Владимир Андерсон
Фофо

Пролог

Пахло свежим кофе. Очень свежим. Таким, какой бывает, когда его долго не пьёшь. Таким, который пробуждает, освежает и напоминает о том, что сегодня новый день. Новый чудесный день. Такой день, какой ты предполагаешь, засыпая предыдущим вечером.

Криста приподнялась, усевшись на кровати, и увидела Зонни, маленького чудесного дракончика, который, сидя на подоконнике, вдыхал ароматы свежего кофе из своей кружки. Никаких стучащих, скрипящих и злобно пикающих будильников, как это было в Лондоне. Вот так надо просыпаться – от милого запаха бодрящего напитка, который пьёт твой новый друг-дракончик в мире Фофо.

И тут Криста вспомнила, как тут оказалась…

Фофо

Бывает, мечтаешь о чем-то волшебном. Таком сказочном, теплом, легком и совершенном. И все никак не можешь себе представить, как это может выглядеть вживую. Все пытаешься сделать это настоящим и осязаемым, но получается лишь что-то расплывчатое. Одни лишь эмоции… Правда, эмоции настолько сильные, что, порой, чувствуешь себя там… Там, где это что-то волшебное, теплое и легкое уже есть. И сделано за тебя, но только для тебя…

Криста просыпалась с этими мыслями каждое утро. Конечно, ей не хотелось вставать. Ей хотелось оставаться в этом тепле каждый раз, когда она открывала глаза. Оставаться в защищенной безопасности от этого холода и сырости, который захватывал ее моментально, стоило только отодвинуть в сторону одеяло… Да-да, это большое ватное одеяло было главным ее спасителем. Можно сказать, основным.

Вторым спасителем был на редкость мягкий и пушистый плед с изображением осенних листочков. Каждый раз, окутываясь в него, она думала о том, что защищается самой матерью-природой, чувствуя себя в полной безопасности. Чувствуя себя защищенной. От холода, прежде всего.

Холод был вообще главным бичом ее натуры. Ей не доставало тепла иногда даже летом. Хотя в Лондоне лето бывает весьма даже жарким, особенно последние несколько лет, Кристе казалось, что за этот короткий промежуток времени земля не успевает прогреться полноценно, что равносильно тому, что никакого лета и не было. Странное это ощущение – невозможность прогреться до конца. Будто это что-то перманентное. Будто кто-то обратил ее в камень с проклятием мерзнуть до скончания времен. Та еще участь…

Криста выставила наружу голень, и холод моментально обволок ее. Почему это происходит каждый божий день? Почему мир не может быть таким, где было бы приятно просыпаться с утра, не хотеть спать, быть довольной всем и видеть рядом с собой милую кружку с горячим шоколадом? Почему это не может быть таким?

Она убрала ногу обратно под одеяло, и в этот момент осознала, что за долгие годы это была первая конкретная мысль, как мог бы выглядеть этот ее волшебный мир – там должен быть вкусный горячий шоколад всегда под рукой. Вот оно! Это и правда очень мило и работает. С горячим шоколадом уж точно не замерзнешь, и не будешь черствым как сухарь с самого утра. И правда весьма действенная идея!

Это придало ей таких сил, что она мигом отбросила одеяло, поднялась, натянула на себя махровый халат и выбежала из комнаты. Шоколад! Там должно быть полным-полно вкусного горячего шоколада, ведь он так прогревает!

Поставив чайник кипятиться, Криста достала свою кружку и насыпала в нее порошок от растворимого шоколада. Обычно она все же пила кофе, причем достаточно крепкий, и все ее мысли в этот момент касались только того, что сон должен отступить и перестать так упорно нападать на веки, закрывая глаза в мертвую спячку. Кофе было главным спасением, но в это утро ни о каком кофе не могло быть и речи – это утро должно было стать волшебным, как и весь тот новый мир, который она хотела так давно.

Удивительно только, как сильно одно только желание может влиять на всю действительность – она изо всех сил хотела что-то поменять, сделать свой маленький мир теплым и уютным… И это возможно! Такое бывает! Надо просто начать хоть чуть-чуть делать то, что так сильно хочешь. Оказывается, это даже не так уж и сложно… Конечно, после того как встанешь с кровати в этот мерзкий холод.

Она тут же отбросила в сторону эти мысли. Да, у нее получилось, но даже не хотелось вспоминать, каково это, когда тебя атакует это нечто холодное и вездесущее… И тут она поймала себя на второй мысли, ведь раньше она никогда так не делала. Раньше ей всегда хотелось вспоминать, как она с трудом что-то сделала, даже в том случае, когда все успешно, она все же вся измучилась, достигая этого. Непонятно зачем, но она постоянно вспоминала это – как ей в какой-то момент было тяжело. А потом прокручивала это в голове раз за разом, не осознавая, что подобное воспоминание лишь угнетает само по себе. Но ведь именно это так важно – наконец расслабиться!

Криста даже не заметила, как вскипел чайник. А ведь раньше это ожидание было для нее целой вечностью… Как это так, те же самые вещи могут быть совершенно другими, когда ты в настроении…

Она налила воды в кружку и размешала в ней содержимое, а затем долила немного холодной воды из графина. Субстанция стала вязкой и кругом запахло насыщенным запахом шоколада. Такого радостного и праздничного, будто сегодня совсем не обычный день, какой был вчера или позавчера.

Взяв кружку обеими руками, Криста уселась на барный стул, стоявший у окна и выглянула наружу. Там моросил легкий дождь, и те виды, которые открывались перед ней, были как обычно серого оттенка, но почему-то в этот раз они не казались ей мрачными… В одном из кусочков, не заслоненном зданиями, была видна Темза. Она все время смотрела на этот кусочек и думала, как же далеко она находится от того места, где хотела бы жить… Но сегодня ей казалось, что это чудесно, что она все же может видеть ее. Что у нее есть возможность, уже сейчас наблюдать эту реку и даже фокусироваться на ней. И в это утро даже Биг Бен был для нее близок, хоть до него по реке было плыть еще несколько километров.

Как все же относительны такие вещи. Те вещи, которые воспринимаешь каждый день. Вчера они могли надоедать, а сегодня ты видишь в них какой-то шарм и очарование. Сегодня они выглядят живыми и полноценными. Сегодня они имеют свой смысл. Как, например, эти старые промышленные здания из красного кирпича возле ее дома. Еще вчера они казались страшными, опасными и определенно очень грязными. Ей даже хотелось зажать нос каждый раз, когда ее взгляд падал туда. Но сегодня они были естественным антуражем Лондона, который с давних пор славился как промышленный город… Более того, сейчас эти здания были заняты уже не заводами, а офисами, и хоть в офисах не было чего бы то ни было романтичного, но по крайней мере они не загрязняли окружающие районы черным дымом, копотью и редкостными ядами.

– Дело ж вовсе не в самих зданиях, а в том, что в них делают. – вслух сказал Криста.

Ей пора уже было на работу, и это было как раз то самое здание, где лет 50 назад стояли станки, а не офисная мебель – сейчас это здание принадлежало Королевскому банку Англии.

***

Криста никогда не вдавалась в подробности того, почему этот банк так называется. То ли он принадлежит лично Его Величеству, то ли правительству, то ли, может быть, сообществу важнейших пэров. Ей даже не хватало смелости признаться самой себе, что в реальности она не хотела это знать… Ведь так можно было продолжать фантазировать и представлять, что банк принадлежит, например, чудесному принцу, который собирает деньги для свадеб или строительства великолепных дворцов, где проводятся роскошные балы, на один из которых, разумеется, позовут и ее, как ценного сотрудника этой организации… Можно было думать хотя бы так, и это было куда лучше, чем копаться в документах и видеть, что ты лишь приносишь деньги очередному толстому скупердяю, который только и думает о том, чтобы облапошить честных людей.

Такие мысли ее частенько посещали. Уж сколько она видела разных случаев, когда люди или организации брали кредиты, и спустя несколько лет оставались по уши должны банку, потому как не были в состоянии расплатиться по процентам… А потом банк предлагал им рефинансирование. И выглядело оно весьма заманчивым, так как оттягивало платежи на еще какое-то время. Но в реальности лишь делало долговую яму еще глубже… Какой же благородный принц мог быть причастен к такому?

А все ли принцы такие хорошие, как хочется думать?… Эх, до чего же тяжелый вопрос. И зачем только его задавать? Тем более, что никогда не увидишь вообще никакого принца. Ни хорошего, ни плохого…

Сейчас Криста сидела в своем кабинете, где она принимала VIP-персон – самых зажиточных клиентов банка, от которых только что и веяло неким тяжелым металлическим запахом, который мог разве что отражать звон монет, падающих друг на друга. Эти клиенты, очевидно, сами кого-то облапошивали, а потому банку они были не по зубам – он лишь хранил их деньги, а не выдавал кредиты… Хотя, кто его знал. Может, она просто не видела еще такой момент, когда скупердяй сам просит себе денег?

В этот день к ней зашел мистер Томас Чемберлен, владелец нескольких швейных заводов. Хотя это было не главное его преимущество – главное, в том, что он был лордом, то есть членом палаты лордов. Об этом не много кто знал, потому к нему все и обращались «мистер», а не «лорд», но Криста прекрасно знала, что для подобной особы такие вещи не имеют особого значения – важен сам факт того, кем он является на самом деле, а не как его называют… И все же, когда она первый раз увидела в его деле упоминания про парламентскую палату, то не преминула как-то спросить об этом самого Чемберлена.

Тогда он слегка улыбнулся и сказал ей, что все это правда, но не стоит об этом особенно распространяться, а потому лучше продолжать обращаться к нему «мистер». Как же любят подобные люди говорить в таком стиле «не стоит особенно распространяться» там, где очевидно, он вообще не хочет, чтобы сказали хоть слово! Чем-то очень английским отдает подобное…

В этот день Томас Чемберлен был в очень смешанном настроении: с одной стороны, его глаза чем-то искрились, таким светом, который бывает в случаях, когда ты скоро увидишь что-то долгожданное, а, с другой стороны, те же глаза были не менее напряжены, словно это что-то может изменить его жизнь до неузнаваемости.

– Я бы хотел создать еще два счета и пополнить их с основного на два миллиона фунтов каждый, но при этом обязательно, чтобы два новых счета не имели никакого накопительного эффекта. Никакого абсолютно – все деньги, что лежат на них, не должны приносить никакого пассивного дохода. – сказал лорд, смотря ровным взглядом на свою собеседницу. При этом он постоянно поглаживал свои пышные усы, как обычно делают как раз, когда хотят кого-то надуть. Что это за странные подарки такие банку? Он так готовится к Рождеству? До которого еще две недели…

У Кристы моментом отпали мысли о деньгах мистера Чемберлена и переместились в сторону белого пушистого снега, падающего с небес и делающего наши дворы сказочными перед праздником… Как было бы здорово, если бы этот чудесный снег был и в Лондоне…

– Это возможно, мисс Санфлауер? – лорд улыбался еще сильнее, только одним уголком губ.

– Эмм… – задумалась, Криста. Это и правда был нестандартный вопрос. Разумеется, для банка накопительный счет, не дающий его обладателю проценты по вкладу, был бы чем-то сверхвыгодным для банка, но кто ж на такое согласиться. А раз никто, то и как данности такое никто не придумает… Тариф для сумасшедших…

– Я уверен что-то такое точно есть… – глаза лорда были тверды как два алмаза. В них не было ничего кроме уверенности. Той самой уверенности, которая живет бок о боком с успехом. – Не могли бы обратить свое внимание на раздел в тарифах, который называется «Его Фофность».

Вот так название. Что прям так и писать? Криста ни разу не слышала о чем-то подобном и ничего не видела схожего на букву «Е» в списке, хотя она прекрасно помнила, что всего на букву «Е» называются два тарифа «Единый» и «Ежегодный». И, собственно, все банковские тарифы похожи на нечто серое и безжизненное, а тут… Кто мог придумать такой тариф, да еще и пропустить его как действительный?

Тем она сделала, как сказал лорд – вбила это название в поисковике… И… Компьютер завис… Ну то есть такое бывает, конечно, когда пропадает интернет, или нагрузка на систему слишком велика… Или ему просто надо подумать… Может, где-то в кибербезопасности решили, что она хочет что-то взломать такими странными фразами?

– Прошу прощения, мистер Чемберлен, но похоже у меня… – Криста не успела договорить…

– Понимаю… Мисс Санфлауер, надо немного подождать… – Чемберлен был все также спокоен. Да и вообще выглядело так, будто он знал, что это произойдет. – Надо немного подождать… А еще выпить немного сливочного шоколада, чтобы согреться. Вы ведь немного замерзли, ведь так?

Это становилось уже удивительным. Она ведь действительно чувствовала себя замерзшей. И дело было вовсе не в температуре – в офисе было тепло, нигде не дуло, ничего похожего. Но сама Криста при этом замерзала. Непонятно было от чего, но ее буквально знобило. Неужели это так сильно по ней видно?

– Да, немного замерзла, мистер Чемберлен. Вы правы… – ответила девушка.

***

Сливочный шоколад оказался на редкость вкусным… Она несколько раз пробовала тот самый, что подают в зале ожидания для VIP-персон, но никогда он не казался ей каким-то сказочным, как сейчас. Он не просто был горячим и согревал, он дарил свое тепло. То самое тепло, что можно так легко ощущать на кончиках своих пальцев, и осознавать себя живой.

– Очень к месту, не правда ли? – спросил лорд. Сейчас он сидел напротив девушки в большом кожаном кресле с заклепками, положив ногу на ногу и разглядывал ту прелестную жидкость, что наполняла его кружку. Как мало все же надо для того, чтобы начать осознавать себя нужным этому миру.

Кристу пронзили удивительные мысли – ты сам кажешься нужным кому-то, когда осознаешь тепло, которое получил извне. Когда, будучи холодным, стал теплее. И вот почему есть люди, которые не могут жить без обнимашек – без передачи тепла друг другу. Когда ты делишься этим чем-то очень дорогим с кем-то другим.

– Да, мистер Чемберлен, это очень к месту. – ответила Криста. Сейчас лорд казался ей чем-то похожим на Санта-Клауса, только не с белой бородой, а с каштановыми усами. И если раньше он был кем-то вроде зажиточного и важного клиента, перед которым нельзя сказать лишнее слово, то теперь – добреньким дедушкой, который дарит радостное настроение.

– А все потому что сегодня особенный день. – сказав это лорд выпил немного и поставил кружку на стол перед собой, а затем стал слегка потирать свои руки. – День, когда люди могут бесконечно долго делиться своим теплом с другими. Не только с родными и близкими. И даже не только со знакомыми. Но вообще с любыми людьми… Вы когда-нибудь делились своим теплом с незнакомыми людьми, мисс Чемберлен?

Спроси у нее это кто-то еще каких-то полчаса назад, и она бы подумала про какие-то домогательства, про то, что кто-то что-то хочет от нее сейчас, причем без ее согласия, или про то, что люди могут греться друг о друга, чтобы не замерзнуть насмерть… Но сейчас это звучало как нечто очень доброе – делиться своим теплом. Делиться теплом с незнакомым человеком почему-то теперь не означало терять его, как это звучало в ее голове раньше.

И тут она вспомнила один случай, когда находилась в зале ожидания дуврского порта, встречая своих родных: родителей и маленького брата Джима, который был моложе ее на целых 12 лет. Она тогда только-только закончила колледж и устроилась на работу в Лейбористский банк. Первый месяц был для нее самым тяжелым, и она ощущала, что почти не высыпается. На тот же месяц у родителей с младшим ребенком было запланировано путешествие к норвежским фьордам, и спустя неделю они возвращались обратно.

С утра было еще очень солнечного, но погода начала меняться очень быстро. Такое очень редко бывает в Британии – все ветра дуют с Атлантики, а потом никакой неожиданности в погоде на юго-востоке острова и быть не может, но только не в этот день. И если ко дню все стало хмурым и дождливым, то под вечер началась настоящая буря. Трудно было себе представить, что в эти моменты творилось в море, и Криста начала думать о самом плохом – острые скалы, ведь ими усеяно все побережье. В ее голове стали мельтешить картины лайнера, врезающегося в острые как бритва камни, грохот ломающегося судна, кричащие в ужасе люди… И в этот момент стало известно, что лайнер пропал с радаров.

Криста не могла поверить в это. Подобное не могло произойти с ней, ее семьей. Ведь ближе никого у нее не было. Ведь это не какая-то война. Ведь все кругом мирно и хорошо. Ведь есть же множество служилых людей, технологии, их правительство, которые должны оберегать их от подобного… И подобное не может происходить…

Она стояла, зажав рот руками, сжатыми в кулаки и при этом еле сдерживала слезы. Она изо всех пыталась не плакать, будто верила, что пока она не пролила слез, то все еще живы. И одновременно с этим понимала, что это ничего не решает. Абсолютно ничего.

Справа от нее стояла женщина, очень пожилая. Она была в таком же потрясении и твердила что-то вроде «Боже, забери лучше меня… забери меня…» Похоже, что она тоже не верила, что нечто подобное возможно. И что это происходит прямо сейчас.

В какой-то момент она обернулась и увидела перед собой Кристу. Такую же, надеющееся в глубине души на что-то хорошее. На то, что все еще может быть не таким, как это очевидно выглядит сейчас… Что их родные могут быть живы.

– Он ведь жив? – буквально спрашивая саму себя сказала женщина, а затем попыталась сделать эту фразу утвердительной. – Он жив…

Криста пыталась отдышаться, а потому не могла сказать ни слова. Она лишь кивала. Кивала, все продолжая изо всех сил не плакать… Не плакать и смотреть в глаза этой женщины, из глаз которой уже текли слезы.

И тут объявили, что лайнер зашел в порт.

Криста разревелась. Это было такое облегчение, которое она не представляла, что вообще может быть… Ее руки машинально обхватили стоявшую рядом женщину, и они обнялись… Они еле стояли на ногах, обнимали друг друга, и рыдали. Рыдали от той радости, что вернулась к ним обратно. Вернулась в их жизнь, где дорогие им люди живы, и сейчас будут с ними рядом.

Оказалось, что у этой женщины, которой на тот момент уже было 62 года, в путешествие к фьордам отправлялся муж. Они так делали иногда – проводили по неделе отдыха в год отдельно друг от друга, чтобы понимать, насколько им тяжело жить по отдельности.

В тот день Криста первый и последний раз вот так ни с того, ни с сего обнимала незнакомого ей человека. И потом она много раз думала о том, что не будь этой женщины тогда рядом, и она бы просто свалилась на пол… А вместо этого она хорошо запомнила, что тепло может не только греть от холода, но и успокаивать от нервов.

Криста немного улыбнулась и посмотрела в глаза лорда:

– Да, мистер Чемберлен. Такое было… В порту Дувра почти 10 лет назад…

– И Вы остались довольны этим?… Судя по Вашим глазам – вижу, что очень даже.

– Вы абсолютно правы… Я обнялась с незнакомой женщиной, когда поняла, что нет никакой катастрофы. Когда испытала облегчение… Это словами не передать…

– У меня еще один вопрос, мисс Санфлауер. После этого Вы остались также незнакомы с этой женщиной?

– Нет. – Криста улыбнулась. – Мы стали подругами… При том, что она на почти на сорок лет старше меня, мы прекрасные подруги.

– И Вас это удивляет? Или забавляет? Что больше? – лорд был очевидно доволен таким исходом истории.

– И то, и другое, мистер Чемберлен. – ответила Криста. – Но больше всего я рада… Рада, что человек, который однажды испытал со мной такое облегчение, остался в моей жизни… Думаю, что для нее это все значит абсолютно тоже самое. Хотя я никогда не спрашивала об этом напрямую… И мне почему-то теперь кажется, что сейчас на моем компьютере все загрузится.

Девушка сама не заметила, как быстро и неожиданно у нее изменилось настроение – оно стало словно воздушным. Все так легко и принужденно начало видеться, начало ощущаться, начало делаться…

Тариф «Его Фофность» загрузился. Он действительно был с нулевой ставкой по вкладу, со сроком ровно в 1 год при невозможности закрыть его заранее или пролонгировать. Выглядело так, будто кто-то кладет свои деньги в сундук ровно на 365 дней, чтобы их не видеть. А спустя год вернуться и снова обрести… Правда, этот год високосный, а значит и дней на один больше.

– Какую сумму Вы бы хотели разместить на этом вкладе, мистер Чемберлен? – спросила Криста. Как ни странно, но сейчас ей не хотелось в очередной раз играть удивление или задавать вопросы из серии «Зачем Вам вообще это надо?» – сейчас настрой был таким, как будто это все не с проста. Будто это какая-то сказка, в которой просто такие мудреные правила, придуманные каким-нибудь принцем… Еще и название такое няшное…

– Ровно два миллиона фунтов стерлингов. – спокойно ответил лорд.

– Почему именно два? – Криста сама не поняла, почему это спросила. Это вообще был вопрос, который ей нельзя было задавать, как сотруднику банка. Она могла убеждать сделать больше или по-другому – так ей предписывалось как способ взаимодействия с клиентом банка. Но спрашивать «Почему и зачем» строжайше запрещалось, это вопросы совершенно другого департамента… Почему-то ей казалось, что только не в этот раз.

– Это, чтобы можно было взять с собой еще кого-то… Вы ведь не против, мисс Санфлауер?

С собой взять? Что он имеет в виду? Хотя это больше интриговало, чем пугало, но все же она не могла не спросить, на что соглашается. Пусть даже это предлагает и лорд, для которого честь дороже всего.

– Я не знаю… Против чего я могу быть… или За что я могу быть?

– Вы бы хотели оказаться в мире, где окружающие делятся друг с другом теплом, потому что это их постоянная потребность? Так же как у птиц потребность – петь, иначе они умрут… В таком мире, где горячий шоколад и кофе не получиться выпить, находясь не рядом с душевным камином и уютным креслом? Где все окружающие Вас существа желают Вам только добра и хотят получать от Вас тоже только добро? Хотели бы оказаться в таком мире?

Криста посмотрела на монитор, и увидела, что к созданному счета лорда добавился второй – субсчет, на которой перешел второй миллион фунтов. Теперь на каждом счету было ровно по одному миллиону, и что-то ей говорило, что разделилось все это не просто так. Ведь она внутри себя и правда решила, что хотела бы оказаться в таком мире…

– Если это возможно, мистер Чемберлен… – стесняясь ответила девушка.

– Вход через хранилище. – ответил лорд.

***

Криста первый раз стояла перед этой дверью. Здоровенной круглообразной стальной дверью в полтора раза выше ее ростом. Как эта дверь открывается, она видела только в фильмах – толщина должна была быть тоже раза в полтора больше ее роста, и на эту глубину сворки должны были удерживать ее, распахивая внутрь. Сейчас она с нетерпением наблюдала, как открывается это новая волшебная тайна.

Лорд стоял рядом, опираясь на свою трость с наконечником из головы льва, сделанной из слоновой кости. Глядя на это нельзя было не подумать о том, что было первостепенно – лев или слон? И вообще, как понимать первостепенность в этом плане? То ли кто-то захотел сделать льва на чём-то очень прочном, то ли кто-то не смог продешевить в использовании дорогой слоновой кости и потому вырезал из нее короля зверей…

– Это правда очень волнительно. – сказал лорд. Он казался достаточно спокойным, но глаза его очевидно выдавали – они искрились как у мальчишки, который наконец раскроет свои рождественские подарки. А ведь и правда скоро Рождество…

Когда дверь еще открывалась, Кристе казалось, что внутри кромешная темень, будто чёрная дыра, и что ничего там просто нет. Но с каждым новым движением становилось очевидно, что внутри просто слабый теплый свет, который еле отражается от стенок. А ещё… Мерцает… Этот сет мерцал, а не светил ровно, как это бывает от электрических светодиодных ламп, обычно установленных во всякого рода банковских хранилищах.

– После Вас, мисс Санфлауер. – с довольным видом сказал лорд.

Криста зашла внутрь и тут же ощутила какое-то движения справа от себя, как раз откуда исходил свет, и повернулась – перед ней стоял мужчина во фраке, с изысканным жабо, брюках, доходивших чуть ниже колена, а далее закрытые длинными гольфами. В правой руке у него была трость, похожая на ту, что была у лорда, а в левой – свечной фонарик, откуда и исходил свет.

Этого света хватало, чтобы видеть добродушные глаза этого мужчины, который учтиво поклонился ей и сказал:

– С наступающим праздником Рождества, мисс Санфлауер.

– Спасибо. – Криста ответила несколько сбивчиво, пытаясь заодно разглядеть саму комнату, в которой оказалась. Стены из красного кирпича, насколько полок, на которых стояли разные фигурки, в основном смешные гномы с большими носами и разными мешками и предметами в руках, иногда попадались разные звери. Совы, кошки, собаки, но причем всегда во что-то одетые, стоящие на двух лапах и с человеческими руками. Выглядело все очень уютно, но с другой стороны весьма удивляло, что подобная комната, больше похожая на какую-то проходную в замке, находилась за громадными сейфовыми дверьми в королевском банке.

– Рольф, приветствую! – сказал лорд, зайдя вслед за Кристой. Для него происходящее явно не было каким-то сюрпризом. Рольф поставил на одну из полок свой свечной фонарь, и в этот момент он осветил его голову целиком. У Кристы отвисла челюсть – это был мужчина с головой оленя, и от этого весь этот антураж 19 века в его одежде стал ещё более потрясающим. Живой человек в старинном костюме с головой оленя пожимал руку рядом стоящему лорду верхней палаты парламента Великобритании!

Поначалу Кристе хотелось спросить, что здесь происходит. Не является ли оленья голова на редкость правдоподобной маскировкой, ведь сейчас и не такое в кино умеют делать. Но ведь в кино, а не вот так, когда видишь всё своими глазами. Мало того, ей правда хотелось, что это было чем-то волшебным. Да даже если на самом деле всё это лишь маскарад, то ведь так хочется хоть немного побыть в сказке. Тем более, что лорд Чемберлен-то уж точно настоящий, и он правда весьма состоятельный и влиятельный член Палаты лордов.

– Прошу прощения, если Вас смущают мои рога. – сказал Рольф, повернувшись к девушке. – Мой вид действительно должен сбрасывать их в ноябре-декабре, но я не могу делать этого в виду моей профессии дворецкого в мире Фофо. Вот когда Рождество пройдет, наступит январь, вот тогда я смогу это сделать, и целый год у меня будет для подготовки к новому празднику.

– Вам очень идет… – Криста не нашлась, что еще ответить на это и еле сдержала себя от желания потрогать их руками. Правда, наверно, это было бы не очень прилично.

– Вам лучше одеться, чтобы идти дальше. В мире Фофо сейчас намного больше снега, чем в Лондоне. Здесь вот есть подходящая для Вас шуба, леди Санфлауер. – Рольф сделал несколько шагов и, оказавшись в углу комнаты, снял с вешалку огромную меховую шубу и распахнул ее для девушки, предлагая одеть на себя.

Криста не очень понимала, что происходит, но все же подошла поближе и аккуратно влезла в руками – оказалось очень мягко и приятно как никогда. Она иногда видела коврики из похожего материала в магазинах для дома и считала, что ничего более мягкого в мире не существует. Ее даже пробирали мурашки, когда она дотрагивалась до них. Но эта шуба была еще мягче, еще более нежнее, что бы то ни было. И такая теплая – она доходила ей до самой голени.

– Это Вам тоже поможет. – Рольф протянул ей такого цвета шапку, какую она видела в фильмах про русских дворян, расхаживающих вдоль своих усадеб в нечто подобном в суровые зимы. И одновременно с этим в душе словно прибавилось ощущение какой-то богатства. Причем не того богатства, которое измеряют золотом или фунтами стерлингов, а того, которое наполняет тебя чем-то значимым, заставляет чувствовать себя полноценным.

Дворецкий отодвинул большую пурпурную штору рядом с вешалкой, и за ней оказалась большая деревянная дверь с мощными стальными вставками и ручкой в виде кольца.

– Желая Вам приятно провести время, мисс Санфлауер… – Рольф открыл дверь и плавно указал рукой в сторону прохода. – И обязательно ожидаю фидбек у Вас по возвращению.

Такая благожелательность развеялась все сомнения в голове у Кристы, даже более того, то, что дворецкий Рольф оказался мужчиной с головой оленя, как-то лаконично во все это вписывалось. В конце концов, разу уж здесь такая сказка, то и дворецкий уже тоже должен быть таковым – сказочным и восхитительным.

Девушка шагнула вперед и, выйдя за дверь, ощутила легкий мороз, причем мороз безветренный. Оказалось, что эта дверь ведёт в лес. Густой еловый лес, где небо было практически напрочь закрыто ветвями, а вперед открылась дорожка. Вот так вот бывает – сейфовое хранилище в итоге в пару шагов переносит тебя в заснеженный лес, где все покрыто снегом.

Следом за ней вышел лорд. На нём теперь тоже была меховая шуба, только бурого цвета, а цилиндр сменился на меховую шапку еще больших размеров, чем у нее.

– Варежки у Вас в карманах, мисс Санфлауер. – спокойно сказал лорд и показал пример, достав свои из своей же шубы.

Это было, конечно, очень кстати… И… Давненько она не видела, как вообще выглядит вживую этот вид одежды. Варежки. Такие теплые и уютные… Где-то недавно ей попадалась картинка, где женщина пила что-то из кружки, держа ее в варежках. Это была реклама как-то бодрящего напитка, может, и чая, но сейчас не получалось точно вспомнить. Зато точно вспомнилось, как она тогда подумала, что в Лондоне вообще не бывает такой погоды, чтобы кто-то захотел их носить.

– А что будет впереди? – спросила Криста, смотря вдаль. Дорожка была протоптанная и проходила ровно между деревьями, но конца и края не виделось.

– Там развилка. Но идти совсем не далеко, минут пять. Не больше… Здесь просто холмик, и потому не видно, что дальше… Собственно этот лес есть один большой холм, и мы находимся прям посередине него.

Криста еле подавила желание спросить, как так получается, что вход во все это через хранилище в банке, и как такое вообще возможно, но желание быть внутри сказки пересилило желание все знать. Ведь правда же важнее быть счастливой, а не понимать со всех сторон, почему так получилось.

– Мне здесь нравится… – сама не зная почему вдруг сказала Криста. Они прошли метров пятьдесят, и все это время она оборачивалась по сторонам и разглядывала высокие ели, все в снегу, находясь в них всё новые и новые очертания и узоры.

Лорд улыбнулся:

– В первый раз особенно очаровывает…

– А вы здесь не в первый раз? – Криста поняла, что задала не очень логичный вопрос после того, как лорд уже успел рассказать, где они находятся, сколько идти, что будет дальше, и что вообще его изначальный план открытия «нулевого» по процентам счёта уже включал ожидание сюда попасть.

– Третий… – кивнул лорд. – И надеюсь, попаду еще не раз… Весьма омолаживает… Чувствуешь себя счастливым ребёнком.

Он удивительно точно выразил словами то, что сейчас испытывала Криста – то редкое счастье, которое чувствуешь, когда ещё видишь мир глазами, полными надежд. Тех самых надежд, которые считаешь обязательно осуществимыми просто даже без вопросов.

Впереди показались двое. Явно намного ниже их ростом и в каких-то солдатских парадных мундирах с большими пушистыми шапками как у британских гвардейцев. Они стояли возле развилки, на которой было наколочено две стрелки: налево «джентльмены» и направо «леди». Подойдя поближе, Криста разглядела большие белые бороды до самого пояса у обоих, а их шапки так сильно налезали на нос, что глаз не было видно вообще. Несмотря на здоровенные алебарды у каждого из них, выглядели они очень даже дружелюбно и вообще походили на гномов.

– Лорд Чемберлен и мисс Санфлауер! – торжественно объявил один из них, тот что был с бородой побольше, но с носом чуть поменьше, чем у его компаньона. Криста моментом обозначила его как «бородатого».

– Приветствую Вас, господа. – ответил лорд и учтиво кивнул головой.

– Здравствуйте. – сказала Криста, поглядывая то на одного гнома, то на другого.

– В былые времена мы загадывали загадки, чтобы бы проход был в какой-то мере оплачен… Но замечали, что люди начинают волноваться. А пропустить их мы всё равно должны… – возвестил бородатый.

– Поэтому мы перешли к другому способу. – продолжил носатый. – Мы спрашиваем пожелания к новому году от всех, кто проходит мимо… Так уж никто переживать не будет.

– Какая чудесная традиция! – воскликнула Криста от облегчения. – Поменять загадку на пожелание, чтобы никто не волновался. Желаю вам обоим бодрости духа. Ещё больше, чем сейчас!

Ей начиналось казаться все это какой-то рождественской игрой, где и проигравших-то не бывает. И при всей той серьёзности вида, которую пытались изображать эти двое «стражников» – вызывали они только радость и какую-то лёгкость.

– От меня, джентльмены – зефирок. Побольше зефирок в новом году. Сладких и воздушных! – лорд слегка поклонился, что сделало его пожелание ещё более душевным. – Вы разрешаете нам пройти?

– Конечно-конечно, лорд Чемберлен. – возвестил носатый. – Можете проследовать дальше. Но только, как написано на табличках!

Он приподнял свою алебарду и ткнул ей в ту сторону, где было написано «джентльмены», то есть налево. – Вот! Всё, как написано. Мы здесь для этого стоим. Чтоб уж точно никто не перепутал… Лорд – Вам налево. Мисс – Вам направо… Можете не беспокоиться, вскоре вы встретитесь снова… Да-да, встретитесь снова. Приходится теперь и это говорить. А то ж ведь переживают все. Думают, мы их разлучаем навсегда! Стали бы мы служить здесь, если б было такое бесчинство. Нет-нет. Вы очень скоро встретитесь вновь!

Лорд поклонился теперь Кристе:

– Не удивляйтесь таким правилам. В мире Фофо таковых достаточно. И они обязательно Вам понравятся.

***

От развилки Кристе пришлось идти совсем недолго, всего минут 15. И тогда лес наконец закончился. За ним сразу начиналось обледеневшее озеро и вдоль него посёлок из совершенно разных, но на удивление милых двухэтажных и трёхэтажных домиков. Они могли быть деревянными или кирпичными, но все из очень живых красок, вдали справа было достаточно высокое, этажей в семь или восемь, строение со странноватой крышей наподобие клюва и чем-то походило на офис, но только без какой-то деловитости в облике, а наоборот – чем-то домашнем. Словно и работать-то можно в кругу друзей и так, чтобы это доставляло одно удовольствие… Отдельного внимания заслуживали башенки, напоминающие Биг Бен, только каждая с какой-то своей уникальной конструкцией и стилем: где-то наверху были часы, где-то – панорамные окна, где-то колоннада, держащая купол со шпилем, где-то шпиля не было вовсе, а вместо него купол представлял собой нечто удлинённое.

Откуда-то с боку выскочили два гуся интересного окраса: светло-каштановый окрас с белыми полосками на перьях, чёрной шеей и белыми щеками. Вид у них был такой, словно они не гуляют, а сторожат наподобие гномов.

– Приветствую Вас, мисс Санфлауер! – сказал кто-то сбоку и тут же показался. Это был самый настоящий гусь в смокинге и цилиндре на голове. В смысле совсем не как Рольф, бывший оленем только на месте голове. Этот гусь был можно сказать полноценным гусем, только размером выше Кристы на полголовы. Разве что руки походили на человеческие, состоя из пяти пальцев, хотя и белого цвета с оперением. В довершение всего, как и подобает гусю, у него были ласты на конечностях лапок, на которых он стоял. Несмотря на некоторую комичность такой данности: гусиные лапы, выглядывающие из смокинга, смеяться над ним вовсе не хотелось – он выглядел солидно и очень дружелюбно. Не говоря про тарелку с чашкой, которые он держал в руках.

– Здравствуйте, мистер… – начала было Криста.

– Мистер Мартин. Зовите меня так, и я к Вашим услугам. – гусь чинно поклонился, сохраняя тонкое равновесие чашки с тарелкой, где Криста наконец разглядела маршмеллоу, плавающее целой горкой наверху какао. – Прежде всего, позвольте угостить Вас этим. Это наш фирменный напиток для новых гостей.

– Спасибо. – Криста сняла варежки и взяла в руки чашку и ложечку, начав хватать одну за другой маршмеллоу. Они были словно воздушные, а какао придавало им восхитительное настроение в купе с тем теплом, которое исходило в целом от всего напитка. Казалось, что это всё не получится съесть за раз, но Криста сама не заметила, как чашка опустела. Может, всё от того, что она ещё не обедала?

– Это очень лёгкий напиток. – словно, читая её мысли о диете, сказал Мартин. – Мы умеем делать эти вещи так, чтобы они не вредили организму. Чтобы они давали только радость, и не брали за это какую-то свою цену. В конце концов Вы в стране Фофо… Правда, стоит при этом помнить, что холод есть холод, даже в нашей стране. И, учитывая Ваш сегодняшний путь, то не стоит задерживаться. Вас ожидает Милли. Возле своего дома, самый крайний который.

Мартин указал на стоявший ближе всего к ним белый двухэтажный дом с большими панорамными окнами на первом этаже. Из трубы быстро валил густой дым, а внутри показывался мерцающий огонёк, видимо, от камина. И на фоне этого огонька стало видно, что начало смеркаться.

– Спасибо за какао, Мартин. – сказала Криста и быстро пошла вперёд.

– Рад был услужить, мисс Санфлауер! – Мартин пошёл в другую сторону, и за ним устремились два гуся-стражника, что ходили до этого вокруг да около.

***

Поначалу Криста и вовсе не поняла, что это что-то настоящее. Вернее, кто-то. Подходя к дому, она видела небольшой белый комок шерсти и подумала, что это какая-то рождественская игрушка, просто очень больших размеров. Потом она заметила маленький хвостик, похожий на тот, что бывает у медведей, и подумала даже испугаться, но это выглядело настолько мило, что, как она ни старайся представить что-то страшное, но это совсем не получалось. Тем более что спустя несколько секунд она поняла, что этот кто-то, согнувшись, прикрывает голову руками.

– Зачем ты прячешься? – Криста хотела было добавить «тебя же и так видно», но почему-то не смогла.

– Это, чтобы ты не боялась. – ответил этот кто-то пушистый, продолжая укрывать голову руками. – Раз я прячусь, а ты меня видишь, то ты даже не подумаешь меня бояться. А это самое главное для девушки, которая пришла одна в незнакомый дом.

Криста уж никак не ожидала столь серьёзной психологической развязки этой сцены, но, главное, что она ей очень понравилась и даже рассмешила:

– Ха-ха! Ты права… Ты ведь Милли верно?

– Да. – пушок развернулся, и зверёк встал в полный рост. Оказалось, что она больше, чем на голову ниже Кристы. Почти вся пушистая, с таким же пушистым лицом, ушками как у медведя и необычайно красивыми и добрыми глазами. Из одежды были красный шарфик, весьма очаровательно обмотанный вокруг шеи, и такого цвета шапка с белым помпоном на конце. Такой большой медвежонок, только с добрыми человеческими глазами, которые одновременно понимают тебя и гостеприимны к тебе, как к кому-то родному и долгожданному. – Я Милли Фофо, проводник для девушек в нашем мире.

– Так это твой мир? – удивилась девушка, услышав, что фамилия Милли звучит так же, как и сам мир.

– Нет, что ты. Этот мир принадлежит всем нам. А мне вот принадлежат, например, этот дом, вот этот шарфик и шапочка с помпоном. Вот они принадлежат только мне… Хотя это, конечно, не мешает мне дать их тебе, если вдруг ты забыла свой шарфик.

Криста начала понимать, что тепло в мире Фофо значит что-то своё, особенное. Может быть, даже сакральное. Они почему-то всё время о нём думают. Так, будто, если этого не делать, то оно исчезнет…

– А только у тебя фамилия звучит также, как и сам мир? – спросила девушка.

– У всех фофо фамилия Фофо. У таких, как я… А вот Мартин или Рольф, которых ты уже видела, вот у них свои фамилии, хотя им этот мир принадлежит ничуть не меньше, чем нам… Смысл не в том, чтобы мир принадлежал меньшему количеству существ с пониманием того, что в этом случае нам больше достанется. У нас это совсем наоборот. Чем больше тех, кто считает наш мир своим, тем лучше нашему миру. Ведь тогда ещё большее количество созданий о нём заботятся, ещё большее количество его любит и стремится сделать ещё фофнее, чем раньше… Впрочем, ты сама поймёшь это, когда поживёшь у нас немного. Пойдём лучше в дом, пока мы обе не превратились в ледышки. – ответила Милли и перекачиваясь с лапы на лапу, пошла к дому.

***

Сказать, что дом внутри был уютный – ничего не сказать. От него просто исходило нечто согревающее и радостное, будто кто-то хотел обрадовать тебя от всей души. Будто кто-то хотел завязать тебе шарфик, когда ты замёрз. Или налить тебе горячий чай, когда тебе кажется, что нет вовсе сил. Всё это одновременно было в этом доме.

Изнутри всё было отделано каким-то белым камнем, причём выглядел он больше как пластилин или гипс, из которого иногда делают бюсты. Гостиная, которая представала сразу после предбанника, была достаточно просторной: справа широкое окно с закруглённым верхом, перед ним стоял длинный диван, усеянного разного цвета подушками. Красными, оранжевыми, белыми. Все они были пушистыми, как и пол перед самим диваном. Вдали располагался камин, закрытый толстым стеклом, а ещё дальше были ряды полок с книгами.

С одной стороны, это казалось странным – книги рядом с огнём чем-то намекали на то, что ими и топить могут, но, с другой стороны, тут же в голову приходила мысль, что читать, сидя возле разгорающегося огня – на самом деле отличная идея. Можно читать, а время от времени поглядывать за окно… Одно только представление этого так сильно расслабило Кристу, что она захотела побыстрее оказаться на этом диване. Сидеть на нём и поглядывать, как медленно падает снег за окном, в то время как Солнце садится за горизонтом.

– Вот. Тебе будет очень кстати. – сказала Милли и протянула ей чуни, шерстяные тапочки, закрытые со всех сторон. – По полу всегда ветер гуляет, а в них даже и не заметишь.

Сама Милли при этом натянула на свои лапы белые шерстяные носки с нарисованными на них толстыми пингвинчиками. Подойдя к камину, она закинула туда ещё несколько дров и уселась на диван рядом, продолжая в него смотреть:

– Присаживайся рядом. Я расскажу тебе, как у нас тут всё устроено.

Криста присела и тут же ощутила, как начинает расслабляться. Это вообще удивительное ощущение, когда осознаёшь всем телом, что на тебе нет никакого груза: ни необходимости что-то делать, доказывать, куда-то бежать, спешить, успевать всё на свете. Когда ни что нигде не давит. Когда всё вокруг какое-то лёгкое и ни к чему не обязывающее. Трудно себе представить, что такое бывает в гостях, но оказалось, что это место снимает стресс само по себе.

А ведь работа-то при этом у неё была. И ни где-то, а в Королевском банке. А уже вечер. Что будет завтра? Завтра вообще будут искать её на рабочем месте? Проверять, уходила ли она из офиса? Звонить на сотовый, а потом и домой? Опрашивать коллег, друзей и соседей, не появлялась ли она дома, когда видели её в последний раз? Что вообще будет после того, как служба безопасности и полиция узнают, что она не выходила из хранилища всё это время? Что они будут делать? Зайдут внутрь и спросят у получеловека-полу-оленя Рольфа, не видел ли он Кристу?

– По тебе прям видно, о чём ты задумалась, когда наконец расслабилась. – сказала Милли. Её глаза явно улыбались. И до чего же приятный у неё был голос. Чем-то игрушечный, чем-то немного детский, как иногда говорят взрослые, когда хотят быть милыми со своими близкими. – Ты подумала, будут ли тебя искать коллеги и как вообще всё это будет происходить. Так ведь?

– Да, Милли, именно об этом я и подумала.

– А ты хотела бы вернуться обратно? Ну то есть, тянет тебя туда, откуда ты пришла, или хочется побыть здесь какое-то время?

– Хотелось бы побыть здесь, конечно… Но ведь работа есть работа. Моё место не смогут держать вечно, даже если кто-то додумается отправить меня в какой-нибудь вынужденный отпуск, то всё равно это продлится не очень долго. Не говоря про то, что ведь тогда они найдут в хранилище Рольфа и дверь в этот мир… И что же тогда. Все люди попадут сюда. И здесь будет уже не так мило, как сейчас. И всё это ещё и из-за меня произойдёт. А мне бы не хотелось, чтобы так произошло. Правда. – Криста сама удивилась, как легко всё это выходит из неё. Как спокойно она может рассуждать в слух, не боясь, что скажет что-то лишнее. Что-то, за что её будут ругать или даже выгонят отсюда побыстрее. Оказавшись в этом доме и присев на этот диван перед камином, она расслабилась настолько, что говорить что-то не настоящее или не до конца правдивое ей не то чтобы не хотелось, а казалось даже, что и невозможно. Очень странное и удивительно лёгкое ощущение возможности говорить чистую правду.

– А если бы ты вернулась обратно и рассказала, что видела здесь. Даже то немногое, что уже успела увидеть. Хотя бы Рольфа и Мартина… Тебе бы поверили разве?

– Да, конечно, нет. Посчитали бы, что я шучу от нечего делать или просто сошла с ума. Уж какие ещё могут быть варианты.

– Но тем не менее всё есть такое, как ты видела. И это не сон. Так ведь?

– Да, Милли, именно так… И ты ведёшь к тому, что это невозможно, но это так… А значит и правила другие действуют не только на это?

– Да, именно так. А самые главные правила действуют прежде всего на время. Потому что с установления правил времени в принципе начинается любой мир. И время в мире Фофо движется очень медленно. Вот, если ты посмотришь на огонь внимательно и подмигнёшь ему, то ты поймёшь, о чём я говорю.

Криста посмотрела на огонь, затем вгляделась в него. И начала ощущать, что время стало восприниматься как-то по-другому. Не сказать, что медленнее или быстрее, а просто по-другому. Огонь начал словно играть своими языками, будто пальцами по фортепиано. И в тот момент, когда Криста улыбнулась, огонь подмигнул ей… Это ни с чем нельзя было спутать. Это было именно задорное подмигивание, как в тех случаях, когда кто-то по-свойски хочет подбодрить или подать знак, что вы за одно.

– Огонь в камине живой? – чуть ли ни прошептала Криста, словно стараясь сделать так, чтобы эти слова не донеслись до камина.

– Разумеется. Как и время. Оно ведь тоже сейчас подыграло тебе, показывая, что всё не такое же, как в твоём мире… Тебе понравилось? – Милли спросила это и помахала рукой в сторону камина, будто это и не камин вовсе, а простое окно.

И огонь на пару секунд весело заиграл из стороны в сторону, прокатился волной, как иногда можно видеть на разных эквалайзерах, где отображают колебания звука в песнях.

– Удивительно! – воскликнула Криста и рассмеялась. – Здесь всё такое сказочное?

– Ну почти. Кроме людей, которые сюда попадают. Как ты и лорд Чемберлен, например.

Ох уже про него она и забыла. С ней же сюда прибыл лорд, а затем пошёл другой дорогой, когда солдаты-гномики велели им разделиться и идти направо и налево. Там была речь, про то, что они скоро встретятся, но сейчас уже смеркалось, и не особо было похоже на то, что ночью тут кто-то появится.

– Я уж и забыла про него? Он пошёл другой дорогой, и больше я его не видела. – сказала Криста. – С ним же всё в порядке?

– Конечно. Сейчас он в доме у Туллу, это мой коллега, проводник, только для мужчин. – Милли как-то немного замялась, словно вспоминала что-то про него. Ей будто бы хотелось что-то добавить, но она сама не решалась. Эти эмоции настолько ярко отражались на её мордочке, что было очевидно, что это что-то очень волновало её саму.

– С лордом ведь всё в порядке? – вопрос был излишний, но Криста всё же задала его.

– А, да. Конечно, с ним всё в порядке. – Милли словно отвлеклась от чего-то, затем ещё немного задумалась и продолжила. – Туллу покажет ему завтра с утра музыкальную горку, а ланч вы проведёте вместе, чтобы обсудить первые впечатления. Раньше мы думали, что можно и первый ужин уже проводить вместе, но решили, что надо бы побольше собирать впечатлений.

– А что за музыкальная горка?

– Туда я тебя отведу завтра сразу после ланча. А с утра у тебя другая экскурсия. Заранее я лучше не буду говорить куда, но расскажу, как живёт наш посёлок. Вкратце… Спрашивай, если что-то будет непонятно сразу.

– Начни лучше со времени. Ты сказала, что оно здесь другое. Что это значит? – несмотря ни на что Криста до сих пор ещё немного думала о работе.

– Оно просто идёт по-другому. У нас здесь пройдёт целый год, а в твоём мире это будет всего шесть часов… Очень удобно для тех, кто решил погостить у нас…

Эти слова словно сбросили с девушки какой-то груз, и от такого облегчения ей очень сильно захотелось спать, настолько сильно, что стоило ей только откинуться на диване чуть назад, как сон стал во всю одолевать её.

– Ты не против, я подремлю немного здесь. – только что смогла сказать Криста.

– Конечно… Твоя комната наверху, но ты можешь спать и здесь… Сейчас я только дам тебе пледик… – ответила Милли и, отойдя куда-то, вернулась через полминуты с пушистым покрывалом.

В камине слегка стрекотал огонь, давая своё тепло, а Криста, проваливаясь в сон, чувствовала себя как никогда раскрепощённой и свободной.

***

Когда Криста проснулась, за окном было совсем темно, но где-то вдалеке дорожки освещали одиноко стоящие фонари. Огонь в камине ещё горел, но совсем слабо, лишь слегка озаряя пламенем небольшие угли. Видимо, прошло всего пара часов, но сил внутри чувствовалось с избытком – такое ощущение, что весь тот стресс и нервозность, что пульсировали годами во время работы в Королевском банке Великобритании, сошли на ней вот так вот на раз-два.

И, как ни странно, но захотелось пойти прогуляться. Вечерами в Лондоне такого желания не было, а вот здесь посреди ночи это казалось очень хорошей затеей.

В конце концов, кого она может тут встретить на улице: Мартина с утками, солдат-гномиков или милейших зверьков фофо? Она будет только рада любому из них…

***

Ещё не отойдя от дома, Криста заметила, как рядом стоящие столбы начали светиться. Всего пару мгновений назад, там было темно, но стоило ей захлопнуть дверь, как смежные с домом дорожки стали освещаться желтоватым светом. Причём казалось, что внутри фонаря этот свет словно не стоит на месте, словно он передвигается, освещая то с одной, то с другой стороны…

Подойдя поближе к первому же фонарю, Криста внимательно вгляделась внутрь и тут же приятно удивилась – внутри летал мотылёк со светящимися крылышками. То чуть выше, то чуть ниже. То право, то влево. Он кружил из стороны в сторону, создавая ощущение того, что свет, излучаемый им, надо нагонять в разные стороны, будто волны, и потому создавалось впечатление не просто освещения, а какой-то теплоты, которую разносят вокруг.

– Доброй ночи, прелестная девушка. – послышалось из фонаря.

– Доброй ночи, мотылёк… Спасибо тебе, что светишь. Так всё видно: и дорогу, и всё вокруг… Это такой прекрасный мир, где видно всё, что тебе нужно видеть, и ничего лишнего… – сказала будто бы даже себе самой Криста и поймала себя на мысли, что на ходу начала философствовать.

– Показывать недостаточно, прелестная девушка… Достаточно только там, где ты готова видеть… – на последнем слове голос мотылька стал совсем еле слышным, и Криста поняла, что дальше ему говорить нечего.

И правда, с чего это она вдруг обо всём этом? Неужели это внезапное облегчение дало ей силы для того, чтобы совсем по-другому посмотреть на вещи?

Девушка двинулась вперёд по дорожке, поглядывая то на дома, то на озеро, что располагалось посередине всего посёлка.

Ей ведь давно хотелось думать свободно, чисто. Так, чтобы мысли давали какой-то толчок к тому, чтобы жить полноценно. Чтобы достигать своих целей и быть довольной этим… А что в итоге получалось? Каждый день еле вставать на работу в офис, вечером смотреть романтические или не очень сериалы, и так выживать до выходных, когда она сможет выспаться на всю субботу, а потом беззастенчиво смотреть те же сериалы всё воскресенье? И так, пока не настанет очередной понедельник?

Она ведь хотела, чтобы всё это выглядело совсем по-другому. А в итоге единственное, что ей удавалось, и то с трудом, так это контролировать свой собственный вес… То ещё достижение… И единственное, что успокаивало тогда, так это то, что даже это удавалось немногим из её окружения. Да, очевидно, и немногим из тех, кого она видела на улице Лондона. Странно это как-то – столько желаний, и почти нисколько их реализации. И, что самое главное, даже осознать этот тупик до сих пор не удавалось…

Тут ей вспомнилась одна периодически заходившая к ней VIP-клиентка проконсультироваться по каким-нибудь вопросам касательно комиссий при переводах, комиссий при выводе, процентам по вкладам и всему тому прочему, что не интересовало большинство пользователей банка. Эта дама вдавалась в подробности всех процентов: как они считаются, что на них влияет, что надо сделать для изменения этих параметров, какие бывают акции и, отвечая на все эти вопросы, Криста больше всего поражалась тому, в какой классной форме находится её собеседница. Она всегда была шикарно и со вкусом одета, в приподнятом настроении, с горящими глазами и весьма соблазнительной фигурой, при том, что, судя по документам, была лет на пятнадцать старше Кристы.

Это так удивляло. Ведь всегда казалось, что люди в подобном воодушевлённом суперском состоянии находятся, занимаясь совершенно другими делами, а не подсчётом денег и их распределением. А подобные ей люди должны же быть грузными, хмурыми и с тоской во взгляде… И ведь, что самое интересное, Криста ни разу не удосужилась спросить, чем эта женщина занимается в те дни, когда не посещает банк.

Идя теперь по дорожке вдоль озера в мире Фофо, Криста начинала понимать, что та дама занималась своей жизнью в остальное время. Именно своей, а не чьей-то чужой… Эти мысли появились у неё после того облегчения, что она испытала, поспав возле камина в доме Милли… Чистый разум, свободный от рутины и тяжести повседневности. И это вовсе не отменяет повседневность как таковую, а просто меняет к ней подход… Простой ответ, как та дама могло держать в себя в форме и иметь соблазнительную фигуру – она следила за этим. Очевидно, это так. Больше просто не может быть других вариантов, ведь эти вещи не сваливаются с неба сами по себе, они достигаются изо дня в день тренировками, уходом, процедурой, вниманием к потребляемой пище… И сколько раз она говорила сама себе, находясь на кассе в магазине, что не надо брать чипсы или набор пирожных, что организм просто усвоит это как пачку новых килокалорий, откладываемых в жир. И ведь всё равно брала, а потом голодала, изо всех сил пытаясь спросить лишний килограмм… А ведь она ещё и курила когда-то…

Криста остановилась прямо посередине дороги. Ей просто не верилось, что она столько времени в своей жизни могла уделять пустоте, а потом удивляться, что ей ни на что не хватает сил. Да откуда они возьмутся-то? Вот они бы взялись бы сейчас просто пройтись погулять возле озера, если бы она не поспала немного вечером возле камина в ощущении тепла и безопасности? Если бы вместо этого, она бы посмотрела пару серий какой-нибудь мыльной оперы? Нет, очевидно же! И почему до этого так долго доходит?!

Надо ходить, гулять, качать мускулы… Встречаться наконец начать нормально, а не на 1-2 раза, как это выходило последние несколько лет, когда ей хотелось просто облегчить хотя бы на время своё одиночество… И ведь есть же с кем на самом деле. Ей нравился один парень, Майкл, из департамента финансового контроля, который несколько раз приглашал её сходить на обед и на кофе. Он выглядел весьма внушающим доверие, ответственным и приятным. И каждый раз она отказывалась, считая, что на что-то серьёзное у неё сейчас просто нет времени. Что она слишком загружена важными делами, а потому нельзя начинать что-то, что может изменить её жизнь радикально… Изменить её жизнь… Почему-то тогда ей казалось, что это будет только к худшему, будет занимать всё её время, не понимая, что она сама своё время занимает просто сериалами по вечерам в бесконечной борьбе с похудением.

– Как же здесь всё-таки красиво, – подумала Криста, разглядывая мерцания огоньков на фонарях вдоль дороги, а затем и внутри самих домиков. Где-то был виден камин, а где-то просто блики на окне… И где-то… Что это?

Ей показался силуэт кого-то несравненно больше чем зверьки фофо, но в немного схожей одежде. Собственно, одежды было побольше и с каким-то блёстками, а на обуви виднелись целые светоотражающие полоски. Этот кто-то явно крался, опасаясь, что его заметят. Крался к одному из домов, с ярко-красной крышей. Возле этого дома огоньков не было, и, скорее всего, те, кто были внутри, уже спали.

Приблизившись, неизвестный стал чем-то размахивать прямо перед стенами, а затем послышалось чирканье с периодическими искрами, и тут до Кристы дошло, что этот кто-то пытается что-то зажечь. А все эти взмахивания неким предметом означали не что иное, как брызганье на стену чем-то горючим. Он вот-вот подожжёт дом!

– Стой!!! – закричала Криста и побежала в сторону незнакомца.

Тот обернулся, быстро схватил что-то валяющееся на земле и забежал за угол дома.

До него было метров 60-70, да ещё с таким освещением, что разглядеть что-то было невозможно. А ещё снег на территории этого дома был по колено, так что ступать каждый раз было целой проблемой, и почти сразу стало понятно, что пытаться его преследовать совсем не получится.

Но кругом стали зажигаться огоньки, разные фофо стали выглядывать из окон. Сосед дома с красной крышей вышел первым и тут же посмотрел на девушку. В его глазах было больше удивления, чем какого-то испуга.

– Что случилось? Чем тебе помочь? – крикнул он, сходя со своего крыльца.

Криста поняла, что смысла идти к тому месту, где она видела незнакомца, уже нет никакого, и что проще уже выйти снова на дорожку и добраться уже по ней.

Тем временем стали появляться фофо отовсюду. Они были наскоро одеты: кто только в шарфике, кто только в шапочке. Несмотря на некоторую сумбурность и суматоху, это смотрелось достаточно организовано и очень мило. Как двадцать или тридцать фофо подходят к дому с разных сторон.

– Здесь кто-то был… – запыхавшись говорила Криста, стремясь побыстрее подойти к тому месту, где незнакомец чем-то чиркал и совершал странные действия. Не хотелось думать, что это возможно в этом мире, не хотелось думать, что здесь бывает что-то зловещее. Не хотелось, очень не хотелось… Но уже за пару метром стал чувствоваться бензин.

Такой запах ни с чем не спутаешь, особенно в местах, где никто им не пользуется. Правда, она не видела ещё здесь ни машин, ни дизель-генераторных установок, да и вообще чего-то похожего… Но вот оказалось, что бензин есть. И им кто-то облил один из домов.

Криста смотрела, как капли маслянистой жидкости стекали по стене и не могла поверить, что это что-то настоящее. Только не здесь. Только не так. Здесь же всё такое доброе и чудесное. Кем же надо быть, чтобы пытаться это сделать. А, главное, зачем?

– Ты что-то видела, ведь так? – это был тот фофо, что являлся соседом, тот самый, кто первым её увидел.

– Да… – Криста продолжала смотреть на стекающий по стенкам бензин. – Да, и этот кто-то похоже, что хотел всё это поджечь…

Девушка думала, что зверьки начнут кричать, суетиться в панике и метаться из стороны в сторону, особенно когда сами почуют запах бензина, но ничего подобного не происходило. Они осматривали всё аккуратно, разглядывали следы, кто-то стал замерять эти следы линейкой, один из фофо соскоблил капли бензина в целлофановый пакетик, ещё один взял образцы снега с одного из следов. Вся эта пушистая банда за каких-то пару мгновений стала группой экспертов-криминалистов, которые изучают всё и вся вокруг. И самое интересное, что при всём при этом Кристу никто не пытался допрашивать.

Она так привыкла видеть в фильмах, как свидетели подобных событий сразу оказываются в центре самого настоящего допроса, где им задают вопросы справа и слева один за другим. Это всегда выглядело очень агрессивно и было непонятно, почему такому действию должен подвергаться человек, который сам не сделал ничего плохого. Но так было в фильмах. В мире Фофо всё оказалось совсем по-другому. Здесь кто-то принёс ей термос горячего чая с лимоном.

– Что мне делать? Скажите… – наконец проговорила Криста, обращаясь то к одному фофо, то к другому.

– За тобой придёт Милли, и отведёт тебя домой… Сейчас тебе главное быть спокойной, это всё, что тебе надо делать. – сказал один из фофо. Он был совсем чуть-чуть выше ростом, чем все остальные, и с какими-то немного другими глазами. Только сейчас, когда он смотрел на неё, Криста поняла, что в них есть какая-то мудрость и ещё опыт. Такой опыт, который одним своим видом заставляет прислушаться.

Девушка кивнула и, слегка приоткрыв термос, отпила пару глотков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.