? – сдвинул брови мужчина.

– Да, там, – она неопределенно махнула рукой. – Пока ждали ужин. Пару бокалов вина.

– А до этого? – вкрадчиво спросил лорд Деймонд.

– Нет, – помотала головой Рай. – Больше ни разу в жизни.

– Тьма! Да ты пьяна, – заключил он.

Рай себя пьяной не ощущала. Ей просто было легко и спокойно. Впервые с приезда в столицу.

– Дорогая моя Рай, – Деймонд приблизился к девушке, – а скажи-ка, что ты сегодня делала в Вермском районе?

– Где? – Рай округлила глаза, серьезно не понимая, о чем спрашивает лорд.

– Вот вы где, – вплыла в зал королева. – Деймонд, разреши мне посплетничать с Рай.

– Мы не договорили, – смотря в глаза девушке, ответил он.

– У вас еще будет много времени, наговоритесь, – королева опустила руку на плечо мага.

– Не трогайте его, – прошептала Рай, остерегая королеву. – Он проклят.

– Тьма! – выдохнул лорд Деймонд, поднимаясь. – Она пьяна, я отправлю ее домой.

– Я не пьяна, – Рай уверенно встала на ноги. Показалось, пол качнулся, но она не подала вида.

– Я дам ей кофе, – королева подхватила под руку Рай и увлекла за собой. – Не переживай женишок, все с ней будет нормально.

– Он не переживает, – тяжело вздохнула Рай, выйдя в коридор.

– Еще как переживает. Ты просто мало его знаешь, – уводила вглубь дворца королева. – Можешь называть меня Ди. Меня так все близкие называют. А скоро мы станем очень близки, ты мне нравишься. И Николь тоже.

– Послушайте, я не думаю, что лорд Деймонд Тогнан согласится взять меня в жены, – уклоняясь от правды, сказала Рай.

– Что ты? С чего ты это решила, милая?

Королева завела ее в свои покои. На столике стояли кружки с ароматным напитком. Усадив Рай в кресло, она расположилась напротив. Рай оглянулась, белоснежные стены с золотой вязью, белые тяжелые портьеры с золотой вышивкой. В углу стояло большое зеркало, упираясь практически в высокий потолок. Рай скользнула взглядом по своему отражению. Посмотрела на вычищенный камин, на котором стояли золотые канделябры. Вернулась взглядом к зеркалу. Провела рукой по чистой, без синяков шее. Тяжело сглотнула.

– Я же говорю, он переживает, – тонкими пальцами она взяла маленькую чашку и сделала небольшой глоток. – Мне кофе нельзя, – призналась она. – Но тебе оно поможет. Только Сильви не говори, он с этой беременностью сошел с ума, так оберегает, что хочется сбежать.

– Не скажу, – Рай глотнула горький напиток, скривилась.

– Да, сначала он не нравится, – усмехнулась королева. – Сначала он кажется горьким, но потом раскрывается его вкус и с каждым новым глотком становится все приятнее. С Деймондом так же.

– Мне помогло, – вежливо ответила Рай, отодвигая от себя чашку.

– Деймонд впервые за десять лет выбрал кого-то на балу невест, – радостно сообщила королева Диана. – Мы с Сильви несказанно рады этому. Расскажи, где вы познакомились?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.