# Исчадье

Елена Романова

Ева продала душу демону двести лет назад. Она отомстила своим обидчикам и обрела бессмертие.
Но что еще, кроме души, придется отдать служителю ада? Свободу воли, человечность и, может быть, даже сердце.
Каждый день Ева вынуждена выполнять гнусные поручения: губить людей, подставлять, предавать и ломать их жизни.
Но захочет ли она вернуть себе душу, если такой шанс вдруг предоставится?

© Елена Романова, текст

© М. Маркина, иллюстрация на обложке

© shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

## Глава 1

В комнате было темно. Свет проникал только через приоткрытое окно. Большой светло-желтый диск луны просвечивал сквозь тонкую белую занавеску и освещал большую кровать, где спала молодая женщина. Она лежала на животе, согнув одну ногу в колене и обняв подушку. Женщина была обнажена, и ее тело отливало перламутром в лунном сиянии. Темные длинные волосы разметались по белой простыне.

Тикали часы на стене, в остальном в комнате царила полная тишина. С улицы тоже не доносилось ни звука. Но вот створка окна приоткрылась сильнее, занавеска всколыхнулась, пропуская внутрь силуэт высокого мужчины. Он двигался очень аккуратно и практически неслышно. Мужчина остановился у кровати, постоял несколько секунд, глядя на спящую, а потом наклонился и щелкнул выключателем торшера на тумбочке.

Комнату залил мягкий золотистый свет. Спящая зажмурилась, а потом спрятала лицо в подушке, сильнее обхватив ее тонкими руками.

– Вставай, Ева, – произнес мужчина, – надо поговорить.

Женщина протестующе замычала в подушку. Мужчина насмешливо хмыкнул, а потом отошел и сел в кресло с невысокой округлой спинкой, вытянув длинные ноги в черных джинсах. Пока он ждал пробуждения Евы, его взгляд лениво бродил по обстановке спальни. Было заметно, что она для него привычна. Взгляд очень темных глаз задержался лишь на белой вазе на низком полированном столике, в которой стоял роскошный букет красных роз.

Ева пошевелилась и медленно, неохотно села на кровати, подогнув ноги и прикрывшись большой белой подушкой.

– Киан, – произнесла она с упреком, – я легла всего два часа назад.

Глаза женщины наконец открылись, они оказались нежно-голубыми и прозрачными, словно волны теплого моря.

– Я знаю. – Мужчина смотрел на нее чуть насмешливо. – Но дело есть дело. Умойся, я подожду, пока ты будешь готова меня слушать.

Ева раздраженно откинула в сторону подушку и встала перед креслом, упершись одной рукой в бок. Киан окинул женщину взглядом, с видимым удовольствием скользнув им по длинным стройным ногам, тонкой талии, пышной груди, и лишь после этого взглянул в ее рассерженное лицо.

– Предпочитаешь слушать меня в таком виде? – спросил он, приподнимая черную бровь.

– Мой халат, – сказала Ева без тени смущения, – висит на спинке кресла за твоей спиной.

Мужчина чуть отстранился, завел руку назад и стащил со спинки шелковый пеньюар глубокого винного цвета. Он швырнул его Еве, она ловко перехватила легкое одеяние и демонстративно медленно накинула на себя.

– Что-то еще? – Киан вопросительно посмотрел на продолжавшую стоять перед ним молодую женщину.

– Ты сидишь на Эмили.

Киан закатил глаза и вытащил из-под себя мягкую игрушку в виде медвежонка в розовой кружевной юбочке. Он небрежно бросил находку на кровать. Только после этого Ева отправилась в ванную.

– Тебе сколько лет, – ворчливо спросил Киан, – что ты до сих пор играешь с игрушками?

– Двести двадцать пять, – отозвалась Ева из-за дверей. – Спасибо, что напомнил.

– Ну ты же не комплексуешь по поводу возраста? – Киан чуть повернул голову в сторону ванной. – Дорогая, ты бессмертна. Не бойся, морщины у тебя не появятся.

Ева вернулась через пару минут. Ее красивое лицо приняло хмурое выражение. Голубые глаза чуть щурились, когда она смотрела на мужчину в кресле, а полные, красиво очерченные губы сжимались.

– Ну, – произнесла она с вызовом, – говори, зачем пришел.

– Повежливее, – тон мужчины стал холоднее, а лицо приняло непроницаемое выражение. – Я тебе не курьер из закусочной.

– Извини. – Ева опустила глаза. – Я просто не выспалась. Ты же знаешь, я развлекала гостей всю прошлую ночь, а днем помогала Сэму заполнять базу данных клиентов. Я устала.

– Ничего. – Взгляд мужчины так и не смягчился. – Смерть от переутомления тебе тоже не грозит, так что отдохнешь позже.

Смирившись, Ева чуть заметно вздохнула и снова села на кровать, глядя на Киана. Он провел рукой по черным, зачесанным назад волосам, но непослушная прядь вновь упала ему на висок.

– Есть работа, – сказал он. – Сделать надо сегодня.

– Какая? – Ева выжидательно смотрела на мужчину.

– Отправишься по этому адресу. – Он протянул ей белый бумажный прямоугольник. – Мужчину зовут Робин. На него надо нанести связующие руны. Все, дальше не твоя забота.

– И как я должна это сделать? – Ее голубые глаза возмущенно распахнулись. – Мне что, попросить его постоять смирно, пока я буду рисовать на нем эти руны?

– Придумаешь что-нибудь. – Киан поднялся, поправил закатанные рукава белой рубашки. – Ты же у нас умница.

Он бросил холодный взгляд на недовольную девушку.

– Клиент хотя бы человек? – спросила она через минуту, смиряясь с неизбежным.

– Да, – отозвался Киан, – смертный. Поторопись, – добавил он, – встреча у тебя через час. Как сделаешь, можешь отдыхать до завтрашнего вечера.

– Премного благодарна, – процедила Ева сквозь зубы.

Киан уже подошел к двери спальни, но на пороге остановился и оглянулся.

– А, да, – произнес он небрежно, – он любит милых и невинных.

– Что? – Ева задохнулась от неожиданности. – Ты уверен, что я подойду для этого… задания? Боюсь, я не обладаю нужными качествами.

– Дорогая, ты же актриса. – Киан пожал плечами. – Я верю в твой талант.

Одарив ее напоследок насмешливым взглядом темных глаз, он вышел из комнаты.

– Как же я тебя ненавижу! – Вслед мужчине полетел медвежонок в розовой юбочке.

– Я все слышу, – раздался шепот у нее над ухом, и Ева вздрогнула.

– Это не меняет дела, – произнесла она уже спокойнее, но ответа не получила.

Взглянув на адрес, а потом на часы, Ева выругалась вполголоса, а потом бросилась к шкафу, чтобы выбрать одежду для предстоящего свидания. Подобное ей было не в новинку. Она постоянно выполняла задания, которые ей давал ее начальник и наставник Киан. Ева знала его уже двести лет. Именно Киан сделал ее бессмертной, именно с ним она заключила договор, отдав в залог свою бессмертную душу, и с тех пор служила ему.

Еве было двадцать пять, и она была певичкой и танцовщицей в кабаре. Обладая яркой красотой, грациозностью и приятным голосом, она имела успех и множество поклонников. Среди них встречались и весьма состоятельные приличные мужчины, но, повинуясь порыву глупого сердца, Ева выбрала себе в возлюбленные карточного шулера. Брук долго был баловнем фортуны, выигрывал довольно большие крупные суммы, не попадаясь на шулерстве. Картежник осыпал свою возлюбленную дорогими подарками и обещаниями лучшей жизни с собственным домиком, детьми и собакой. Ева была так влюблена, что верила Бруку безоговорочно. Это длилось, пока одним осенним дождливым вечером он не проигрался в пух и прах и, чтобы отыграться, поставил на кон свою возлюбленную. Ева ни о чем не подозревала, самозабвенно исполняя на сцене небольшого казино романтичную песенку о вечной любви.

Брук проиграл. Еве сообщил об этом здоровенный лысый бугай. Он стянул ее со сцены, наградил мокрым поцелуем и сказал, что теперь девушка принадлежит ему до тех пор, пока ему не надоест. Девушка оказалась в корне не согласна с таким положением дел. Она визжала и пиналась, пока здоровяк тянул ее в номер. Та м Ева ухитрилась схватить оставленный словно бы самой судьбой на столе нож и перерезала мужчине горло, а потом отправилась искать Брука, которого уже и след простыл. Девушку поймали через пару часов, судили и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы. В камере она попыталась совершить самоубийство, но неудачно. Ева повредила себе шейные позвонки, потеряла голос и стала почти инвалидом. Ее отправили в тюремный лазарет, где лечили в основном кровопусканиями и кормили баландой из протухшей капусты. Однажды, воспользовавшись нерадивостью медсестер, Еве удалось открыть окно и вылезти через него на крышу. Она опасно шаталась на краю карниза, плохо соображая, что она вообще тут делает. Внезапно, когда девушка была готова упасть, ее схватили чьи-то сильные руки и втянули обратно. Ева вырывалась, хрипела и отчаянно боролась, думая, что ее заметили тюремные санитары, но внезапно замерла, когда увидела, что ее удерживает в своих руках самый красивый мужчина, которого она когда-либо только видела. Он был высоким и широкоплечим, темные волосы обрамляли мужественное аристократичное лицо, черные глаза сверкали огнем, а изумительные губы изгибались в пленительной улыбке. Это был Киан. Подождав, пока девушка чуть придет в себя, он сообщил, что он демон, и предложил сделать ее бессмертной и свободной, дабы она могла отомстить презренному Бруку, а заодно избежать тюрьмы или больницы. Ева посчитала, что терять ей абсолютно нечего. Душа не показалась ей такой уж большой потерей, клятва служить созданию из Ада в тот момент ничуть не испугала. Находясь на грани отчаяния, почти потеряв разум от боли и сердечных страданий, Ева подписала договор с демоном.

Киан тут же забрал ее с крыши и перенес совершенно в другой город, где ее никто не знал. Та к Ева застыла в своих двадцати пяти годах и начала абсолютно новую жизнь. По одному из пунктов ее контракта с Адом ей однажды вечером принесли голову Брука в мешке. Она взглянула на нее совершенно бесстрастно, а потом прогулялась до реки и швырнула мешок с моста, окончательно оставив позади прежнюю жизнь, привязанности и чувства. Поначалу Ева занималась почти тем же, что и раньше. Киан привел ее в дорогое казино в центре города, где она стала развлекать гостей пением и танцами. Очень скоро она узнала, что привычный ей мир имеет вторую сторону – невидимую, темную. Это были демоны и бесы разных мастей и рангов, вампиры, маги, суккубы и другие сущности. Внешне все они выглядели как люди, вели подчас вполне человеческую жизнь, но при этом незримо управляли городом, его самой темной частью. Им были подвластны человеческие пороки и слабости, они умело манипулировали, используя страсти человеческого сердца и самые низкие желания. Многих из демонов люди знали как удачливых дельцов, владельцев корпораций, казино и ресторанов, продюсеров. Некоторые являлись главами преступных синдикатов, заправляли торговлей наркотиками и даже людьми.

Люди, продавшие душу в обмен на исполнения каких-то желаний, становились марионетками, рабочей силой демонов, их исполнителями. Среди таких бессмертных тоже существовала своя иерархия, они имели своеобразные чины и звания, и некоторые из людей благодаря уму или таланту смогли подняться довольно высоко. Главное, что они все потеряли вместе с душой, – это свободу воли. Их вечная жизнь теперь принадлежала Аду.

Как только Ева немного освоилась, Киан принялся ее обучать. Она погрузилась в основы магии, владение которой девушка получила вместе с бессмертием. Заклинания, руны, особые колдовские зелья – все это стало предметом изучения. Конечно же, полученный дар был сущим пустяком по сравнению с магией Ада, но он был необходим для выполнения разных поручений.

Прошло немного времени, и Еве стали давать небольшие задания, и вот тогда-то она и начала понимать, во что вляпалась. Очаровать какого-нибудь богача, привести его к разорению, вынуждая продать весь свой бизнес кому следует. Разлучить влюбленных, один из которых оказался слишком несговорчивым в нужной демону сделке. Подставить кандидата в министры или президенты, чтобы привести к победе его соперника. Подбросить наркотики судье, что возомнил себя слишком честным.

Ева тонула в грязи и мраке. Она плакала, умоляла, проклинала, но все это не имело никакого смысла. Умереть теперь она уже не могла, отказаться выполнять свою работу тоже. Ад умел сделать так, что сопротивление становилось очень болезненным и неприятным.

После обучения Ева видела Киана нечасто. Ее передали другому хозяину. Девушка проклинала и ненавидела каждую минуту. Мысль о том, что это продлится вечно, доводила до безумия. Спасение пришло неожиданно. Однажды Киан явился за ней и сказал, что теперь она будет работать на него, но ей снова придется учиться. Ева в ответ на это подняла на мужчину погасшие глаза и просто кивнула. Оказалось, что Киан занимался тем, что отслеживал появление в человеческом мире низших демонических сущностей и водворял их обратно в преисподнюю. Таких, как он, называли охотниками.

– Я вижу, как ты двигаешься на сцене, – сообщил Киан равнодушной Еве. – У тебя отличная координация, ты умело владеешь телом, и у тебя верная рука и острый глаз. Я думаю, у тебя получиться. Я научу тебя, и ты станешь моей помощницей.

Сначала Ева восприняла обучение как новый вид мучений. Бесконечные тренировки на выносливость и силу, владение специальным оружием, главным из которого являлась огненная плеть, что заставляла адских тварей сжиматься от ужаса, – все это слилось в одну бесконечную череду дней. Сами чудовища, что прорывались сквозь невидимую границу и угрожали Апокалипсисом, ввергали девушку в ужас. Она и представить себе не могла, что их так много и что они так ужасны. Ева помнила, как ее буквально выворачивало наизнанку после того, как на ее глазах Киан рассек кнутом странных монстров, похожих на покрытых слизью пауков.

– Они сдохли? – с ужасом спросила девушка, глядя, как пузырятся на асфальте останки чудовищ.

– Нет, – ответил Киан, убирая огненный кнут, что появлялся и исчезал по его желанию. – Они не способны умереть здесь.

– Но ты же разорвал их на куски. – Ева с содроганием смотрела, как шевелятся оторванные конечности пауков.

– Они возродятся через пару часов, если я заклинанием не отправлю их сущности обратно.

Киан принялся читать заклинание. На глазах Евы останки чудовищ сначала превратились в пепел, а затем поднявшийся ветер унес их.

Ева до сих пор помнила первое чудовище, которое она изгнала. Когда она немного дрожащим голосом произнесла заклинание и в воздух взметнулся пепел, ее вдруг наполнили ликование и азарт. Ей понравилось! Понравилось чувствовать себя не жалкой прислужницей демонов, которая вынуждена выполнять то, что прикажут, а той, кто самостоятельно принимает решение, делает что-то хорошее, важное и полезное.

С тех пор жизнь Евы стала значительно легче. Она продолжала петь в казино, а время от времени вместе с Кианом или самостоятельно выходила на охоту. Правда, бывали в череде дней и такие, когда она должна была выполнять задания из ее прежней жизни. Киан просто одалживал ее другим высшим бессмертным. И Ева ненавидела его за это. Сначала она пыталась спорить, упрашивать, обижаться, даже сбегать, но Киан быстро напомнил ей, кто на самом деле владеет ее жизнью и что ее ждет за непослушание. Он просто устроил ей экскурсию в Ад. Пробыв там всего несколько часов, девушка стала как шелковая. С тех пор Киану не приходилось даже напоминать о возможном исходе: Ева твердо уяснила, лучше такая жизнь, чем преисподняя.

С Кианом у Евы были сложные отношения. С одной стороны, она ненавидела его за то, что когда-то он вынудил ее подписать договор. Теперь-то девушка твердо знала, что лучше было бы ей тогда умереть или даже остаться в тюрьме. А с другой – Киан был единственным в новом для нее мире, на кого она могла бы опереться, кому могла бы доверять хотя бы отчасти. Киан никогда не врал ей. Он был до ужаса прямолинеен и всегда называл вещи своими именами. И демон был достаточно терпелив при обучении, даже снисходителен к ней, хотя лишних поблажек тоже не делал. Киан умел быть жестоким, это Ева тоже быстро уяснила. Иногда месяцами между ними царило полное взаимопонимание, почти дружба, но потом демон ясно давал понять, что он хозяин, а она – всего лишь рабыня и должна слушаться беспрекословно.

Мужскую красоту Киана Ева отметила еще тогда, на крыше тюремной больницы. Его лицо и тело не могли оставить ее равнодушной, и, следуя привычке из смертной жизни, девушка попыталась его соблазнить. Однако у нее ничего не вышло. Киан холодно усмехнулся и сказал, что не спит с подчиненными и что ей больше не стоит тратить силы на его обольщение. Ева расстроилась, к тому же ее душила чисто женская обида: этот приспешник дьявола счел ее недостаточно привлекательной. Она видела его с другими женщинами. Все они без исключения были людьми. Киан находил их в том же казино, где пела Ева. Не сразу она узнала, что заведение принадлежит ему, как и еще несколько самых крупных и роскошных.

Женщины, что становились его подругами – иногда всего на ночь, иногда чуть дольше, – не были красивее или соблазнительнее Евы. Но она поняла, что у них перед нею есть одно важное преимущество. У них была душа, не запятнанная чередой гнусных дел, отвратительные подробности которых заставляли Еву ненавидеть саму себя.

Она отступила, однако ее женское чутье не раз говорило ей, что Киан не остается равнодушным к ней. Между ними двумя не раз и не два за эти годы вспыхивали искры. Что-то такое мелькало в темных глазах демона, что-то таилось в изгибе губ, что иногда оказывались слишком близко к ее коже, что-то особенное проскальзывало в прикосновении крепких рук. Со временем в их общение вплелся легкий флирт, игривые намеки, почти неосознанные попытки произвести впечатление, чтобы увидеть восхищение в глазах друг друга. И никогда ничего большего. Киана или действительно не интересовала его подчиненная как женщина, или же, верный своим принципам, он так хорошо справлялся с чувствами, что казался равнодушным.

Ева же совсем не искала привязанностей или случайных любовных связей на стороне. Ей не были нужны ни люди, ни бессмертные. Интимная сторона ее жизни давно смешалась с грязью, и она избегала ее, как только могла.

Ева очень надеялась, что сегодня тоже обойдется без этого и задание удастся выполнить без секса. Киан сказал, что клиент, заказавший девушку в номер отеля, любит милых и невинных. Она снова возмущенно фыркнула, глядя на себя в зеркало в гардеробной. Ее невинной вряд ли можно назвать. Она не казалась ею, даже когда действительно была таковой. Голубые глаза с длинными пушистыми ресницами всегда смотрели с хитринкой, полные губы наводили на мысли о жарких поцелуях. В ее внешности всегда сквозила страсть и внутренний огонь. Скрыть это за маской невинности вряд ли удастся. Чуть подумав, Ева все же решила придать своему облику больше девчачьей игривости и легкости. Длинные каштановые волосы с разбросанными по ним ярко-красными прядями она завязала в высокий хвост на затылке, нанесла на лицо минимум косметики, лишь подкрасила ресницы, а губы покрыла розовым блеском, выбрала в шкафу светлое короткое платье в мелкий цветочек. С соответствующим бельем возникли проблемы. Ева предпочитала только черное, простое или кружевное, другого не носила. Подумав, она решила, что сойдет и так. В конце концов, ей не дали подготовиться, выделив на сборы совсем мало времени.

– Надеюсь, когда я разденусь, – буркнула она недовольно, натягивая чулки, – ему уже будет все равно, какого цвета у меня трусы.

Под ложечкой засосало. За два века она так и не привыкла, даже вся ее хитрость, изобретательность и навыки не всегда позволяли избегать интимной близости с незнакомцами. А они далеко не всегда были приятными внешне, а уж внутренне…

Ева вылетела за дверь, понимая, что опаздывает. До нужного адреса добираться не меньше двадцати минут. Девушка выбежала из лифта в простой, но элегантный вестибюль, вежливо кивнула консьержу на входе.

– Решили немного развеяться, мисс Ева? – спросил ее добродушный старичок в светло-сером костюме, что служил здесь уже много лет. – Не спится?

– Да, Серж, – откликнулась она с улыбкой, – решили с подружками потанцевать.

– Вызвать вам такси, милая?

– Да, спасибо.

Машина подкатила к стеклянным дверям дома почти сразу же.

– Вам сегодня везет, – консьерж помахал ей на прощание.

– Очень на это надеюсь, – сказала Ева сама себе, махнув старику в ответ.

Желтое такси умчало ее в ночь, что сверкала тысячами огней. По дороге, откинувшись на сиденье, Ева пыталась составить хоть какой-то план действий. Но планирование никогда не было ее сильной стороной, она всегда действовала спонтанно. Киан говорил, что у нее сильно развитая интуиция. Она и позволяла Еве полагаться в делах на чутье и добиваться успехов.

– Скорей бы закончилась эта ночь, – взмолилась она, ловя взглядом ярко сияющие рекламные щиты, – скорей бы.

## Глава 2

Дорогой отель в центре города был залит светом. В просторном холле пахло кожей и хорошими сигарами. Ева пересекла его уверенным шагом и вошла в зеркальный лифт. Отражение подсказало ей слегка поправить прическу. Все. Она безупречна.

Дверь номера открыл молодой светловолосый мужчина. Ева мысленно вздохнула с огромным облегчением. Ну, хотя бы не старик и не урод. Мужчина был вполне симпатичным. Приятное лицо, мускулистое тело. Неизвестно, соответствовала ли стоящая на пороге девушка его первоначальным запросам, но, открыв дверь, он, широко улыбаясь, восхищенно присвистнул:

– Ничего себе! Неужели это все мне?

– Конечно, милый!

Ева игриво улыбнулась в ответ и шагнула в гостеприимно открытые двери.

– Как тебя зовут, куколка? – мужчина проводил ее в гостиную, где на низком столике у дивана был накрыт легкий ужин из закусок и вина.

– Кэтрин, – сказала она, качнув бедрами, – а тебя?

– Пол.

– Очень приятно, Пол. – Девушка взмахнула ресницами, а потом кивнула на столик. – Это для нас?

– Да, думаю, мы приятно проведем время.

– Я уверена в этом.

Они разместились на диване, выпили вина. Парень оказался весьма приятным собеседником, непошлым и негрубым. Он не старался побыстрее затащить ее в постель, а, казалось, искренне наслаждался беседой. Однако Еве вовсе не хотелось затягивать эту встречу, поэтому, дождавшись паузы в разговоре, она изящным движением поставила свой бокал на столик, а потом чуть наклонилась вперед.

– Пол, может быть, мы продолжим наш разговор в другом месте?

Она провела зубами по своей нижней губе и заметила, как мужчина прикипел к ее рту взглядом.

– Как скажешь, милая, – произнес он чуть охрипшим голосом. – Я просто хотел быть вежливым.

– Ты уже достаточно вежлив, – подтвердила Ева, – я оценила.

Она мягко переместилась мужчине на колени, улыбнулась ему и поцеловала, обвив шею руками. Поцелуй был медленным, дразнящим, изучающим. Ева позволила провести по своим губам языком, ответила тем же, потом углубила поцелуй. Пол осмелел, его руки скользили по бедрам девушки, ее короткое платье совсем задралось и не скрывало ничего. Чулки, что были на ней, мужчина нетерпеливо сдвинул вниз, стремясь поскорее дотронуться до голой кожи. Его губы скользнули по шее, спустились к груди в глубоком вырезе платья. Ева протянула руку, желая отвести от его лица светлые волосы, но мужчина резким движением не дал ей этого сделать.

– Пойдем в спальню, – прошептал он ей на ухо и улыбнулся, словно извиняясь. – Хочу увидеть тебя всю.

Ева обвила его ногами за талию, а руками крепко ухватилась за шею. Пол рывком поднялся с дивана, и так они вместе двинулись в спальню. Девушка видела, как мужчина горит нетерпением, вряд ли он был намерен тянуть дольше, но ей необходимо было его притормозить.

– Надеюсь, ты не из тех мужчин, которых хватает на пять минут? – спросила она, округляя глаза. – Мне бы не хотелось, чтобы все закончилось быстро.

– Любишь поиграть? – спросил он ее, улыбаясь. – Что ж, я не против.

Пол отпустил ее, а сам уселся на широкую, застеленную золотистым покрывалом кровать.

– Давай, покажи мне себя сначала, – попросил он. – Уверен, без этого милого платья ты еще прекраснее.

Ева отступила назад на несколько шагов и принялась медленно раздеваться.

– Подожди, – остановил ее Пол, – я добавлю атмосферы.

Он достал мобильный телефон и, чуть повозившись, включил музыку. Спальню заполнила приятная медленная мелодия, а Ева продолжила свой моноспектакль. Она избавилась от чулок, что до сих пор оставались на ее ногах, потом расстегнула ряд мелких пуговок на платье. При этом девушка покачивалась под музыку, гладила себя по обнажающимся участкам тела. Наконец она стянула с себя платье и небрежно бросила его на край кровати, оставшись только в белье. Ева замерла, давая мужчине оценить открывшийся перед ним вид, потом завела руки за спину и щелкнула застежкой бюстгальтера. Ее голая грудь, казалось, произвела на Пола неизгладимое впечатление. Он сначала замер, потом вздохнул, облизал губы и потянулся к девушке, желая немедленно схватить ее и опрокинуть на кровать.

– Ну, ну, – мягко пожурила она его, чуть отступая назад и уворачиваясь от жадных рук. – Разве игра окончена?

– А чего ты хочешь еще, моя кошечка? – Пол усмехнулся. – Ты такая роскошная, я уже горю.

Ева изогнулась, демонстрируя себя во всей красе, а потом склонила голову набок.

– Хочешь, я сначала сделаю тебе особенный массаж? – предложила она приглушенным тоном.

По виду Пола было понятно, что ему не терпелось оказаться между ее раздвинутых ног, но решил поддаться уговорам.

– Хорошо, – кивнул он, соглашаясь, – давай. – Мужчина с трудом сглотнул. – Только сними сначала трусики.

Ева взялась пальцами за кружевную полоску у себя на животе, приспустила ее почти до самого предела, а потом быстро вернула обратно.

– Нет, – мягко возразила она, – пусть они пока побудут тут. Снимешь их потом с меня сам.

Пол со вздохом растянулся на кровати.

– Что за массаж такой? – спросил он.

У девушки в руках вдруг оказалось большое пышное перо. И откуда она его взяла? Этого мужчина не заметил.

– Вот этим. – Ева провела пером по своей обнаженной груди, задела напряженные вершинки сосков и застонала, прикрыв веки. – Тебе понравится. Ложись сначала на живот.

Пол послушно перевернулся, предварительно избавившись от уже расстегнутой рубашки и штанов. Девушка уселась на него сверху, сжав его бедрами, а потом наклонилась, прижавшись грудью к его спине. Мужчина испытал мгновенный порыв перевернуться, схватить эту игривую кошечку и начать играть по своим правилам, но в последний момент сдержался.

Ева мягко разминала его мышцы руками, и тело Пола постепенно избавилось от лишнего напряжения. Стало просто хорошо. Расслабившись, он позволил девушке делать с ним все, что она хочет. Ее умелые и достаточно сильные руки скользили по спине, разминали, растирали мышцы, нежно гладили кожу, чуть щекотали, заставляя покрываться мурашками.

– А теперь наше перышко, – прошептала она Полу на ухо, и он почувствовал почти невесомое, но невыразимо нежное прикосновение.

– Продолжай, пожалуйста, – попросил он.

– Как скажешь, милый.

Внезапно легкие прикосновения сменились другими. Девушка слегка царапнула его чем-то острым.

– Что это? – лениво спросил он, приподнимая голову.

– Я просто хочу написать на тебе свое имя. – В ее голосе прозвучал смех. – Помнишь, как меня зовут? Нет? Я так и думала. Вот я и напишу.

Пол засмеялся, чуть поеживаясь от ощущений, а потом замер, застывшим взглядом уставившись в пространство.

– Вот и все. – Ева резко завершила последнюю черточку и отбросила перо в сторону. – Ух! Как ловко все вышло.

Она слезла с кровати, нагнулась над мужчиной, заглянула ему в глаза. Он был недвижим и безучастен, связывающая руна держала в плену его тело, не давая пошевелиться. Теперь он беззащитен перед магическим или физическим воздействием. К тому же он не сможет лгать. Скоро здесь окажутся те, кто заказал сделать это. Зачем, Ева не интересовалась, да ей бы никто и не рассказал. Скорее всего, Пол владел какими-то секретами, которые заказчику нужно было узнать.

– Мне жаль, – произнесла она с сочувствием. Молодой мужчина не вызвал у нее неприятных чувств. Более того, встреться они с ним при других обстоятельствах, он бы Еве понравился.

Убедившись, что руна сработала как надо и жертва надежно связана, Ева принялась торопливо одеваться. Ей не хотелось встречаться с заказчиками. Уходя из номера, она бросила взгляд в зеркало и недовольно скривилась. Она ненавидела себя за то, что делала, но выбора у нее не было.

Вернувшись домой, Ева тут же отправилась в душ. Хотелось смыть с себя чужие прикосновения. Об этом Поле и его участи она старалась не думать. Не в ее силах ему помочь, оставалось надеяться, что полученная информация удовлетворит заказчика, и мужчина останется жив.

Выйдя из душа, Ева закуталась в белый махровый халат и вернулась в спальню, мечтая о сне. Она будет спать до завтрашнего обеда, не меньше. Девушка стянула полотенце с головы и принялась осторожно распутывать расческой длинные темные пряди. Треск, раздавшийся у нее за спиной, заставил ее испуганно вздрогнуть и обернуться.

Посреди ее спальни стояли двое мужчин. Одним из них был Киан, а второго Ева не знала. Он был высоким и худощавым, его длинный нос с горбинкой делал лицо каким-то хищным, а холодные светло-серые глаза заставляли внутренности сжиматься от страха.

– Кто вы? – воскликнула Ева в испуге. Она перевела взгляд на наставника. – Киан?

– Вот она, значит, какая, твоя птичка! – незнакомец окинул девушку гневным взглядом. – Вот та, что испортила нам все дело!

– Я? – спросила Ева севшим голосом, начиная подозревать, что влипла. – Я испортила?

– А кто же! – Мужчина сделал шаг и резко схватил девушку за волосы, буквально сдернув ее со стула. – Тварь, – процедил он с ненавистью, – бездарная глупая телка!

Ева вскрикнула, она вцепилась в руки державшего ее незнакомца, стараясь оторвать их от своих волос. Дернув ее еще раз, он швырнул девушку на пол.

– Спокойнее, Райн, – прозвучал спокойный холодный голос Киана. – Надо сначала выяснить, как так вышло.

Демон склонился над Евой, что смотрела на него с испугом и непониманием.

– Ева, – произнес он, – что случилось в гостинице?

– Ничего, – произнесла она, чуть заикаясь. – Я все сделала, как надо. Нанесла руну, убедилась, что она подействовала, и ушла. А что случилось?

– Случилось то, – рявкнул второй, кого Киан назвал Райном, – что этот мужик в гостинице мертв! И случилось все это по твоей вине.

– Мертв? – Ева растерянно смотрела на Киана. – Но почему? Когда я уходила, все было в порядке. Клянусь!

– Клянешься?! – Райн подскочил и с силой пнул девушку. Она вскрикнула и упала. – Сучка!

Киан обошел лежавшую на полу подчиненную и опустился в кресло, в котором он сидел всего несколько часов назад.

– Ева, – обратился он к ней с непроницаемым выражением лица, – прежде, чем наносить руну, ты проверила клиента на следы магического воздействия?

В комнате повисла звенящая тишина. Ева медленно села, ссутулившись под гнетом внезапно пришедшего понимания.

– Нет, – произнесла она чуть слышно, – не проверила.

– А стоило бы, дрянь ты такая! – Райн пылал гневом. – На нем была магическая печать, чтобы никто не добрался до сведений, что хранились в его башке.

– Печать? – Ева вспомнила, как Пол не дал ей откинуть волосы со своего лица. – У левого уха, да?

– А, так ты все же знаешь об этом! – Райн сжал зубы. – Значит, ты сделала это специально? Нанесла руну, понимая, что печать убьет его, как только мы попытаемся что-то узнать?

– Нет! – Ева с мольбой посмотрела на мужчин. – Я не знала! Я только сейчас догадалась, почему он не дал прикоснуться к своим волосам! Они у него до плеч, и я ничего не увидела.

– Ева, – прозвучал ледяной голос Киана, – ты обязана была проверить.

Она опустила голову.

– Да, – сказала она глухо, – я виновата.

– Из-за тебя, – прошипел Райн, брызгая слюной, – мы лишились важных сведений. Никчемная, глупая тварь!

– Простите меня. – Ева вжала голову в плечи, замирая от ужаса. – Простите.

– Простить?! – Райн склонился над ней. – Скажи спасибо, что из уважения к Киану я раздумал прямо сейчас закончить твое жалкое существование и оправить тебя в Ад.

Ева вздрогнула, чувствуя, как все ее существо наполняет ужас.

– Не надо, – прошептала она.

– Я не убью тебя, – зловеще произнес мужчина над ее ухом, – но тебя следует наказать.

Он выпрямился, а потом в его руках оказалась плеть. Не обычная, магическая. Из черной, оплетенной кожей рукоятки змеилась ярко-красная узкая лента. Ева знала, что это за плеть. Похожей, только куда более мощной, она загоняла чудовищ обратно в преисподнюю.

– Спусти халат с плеч, – прозвучал холодный приказ, – и назови свое истинное имя.

Ева бросила затравленный взгляд на Киана, но тот равнодушно закурил сигарету и на девушку даже не взглянул.

– Ну! – рявкнул Райн. – Не зли меня!

Ева непослушными руками распутала пояс, а потом неловко стянула мягкую белую ткань до пояса. В ней все сжималось от ужаса, спасения не было.

– Имя! – Райн щелкнул плетью, в комнате раздался треск, словно от электрического разряда.

У Евы пересохло во рту, она знала, видела не раз, как подобная плеть разрывает монстров на куски. И сейчас это жестокое орудие обрушится на нее.

– Ее зовут Эженил, – прозвучал в тишине спокойный голос Киана.

Девушка вскинула на него глаза, успев удивиться, что тот произнес ее настоящее имя неправильно. В прежней жизни ее звали Эжени, и демон это знал.

Через мгновение ее тело сковали магические путы. Они не позволяли ей сопротивляться, а истинное имя давало демону права на нее.

Райн взмахнул плетью и обрушил ее на обнаженную спину Евы. Она дернулась и закричала от разрывающей ее боли. Тело осталось неподвижным, она стояла на коленях, опираясь на вытянутые руки. Не успела Ева перевести дыхание, как плеть еще раз опустилась на плечи. Она вновь не сдержала крик, казалось, что плеть входит в ее тело, как в масло, и доходит до самых костей. Снова удар, руки дрожали от напряжения, пытаясь удержать тело в одном положении, удобном для мучителя. Краткий свист воздуха, и снова разрывающая боль, не дающая даже вздохнуть. Сердце бешено колотилось, а сознание мутилось, но не покидало. Взглядом, который то и дело заволакивало пеленой, Ева зацепилась за руку Киана, лежащую на подлокотнике кресла. Он по-прежнему держал сигарету, она почти прогорела, и пепел падал на светлый ковер.

Удар, и крик переходит в хрип. Перед глазами поплыли красные пятна и какие-то вспышки, ноги и руки занемели. Ева подумала, что следующего удара она не переживет.

– Хватит, Райн, – раздался спокойный, даже несколько скучающий голос Киана. – Иначе долго не сможет работать, я понесу убытки. Оставь, она все уяснила.

Магические путы исчезли, и Ева ничком упала на пол. Она дрожала с головы до ног, спина горела огнем.

– Научи свою подопечную быть внимательнее, – Райн смерил девушку презрительным взглядом, – иначе простой поркой она больше не отделается.

– Конечно, Райн. – Киан кивнул и затушил сигарету прямо о полированный подлокотник. – Я позабочусь об этом. Извини, что так вышло.

В комнате стало тихо. Слышны были лишь всхлипы Евы и ее рваное дыхание. Когда она решилась приподнять голову, Райна в комнате уже не было. Киан встал с кресла и прошел в ванную. Он вернулся спустя минуту, неся в руках мокрое полотенце. Мужчина подошел к ней и присел рядом.

– Я помогу, – сказал он, когда Ева дернулась в сторону и тут же вскрикнула. – Спокойно! – приказал он строго, а потом принялся аккуратно и бережно стирать кровь с ее спины.

Ева не сдержала стонов, было очень больно, и как бы она ни сжимала зубы, не могла не плакать.

– Через пару дней полегчает, – пообещал ей Киан, – шрамов не останется.

Он помог ей подняться и перейти на кровать, где девушка легла ничком. Мужчина вновь вышел в ванную, взял в аптечке заживляющую мазь и вернулся в спальню.

– После наказаний магию применять запрещено, – сказал он спокойно, – придется обойтись обычным человеческим средством.

Ева промолчала, она лежала, отвернув от него лицо, и тихо плакала – и от боли, и от обиды, и от разочарования. Ее никогда раньше так не наказывали. Киан, бывало, угрожал ей повторной прогулкой в Ад за непослушание, сильнее гонял на тренировках, но никогда не поднимал на нее руку. Она считала, что между ними сложились вполне дружеские отношения. Да черт побери, если она кому и доверяла в этой своей новой бессмертной жизни, то только ему. А сегодня он равнодушно курил, спокойно наблюдая, как ее избивают до полусмерти. Значит, она для него вообще не важна? Так, одна из его бессмертных подчиненных, чью душу он забрал по договору. Это ранило сильнее, чем плеть, это лишало ее жизнь последней иллюзии нормальности и человечности.

Киан закончил смазывать ее раны мазью и просто сидел рядом.

– Ева, – позвал он и чуть хмыкнул, когда девушка не прореагировала. – Ева, – повторил он снова, – я ничего не мог сделать. Это было не в моей власти.

Она чуть шевельнулась и, медленно подняв руку, убрала волосы от лица.

– Я пошел с Райном, чтобы не дать ему убить тебя. – Его голос смягчился, но потом снова стал строгим: – Как ни крути, ты все же виновата. В следующий раз будешь внимательнее.

Ева чуть повернула голову, глядя на него покрасневшими, опухшими глазами. Дышать стало чуточку легче, не намного, но все же.

– Ты ошибся, – сказала она тихо, – неправильно назвал мое имя. – Только сейчас она удивилась по-настоящему. – Но оно все равно сработало, почему?

По его красивым губам проскользнула чуть заметная улыбка.

– Я не ошибся, Эжени. Лишь добавил к твоему имени букву от своего истинного имени.

– Зачем?

– Потому что иначе ты бы могла не пережить даже эти пять ударов.

Он поднялся и взглянул на Еву с высоты своего роста.

– Я пришлю к тебе Леона, – сказал Киан и чуть усмехнулся, увидев ужас на ее лице. – Он позаботится о тебе. Я в няньки не гожусь.

– Нет, – прохрипела она, силясь приподняться, – только не его, пожалуйста.

– Отдыхай. – Киан проигнорировал ее. – Через неделю мы идем на охоту, на южной границе заметили странное свечение. Подозреваю, что там завелись бурги.

Он исчез, едва она открыла рот, чтобы возразить.

– Черт! – всхлипнула она жалобно, чувствуя, как по щекам снова льются слезы. – Только не Леон.

Слова Киана про лишнюю букву в своем имени она поняла только через пару дней, когда начала вставать. Походив по комнате, она опустилась в кресло, судорожно схватившись за подлокотники, чтобы переждать накатившую слабость и дурноту. И тогда они рассыпались у нее под руками, превратившись в груду обломков. Внезапно все встало на свои места: руки Киана на этих самых подлокотниках, когда ее били плетью, слова о букве его собственного имени, добавленной к ее. Имя связывает, отдавая права на тело и сознание тому, кто его знает.

– Он принял часть моего наказания, – произнесла Ева пораженно, все еще до конца не веря, – взял себе часть моей боли.

Глупое сердце вновь забилось, словно птичка в клетке.

– Ему не все равно, – от этой мысли хотелось одновременно смеяться и плакать.

Ева выбрала слезы. Она рыдала, спрятав лицо в ладонях, но чувствовала, что ей наконец-то становится легче.

## Глава 3

Леон был ангелом. Самым настоящим небесным созданием. Выглядел он как молодой парень лет двадцати, с кудрявыми светлыми волосами и зелеными глазами. Милая улыбка, обаяние, доброта сделали бы его любимчиком всех без исключения, если бы не полное отсутствие чувства юмора и пугающая привычка принимать все за чистую монету. Леон не понимал скрытых и переносных смыслов и подчас был наивнее пятилетнего ребенка. Он, как и положено ангелу, не делил мир на черное и белое и одинаково хорошо относился ко всем: и к обычным людям, и к ангелам, и к демонам, и другим существам любого из миров.

Занятие у Леона тоже было вполне ангельское: он исполнял желания. Но не все, а те, которые не противоречили судьбоносному замыслу для каждого конкретного человека. Невидимый людям, он подслушивал тайные мысли и простые разговоры, а потом воплощал мечты в реальность. Но если бы только мечты! Леон вполне мог устроить кому-нибудь настоящий Ад.

– Чтоб я сдох! – в сердцах восклицал кто-нибудь во время обычного эмоционального разговора и буквально на следующий день оказывался на больничной койке. И хорошо, если Леону вовремя укажут на его ошибку и бедолагу удастся спасти.

– Я бы сейчас слона съела! – желала голодная девушка перед обедом и обнаруживала в меню ресторана блюда из мяса слона.

– Какой ужас! – кривилась она, а Леон обижался:

– Сама же просила.

В общем, рядом с ангелом приходилось тщательно контролировать свою речь, чтобы ненароком не пожелать себе или другим чего-нибудь этакого. Демоны и другие высшие бессмертные, конечно, не были подвержены его влиянию, а вот низшим бессмертным, к которым относились и люди, продавшие свои души, иногда приходилось несладко.

Именно поэтому, услышав, что Киан пришлет к ней на помощь Леона, Ева не обрадовалась. Однако ангел был в ее квартире уже через пятнадцать минут. Он тут же развил бурную деятельность, полностью отдавая себя делу служения ближнему. Тот факт, что Ева связана с Адом, дела не меняло. Она страдала, а значит, нуждалась в его милосердии.