Яна Невинная, Крис Мартина
Бывший по соседству

ГЛАВА 1

Алёна

– Ты должна ему сказать о своей беременности! Так нельзя, Алёна, – убеждала меня лучшая подруга, когда я плакалась ей о проклятом мажоре, который назвал меня синим чулком и скучной амебой.

– Ничего я ему не должна! – продолжила я собирать вещи, вытирая слезы. – Что ты предлагаешь? Котов меня бросил, просто поигрался в свои мажорские игры, а теперь переключился на другую. Найдет себе курицу на шпильках и будет рад. Не такую скучную, как я!

– Ты не скучная, а он просто пустоголовый баран. Но я думаю, что судьба снова сведет вас. Он увидит, что ты носишь его ребенка, и возьмется за ум. Не руби с плеча. Может, останешься? – спрашивала Лиза, пытаясь достучаться до моего разума, но разбитое сердце вопило куда громче.

– Лизунь, я никогда не была фаталисткой, ты же знаешь. Я не верю в судьбу и, как раз таки надеясь избежать лишних встреч, переезжаю на другой конец города и собираюсь взять академ!

– Угу, потеряешь стипендию, место в общаге и всех друзей.

– А из друзей у меня только ты и осталась, – стараясь казаться равнодушной, я пожала плечами и застегнула молнию на потертом чемодане.

После того как Тимур Котов меня бросил, так называемые друзья забыли мой номер.

– Ну-ну, – скептически проворчала она. – Поверь, судьба и там тебя найдет!

– Да не судьба! Поматросил и бросил, всё! – чуть не сорвалась на нее.

Я ведь действительно надеялась, что Тимур давно обо мне забыл, меняя любовниц как перчатки и не отказывая себе ни в чем, пытаясь познать все прелести разгульной жизни.

Думала и надеялась, ровно до одного момента…

Пережив очередной приступ токсикоза, уселась в кресло на балконе новой квартиры, надеясь скрасить себе утро чашечкой зеленого чая. Он отлично снимал тошноту.

Я полюбила одинокие утренние часы, когда могла смотреть на просыпающийся город и планировать будущее со своим ребенком. Оно меня страшило, но я знала, что справлюсь, ведь уже начала закладывать основу этого будущего.

Сегодня я презентую проект ландшафтного дизайна для крупного холдинга. Если всё сложится удачно и меня выберут, то я получу приличные деньги, потом обзаведусь клиентами и буду заниматься любимым делом и растить ребенка.

Никто нам не будет нужен, никакие мажоры. Будем только я и он. Мальчик или девочка, неважно. Главное, что я сделаю этого ребенка самым счастливым на свете и буду любить за двоих.

Скрестила на удачу пальцы, нежно погладила небольшой животик и залюбовалась восходящим солнцем.

Вдруг услышала шум и заглянула за перила. У подъезда остановились три черных иномарки, шестеро мужчин весьма грозного вида вышли из машин и направились в мой подъезд.

Хоть они явно шли не ко мне, но по телу всё же пробежал легкий холодок. Не хотела бы я встретиться с этой бравой командой.

В принципе, к чему-то подобному я была готова, потому что квартиру надо мной всегда сдавали и там часто проводились шумные разгульные вечеринки. Конечно, это доставляло определенные неудобства, но жаловаться я не спешила, потому как на более дорогое и качественное жилье у меня банально не было денег. Да и хозяйка изначально предупредила, что жизнь тут отнюдь не сахар, потому и сдается квартира так дешево.

Задумалась и сшибла локтем чашку с подоконника. К счастью, она не разбилась, но лужу нужно было собрать… А когда я вернулась с половой тряпкой в руках, на балконе стоял совершенно голый Тимур Котов.

Мой бывший, этот кареглазый кошмар, смотрел на меня удивленно и как будто затравленно, а уж как я была не рада его видеть, словами не описать! Правда, он довольно быстро взял себя в руки, схватил какое-то полотенце, прикрыл им бедра, и заговорщически прошептал:

– Спаси меня, Аленькая! Век должен буду!

Краем уха я услышала, как кто-то ломится в квартиру, что располагалась прямо над моей. Громкие удары сопровождались визгом какой-то женщины.

Откуда мажор здесь взялся? Опешив, я заморгала, подумав, что уснула и вижу сон.

Конечно, засранец Котов часто мне снился, но сейчас он был очень реалистичным.

Он затащил меня в квартиру и стал настороженно оглядываться и прислушиваться к шуму, который, нарастая, приближался к моей квартире!

Громкий топот ног, грубые голоса и визгливый, надрывный смех какой-то истерички.

Что всё это значит?

Слава богу, что Котов прикрылся, иначе бы я со стыда сгорела. А мои щеки-предательницы, которые жутко краснели от смущения, и особенно в присутствии Котова, за что я и получила это глупое прозвище, которое он так легкомысленно сейчас назвал, просто-напросто испепелились бы.

Как будто он не бросил меня, сказав пару фраз на прощание, и не заставил оставить мою жизнь и спрятаться от него за тридевять земель.

– С чего бы мне тебя спасать? Убирайся отсюда! – прошипела, притопнув ножкой и разбрызгав разлитый чай.

Мало того, что проклятый мажор снова пытается ворваться в мою жизнь, так еще и переломал мне все наработки для макета по ландшафтному дизайну, которые я сегодня должна сдать.

Если упущу эту работу – мне не жить!

А он… Как слон в посудной лавке потоптался!

– Что хочешь проси, только помоги мне, и если эти качки вломятся к тебе, то скажи, что я твой парень… Аленькая, очень тебя прошу, помоги по старой дружбе, а?

– Это у нас-то была дружба? – спросила с отвисшей челюстью и тут же была прижата к стене, а сильная рука зажала мне рот.

– Тише ты, нас сейчас услышат! Да, у нас с тобой была крепкая дружба между мужчиной и женщиной, дружба через постель! – заявил этот наглец, а я почувствовала, как всё внутри сжимается от его касаний. Сволочь он порядочная, но ведь до сих пор его люблю!

– Да пошел ты со своей дружбой! Проваливай из моей квартиры! Сам с ними разбирайся!

– Нет, Аленькая, ты поможешь мне, потому что не допустишь смерть невинного человека, ты для этого слишком хорошая! Да и, в конце концов, ничего плохого я тебе не сделал! – беспечно заметил он.

– Ах, невинный? Не сделал? Не сделал?! – взвилась я так, что, будь у меня жало, я бы мгновенно уколола им паршивца. – Да как у тебя язык повернулся такое сказать? Ты сделал всё, чтобы моя жизнь была невыносимой! Убирайся, Тимур, я не хочу тебя видеть!

В его глазах на миг блеснула злоба, он насупился и явно хотел сказать что-то обидное, но, видимо, помощь ему действительно была нужна, потому что парень прикусил язык и напустил на себя виноватый вид.

– Я каюсь, Алёна. Что мне сделать? Хочешь, я на колени встану? – и взгляд ведь такой жалостливый-жалостливый, несчастный, словно сейчас я могу решить, жить ему или умереть.

Хорошо играет, зараза! Но вот не верю я ему. Не верю!

Ведь всего два месяца назад он попользовался мной, радуясь тому, что простушка надела розовые очки и поверила, что богатый папенькин сыночек способен полюбить такую, как я, серую мышку, простушку с мягким характером.

Да только вот даже у роз, несмотря на их красоту, есть шипы. Я, конечно, на столь прекрасный цветок не тяну, а вот шиповником вполне могу быть!

Далеко ведь не уродина, самая обычная девушка. Ну и что, что детдомовская, на жизнь зарабатывать научилась, кое-как выплываю же. Может, вместо помощи закричать погромче? Сдать его этим мордоворотам, чтобы жизни научили?!

Конечно, голос совести и моя добрая натура кричат, что я не должна так поступать, а вот обида и боль, которые скопились в сердце, они просто волком воют, что нужно избавиться от наглого Котова как можно быстрее.

– Пожалуйста, Алёна… – Тимур взял меня за руку и нежно коснулся губами пальцев.

“А-а-а-а-а!” – мысленно завопила я.

Да уж, выбор действительно непростой. Я должна была вырвать его из сердца, но не смогла. Но предложение просить всё, что хочешь, может включать в себя и требование не подходить ко мне ни на шаг.

Так что же делать?! Сжала кулаки, принимая решение, набрала воздуха, чтобы ответить, а этот подлец взял и поцеловал меня, причем так, что чуть не подкосились ноги…

Тимур

Солнечные лучи нещадно били в глаза. Открывать их не хотелось.

А когда открыл – тут же захотел зажмуриться. Рядом спала Ирма.

Шальная ночка выдалась.

Жена компаньона моего отца оказалась в моей постели. Ирма преследовала меня последние пару недель, и наконец крепость пала.

Проще было дать, что она хочет, чтобы девчонка отстала, чем выносить постоянные звонки и «случайные» встречи.

Но, судя по довольной улыбке во сне, может и не отстать. Если не отвянет, придется пойти на крайние меры и сбежать в Гондурас.

Пробрался к холодильнику в чем мать родила, потому что жутко хотелось пить. Да, Котов, ты встрял.

И зачем связался с женой Рязанцева? Девочке скучно в браке, она ищет развлечений на стороне.

А чего этот скупердяй ожидал, женившись фактически на сверстнице своего старшего сына, а заодно и моего друга? Ему за пятьдесят, ей всего двадцать три. Конечно же, она гуляла.

Вспомнил вчерашний вечер. Ужин из ресторана, приятный массаж, музыка, звонкий смех…

И всё бы ничего, но пусть гуляет впредь где-то подальше от моей квартиры.

Я не встречаюсь с девушками. Одна девушка – одна ночь. Мое жизненное кредо. Однажды я ему изменил, но тогда была особенная ситуация…

Бутылка минералки выпала из рук и хлопнулась на пол, когда мне на мобильный пришло СМС от водителя Ирмы, сторожившего хозяйку в машине за углом: “Шухер, безопасники босса у подъезда!”

Ирма запаниковала, мне тоже стало не по себе. Отец и так не раз грозился лишить меня наследства, а если узнает, что я сплю с ней – сам мне шею свернет.

Рязанцев не простит, расторгнет все договоренности, и отец потеряет огромные бабки. За это меня по головке не погладит.

Я судорожно продумывал пути отступления.

Можно выскочить и ломануться на крышу, но там замок висит, я точно помню. Может, по пожарной лестнице спуститься?

Подхватил вещи и ринулся к балкону.

– Тим, ты куда?! – Ирма округлила глаза, судорожно натягивая чулки. Порвала.

Конечно, с таким маникюром только капрон и носить!

– Придумай что-то, расскажи им про подругу, которая попросила полить цветы! – бросил через плечо.

Твою ж мать! До пожарной лестницы не достать. Какой кретин вообще проектировал этот гадюшник?!

Точно не архитектурная компания моего папаши.

Посмотрел вниз и сглотнул. Высоко. Я не трус, но здесь бы не рисковал любой дурак. Дураком я себя не считал, вот полным болваном за то, что попал в такую передрягу, да.

Оставалось только надеяться, что крючки под цветочные горшки меня выдержат.

Под вопли пустоголовой блондинки кое-как перелез за перила, боясь зацепиться важной частью моего обнаженного тела, повис на крючках и ввалился в незастекленный балкон ниже. Даже разломал какую-то хренотень…

Дверь в квартиру тут же открылась, и на меня уставилась… Сонная Мышкина.

Наверное, я крупно насолил Создателю, раз он посылает на меня одну беду за другой.

Поступил я с этой девушкой по-свински, и она даже бросила университет и даже уехала, но я не знал, что поселилась подо мной!

Уговорить ее помочь мне будет непросто… Остается надеяться на Котовское обаяние…

Когда я уже успел затащить ее в комнату и поцеловать, в квартире сверху послышался шум. Черт знает что творится, не дадут нормально с девушкой помириться. А губы у нее… Тот же вкус вишни, от которого сносило крышу два месяца назад.

Опять барабанят! Да уж, с них станется пойти по жильцам в поисках любовника Ирмы. Николай Павлович тот еще Отелло недоделанный.

Спустя несколько минут мои опасения подтвердились. Вышибалы Рязанцева заколотили в дверь Мышкиной.

– Алён, скажи, что я твой парень, только дверь не открывай им! – попросил, нервно сглотнув.

Тарабанили они так, что окна дрожали. Я судорожно пытался придумать, во что бы мне одеться, чтобы свалить отсюда как можно быстрее и как можно дальше, но откуда у нее возьмутся мужские вещи?

Видно же, что она одна живет. Обо мне мечтает, как пить дать. Вон с каким ошеломленным видом смотрит и губы трогает.

Придется звонить кому-то из друзей, просить привезти мне одежду. Наверх не поднимешься еще долго, пока все окрестности и квартиры в поисках любовника Ирмы не обыщут, не угомонятся.

Мышкина закатила глаза и подошла к двери. Я прекрасно понимал, что ей сейчас страшно. Я бы еще защитил, но у меня из оружия была только тонна обаяния.

– Кто? – спросила она и, подтянувшись, заглянула в глазок.

Невольно я обратил внимание на ее ладную фигурку, которая вытянулась по струнке, когда Мышкина встала на мыски.

Сглотнул и встряхнул головой.

Не до этого сейчас.

Мне вдруг представилась картина из американского боевика, как одному из героев простреливают череп, когда он посмотрел в глазок. Рванул вперед и оттащил Аленькую от двери очень быстро.

Она надавала мне по рукам и потребовала, чтобы не смел лапать, а потом мы вместе прислушались.

– Горгаз. Есть подозрение на утечку газа, откройте немедленно! – ответил Шевцов. Я узнал его по голосу: ГЛАВА службы безопасности Рязанцева. Надо же, самолично явился по мою душу…

– А у нас всё нормально… – дрожащим голосом ответила Мышкина.

– Выбивай! – я услышал приказ Шевцова.

– Да я же русским языком вам сказала, что никого со мной не было! – выкрикнула Ирма. – Что вы вообще творите? За такой произвол Коля с вас три шкуры спустит! Отвали от меня, урод!

– Молчи, стерва! – рявкнул кто-то из безопасников.

В этот момент дверь содрогнулась, и хлипкий замок вылетел вместе с болтами.

– Вы что себе позволяете? – включив режим хозяина, гаркнул на них я.

Меня тоже скрутили прижали к стене.

– Что вы себе позволяете?! Немедленно отпустите моего жениха! – выпалила Мышкина и кинулась на ближайшего из ребят Рязанцева.

– Ирма, не знаешь, каким таким чудесным образом тут оказался Тимур?! – поинтересовался Шевцов, приподняв ее лицо за подбородок.

– Руки убери! – Она резко отвернулась, вырвавшись из его пальцев. – Я откуда знаю, какого черта он тут делает? С мышью этой серой, видимо, спит! – она брезгливо наморщила нос, смерив Алёну недовольным взглядом.

– Слова подбирай! – повысил на нее голос, вывернулся из рук вышибалы, который прижимал меня к стене, и отошел, закрыв собой Мышкину.

– Твой отец будет поставлен в известность о том, где ты пропадаешь по ночам, вместо того чтобы учиться! – предупредил меня Шевцов и жестом отдал приказ своим головорезам покинуть квартиру.

Алёна вздохнула и вцепилась ледяными пальцами мне в руку.

Я обернулся и невольно нахмурился, наблюдая зеленоватый оттенок кожи на обычно бледном лице Мышкиной.

– Что такое? Что с тобой?! – спросил, придержав ее за талию.

ГЛАВА 2

Алёна

– Всё со мной в порядке. По крайней мере было, пока ты не появился здесь, Котов! Сидела себе спокойно, пила чай, наслаждалась утром!

Резко выпуталась из объятий мажора и устремилась к балкону, распахнула дверь и ахнула. Всё оказалось даже хуже, чем я себе представляла. Заготовки переломаны, системы водоснабжения мини-фонтанов пришли в полную негодность, везде валяются земля и камни.

– Я не понимаю! У тебя что, суперспособность такая – всё на своем пути разрушать? Антисупермен? – обернулась к Котову и развела руками, глядя в его насмешливые глаза. А он и в ус не дует.

– Аленькая, ну что ты раскудахталась? Давай мы сейчас быстро соберем твои поделки для детского сада и отнесем их на помойку.

– То есть ты меня сейчас курицей назвал? – уперла руки в бока и посмотрела на наглого засранца, который в одном полотенце продолжал разгуливать по моему дому. Да еще с таким видом, как будто здесь собирался прописаться. Ну уж нет, я этого не позволю. – Если так нравятся курицы, беги за той истеричкой, у которой помада вместо мозгов.

– Ревнуй не так очевидно, Аленькая, – снова поддел меня голозадый, улыбаясь во все тридцать два идеальных зуба.

– Да ты перестанешь меня так называешь или нет, альпинист недоделанный? Ты как тут оказался? И что мне делать с моим проектом? – взглянула на часы, и волосы встали дыбом. Опаздываю!

– Я же сказал: выкинуть.

– Ага, твой любимый метод! Попользовался – и на мусорку. Плавали – знаем.

– Не начинай, Алёна. Я тебе ничего не обещал! И вообще, ты сама себе придумала, что у нас что-то было.

Волосы у меня на голове ощутимо зашевелились, а в руках почувствовалась острая нехватка сковороды.

– Знаешь, ты еще хуже, чем я о тебе думала, Котов. Если парень и девушка встречаются каждый день в течение двух месяцев, это называется парой. Хотя кому я объясняю? Ты просто развлекался, как и сейчас, когда бегаешь с голой задницей от мужиков с пушками. Адреналина не хватает? Так поезжай на сафари, с крокодилами поплавай, Котов! Хотя крокодилицу ты себе уже и так нашел.

– Ох, крокодилицу? Знаешь, мыша, потому мы и расстались, что ты никогда не можешь остановить свой поток сознания. Я чуть не уснул!

– Мы расстались, потому что твой мизерный мозг не в состоянии запомнить, что и кому ты обещал. Рыбка Дори, знаешь такую? Хотя вряд ли! Ведь чтобы изучать что-то, надо отвлечься от баб и тачек!

Во время перебранки с мажором попыталась собрать в кучу разрозненные камни, которые вчера с таким усердием сортировала. Хотела же сложить в пакеты, но они сохли после покраски лаком.

– Да брось ты этот хлам! Я, между прочим, даже дату твоего дня рождения помню!

– Да? И когда он у меня? – прищурилась, склонив голову.

– Восьмого мая! – выпалил Котов с нелепым выражением лица.

– Нет! Пятого августа, кретин!

– Аленькая, ты очень красивая, когда злишься, и даже очки тебе идут. Я уже говорил тебе это? – промурлыкал он так, как только он умел. Аж мурашки по коже побежали. Стойте, противные, не надо тут забеги устраивать.

– Нет, ты серьезно? Серьезно, Котов? На мне снова проверяешь тупые подкаты?

– Но сработало ведь тогда… – пожал плечами и невозмутимо улыбнулся.

– Я тебе сейчас чем-нибудь тяжелым по голове сработаю! Совсем у тебя совести нету. Убирайся из моей квартиры! Убирайся немедленно! – закричала, зажав в кулаке кусок макета.

– Не могу! Я же твой жених и никуда не уйду. Люди Рязанцева наверняка еще бродят по округе.

– Рязанцева?! – пискнула, оправдывая мышиную фамилию.

– Ну да… – он даже как-то растерялся.

– Подожди. Хочешь сказать, что ты представился моим женихом людям моего потенциального работодателя? Да как у тебя вообще язык повернулся?!

Нет, этого просто не может быть!

Мне хочется кричать и плакать, как маленькой девочке. Да что за насмешка судьбы? Я представляю проект для офиса Рязанцева, и его же люди вламываются в мою квартиру. Разве бывают такие совпадения?

– Признавайся, Котов, это ты устроил?

– Что именно?

Я взялась за голову и нервно заходила по комнате, пытаясь хоть как-то привести свои мысли в порядок.

– Всю эту заварушку. Твое проживание сверху, налет охранников с пушками, твой спуск на мой балкон, поломка проекта. Специально, да? Зачем ты это делаешь?! Вот не поверю, что всё это случайность!

– Эм… Придется поверить, мышка. Если бы я знал, что ты здесь живешь, заглянул бы в гости гораздо раньше! – ответил с ехидной и похотливой улыбкой. – Уж поверь, такого даже мой извращенный мозг не смог бы придумать, так что всё произошло совершенно случайно!

– Тогда объясни, почему ты живешь не в шикарном пентхаусе, а в нашем обычном доме?

– Вообще-то, у меня весь мансардный этаж занят.

– Так это ты долбился и сверлил там целыми днями? Я думала, дом пополам сложится!

– Не я, а строители. Мне было тесно, поэтому сделали перепланировку, архитектор я или кто?

– Конь в пальто, блин! – не сдержалась и рявкнула, тут же покраснев. Я не сторонник диких перебранок. – Это твой папа – архитектор, а ты – нечто противоположное.

– Мышкина, хватит на меня орать! И наезжать хватит, я действительно попал сюда случайно и случайно разломал твой проект, который давно пора выкинуть!

Наклонился и принялся собирать остатки в мусорный пакет.

– Положи на место! – крикнула я. – Испортишь то, что не допортилось!

И бросилась к нему, теряя остатки терпения, которые рядом с Котовым стремительно приближались к нулевой отметке. Невыносим – это слабо сказано. Хам? Да и еще раз да.

При попытке забрать у него обломки моего макета он ловко перехватил меня за талию и снова прижал к стене, накрыв губы горячим поцелуем.

– Не истери, помогу я тебе с твоим проектом! – прошептал тихо, лапая меня за талию.

– Еще раз поцелуешь, станешь проектом…

Трупа!

– Я не боюсь тебя, Мышкина!

И поцеловал еще раз, для закрепления результата! А потом рассмеялся и звонко чмокнул меня в нос, как маленького ребёнка, чем выбесил еще сильнее.

Полотенце при этом предательски свалилось на пол… Нет, надо его срочно одевать! А то так и до греха дойти недолго.

– Так ты точно не можешь подняться наверх за одеждой? – спросила, начав подозревать его в недобрых помыслах.

– Не, я могу, конечно, но если ты всё еще согласна мне помочь и не желаешь моей смерти, то лучше не заходить в квартиру.

– А если желаю? И кстати, зачем тебе там квартира! Любовниц водить?!

– Мышкина, ты сейчас несерьезно.

– По шее получишь. Я тебе пожелаю сейчас чего-нибудь… Вспомню про то, что моя прабабушка была ведьмой, и нашлю на тебя понос!

– Не надо мне никакого поноса, я тебя хочу! В подарок, с бантиком и в том красивом кружевном белье, в котором ты была в первый раз! – промурчал на ушко, придав голосу настолько сладкие нотки, что захотелось его убить немедленно на месте и самой. Жаль, ребята уже ушли, а то отдала бы им за милую душу! Пусть бы учили этого гаденыша уму-разуму.

– Я тебе сказала, кому ты можешь мурчать в ухо, Котов! Курицам своим. Давай сюда этот пакет. Будем собирать камни.

– Давай лучше разбрасывать? Мышкина, не будь занудой, мне у тебя минимум до обеда сидеть!

– Я сейчас твои мозги по квартире разбросаю в живописном порядке!

– Ты не была такой кровожадной, когда мы встречались.

– Так мы все же встречались, Котов? – уела мажористого хама.

– Дружили! Кровожадная зверюга.

– Так я из-за тебя и стала такой кровожадной, – вздохнула печально и пригрозила: – Или помогай или убирайся!

– Ну так бы сразу и сказала, – Котов поплелся ко мне. – Хорошо, давай собирать.

Тимур

– Осторожнее, криворукий! – фырчала на меня Мышкина, готовая убить за любой из ее крашеных камней.

– Всё нормально у меня с руками! Тебе точно личной жизни не хватало без меня, вон какая злючая стала! – проворчал, надеясь ее поддеть. Все-таки она невероятно соблазнительная, когда злится!

– Я такой стала, только снова тебя увидев! Шел бы ты отсюда, да подобру-поздорову, а то с каждой секундой мне всё сильнее хочется самой пойти и найти тех головорезов, чтобы они тебе несколько уроков вежливости преподали!

– Мы же договорились, что я здесь останусь, Мышкина. У меня даже одежды нету, чтобы из квартиры выйти, не заставляй меня уходить и в полотенце разгуливать по двору. Уведут же, оглянуться не успеешь, потом себе локти кусать будешь.

– Или спасибо скажу! Да и как уведут, так и вернут. Еще и денег предложат, чтобы обратно забрала! – она закатила глаза, встала и пошла к шкафу.

– Эй, ты что, хочешь мне презентовать что-то из своего гардероба?! Боюсь, что я даже если и влезу, то на месте умру от такой высокой моды!

– Вряд ли тебя можно так запросто убить, – она сказала это так кровожадно, что стало не по себе, а потом достала какой-то сверток и бросила мне: – На, прикрой, наконец, свой стыд. Здесь тебе не баня.

Поймал пакет и удивился. Я думал, что забыл этот спортивный костюм в спортзале, а оказывается, у нее…

Надо же, не выкинула, перевезла. Хотя это попахивает фетишизмом!

– Мышкина, скажи честно, ты собиралась из него куклу вуду сделать?

– Да! Это у меня первое дело в списке после того, как съеду из этой квартиры, а знаешь почему?! Догадайся с трех раз, – иронично приподняла бровь маленькая зараза.

– Потому что для правдоподобности того, что мы с тобой пара, нам придется пожить вместе?! – спросил, быстро влезая в свою одежду. – Ты же готова провести со мной еще несколько незабываемых месяцев?

– Месяцев? Ты с дуба рухнул, Котов? Я думала, пару часов тебе помогу, а ты мне предлагаешь переехать в твое логово короля вечеринок?

– Ну… Там есть отдельная комната, сможешь дальше ковырять свои цветочки, пока мы с ребятами будем развлекаться! Я даже готов тебе в нее шумоизоляцию поставить…

– Мне вот интересно, Котов, насколько недалекой нужно быть, чтобы повестись на твои подкаты? Ты же хуже… А! Просто зла на тебя не хватает! – она забродила по комнате, едва ли не испепеляя меня взглядом, а я понял, что получаю нереальный кайф от нашего общения.

И почему я считал ее скучной? Она же даже на вечеринки никогда не ходила, только глазами хлопала и таскалась рядом, пока я не бросил ее. Получается, мышку просто нужно было разозлить, чтобы она показала зубки? Тогда я готов.

– Мыша, выдыхай! Сейчас же лопнешь! И да, я всё еще хочу знать, как у тебя оказался мой костюм?

– Не знаю, – она пожала плечами и спрятала свои красивые глазки. – Просто бросила в свои вещи, когда переезжала, хотела отдать в приют для бедных. Обычные люди вещами распоряжаются с умом, а не на помойку выбрасывают. А ты что подумал? Нафантазировал, наверное, что я смотрела на него и тебя вспоминала? Ты с такой самонадеянностью в президенты не думал податься?

– В президенты не хочу. Разве что в президенты небольшого государства, ограниченного своей квартирой. Будешь моей секретаршей?

– Насколько же ты… – Она начала заикаться от переизбытка эмоций.

– Что я, Аленькая?

– Отвратительный, бесячий тип!

– Это значит, да? – спросил с ехидцей, закинув последний камень в пакет. Попытался приподнять, чтобы поставить на стул, но ручки не выдержали, и все заново рассыпалось по полу!

– Да ты издеваешься! – маленькая мегера начала снова собирать свои несчастные камни.

– Ты точно не хочешь отказаться от своей бредовой затеи? – попытался ее переубедить. – Что это вообще такое?

– Ландшафтный дизайн офиса. Это очень популярное направление, между прочим, – начала объяснять голосом учительницы в школе. – Офис – это же так скучно, серое банальное пространство, а я его украшаю. Да что я тебе рассказываю? Ты же сам не захотел работать в офисе своего отца. Говорил, что не выносишь галстуки и деловые костюмы.

«Нет, опять режим зануды включила. Невозможно!» – сначала было подумал я, а потом засмотрелся на девушку, которая с одухотворенным видом рассказывала о своем увлечении.

А ведь ей это действительно нравится… Даже возникло какое-то непонятное сверление внутри, как будто я ревновал к чертовым камешкам.

– Ладно, хочешь ковыряться во всем этом, так давай хоть снимем тебе помещение? Дома хранить такое – гиблое дело! – пошел на примирение я.

– Не подлизывайся, Котов. Я не собираюсь иметь с тобой никаких дел!

– Нет, мышка, придется. Мы сейчас в одной лодке, и причал у нас – Рязанцев.

– Ладно, – со вздохом согласилась она. – Но только что мне с этого будет? Пока от тебя, Котов, одни проблемы. И вообще, я опаздываю, надо вызывать такси!

– Отставить такси, – улыбнулся я и подмигнул мышке-малышке.

– Как? У тебя ключи в каком месте спрятаны?! – она с опаской меня оглядела, а потом широко распахнула глаза. Мышка-глупышка.

– Ты, мышка, живешь в прошлом веке. Сейчас тачку можно завести с помощью отпечатка пальца. Неужели ты ни разу не заметила, как я это делаю? Да уж, потрясающая невнимательность, хотя ты наверняка смотрела на мои губы!

– Лучше бы я вместо губ о мозгах твоих подумала. Вернее, об их отсутствии! – она отчего-то жутко рассердилась.

Неужели вспомнила наш первый поцелуй в этой самой машине?

Стоп! А почему я так живо реагирую на эти воспоминания?

– То есть ты не отрицаешь, что пялилась на меня?

Она вдруг подошла ко мне близко и серьезно посмотрела в глаза:

– Котов, вот скажи, у тебя какие-то комплексы? Ты постоянно хочешь, чтобы тебя убеждали в твоей неотразимости! Мало в детстве хвалили? Я не отрицаю, что влюбилась в тебя. Но это всё в прошлом.

– Да ничего не в прошлом. Ты всё еще меня любишь, иначе выкинула бы костюм!

Она насупилась и засопела, явно собираясь ответом сразить меня наповал!

ГЛАВА 3

Алёна

Хам! Наглый, напыщенный хам!

Значит, сохранила костюм, потому что люблю?!

– Нет, Котов, хотела себе дорогую половую тряпку! – выпалила первое, что пришло в голову.

Боже, какая нелепость…

– Хотела тряпку, а положила любовно в шкаф на полочку. Признавайся, мыша, доставала и нюхала, – мажор оскалился, как Чеширский Кот, а я просто махнула на него рукой и демонстративно открыла дверь, красноречиво намекая, что пора на выход.

Отправила его в машину с пакетами, а сама быстро юркнула в ванную. Со скоростью «Сапсана» собралась и надела строгий костюм, но, выйдя на улицу, тут же пожалела об этом. Начались шуточки про училку, указку и дополнительные часы после уроков для нерадивых учеников.

Боже, да за что мне это? В чем я провинилась? Котову не на ком упражняться в остроумии?

Самое ужасное, что мне хотелось улыбаться, но, если я покажу свое радушие, это гад тут же воспользуется и… А что он сделает?

– О чем мечтаешь, красотка? Прыгай в тачку.

– О том счастливом моменте, когда смогу наконец-то от тебя избавиться. Достал ты меня до чертиков!

Посмотрела на него исподлобья и села в машину. В его любимую машину, гораздо более любимую, чем я. Ну вот чем она лучше меня?! Котов всегда с ней возился, как курица с яйцом. Собрал по детальке, ухаживал, хвастался, какая она у него уникальная и необыкновенная. И в ней случился наш первый поцелуй… Ненавижу ее и его тоже…

Стоп, я ревную к машине? Это вообще нормально?

– Я еще даже не начал доставать, – улыбнулся паршивец и дернул вперед свою красную гоночную машину с таким свистом, что я зажмурилась. Затошнило, но не скажешь же ему про мое состояние. Еще врежется в столб. Такие новости ни один мужчина нормально не может воспринять. Я, конечно, не проверяла, но почему-то была уверена, что мажор не обрадуется.

Котов всегда любил гонять, а ночью участвовал в стритрейсинге. Это я помнила хорошо, потому что он часто с наших вечерних свиданий уезжал на гонки, а я всё думала, сколько ярких и красивых девчонок вокруг него там крутится. Конечно, победитель во всем, таких принимают в любом обществе, хотят внимания. Рядом с таким не место серым очкастым мышкам.

– Как поживают твои ночные гонки? – спросила, заполняя возникшую паузу.

– О, ты уже заинтересовалась моей жизнью, – обрадовался любитель отбеливающей зубной пасты, а я отвернулась и пожала плечами.

– Не хочешь – не рассказывай. Я просто пыталась быть вежливой.

– Это похвально, Мышкина. Только с Рязанцевым будь смелее, а то он твой проект не одобрит, если мямлить будешь.

– А ты так за мой проект переживаешь? – удивленно посмотрела на мажора и нахмурилась.

Он в ответ лишь нагло улыбнулся:

– За себя я переживаю, не обольщайся. Ты пока что нужна мне. Рядом со мной. Так что все твои дела стали моими делами. Мы же пара.

– Ах, нужна? Прикрыть твою задницу и отправиться восвояси?!

– Ну почему? Можем и развлечься по старой памяти! – рассмеялся он, с вызовом посмотрев мне

– Останови машину! – потребовала я.

Нужно пресечь все его домогательствам сразу и на корню. Ишь размечтался! И так грубо намекает мне на то, что наша связь временная. Захотелось разреветься, гормоны бушевали, а руки тряслись. Обидно все-таки, когда с такой обращаются как с ничего не значащей временной девушкой. Гад!

– Что не так, Мышкина? – невозмутимо хмыкнул Котов и продолжил лавировать по шоссе. – Если я это сделаю, ты же опоздаешь, а нам еще в магазин заехать надо. Тебе – купить своих булыжников, а мне – приодеть тебя, раз ты моя невеста.

– Что?! Это еще зачем?

– Чтобы ты мне репутацию своим видом училки не портила. Тебе нужен нормальный деловой костюм, а не это… рванье!

– Слушай, Котов, я буду ходить в том, что мне нравится, и не смей даже пытаться указывать мне, что делать.

– Конечно, Аленькая. Будешь по дому ходить в том, что нравится тебе, а на людях в нормальной одежде.

Он резко свернул на парковку у торгового центра. Вот же упертый гад!

– Выходи, Мышкина! Пойдем делать из тебя человека! – он выскочил из машины и открыл мне дверь.

– Это из тебя человека делать надо, а я как-нибудь обойдусь.

– Да ладно тебе, ну должна же ты извлечь хоть какую-то выгоду от того, что помогаешь мне! – развел он руками и подмигнул мне.

– Я обязательно извлеку. Ты же дал обещание выполнить любую мою просьбу! – поддела его.

– В пределах разумного же, Алён… – его брови поползли вверх от удивления, когда я показала ему средний оттопыренный палец. Не ожидал, мажор?

– Любую, Котов, любую! – повторила с нажимом.

– Выходи уже из машины, шантажистка! – рассмеялся он.

С одной стороны, за язык его никто не тянул, с другой, я не такая же ванильная дура, как его пассии, точно знаю, что счастье не в шмотках и не в новых айфонах. Мне на это плевать. Есть гораздо более ценные вещи!

– Я пойду в том, во что одета, ты не сюда обещал меня привезти! – уперлась я и потянула на себя дверцу.

– Мышкина, ты хочешь эту работу или нет?! – Тимур сложил руки на груди и не дал мне закрыться в машине.

– Хочу, – проворчала, понимая, к чему он клонит.

– Тогда будь добра, слушайся меня! Потом еще и спасибо скажешь.

– Я считаю, что брать нужно талантом, а не шмотками, – ответила и отвернулась от него.

– Чтобы до таланта дослушали, надо, чтобы сперва тебя рассмотрели, – он снова открыл дверцу, да так резко, что я даже упереться не успела, как оказалась на улице, в объятиях этого наглеца.

– Прекрати меня лапать! – профырчала сердито.

– Вот так? – он резко подхватил меня на руки и понес в торговый центр.

Тимур

Мышка снова в моих руках. Кто бы мог подумать, что это снова случится. Вот так бы нести ее на кровать… Тьфу! В торговый центр. Хоть Алёна и сопротивлялась всеми чакрами души, я прекрасно понимал, что Рязанцев из тех людей, которые ценят прекрасное во всем. А это значит, что он никогда не возьмет на работу мышку…

Сам не знаю почему, но мне хотелось, чтобы ее мечта исполнилась. Какое-никакое, но чувство вины я испытывал: расстался с ней, мягко говоря, не по-джентльменски.

Я похрустел шарнирами и вспомнил несколько магазинов, где одевались девушки вроде Ирмы. В один из них и направился.

– Тимур, отвянь от меня со своими шмотками, – возмутилась Алёна, но уже совсем вяло, ведь понимала, что спорить со мной бесполезно. Котовы – они же такие, не сдаются.

– Свои надеть я тебе и не предполагаю. Ха, мыша, неужели ты примеряла мой костюм? Нигде не жал?!

– Какой же ты все-таки… – она вздохнула и покраснела, а я рассмеялся.

Да, когда мышка злится, она становится очень привлекательной!

– Нормальный я! – ответил, поцеловав ее в нос, заметив на лестнице человека Рязанцева. Твою ж мать. Что они-то тут сейчас забыли?! Ирма пошла по бутикам лечить нервы?

– Нормальный, ты за что собираешься одежду покупать? Вещи-то твои тю-тю! – ехидно заметила мышка.

– Вещи тю-тю, а карточка в машине была, – не менее ехидно ответил я.

– Смотрю, ты нигде не растеряешься, – хмыкнула она, смело идя вперед. Не то чтобы согласилась идти со мной, а будто убегала, чтобы не лапал. Это задевало.

Схватила первый попавшийся костюм и ринулась в примерочную. Я за ней. Надо же показать охране Рязанцева, что мы – пара.

Мышкина ценник на бирке и в ужасе повесила костюм обратно.

– Алёна! – рявкнул на нее, возможно, даже более грубо, чем этого требовалось, девчонка сжалась и опустила плечи, а я вспомнил, что она детдомовская и знает цену каждой вещи, а транжирство презирает.

И вот как такую, как она, разодеть в пух и прах? Может, аккуратно нолик на бирке подтереть? Снять очки, чтобы подслеповатая мышка видела расплывчатый мир, а потом еще поцеловать, чтобы потеряла ориентацию в пространстве.

Что-то я слишком часто думаю о поцелуях с ней тех ситуациях, которые можно ради них устроить. Соблазнить мышку снова не вопрос, совсем и не трудно, но что-то мне подсказывает, что, если я ее еще раз брошу, меня покарает молния. А я же такой, я брошу, потому что ни одна девушка не задерживается рядом со мной больше чем на ночь. Это мое кредо, иначе никак.

Пока я размышлял, к мышке подошла администратор и начала спрашивать, что ей нужно, а та, закусив губу, робко озиралась по сторонам. Подойдя к этим двоим, я проговорил консультанту, но мышку держал за плечи и говорил возле ее уха, чувствуя, как под пальцами трепещет ее тело. Аленькая на меня реагировала, и я совру, если скажу, что ничего не чувствовал в ответ. Я же живой.

– Девушка, нам нужен шикарный деловой костюм для этой красавицы. У нее сегодня очень важное собеседование, и они должна всех поразить. Давайте выберем красный.

– Красный?! – ахнули обе девушки хором.

– Давайте подберем что-то в более спокойных тонах. Например, белый. Укороченный пиджак, узкая юбка и рубашка с жабо в мелкий горошек.

– Жабу нам не надо на костюм, правда, Аленькая?

– Не жабу, а жабо! – обиделась продавщица, что-то показав в районе шеи.

– Всё равно ее не надо!

– Хорошо. Так какого цвета костюм? – она смерила мышку хмурым, надменным взглядом.

– Красный! – настойчиво повторил я. А что? Кто платит, тот и музыку заказывает.

– Можно не красный?! – взмолилась Мышкина. – Пусть будет темно-зеленый?

– Хорошо, – решил тоже пойти на уступку.

Спустя десять минут, в которые я уверенно обнимал Алёну, девушка-консультант притащила целый воз одежды.

Пока она повела мою мышку переодеваться, я быстро выбрал себе костюм в отделе напротив. Заодно прикупил для этой прелестницы красное белье, надеюсь, с размером не промахнулся…

Всё-таки консультанты тут не зря едят свой хлеб. С первого раза идеальное попадание. М-да, кроме обуви, конечно.

Бежевая блузка идеально сочеталась с изумрудным пиджаком и зауженными брюками до щиколоток. Образ дополняли поясок и сумочка в тон

Не девушка – мечта! Еще бы физиономию довольную и хотя бы минимальный макияж.

Но стоило мне предложить то, что я подумал, как мышка надула губы и выскочила пулей из бутика. Да что такое? Что я такого сказал?

ГЛАВА 4

Алёна

Да как он вообще посмел предлагать мне это?! То одежда у меня не такая, то лицо! Полностью меня хочет переделать под золотой стандарт? Да пошел бы ты к черту, Котов! Не собираюсь я краситься, как твои цыпочки ванильные!

Я признаю только естественную красоту. Мне вся эта мишура не нужна. Уж какой родилась, такой и буду ходить!

Выскочила из претенциозной мекки всех богатых и знаменитых и чуть не попала под машину, Котов буквально схватил за шиворот и резко дернул.

Испугаться не успела, как он уже повернул меня к себе.

– Да что с тобой не так? Какая муха укусила?

– Муха Тимур, вредная и заносчивая, – фыркнула в ответ, вырвалась и быстро пошла прочь.

– Детский сад – штаны на лямках, – раздалось в спину. Котов догнал меня, подхватил под локоток и повел к машине. – Садись, Мышкина, и давай нормально разговаривать. Выключай режим фурии. Тебе не идет.

– Вот сам с собой и разговаривай, – пробурчала я и снова сделала попытку уйти подальше от машины, пока Котов ее огибал и садился за руль.

– Мышкина, стоять! – крикнул он вслед, как собаке. Да щаз!

Нет, никаких сделок с этим… А-а-а! Бесит, как же он меня бесит!

– Мышкина! – поравнялся он со мной, но только не физически, а на своей машине. Ехал рядом на медленной скорости, смущая, на виду у всех прохожих, и снова заводил свою песню: – Девушка, можно с вами познакомиться?

– Отстань от меня, – отмахнулась, упорно пытаясь его игнорировать.

– Нет. Ты нужна мне! Пожалуйста, Алёна, сядь в машину.

Нужна… Вот совсем не в том смысле он говорит, как я хотела бы услышать.

– А ты мне не нужен, Котов, вот и как нам быть? – посмотрела на него и всё же села в машину, потому что он меня сильно задержал. Еще полчаса, и можно будет уже не ехать в офис Рязанцева…

Может, Котов и сказал бы что-то в ответ, но я посмотрела так, что он понял без слов: останется без языка.

Приехав, натолкнулась на двух грозных мужиков, которые еще с утра таранили мою дверь. Они меня тоже узнали. Котова, естественно, тоже, и не хотели пропускать нас. Пока котяра разговаривал с ними, я разглядывала преобразившийся внешний вид.

Он ради меня принарядился в белую рубашку и брючный костюм? Настоящий мистер Грей, только более хулиганского вида. Волосы растрепанные, галстука нет, и постоянно засовывает руки в карманы, оттопырив большие пальцы. Как будто в джинсах, а не в строгих брюках.

Но подлецу всё к лицу. Это каждый знает.

А мне приходилось признать, что я порой забываю обо всем, засмотревшись на мажора. Как же от него избавиться? Может, признаться амбалам, что утром я покрывала этого любителя балконов и чужих жен по доброте душевной? Но жалко засранца…

– Проходите, – пригласили меня, и я, подхватив свои вещи, поспешила в здание из бетона стекла, которое намеревалась превратить изнутри в прекрасный райский сад.

В кабинете Рязанцева уже собралось несколько моих конкурентов. Двое парней и одна девушка. У всех них имелись небольшие макеты проектов и образцы материалов, у меня же в наличии – только проект на бумаге.

Благодаря стараниям Котова буду позориться. Рядом с ним я как-то позабыла о своей жуткой стеснительности, которая преследовала меня всю мою жизнь и портила ее. Стоило попасть в неловкую ситуацию, как я сильно краснела, а от этого смущалась еще больше, чувствуя себя нелепым помидором и самым что ни на есть синим чулком. Выбираться из своей скорлупы было непросто, и я очень старалась, но мои соперники казались мне более профессиональными, а их проекты на фоне моего – интереснее и роскошнее.

Презентации захватили мое внимание, и я с интересом подмечала детали, пока не поняла, что настала моя очередь.

– А почему проект только на бумаге? – поинтересовался Рязанцев, и я посмотрела в серьезные умные глаза интеллигентного мужчины, вдруг вспомнив, что знаю тайну его жены…

Это смущало и отвлекало, и я готова была сдаться и провалиться сквозь землю, понимая, что не смогу. Не защищу я свой проект.

Буду мямлить, тормозить – и тогда провал мне обеспечен.

Но вдруг открылась дверь, и в кабинет зашел Котов.

А этому-то что здесь надо? Рязанцев ощутимо напрягся, и я догадалась почему. Он подозревает Котова в связи с женой, это дали понять его безопасники, охотящиеся за задницей котяры.

– Как ты, милая? – подошел ко мне этот паршивец и обнял за талию, одарив всех радушной улыбкой. – Я из оценочной комиссии, а по совместительству молодой человек этой во всех смыслах прекрасной девушки.

Кто-то фыркнул, кто-то хрюкнул, а я сжалась от стыда, но никто не смеялся надо мной, а потом, когда Котов в пух и прах разбомбил все проекты моих соперников, а мой превознес до небес, пришла в полное недоумение.

– Что за цирк ты тут устроил, Тимур? – строго спросил Рязанцев, стоило несчастной троице покинуть кабинет со всеми своими пожитками.

– Пришел поддержать свою девушку, – заулыбался Котов, не отцепляясь от меня.

– Он вам досаждает? – задал совсем странный вопрос мужчина, и я в растерянности посмотрела на него, но отвечать не пришлось, открылась дверь, и в кабинет вошел не кто иной, как отец Котова.

Я узнала его, потому что видела один раз в университете. Он приходил в деканат, наверняка для того, чтобы разбираться с плохой посещаемостью своего сына и задабривать декана учебного заведения взятками, а все смотрели во все глаза и показывали на него пальцем. Мол, Котовский папаша собственной персоной.

– Значит, это правда, – без предисловий накинулся он на своего сына, игнорируя всех присутствующих. – В отцовской компании мы отказываемся работать, семейный бизнес не поддерживаем, а к Рязанцеву пришел, костюмчик надел. Я думал, обознались, когда сказали, что ты сюда приехал, но нет. Мой сын выбрал другую компанию! Как ты это объяснишь, Тимур?

Тимур

Я стоял за дверью и нервничал. Вот точно засыплется мышка. Это только меня она пытается укусить из-за обиды, а на других у нее зубов точно не хватит. Надо спасать положение, только как?!

Я мерил шагами коридор, наверное, раз сто от стенки до стенки прошел, раздумывая, как бы ей помочь, и не придумал ничего лучшего, чем вломиться в кабинет, а там всё уже само собой произошло.

Я молол какую-то ересь, лишь бы прогнать мышкиных конкурентов и выставить ее в лучшем свете, а как только они ушли и я уже мысленно отпраздновал победу, в кабинет вошел мой отец. Блин!

– Значит, это правда, – не обращая внимания на мою мышку и Рязанцева, начал он. – В отцовской компании мы отказываемся работать, семейный бизнес не поддерживаем, а к Рязанцеву пришел, костюмчик надел, – зло прошипел он. Ну да, ну да, я же отказался от работы в офисе. – Я думал, обознались, когда сказали, что ты сюда приехал, но нет. Мой сын выбрал другую компанию! Как ты это объяснишь, Тимур?

Отец смотрел на меня, ожидая ответа, я не знал, что ему сказать. Открою рот, что она моя девушка – не отстанет, скажу, подруга – всё равно решит, что девушка. И Рязанцев, как назло, молчит. Почему он терпит такое вторжение?! Я понимаю, офисы напротив, совместные дела и всё такое, но совесть же надо иметь.

Это я только что о совести подумал? Ну, да не у всех она есть, видимо, у меня наследственное ее отсутствие.

– Извините, Тимур не работать сюда пришел. Это я проект принесла, а он… – Мышкина смутилась под пристальным взглядом.

Ладно, играть, так по-крупному!

– Пап, позволь представить тебе Алёну. Мы встречаемся уже несколько месяцев, – гордо заявил ему, кое-как натянув улыбку.

Мышкина наступила мне на ногу, молодец, действительно больно. Можно сказать, отомстила.

– Тимур здесь, чтобы поддержать меня… – подала голос Алёна.

Не ожидал, что она первой начнет за меня заступаться, а я только воздуха в грудь набрал, чтобы ответить на нападки отца.

– Любит он свою девушку, никогда еще не видел, чтобы такая группа поддержки была у тех, кто приходит презентовать проект, – поддержал ее Рязанцев с тоской и завистью в голосе. Я-то знал, почему он грустит, но виду не подавал, что ночью развлекал его женушку…

Отец нахмурил брови, едва кинул взгляд в сторону своего партнера и зло уставился на мою мышку.

– Во-первых, девушка, вам слова не давали.

– А… – попыталась она ответить, залившись краской до самых кончиков ушей.

– А во-вторых, Тимур, сколько раз тебе говорил: выбери себе приличную девушку, а не разодетую мартышку!

Отец злился и не контролировал слов, а я злился на него, злился из-за того, что он обижает мою скромницу.

– Отец, не смей так про нее говорить! – я задвинул дрожащую мышку к себе за спину и с трудом сдержался от ругательств.

– И почему я не должен ее так называть? Очередная пустышка, которую ты затащил в постель! А теперь еще таскаешься за ней… – брякнул отец, глядя на Рязанцева.

Тот подобрался, надул грудь, а я подумал, что происходящее напоминает цирк именно сейчас, когда он ворвался в кабинет, а до его прихода всё было тихо и мирно. Я помогал мышке, она мне благодарно улыбалась, папа же испортил мне всю малину.

– Ну, стоит заметить, что девушка очень даже талантлива… – вмешался Рязанцев, в очередной раз рассматривая ее проект. – Позволь с тобой не согласиться, Игорь, и совсем она не пустышка и не такая, какие обычно встречаются с твоим сыном.

– Она не очередная и не какая-нибудь. Я люблю ее и намерен жениться! – выпалил я на эмоциях. Сам от себя такого не ожидал, видимо, слишком вжился в образ.

– Пожалуй, я пойду, – Алёна вышла из-за моей спины и сжала кулачки. – Николай Павлович, если вас устраивает мой проект, на нем есть номер телефона. А с тобой, Котов, я не хочу иметь ничего общего! С вами обоими!

Алёна подхватила сумочку и пулей выскочила из кабинета.

– Браво, Игорь, – обратился Рязанцев к отцу. – А девчушка молодец, возьму ее на работу, пожалуй.

Я махнул на них рукой и побежал вслед за Аленой. Застал ее возле лифта, где она сердито нажимала на кнопку. К нам подступала целая делегация, а я не хотел делить мышку ни с кем, поэтому долбанул на кнопку.

Створки лифта разъехались, я затащил туда недоумевающую Аленькую, которая тут же наглядно подтвердила свое прозвище, покраснев до самой шеи. Еще бы. В зеркальном лифте отразились мы. Я прижимаю ее к стенке, а она пихает меня руками в грудь.

– Ну-ну, – успокоил я, как брыкающуюся кобылку. – Не угомонишься, начну целовать.

Она тут же притихла, глядя на меня через стекла своих больших очков. Надо будет подарить ей красивые, стильные. Хотя нет, обидится, скажет, что переделываю.

– Зачем ты сказал ту чушь про свадьбу в кабинете? И что… любишь! Думаешь, что это смешно, Котов? – возмутилась Мышкина, а я взял ее кулачки в свои и поцеловал костяшки. Слегка. Но она вздрогнула. Губы приоткрылись. Ее постоянно хотелось целовать, и с этим нужно было что-то делать…

– Я тебя защищал.

– Можно было сделать это иначе. К тому же твоему отцу я не понравилась, так что свадьбы бы не вышло, имейся даже мизерный шанс, что ты женишься, – она сжала пальцы и показала этот мизерный шанс, прищурив глаза.

Сверкающая в них насмешка странно задела. Неужели я совсем непохож на человека, который может говорить о серьезных отношениях с девушкой?

– Батя погорячился, он просто наехал на тебя, потому что обозлился на меня.

– Ты косячишь – а я отвечать должна! Мне это не нравится. Жила себе спокойно, пока ты не появился на моем балконе.

– Неужели от меня один вред, мышка? Ты же получила контракт.

– Еще не получила, – она возразила и помотала головой. – И даже если и так, то это, считай, по блату. По знакомству. А вообще, Котов, – она вдруг прищурилась и сжала губы. – Ты совершенно беспринципный.

Опешив, я поглядел на злючку и вскинул брови.

– Поэтому это?

– А сам не догадаешься?

– Я выберу пятьдесят на пятьдесят, – я расплылся в улыбке, наслаждаясь нашей игривой беседой, но потом Мышкина всё испортила:

– Я не хочу иметь дело с тем, кто преспокойно общается с человеком, с чьей женой он встречается за его спиной!

ГЛАВА 5

Алена

Тимур после моих слов замолчал, сжал губы и опустил плечи, отойдя от меня. Я сказала правду и задела его, но почему-то мне не стало легче. Ведь он действительно был таким – беспринципным, плюющим на моральные принципы. Ни капельки стыда не заметила, когда кружил вокруг моих соперников по проекту и лил Рязанцеву в уши чушь. Да, связался с его женой за спиной, пусть. Но так спокойно с ним общаться… Нет, это не укладывалось у меня в голове.

По телу пошла противная дрожь, во рту появилась мерзкая горечь, а слезы готовы были брызнуть из глаз. Я же беременна, а значит, мои эмоции выкручены на максимум. Разве прежняя Мышкина разговаривала бы так с мажором? Давала бы ему такой отпор?

Конечно же нет!

Но гадкий Котов не знает о моем положении и думает, что теперь я стала смелой и яркой, а он таких всегда любил. Вижу же, как смотрит, облизывается на меня, хочет снова пробраться ко мне в постель. Но я не позволю! Пусть дует к своим куклам!

Вот непонятно, как среди этих звезд затесалась такая серая мышка, как я… Очень подозрительно. Впрочем, плевала я на Котова, не хочу вспоминать наш роман. Пойду-ка домой, отдохну от всех сегодняшних приключений.

К моему великому счастью, мажорище не стал спорить, что дело сделано, а просто согласился со мной. По дороге я врубила громкую музыку на его навороченной стереосистеме, чтобы он даже не думал разговаривать, а когда подкатили к нашей многоэтажке – и почему мы живем в одном доме?! – выскочила наружу и поднялась к себе так быстро, что голова закружилась.

Захлопнула дверь и для верности забаррикадировала стулом дверь и, подумав, балконную дверь тоже…

Кто бы мог подумать, что мне самой же придется разбирать эту конструкцию, когда новоявленный свекор позвонил в мою дверь и оказался на пороге с тортом в руке, шампанским под мышкой и букетом цветом в зубах! Я, конечно, преувеличиваю. Всю эту праздничную мишуру держал в руках охранник, а Игорь Батькович, не знаю отчество Котовского родителя, шагнул в мою скромную обитель в поисках сына!

– А где это оболтус? Хочу посмотреть, как живут молодые. Познакомиться с будущей невесткой. Н-да, квартирка не очень… – пробурчал себе под нос, осмотревшись, а я задохнулась от ужаса.

И как теперь Котова достать из квартиры сверху?! Его отец думает, что он здесь живет, а тут никакого следа мажора.

– Игорь… – начала я, вспомним, как Рязанцев обращался к партнеру по имени.

– Венедиктович… – важно поправил меня Котов-старший, а я пропустила его вперед.

– Игорь Венедиктович, а ваш сын… Ваш сын… – Судорожно пытаясь придумать где он, теребила поясок домашнего халата. – Да вы идите в ванную, мойте руки, и идемте чай пить, он сейчас выйдет! – Распахнула дверь в ванную и попыталась спровадить проклятого папашу.

На балконе что-то звякнуло. Черт! Я же забаррикадировала дверь!

К моему огромному облегчению, Котов-старший послушался и пошел мыть руки. А его охранник сгрузил торт и букет на стол в кухне и ретировался за входную дверь.

– Я на минутку! – улыбнулась я двери и убежала в спальню, быстро снесла стул, которым Тимур уже успел поцарапать краску на полу, и впустила его в квартиру.

– Совсем совести у тебя нет, мышка! – даже пальчиком мне погрозил и вихрем ворвался в комнату, то там, то сям прямо на ходу разбрасывая свои вещи.

– Эй, ты что делаешь?! – зашипела на него, пытаясь собрать всё, что он разложил. Беспорядок создал страшный. Свекор будет считать меня неряхой и плохой хозяйкой. Надо будет не пускать его в спальню, позаботиться, чтобы даже не заглядывал туда.

– Мышка, так надо! – пробурчал он, ухватив меня за руку и не дав убрать белый носок с вентилятора.

– Зачем?! – швырнула в него его барахло и побежала переодеваться. Негоже при папике в халате бегать.

– Затем… – важно начал он и сглотнул, когда я осталась в майке и коротких шортах.

Вот же гад озабоченный! Можно подумать, что это не я его спасаю, а он меня. Еще и в благодарность хочет сугубо определенной платы!

– И?! – накинув спортивный костюм, повернулась к нему и оценила приподнятое настроение. Вот же… – Озабоченный! – фыркнула, швырнув в него халат.

– Раньше тебе это нравилось! – он поиграл бровями и подмигнул. Проклятый мажор, проклятый его папик и проклятое соседство!

По комнате раздались громкие шаги, Игорь Венедиктович вышел из ванной.

– Откуда ты узнал, что нужно спуститься с балкона? – спросила я шепотом, когда Котов уже собрался выйти из спальни.

– Увидел папину машину в окно, – быстро прошептал Тимур, хватая меня за руку. – Ну что, мышка? Готова изображать мою невесту? – улыбнулся он озорной улыбкой, а я нажала на ручку двери.

Тимур

Мышка сбежала… Вот никак не думал, что Алёна может быть настолько злой и суровой, чтобы захлопнуть дверь прямо перед моим носом. Ух, маленькая мегера! Зубастая мышка!

Пришлось подняться к себе. И вроде как всё должно было уже быть хорошо, но что-то внутри меня требовало продолжения банкета. Странное ощущение, сродни какой-то ломке или психозу. Мне непреодолимо хотелось к ней, словно я превратился в слиток железа, а она – в огромный магнит.

Прослонялся час по квартире, не зная, как справиться с этим притяжением, и решил, что надо как-то отвлечься.

Подошел к окну, чтобы включить музыкальный центр, и выронил стакан с соком. К дому подъехала машина моего отца.

– Да твою ж мать! – прошипел себе под нос.

Я в одних труселях, а батя пришел в гости. А ведь говорил, что ноги его не будет в этой обители порока и разврата. Я его знаю: если сказал, костьми ляжет, горло себе перережет, но слово не нарушит. А значит, явился не ко мне…

А к Мышкиной! Главный вопрос – зачем? А второй – что делать? Стоя в позе Гамлета, размышляющего о бытие, делу не поможешь. Надо срочно что-то сделать.

Ну конечно, папаша узнал – и я ему сам об этом ляпнул, что без Мышкиной жить не могу и готов клятвы верности принести и то, что пониже пояса, в узелок завязать, – поэтому он, преисполненный собственной важности, не мог не прийти и не проверить!

Ну, честно признаться, я бы на его месте тоже не поверил и пришел проверять. Решил бы, что это подозрительно и слишком непохоже на правду.

Сначала я заявляю, что хочу пожить для себя, учиться, на досуге развлекаться – и никаких серьезных отношений и уж тем более офисных трудодней, а тут в костюмчике а-ля Агент 007 заявляюсь в чужой офис с невестой под руку.

Если папаша обнаружит мой обман… Капец мне придет.

Натянув на себя мало-мальски приличный шмот, кинулся собирать в пакет минимальный комплект вещей, а едва услышал звонок в квартире снизу, тут же ринулся к балкону.

Встретил он меня как старый добрый друг. Теперь мне можно смело в кино сниматься, без дублера. Сиганул с него так быстро и ловко, как будто каждый день паркуром балуюсь…

Слез с балкона на балкон мышки и наткнулся на подпертую дверь.

– Да твою ж… Мышкину! – взвыл с досады, стукнув кулаком в дверь, и тут же зашипел от боли. Легче не стало, а костяшки слегка стесал.

Пару минут постоял, раздумывая, как выбить стекло, не наделав лишнего шума.

Мышка появилась как раз в тот момент, когда я заприметил кусок какой-то арматуры, стоящий у стены за узким стеллажом, и Алёнкин халат на веревке, которым хотел обернуть железяку…

Надо было создать видимость моего присутствия в этой квартире. И когда она открыла дверь, я ворвался в комнату, разбросал скинутые с балкона вещи, а Мышка решила при мне переодеться.

Черт! Инстинкты сработали безупречно и мгновенно. Я готов был ринуться с места, чтобы поймать ее в свои объятия и не отпускать, а она – сразу обзываться!

Нет, надо как можно скорее решить эту проблему! Мышка становится для меня той еще занозой. Так не может продолжаться.

Наконец-то я понял, куда она дела отца, потому что сомнений, что он именно в этой квартире, у меня не было. Он вышел из ванной, умышленно топая как можно громче и привлекая к себе внимание.

– А я вот решил заглянуть, как тут молодые поживают, – начал без предисловий, как будто мы не расставались после встречи в офисе Рязанцева и прямо оттуда приехали сюда.

– Мог бы и позвонить, предупредить, вдруг бы нас дома не было, – выдал папаше пистона, на что он нахмурился.

– Мог бы. Но не стал, – насупившись, он указал рукой на кухню. – Пойдемте пить чай. Обговорим свадьбу и дальнейшие планы.

За спиной отца мы с Мышкиной переглянулись, одновременно выдохнув с облегчением. Наши труды по преображению квартиры в семейное гнездышко, кажется, не прошли даром. Но сдаваться рано. Папа тот еще жук. Он хитрый до жути, но я весь в него, поэтому – выкрутимся.

– Алёна, расскажите о себе, – сразу насел он на бедную Мышкину, которая скукожилась на хлипкой табуретке, поставив длинные ноги на перекладину. Я залюбовался острыми коленками и изящными лодыжками и не слышал, что она там мяукала в ответ моему папаше. Но потом дал себе леща и встрепенулся.

– Пап, ты же сюда приехал с полным досье на мою невесту, – укорил его за расспросы. – Начнем с того, что ты уже знал ее адрес. А тебе его никто не говорил.

– Николай мне сказал, адрес девушки написан в заявке, которую она кидала в его фирму, – пожал он плечами и ухмыльнулся. – Дальше – дело техники.

– Технику сворачивай. Если что надо, спрашивай напрямую. В конце концов, знать что-то о будущей невестке ты имеешь право, но копать на нее за нашими спинами…

Передернув плечами, я показал всем своим видом, что папа перегибает палку, но ему хоть бы хрен. Когда еще Котов-старший признавал свою неправоту. Не так он был устроен. Ослиное упрямство отца попортило мне немало крови.

– Тогда спрошу напрямую, девочки и мальчики, – сказал он тоном доброго Гудвина, – когда свадьба, где вы будете жить? А еще скажите мне, мои дорогие, с чего такая спешка? – вдруг ошарашил он вопросом, пристально глядя на живот притихшей мышки. – Может, в новой вашей квартире нужно детскую обустраивать?

ГЛАВА 6

Алена

Вопрос Котова-старшего был, что называется, не в бровь, а в глаз. Только невероятным усилием воли я сумела сдержаться и не схватилась за живот, инстинктивно прикрывая его в защитном жесте и пряча своего малыша.

Именно это мне и захотелось сделать в первую очередь. Но, если бы я при этих двух, так пристально меня сейчас изучающих, накрыла живот руками, только подтвердила бы догадку.

А так я просто нервно хихикнула и залпом выпила чай. Пусть котяра отдувается – его же папаша с неприличными вопросами наседает. Вообще ни стыда, ни совести! Откуда только он узнал?! Неужели и правда полное досье на меня успел собрать за это время?

– Папа, ну чего сразу детскую? Мы еще для себя хотим пожить, – сказал мажор и вальяжно развалился на стуле, наклоняясь ко мне, кладя руку на плечо и тычась носом в ухо: – Правда же, мышка?

Фу, вот как можно так лицемерить?! Да еще и щекотно так – жуть, я невольно поежилась и попыталась отстраниться, но строгий взгляд моего, не приведи боже, возможного свекра не давал мне вести себя естественно, приходилось играть чертову роль невесты этого проклятого мажора, наглого любителя повеселиться за чужой счет. Боже, и почему он не мог просто оставить меня в покое?!

– Мышь? Ты так свою невесту называешь?! – Отца Котова аж передернуло. Он скривился так, что даже забыл, о чем мы говорили. – Выбрось эти слова из лексикона, ты же будущий отец, какой ты пример ребенку подашь?

А нет, не забыл. Такой же настырный и упертый, как его сынок. Осел. Упертый осел в чистом виде. Теперь понятно, в кого Тимурчик уродился! Боже мой, если это наследственное, то мне с моим ребенком придется непросто.

Котовы начали спорить. К счастью, без меня. Но я только радовалась, ведь роль зрителя была более предпочтительна. Лучше я помолчу и посижу в сторонке, а то с таким рвением из меня быстро вытрясут всю правду…

Нужно что-то придумать. Найти способ от них отвязаться, а то того гляди и правда до свадьбы недалеко. Хотя разве не об этом я мечтала? Нет. Не об этом.

– С чего ты взял, что я будущий отец? – младший Котов поднял бровь и скрестил руки на груди.

– Да с того, что в твоем возрасте все женятся по единственной причине – залет. Ты можешь жениться только потому, что она беременна.

У меня аж дыхание от возмущения перехватило. Хотелось закричать, что я не такая, что это не обо мне… А пришлось тихо сглотнуть и дальше слушать перепалку между ними.

– С чего это я не могу жениться просто так?! – нахохлился Тимур и стал похож на кошака, собравшегося в атаку. Вот прямо хвост трубой и шерсть дыбом!

– Да с того, что ты намеревался жить в свое удовольствие, но один! – Котов-старший загибал пальцы, доводя до нас свою точку зрения. – С того, что ты ушел из дома, чтобы тебя никто не контролировал. Не хотел учиться, работать в нашей компании, ходить на семейные праздники. Согласись, это не очень вписывается в роль отца и верного мужа?

– Папа, представляешь, есть такое чувство, как любовь, – блаженно улыбнулся Котов, но его отец лишь нахмурился.

– Прекрати паясничать, Тимур, это не смешно. Сочувствую, Алёна, муж бы вам достался не самый лучший. Но я вас обрадую: свадьбы не будет. Если вы не беременны, то я вам советую бежать от моего отпрыска, иначе нахлебаетесь горя. А если беременны, то я понесу ответственность за своего сына. Обеспечим вас всем самым необходимым. Сменим квартиру, естественно, – кивнул он довольно, оглядывая пренебрежительным взглядом ободранные обои, закопченный потолок и ржавую раковину. – Вы ни в чем не будете нуждаться. У моего внука или внучки должно быть всё необходимое, и он или она не будут ни в чем нуждаться, так же как и вы. Даже если Тимур не будет принимать участие в жизни ребенка, мы с Аллой вам поможем.

Я задохнулась. От неожиданности, боли, разочарования. Всё это звучало ужасно. Всё, что говорил Котов-старший, заставляло меня чувствовать себя участником деловой сделки. Бесправной, бессловесной марионеткой, которой хотят руководить сильные мира сего с помощью своих денег. Властно управлять моей жизнью, лишая права голоса. Мне стало обидно и больно.

А что, если вдруг они вообще решат отобрать моего малыша, вообразив, что он должен расти в полноценной семье? Что, если они захотят взять над ним опеку, а меня уберут куда подальше?! Ведь при их деньгах это вполне реально…

Самое страшное, что Котовы даже не поняли, что их слова меня задевают. Обсуждали вопрос свадьбы и беременности так, будто меня тут не было. Обращались ко мне так, словно имеют право что-то мне диктовать, а мое мнение неважно. Я же для них пустое место! Детдомовская бедная девчонка…

Внутри меня проснулась буря, взвила вихри гнева, заполнила нутро огнем негодования. Пусть я обещала Тимуру, что сыграю роль его девушки, чтобы его не прикончили охранники Рязанцева или он сам собственноручно, и слово свое я сдержу, потому что Тимур помог мне получить работу, но терпеть фарс со свадьбой я не собиралась.

Времени на то, чтобы раздумывать, как распутать этот запутанный клубок, который мы сумели запутать за сутки, не было. Нужно действовать немедленно. И аргумент подобрать такой, чтобы у них и мысли не возникло тянуть свои лапища к моей крошке!

Встав, я сложила руки на животе и четко сказала, глядя в лицо Котову:

– Прости, Тимур, я должна была сказать раньше. Больше я не могу тебя обманывать, совесть не позволяет. Да, я беременна, но беременна от другого. Поэтому свадьбы быть не может.

Тимур

Я честно играл свою роль. Мало того, настолько вошел во вкус, что был готов поверить, что и в самом деле собираюсь жениться на мышке. Ха-ха, я и жениться – смешно. Ну да ладно, у всех бывают минуты помутнения рассудка, что ж мне, в исключениях ходить?!

Но когда отец начал отговаривать Алину выходить за меня замуж… Даже промелькнула мысль о том, чтобы встать и набить ему фингал, как Ваське из футбольной команды с факультета технологов. Ишь, подножку мне подставил… Но тут явно не обошлось бы красной карточкой. Пришлось аргументировать словами. Правда, недолго.

– Что значит, не от меня?! – я отвесил челюсть и вообще, если бы не стул, непременно присел бы.

– Вот так вот, – Мышкина гордо задрала подбородок и свысока уставилась мне в лицо.

Я опешил, пытаясь осознать то, что она сказала. Слова доходили до меня не сразу. Мышкина беременна. Худенькая Алёна сейчас стоит передо мной такая же, как была, но уже совсем другая. Будущая мама.

Кажется, что это ложь. Мы тут все немного заигрались. Может, и мышка решила пошалить? Но по выражению лица ясно, что не врет.

Я вскочил и снова сел. Папа сидел рядом и молча наблюдал за тем, как я изображаю Ваньку-встаньку.

И всё же вернемся к фактам.

Мышка беременна, но заявляет, что ребенок не от меня.

Надо же, и ни капли раскаяния…

– Врешь! – выпалил я, не желая верить, что она успела после меня еще к кому-то запрыгнуть в постель.

Только представил это, и почему-то торт полез обратно из меня. Затошнило.

– Ну вот рожу, и можно будет сделать генетическую экспертизу, а пока… Очень прошу вас покинуть мою квартиру. Тимур, за вещами завтра зайдешь, я, так уж и быть, всё соберу. Благо ты еще не натащил много! – она нахохлилась, как птенчик, и тонким пальчиком указала нам на дверь.

– Вот и поговорили! – Отец встал и с довольным видом похлопал меня по плечу. – Поехали, тебе тут больше не рады.

Я сбросил с плеча его руку и встал.

– Аленькая, как же так?! – спросил, обратившись к ней привычным именем.

– Твой отец прав. Долго тебя никто не вытерпит! – сказала, словно плюнула мне в лицо.

– Вот так вот, значит? Ну и черт с тобой! Не сильно-то и хотелось. А знаешь, приходи, я дам тебе денег на аборт, чтобы ты не обрекала еще одного человека на такое же жалкое существование, как у тебя! – медленно произнес каждое слово, чтобы она прочувствовала весь смысл сказанного.

Отлично! Прекрасный повод уехать и забыть о ней. Тем более, что повод для расставания найден. Лучше даже придумать трудно! Молодец, Мышкина.

Развернулся и, не дожидаясь отца, громко хлопнув дверью, выскочил из квартиры. Сбежал по ступеням, не дожидаясь лифта, и запрыгнул в машину.

Скорость. Она всегда манила меня. Не просто так я основал свой клуб.

Асмодей. Демон-искуситель. Со своим сводом законов и правил.

Разве я мог тогда знать, что мне, как основателю, мною же выбранные "советники" поставят условие: соблазнить самую ярую недотрогу в универе. Ну, вернее, я сам придумал такое посвящение, но никак не думал, что первым под него и попаду.

Я вжал педаль в пол, в открытых окнах засвистел ветер, завизжала резина на крутом повороте. Нужно проветрить мозги.

Моя ласточка неслась, как выпущенная пуля, неслась на пустырь за городом, где можно будет спокойно погонять по выкошенному полю.

Парадокс еще и в том, что машину мы купили в складчину, для клуба. Я сам ее собирал по винтику. Но было решено, что я заберу малышку, если затащу в постель мышку. Смешно…

С тех пор ласточка так и осталась у меня, а про Мышкину я даже успел забыть… Да и не вспомнил бы никогда, если бы не настырная Ирма.

Второе правило клуба – если гонишь, то только к финишу. Вот и пришел финиш моей интрижки с Алёной. Всё, баста. Только почему тогда мне так паршиво?

Сложно с чем-то сравнивать эти ощущения… Так же паршиво было, когда я разбил свою первую машину, когда умер пес, подаренный дедом, когда умер сам дед.

Такое чувство, что что-то внутри меня надломилось. Оно же требовало вернуться к мышке, выяснить, кто для нее оказался лучше и милее меня, но я упорно кружил по полю, поднимая за собой столб пыли.

Забыть.

Вычеркнуть из памяти и больше никогда о ней не думать.

Уничтожить в себе это странное чувство. Чувство, что я поступаю неправильно.

Вообще перестать о ней думать!

– Черт. Черт! Черт… – резко затормозил и рухнул лицом в руль, зажав лбом клаксон.

Машина засигналила на всю округу. От этого звука стало хоть немного, но легче. Словно что-то в голове расклинило.

О чем я вообще думаю?! Почему так завелся? Неужели это всё нервы? И всё из-за Рязанцевой, у которой на меня глаз упал… Вот же танк! Надо было послать ее сразу и подальше. А то еще и мужу рассказать, что он олень!

Нужно собраться, взять себя в руки и еще раз всё проанализировать.

Так. Во-первых, я хорошо знаю мышу. Она ни разу не гулящая.

Во-вторых, она была влюблена в меня до потери пульса. Ну да, перестарался с соблазнением, есть такое.

В-третьих, как говорится, доверяй, но проверяй. Папа кого угодно до ручки доведет, может, и мышка решила, что проще от меня отделаться? А может… Интересно, она правда беременна или это всё блеф?!

ГЛАВА 7

Алена

Едва старший Котов удалился вслед за сыном, я медленно сползла по стеночке, чувствуя, как колотится перепуганное сердце.

Ничего. Прорвемся. Не в первый раз, в конце-то концов! Обойдусь я без них, особенно с такой трепетной "заботой".

Что-то было не так. Скрежет. Такой противный… Точно, телефон! Кое-как встала, подошла к тумбочке и взяла судорожно вибрирующий мобильник. Ну да, звук-то я забыла включить.

– Да, – ответила, пытаясь хоть как-то перевести дух.

– Алёна, ты озверела не брать трубку?! Я же волнуюсь за тебя! – вместо “здрасьте” налетела на меня Лиза. Не успела я ответить, как она уже начала наседать дальше: – Ты там что, ревешь что ли? Алёнка, с ума сошла? Нельзя тебе! Вспомни о своем секретике! Неужели опять кошара довел?

– Всё нормально… И ничего я не реву, – ответила обиженно и немного по-детски, громко шмыгнув носом. Недоеденные куски торта на столе красноречиво намекали о том, что от меня только что ушли нежеланные гости. Ох, скатертью им дорожка! Лишь бы не вернулись…

Гремя посудой и параллельно выслушивая нотации от подруги, собрала остатки еды и выбросила в мусорку вместе с блюдцами и ложками. Вот даже прикасаться не хочу больше к тому, что было в Котовских руках!

А потом, спохватившись, что столовые приборы-то не мои, а хозяйкины, вытащила их из мусорки и положила в раковину. От собственных бессмысленных действий так растерялась, что все-таки разревелась. Нет, это просто невыносимо! Я так долго не выдержу… Чертовы гормоны.

– Так, не шевелись! Я выезжаю, – деловым тоном сказала подруга, которая незримо присутствовала при моей истерике, и нажала на отбой.

Буквально через час я уже успела собрать косметику из ванной, которую тут же вырвали у меня из рук и в считаные секунды разложили по местам. Сделать с шустрой Лизой я ничего не могла, а потому тихо плакалась ей в жилетку и рассказывала о своих бедах.

– Мне нужно срочно съезжать из этой квартиры, – решительно закончила я свой рассказ, оглядываясь по сторонам, чтобы оценить масштаб события. Дня два уйдет, даже несмотря на то, что вещей у меня мало. – Можно я у тебя пару дней перекантуюсь? – спросила робко.

– Даже не думай! С какого это перепугу ты должна уезжать? – возмутилась Лиза. – Пусть мажор валит, а то развел тут гадюшник! Вообще, ментам надо пожаловаться, что там притон! Они же шумят по ночам? Шумят, знаю. Смело можно жаловаться!

– Я не хочу с ним ругаться, – прошептала неуверенно, когда мы ушли на кухню и сели за стол. – Мне проще уехать, спрятаться от него, потому что я не хочу с ним иметь никаких дел. У меня ощущение, что после встречи с Котовыми по мне проехался танк. Ты бы видела его папашу. Я даже не знаю, кто из них двоих хуже!

– Я понимаю, конечно, понимаю, – кивнула Лиза, не забывая при этом уминать торт и рассматривать букет, сиротливо стоящий в трехлитровой банке на подоконнике. Вазы у меня не было, а выбрасывать такую красоту пожалела. Цветы не виноваты, что Котовы такие дуболомы.

– Только мне кажется, – нахмурилась подруга, – что судьба вас всё равно столкнет. Я же говорила тебе про судьбу?! – сказала она, а я закатила глаза, потому что меня это раздражало, бесило до невозможного! Никакая это не судьба, а просто совпадение, молния в одно место дважды не бьет, и вряд ли, если я куда-то перееду, мажор отправится на мои поиски. Зачем это ему? Он сказал всё, что хотел! И в весьма обидных выражениях, совсем без жалости, а с желанием уколоть.

– Не знаю, но встретитесь точно! – с загадочной улыбкой, заговорщически промурчала она, накладывая себе на тарелку еще два куска торта. Вот ест же и не полнеет!

– Лиз… Хватит меня нервировать этим… Прохвостом. Ты вещи собрать поможешь или как? – спросила хмуро и скрестила руки на груди, всем своим видом демонстрируя предельную решимость!

– Не буду и тебе не дам. Я считаю, что это он должен убраться отсюда подобру-поздорову! – Лиза встала в позу. Переспорить ее было нереально, а потому я развернулась и принялась молча выбирать пакеты, в которые можно сложить свои пожитки.

– Лиз, ты не переживай. Всё хорошо будет! – Я скорее себя пыталась в этом убедить, чем ее, но подруга всё равно хмыкнула.

– Да-да, будет. Ты скажешь Котову правду? – внезапно спросила она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.