Николай Воронов
Китан 5: Храм проклятых богов

Глава 1. Остров Нагмар.

Величественные острые каменные пики, торчащие из воды, обрывистые скальные берега, уходящие глубоко в толщу океанских глубин, суровые и старинные исполинские столы деревьев, которые не смогли бы обхватить и пять человек – вся эта суровая красота обдувалась беспощадными шквальными ветрами, гнущими толстые столы деревьев и поднимающих над землей человека при сильных порывах. Высокие волны, разбивающиеся о скалы, омывали ледяными брызгами берега, медленно, но неуклонно стачивая скалы, чьи отколовшиеся каменные обломки, создали настоящую непроходимую стену вокруг острова.

Глядя на эту картину, я находил мало общего с архипелагом, где держалась вполне тропическая температура, и не было даже намека на холод и слякоть. Остров Нагмар был совершенно иным. Здесь проходили холодные океанские течения, создавшие на этом неприветливом клочке суши суровые и тяжелые условия для жизни. Не удивительно, что все население острова сосредоточилось в большей части на его прибрежной линии, где в скальных разрывах и пологостях, на длинных плато, расположились все города и поселки острова. Остальная земля мало подходила для жизни, и в горных массивах, и скалистых холодных каньонах существовали лишь отдельные деревушки, промышляющие охотой на лесную дичь и выращиванием горных баранов. Но все же основным промыслом в этих местах была рыбная ловля и охота на всяческую морскую живность, вроде китовых или тюленей с другими представителями местной подводной живности, чьи названия я не знал. Кости, жир, сухожилья, внутренние органы морских обитателей высоко ценились не только на продовольственном рынке, но и на различных аукционах магов, ведь отдельные представители подводного царства обладали собственной магией, что превращало их внутренности в ценные артефакты и реагенты. Алхимики и артефакторы со всего мира прибывали на остров, нанимая отряды добытчиков и рыболовов для поиска необходимых им редчайших реагентов, которые можно было обнаружить лишь в здешних водах.

Сам остров, не смотря на свои обширные территории, обладал лишь двумя подходящими для швартовки кораблей бухтами. С военной точки зрения, это было идеально для обороны, ведь вражеский флот, при всем желании и силе их магов, не мог преодолеть заграждения в виде многочисленных острых обломков скал, щедро рассыпанных в прибрежных водах. Сунуться в этот лабиринт каменных стен и сильных течений мог только полный безумец. С другой стороны, и торговля с другими странами существенно осложнялась, ведь Нагмар был отрезан от остального мира рыщущими в здешних водах пиратами и частыми штормами, которые вкупе с ледяной водой и отвратительной круглогодичной погодой не позволяли проложить нормальные торговые маршруты. Все это делало одноименное герцогство достаточно бедным, пусть и донельзя воинственным государством.

– Родные места. – Подошел ко мне со спины Фухаст, с толикой радости в глазах, окинув взглядом прибрежные скалы, частично перекрывающие вход в бухту. – Знал бы ты, колдун, сколько ворогов отправилось на корм акулам в здешних водах. Только на моем веку Семонтин пытались осаждать с воды три раза. Дважды это были крупные пиратские альянсы, и однажды флот западной империи, в союзе с Родвалией, которым не понравилось наше нежелание занижать пошлины на товары.

– И чем закончились осады? – Заинтересовался читающий книгу Кар.

– Как первые, так и вторые, сбежали от острова, солоно нахлебавшись и потеряв большую часть своих кораблей. – С явной гордостью в голосе протянул капитан. – Пускай наш флот и уступает в огневой мощи и численности кораблей флоту любой из империй, но мы компенсируем это опытными и обученными моряками, способными переломить ход сражения не только своей отвагой, но опытом и хорошей подготовкой. Еще ни один вражеский корабль не вошел в бухты наших городов.

Капитан указал пальцем на возвышающийся на скале форт с толстыми каменными стенами и мощными дальнобойными орудиями, установленными на вершине его башен. Одного взгляда в магическом зрении на это сооружение было достаточно, чтобы оценить всю силу заложенной в стены магической защиты. Лично на мой взгляд, пока эта цитадель охраняла вход в бухту, город и вправду был неприступен с моря. Вот только помимо уже привычных стихийных оттенков магии, в защите форта чувствовалась куда более близкая мне волна демонической магии из нижних пластов бытия. Я даже не поверил своим глазам в первые секунды, но, несомненно, демоническая энергия присутствовала в защитной схеме.

– Не удивляйся, Китан. Нагмар – это единственное государство в мире, где официально разрешено использование демонической магии и призыв сущностей с нижних планов бытия. – Заметив мой удивленней взгляд, пояснил Краснокожий гоблин. – В том же султанате или эмиратах, так же используют демонологию, но делают это тайно, стараясь не привлекать к себе излишнее внимание. Здесь же, на отрезанном от остального мира острове, демоническая магия, не только разрешена, но и стремительно развивается, образовывая целые школы и общества магов-демонологов.

– Не преувеличивай, гоблин. – Окрысился капитан. – Демоническая магия у нас и вправду разрешена, но практикующие ее чародеи находятся под чутким надзором компетентных органов.

– Чутким контролем?! – Прыснул от смеха Кар. – Зная власти острова, это утверждение звучит до безобразия смешным. Я, конечно, был здесь всего раз, но и этого за глаза хватило, дабы оценить специфику местного управления.

– А подробнее? – Заинтересовался я.

– Эмм… Да как тебе объяснить. – Почесал затылок гоблин. – Власть герцога на острове не абсолютна. После обретения независимости от единой империи, на Нагмаре, одно за другим, вспыхивали крестьянские и рабочие восстания, результатом которых стало урезание власти правящей династии и разделение ее между представителями различных сословий.

– Значит, герцог не является абсолютным владыкой в своей стране?

– Мы уважаем и почитаем его светлость, но все решения принимаются коллегиальным обсуждением с представителями всех сословий и каст. – Заметил Фухаст.

– Ага-ага. – Снова заржал гоблин. – Знал бы ты как члены династии местных царьков довольны подобным положением дел. Обсуждать ведение политики со смердами, которыми ты помазан богами править, то еще удовольствие. В действительности, на острове происходят постоянные стычки между лоялистами герцога и сторонниками местных самоуправлений. Ведутся подковерные интриги и политическая грызня между членами верхушки. А в действительности большая часть власти сосредоточена в руках членов адмиралтейств-коллегии, контролирующей все три флота острова и избирающей из своих рядов командиров эскадр. Именно они сосредоточили на себе управление главными силами Нагмара, а герцог и управленцы из народа располагают лишь наземными силами, состоящими из ополчения и небольших отрядов личной гвардии.

Капитан что-то тихо ворчал себе под нос, бросая злобные взгляды на краснокожего гоблина, но, судя по тому, что перебивать не стал, дела на острове обстояли именно так, как шаман и описывал. Мне откровенно было плевать на местные дрязги, кто и чем правил. На Нагмар мы заходили с совершенно определенной целью, никак не связанной с политикой. Я бы и вовсе избежал посещения холодного острова, но нам было необходимо набрать команду и гребцов для длительного путешествия, освободить рабов, оставшихся в трюмах «Пылающего Восхода», заправить маной двигатель, да пополнить запасы воды и продовольствия.

Как оказалось, пираты использовали гребцов на веслах, вовсе не из-за патологической жестокости, или ненависти к захваченным пленным, «хотя и этот фактор исключать нельзя», все дело было в магическом движителе, который потреблял просто безумное количество маны за каждый час своей работы. Как объяснили мне корабельные специалисты, даже самые современные и продвинутые движители с увеличенными хранилищами маны, были способны вместить энергию, не более чем, на двое суток непрерывной работы. Конечно, можно было попытаться использовать внешние дополнительные накопители, но в таком случае, была высокая вероятность утечки энергии и, как следствие, большого бума на корабле. А сама по себе подзарядка движителя занимала не только несколько дней непрерывной работы нескольких бакалавров, но и стоила целую кучу звонких золотых монет. В следствии этого, движители в мореплаванье занимали вспомогательную роль, когда было необходимо догнать жертву, или уйти от погони. В иных случаях моряки предпочитали использовать паруса и гребцов, куда менее эффективные средства, но значительно более дешевые и энергозатратные.

Пока я обдумывал полученную информацию, корабль миновал скальный выступ, на котором раскинулся форт и вошел в бухту. Порт Семонтина, второго по значимости города острова, особого впечатления на меня не произвел. Признаться честно, я ожидал куда большего от государства, связывающего свою жизнь с морем. Полтора десятка пирсов, два десятка складов на берегу, невысокая каменная башня, видимо использующаяся как фортификация портовой инфраструктуры, да грунтовые дороги, уходящие дальше в горы, туда, где на возвышенности начинались первые улицы города. Даже в Мирздаме порт произвел на меня куда большее впечатление, да и был он в несколько раз крупнее. Единственное отличие это то, что пирсы здесь были сложены из камня, но и это не красило город, лишь придавая ему эдакий оттенок суровости.

– Не впечатлены нашим островом, господин Китан?

– На архипелаге я встречал порты раза в три больше этого. – честно ответил я. – А ведь это была пиратская вотчина, но торговля там шла куда активнее.

– Семонтин – промысловый город. – Улыбнулся капитан. – Здесь в основном обитают рыбаки и китобои. Вон их посудины у причалов пришвартованы, те, что с тупыми носами и баллистами на пристройках.

Присмотревшись, я действительно обнаружил у пирсов целый караван данных судов. На многих копошились матросы, перетаскивая на пирсы бочки и ящики. Но внимание к себе привлекали вовсе не они, а стоявшее в отдалении промысловое судно, к борту которого канатами была закреплена туша морского зверя. Огромное, под тринадцать метров тело, буквально лоснилось жировыми прослойками, видимыми через серую, покрытую коралловыми наростами кожу.

– Вся торговля идет через порт столицы, расположенной на северной оконечности острова. Правда и там вы не встретите столь примечательного порта как на архипелаге. Все же Нагмар расположен в стороне от основных торговых путей от центрального к восточному материку.

Ловко маневрируя между кораблями в бухте капитан подвел нас к самому пирсу, где уже ждали местные работники, принявшие и закрепившие швартовые. Здесь во весь рост стало еще одно отличие от порта Мирздама. На пристанях отсутствовали толпы праздношатающихся бродяг, путан, воров и прочего сброда, которым был набит пиратский порт. Вместо галдящей толпы нас встречали трое заспанных стражника, лениво оглядывающих наше судно безразличным взглядом, портовый чиновник, да тройка грузчиков. Последние бросали жадные взгляды в сторону трюма, в надежде заработать пару-тройку лишних медяков на разгрузке.

– У нас есть план? – Поинтересовался подошедший Торрело.

Испанец был бледен и выглядел неважно. У нашего мечника разыгралась морская болезнь, значительно усугубившаяся, когда мы попали в шторм. Высокие волны кидали наш корабль словно щепку, бултыхающуюся в водах безбрежного океана. Качка была такой силы, что даже опытные моряки зеленели, держась при ходьбе за перила. Что уж говорить об испанце, который и передвигаться-то без посторонней помощи не мог. В итоге на Нагмар Торрело прибыл далеко не в лучшей форме, и теперь искал глазами ближайший кабак, где можно было принять на грудь лекарство от укачивания.

– Пока ты лежал на корабле в состоянии, близкому к коме, я как раз посвятил команду в ближайшие планы. – Улыбнулся я.

– Эээх, дьявол. Проклятая качка. В двух словах.

– Ну, если в двух… Мне нужно найти в городе одного демонолога, члена темного ковена, который должен передать мне одну вещь.

– Что за вещь?

– Без понятия. Знаю только, что она необходима для безопасного прохода по зараженной территории пустыни.

– Многовато я пропустил. – Через силу улыбнулся мечник. – Чем пустыня-то заражена?

– Не вся пустыня, а только отдельный отрезок пути, у самого храма единства.

– Храма…

– Торрело, не взрывай мне мозг. Я объясню тебе все, когда отчалим от острова, сейчас других дел всыше крыши.

– Ага, если только меня вновь не свалит морская болезнь.

Махнувший на прощание испанец, ушел в сторону ближайшего кабака. Попутно прихватив в качестве собутыльника Турмуна.

– Сегодня их можно обратно не ждать. Налакаются местной бормотухи и завалятся отдыхать под лавкой. – Заметила подошедшая Юн-Мин.

– Не важно, время есть, пускай отдохнут. – Пожал плечами я. – Капитан взял на себя подбор команды и переговоры с портовыми чиновниками, так что у нас есть отличная возможность решить свои вопросы.

От порта, расположенного на побережье бухты, к городу вела широкая каменная дорога, серпантином поднимающаяся в гору. К моему немалому облегчению, снова топать несколько часов в горы на своих двоих не пришлось. Быстро смекнувшие нашу цель стражники, подсказали, что к городу ходят рейсовые экипажи, готовые доставить пассажиров к жилым кварталам всего за пару медяков.

– Не против, если мы присоединимся?

В последний момент, когда мы уже собирались отъезжать, в экипаж влез краснокожий гоблин и Дон Джекил. Американец окинул обстановку брезгливым взглядом и отвернулся, уставившись в окно.

– Это я его вытащил с корабля. – Немного виновато улыбнулся гоблин. – Мне показалось, господин Дон немного заскучал на корабле. А город, пусть и такой невзрачный как Семонтин, способен развеять нахлынувшую меланхолию.

Юн-Мин тихо фыркнула, отвернувшись к окну. Гоблин еще раз виновато улыбнулся, жестами выражая извинения. Забавно, ведь помимо Камала, он был единственный в нашей группе, кто был способен выносить отвратительный характер американца и терпеть его тупые придирки. Все остальные уже давно посылали янки в далекую и беспросветную дыру, где не светит солнце. Сам Дон это, казалось, прекрасно понимал, но был попросту не способен усмирить свой скверный характер, раз за разом устраивая придирки к другим членам группы и выражая свое, далеко не самое адекватное и популярное мнение по любом вопросу, даже если совершенно в нем не разбирался.

– Лич еще не пришел в себя? – Поинтересовался шаман.

Сделал он это невзначай, как бы между делом, но обмануть меня ему не удалось. Гоблин буквально горел желанием пообщаться с личем на тему магии и перехода между мирами. Сперва, меня удивило его столь нейтральное отношение к твари, едва не уничтожившей как нас самих, так и земли, почитаемые народами коротышек как святыни. Но поразмыслив, я понял, гоблин был еще попросту молод. Мы воспринимали Кара, как могущественного шамана, совершенно не обращая внимания на то, что в сущности, он лишь недавно пересек черту подросткового возраста. Сейчас его мировоззрение делилось на черное и белое. Есть враги – это зло. Есть товарищи – они несомненно силы добра, посланные предками. Тот факт, что весь мир состоит из полутонов и вчерашнее зло временно может стать добром, а добро может сеять зло, он понимал разумом, но в силу возраста все еще не мог принять это душой. Именно по этому он куда легче остальных воспринял лича в своей группе.

– Все еще отходит после битвы с архимагом. Слишком много сил пропустил через себя, теперь страдает от отдачи.

Деревянные колеса, оббитые полоской металла, подпрыгивали на каждой кочке и неровности дороги, превращая наш путь в настоящий ад, состоящий из тряски и скрипа рессор. Каменная тропа, выбитая тысячами рук в незапамятные времена, и для пешего путника становилась непростым препятствием. Но находясь внутри подпрыгивающего на каждом выступе дилижанса, мы то и дело поскакивали на сидениях, впечатываясь головой в потолок. Спустя два часа, когда дилижанс, наконец, остановился у края дороги, и мы выбрались наружу, мотало нас не меньше, чем после штормовой качки посреди океана.

– Лучше бы я на корабле остался. – Сплюнул на землю Дон. – Эта помойка не стоит таких жертв.

Мы стояли на самом краю ровного, словно стекло, плато, на котором раскинулся город. Назвать Семонтин помойкой у меня бы язык не повернулся. Высокие стены, сложенные из циклопических каменных блоков, нависали над бездной, уходя к самому обрыву вертикальными откосами. Через каждые два десятка метров над стеной возвышались башенки с бойницами для отстрела. На их плоских крышах расположились баллисты, глядящие вдаль острыми жалами болтов. Выложеные из каменных блоков ворота, перекрывала кованная металлическая решетка, чьи прутья в толщину, достигали двух десятков сантиметров в обхвате. Одного взгляда на эти сооружения было достаточно, чтобы понять, город создавался для обороны. Здесь, на пронизанном всеми ветрами плато, Семонтин выглядел как неприступная твердыня, способная выдержать любой натиск. Сразу же вспомнились слова капитана, заявлявшего, будто этот город ни разу не смогли взять штурмом. Что ж, если это правда, то я легко мог в это поверить, глядя на столь удачное расположение города с точки зрения обороны.

Встречавшие нас у ворот городские стражники, были замотаны в шкуры зверей, из-под которых угадывались звенья кольчуги. Высокие, с длинными бородами и округлыми шлемами с защитой для глаз, они напоминали европейских викингов времен завоевания британских островов. Правда, для полной картины не хватало топоров да секир, вместо которых стражники были вооружены вездесущими копьями.

– Кто такие, откуда? – Ковыряя в зубах заточенной веточкой, поинтересовался стражник.

– Сам не видишь что ли? – Сварливо влез вперед Дон.

– Видеть вижу, понять не могу, чего вы тут забыли? – Не прекращая своего занятия, протянул страж. – В порту есть все необходимое – лавки, таверны, гостиницы. Чего вы в город претесь?

– А есть ограничения на въезд? – вскинул бровь я.

– Да боги с вами, какие могут быть ограничения? Оплатили положенную пошлину на въезд и свободны. Десяток медяков с носа и серебрушка за гоблина.

– А за гоблина почему серебряная монета? – Удивился Дон.

– Ввоз в город домашних животных оплачивается по отдельному тарифу. – Невозмутимо ответил страж.

– Домашних животных?! Слышь, кусок ты гов… – Начал было Дон.

Рванувший к нему гоблин, дернул американца за рукав, заставив замолчать. Очень своевременно, ведь в город попасть нам было просто необходимо, а затевать конфликт на ровном месте, означало бы немедленно покинуть остров, прежде чем власти бы схватились и перекрыли бухту.

– Здесь всегда так относятся к гоблинам, или это единичная особь? – Поинтересовался я у шамана, когда мы прошли через ворота.

– Нынешние жители острова – плоть от плоти выходцев из единой империи. В Нагмаре до наших дней сохранились идеи захвата и заселения всего мира людьми. Иные расы для них не более чем твари, от которых нужно избавиться для спасения мира. А гоблины… гоблины для них всегда занимали нижнюю позицию худших из нелюдей.

– Хм, я плохо знаком с вашей историей, но разве эльфы не сражались на стороне единой империи?

– Единая империя вела непрекращающиеся войны со всеми расами, стремясь их истребить не только на центральном континенте, но и во всем остальном мире. В конечном итоге, это, собственно говоря, и стало причиной ее развала. Значительно позже. Спустя десятки лет, когда восточная и западная империи грызлись между собой за власть, обе стороны стали привлекать в качестве союзников иные народы. Сами они были измотаны и обескрылены бесконечными войнами и набегами соседей, после которых остались лишь выжженные пепелища на месте цветущих городов. Так темные эльфы и гномы бились на стороне восточников, а светлые сражались в рядах армий западников.

– Так, а гоблин и Нагмарцы здесь при чем? – влез Дон.

– Нагмар для единой империи был перевалочным пунктом, где можно было скрыть флот в удобных бухтах, да скопить силы для колонизационных войн на восточном материке. Местные жители потомки тех самых колонизаторов, стремившихся истребить нечестивые, по их мнению расы, получи свободу от гнета центральной власти империи. В новых землях они видели для себя возможность начать сначала, переступив через своевольство монархов и опостылевших чиновников да аристократов. С тех пор прошли столетия, но Нагмарцы все еще привержены идеям колонизации новых земель и уничтожению нечеловеческих рас. За последние годы эта жажда немного угасла, притупляемая выгодной торговлей с иными народами, но в умах простого люда старые предрассудки так просто не изживаются.

За темной каменной аркой ворот нас встречали улочки Семонтина. Уже сейчас можно было говорить с уверенностью, местная архитектура кардинально отличалась от того, что я видел на архипелаге. Отличия крылись во всем, начиная с людей низкорослых, кряжистых, подтянутых, с мрачными лицами, замотанных в шкуры зверей, и заканчивая каменными зданиями. Последнее впечатляло особенно. Нет, то, что на острове были серьезные проблемы с древесиной, это понятно, но собрать весь город из каменных блоков – это мощно. Оставалось только догадываться, каких трудов стоило местным жителям выдалбливать, а затем переносить к месту стройки каменные блоки, из которых собирались дома.

Двигаясь по улочке, я впервые в этом мире почувствовал настоящее наслаждение от пешей прогулки. Наконец, под ногами был твердый камень тротуаров, а не расплывшаяся жижа грунтовых дорог, по которым было невозможно передвигаться после дождя. Дома здесь стояли плотно друг к другу, превращая улочки в узкие тропы, подготовленные для обороны города. Но на общий облик и удобства перемещения по городу, это не сильно влияло. Многочисленные арки, мостики, переходы, значительно упрощали передвижение, а указательные таблички, освещенные масляными фонарями, горящими даже днем, не дали заблудиться в этом каменном лабиринте.

– Далеко нам еще топать? – Поинтересовался Дон.

Американец был единственным, кого совершенно не впечатлил город. Он тащился за нами с кислым выражением лица, злобно зыркая по сторонам, полушепотом выплевывая ругательства на родном языке. Ни местные домики, ни высокие шпили храмов, ни защитные остовы фортов и бастионов, которыми, казалось, напичкан весь город, не производили на него ровным счетом никакого впечатления. Дон Джекил был зол на весь окружающий мир в целом, и нашу группу в частности, ведь именно мы вытащили его с корабля. Чем прозябание на борту корабля в порту лучше, чем прогулка по городу, он объяснить не смог. Зато в красках описал путь, по которому нам нужно идти далеко и надолго. В какой-то момент, даже терпеливая Юн-Мин не выдержала, отвесив американцу пендаль. Американец замолчал, выражая нам сою обиду, но быстро поняв, что того нам было и нужно, вновь открыл свой рот, видимо подготавливая длинную и проницательную речь.

– Нам нужен переулок «генерала Ван Иза», если верить указателям, мы почти на месте. – Ответил я, останавливаясь перед очередной табличкой. – Хм, западная часть города возможно где-то около городского арсенала.

– Восхитительно. Найдем мы этот переулок, может, наконец посвятишь нас в детали, что там необходимо сделать?

– Вам нечего?

Шедший позади нас гоблин усмехнулся, скосив взгляд на рассвирепевшего Дона. От лица американца можно было прикуривать. Вспухшие на лбу и шее вены свидетельствовали о крайней степени ярости, в которую постепенно начинал впадать наш товарищ.

– Да не бесись ты так. Я ведь уже объяснял, что заключил союз с одним из высших иерархов ковена. Он, конечно, преследует свои цели и интересы, но пока есть возможность нашими руками досадить неприятелям, он будет помогать. Здесь в Семонтине живет один из его людей, демонолог которому в руки попала интересная штуковина.

– Интересная штуковина?

– Старинная карта, с описанием ходов и помещений внутри храма единения богов.

– Какого еще нах… храма?

– Тебе бы рот с мылом вымыть, мудила. – Вздохнул я. – Слушать нужно было, когда я объяснял все на корабле. Думаешь, мы в пустыню султаната прогуляться идем?

– Спокойнее, Китан. И ты, Дон, не горячись, сам виноват, что пропустил все мимо ушей. – Примирительно поднял руки гоблин. – На месте, где сейчас располагается пустыня, между тремя частями султаната, раньше, еще до образования единой империи, находилось государство. Эдакий анклав, где были запрещены войны, и можно было свободно вести торговлю между различными расами. Это было еще до массового заселения нашего мира людьми, и начала непрекращающихся войн. Впоследствии, государство было стерто с лица планеты шедшими одна за другой войнами. Тамошние маги и воины дали достойный бой наступавшим армиям единой империи, обрушив на них всю свою мощь. А так как в том государстве было вполне законно использование темной магии, различные чернокнижники, некроманты да мелефики показали все, на что способны.

– Это они превратили ту землю в выжженную пустыню?

– Так гласит официальная история. – Хмыкнул Кар. – А если обратится к неофициальной версии, рассказываемой в простонародье, то пустыней те земли стали уже по окончанию войны. Единая империя желала стереть даже саму память о том государстве. Сильнейшие архимаги того времени, год за годом, накладывали на земли проклятия. Солдаты истребляли население, вырезая живущие там расы, тысячами, десятками тысяч.

– Жестоко.

– Есть такое. Да и откровенно многое у них получилось, ведь до наших дней не дошло даже название того государства. Лишь краткие описания тамошних писателей, поэтов, да музыкантов. Да и то, только скудные обрывки, сохранившиеся на чердаках крестьян и в частных коллекциях.

– А сам храм?

– По слухам, единый храм богов был едва ли не центом притяжения всех магов, мастеров и просто умельцев различных народов. Туда приносили подношения в виде артефактов собственного изготовления, образцов новоизобретенных заклинаний и прочие магические поделки, в большинстве своем, запрещенные к использованию в остальном мире. За многие годы подвалы храма стали настоящим хранилищем самых разнообразных реликвий. В легендах говорится, мол, последние из выживших храмовников наложили на стены собственного храма проклятие, заставив его пасть в песчаную пучину, навсегда покинув мир света.

– Это что значит?

– Без понятия. Так описывалось это событие в хрониках. Правда, писавший эти самые хроники автор, сам полагался на воспоминания своего раннего предшественника, чьи записи до наших дней не дошли. Да и написаны эти хроники были спустя полтора столетия, так что за достоверность не ручаюсь. Да и само существование храма ставится многими учеными мужами под большое сомнение. В пустыню отправлялось множество экспедиций, но ни одной из них не удалось обнаружить даже намеков на существование старинного строения.

Пока гоблин отвечал на уточняющие вопросы американца, мы вышли на городскую площадь. Семонтин не был густонаселенным городом, но то количество людей, что мы встречали на его улочках, подходило скорее какой-нибудь захудалой деревеньке, чем одному из крупнейших городов свободного герцогства. Это мнение изменилось, стоило нам только выйти на площадь. Ровная каменная площадка перед зданием магистрата была покрыта удивительными и необычными фресками, выложенными из разноцветной мозаики. Чего там только не было: от охотничьих птиц и крупной рыбы, до изображений монументов и башен. Заполнявшие площадь толпы людей, совершенно не обращали внимания на красоту у себя под ногами, топая, крича, размахивая руками. Все их внимание было сосредоточено не трибуне перед входом в магистрат, где в данный момент выступал пухленький человек, зачитывающий со свитка у себя в руках какую-то речь. Что конкретно он вещал, было совершенно невозможно расслышать, но судя по гомону толпы, люди были просто в бешенстве. То и дело, мужчины вскидывали кулаки, громко и яростно выкрикивая угрозы. Кому они угрожали, и что вызвало их гнев – понять было трудно.

– Успокой меня, Китан, скажи, что нам не на ту сторону. – Вздохнул шаман.

– Увы, если верить указателям, переулок где-то на противоположной стороне площади.

Пока я, застыв на месте, размышлял, как нам пересечь площадь, события стали разворачиваться совершенно непредвиденным образом. Толпа, по всей видимости, дошла до кондиции в своей ярости. Помимо яростных криков, из гущи людей, в оратора на трибуне полетели камни. Один из них, брошенный меткой рукой, попал пузану прямо в лоб, от чего тот, взмахнув руками и выронив свиток, стал заваливаться на спину, вереща тонким голосом. Выскочившие на трибуну стражники, закрыли его щитами от толпы, медленно отступая к входу в магистрат.

– Долой указы этого выродка! Мы сами на своей земле будем решать, как нам жить и какие законы выполнять.!

Пожилой щуплый мужчина с проплешиной волос на темечке, с яростью на лице и ниткой слюны на губах, выкрикивал оскорбления всего в метре от нас. От переизбытка чувств, он подпрыгивал на месте, размахивал руками, словно желая поделиться переполняющими его эмоциями со всеми вокруг.

– Эгей, почтенный.

Шагнувший вперед Дон, схватил крикуна за плечо, развернув его к себе лицом. Щуплый так удивился, что даже перестал горлопанить, непонимающе уставившись на американца.

– Не подскажешь, что здесь происходит и по какому поводу митинг собрался?

– А..ээ, чавось собрался? – В растерянности завращал глазами крикун.

– Люди зачем на площадь вышли? Что там пузан вещал?

– Не местный что ли? – С подозрением спросил щуплый. – Из империи небось?

– Торговцы мы, с архипелага приправы на продажу к вам привезли. – Мгновенно нашелся я. – Этих имперских свиней сами не любим.

– Аааа. Да герцог, собака эта бешеная, выпустил поутру декрет, со сводом новых законов.

– И?

– Чагось и? – Рассвирепел щуплый. – Он решил в одно рыло заключить союз с западной империей. Понимаешь, союз.

– Объясни толком, почему это вызвало такое возмущение среди жителей? – Вышел вперед я.

Щуплый объяснять не хотел, сверля нас враждебным взглядом, он слюнил мне под ноги, юркнув в толпу, видимо опасаясь ответа.

– Герцог не абсолютный властитель острова, господа. – Внезапно вышла к нам немолодая женщина, с седыми волосами, выбивающимися из-под косынки. – Любые решения о внешних связях должны приниматься и утверждаться собранием народных представителей. Его светлость наплевал на этот закон, приняв единоличное решение и выпустив вдогонку свод новых законов, существенно ограничивающий полномочия народных представителей. И словно этого мало, он требует роспуска отрядов городского ополчения, подчиняющихся советам городов и общин.

Поблагодарив добрую женщину, мы двинулись в обход площади. Пытаться протиснуться сквозь бушующую толпу, было бы безумием и не факт, что мы смогли бы выйти с другой стороны. Помню как-то в детстве, мы с родителями попали в круговорот толпы во время празднования нового года. Я тогда был совсем еще ребенком, но прекрасно помнил, что выбраться от туда, нам удалось только каким-то чудом. Спокойная толпа это еще ладно, но если люди испугаются, запаникуют и бросятся бежать, то они словно стадо буйволов затопчут любого упавшего на землю. В особенности низкорослых, вроде нашего гоблина, по физиологическим причинам, не способного поддерживать достаточный темп бега и возможности работать плечами.

До нужного места мы добрались только через час, когда солнце уже постепенно стало клониться к закату. По пути нам встречались разношерстные группы местных жителей. Часть из них была вооружена различными инструментами сельского быта, в виде граблей, лопат, мотыг. Люди останавливались, переговариваясь друг с другом, тревожно поглядывая по сторонам. Градус напряжения на улицах рос в геометрической прогрессии и мне это катастрофически не нравилось. Стоило поскорее заканчивать здесь свои дела и покинуть город и сам остров. Влезать в местные разборки, желания совершенно не было.

Тупик имени генерала Ван Иса встретил нас тишиной. Это было небольшое ответвление от спального квартала, где проживали люди чуть выше среднего класса. Красивые и ухоженные домики, уютные дворики, аккуратно подстриженные клумбы, разбитые в нанесенной сюда земле. Здесь было тихо и спокойно, словно вся суета города осталась где-то за чертой этого переулка, наполненного спокойствием и умиротворением.

– Нумерация домов здесь отсутствует, как мы найдем нужный? – Поинтересовался Дон.

– Нам нужен дом с белым альбатросом, изображенным на входной двери. – Кивнул я в сторону нужного строения.

– Ого, а местный почитатель ковена неплохо устроился! – Оценил гоблин.

Тут он, конечно, был прав. Дом с белой птицей на входной двери был самым большим и зажиточным в переулке. Более того, он был единственным здесь, имеющим, пусть и небольшой, но собственный дворик. Для узеньких улочек Семонтина, где места едва хватало разойтись двум прохожим, это была самая настоящая роскошь.

Дернув на себя калитку, я прошел по дорожку, двумя пальцами стукнув в толстые доски входной двери. В следующий миг я отпрыгнул назад под заливистый хохот шамана. Нарисованная на двери птица, внезапно извернулась, издав пронзительный крик.

– Да кого там еще нелегкая принесла?

Из открывшейся двери показалась голова старухи. Осмотрев нас с головы до ног, она задержала злой взгляд на гоблине. Губы женщины искривились в гримасе и она с отвращением процедила.

– Все демоны и их шлюхи, зачем вы притащили к порогу уважаемого дома эту краснокожую шавку? Проваливайте в подводную бездну, пока я не кликнула городскую стражу.

– Полегче, старуха, мы пришли к господину Ил-моо.

– Еще скажи, что он ждет тебя, оборванец. – Презрительно кинула она мне. – Забирай своего выродка и проваливай отсюда!

Женщина попыталась хлопнуть дверью, но я не дал ей такой возможности. Спартанским ударом распахнув дверь, я вошел в помещение, помахав стонущей на полу старухе. Никогда не любил подобных индивидуумов. Если к большинству с годами приходит мудрость, то к таким экземплярам с годами только липнет зараза в виде сконцентрированной ненависти ко всему, что, по их разумению, ниже их великого достоинства.

Вот только старуха, совершенно не растерялась, перевернувшись на спину, она оскалила в улыбке свой беззубый рот, сверкнув глазами.

– Горячий мальчик. Ворваться в дом почтенного чернокнижника, это нужно быть либо безумцем, либо уверенным в своих действиях человечком. Видать от ковена пришел, а?

– Вроде того. – Пожал плечами я.

– Сразу бы сказал. – С кряхтением она встала на ноги. – И чего вас всех принесло к моему хозяину в один-то день? В ковене аншлаг – члены выбрали наш морозный остров как место паломничества?

– Всех? В дом приходил еще кто-то из ковена?

– А то, и сейчас они здесь, значит, ждут хозяина. – Распахнула глаза старуха. – Я, было, решила, вы вместе.

Ответить я не успел. С лестницы, ведущей на второй этаж дома, раздался цокот каблучков, вслед за которым появились ножки, прикрытые подолом ярко сиреневого платья, украшенного многочисленными рюшечками.

– Леди Со-зии, не ожидал вас здесь увидеть.

– А я напротив, ждала только вас. Ну-ну, не стоит так мрачно смотреть на меня. Во мне все еще теплится надежда, видеть в вас друга, а не соперника. Неужели мое общество вам так в тягость, что вы готовы грубить своему другу?

– Смешно слышать подобные слова, после того, как вы подставили меня в Мирздаме, отправив за решетку и повесив на меня через подкупленных следователей обвинения в массовых убийствах.

– Вынуждена признать, это был далеко не лучший план завоевать твое доверие. – Сделала виноватое личико женщина. – Идея заключалась в том, чтобы создать тебе проблемы, после чего самим же их благородно решить. Не суди строго, я не участвовала в составлении этого плана, или, точнее сказать, мне его навязали. Не знаю, есть ли тебе разница, но уверяю, я была против этой глупости.

– Плевать. Зачем ты здесь?

– За тем же, зачем и ты. Надеюсь, мой друг не тешил себя мыслью, будто о его маленьком заговоре с ционом Ша-вии не будет известно в ковене?

– Карта наша. Или ты собралась ее отобрать силой Со-зии?

– Боги, неужели ты поднимешь руку на женщину? – Притворно испугалась она. – Не переживай, в данный момент, у нас с тобой нет точки раздора. Чернокнижника в доме нет.

– Хозяин уехал еще вчера на собрание своей группы единомышленников. – Вставила старуха, переводя заинтересованный взгляд с меня на Со-зии. – Должен вернуться к полуночи. Если вы готовы подождать, я заварю вам чай.

В этот момент, где-то в городе раздался взрыв, и опускающиеся на город сумерки развеяло зарево пожара.

Глава 2. Объятый пламенем город.

Пламя пожара в северной части города с каждой минутой разгоралось все сильнее. Поднимающийся над крышами домов едкий черный дым, уже заволакивал собой половину неба, медленно расширяясь и наступая на город черным фронтом. Не смолкающий набат предупреждал жителей не покидать свои дома, но его мало кто слушал. Улицы были заполнены вооруженными отрядами горожан. Одни со всех ног спешили к центру, другие не покидали своей улицы, сооружая баррикады из подручных материалов.

Кряжистый мужчина с пышной неаккуратно подстриженной бородкой закинул мешок с камнями на телегу, которой с приятелями перекрыл поперек улицу. Он оценил нас подозрительным взглядом, видимо понимая, что мы не местные, но связываться не решился, так как его приятели сейчас были заняты, выбивая двери в мясную лавку.

– К полуночи полыхнет здесь знатно, если городская стража не сможет взять ситуацию под контроль. – Напряженно заметил гоблин. – Нужно выбираться из города, прежде чем толпа озвереет, и начнутся погромы.

– Нужно, конечно. – Кивнул я. – Только солнце уже зашло, ворота закрыты и можно быть уверенными, что охраняются они усиленными отрядами стражи, с приказом «никого не выпускать и никого не впускать в город».

– Совсем сбрендил? Предлагаешь переждать ночь в охваченном мятежом городе?! – Заорал Дон.

– Завали, дятел! – Юн-Мин ткнула его пальцем в бок и американец охнув, согнулся пополам. – Если у тебя есть гениальные предложения, выкладывай или заткнись, на нас уже косятся.

– И че?

– И то. Как ты сам сказал, мы в городе, охваченном мятежом. Вот только местные себя мятежниками не считают, приписывая это герцогу и его своре. А теперь пошевели мозгами, что с нами сделают, если ты продолжишь, идя по улице, орать о мятежниках захвативших город.

Местные отряды и впрямь остановились, услышав крик Дона. Лохматые мужики, сжимая топоры да мотыги, переглядывались между собой, явно не совсем понимая, на чьей мы стороне. Пока им не пришло в голову, что мы иностранные шпионы герцога, посланные на улицы сеять смуту, я быстро увел группу на параллельную улицу. Идти пришлось узкими переулками и полупустыми улочками, не интересующих местных жителей в качестве очага обороны. Спустя десять минут я порадовался, что решил уходить в южную часть города. Здесь не было ни арсеналов, ни правительственных зданий, так что отрядов местных или городской стражи на пути мы почти не встречали, только насмерть перепуганных женщин или стариков, со страхом глядевших нам вслед из окон домов.

– Какие интересные у тебя спутники, Китан. – Нагнала меня Со-зии. – В твоем родном мире все такие странные как этот… хм, Дон, если я не ошибаюсь.

– Не все. Дон особый экземпляр в любом из миров. – Хмыкнул я. – Долго ты еще собралась таскаться за нами?

– Неужели ты бросишь беззащитную леди одну в охваченном мятежниками и мародерами городе?

– Уверен, ты бы не сунулась сюда она. Где-то в городе тебя дожидается отряд твоих дружков из ковена.

– Может быть. Вот только добираться до них долго, да и опасно идти женщине одной через весь город.

– С нами тебе не безопаснее. Вали отсюда нах.. пока я не всадила тебе нож в глотку. – Зыркнула на нее Юн-Мин.

– Милочка, ты бы…

– Замолчи. – Перебил ее шаман.

Гоблин замер на месте. Его уши шевелились, лицо приобрело сосредоточенное выражение, желтые глаза словно светились в темноте.

– Впереди толпа человек в сорок, все вооружены и двигаются в нашу сторону.

Это было, мягко сказать, хреново, учитывая, что стояли мы на улочке, где не было ни ответвлений, ни подворотен. Дома здесь стояли плотно друг к другу, образовывая с обеих сторон подобие монолитной стены со множеством входных дверей и узеньких окон, скорее смахивающих на бойницы. Бежать назад, в надежде добраться до переулков, за которыми находился центр города, было не менее самоубийственно, от туда уже раздавались звуки схватки.

Ускорив шаг, мы двинулись на встречу наступающей толпе, в надежде найти в сплошной стене жилых домов место, где можно было укрыться. В такое время, когда вокруг начинаются погромы и шастают отряды мародеров, стучать в двери в надеже найти укрытие в домах, было глупо, жильцы не пустят в свой дом незнакомцев, по крайней мере, не в эту ночь.

– Нужно стучать в двери, по улице не уйдем. – В панике крикнул Дон.

– Да не откроет тебе никто! Побереги дыхание и лучше поршнями своими шевели! – Отозвалась Юн-Мин.

– Плевать, окно выбьем! – Не унимался он.

– Ага, там тебя и приголубят чем-нибудь тяжелым. – Хмыкнул гоблин.

Наконец, спустя еще сотню метров пустынной улицы, впереди показался перекресток, но не успели мы обрадоваться, когда из-за поворота улицы выскочило четверо закутанных в доспехи бойцов. Окровавленные лица, трясущиеся руки с зажатым в ладонях оружием, вмятины на доспехах, все говорило, что парни едва выскочили из мясорубки. Но самое интересное, на них была форма вовсе не городских стражников, а одного из армейских подразделений Нагмара, а может быть и гвардии какого-то местного аристократического дома. Парни направили на нас оружие, но в их взглядах скорее читалась безысходность, чем решительность.

– Может миром разойдемся, парни? Мы не с мятежниками, просто хотим пройти. – Как можно спокойнее сказал я.

Стражники нерешительно переглянулись, но заметив вспыхнувший у меня в ладони огонек магии, тут же бросили копья на землю и со всех ног рванули дальше по улице.

– Ха, трусы! – Улыбнулся американец.

Улыбка с его лица тут же сползла, ведь с той стороны перекрестка, показалась огромная толпа. Шедшие впереди мужчины, держали на вытянутых руках три пики, на жала которых были насажаны человеческие головы. Это обстоятельство, видать сильно морально воздействовало на окружающих «знаменосцев» людей. Из толпы доносились крики ярости вперемешку с ликованием. Толпа жаждала крови и искала себе новых жертв.

– К стене, живо! – Рыкнул гоблин.

Сам шаман, подскочив к краю дороги, сложил пальцы домиком, создавая заклинание. Его кисти окутал сизый туман, кружившийся пару секунд затем просто опустившийся и впитавшийся в камень.

– И что? – Не понял Дон. – В чем смысл?

Ответ на его вопрос последовал достаточно быстро. Камень под нашими ногами дрогнул. Во все стороны пошли трещины, пол лопнул, открывая расщелину, из которой словно эскалатор вышла ступенчатая дорога, поднявшаяся до самой крыши здания.

– Ого, очень эффектно! – Оценил я. – Поделишься заклинанием?

– Зачем, ты ведь некромант, а для этих чар необходимо иметь сродство с землей.

– Ну так, на будущее, может пригодиться.

Раскрывать гоблину свои способности к резонансу, я не стал. Доверие доверием, но и сохранить на черный день туз в рукаве – никогда не будет лишним.

Бамс!

Удар в затылок застал меня врасплох. В глазах потемнело, я сделал шаг вперед, стараясь сохранить равновесие. Мир вокруг вращался, к горлу подступал комок тошноты, ноги, подрагивая, едва удерживали тело в равновесии.

– Тащите его наверх! – Донесся до меня голос гоблина.

Меня подхватили под руки, потащив по каменной лестнице. Едва переступая ногами, спотыкаясь на каждой ступеньке, я еле смог добраться до пологой крыши здания, где тут же развалился, переводя дыхание. Глаза жгло, горло саднило, а затылок ощущал нечто влажное и липкое, растекающееся по шее и верху спины.

– Отойдите, я наложу заклинание.

Сознание затопила волна света, прогоняя боль и усталость. Тошнота отступила, сознание прояснилось, сфокусировалось зрение, позволяя рассмотреть окружающую обстановку. Юн-Мин протянула мне руку помогая подняться. Рядом на коленях стоял гоблин, в его руках медленно распадалось использованное заклятие исцеления.

– Они сейчас сюда поднимутся.

Крик Дона заставил меня окончательно прийти в себя. Над краем крыши показалась человеческая голова с перекошенной яростью мордой. Открывшийся рот пытался что-то прокричать, но подскочившая к откосу Со-зии, без всякого стеснения ткнула прямо в нос острым носочком туфли. Морда с ревом скрылась с поля зрения. Раздавшийся оглушительный ор толпы подтвердил, что подобные действия они не оценили. В следующий миг женщине пришлось ласточкой нырнуть на крышу, прикрывая голову руками. Пара десятков камней, запускаемых снизу, застучала о черепицу.

– Лезут. – Глянул с краю крыши шаман. Его рот растянулся в довольной улыбке. – Очень хорошо!

Под домом собралась толпа, человек в шестьдесят. Одни размахивали руками, посылая в нашу сторону проклятия, называя лоялистами герцога. Другие ползали по земле в поисках подходящих камней, которыми они пытались сбить нас с крыши. Третьи, сплошным потоком лезли по каменным ступеням, созданным магией гоблина. Если они прорвутся на крышу, сдержать без применения боевой магии всю эту толпу будет не просто. Вот только гоблина вся эта ситуация похоже только веселила. Он с улыбкой наблюдал, как люди поднимаются по ступеням. Еще пара секунд и первые уже взберутся к нам. Когда ладонь самого шустрого схватилась за край карниза, шаман хлопнул в ладони, и лестница осыпалась на землю каменными обломками, увлекая за собой десятки вопящих людей.

– Здесь им не подняться. – Хмыкнул гоблин.

– Это, конечно, хорошо, но нужно уходить, пока они не нашли обходные пути, например, через помещения одного из домов. – Заметила Со-зии.

Предложение было здравым. Упавшие люди и их товарищи, явно были не в восторге, что жертвы, до которых они почти дотянулись, не только оказали сопротивление, но и почти улизнули от их «праведного» гнева. Толпа в ярости ревела, летящие снизу камни, рикошетили о выставленный мной защитный кокон и падали обратно, частенько попадая в головы прыгающих внизу людей. Это только добавляло ненависти толпе, заставляя людей окончательно потерять голову от гнева. Один мужик, в избытке чувств и не имея возможности добраться до нас, стал биться головой о стену, выкрикивая безумные фразы, вперемешку с обещаниями нас четвертовать, колесовать, расчленить. Другие, более сообразительные, разбили окна на первом этаже, ломонувшись внутрь дома. Они явно решили попасть на крышу через чердак. Дожидаться их мы, разумеется не стали, рванув вперед по улице и перепрыгивая с одной крыши дома на другой. Благо они стояли почти вплотную друг к другу, что делало передвижения относительно безопасным.

Как оказалось, мы выбрали верный, а может и единственный возможный способ передвижения по городу. Внизу на улицах, царил самый настоящий ад. Люди резали друг друга почем зря. Банды мародеров, шныряли по городу, вламывались в дома, выбивали окна, разламывали мебель, тащили ценности и насиловали женщин. Над кварталами поднимались крики с призывами о помощи, заглушаемые воем боли и яростью схваток. Последние происходили постоянно. При чем, понять, кто с кем бьется, было просто невозможно.

Улицы Семонтина были залиты кровью его жителей. Сторонники самоуправления бились с лоялистами. Когда на одной улицы простые жители молотили себя стенка на стенку, на соседней – шла жаркая схватка между хорошо вооруженными отрядами. Полсотни бойцов штурмовали баррикаду, охраняемую двумя десятками городской стражи. Свистели стрелы, раздавались гулкие удары о щиты, звенела отборная брань. Одни лезли вперед, стараясь проломить баррикаду, растащив телеги, отгоняя противника копьями. Защищающиеся, посылали стрелы и болты, но против превосходящих сил не тянули, постепенно шаг за шагом отступая от оборонительной линии.

– Ого, а это что за мерзость? – С отвращением едва не плюнул Кар.

В рядах защитников полыхнуло багровым пламенем, раздался мерзкий, нечеловеческий вопль и на баррикаду сигануло лохматое существо, отдаленно похожее на обезьяну, с длинными лапами и закрученными на манер тигриных когтями. Один вид этой твари внушал ужас и отвращение. Штурмующие баррикаду бойцы, сперва остановились, а затем стали медленно отступать, со страхом глядя на лохматую тварь. Мне хватило одного взгляда, чтобы опознать в твари демона из нижних планов бытия.

– Двинутые на голову Нагмарцы. Разве можно позволять развиваться на своей территории такой мерзости? – В ярости прошипел гоблин.

– С чего они вообще позволили чернокнижникам практиковать свое искусство на острове? – Поинтересовался я.

– Да это… старые порядки. Нагмар был частью единой империи, где на вполне законных основаниях, применялась и развивалась темная магия. Не то что бы она была в почете, особенно в народе, но многие аристократы и даже некоторые императоры баловались темными искусствами. Ну а после распада империи и разразвившейся череды войн, где темные искусства сыграли одну из ключевых ролей, их стали повсеместно запрещать. За исключением, разумеется Нагмара, который и раньше был обособленным островом, с собственной «экосистемой». А уж после распада империи и вовсе стал государством-затворником.

Между тем, события на улочке развивались с пугающей скоростью. Прыгнувший вперед демон, ударом лапы снес голову одному из бойцов, рывком челюсти оторвал ногу второму и ударом хвоста рассек лицо третьему. Два арбалетных болта, выпущенных отступающими бойцами, тварь даже не заметила, лишь предвкущающе оскалившись и махнув хвостом. Демон бы поставил точку в этом противостоянии, если бы у другой стороны не оказал свой маг. В момент очередного рывка тварь на всем ходу, врезалась рылом в лазурную гладь водного щита. Оглушенный, не понимающий что произошло демон, завертел головой, когда ему в грудь врезались две голубые капли, рванувшие, словно мешок с динамитом. Баррикаду начисто снесло, освободив все пространство улицы. Но демон все еще был жив. Истекая кровью, он ревел, размахивая когтями и разбрасывая во все стороны шипящую кровь из чудовищных ранений. Его единственный уцелевший глаз метался в поисках причинившего ему боль мага.

Сам водный маг не стал скрываться. Выйдя вперед он выставил в сторону демона руки с раскрытыми, на манер цветка, ладонями. Вокруг его рук стали собираться крохотные шарики воды, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах и приобретая ярко голубой цвет. Вот только и демонолог не сидел, сложа руки. За спиной демона возник толстячок в сером камзоле с густой бородкой. Луч багрового пламени, словно поводок, окольцевал шею демона, вмиг забывшего о своей ярости. Раны на его груди, стали быстро затягиваться, а шерсть твари, покрылась багровыми всполохами, в которых чувствовались отблески охранительных чар. Столкновение водной боевой магии и демона озарилось грандиозным фейерверком. Вся улица погрузилась в сияние пожирающей друг друга магии, в небо ударил столп сизого дыма, раздался леденящий вой умирающей твари.

– Идем, не хватало только, чтобы нас задело.

Мне пришлось повторить дважды, так как мои товарищи стояли, с открытыми ртами наблюдая за буйством сил. Даже привыкший к магии шаман, не сводил взгляда с поединка, видимо обучаясь на чужом опыте. Что же, эти двое колдунов и вправду были неплохими боевыми магами. На всякий случай, я запомнил каждое из примененных ими заклинаний. Как говориться, на всякий случай.

Своей целью мы выбрали северные ворота города. Как заявила нам Со-зии, это место находилось на достаточном удалении от большинства военных объектов и зачастую охранялось значительно хуже, остальных входов в город. Да и нужный нам чернокнижник, если верить домохозяйке, отбыл на собрание именно на север, где в пяти-шести километрах от города, располагалось место совета их общества.

Передвигаться даже по крышам было не просто. Ночь была светлая, на небе ни облачка и обе луны, очень хорошо освещали землю, давая возможность особо метким воякам, с высокой точностью посылать в нас стрелы. Подобная стрельба – полбеды, ведь от стрел можно было легко укрыться за созданным мной барьером. Но когда мы уже расслабились и впереди показались высокие арочные створы северных ворот, с отстрелочной площадки каменной башни прилетел болт. Сама башня поднималась над стеной и служила отличной площадкой для обзора городской стражи, чьи казармы расположились как раз у основания стены. Посланный сверху болт пригвоздил бы Дона грудью к крыше, ведь мой щит не защищал пространство сверху. Только каким-то чудом, извернувшаяся в прыжке Юн-Мин, прямо из воздуха выхватили смертельный подарок, переломив толстое древко на глазах смертельно побледневшего Дона.

Улицы города с каждым часом все сильнее и сильнее погружались в пучину кровавой резни. Отряды воинов различных политических сил, рубили как друг друга, так и местных жителей. Последние нисколько не отставали от бойцов, вооружившись чем попало, они сбивались в кучки, вступая в схватки с первым, кто попадется им на пути. Если изначально это было противостояние между лоялистами и сторонниками самоуправления, то теперь складывалось впечатление, что все рубят всех, не разбираясь, кто свой, а кто может и чужой.

Лишь в нескольких районах мы заметили уголки относительного спокойствия. Там, где городские стражники смогли навести порядок и, объединившись с жителями тех районов, теперь обороняли баррикады от банд мародеров и любого, кто пытался прорваться на ту территорию. Спускаться вниз и подходить к баррикадам мы не стали, поскольку не было уверенность что нас пустят переждать ночь, а не нашпигуют стрелами, приняв за мародеров или иностранных подстрекателей бунта. Лучше было бы рискнуть с северными воротами, к тому же, как верно заметила Со-зии, не факт, что бунт утихнет к утру. Да и победители, запросто могли устроить расправу над иностранцами при помощи публичной казни так называемых «шпионов», дабы остудить пыл разгоряченного народа.

Благодаря магии гоблина и перекидываемым им каменным мостикам, широкие переходы между крышами домов с одной улицы на другую не представляли для нас значимых проблем. С каждой минутой мы все ближе подбирались к северным воротам, где активность мятежников и банд была минимальной. Здесь, в северной части города, в казармах разместились части сразу двух пехотных полков. Именно они смогли в сжатые строки установить контроль над северными кварталами, заняв оборонительные позиции.

– Почти добрались. – Улыбнулся гоблин, глядя на толстую кованую решетку, перекрывающую выход из города. – Остался последний переход, и сможем выбраться из этого сумасшедшего города.

– Не вижу поводов для радости, гоблин. – Скептически скривила личико Со-зии.

– Неужели? Ты бы предпочла остаться в этой дыре? – Завелся с пол-оборота Дон.

– Я бы не назвала Семонтин такой уж дырой. Знал бы ты, какие мерзкие захолустья есть в нашем мире. В сравнении с ними, этот городок – настоящий подарок богов. – Вздохнула женщина. – А на счет радости… я погляжу на твое лицо, когда ты будешь объяснять стражникам и пехотинцам, зачем иностранец пытается покинуть город в разгар бунта!

– А разве и так не ясно? Выбраться из этого гребанного города, пока нас не перерезали всех.

– Хех, это для тебя может быть понятно. А вот для стражников такое поведение может показаться, мягко говоря, подозрительным. Если тебя не прирежут в целях безопасности, это уже будет чудо. Скорее всего, стража нас скрутит и бросит в ближайший подвал до выяснения обстоятельств, так сказать. И скорее всего еще и отмудохают, для профилактики.

Я хмыкнул, разделяя мнение Со-зии. Соваться к северным воротам, в надежде что нас вот так запросто выпустят из города, было попросту глупо. Единственный, на мой взгляд, возможный вариант, это прорываться из города с боем, попробовав захватить ворота. А это зависело от того, сколько сил городской стражи и армейских подразделений их охраняет.

– А мы не можем просто перелезть через стену? Наш краснокожий шаман делает прекрасные лестницы из камня. В чем проблема? Сделаем одну такую на подъем и одну на спуск.

– Не выйдет. – Мотнул головой гоблин. – Стены города защищены мощной магией. Защитные контуры в стене выстраивали в течении многих годов, если не десятилетий. Так просто обойти эту магию не выйдет.

– Точно. Именно поэтому нам придется спуститься здесь и дальше двигаться к воротам уже по земле. – Заметил я.

– На кой? По крышам куда безопаснее!

– Мне нужно подготовиться к возможным неприятностям у ворот. А дальше, вполне возможно, больше не будет целой груды мертвых тел прямо по центру улицы. – Мрачно усмехнулся я.

– Ты имеешь ввиду…

Американец переводил растерянный взгляд с меня на покойников под стенами дома. Наконец, он понял. Его лицо побледнело, скривившись в гримасе отвращения. Он уже открыл было рот, собираясь выдать осуждающую тираду, но внезапно замолчал, бросил еще один взгляд в сторону ворот и сплюнув отошел в сторону.

Спустившись вниз, я начал подготовку к ритуалу, создавая необходимые структуры заклинаний, наполняя их своей маной. К счастью, недостатка в некроэнергии в городе не было. Улицы буквально были наполнены силой смерти и все что оставалось сделать некроманту, это собрать ее, направив в нужное русло. Чем, собственно, я и занимался последующие пятнадцать минут. Наконец, закончив последний штрих, я активировал свою магию, вкладывая в мертвые тела заклинания. Мгновение-другое и конечности погибших зашевелились. Тела стали подниматься, одно за другим, глядя на мир горящими изумрудным пламенем глазами.

– Интересуешься? – Повернулся я к внимательно наблюдавшему гоблину.

– Вроде того. – Оскалил клыки в улыбке краснокожий коротышка. – Впервые вижу некроманта за работой так близко. Вашего брата в мире не так много и встретить живого некроманта, да еще не враждебно к тебе настроенного, сложно. Учитель как-то рассказывал о повелителе мертвых, посещавшем наши степи, но это было так давно, что лишь такие старики как он помнят.

– Твой наставник шаман земли?

– Он повелитель элементалей грома. Это направление шаманизма в народе Налача встречается даже реже, чем повелители духов земли. А уж наставник… – Гоблин вздохнул, отойдя в сторону.

Пусть самому Кару я доверял, понимая, что тот вклад, который он внес для выживания всей группы землян. Но вот его наставник был фигурой интересной. Что ему было от нас нужно и каковы его конечные цели, я пока понимал плохо, от того и пытался собрать любую крупицу информации о нем.

К северным воротам мы вышли только через час, когда первые лучи восходящего солнца уже осветили пропитанный кровью и смертями город. Пришлось обойти через крыши пару блокпостов устроенных стражей. Нас, разумеется, заметили, обстреляв из арбалетов, но преследовать не стали, видимо опасаясь отходить далеко от защитных сооружений и основных сил. Сегодняшняя ночь научила людей осторожности.

– Их здесь не многовато? – Нервно хихикнул Дон.

Понять его можно было, учитывая, что ворота охранялись тремя полными десятками полковых бойцов, усиленных двумя боевыми магами. Да и в отстрелочных башнях сидело неизвестное количество арбалетчиков. Биться в лоб с этими ребятами – то еще удовольствие. Да и нам совершенно не нужен был этот бой, все чего мы хотели – это покинуть город как можно скорее.

– Попробую выйти договориться с ними. – Вздохнул я.

– Давай я. Без обид, но защита у меня все же получше будет. Некромагия слишком медлительна, если за тебя возьмутся оба боевых мага, рискуешь не уйти. – Встревожено предложил Кар.

– Ну да, гоблина они будут рады видеть. Особенно с отношением к твоей расе у местных. Я хочу выбраться из города, а не устроить бойню.

– Разумное желание. Вон твоя узкоглазая подруга уже сбежала, пока вы тут болтали. – Хихикнула Со-зии.

– Сбежала и сбежала, тебе-то какое дело? – Исподлобья глянул на нее Дон.

В отличии от хозяйки борделя, американец в Юн-Мин не сомневался, зная, что девушка пошла занимать наиболее выгодную позицию для атаки. Что-что, а взаимопонимание между членами нашей группы было на высоте. Годы, проведенные в одном «аду», коим мы называли проклятые леса, сближают.

Выйдя из-за дома, я направился в сторону ворот, стараясь держаться по центру улицы так, чтобы можно было хорошо разглядеть, что в руках у меня нет оружия. Как и следовало ожидать, при моем приближении бойцы напряглись. Часть из них отошла к воротам, приготовившись занять оборонительный рубеж между караулкой и подъемным механизмом. Ко мне вышли трое, один из которых имел нашивку в виде двух малых сплетенных между собой кругов, что идентифицировало его как командира десятка или десятника.

– Стой, парнишка. – Зычным басом сказал командир. – Давай-ка разворачивай и топай обратно. До особого распоряжения выход из города перекрыт. Если ищешь безопасное место, через три улицы парни из второй сотни огородили одну из площадей. Там сейчас собираются жители города.

– Спасибо на добром слове, десятник. – Я держал руки на виду, стараясь максимально показать отсутствие какой либо агрессии. – Я прибыл в Семонтин со своей группой только вчера и, признаюсь честно, совершенно не ожидал подобного.

– Понимаю.

– Мы с товарищами хотим покинуть город. Честно сказать, мы едва выжили в этой сумасшедшей резне и хотим как можно скорее убраться с острова.

– И снова, понимаю. Но ничем помочь не могу. Из города не велено выпускать никого, до распоряжения главы. Если он выжил, конечно. Идите с товарищами на площадь «Четырех морских богов». Там вы в безопасности сможете дождаться открытия ворот.

– Боюсь, к тому моменту как в городе наведут порядок, остров могут перекрыть для выхода судов. Уверен, беспорядки, начавшиеся в Семонтине, не обойдут стороной и остальные части герцогства. Так что мы бы предпочли убраться с острова до того момента, как флот наглухо перекроет акваторию.

– Слухай, десятник, да пусть валят! Нам же меньше проблем. – Сказал своему командиру один из солдат.

– Приказ – есть приказ.

– Ладно, давай так. – Я сделал шаг вперед, зажигая на ладони огонек магии. – Мы можем прорваться из города с боем, положив часть твоих людей и заняв ворота. Знаю, что у тебя есть свои маги, но и мы не лыком шиты. Даю тебе слово, проблем не доставим, и мы действительно просто хотим выйти из города.

Я видел, как напряглись лица арбалетчиков, выглядывавших из бойниц. Чувствовал собираемую мощь заклинаний в руках магов. Сейчас все зависело от ответа этого десятника. Он, не мигая глядел мне в глаза долгих десять секунд. Не знаю, что он там увидел, но вздохнув, командир махнул рукой.

– Морские демоны с тобой. Валите в бездну из города, мои люди откроют калитку. Только не вздумайте…

В моей груди уже распрямилась пружина. Я даже выдохнул с облегчением, порадовавшись что, наконец, удалось избежать ненужных смертей. Но договорить десятник не смог. Лазурное пламя поглотило надвратную башню. Взрыв, потоки всепожирающего пламени, осколки камня, шрапнелью впивающиеся в мостовую и истязающие человеческую плоть. В мгновение ока, половина отряда десятника лежала на земле с различной степени тяжести травмами.

– Стреляй! – Гаркнул десятник, указав на меня.

Он ошибся, не понял, что атака шла с той стороны стены. Все надежды на мирный проход рухнули в одночасье. Бойцы не стали разбираться кто их атаковал и в мою защиту ударили разом с десяток арбалетных болтов и два огненных пульсара. Проверять свои щиты на прочность я не стал и перекатом ушел с траектории выстрелов в надежде укрыться за каменным забором, но сверкнувшая сталь клинка, едва не рассекла мне голову пополам.

– Это не мы! – На выдохе, скороговоркой выпалил я.

То ли он не услышал, то ли не поверил, но десятник вновь занес клинок и выбора у меня не осталось. Дав команду нежити, я швырнул в командира изумрудную молнию. Его тело с дымящейся дырой в груди еще только оседало на мостовую, когда двое его бойцов с рёвом бросились на меня. Проклятье, кто же это решил штурмовать ворота города в такой неудобный миг?!

Первый боец попытался достать меня копьем, но выскочивший перед самым его носом упырь, сомкнул челюсти на древке. Раздался хруст, за которым послышался крик. Шустрая нежить, порвав когтями копейщика, уже сиганула на второго и, сбив его своим телом, сомкнула челюсти на горле.

– Живой?

Рядом со мной оказался шаман. Его излюбленное копье пришлось оставить на корабле и гоблин был вооружен одним только кинжалом. Впрочем, ему это не сильно мешало, учитывая тройку боевых заклятий, вращающихся вокруг его ладоней.

– Нормально.

Подойдя к телу бойца, я наклонился подобрать его оружие. Не может быть. Не веря своему счастью, я поднял выпавший из рук мертвеца кистень. Он немного отличался от того, что остался у пиратов, но это было привычное руке оружие.

Ситуация перед воротами складывалась далеко не в пользу обороняющий их солдат. Два поднятых мной упыря оттеснили солдат к караульному помещению, перегородив единственный выход. Боевые маги с надвратных башен пытались посылать в них заклинания, но нежить заняла удобную позицию, с легкостью прячась от боевых чар за стенами. Им могли бы помочь занявшие вершину стены арбалетчики, но мелькнувший там силуэт Юн-Мин, и факт, что болты со стены больше не летели, подтверждали, что у парней фатальные проблемы.

– Нужно пробиться к воротам! – Крикнул мне гоблин. – Я займу боем магов, а вы с Доном поднимайте решетку.

– Спятил? Чёрт его знает, кто атаковал ворота, но с той стороны нас явно не ждет ничего хорошего.

Пока я пытался понять, что делать дальше и куда уходить, ситуация вновь кардинально поменялась. Со стороны ближайшей улицы выскочил отряд, десятка в три, бойцов. В первое мгновение я принял их за подмогу, спешащую к защитникам, но уж слишком странно выглядели эти новые бойцы: закутанные в кожаную броню, в черных плащах, в необычных масках на лицах. Впереди идущие перехватили из-за спины короткие луки, и, с удивительной точностью, на ходу, послали стрелы в укрывшихся в шашнях бойцов.

– Эльфы? Предки, да что здесь происходит?! – Простонал Кар.

Переведя взгляд на все выходящих с улицы бойцов, стало понятно, масок на них не было. Темных эльфов было около пяти десятков, они оперативно и грамотно стали распределяться по площади, отсекая собой внешние подходы с улиц от городских ворот.

Не успел я сделать и шагу, как сразу с десяток стрел обрушились на мою защиту. Не знаю, чем их напитывали эльфы, но примерно половина пронзила защитную пленку заклинания, забарабанив об окружающий тело барьер.

– Отходим обратно! – Крикнул гоблин.

Камень под ногами дрогнул, образовывая перед нами стену, обороняющую от выстрелов эльфийских лучников. Гоблин уселся прямо на землю, погрузившись в транс, усиливая и выстраивая новые защитные бастионы перед нами. Я же, отдав команду нежити атаковать эльфов и, окружив себя щитами, выскочил из-под прикрытия защиты. Если я верно все разобрал, магов среди них не было, а значит, если подобраться к ним вплотную, есть неплохой шанс перемолоть их всех боевыми чарами.

– Эль Китан! Постойте, прошу вас!

Сбившись на полушаге, я с удивлением глянул на склонившегося передо мной в поклоне эльфийского лучника. Темно-лиловая кожа, заостренные уши, темный плащ и кожаная броня. Но что-то в его чертах лица казалось мне знакомым.

– Мое имя Менью из дома серебряного рассвета. Я командир данного отряда и имел честь быть в группе почтенного эль Малифа. Мы с вами сражались плечом к плечу в проклятых лесах.

Эльфийские лучники за его спиной остановились, опустив свое оружие. Другая часть длинноухих бойцов оперативно брала под свой контроль ворота, зачищая их от остатков гарнизона и постреливая в запершегося в башне единственного уцелевшего мага.

– Да, я помню тебя. Только какого рожна вы здесь делаете, и с какой балды напали на нас?

– Это была ошибка, почтенный эль. – Вновь поклонился эльф. – Мы вас не признали и атаковали как человеческий отряд.

– Фееричная ситуация, только это не объясняет, что вы здесь делаете и зачем атакуете людей?!

– При всем уважении к вам, эль Китан, я не в праве давать подобные ответы. Да и нам нужно спешить открыть ворота для наших воинов, прежде чем люди опомнятся. – Эльф бросил полный ненависти взгляд в сторону города.– Если позволите, я выведу вас из города и доставлю в рощу, где почтенный эль Малиф ответит на все интересующие вас вопросы.

– Он здесь?

– Да. Он ожидает вместе с кругом друидов в условленном месте, для подготовки к… Впрочем, он сам вам все объяснит. Пойдемте, я выведу вас и ваших товарищей из города.

С поклоном эльф указал в сторону ворот. Остальные члены его отряда не спешили расступаться, тогда наш знакомец гаркнул на своих солдат, скороговоркой проговорив что-то на своем языке. Только тогда эльфийские воины расступились, но все еще бросали в нашу сторону подозрительные взгляды.

– Думаешь, им можно доверять? – Возник рядом со мной Дон.

– Без понятия. Ты, кстати, куда делся во время заварушки?

– Охранял проход с улицы, как и сказал Кар. Или ты думал, я сбежал и прятался? – Глаза американца налились кровью.

– И в мыслях не было. – Не моргнув глазом, соврал я. – А на счет эльфов, таким отрядом они бы положили нас без особых проблем. Сходим поговорим с Гаг Малифом.

– Ага, очень уж интересно. Лесные затворники, не участвовавшие в войнах в последние столетия, внезапно вылезли из своих земель.

– Их леса вроде как на центральном континенте, нет? Что они делают здесь и зачем атакуют остров? – Не понял я.

– Нууу на самом деле этот остров, сейчас называемый Нагмаром, в прошлом был заселен лесом, являвшимся своего рода столицей темных эльфов. Именно здесь располагались крупнейшие школы друидов, которые были истреблены единой империей. Видать, ими движет желание вернуть утраченное.

К тому моменту, как мы с провожатым подошли к арке ворот, решетку уже подняли и в Сементин бесконечным потоком заходили колоны эльфийских воинов, огромные древесные чудовища, друиды и разнообразные звери, нагруженные мешками с припасами и оружием. Где-то вдалеке послышались крики, раздался взрыв магии и над городом вновь тягуче и монотонно раздался бой набата.

Глава 3. Встреча с демоном.

Сементин пылал. Улицы города, не успевшие пережить мятеж, борьбу за влияние, нашествие банд мародеров вновь погрузились в пучину кровавой резни. Вот только в эти противники не желали брать пленных или захватывать город. Они жаждали стереть его с лица земли, уничтожить жителей, не оставив даже камня на камне от стен, домов, башен. Эльфам не нужно было завоевание, они хотели вернуть свои земли, очистив их от, как они считали, чуждых элементов.

Еще ночью бившиеся между собой разномастные группы людей, теперь объединились перед лицом новой опасности. Опасности, что грозила им истреблением. Вот только оставшихся в городе сил, переживших эту ночь, было явно недостаточно, чтобы остановить массированный кулак лиловолицых захватчиков. Люди строили баррикады, пытались сдерживать продвижение неприятеля, но нападение было слишком неожиданным и внезапным. Захватив ворота и введя в город достаточное количество сил, эльф, можно сказать, поставили точку в этой разыгрывающейся кровавой резне. Удержи нагмарцы ворота, у них был бы шанс дождаться помощи за высокими каменными стенами. Теперь же ударные отряды эльфов, усиленные друидами, прорывались сквозь улицы, истребляя все живое, что встречалось на их пути.

– Осуждаешь?

– Сам бы находясь в моем положении, осмелился бы осуждать происходящее? – Хмыкнул я.

Мы с эль Малифом стояли на откосе горы, глядя на разворачивающуюся в городе под нашими ногами трагедию. Здесь же, на широком каменном уступе, где была начерчена десяти конечная звезда, собралось не меньше двух десятков друидов. Увидев их впервые, я, признаться честно, на мгновение потерял дар речи. Каждый из собравшихся лесных магов, на голову превосходил того же магистра Зи-хоо. Если изначально я еще предполагал, что вторжение темных эльфов могло носить локальный характер, то после того, как увидел собравшихся, стало очевидно, это была полномасштабная война.

– Что насчет ответа на твой вопрос – да, осуждаю. Вы устроили бессмысленную и кровавую резню, истребляя ни в чем не повинных людей.

– Смело. – Хмыкнул эльф.

Он сделал еще один шаг к обрыву, застыв на самом краю пропасти, глядя пустым взглядом вдаль. Мощный порыв налетевшего ветра стеганул, заставив его длинные белые волосы рассыпаться по спине.

– Я потратил десятки лет своей жизни, выстраивая путь из наших лесов в древнюю обитель нашего народа. Один за другим, я создавал плацдармы, с которых наш народ сможет начать свое победоносное шествие, возвращая себе давно утраченное.

Эльф замолчал, собрав руками длинные волосы, собирая их в хвост.

– Говоришь, тебя не радует бессмысленная бойня? В таком случае тебя должна расстроить та бойня, что учинили люди моему народу столетия назад. Еще ты сказал, мол эти люди невиновны, но они прямые потомки тех самых, что истребили десятки тысяч моих родичей на этой земле. Теперь они живут здесь, это справедливо?

– Не мне судить. – Пожал плечами я.

– О да, не тебе. – Сверкнул глазами друид. – Это сделаем мы, возвращая свое и воздавая по заслугам виновным. Многие годы остров балансировал, сохраняя нейтралитет между двумя могущественными империями. Сейчас, все изменилось. Местный герцог, в порыве собственной жадности и жажды власти, развязал гражданскую войну, поглотившую всю его страну. А благодаря его лизоблюдству перед одной из империй, восточная не станет вмешиваться в наши дела и не позволит западной отправить сюда военную помощь. Это наш момент и мы им воспользуемся на полную.

Эльф скосил взгляд на моих спутников, что-то прикидывая у себя в голове. Я молчал, не отвлекая его. Сейчас только от его решения зависела судьба моей группы.

– Патриархов не интересует ни портал, ни его влияние на наш мир. Пускай империи разбираются между собой. Пусть рвут глотки друг другу в погоне за несбыточными мечтами или эфемерной властью. Мы не станем в это вмешиваться, лишь воспользуемся плодами их грызни.

– Ты не упомянул ковен. – Улыбнулся я.

– Ковен? Сборище выродившихся трепачей, считающих себя темными магами. – Сплюнул эльф. – Они давно превратились в обычных изгоев, все еще мечтающих о величии своих предшественников. Впрочем… мы и сами не далеко от них ушли. Полно, речь не о том. Патриархи в мудрости своей выслушали мой доклад о произошедшем в проклятых землях. Обсуждение длилось долго и тебе будет не интересны подробности. Но в итоге, правители наших домов смогли прийти к единому решению, касаемо тебя и возложенной на тебя миссии.

– Неужели? На меня, оказывается, возложена какая-то миссия? – С иронией протянул я.

– Не придирайся к словам. Ты даже представить себе не можешь, с каким трудом проходили дебаты между патриархами. Даже сама мысль о заключении союза между нами и темным магом, некромантом казалась старым ретроградам кощунственной. Ведь большинство из них мыслят категориями еще прошлой эпохи, воспринимая любого мага тьмы, как личного врага.

– И что же изменило их мнение?

– Ты пришелец извне. – Просто ответил эльф. – Это единственный факт, который переломил их мнение. Пусть изначально мы добивались союза с совершенно другим магом, но, коли уж он попал в руки западных архимагов, мы готовы заключить союз с тобой.

– И в чем заключается моя выгода от этого союза?

– Мы не станем тебе мешать. Не так уж и мало, неправда ли? Так что ты волен идти куда нужно. Бери своих друзей, вас проводят к выходу из полевого лагеря и дадут лошадей. Я наложил на ваши ауры метку моего дома, но не забывай, остров раздираем войной и может случиться всякое. Постарайтесь закончить здесь свои дела поскорее и убираться, прежде чем влипнете в неприятности.

– Наш корабль…

– Я уже отправил им весточку. Ваш корабль покинул порт, и будет ждать вашего возвращения в трех верстах к северу от наклонной горы.

Покрытый чадящими кострищами дыма город, колоны эльфийских воинов, воздвигаемые под стенами рощи молодых деревьев, все осталось позади. Там, где-то за пиками гор, горными хребтами закрывшими собой горизонт, спрятав нас от суровой действительности. Где-то там, гибли люди и эльфы, пытаясь рвать друг друга на части за одни лишь ведомые им идеалы. Мы уходили все дальше, петляя по горным тропам, стараясь держаться как можно дальше от крупных населенных трактов, на которых лилась кровь, перемещались беженцы и военные отряды. Всего за несколько суток Нагмар превратился из сонного царства, где каждый последующий день был похож на предыдущий, в поглощенный войной край, жители которого больше не могли предвидеть наперед – сможет ли он и его семья пережить тот самый грядущий день.

Четверо суток прошло с того самого момента, как мы покинули Сементин. Уже к вечеру следующего дня мы добрались до интересующего нас поселения, где должен был проходить съезд демонологов, но, как оказалось, хитроумные маги, заранее почуявшие опасность попросту сбежали, укрывшись всем своим составом в центральном корпусе своей школы. Ситуации хуже и придумать было сложно: ведь теперь нам предстояло пересечь половину страны, чтобы добраться до городка Варс, зажатого между двумя горными хребтами, в низине, ближе к самому центру острова. Скрепя сердцем, проклиная все на свете, я принял решение двигаться к городку. Когда Дон услышал, что вместо возвращения на корабль и возможности покинуть этот остров, нам придется пересечь половину страны, охваченной войной, я много нового и нелестного услышал в свой адрес.

Единственное, что радовало сердце, так это то, что мы избавились от Со-зии, оставив женщину в одном из придорожных трактиров, и отправились дальше своим путем. Все время, что она была с нами, меня не оставляло ощущение, будто за нами следят. А зная характер и возможности хозяев женщины, можно было только гадать, каким образом и куда они внедрили ей следящее заклятие. Так мы и двигались вперед, стараясь держаться узких горных троп, проходить лесными дорогами и если подходить к поселениям, то только к малым хутарам, да деревням.

Впрочем, об отсутствии спутников можно было не волноваться, ведь не одни мы такие хитромудрые были, предпочитающие держаться подальше от дорог. На тропах нам то и дело встречались многочисленные беженцы, заполонившие дороги бесконечными повозками и телегами. В узких горных ущельях, на ветвистых дорогах или обрывистых тропах, люди тащили за собой бесконечную вереницу своих пожитков, в надежде спасти все от надвигающейся войны. Они тянули телеги по непроходимым дорогам, многие срывались с обрывов целыми десятками, унося вместе с телегами не только свои жизни, но и жизни своих соседей и просто попутчиков, шедших рядом.

– Мерзость хоспода, настоящая мерзость. Вы только гланьте на все эти телеги, перегородившие дороги. Да будь совесть у сих детей собачих, мы бы уже у западномо побережью поутру добрались. Нет, прут свои пожитки, словно на всем свете милей них нет ничего. В могилу что ли с собой утащат весь сей скарб?

Малак из деревеньки второе Какахово, был невысокий крепко сбитый мужичок из крестьянского сословия. Глава домочадцев, сорванных с насиженных мест войной. Поглядев на бесчинства эльфов и не надеясь на помощь своей армии, занятой междоусобными войнами, Малак, собрал своих близких, да двинулся в путь, в надежде переселиться в более спокойные, не затронутые войной места. Так мы и повстречались на одной из горных дорог. Предприимчивый крестьянин, быстро сообразил выгоды от перемещения в компании с магами да воинами, по заполненным войной и мародерами дорогам. Я был не против продолжить путь на телеге, к тому же, шли мы пока в одну сторону. Так что сейчас, я раскачивался на лавке рядом с неунывающим главой семейства.

Малак пошелкивал кнутом, то и дело подгоняя усталого деревенского тяжеловоза, ежеминутно сквозь зубы посылая проклятия в сторону других беженцев, заполонивших своим транспортом всю дорогу.

– Ну невозможно ни пройти, ни проехать. Глядите только хаспадин Китан, на того мерзкого выкидыша горных козлов. Прет свою телегу, нет, колесо застряло, не пройти, а он подпорку ставит, да дальше толкает. Егэй, выродок лесных духов, брось свое барахло да плыви с дороги, пока я тебя кнутом не стеганул!

Крестьянин, которому и были адресованы эти обвинения, только сплюнул на землю и, навалившись всем весом, все же протолкнул телегу через завал камня.

– Вот паскуда, вытащил колесо. – Не без обиды протянул Малак. – А жонка у него какая, словно бочка толстая. Нет, хосподин Китан, для таких паскуд только война в их дом и нужна. Чаво не бросить свое барахло, не пойму.

Я глубокомысленно кивал, не обращая внимания на то, что у самого Малака, телега была в два раза больше, а барахла на ней столько, что в три крестьянские телеги поместится. Но мужичек искренне верил, будто ему одному можно вести свои пожитки, ведь у него семья. А у других что? А на счет других он и не волновался, ему ведь главное свою семью прокормить. Пусть другие бросят свои пожитки, а он, свое довезет, кто бы что ему не кричал.

– А чавось там впереди, не видете-то, хаспадин хороший?

Я, сперва, даже не понял о чем он, но крестьянин привстал на лавке, приложив ладонь козырьком и силясь разглядеть что-то впереди. Сегодня мы, наконец, преодолели большую часть пути через горные массивы и спускались к подножью, откуда вела прямая дорога до городка Варс, в котором и располагалась интересующая нас школа.

– Кричат что ли кто? – Обеспокоено заерзал Малак. – Ханька, а ну сбегай вперед по дороге да погляди что там да как. Только быстро, одна нога здесь, другая там.

Младший из детей крестьянина, спрыгнул с телеги, опрометью бросившись вперед, лавируя между перегородившим дорогу крестьянским транспортом. Шестилетний босоногий пацан, перепрыгивал с телеги на телегу, проскакивал под брюхом у лошадей и, уклоняясь от подзатыльников взрослых, умчался в указанном направлении.

– Хороший парень растет. – Улыбнулся я.

– Толковый и сообразительный. – Покивал крестьянин. – Часто с дружками своими на чужие огороды лазили, да яблоки со сладкой малиной рвали. Остальных за это розгами стегали, а мой так ни разу и не попался. Сообразительный и шустрый.

Между тем, впереди стали все отчетливее раздаваться недовольные крики. Шедшие впереди крестьяне, остановились, вытягивая шеи и спрашивая у соседей, не видели ли они чего. Длинная цепочка людей и телег, растянувшаяся по не широкой горной тропе, заволновалась, человеческая масса качнулась, отдельные личности едва не сорвались с тропы. Всем было интересно, что происходит впереди.

– Батя, батя! – Пацан запрыгнул на телегу, нагло усевшись между нами.

– Ну, говори уже, шельмец! – Легонько хлопнул сына по шеи Малак.

– Впереди люди барона. Дорожку перекрыли, телеги досматривают, контрабанду, значит, изымают, плату за проезд требуют. Бают дорога эта его светлости барону, стало быть, принадлежит.

– Что барону? Вот шельма! – Ругнулся мужик.

– У вас на острове горные дороги аристократам принадлежат? – Спросил Дон.

Американец ехал сзади на другой телеге, но из-за затора и остановки подошел к нам, как всегда с головой окунувшись в чужой разговор.

– Нет, хосподин Дон, наши дороги как и тракты, свободны и пошлину за их использование взимать не положено. Да и какая может быть контрабанда у беженцев, мы ведь не торговцы с далеких краев. Видать, жадный барон, воспользовавшись безвластием, решил заработать лишнюю монету на проходящих через его земли людях.

– Китан, у нас нет времени торчать здесь, пока люди барона будут обыскивать крестьянские телеги. – Подошел Кар.

– Да, дальше будем двигаться своим ходом. – Кивнул я.

– Стало быть уходите, хоспода хорошие? – Погрустнел крестьянин. – Жаль, конечно, но…

Впереди раздался крик и сидевший на козлах мужик с передней телеги, охнув, свалился под лавку. Рядом возникли, гогоча, два субъекта в кольчугах, подпоясанные клинками. Судя по вышитым на плащах гербах, служили они в дружине местного барона и были теми самым собирателями дани, перекрывшими дорогу.

– Вещички к досмотру, падаль. Ты еще потявкай мне лишнее, в навозе жил в навозе и сдохнешь. – Возвышался над крестьянином детина.

Из-за передних телег вышли еще с десяток стражников. Они медленно продвигались от одной телеги к другой, досматривая содержимое и «на глазок» назначая цену за провоз «товара». На все вопросы и требования крестьян, солдаты только пожимали плечами, предлагая развернуться и двигать в обратном направлении, так как это земли барона и он в праве устанавливать любую цену за проход по его дорогам. Один из стражников, пузан с пышными усами, подошел к нашей телеге, без спроса сорвав с нее тент и с видом собственника, принялся копаться в вещах.

– Ручки не жжет? – Едва сдерживая ярость от такой наглости, проронил я.

– Чагооо? – Вылупился на меня он.

– Говорю, руки от чужой собственности убери, почтенный.

– Ты совсем головой поехал, чужак? Это земли барона…

– Да срать я хотел, какого барана это земли, забирай своих дружков и проваливайте с дороги.

Кружившие по дороге стражники, переглянувшись, подхватили копья, и двинулись в нашу сторону. Их было не меньше десятка, хорошо вооруженных бойцов, и они чувствовали за собой силу, по этому на их лицах расцветали предвкушающие улыбки. Я бы, конечно, на их месте улыбаться не стал, особенно когда оставляешь у себя за спиной Юн-Мин, с нехорошим блеском в глазах уже извлекающую из тюков с вещами свою катану.

– Я тебе язык каленым железом вырежу за оскорбление моего господина, чужак. – Надвигался на меня пузом усач.

– Погоди, Нокс. – Остановил его другой стражник с нашивкой десятника. – Вы ведь маг, хосподин? Как и вон тот гоблин. Я и сам обладаю крохотной толикой такого дара. Заклятиями, конечно, швыряться не могу, но с детства вижу магические потоки и источники.

– Чего ты толкуешь с ним, барона нашего гад бранным словом полил. – Разъярился пузан.

– Заткни пасть, Нокс. Иди следующие телеги осматривай. – Гаркнул десятник. – Понимаю, как это выглядит со стороны, хосподин. Но уверяю вас, наши действия и действия барона, вызваны суровой необходимостью. После смерти герцога в стране полный разлад и безвластие. Многие аристократы отказались присягать на верность его младшему сыну, а сторонники самоуправления собираются под лозунгами «о строительстве республики». По всему острову орудуют банды мародеров и дезертиров, а проклятые эльфийские выродки оккупировали большую часть севера Нагмара, захватив и предав огню и мечу Сементин.

– Герцог Нагмара мертв? – Влез Кар.

– Кхм. – Бросил на гоблина не самый дружелюбный взгляд сержант. Но все же ответил. – Убит сторонниками республики пару дней назад. Говорят, пытался с отрядом личной гвардии покинуть захваченную республиканцами столицу, но попал в засаду. В любом случае, здесь мы оказались никому не нужны и армию на помощь в эти земли отправлять никто не станет. Его светлость наш барон смог заключить договор о защите с несколькими соседними городками и земельными аристократами.

– Значит, решили проспонсировать набор новых дружин, собирая деньги за проход с беженцев. – Кивнул я. – Хреновая идея, учитывая, что эти люди потеряли свои дома и вынуждены искать защиты вдали от родного дома.

– Мы защищаем их, хосподин. – Пожал плечами десятник. – В округе полно банд и летучих отрядов эльфов. Не собирай мы деньги, воины барона уже давно разбежались бы в поисках лучшей доли и все люди, проходящие этими дорогами, остались бы предоставлены лишь на милость морских богов.

Пока мы общались, стражники собрали с крестьян дань за проход и, осмотрев телеги, двинулись дальше по дороге. Затор медленно продвигался и тяжеловозы, медленно переступая копытами, двинулись дальше.

– Хоспода, если у вас есть желание подзаработать, от лица его светлости я могу предложить вам места штатных магов в формируемых замковых отрядах.

– Мы не наемники, десятник. Да и здесь мы проездом, следуем в Варс, но сбились с пути и решили сократить путь, пройдя горными тропами.

– Понимаю. – Потерял ко мне всякий интерес десятник. – Варс – мелкий городок, в семи часах пути отсюда. Правда, могу дать совет. Не знаю, чего вы там забыли, но лучше бы сменили цель путешествия.

– Мы должны что-то знать?

– Я долину не покидал, и ручаться не могу, да и все что слышал это слухи, распускаемые беженцами, а они всяких сказок понарассказывать могут. А факт в том, что в последние дни появилось немало жителей Варса, бежавших из города. По их словам, в тамошней школе магии, творится демон знает что. А если вспомнить, что там находится одна из школ демонологов… выводы делайте сами.

Махнув нам на прощание, десятник ушел проверять телеги и собирать налог. А я призадумался. Хоть бы раз все прошло просто и гладко. Вот чего стоило этой долбанной гражданской войне и вторжению эльфов произойти всего на двое суток позже? Приехали, забрали карту, уплыли. Скучно? Ну да скучно, зато безопасно.

Сойдя с горной тропы, мы углубились в хвойный лес, стараясь держаться параллельно широкому тракту. Он вел от Сементина через весь север острова к его западной оконечности, где в длинной каменной бухте раскинулась столица Нагмара. Изначально Дон влез с предложением не делать глупости и ехать по удобному тракту. Это бы сэкономило нам время, да и не пришлось бы продираться сквозь заросли кустарника, и перепрыгивать буреломы. Однако его запал очень быстро угас, стоило нам только вывести коней на дорогу. Тракт был забит безумным количеством телег и людей, с мрачными уставшими лицами, бесконечным потоком бредущих на юг, спасаясь от надвигающейся войны. В итоге вместо шести-семи часов пути, у нас ушли почти сутки, и к Варсу мы вышли только после захода солнца следующего дня.

– Мрачноватый городишко. – Хмуро заметил Дон. – Не мало всякой мерзости я повидал в этот треклятом мире, но… это место пугает. Нам точно сюда?

– Увы. – Столь же мрачно кивнул я.

За долгое время, что я знал этого американца, это было едва ли не первое точное замечание от него. Варс был не просто мрачным, это был совершенно пустынный городок, по улицам которого гулял ветер, колыхающий скрипучую вывеску на фасаде местного трактира. Ни людей, ни единого огонька в окнах или уличных фонарях. Ни звука. Лишь завывание ветра, да далекий лай собаки. Атмосфера здесь была пропитана страхом и неизвестностью.

– Если будем двигаться к школе, придется пересечь город. – Заметил гоблин. – А мне бы этого очень не хотелось.

– Да что с вами такое? Пустого города испугались? – Не выдержала Юн-Мин, не понимающая с чего мы застыли на месте, не сводя взгляда с мрачных стен домов, на которых танцевали тени, отбрасываемые блеском высоко стоящей луны.

– Я не слышу духов. Мои заклинания не находят ни одной сущности, словно обитатели астральных слоев обходят это место стороной.

Закрыв глаза, я создал заклятие поиска мертвых, постаравшись расширить его на максимальный диапазон, окутав им большую часть построек. Секунда за секундой, мои чары проникали в дома, стелились по дворам, словно туман заглядывая в каждый уголок. Еще подпитка и еще. Мана из моего источника наполняла заклятие, придавая ему силу и возможность проникать даже сквозь слабые защитные контуры. Пройти под землю и сквозь стены домов, обыскать каждый уголок города. Вот только ожидаемого результата все это не принесло. Заклятие, орентированое на поиски свежих смертей в определенном радиусе, не обнаружило ничего интересного. В городе не было новых покойников, не струились эманации смерти, не было ничего сверхъестественного, выбивающегося из привычного уклада обычного человеческого города. Более того, заклятие показало как минимум с два десятка живых сущностей, находящихся в разных точках городской застройки.

– Нашел что-нибудь? – Поинтересовался гоблин.

– Хм, все чисто. Там даже люди есть. Вот только создается впечатление…

– Аналогично. Духи обнаружили живых и не нашли следов смертей, но что-то здесь не то. Нечто странное висит в воздухе.

– Ага, запашок чувствую, это кто-то чересчур сильно испугался. – Едко хихикнул Дон.

Американец расхохотался в голос, разрушая атмосферу страха, сложившуюся в этом месте. Он был чертовски доволен отмоченной шуткой, даже не пытаясь скрыть своего торжества. Возможно, он и сам не понял, но своей шуточкой, он смог снять сомнения и нерешительность. Ведь что такое страх сам по себе – это в первую очередь боязнь неизвестного. Того, что мы не можем понять и от того страшимся. А юмор, пожалуй, это одно из лучших оружий против страха и покорности.

– Я могу проверить путь, господин. – Предложила Юн-Мин.

– Забей, ничего опасного заклинания не обнаружили. В случае чего, отбиться сможем. – Принял решение я.

На всякий случай, я все же подготовил защитные и боевые заклинания, здраво рассуждая, в случае чего, лишними они точно не будут. Рядом гоблин занимался тем же самым, страх страхом, а в городке все же чувствовалось нечто неуловимо отвратительное. Да и школа демонологов, сама по себе, не внушала оптимизма. Оставалось надеяться, что удастся забрать карту, да свинтить, наконец, с этого не гостеприимного острова.

Улицы Варса встретили нас тишиной и пустотой. Несмотря на все опасения, никто не прыгал на нас из окон, не пытался вцепиться в тело и вырвать кусок плоти. Все было спокойно. Десятки сканирующих заклинаний, исследовали каждый камень на нашем пути. Призванные шаманом духи исследовали небо и астральные слои на признаки скрытых ловушек. Но все было тщетно. Город спал, спали и его жители. Не было ни звука, лишь наши шаги эхом отдавались на пустынных улицах.

– Ну ладно, здесь, и вправду, крипово. – Передернул плечами Дон. – Хоть один долбанный житель показался. Ну или стражники, должны же в городе быть стражники?

– Кто знает, если большая часть жителей из города бежала, то и стражники могли.

– Дааа? А от чего они бежали, а?

Ответить мне было нечего. И действительно, с чего жители решили покинуть Варс? Городок находился на достаточном удалении от фронта войны, ни эльфийских ни повстанческих войск здесь не было. Люди должны были бежать сюда, а не отсюда. Тем не менее, город мы прошли без малейших проблем. Оплот школы демонологов, расположившийся в западной части города, представлял из себя несколько корпусов самых обычных двухэтажных зданий, окруженных невысокой каменной стеной. Плетенные металлической решеткой ворота, были настежь распахнуты и порывы ветра легонько покачивали из стороны в сторону качающуюся скрипучую створку.

– Изумительно. И как мы станем искать нужного демонолога? Или будем бегать по всей школе с криками кто здесь работает на темный ковен?

– Или ты заткнешься… – Угрожающе надвинулась на Дона, Юн-Мин.

– Тихо. – Рыкнул шаман. – Чуете?

– Сера. – Принюхался я.

– Я не чувствую живых в корпусах школы. – Мрачно заметил гоблин. – Соваться туда – не самая разумная идея. Только предки знают, что эти идиоты там могли учудить.

– По этому, вы останетесь здесь, а внутрь пойду я один. Не спорь! – Заметив, что гоблин собрался возражать, отрезал я. – Чёрт его знает, что там находится, но в случае чего, вы вытащите меня и поможете снаружи.

– Да ты просто гений. Как те герои ужастиков, перед тем как войти в темный загадочный дом, обязательно должны разделиться. Решение просто достойное Голливуда! – Сплюнул Дон.

– Ну, тебе лучше знать. Но в случае чего, Кар сможет помочь мне выбраться из передряги, но для этого ему необходимо занять хорошую позицию и не быть в зоне поражения.

Окружив себя защитной сферой, я шагнул вперед и переступил линию ворот. Здания выглядели пустынными и унылыми, свет лун, отражавшийся от стекол в оконных рамах, давал возможность рассмотреть небольшой дворик с несколькими клумбами цветов, неровную дорожку, выложенную из неотесанных, разномастных камешков. Внимательно осматривая каждое окно, вглядываясь в тени, я продвигался вперед, туда, где за высокими двустворчатыми дверьми должен был расположиться главный холл центрального корпуса.

С каждым шагом, с каждым метром, приближающим меня к главному корпусу вонь серы становилась все сильнее. Пришлось даже срезать часть рукава, перемотав лицо на манер маски. Легче дышать от этого не стало, но, надеюсь, хоть не траванусь. Больше всего сейчас я жалел об отсутствии со мной лича. Вот уж кто мог разъяснить, что здесь происходит и как с этим бороться. Все же тысячи лет опыта за спиной – это не так уж и плохо, особенно в сложных ситуациях.

Остановившись перед входом, я активировал последнее заклинание, изучая внутренние помещения школы. Напитывая чары максимальным количеством маны, я максимально расширил зону поиска, стараясь обнаружить как живых существ, так и недавних покойников. Ничего. Ни малейших следов людей или признаков смертей. Глубоко вздохнув, я сделал шаг вперед, переступая невидимую черту. Ничего. Холл школы был совершенно пуст.

В моей ладони вспыхнул огонек пламени, освещая окружающее пространство. Пустой зал, казалось, был сосредоточением смрадной вони, вот только ее источника, сколько бы я не вглядывался, обнаружить так и не удалось. Только в этот миг я внезапно осознал очень простую суть. А ведь я не почувствовал в городе ни одной смерти. Да возможно за последнюю неделю, никто из жителей не умирал, но ведь заклинание реагирует на присутствие любых видов некроэнергии. Смерть собаки, кошки или вороны, ни чем для него не отличается от смерти обычного человека. Выброс некроэнергии происходит при смерти любого живого существа. Здесь же, в Варсе, я не почувствовал ничего, словно город был стерилен. Или… или кто-то подтер все следы, проведя ритуал и очистив это место от эманаций смерти.

– Наконец, ты пришел, проклятый. – Холл наполнил едкий, дребезжаще противный и такой знакомый женский голос. – Я уже и не надеялась на такое чудо. Но ждала, готовилась. Знал бы ты, сколько сил ушло на то, чтобы подтереть все следы смерти, обратить остатки жителей и подготовиться к твоему приходу.

– Аган, сука! – Только и смог выдавить из себя я.

– Узнал. О святой фиминизм, как приятно! Видел бы ты сейчас свое лицо. Хи-хи-хи.

Ненависть поднималась во мне словно набирающая скорость лавина. Видеть эту мерзость, слышать ее голос – было выше моих сил. Ярость затмила мой разум, бурным потоком сметая барьеры воли. Взмахнув рукой, я отправил в ненавистное, скрытое полумраком лицо, копье изумрудного пламени.

– Какая прелесть.

Когтистая лапа поймала копье в воздухе. Кулак сжался, разрывая заклинание и высвобождая потоки пламени, осветивших полутемное помещение. Женщина сидела на высоком сложенном из человеческих костей троне: пепельно-серая кожа, покрытая тончайшей чешуей, красные зрачки, словно угольки, сверкающие в темных омутах. Длинные шелковые черные волосы окутывали ее словно плащом, ниспадая до самых пят. Голову венчали три черных рога, треугольником глядящих острыми концами в разные стороны. Пальцы женщины оканчивались короткими, но острыми как бритва когтями, отражающими сверкание затухающего пламени. Аган улыбалась, разинув свою пасть с акульими зубами в безумном сочетании оскала и усмешки.

– Удивлен? Сколько я ждала, как долго мечтала о нашей встрече. – Аган мечтательно, вильнув шипастым хвостом по трону. – Смотри сколько всего подготовлено, а ты ведешь себя так не вежливо. А ведь именно ты убил меня. Помнишь?

– Очень хорошо помню. Помню, как твои фанатики убили Калаврата, как ты ударила меня в спину и сбросила в реку. Помню твои проклятия и неадекватную ненависть.

– Ох, оставь! Перечисление всего, лишь доставляет мне неописуемую радость. Ведь ты истинный проклятый, как настоящий таракан, выживаешь там, где любой другой давно сложил бы голову. В чем твой секрет?

Сквозь маску улыбки на лице демона проступили ее истинные эмоции. Ненависть, смешанная с безумием, словно каменная стена легли печатью на ее лицо. Аган зашипела, полосонув хвостом по полу, но быстро взяла себя в руки и, крутанув кистью, извлекла из воздуха лист бумаги, помахав им перед собой.

– Не это ищешь? Ооо, сколько я следила за тобой, пока ты сам не дал мне такую прекрасную возможность отомстить. Эти демонологи… так просто было внушить им мысль о необходимости призыва нужного мне демона. Ооо, это было прекрасно! Своим мерзким поступком, уничтожив мое физическое тело, ты даровал мне власть. Не иллюзорную, а настоящую. Власть не только над умами людей, но и над целым миром. Миром, что ты так элегантно бросил к моим ногам.

Эта девка была безумна еще будучи человеком, а уж теперь, когда на ее голове выросли рога и из задницы торчал шипастый хвост, ее кукуха и вовсе уехала в далекие дали, обещав не возвращаться.

– Осталось последнее действо. – Рыкнула она.

Вскочив с трона, Аган указала когтем на меня, выплюнув фразу на шепчущем, ломано непонятном языке. Ее губы дрожали, глаза сверкали чистейшей ненавистью, а хвост ходил ходуном, выбивая каменную крошку из пола. В первый миг я даже решил, что ее припадок хватил, но все оказалось куда страшнее.

Неожиданно запах серы стал попросту невыносим. Пространство справа от меня колыхнулось, словно по воздуху пробежала рябь и длинная когтистая лапа, словно плеть впечаталась в мою защиту. Удар был такой силы, что меня словно пушинку откинуло к дальней стене зала. Защита справилась, погасив большую часть ударной мощи, хотя и мне не слабо досталось. В голове звенело, ноги были словно ватные. Пришлось прогнать по венам толику маны, придавая усиления мышцам и возвращая подвижность сухожильям.

Сквозь пространственный разлом в самый центр зала выбрался демон. Толстая, обрюзгшая фигура, покрытая бесчисленными складками жира, сочащимися жёлтым гноем. У твари было шесть рук, но лишь одна из них, была относительно нормального в соотношении с телом размера. Остальные отростки скорее напоминали птичьи крылья, безостановочно держащиеся на безразмерном пузе. Глаз у демона не было. Вместо них, во всю башку, красовалась блинная зубастая пасть, из которой вырывались клубы серы, вперемешку с огненными искрами багрового цвета.

– Мой дружочек-пирожочек уже заждался тебя, проклятый. – Мурлыкала Аган, суетясь вокруг демона. – Ооо, сколько сил ушло на то, чтобы перенести его из нижнего мира и даровать ему физическое тело. Благо демонологи перед смертью отлично справились со своей задачей.

Думать и анализировать ситуацию времени не было. События развивались стремительно и уже в следующий миг, демон с невероятной для такой туши скоростью, сиганул в мою сторону, махнув своей длинной лапой. Удар прошел над моей головой, проломив здоровенную дыру за спиной и обдав мою защиту мелким каменным крошевом. Отскочив в сторону, я выпустил в демона струю изумрудного пламени, усилив его каскадом молний. Разумеется толстую шкуру усиленную демонической магией, это не пробило, но дало мне время отойти в сторону, подготовив следующее заклинание. Окружив себя тремя дымными черепами, я обрушивал на демона один удар за другим, чередуя и комбинируя боевые заклятия с проклятиями, в надежде как можно скорее пробить защиту демона. Меня не покидало чувство, что не он, а именно Аган является в этом зале самым опасным противником.

Сформировав мыслеобраз, я отправил весточку Кару. Времени размышлять и оглядываться по сторонам, больше не было. Все мое внимание было сосредоточено на демоне. Удары молний и изумрудного пламени не давали твари подобраться ко мне на расстояние удара, а кружащие дымные черепа, пресекали даже малейшую его попытку сократить расстояние прыжком. В какой-то момент, я ясно осознал, демон пусть и обладал мощной защитой, но в прямом столкновении со мной, явно не тянул. Это видимо осознала и Аган, так как зарычав, она сплюнула в мою сторону, и прошипела непонятную фразу. Моя защита сотряслась, едва удержав мощнейшее проклятие. Демоница взвыла, осознав, что ее удар не достиг цели. Выпятив когти, она за мгновение переместилась прямо ко мне, заработав руками словно отбойными молотками. Три удара и дымчатые черепа растаяли, приняв на себя всю мощь ее ударов. Дальше пришлось крутиться волчком, избегая атак сразу двух противников. Постепенно меня загоняли в угол, рассчитывая взять в клещи и покончить одним последним ударом. Глаза Аган пылали предвкушающим пламенем, когда она наносила удары. Спятившая девка уже видела, как разрывает мою плоть, наконец, удовлетворив свою жажду мести.

– Рановато ты радуешься, шл…а. – Ухмыльнулся я ей в морду.

Очищая это место от присутствия следов смерти, Аган в первую очередь интересовали потоки энергии, эманации смерти, способные дать дополнительную силу некроманту и указать на следы недавних смертей. Но вот тела, тела она по какой-то причине убрать не спешила. А может и просто поленилась их утащить подальше. Мои сканирующие заклинания, смогли пройти сквозь установленную ей завесу иллюзии, обнаружив скопление мертвых тел в подвале. Ошибка.

Создав необходимые конструкты и напитав их колоссальным количеством маны, я обратился к своей сути некроманта, призывая нежить и вкладывая в нее свою волю. Сформировав перед собой защитный барьер, я, что было сил, отстранил его от себя, отталкивая в нужную сторону демона и Аган. Всего на миг, но они оказались в самом центре зала.

Одно из главных правил некромагии при управлении нежити – это помнить, нежить слишком медлительна и нерасторопна в первые минуты своей псевдожизни. Не важно, кто был создан: химера, костяной дракон или самый обычный секлет-воин – им нужно время, чтобы магия напитала их тела и кости, дав возможность нормально двигаться. Но, как и в любом правиле, использующие его маги могут найти исключение.

Каменный пол под ногами демонов лопнул, ивергая из образовавшейся дыры смерч изумрудного пламени, внутри которого кружились многочисленные кости. Наполненные маной и заточенные чарами кости, словно бритва срезали плоть, резали кости, камни, дерево – все, что попадало в зону действия этой воронки. В считанные мгновения защита демона была проломлена и его тушу, подняв в воздух, рассекло на множество кусков. Успевшую отпрыгнуть в сторону Аган, спас щит багрового пламени, защитивший ее тело. А я в свою очередь только начал, и мое заклятие имело еще вторую фазу действия.

По щелчку пальцев, смерч остановил свое вращение. Пламя бурным потоком опало на зашипевшую демоницу, а многочисленные кости соединились в воздухе, приняв облик четырехрукого скелета, с тремя черепами и восьмью ногами, напоминавшими крабовые лапы. Это была моя полная импровизация на почве создания нежити. Подобной твари не было в перечни нежити, передаваемой мне личем, но, как говорил сам череп, в скоротечных схватках стоит полагаться именно на импровизацию, а не на веками выверенные чары.

– Впечатляет. – Раздался незнакомый голос. – За столь короткий промежуток времени, ты смог развить свои способности на столь удивительно высоком уровне. Даже с таким наставником как немертвый лич, твои успехи вызывают удивление.

На верхней ступеньке лестницы, ведущей на второй этаж школы, стоял молодой человек. Его светлые волосы были растрепаны и завивались, что создавало впечатление полного беспорядка на голове. Он улыбался, глядя на происходящее своими зелеными глазами, словно мужчину совершенно не заботила развернувшаяся в холе схватка. Я, сперва, даже хотел ему крикнуть, предупреждая об опасности, но все быстро встало на свои места, когда за его спиной появилась Со-зии в компании еще трех человек, закутанных в черные мантии. В руках они держали черные, металлические посохи, от которых исходила мощь тьмы, видимая даже обычному, лишенному дару человеку.

– Эй, демон, карту не потеряла?

Трое магов вышли вперед, синхронно вскинув посохи. Их совместное заклятие было подобно извергнувшемуся океану тьмы – всполохи мрака затопили все помещение. Дом содрогнулся, потолок обваливался, колоны и стены скложились словно карточный домик. Окружив себя щитами, я призвал нежить, закрывшись ею от нахлынувшего потока. Мощь чар была колоссальна, снеся здание школы едва ли не до основания.

Когда выплеснувшая сила иссякла, передо мной возникла картина окончания боя. С десяток упырей атаковали Аган, не давая ей возможность сбежать. Пятеро скелетов-магов беспрерывно поливали ее заклятиями тьмы, не давая демонице перейти в нападение. Вокруг всей этой карусели кружила химера смерти, старавшаяся улучить момент и нанести решающий удар. Зеленоглазый блондин, в чьих руках уже оказался лист с картой, развернувшись ко мне спиной, уходил, махнув рукой Со-зии.

– Стоять су..а. – Заорал я.

Моя нежить сиганула в самую гущу схватки, первым же ударом раскидав скелетов-магов. Этого хватило, чтобы дать возможность Аган вырваться из ловушки. В одиночку противостоять сразу четверым некромантам, неизвестного круга силы, было не осмотрительно. Правда и сама Аган, скорее мечтала выпотрошить меня, чем расквитаться с пришлыми колдунами. Для того, чтобы уравновесить шансы, я принял рискованное решение. Потянувшись сознанием к осколку, я активировал пространственную магию, телепортировав как себя, так и Аган со своей нежитью, прямо в гущу колдунов.

На такой короткой дистанции, находясь в треугольнике, где с противниками тебя разделяет всего полтора метра, использовать боевую магию было смертельно опасно для каждого из присутствующих. Это и давало шанс. Выхватив из-за пояса кистень и напитав его магией, я ринулся вперед, первым же ударом свалив одного из некромантов. Пригнувшись, пропуская над головой посох, я закрутил цепь вокруг ног второго, рванув на себя. Третий, не ожидавший столь внезапной атаки и полагавшийся на мощь своего первого удара, отшатнулся, но тут же упал, захлебываясь собственной кровью из распоротого Аган горла.

Теперь мы бились каждый сам за себя. Демоница визжала, полосуя когтями. Я уклонялся, стараясь достать противников ударами кистеня. Вооруженный коротким клинком блондин, окружил себя костяной броней и медленно отступал, прикрывая жавшуюся за его спиной Со-зии. Мой умертвень в это время сдерживал натиск наступающей нежити некроманта, словно колос, нанося удары и отбрасывая от себя наскакивающих упырей.

Почти минуту мы пытались достать друг друга, пока не стало ясно, ситуация заходила в тупик. Защита каждого из нас, была на должном уровне, а из-за близкого расстояния никто не мог применить серьезную атакующую магию. Возможно, мне бы и удалось как-то повернуть все в свою сторону, ведь именно я поднял самую могущественную нежить и время играло мне на руку. Но именно в этот миг огромный каменный элементаль, подобравшись со спины, свалил мою нежить на землю, добивая ее гранитным шипом.

– Держись, Китан, мы пришли на помощь. – Донесся до меня кирк Кара.

Едрить вашу налево! Помощник…

– Прости, Китан, не сегодня. – Немного виновато протянула Со-зии.

В ее руках появился свиток пергамента, который она рывком разорвала. Вспышка тьмы поглотила все, лишая зрения, внося помехи в органы чувств, искажая магические потоки. Вокруг разошлись отголоски пространственной магии, плотно перемешанной с эманациями смерти. Когда зрение вернулось ко мне, ни Аган, ни Со-зии с некромантом в помещении уже не было. Да и помещением это место назвать язык не поворачивался. От главного корпуса школы демонологов остался один лишь фундамент, да и тот был словно изгрызен сворой мышей.

– Живой? – Подскочил ко мне гоблин.

– Хозяин, вы целы? – Оказалась рядом Юн-Мин.

– Цел-цел. Куда они делись?

– Телепортация. – Пожал плечами гоблин. – Или точнее, не привязанный к конкретной точке пространства портал. Маги смерти в прошлом часто пользовались таким фокусом. С той стороны врат, их уже ждали темные маги, использовав силу смерти в качестве энергии для поддержания связи портала.

– А Аган куда испарилась?

– Аган? Она здесь причем? – Удивилась Юн-Мин.

– Демон, с которым я сражался, это и была Аган. – Вздохнул я. – Кстати, Кар, большое тебе спасибо за то, что уничтожил моего умертвня. Твоя помощь была просто неоценимой.

– Эээ, твой, да? – Проблеял гоблин. – Прости, друг, я понятия не имел какая из этих тварей была твоей. Атаковал самую здоровую и опасную.

– Проехали. Какого чёрта вы так долго сюда добирались?

– Жопу нам едва не намылили. – Сплюнул подошедший Дон. – Ебу…е жители, едва нас на британский флаг не порвали.

– Жители? – Не понял я.

– Все жители городка, которых мы считали живыми, оказались одержимы демоническим дыханием. – Пояснил шаман. – Атаковали они внезапно… моя вина, не доглядел. Но хотя карту ты добыл?

– Карта теперь у Со-зии, и с уверенностью тебе скажу, эти психи с острова вырвутся.

– Дальше-то что делать? Мы ведь за картой и прибыли на этот спятивший остров. – Зло спросил Дон.

– Ничего. Валим с Нагмара со всех ног. – Задумчиво ответил я. – Наших планов это не меняет, просто… с картой было бы куда проще первыми добраться до цели.

Потерпев поражение, почти поймав желанную цель, я ощущал опустошение. Сколько не планируй, не рассчитывай, в жизни всегда и все идет наперекосяк. Ты можешь проработать самый гениальный план, но он сорвется из-за банальной мелочи, ведь предусмотреть все случайности, попросту невозможно.

Глава 4. Интерлюдия.

Западная империя. Точное местонахождение неизвестно. Зал совета архимагов.

Огромный куполообразный зал с величественными резными колонами, уходящими ввысь, где виднелся свод потолка, был наполнен шелестом бумаги и скрипом перьев. Вдоль стен были установлены длинные деревянные столы, за которыми восседали десятки людей. В большинстве своем это были пожилые мужчины и женщины, с вышитым на туниках гербом гильдии писарей. Желтый круг с белым пером по центу. Если круг говорил о принадлежности этих людей к гильдии, то перо по центру поведало бы знающему человеку о вхождении этих людей в касту самого тайного обледенения. Писарей, в чьи обязанности входило прочтение и переписывание самых охраняемых государством книг и многочисленных томов по магии. Не общеизвестной, а той, что находилась под запретом и скрывалось государством от посторонних глаз. Эти знания, могли достаться лишь избранным. Тем, кто своими действиями и решениями, заслужил доверие и признание повелителей империи. Достойнейшие из достойнейших. Но даже магические фолианты со временем приходили в негодность и нуждались в обновлении. Знание необходимо было каталогизировать, систематизировать и передать под защиту стен имперской библиотеки, войти в которую было возможно лишь с личного разрешения императора или главы совета архимагов.

– Значит… Это и есть ваш доклад, лорд Хорольд?

В стороне от писарей, в дальнем конце зала, где сквозь люки в крыше светили яркие лучи солнца, на высоком возвышении восседал тщедушный старик с длинной седой бородой и бесцветными глазами. Его покрытое глубокими морщинами лицо, скривилось, выражая отношение архимага к происходящему. Переведя взгляд со свитка в руках, на стоящего у подножья мага, старик прокашлялся, продолжив.

– Сухо, коротко, без контекста. Вы действительно полагали, будто подобный доклад, обелит ваши поступки?

– Не совсем понимаю причину вашего недовольства, лорд дэ Вадиос. В своем докладе я ясно указал на…

– Плевать мне, на что вы указали, почтенный. – Едва сдерживая ярость, тяжело проронил старик. – Вы, Рэм, самый молодой и последний на данный момент из достигших звания архимага. Это достойно, но посудите сами: никто из ваших старших коллег за свою бытность не создавал совету своими действиями столько проблем, как вы за последние несколько лет.

Прокашлявшись, старик взял со столика стакан с мутно зеленой жижей и скривившись от отвращения, опрокинул его в себя, опорожнив кружку одним глотком.

– Демоновы лекарства! Старость, мой друг, дает о себе знать даже архимагам. Кхем-кхе. К чему это я? Дааа, ваша последняя выходка заставила совет усомниться в вашей компетенции и способности решить сложные вопросы.

– Действительно? Вы так распереживались из-за подобной мелочи?

– Мелочи? – Рыкнул старик. – Мелочи? Вы устроили бойню в Мирздаме, разрушили половину города, убили под сотню жителей и почтенного магистра. Между прочим, работавшего на нашу разведку. А при отступлении из города, потопили в гавани еще несколько кораблей, среди которых был флагман тамошнего альянса и один из торговцев, на котором находились представители единого имперского банка. Это, по-вашему, мелочь?

– Явно не столь большая проблема, чтобы за нее зацепился совет.

– Вы нанесли пощечину пиратским кланам. Они могут легко закрыть глаза даже на потопление целой эскадры своих кораблей, но удар по портам, их главной торговой артерии, где морские выродки сбывают награбленное – это удар под дых. Лиши пиратов развлечений в порту, перекрой каналы сбыта, и они превратятся в неконтролируемую свору. Эти твари сколько угодно могут грызть друг другу глотки, но за удар по одному из крупнейших их городов они жестоко мстят. Уже потоплено пять наших торговых кораблей. Торговые дома и отдельные магнаты в ярости, предъявляют претензии императору. Пущено на дно океана два коммерческих транспортных судна, все пассажиры убиты. Это, по-вашему, мелочь? А ведь твари только набирают обороты, и дело может дойти до торговой блокады!

– Достаточно отправить наш флот к архипелагу, чтобы заставить этих, чересчур многое возомнивших о себе тварей, попрятаться обратно в свои норы. – Изобразил губами улыбку Рэй. – Или дело в другом? Ходили слухи, будто муж вашей внучатой племянницы одолжил немалые деньги главам Мирздама. Под большие проценты, разумеется. Говорили даже, сделка проходила через тот самый единый имперский банк.

Старик молчал, пожирая собеседника злым взглядом. Наконец, спустя минуту, он сказал, и голос его звучал подобно раскатам грома. Перепуганные писари, нырнули под стол, опасаясь гнева главы совета и старейшего архимага западной империи.

– Вы забываетесь, Рэм! В первую очередь я руководствуюсь интересами нашей с вами империи, а уже после – желаниями своей семьи.

– Приношу извинения, если мои слова прозвучали грубо, лорд дэ Вадиос.– Склонил голову в поклоне архимаг. – Эти события, несомненно, сделали последние недели не самыми приятными для наших чиновников и политиков, но я попросту не вижу глубины серьезности данной проблемы.

– В первую очередь совет беспокоит ваш провал. Крыса не поймана и уже второй раз ускользает из ваших рук. А вы не только не добились успеха, но и создали империи множество проблем, которые нам, совету, придется расхлебывать. А лично мне, как главе, необходимо стелиться перед его величеством, пытаясь найти подходящие слова, дабы объяснить ему ваш провал. Возможно, вы хотите самостоятельно ответить за свои действия, а?

Рэм промолчал, переведя взгляд на писарей. Те, наконец, стали выбираться из-под стола, с опаской глядя в сторону архимагов.

– Вы ведь вызвали меня не для того, чтобы отругать, словно нерадивого студента? Как я понимаю, у совета есть для меня поручение?

– Верно мыслишь. – Усмехнулся маг. – Тебе ведь известна нынешняя ситуация на Нагмаре?

– Вы о том, как мы феерично потеряли обретенного союзника и упустили вторжение этих лесных вырожденцев? Слыхал краем уха.

– Дааа, ситуация там складывается не лучшим образом, да и темные эльфы устроили нам грандиозный сюрприз. Но речь не об этом. Наши агенты доложили о нахождении крысы на острове. Согласно имеющимся данным, он направился в султанат.

– Твари нужен артефакт. – Кивнул Рэм.

– Судя по всему, да. Ты уже дважды его упускал и, признаюсь, я не горел желанием назначать тебя на эту миссию. Но лорду Оонсу удалось меня переубедить. – Судя по тону старика обстоятельство это его вовсе не радовало. – Твоя задача перехватить крысу и по возможности доставить в лабораторию под надзор лорда Оонса. В случае же если это будет по каким-то причинам невозможно, его следует уничтожить и захватить осколок.

– Уничтожение этой твари мне больше по душе.

– Дело твое. – Кивнул старик. – В твое распоряжение будут переданы наши агенты в султанате и все силы, коими империя располагает в том регионе. Но помни, провал недопустим. Осколок должен оказаться в наших руках. Да и еще, султанат это тебе не пиратский архипелаг, не вздумай устроить там подобный дебош!

– Думаю, это не станет проблемой. Достаточно дождаться, пока крыса со своими дружками окажется в пустыне, там его и захватить.

– А вот этого я настоятельно не рекомендую тебе делать. Ты еще молод и многого не знаешь о восточном континенте. Жители пустыни… скажем так, те кто выжил, не сильно жалуют выходцев из империй. В особенности магов. По возможности захвати крысу до того момента, как он углубится в пустынные земли.

Лорд Харольд удивленно взглянул на старика, но не дождавшись пояснений, кивнул. Глава совета махнул рукой, показывая, что аудиенция окончена и погрузился в изучение очередного фолианта. Рэю ничего не оставалось как развернувшись покинуть зал. Молодой архимаг пребывал в расстроенных чувствах. Репутация бесстрашного воина и могущественного мага, достойного в будущем стать во главе совета, медленно трещала по швам. Все благодаря одной крысе, никак не желавшей расстаться со своей мелкой и никчемной жизнью.

– Я всегда считал, мол архимаги, сами по себе столь великие чародеи, что власть над ними – сама по себе сказочный миф. Но поглядите-ка, даже среди величайших существует некая иерархия.

За входной дверью, прислонившись спиной к стене, стоял мужчина. Его длинные светлые волосы были перевязаны хвостом, ярко голубые глаза с интересом наблюдали за застывшим в изумлении архимагом. На его губах играла ехидная, возможно даже немного презрительная ухмылка.

– Ты? Погоди, ты ведь та самая подопытная крыса Оонса, что он выращивал в своей лаборатории, что ты здесь делаешь?

– Крыса? Да, пожалуй, сравнение более чем верное. Все эти годы, я действительно был подопытной крысой, на которой ставились опыты. – Задумчиво проговорил блондин. – А ты? Кем ты считаешь себя, архимаг?

Рэм внезапно осознал, что этого человека, действительно интересует заданный вопрос. Он совершенно не боялся могущественного повелителя магии, ему было плевать на последствия своих слов. По спине архимага пробежала легкая дрожь и Харольд и сам бы не смог ответить от чего взялось чувство страха перед этим низшим существом. Архимага переполняло чувство ярости и ненависти к этому мерзкому недочеловеку, посмевшему шагнуть сквозь завесу миров.

– Слушай сюда, ты…

– Попридержи красноречие. – Улыбнулся блондин. – Цель перед тобой поставили, дерзай, выполняй. Пускай я и не верю, что тебе удастся убить, а уж тем более, взять живым моего соотечественника. Но удачи тебе в этом.

– Да ты остряк. От меня чего тебе нужно?

– Скорее реалист. Хм, а лорд дэ Вадиос не сообщил? Я возглавляю группу, направленную на поиски артефакта в пустыню султаната. Так что составлю тебе компанию в пути в те далекие и жаркие земли.

Рэм Харольд, только тяжело вздохнул, бросив свирепый взгляд в сторону закрывшихся за его спиной дверей. Направить чужака выполнять столь важную для империи миссию, да еще в противостоянии с его же собственными соотечественниками, о чем интересно думали члены совета, принимая подобные решения.

Имперский океан, воды в сутках пути от Алтара.

Шторм. Что представляют себе люди, слыша это слово? Высокие волны, разбивающиеся о крутые берега, смывающие песок с пляжей. Ураганные ветра, срывающие крыши домов и обваливающие вековые деревья. Все так, но лишь на берегу. Находясь на судне, несущимся по волнам, все ощущается немного по-другому. Лизия стояла на палубе корабля, крепко держась обеими руками за леера. Сердце девушки, ни ризу не выходившей в море дев, трепетало от страха. Огромные волны, накатывающие на них, швыряли корабль, словно скорлупку в этом безбрежном океане водной стихии. Лизия пыталась храбриться, подавив в себя чувство страха, но мысли об океанских глубинах, штормовых ударах стихии не хотели выходить из головы. Одна лишь мысль о том, что там, под днищем корабля, водные пласты уходят на многие километры вглубь, а до ближайшего берега, где есть твердая земля, на которую можно встать, возможно несколько дней, девушка невольно содрогалась всем телом. Один из проходящих мимо матросов, предложил ей спуститься в каюту, где и переждать шторм. Он пытался перекрикивать ураганные завывания ветра, но Лизия скорее по его движению губ, поняла смысл сказанной фразы. Покачав головой, она еще сильнее схватилась за толстые канаты, не моргая глядя в ночную даль.

Там, сквозь низкие тучи и грозовой фронт, вдали, мигали крохотные огоньки. Они словно светлячки в темном лесу – то появлялись, то скрывались в ночной тьме, закрываемые высокими волнами. Поглядев вправо, девушка увидела еще один мигнувший отблеск света. Это были два пиратских корабля, преследовавших их еще до начала шторма. Когда Лизия впервые услышала, что за ними гонятся два корабля морских разбойников, девушка впала в панику, заливаясь слезами. Но моряки не расстраивались, а капитан, присматриваясь к далекому горизонту, улыбаясь сообщил о приближающемся шторме, в котором можно укрыться. Час сменился часом, ветер бушевал, волны накатывали, подкидывая корабль словно ничего не весящую щепку. Но преследователи не отступали, с маниакальным упорством продолжая сокращать расстояние. Рассекая острыми носами волны, пираты все сокращали расстояние, пока полстрелки назад, их корабельный маг не применил свое первое заклинание. Расстояние все сокращалось и битва между магами выходила на новый уровень. Вскипали воды, обрушиваясь на корабли паром, зажаривающим матросов, капли превращались в ледяные иглы, покрывая палубы кораблей, словно спину ежа. Вскоре присоединились и корабельные орудия, но из-за тряски и волн, от них было мало толку. Тяжелые стрелы уходили в сторону, так и не попав ни по одному из кораблей.

Глядя в ночной мрак, Лизия все молилась богам, чтобы пираты потеряли их во тьме. Увы, ведомые корабельными магами морские разбойники, ни на миг не теряли своей цели. С каждым накатом волны, с каждым ударом мага, внутри корабля что-то трещало, лопалось и скрипело. Девушка с ужасом ждала, когда их деревянное судно попросту развалиться на части, отдавая пассажиров во власть бушующей стихии.

Паммм!

Звук задребезжал словно натянутая струна. Пространство перед кораблем искривилось от переполняющей его силы, извергнув из себя ледяную колону покрытую многочисленными шипами. Соприкосновение вражеской магии с защитой корабля, ударило вспышкой света, ослепив людей. Ударная волна прошла по палубе, сметая незакрепленные предметы и сбивая с ног матросов. Краткий миг падения, в который Лизия осознала, трос, за который она держалась, оборвался и больше не в состоянии преградить путь в океанские воды. Секунду-другую девушка еще балансировала на краю пропасти, стараясь выровнять равновесие, но очередная волна, накрывшая борт, словно магнит потащила юную баронессу за собой. Миг падения, сердце уходит в пятки, а мозг лихорадочно ищет выход, уже осознавая неизбежность гибели. Внезапный рывок заставил девушку щелкнуть челюстью, плотно сжав зубы. Чья-то сильная рука, подхватила ее под локоть, вытаскивая из провала в бездну. Лизия вновь ощутила твердые доски палубы под ногами. Бешено стучащее сердце, постепенно возвращалось к нормальному ритму.

– Пойдемте в каюту, леди. Права слово, не стоит оставаться на палубе, сейчас это не безопасно.

Повернув голову, девушка увидела приобнимающего ее Винсента Алью. Молодой человек, тянул ее к пристройке, где под лестницей, ведущей к рулевой рубке, находилась маленькая неприметная дверь.

– Здесь есть окно, если вам не терпится видеть происходящие события. – Улыбнулся молодой человек, поправив рукоять клинка на поясе.

– С… спасибо, граф Алью. – Все еще бледными губами улыбнулась Лизия.

– Просто Винсент, леди. Граф Алью – это мой отец. Путь нам с вами предстоит не близкий, так что предлагаю отбросить прочь ненужные формальности.

– Как скажите, Винсент. Скажите… – Замялась девушка. – Вы считаете, они смогут потопить наше судно?

– Потопить? Хахаха, разумеется, нет. В данный момент на нашем корабле, сразу три мага, уровня бакалавра от третьего до первого ранга. Это не считая двух десятков воинов элитного полка королевской гвардии и матросов, собаку съевших на морских сражениях. Я, конечно, не великий знаток морских баталий, но разницу в силе примерно понимаю.

– Тогда почему…? – Перевела растерянный взгляд на пиратский корабль Лизия.

– В данный момент наш корабль защищает всего один маг. Остальные выжидают момента, не желая тратить силы. Подумайте сами, взять нас на абордаж в такой шторм, или зажать в тиски у них не выйдет. Даже стреляют по нам скорее от злости, желая потопить, чересчур шуструю добычу. Не беспокойтесь, капитан и корабельный маг не допустят этого.

На несколько минут воцарилось молчание. Лизия вглядывалась вдаль, Винсент скучающим взглядом осматривал резьбу на оконных проемах.

– Смотрите! – Лизия в порыве чувств схватила молодого мужчину за руку. – Вон там!

Глянув в указанную сторону, Алью, сперва, не разглядел ничего. Ночная тьма была непроницаема и лишь волны, поднимающиеся одна за другой, закрывали собой горизонт. Наконец, вспыхнул огонек света, за ним еще один и, наконец, Винсент понял, кораблей было три. Один из них шел чуть позади остальных, но… шел на перехват? Третье судно мало чем отличалось от пиратов. Собственно, за пирата Винсент его и принял, пока корабли не приблизились и в тусклом огоньке света не стал различим флаг. Флаг одного из торговых домов Торгового конгломерата. Подобные флаги часто использовали те, кто хотел скрыть свою принадлежность к тем или иным силам. Но самое удивительное, корабли сражались между собой.

– Пылающий Восход. – Удивленно проговорила Лизия.

– Что?

– Пылающий Восход – название корабля. Я прочитала. – Несмело сказала девушка.

Между тем, на пиратском судне заметили незнакомца. Несколько минут ничего не происходило, видимо пираты совещались что делать, после чего, прямо с пиратской рубки ударила струя огненно-рыжей воды. На пылающем восходе подобное приветствие не оценили. Крошечная фигурка существа, стоявшего на носу корабля, махнула рукой и в сторону пирата ринулись полупрозрачные фигуры.

– Духи, это ведь самые настоящие духи! – Ошалело промямлил Винсент.

– Духи? В смысле привидения? – Не поняла Лизия.

– Духи это значит духи! На том судне есть шаман и судя по всему, далеко не самый слабый.

– Шаман? Значит там орки, да? Там орки?

Лизия лихорадочно пыталась вспомнить все, что когда-либо слышала или читала об орках. Увы, все, что вспоминалось, в большинстве своем носило не самый положительный смысл, вроде человеческих жертвоприношений, рабства, поедании человечины и тому подобное.

– Возможно, что и нет. Судя по фигуре, этот шаман больше на гоблина похож.

Корабли все сильнее сближались, а битва между колдунами все набирала обороты. Если шаман поддерживал существование своих духов, атаковавших пиратское судно, стараясь вырвать из него куски дерева, то корабельный маг, использовал весь свой арсенал боевых чар, обрушив на противника целую гору своей мощи. Вспышка за вспышкой, удар за ударом, и все это продолжалось, пока на палубе Восхода, не появилась одинокая фигура мужчины закутанного в черный плащ. В его руках был длинный посох с набалдашником в виде черепа. Даже глядя со стороны, лишенные магического дара люди, могли ощущать исходящую от него силу.

Вскинув над головой посох, колдун крутанул его пару раз и рывком стукнул им по доскам палубы. В первый миг ничего не произошло, и Винсент было даже решил, что это был какой-то фокус для поднятия духа команды, эдакий своеобразный ритуальный танец. Но тут над пиратом сгустилось облако ядовито-изумрудного света. Его структура становилась все плотнее, облако, словно змея окутывала корабль. Винсент с Лизией заворожено наблюдали за происходящим. Окутав судно, облако стало расширяться, пока в какой-то миг не лопнуло, превратившись в бурные потоки пламени, поглотившие пиратское судно и всю его команду. Всего минута и от пирата остались лишь многочисленные обломки, разносимые штормом.

– Это… было впечатляюще. – Нервно хмыкнул Винсент.

– Смотри-смотри!

Да, ударной волной, задело и сам восход. Корабль, немного приподнявшись над водой, всем своим весом рухнул обратно, погружаясь в пучину едва ли не до самой мачты. Стоило ему вынырнуть из воды, как уже штормовая волна, обрушившись на корабль, смела находившихся на палубе. Но если гоблин, а эта крошечная фигурка, несомненно, была гоблином, был привязан тросом к мачте, то вот колдуна с посохом на палубе уже не было видно.

– Его смыло в океан? – Потрясенно спросила Лизия.

– Похоже на то. Забавно, обладать такой разрушительной мощью и погибнуть от обычной волны, забыв закрепить страховку. Жизнь такая штука, никогда не поймешь, как повернется к тебе в следующий момент.

Глянув в окно, девушка заметила, как второй пират, развернувшись стал спешно уходить в сторону, явно не намереваясь продолжать преследование и не желая вступать в бой с превосходящими силами. Спустя минуту и восход скрылся за высокой стеной волн, пропав из виду.

– Все закончилось, Лизия. – Положил ладонь ей на плечо Винсент. – Идите в свою каюту, отдохните. Если сможете, поспите, уже завтра прибудем в столицу султаната, там силы вам понадобятся.

– Постараюсь. – Улыбнулась девушка. – Скажите, Винсент, в пустыне действительно так жарко как говорят? И совершенно нет воды?

– Хм, я никогда не был в пустыне, леди. Но полагаю, что это правда, температура там ужасная. А на счет воды. Там есть оазисы и даже небольшие речушки. Это точно, иначе народы, что проживают в пустыне, не смогли бы выжить.

– Там живут люди?

– Не люди… впрочем, поговорите с одним из магов, они куда больше знают о тамошних местах. В тайной канцелярии, мне говорили, мол эти маги были участниками нескольких экспедиций в пустынные земли. Думаю, они не откажутся поделиться с вами интересными историями.

– Так и поступлю. Доброй ночи, Винсент!

– Доброй ночи, Лизия! – Улыбнулся молодой человек и, развернувшись, направился в сторону капитанского мостика.

Глава 5. Гнилая Оливка.

Кхе… кхе…

Перебирая пальцами илистый песок, я из последних сил рванул свое тело вперед, выбираясь из воды. Не сказать, что я вымотался физически, но трехдневное истощение от отсутствия пищи и воды давали о себе знать. За время, проведенное дрейфуя в океане, я очень хорошо осознал один простой момент: мана не способна заменить нормальный прием пищи или глоток живительной воды. Она может вернуть подвижность мышцам, на время отложить голод или жажду, но она совершенно не в состоянии их утолить. В тот миг, когда волна накрыла корабль и меня смыло за борт, в голове царила лишь растерянность. Не будь со мной в тот момент лича, все закончилось куда плачевнее. Именно он сформировал вокруг меня защитную сферу, раздвинув толщу воды и позволив, словно буйку всплыть наверх. Только когда моя голова оказалась над водой, а накатывающие волны словно пушинку подхватывали меня, со страшной силой обрушивая обратно в воду, я понял что потерял всяческую ориентацию. Где был корабль, чем закончилось сражение, куда плыть? Я понятия не имел, как спастись в такой ситуации. Даже пространственная магия не могла помочь, ведь я попросту не знал, куда можно было телепортироваться. Растояния были слишком большими, а где находился корабль… Все, что оставалось делать, это дрейфовать внутри защитной сферы, ожидая пока закончится шторм и надеться, что удача и течения прибьют меня к берегу.

– Кхе-кхе… чёрт возьми! Твою-то мать! Неужели берег?!

– Можешь возблагодарить богиню смерти. В этот раз она решила не прибирать твою душу к себе. Видать решила, что твой пустой котелок, незаслуженно будет находится в чертогах смерти. Будешь портить пейзаж, так сказать.

– Иди…

– Дядя, вы в порядке? – Совершенно неожиданно раздался тонкий детский голосок.

Лежа на прибрежном песке, уткнувшись в него носом, я даже решил, что мне померещилось. Истощение организма, яркое, палящее солнце, отсутствие воды и, как последствия – галлюцинации. Точно, у меня попросту галлюцинации начались.

– Не переживай, это просто белочка тебя посетила. – Сарказма в голосе черепа было на целый вагон. – Голову подними, бестолочь, парень ждет.

В паре метров от меня действительно стоял молодой парнишка, лет восьми-девяти отроду. Вместо нормальной одежды он был замотан в рваные лохмотья, кое-как шитые-перешитые серыми нитками. Босые грязные ноги, длинные, давно немытые патлы, сквозь которые на меня с интересом смотрели карие глаза. Парень стоял совершенно без страха, опираясь на длинную самодельную удочку. Около его ноги стояло ведро, в котором плескалась рыба.

– Эээ.

– Браво, это все, что ты нашелся ответить ребенку на вопрос, все ли с тобой нормально? На его месте, я бы оставил тебя гнить под палящим солнцем и свалил бы побыстрее от такого «красноречивого» субъекта. Ты главное слюнку на подбородок пусти, сделай глаза потупее и еще раз выдай свое протяженное «эээ».

– Заткнись! Эм, это я не тебе.

Выставив вперед руку в успокаивающем жесте, я стал подниматься на ноги. Чёрт возьми, все же произнес это вслух. Стоит следить за собой.

– Я потерпел кораблекрушение в паре дней пути от берега.

– Ого, настоящее кораблекрушение? Вы, наверное, были капитаном судна? – В глазах пацана зажегся нешуточный восторг.

– Ээ… Ну как бы…

– А корабль у вас был большой? Торговец, быстроходный, военный? А сколько отсеков было? А мачт сколько? Движитель конечно был. Вы командовали корабельным магом, отдавая ему приказы?

– Погоди-погоди. Давай так, сперва, ты ответишь на мои вопросы, а затем я отвечу на твои?

– Не честно так, дядька. – Насупился пацан.

Сняв с пояса чудом уцелевший кошель, я достал из него серебряную монету, вложив ее в грязную ладошку. Увидев у себя такое богатство, парень даже потерял дар речи, выжидательно уставившись на меня.

– Прежде всего, где я нахожусь.

– Как это где, разумеется в Султанате – самой прекрасной стране на свете. Земле, над которой разносится милость Сахага.

– Хм, милость Сахага?

– Это дед так говорит. – Смутился мальчуган.

– Ну хорошо. А конкретнее, в какой части султаната?

В душе царила надежда, что я оказался не так далеко от столицы, ведь именно там и была конечная цель нашего маршрута. В столице отряд должен был закупить все необходимое, найти проводников, подготовиться к пути и выдвинуться в один из Схозов – двух отдельных районов султаната граничащих с пустыней.

– В южном схозе. – Разрушил мою надежду парень.

– Ясно. У тебя случайно воды с собой нет?

– Неа, воду с собой могут носить только воины, охотники и торговцы. Крестьянам запрещено выносить воду из дома, только когда несут ее из источника домой. Хотите, я вас домой отведу, мама недавно наполнила домашний фтох до краев, так что за пару медяшей она вам стаканчик нальет.

Предложение было неплохим и я даже не раздумывая согласился. В любом случае было необходимо выйти к людям. В деревне, возможно, удастся раздобыть какую клячу и узнать где находится ближайший город. Мне нужен был достаточно могущественный маг, через которого можно было связаться со своей группой и предупредить их, что я жив и где я нахожусь.

– Тебя, кстати, как зовут, парень, и как деревенька твоя зовется?

– Хаканом все кличут. А деревеньки то в других странах, а у нас аул.

– Пусть будет аул. Так как называют?

– Гнилая Оливка.

– Серьезно?

– Ага. Дед говорил, когда наши предки еще только пришли на эту землю, первый урожай быстро сгнил. Ничего с него они получить не смогли. Но предки были людьми настойчивыми и руки не опустили. Уже второй урожай оливок был плодородным. Но с тех пор жители стали называть аул Гнилая Оливка, в честь того самого первого урожая.

– Какие страсти. Далеко до пустыни отсюда?

– Вы о какой пустыне говорите, дядька? Весь южный схоз – это пустыни и полупустыни. Только малые речушки есть, да источники с оазисами. А если вы говорите о Великой Пустыне, то совсем недалече. Вооон за теми холмами.

– И не боитесь вы жить так близко к пустыне?

– Да тут везде пустыни. А в этом месте земля хорошая – оливки растут, виноград. В ауле даже источник свой есть. Небольшой правда, но пить и на полив хватает. И океан под боком, как не станет урожая, можно и рыбку наловить.

– Не страшно одному от дома уходить?

– Рыбачат в основном дети, а взрослые на плантациях. Но ходят на берег за рыбой только самые смелые. Тут часто шакалы и гиены бродят.

Надо полагать, самый смелый это как раз он. Ну что же, идти рыбачить, когда по дороге тобой могут перекусить падальщики, а из оружия у тебя одна удочка – для этого действительно нужно иметь отвагу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.