Светлана Шёпот
Галкино счастье

Глава 1

Грузно опустившись на кровать, Галина Николаевна рефлекторно поправила задравшийся уголок серого, застиранного покрывала, а потом задумчиво посмотрела на свои (во что до сих пор трудно было поверить) пальцы-сосиски.

Нет, сама она тоже не была тростиночкой, но ее прошлому телу до этого было ой как далеко. Тут и без весов было понятно, что цифра совершенно точно перевалила за отметку девяносто. Хорошо если не за сотню.

Вздохнув, она огладила выпирающий далеко вперед живот. Поначалу Галина даже подумала, что это тело в положении, но не до конца сформировавшуюся бурю эмоций, поднявшихся в душе, смела уверенность, что это не так.

Ее давно покойный муж в прошлом никогда не жаловался на тот десяток лишних килограммов, с которыми Галина Николаевна с годами перестала бороться. Смысл, если ничего не помогало? Виктор говорил, что никогда не был слепым и отлично видел, за кем начал ухаживать. Ему нравилась ее пышная грудь, мягкий живот и милые ямочки на щеках.

Ямочек у этого не было, зато в наличии имелся второй подбородок, весьма пухлые руки, живот-барабан, слабость и противная одышка.

Она не знала, почему размышляла о такой несущественной вещи, как лишний вес. Наверное, таким способом сознание пыталось защитить владельца от шока. Не каждый день просыпаешься не в своем теле. А что тело не свое, Галина Николаевна поняла довольно быстро. Сложно не понять, когда перед глазами маячат чужие руки.

Необычность происходящего она заподозрила сразу, как проснулась. С годами различные болячки постоянно напоминали о своем наличии. Галина уже и забыла, когда в последний раз просыпалась без головной боли и ноющих суставов. Именно поэтому «тишина» в теле стала для нее сюрпризом.

Стоило ей открыть глаза, как мысли о странном поведении тела отошли на второй план. Она находилась где угодно, но только не в своей комнате. По крайней мере, не так давно отремонтированный потолок в двухкомнатной квартире на втором этаже совсем еще нового здания не мог выглядеть как тот, который Галина Николаевна рассматривала несколько долгих минут.

Когда она была маленькой, родители часто оставляли ее на лето у бабушки с дедушкой. Она отлично помнила, что в сарае со скотиной потолок был примерно таким же – темно-коричневые балки и грубо оструганные доски. Невооруженным глазом было видно, что потолок этот положен давно и с тех времен никто даже не думал обновить подгнившее.

Оторвав взгляд от потолка, Галина Николаевна огляделась по сторонам. Грубая каменная кладка подтвердила мысль, что уютная квартира осталась в прошлом.

Тяжело вздохнув, она откинула одеяло и села. Паники не было, лишь недоумение и легкий испуг. А еще интерес. Галина всегда была любопытной – сначала девочкой, потом девушкой, а затем и женщиной. Всю жизнь она старательно контролировала в себе это чувство, понимая, что до добра излишнее любопытство не доведет никого. Все должно быть в меру. Именно так она любила повторять.

Несомненно, ситуация, в которой она оказалась, выходила за грань понимания, но это еще не повод впадать в истерику. Для начала следовало понять, что произошло и как это случилось. А потом уже можно будет думать, стоит ли пугаться еще сильнее.

В том, что тело чужое, не было никаких сомнений. Ее руки всегда были изящными, несмотря на лишние килограммы. Нынешние были больше похожи на пухлые белые булочки. Да и грудь заметно отличалась. В большую сторону. Про живот, отчетливо выдающийся вперед, и говорить не стоило.

Разобравшись с этим, Галина Николаевна поднялась в постели, сразу обратив внимание на то, как тяжело ей далось это простое, по сути, движение. Голова слегка закружилась, а легкие сжались, словно вдруг перестало хватать кислорода. Неприятное чувство.

Дождавшись, пока все не придет в норму, она принялась осматривать комнату. То, что представало перед ее взглядом, многих могло вогнать в депрессию.

Обстановка намекала на крайнюю нищету. И не только.

За свою жизнь Галине доводилось бывать в разных местах, но эта комната выглядела так, будто выпрыгнула откуда-то из средневековья.

Грязные полы были засыпаны травой. Односпальная кровать, стол и стул имели такой вид, словно их выстругивали топором, даже не подумав затем пройтись для гладкости рубанком.

Окно справа от кровати было заделано чем угодно, но не стеклом. Хорошо еще, что свет этот материал худо-бедно пропускал. Слюда? Бычий пузырь?

Вместо шкафа – потертый сундук, сиротливо притулившийся у стены слева от кровати. Он заметно отличался от всего остального, отчего казалось, что его принесли сюда из более богатого дома.

Рядом, кстати, обнаружилась тумбочка с деревянным ковшиком и тазиком. На полу стоял кувшин с водой.

Вернувшись к кровати, Галина заправила ее, рассматривая потертую грубую ткань. После села, чувствуя легкую слабость, накатившую даже от столь нехитрых действий.

Происходящее было слишком реалистичным. У нее не возникло и мысли, что это все могло ей сниться. Галина Николаевна не сомневалась в своем разуме, поэтому была полностью уверена, что смогла бы распознать сон. Никогда до этого она не путала сновидения с явью.

Если не сон, значит ли это, что она каким-то образом попала в прошлое? Не слишком ли фантастично для ее обычной, ничем не примечательной жизни? В конце концов, в подобные истории чаще всего попадают исключительные люди. Вполне возможно, все это простая ошибка.

С одной стороны, это успокаивало.

Галина Николаевна была полностью довольна своей жизнью. Конечно, возраст уже сказывался, но она искренне верила, что люди, ставящие на себе крест после выхода на пенсию, совершенно точно делают это зря.

Понятно, что на нынешние выплаты не сильно разгуляешься, да и на лекарства уходило много финансов, но плюсы у такого возраста тоже были. Одним из них являлось свободное время. Она, наконец-то, могла делать то, что хотела. Работа и многочисленные связанные с ней проблемы остались в прошлом. Да и дети выросли и стали самостоятельными.

Одиночество никогда не угнетало ее. Правда, об этом Галина узнала только после того, как осталась совершенно одна. Поначалу было жутковато, все время не хватало присутствия мужа рядом, но со временем привыкла.

Ничего экстремального она на пенсии не делала, оставив безумства более эксцентричным личностям. В ее увлечения затесалось чтение, просмотр фильмов, выращивание различных цветов, трав, овощей на даче. Дача, кстати, была небольшой, купленной исключительно для того, чтобы проводить немного времени за пределами квартиры, рядом с природой.

С другой стороны, разочаровывало.

Если предположения верны, то за пределами помещения ее ждал целый новый мир. Разве это не увлекательно? Правда, все могли испортить проблемы, которые, по сути, лично к ней не имели никакого отношения, но многое можно решить, за исключением смерти. Вот с ней спорить довольно трудно.

Кроме того, ее новое тело, хоть и имело явные проблемы с лишним весом и здоровьем – связанным, как догадывалась Галина Николаевна, тоже с ним, – все-таки было гораздо моложе, чем прошлое. Об этом свидетельствовала идеально ровная и нежная кожа на руках.

Подумав о детях и внуках, Галина чуть нахмурилась. Если она останется здесь, то с большой долей вероятности никогда их больше не увидит. Это удручало. Конечно, в последние годы они встречались все реже и реже, но это не значит, что они о ней забыли. Навещали при каждом удобном случае, звонили хотя бы раз в неделю.

Решив не загадывать далеко, Галина Николаевна снова поднялась. Нужно было найти хоть какую-нибудь одежду. Она сомневалась, что можно выйти за пределы комнаты в белом платье до пят, похожем на ночную сорочку.

Не успела она сделать и шага в сторону сундука (казалось логично, что одежда будет храниться именно в нем), как дверь открылась и на пороге возникла пожилая женщина.

Увидев Галину, она замерла с приоткрытым ртом, будто чему-то сильно удивилась, а потом нахмурилась, опуская взгляд вниз.

– Ох, милая, ты почему встала так рано? – запричитала женщина.

Невысокая, чуть полноватая, с простым и добрым лицом, она вызывала доверие. Галина Николаевна слегка сжала губы. Раньше за ней не водилось столь быстрого принятия.

Не сказать, что она была недоверчивой, но, как и любой человек, относилась к чужим людям со здоровым подозрением. Хотя бы до тех пор, пока они не станут знакомы. Возможно ли, что эти чувства не ее, а девушки, которая обладала этим телом прежде?

Кажется, ответа от нее не ожидали. Женщина прошла к столу и поставила на него поднос, а после развернулась и подошла ближе. Аккуратно взяв Галину под локоть, она повела ее к кровати.

– Не стоило вставать, дорогая, – проворковала она. – Полы здесь такие холодные и грязные совсем.

На этих словах она подозрительно всхлипнула.

– Ох, бедная моя госпожа, – тихо выдохнула женщина, буквально заставляя Галину Николаевну сесть.

Та не торопилась что-то говорить, просто наблюдала за происходящим, надеясь для начала хоть что-то узнать.

– Сейчас мы тебя причешем, – справившись с эмоциями, произнесла женщина, вытирая краем юбки глаза, – а потом покушаешь. Хорошо?

Галина вместо ответа кивнула. Она не понимала, почему незнакомка разговаривала так странно. Создавалось впечатление, словно она общается не со взрослым человеком, а с кем-то неразумным.

Нехорошие подозрения закрались в душу и прочно там поселились. Возможно, проблем будет чуть больше, чем казалось изначально.

Окинув женщину взглядом, Галина Николаевна вздохнула. Первые впечатления об этом месте подтверждались. Ее гостья была одета так, будто люди за пределами этой комнаты не знали об электричестве, машинах, интернете и прочих благах цивилизации. Подобные одеяния она видела только в исторических фильмах.

Пока она размышляла обо всем, женщина достала откуда-то из-за пазухи гребень и села на кровать.

– Повернись немного, – попросила, погладив Галину по пухлой руке.

Она не стала сопротивляться, сев так, чтобы женщине было удобно ее причесывать. До этого момента ей было не до волос, но, судя по всему, ей достались длинные косы. Женщина сначала расплела их, потом медленно и тщательно расчесала и заплела.

– Вот и готово, – довольно произнесла она. – А теперь надо умыться, – голос ее стал чуть строже. – И не капризничай. Умываться надо.

Галина Николаевна удивленно вскинула брови. Благо, что в этот момент она смотрела на стену, так что ее мимика осталась незамеченной. Еще раз взглянула на свои руки. Они явно принадлежали взрослой девушке.

– Сегодня на завтрак твои любимые булочки, – голосом искусителя произнесла женщина и по-доброму засмеялась.

Булочки? Галина вздохнула. По ее мнению, это тело само выглядело как белоснежная булочка.

Булочки оказались не такими, как она ожидала. Сама Галина в прошлом старалась не злоупотреблять подобной едой. Во-первых, все, сделанное из муки, превосходно липло к ее бокам, делая их слишком пышными. Во-вторых, из-за подобной еды у нее всегда поднимался сахар, а это было совсем не здорово.

Здешняя сдоба явно была сделана из муки грубого помола, отчего напоминала цельнозерновой хлеб. Причем вкус оставлял желать лучшего.

– Что-то ты сегодня молчаливая, – посетовала женщина.

Галина уже хотела хоть что-нибудь сказать (молчание и правда сильно затянулось), но в этот момент заметила острый взгляд, который совершенно не вязался с добродушным лицом.

Слова застряли в глотке. Галя закашлялась.

– Ох, милая, осторожнее, – заворковала теперь уж точно подозрительная особа. Вопреки заботе, отчетливо слышимой в словах, женщина осталась на месте, даже не думая подходить к подопечной и как-то ей помогать.

Справившись с кашлем, Галина отпила из глиняной кружки и едва подавила в себе желание поморщиться. Питье тоже оставляло желать лучшего.

– Неужто сон плохой приснился? – спросила спустя некоторое время пришедшая.

Галина Николаевна, чуть подумав, кивнула и вздохнула более громко и наигранно. Такой ответ явно устроил женщину. В комнате воцарилось молчание.

Не зная, как себя вести, Галина торопливо жевала, пытаясь придумать хоть что-то. Она не доверяла никому, не понимала, какого поведения от нее ждали, но, судя по тому, как была спокойна женщина, все пока не так плохо.

А ведь у этого тела вполне могли иметься родственники. От этой мысли Галина даже на короткий миг замерла. Она понимала, что близких людей обмануть не получится. Это только кажется, что можно взять и просто заменить одного человека другим. На самом деле, каждый уникален. Мелкие привычки, особенность улыбки, мимики, свойственные только этому человеку движения – язык тела может сказать очень многое. Близкие люди подсознательно считывают это и, если произойдет подмена, обязательно заметят.

– Закончила? – выдернул ее из размышлений голос. Галя опустила взгляд на свою руку, понимая, что съела хлеб, даже не заметив. – А теперь поспи.

Она вскинула взгляд на женщину. Поспать? Но разве сейчас не утро? С таким распорядком дня неудивительно, что девушка так раздобрела.

– Не хочу, – произнесла Галина Николаевна. Это были ее первые слова в этом месте, и прозвучали они довольно капризно. Она сама не ожидала, что получится именно так.

– Надо, милая, – терпеливо проворковала женщина. – Еще очень рано. Ты слаба. Тебе нужно набираться сил.

Неужели девушка чем-то болела? Галя прислушалась к себе. Слабость, конечно, присутствовала, но ее можно было списать на то, что это тело не привыкло слишком много двигаться, поэтому любое движение приносило дискомфорт.

Немного подумав, она решила не спорить. Женщина, судя по ее виду, осталась полностью довольна таким поведением.

Забравшись на кровать, Галина накрылась тонким одеялом, от которого пахло пылью и затхлостью. Она внимательно проследила, как женщина подхватила поднос и вышла, даже не взглянув лишний раз на подопечную. Это убедило Галю, что женщина не ожидает от девушки непокорности. Подобное могло значить, что бывшая хозяйка тела хоть и была иногда капризной, но в целом всегда слушалась приказов и просьб. Стало жаль неизвестную девушку.

Как только дверь закрылась, Галина Николаевна откинула одеяло и встала. Голова слегка закружилась, но она отмахнулась от этого. Подойдя к двери, прильнула к ней ухом, прислушиваясь. Шаги отдалялись. Выдохнув, она подошла к сундуку и откинула крышку. Ей требовалось больше информации.

Внутри обнаружилась одежда. Размеры еще раз напомнили о том, насколько необъятным оказалось ее новое тело. Штанов в сундуке не лежало, только платья. Да и тех немного. Всего три. Выглядели они весьма потрепанными и застиранными.

Галина нахмурилась. Разве та женщина не называла ее госпожой?

Если да, то почему одежда госпожи хуже, чем вещи служанки?

Глава 2

Кроме трех платьев, внутри обнаружился тощий плащ, пара чулок и нечто непонятное. Галя подняла перед собой предмет одежды, напоминающий панталоны, и задумчиво развела две половины в стороны. По какой-то причине их не стали сшивать между собой. Немного поломав над этим голову, она пришла к выводу, что сделано это для того, чтобы не снимать каждый раз. Странное решение, но, видимо, женщины тут слишком ленивы, чтобы лишний раз стаскивать с себя нижнее белье.

Еще нашлись ботинки, стоптанные и на пару размеров больше, чем надо, хорошо хоть женские. Было понятно, что ей они принадлежать никак не могли. А это значит, что госпожа оказалась невероятно бедной. Или ее кто-то таковой сделал.

Одевшись, Галина посидела пару минут, позволяя сердцу замедлить стук. После этого встала и вышла из комнаты, оказавшись в коридоре. Двери располагались так, будто комнаты за ними имели одинаковые размеры. Какой-то пансионат? Гостиница?

Медленно двигаясь вперед, она осматривала все, на что падал взгляд. И чем больше она видела, тем сильнее убеждалась – ее изначальные выводы верны. Вокруг царило глубокое прошлое.

Дойдя до конца коридора, она остановилась. За углом была лестница, но не это ее волновало, а голоса, отчетливо доносящиеся снизу.

Один голос был ей знаком. Это была недавно ушедшая женщина. Второй принадлежал мужчине. Больше всего Галину Николаевну заинтересовал сам разговор. Эти двое говорили о ней. Вернее, о девушке, тело которой она по какой-то причине заняла.

– Ты спросила? – задал вопрос мужчина. Голос звучал сипло, так, словно его владелец совсем недавно проснулся.

– Нет, – отрезала женщина, которая еще недавно ворковала над Галиной. Сейчас в ее голосе не было ни капли нежности, только раздражение и злость. – Она сегодня была еще более заторможенной, чем обычно. Смотрела на меня тупыми глазами и молчала.

– Надо было спросить, – мужчина явно был недоволен.

– Не указывай мне, что делать! – резко бросила женщина. – Если ничего в этом не понимаешь, то и не лезь! – слова буквально звенели от гнева и недовольства.

– Ну что ты, что ты? – пошел на попятную мужчина, явно впечатлившись отповедью. – Иди сюда.

– Не трогай меня! – воскликнула женщина. Послышался звук шлепка, а после сердитое бормотание. – Еще раз протянешь руки, я отрублю их под самый корень, – пригрозила она.

– Что на тебя сегодня нашло? – просипели недовольно ей в ответ.

Воцарилась тишина. Галина Николаевна пыталась стоять так тихо, что едва дышала. Ей не хотелось пропустить ни слова.

– Да надоело, – призналась женщина. – После смерти барона как проклял кто.

– Знамо кто, – фыркнул мужчина. – Наша-то старшенькая, да только от первой жены. Неужто ты думала, что ведьма после смерти мужа согласится отдать часть наследства чужой для нее девице? А я сразу не хотел идти к дель Каруссо.

– Больно умный стал, – едко заметила женщина, явно недовольная словами своего визави. – И чего барон так внезапно помер? Да и не надо мне врать! Забыл, как доволен был, узнав, что присматривать нам придется за тупой девкой?

– Да и ты опечаленной не была, – поддел ее мужчина.

– С чего бы мне печалиться было? – изумилась женщина. – Отец ее любил, подарки дарил, не спрашивая о них после. Можно было спокойно изымать и продавать.

– Только вот все закончилось. Может, оставим ее уже сейчас?

– С ума сошел? – возмутилась воровка. – Мы еще не нашли документов!

– Да кому эта халупа нужна? Сюда же вкладывать придется больше, чем она стоит. Все прогнило давно. Здесь даже спать опасно. Того и гляди потолок на голову рухнет. Да и слухи эти… Ну кто ее купит?

Женщина некоторое время молчала, явно обдумывая слова подельника. Галина Николаевна поглядела по сторонам. По ее мнению, здание выглядело не так уж и плохо.

– Нет. Мы должны попытаться. Покупателя всегда можно найти. Место тут не самое плохое. Так что кто-нибудь точно позарится.

– Смотри сама, – раздраженно бросил мужчина. – Мне надоело тут сидеть. Новые господа вечно ждать не станут.

– А то я не знаю. Пойду я. Девка, должно быть, уснула. Надо еще раз проверить ее сундук.

– Ты же говорила, что все из него выбрала. Может быть, и нет у нее никаких бумажонок? – предположил мужчина. – Ведьма вполне могла прибрать к рукам даже эту халупу. Вот увидишь, не сегодня так завтра явятся сюда стражники, вытряхнут нас на улицу.

– И что с того? Отряхнемся и пойдем к новым господам.

– А девка?

– Чего это она тебя волновать стала? – прошипела змеей аферистка. – На телеса ее заглядываешься?

– Да упаси меня боги! – прозвучало насквозь фальшиво.

– В веселый дом отведем, – ревниво и зло выдала женщина. – С ее умом она даже не поймет, что с ней делают. Будет жить в тепле да сытости. Меня матушка учила, что нужно быть добрыми к людям.

– Конечно, как скажешь, дорогая, – согласился мужчина, явно мысленно выдохнув. Галина Николаевна покачала головой, удивляясь.

Каких только людей она в своей жизни не встречала, но таких точно не было. Они казались ей какими-то карикатурными злодеями. Неужели в реальности могут существовать подобные личности?

Тихо вернувшись в комнату, Галина Николаевна села на кровать. Ей нужно было придумать, что делать дальше. Вечно прятаться – не дело. Так ведь и правда в бордель отдадут. Но и показывать себя вот так сразу… Не будет ли это слишком опасно? Мало ли что придумают эти двое, когда поймут, что разум вернулся к девушке, с которой они до этого могли делать все, что им заблагорассудится. Галина Николаевна понимала, что подобные люди вряд ли захотят терять над ней власть. А значит, можно ожидать чего угодно, вплоть до ее смерти.

Пока женщина явно рассчитывала вытянуть из нее информацию лаской, поэтому и ворковала нежно, но стоит ей понять, что все это бессмысленно, как ее поведение быстро изменится. По сути, Галина сейчас совершенно беззащитна.

Из слов слуг она узнала довольно много. Девушка, в тело которой Галина попала, была дочерью некоего барона дель Каруссо, умершего внезапно. Отец девочку любил, подарки дарил, но после его смерти дочь оказалась не в лучших условиях. Всему виной могла оказаться мачеха.

Кроме того, у бедняжки были проблемы с развитием. Врожденное или приобретенное – неизвестно. Теперь понятно, отчего с ней разговаривали именно так. Пока плана не было, но кое-что Галина Николаевна знала точно – нельзя быть полностью покорной. И в то же время не стоит показывать, что с ее разумом все в полном порядке.

Услышав звук открывающейся двери, Галина Николаевна подняла взгляд.

– М-милая? – женщина так сильно удивилась, что слегка запнулась, обращаясь к ней. Видимо, ничего подобного раньше не случалось.

– Да, – Галя кивнула. Что именно «да», она и сама не смогла бы сказать. Просто нужно было как-то ответить.

– Почему ты проснулась? – справившись с удивлением, проворковала женщина.

Войдя в комнату, она закрыла за собой дверь и торопливо подошла к кровати, цепким взглядом окидывая комнату и девушку, чинно сидящую со сложенными на коленях руками. Неожиданная непокорность на короткий миг вывела ее из равновесия. Девица до этого никогда не сопротивлялась. Капризничала, конечно, но все-таки слушалась, когда распоряжение было отдано с непоколебимой уверенностью.

Брида – именно так звали служанку, которую нанял недавно почивший барон дель Каруссо для присмотра за своей особенной старшей дочерью, – поначалу даже не могла поверить в их с мужем удачу. В первые месяцы они, правда, осторожничали, но, когда поняли, что старый барон списывает пропажи на рассеянность своей крошки, расслабились полностью.

Брида постоянно поддерживала в бароне эту веру, при каждом удобном случае сетуя на то, что юная баронесса не слишком ценит подаренные вещи. Понятно, что за нелестные слова о непогрешимой дочке ее наказывали, но Амалу это мало волновало. Главное, ей удавалось укрепить барона в мыслях, что пропажа дорогих подарков – вина самой девицы, а не честной пожилой служанки и ее мужа.

Больше всего она волновалась из-за Тедора. Туповатый муж, за которого она в молодости вышла исключительно по ошибке, в любой момент мог все испортить.

Барон нанял его для работы, с которой лучше всего справлялись именно мужчины. Одной из обязанностей являлась доставка воды для ванны. Для Бриды не стало открытием, когда она поняла, что ее муж слишком рьяно старается задержаться в комнате после выполнения задания. Он явно желал увидеть девку в чем мать родила. Впрочем, муж Бриды был слишком труслив для каких-то решительных действий.

Вспомнив все это, служанка поморщилась и окинула «госпожу» взглядом. Она не понимала, как можно желать столь необъятное тело. Ей самой даже прикасаться к девчонке было неприятно.

За своей неприязнью Брида никогда не замечала ни красивых волос, тщательно спрятанных в тугие толстые косы, ни нежной бархатной кожи, ни завораживающего оттенка серых глаз, ни тонких черт, которые не портила даже излишняя полнота.

Мать девушки в свое время была настоящей красавицей, и Висконсия пошла именно в нее. А полнота развилась из-за практически неподвижного образа жизни и излишеств в еде – барон любил дочь безгранично, отчего не знал меры, когда баловал ее всякими вкусностями.

– Не хочу спать, – ответила Галина Николаевна. От нее не укрылся взгляд женщины.

Встрепенувшись, Брида вернулась мыслями в реальность.

– Что ты такое говоришь, милочка? – произнесла служанка. Галина только удивилась тому, какой хорошей актрисой оказалась эта аферистка. Если бы не случайность, то она никогда бы не узнала настоящих мотивов странной парочки. – Тебе нужно больше спать. Ты еще так слаба. Ты ведь не хочешь огорчить своего папочку?

– Папу? – Галина с интересом посмотрела на служанку. Ей было интересно, какую ложь та выдаст.

– Да, да, папочку, – закивала Брида. Подойдя ближе, она принялась гладить Галину по голове, словно пытаясь таким способом снизить бдительность, отвлечь. – Папочка скоро должен прийти за тобой, но если ты будешь плохой, то он передумает и оставит тебя здесь. Ты ведь этого не хочешь?

Наклонившись, она проникновенно заглянула в глаза. Галина Николаевна вздохнула и покачала головой. Конечно, она понимала, что никто за ней не придет, но, судя по всему, бедная девушка об этом даже не догадывалась.

– Вот и хорошо, – довольно сказала Брида и только сейчас заметила, что госпожа полностью одета. На короткий миг она даже замерла от удивления. Не было ни одного раза, когда эта сумасшедшая смогла бы самостоятельно одеться. Тревога кольнула сердце, но сразу исчезла как дым на ветру. – Милая, ты что же, сама оделась?

Галина кивнула, настороженно посматривая на женщину из-под ресниц. Она слегка напряглась, не зная, как будет реагировать на это служанка.

– Ох, – Брида всплеснула руками, и ее глаза наполнились слезами. – Совсем большая стала. Папа будет гордиться тобой.

Галина растянула губы в улыбке, а потом опустила голову и принялась теребить ткань на юбке. Женщина еще пыталась с ней поговорить, но потом махнула рукой, решив, что девчонка снова ушла в себя, как с ней иногда случалось.

Стерев с лица дружелюбное выражение, она подошла к сундуку. Брида не надеялась найти в нем хоть что-то, ведь она сама, лично, вытрясла из него все ценное, оставив лишь обноски для вида. На всякий случай. Как она и думала, внутри, кроме пары тряпок, ничего не было. Раздраженно закрыв сундук, женщина мельком глянула на по-прежнему тихо сидящую девчонку и ушла.

Стоило двери закрыться, как Галина Николаевна подняла голову. Переведя взгляд с двери на сундук, она встала. Судя по всему, служанка не нашла того, что искала.

Возможно, она просто не там искала?

Глава 3

Вытащив вещи, она внимательно осмотрела сам сундук. Его бока и дно, как ей казалось, были достаточно толстыми, чтобы в них можно было устроить тайник.

Правда, Галина Николаевна сомневалась, что такая опытная женщина, как ее служанка, не подумала об этом и не проверила все досконально. Сегодня она явно заглянула в сундук лишь для того, чтобы подтвердить ради своего успокоения сделанные когда-то выводы. Можно сказать, женщина даже не искала толком.

Простукав на всякий случай сундук изнутри и снаружи, Галина не нашла ничего подозрительного. На первый взгляд казалось, никто даже не подумал делать в нем никаких тайных отделений.

Может быть, мачеха не отдала падчерице документы? Такое вполне возможно. Но что-то все-таки не давало Галине оставить затею.

Для начала она проверила постель. Кто знает, может, девушка спрятала неинтересные для нее, но важные для других бумажки в каком-то другом месте.

Увы, кровать ее разочаровала. Никаких тайников.

Присев, Галина Николаевна принялась думать. Куда предыдущая владелица тела могла спрятать то, что не хотела показывать остальным. И почему девушка могла это сделать? Вряд ли мачеха стала бы уточнять, насколько документы важны. Значит ли это, что бедняжка была не настолько глупой, как всем виделось?

Прищурившись, Галина остановила взгляд на откинутой крышке сундука. Она была полукруглой, массивной и отлично подходила для устройства в ней тайника.

Не став ждать, Галя снова вернулась к несчастному предмету мебели. При первом же простукивании крышки стало понятно, что в некоторых местах есть пустоты.

Она довольно хмыкнула. Конечно, рано было радоваться, но что-то ей подсказывало – это верный путь.

Всё внимательно осмотрев, Галина начала легкими движениями прикасаться к поверхности, выискивая какую-нибудь странность.

В какой-то момент внутри крышки что-то тихо щелкнуло. Галина Николаевна даже удивилась, не совсем понимая, на что именно среагировал замок.

Подождала, но ничего больше не произошло, тогда она медленно отодвинула отошедшую в сторону деревяшку. Почти сразу после этого Галина заметила край светло-коричневой бумаги.

В груди вспыхнуло от волнения. Покосившись на дверь, Галя осторожно вытащила находку и аккуратно вернула деревяшку в прежнее положение, перед этим проверив, нет ли внутри еще чего-нибудь. Знакомый щелчок подсказал, что все встало на место.

Поднявшись на ноги, Галина Николаевна дошла до кровати и села.

Конверт был слишком тощим. Почему-то ей казалось, что документов должно быть больше, но внутри обнаружилось только две бумаги.

Развернув одну, Галя замерла, а потом разочарованно вздохнула. Конечно, никто бы не стал учить неразумного человека чтению. А если бы и стал, то не было полной уверенности, что умение досталось бы ей. В общем, прочесть написанное не было возможности.

Внимательно осмотрев документы, она решила, что один точно что-то вроде паспорта, а второй – подтверждение права собственности на это здание.

Что одна из бумаг является паспортом, Галина решила по той простой причине, что людям здесь как-то нужно удостоверять свою личность. Тем более девушка была не простой жительницей, а настоящей баронессой.

А второй совершенно точно должен подтверждать законность владения этим местом. И существует большая вероятность, что имя в него не вписано, а значит, владельцем мог оказаться любой, кто предъявит документ. Не просто же так аферисты продолжали поиски.

Сложив документы обратно в конверт из грубой бумаги, Галина посмотрела на сундук. Выглядел он вполне добротно. Вряд ли его оставят ей, когда посчитают, что рядом искать больше нечего. Кроме того, у тех двоих внизу на нее имелись определенные планы. Жрицам любви явно не нужны хорошие сундуки. Раз так, то прятать документы в прежнем месте опасно.

Окинув взглядом комнату, Галина качнула головой. Оставлять где-то нечто столь ценное не хотелось. Чуть подумав, она свернула бумаги еще раз, а потом спрятала там, где точно никто искать не будет, а именно на своей груди. Грудь у нее и раньше была пышной, а сейчас так и вовсе могла свести с ума любого мужчину.

Убедившись, что документы никак не выпадут и не потеряются, Галина Николаевна вернулась к сундуку. Нечто нашептывало ей, что это еще не все. Оказалось, внутренний голос был прав. На крышке был еще один тайник, более очевидный, чем предыдущий, наполненный всякой мелочью.

Аккуратно достав все, Галина внимательно оглядела имеющееся «богатство». Этот тайник явно принадлежал самой девушке. В нем она прятала всякие «ценные» вещи вроде камушков разного вида и перышек. Правда, нашлась и пара монет. Одна медная, а другая совершенно точно серебряная. В ее положении настоящее богатство.

Забрав монеты, Галя вернула камни и прочее на место, а потом решила, что пора отправляться наружу. Мир нужно было изучить, а сидя в комнате сделать это трудно.

Открыв дверь, она снова вышла в коридор. Перед ней стояла задача покинуть здание, не привлекая ненужного внимания со стороны нежелательных опекунов.

Миссия вполне выполнима. По крайней мере, она надеялась на это.

Галине Николаевне не хотелось, чтобы ее поймали. Конечно, она всегда может сказать, что просто вышла погулять. Однако она опасалась, как бы после этого надзор над ней не стал еще сильнее. Аферисты могли в любой момент плюнуть на документы и воплотить тот план, который так не нравился Галине.

Пробравшись до лестницы, она замерла, прислушиваясь. Внизу было тихо. Нет, голоса вроде бы звучали, но так, будто говорившие находились за дверями в другой комнате.

Мимолетно улыбнувшись выпавшей удаче, Галина Николаевна принялась спускаться. Лестница, к слову, не выглядела надежной. Деревянная, с потертыми ступенями, часть из которых безбожно скрипела. При каждом звуке Галина замирала, готовая в любой момент встречать своих тюремщиков.

Когда скрипнула очередная ступенька, Галя остановилась. Она старалась дышать как можно медленнее, хотя сердце в груди колотилось так, словно ей пришлось пробежаться. Волнение жаром охватывало все тело, время от времени превращаясь в кипяток легкого страха.

Наверное, глупо было бояться, но Галина понимала, что все не так просто. В прошлом ей повезло – она не встретила на своем пути жестоких людей. О кражах и убийствах слышала только по телевизору, читала в газетах. Преступный мир казался ей иной реальностью, далекой от нее настолько, насколько это вообще возможно. Конечно, и в ее жизни было трудное время, но даже тогда, когда вся страна сходила с ума, Галине повезло жить в тихой гавани.

Несмотря на это, излишней наивностью Галина Николаевна не страдала. Только в юности кажется, что все беды мира обойдут стороной, что ты неуязвим и всемогущ. С годами эта уверенность проходит.

Она осознавала, что в данный момент крайне уязвима. Насколько она поняла, родственников, готовых подать руку помощи, у девушки не осталось. По крайней мере, выглядело именно так.

Слуги, желающие отобрать последнее, вполне могли пойти на что угодно, а она слаба. Ее очень просто скрутить и силой заставить сидеть в комнате под замком. И никто не поможет. Дело могло дойти даже до насилия и убийства. Если это на самом деле прошлое, то кто знает, как здесь велись расследования. Так что ничего удивительного, что она испытывала страх быть обнаруженной.

Преодолев последнюю ступеньку, Галина Николаевна тихо выдохнула и настороженно оглянулась по сторонам. При этом она постоянно отслеживала едва слышимый разговор. Слов было не разобрать, но подслушивать Галя не собиралась.

В этот раз ей хотелось как можно скорее оказаться на улице. Если искать помощь, то только там.

На первом этаже было грязнее, чем наверху. Помещение оказалось довольно большим, но это было единственным его плюсом.

В углу справа напротив лестницы валялась куча мусора. Галя заметила там полусгнившие доски, какие-то ветки, кусок истлевшей и изодранной тряпки, намотанной на дрова. Переведя взгляд чуть в сторону, она поняла, зачем мусор собрали именно в этом месте. В стене имелся довольно большой камин. Видимо, этим хламом его топили.

Полы выглядели так, словно их никто и никогда не мыл. Они были не просто грязными. Нанесенная когда-то давно грязь смешалась с соломой, превратившись в толстую корку, которую вряд ли можно было просто размочить и смыть. Скорее, здесь придется все отскребать. Поверх слоя грязи лежала пыль.

На потолке посередине имелся крюк. Что-то подсказывало Галине Николаевне, что раньше на том месте висела люстра со свечами. Сейчас ее, конечно же, не было.

Стены выглядели почти черными, кое-где на них тоже виднелись непонятные приспособления. Немного подумав, Галя решила, что в них нужно вставлять факелы.

Окна тоже имелись. Они располагались довольно высоко, формой напоминая больше бойницы.

Немного оглядевшись, она разобралась, что ее тюремщики сейчас в помещении, вход в которое находился за лестницей.

Не став терять больше времени, Галя устремилась к двери. Кто знает, когда аферисты наговорятся и захотят проверить свою подопечную. Лишний раз рисковать и испытывать судьбу не стоило.

Дверь оказалась закрытой на самый примитивный крючок. Откинув его, Галина Николаевна аккуратно потянула за ручку. Петли жалобно скрипнули, но не настолько сильно, чтобы привлечь к себе внимание.

В глаза полился яркий свет. Галя слегка зажмурилась и шагнула вперед. Наверное, стоило замереть, впитать такой волнительный момент, всё-таки она сделала первый шаг в новый неизведанный мир. Однако Галина спешила, поэтому совершенно не придала значения романтической стороне происходящего и торопливо прикрыла за собой дверь.

Переведя дыхание, она огляделась по сторонам, стараясь как можно скорее выбрать направление и уйти из опасного места. При этом она не забывала, что следовало запомнить дом, из которого она вышла, ведь тот принадлежал теперь ей. Другой собственности, как она подозревала, у нее больше не было.

Она оказалась на узкой мощеной улочке. Такие очень любили строить европейцы в прошлом. Стена напротив тоже была сложена из грубо отесанного камня. Она выглядела темной и мрачной.

Слишком уж невероятной грязи Галя не заметила, но и до чистоты этому месту было далеко.

Отойдя на пару шагов от двери, она оглядела здание, из которого вышла. Первое, на что упал ее взгляд, была согнутая и покосившаяся вывеска над дверью чуть сбоку, на которой когда-то что-то было написано и изображено. Дерево от времени почернело и потрескалось, так что нельзя было разобрать ни надписи, ни рисунка.

Запомнив эту вывеску, Галина посмотрела по сторонам и пошла направо. Ей показалось, что улица с той стороны выглядела светлее.

Галина Николаевна надеялась, что аферисты не станут так скоро ее проверять, но на всякий случай постаралась уйти подальше.

Поначалу она обращала внимание исключительно на то, куда идет. Ей надо было запомнить дорогу. Поэтому она старалась идти по одному алгоритму. Потом нужно будет просто вернуться в обратном порядке, и все.

Через некоторое время, ощутив, что ушла достаточно далеко, Галина остановилась и отошла к стене, решив оглядеться чуть более внимательно. Кроме того, это тело не привыкло к таким нагрузкам. Легкие горели, ноги тряслись, а в глазах то и дело темнело. Было очень душно, а ведь на улице в действительности погода стояла хоть и солнечная, но совершенно не жаркая.

Больше всего ее интересовали, конечно же, люди, а именно их одежда. Она все еще надеялась, что первые выводы окажутся поспешными, но нет, и мужчины, и женщины этого города одевались так, словно внезапно решили сняться в историческом фильме.

Все женщины носили длинные платья. Галя не заметила ни одной в брюках. Платья напоминали чем-то баварские национальные костюмы, только юбки у всех были исключительно до земли. И еще она не заметила большого разнообразия цветов, да и яркость тех, что имелись, была довольно тусклой.

Одежда мужчин была гораздо скромнее. В большинстве своем все одевались в коричневые штаны и более светлые рубахи. Некоторые носили жилетки, другие щеголяли накидками, похожими на пончо.

Все занимались какими-либо делами. Часто встречались женщины с корзинами и деревянными ведрами. Напротив одна хозяйка стирала вещи прямо около своего дома, не обращая никакого внимания на прохожих. Одним глазом она смотрела за тем, что делает, вторым наблюдала за играющей неподалеку парочкой маленьких детей. Их, кстати, никто не трогал, люди спокойно обходили крох, даже не думая возмущаться тем, что детвора путается под ногами.

Детей, к слову, было достаточно много. Разного возраста и пола. Самые маленькие играли в какие-то только им понятные игры, те, что постарше, либо помогали родителям, либо занимались чем-то своим.

Больше всего Галину Николаевну удручало, что некоторые прохожие обращали на нее внимание. И дело, как она подозревала, было не в ее привлекательности. Она не видела себя со стороны, но, по ощущениям, ее объемы немного выбивались из нормы для этого мира. Видимо, люди тут вели активный образ жизни, поэтому не успевали обрасти жирком.

В принципе, это логично. Галине даже не нужно было слишком напрягать фантазию, чтобы представить, как проходит день местной женщины или мужчины. Без электричества и благ цивилизации явно не сладко.

Мимолетно скользнула мысль, что ей теперь и самой жить в таком месте, но Галина Николаевна решительно отбросила подкравшееся дурное настроение. Ей сейчас не о хорошей плите думать надо и не о компьютере, а о том, как решить многочисленные проблемы. Это потом можно будет погоревать о том, чего и кого она лишилась, возможно, навсегда.

Немного подумав, она решила, что следует отыскать стражей порядка. Вряд ли какой-нибудь посторонний мужчина согласится просто так ей помочь. С чего бы ему это делать? Оплатить работу Галя не могла, а бесплатно мало кому захочется ввязываться в проблемы.

Знакомых, к которым она могла бы обратиться за помощью, у нее тоже не было. Так что оставался только один вариант – законная власть, должная оберегать и хранить спокойствие своих граждан.

Конечно, и среди них можно натолкнуться на людей с отсутствием совести, но выбора все равно не было. Галина Николаевна очень надеялась, что в это время уже имеются городские стражи порядка. Хотя их могло и не быть.

Недавно она смотрела небольшой фильм о том, что в Англии полиция появилась не так уж и давно – в тысяча восемьсот каком-то там году. До ее появления люди справлялись своими силами. И поначалу простые горожане отрицательно отнеслись к нововведению.

Как обстояло дело со стражей в далеком прошлом, Галина Николаевна не знала. Вероятнее всего, что-то такое было, ведь не зря в многочисленных книгах фэнтези пишут, что порядок в городах лежит на плечах определенной группы людей. Чаще всего стражи порядка там предстают кем-то вроде рыцарей, закованных в железные латы и облаченных в белые плащи.

Галя попыталась представить, каково это – целый день передвигаться по городу в тяжелых доспехах. По ее мнению, вряд ли кто-то решится на такой подвиг. Впрочем, кто знает, может быть, подобный шаг чем-нибудь оправдан.

Следуя за толпой, Галина оказалась в довольно шумном месте. Нетрудно было понять, что попала она на местный рынок. На нее по-прежнему изредка кидали любопытные мимолетные взгляды. Толпа спокойно огибала ее, будто волны скалу.

Оглядев себя украдкой, Галина убедилась еще раз, что одежда на ней пусть и выглядит бедновато, но ничем особо не отличается от нарядов остальных женщин. Лица своего она еще не видела, но надеялась, что и там нет никаких приметных изъянов. По крайней мере, на ощупь все было вполне прилично.

Отойдя в сторону, чтобы не мешать работающим и занятым людям, Галя начала внимательно наблюдать за происходящим. Все выглядело пусть немного иначе, но вполне знакомо.

Одни приходили в это место, чтобы что-то продать, другие – купить. Этому действию почти столько же лет, сколько и человечеству.

Не заметив в обозримом пространстве никого, кто хоть как-то походил бы на стражника, Галина выделила одну из торговок и направилась прямо к ней.

Подходя ближе к женщине, которая уже заметила ее, Галина Николаевна благодарила всех богов за то, что ей досталась возможность понимать местных язык. В ином случае все было бы гораздо хуже.

Но дойти до прилавка она не успела.

Глава 4

Прямо ей под ноги откуда-то выкатился живой клубок. Галина споткнулась об него, едва сумев удержать равновесие.

Клубок возмущенно вскрикнул и, кажется, выругался.

– Держи вора!!! – заголосил кто-то дурным голосом совсем рядом.

Гале показалось, будто человек закричал ей прямо в ухо. Она невольно вздрогнула и отшатнулась в сторону. Мимо нее промчался высокий тощий мужчина. Он с остервенением налетел на клубок, который при ближайшем рассмотрении оказался одетым в потрепанные и порванные обноски ребенком. Понять пол не представлялось возможным.

Беспризорник попытался снова убежать, но мужчина проворно схватил его за шиворот.

– Попался, паршивец, – прошипел он довольно.

Галина заметила, что в другой руке мужчина держал палку. Именно ею он и замахнулся на ребенка. Увидев это, Галина Николаевна ощутила, как все внутри нее скрутилось от жалости и злости.

Не обращая внимания на стихшие разговоры и любопытство, с которым торговцы и их покупатели наблюдали за бесплатным представлением, она решительно сделала шаг и перехватила занесенную для удара руку.

– Уважаемый, – довольно громко произнесла она, при этом презрительно скривив губы, – вам никто не говорил, что бить детей – непозволительно для уважающего себя взрослого и разумного человека.

Мужчина замер, не сразу понимая, что его остановило. Услышав голос, он поднял голову. Галина внутренне поморщилась. Вряд ли стоит искать совесть и благоразумие у подобного человека. У него на лице отражался низкий уровень интеллекта.

– Че? – выдал мужчина, глупо вытаращившись. – Ты кто такая? Че ты лезешь? – с угрозой выдохнул он.

До Галины донеслись не самые приятные запахи. Мужчина явно вчера заложил за воротник больше, чем требовалось. Да и зубы он не чистил давно. Примерно с рождения.

– Ребенка, говорю, не трожь! – перешла Галя на понятный для него язык, отбрасывая надежду разобраться как культурные люди.

Для верности она состроила самое суровое выражение, на которое была способна. Жаль, что ей пока не довелось увидеть, как выглядит ее новое лицо. Оставалось надеяться, что люди не зря говорят, что глаза – это зеркало души.

Галина Николаевна, бросаясь на защиту грязного комка, даже не вспомнила о том, что сейчас сама была слабее котенка, что позади нее осталось множество проблем. Привлекать к себе столько внимания точно не стоило.

– Да это вор! – возмутился мужик, словно это обстоятельство полностью развязывало ему руки.

– Где доказательство? – не давая сбить себя с толку и не теряя уверенности, спросила Галина. Она показательно осмотрела беззащитно висящего в воздухе ребенка, уделив особое внимание его рукам. – Нет у него ничего, – заключила она.

Конечно, Галина Николаевна понимала, что мужчина, вероятнее всего, говорит правду. Вот только она не считала, что за мелкое воровство нужно калечить ребенка. Тот если и пошел на такой поступок, то явно не от хорошей жизни, и побоями делу не поможешь. Ребенок просто станет более осторожен.

Нет, она не одобряла криминальных наклонностей, но не была ограниченной, осознавая, что жизнь порой загоняет людей в такие болота, что выбраться из них, оставшись полностью чистым, просто невозможно.

– Ты что же, ирод, – прищурившись, начала она, подаваясь немного вперед. И пусть ее рост был значительно ниже, но общий объем и уверенность в себе позволяли ощущать превосходство, – один их тех сволочей, что любят детей просто так поколачивать?

– Че? – глупо моргнув, выдал мужик, еще не понимая, в какую яму его сейчас затолкают.

– Сначала оборванца лупишь, а потом и на честных детей перейдешь?

– Да ты!.. Да я!..

– Какая хорошая причина! Вор! А ведь нет ничего у мальчишки! Вы видите, люди? Нет ведь у мальчишки ничего! Пустые руки! Это что ж получается, – она оторвала взгляд от ошалевшего от такого напора мужика и огляделась по сторонам, – так любого оболгать можно? А если завтра вашего ребенка вором обзовут да палкой по хребтине перетянут?

Мужик огляделся по сторонам, открывая и закрывая рот, будто пытаясь хоть что-то сказать. Заметив, как взгляды в его сторону постепенно сменяются, становясь недобрыми, он тряхнул рукой.

– Да отцепись ты от меня, полоумная! – возмутился он.

Отойдя на шаг, мужик еще раз огляделся. По толпе начали уже бежать шепотки. Женщинам явно не понравились слова, что их детей могут так же избить. Так ведь и правда калекой можно сделать.

Зло глянув на Галину Николаевну, мужик смачно сплюнул на землю, а потом развернулся и торопливо затерялся в толпе. Ему ни к чему были лишние проблемы.

Заметив бегство врага, Галина облегченно выдохнула. Она действовала согласно интуиции, но все могло обернуться для нее не лучшим образом. Поспешное отступление человека стало отличным выходом из ситуации.

Толпа, осознав, что ничего интересного больше не будет, тут же рассосалась.

Немного расслабившись, Галя опустила взгляд вниз, но рядом с ней уже никого не было. Ребенок, явно посчитав, что ему лучше убраться от этого места подальше, успешно улизнул.

– А ты хороша, – довольно прищурившись, выдала лавочница. Именно к ней Галина шла, чтобы спросить о стражах порядка.

– Простите? – спросила она, не понимая, о чем идет речь.

– Я говорю, как славно ты осадила Грязного Гора, – лавочница хохотнула, явно вспомнив о чем-то ей приятном.

– Грязного? – полюбопытствовала Галя.

– Ты же видела его, – фыркнула женщина. – Такого неряху еще поискать надо.

Галина Николаевна задумалась. В тот момент ее мало волновал внешний вид оппонента, но общее замызганное состояние она отметила. Да и запах…

Она поморщилась. Лавочница понимающе хохотнула.

– Оборванец-то – воришка, тут и думать нечего. Их полно по рынку шарится, но ты права: не дело это – колотить их до смерти палками, – снова заговорила она. – Но и Гора понять можно. Он булки продает. Достается ему от воров постоянно.

– Так, может, и достается потому, что руки любит распускать? – вздернув подбородок, произнесла Галина. – Люди не любят, когда их бьют. А дети так и вовсе могут назло делать. Мстить за себя и товарищей.

Лавочница удивленно округлила глаза и задумалась.

– А знаешь, – начала она спустя время, – может быть, ты права. Уж больно часто воришки таскают у него из-под носа. Других так не донимают, это точно.

– Или врет все ваш Гор, – предположила Галина.

– С чего бы ему это делать?

– Да кто его знает, – Галя пожала плечами. – Может, внимание так к себе привлекает. Жалость пытается вызвать.

Женщина подумала немного, а потом покачала головой. Только неясно – осуждая мужчину или отрицая прозвучавшее предположение.

Галина Николаевна аккуратно огляделась по сторонам, подмечая, что соседи чутко прислушиваются к их разговору. Она была уверена, что уже скоро по рынку начнут курсировать разного рода слухи о мужчине.

О ней тоже будут говорить. А вот это точно не радовало.

– А ты чего хотела-то? – спохватилась лавочница, окидывая ее новым, более заинтересованным взглядом.

Галина встрепенулась, вспомнив о своей цели. Она не знала, как много можно сказать, поэтому решила спросить самое главное.

– Стражи? – женщина чуть нахмурилась, словно слова Галины озадачили и удивили ее. – Откуда же ты взялась, коли не знаешь о стражниках? – она даже немного наклонилась, будто стараясь услышать мысли необычной собеседницы.

– Издалека, – ответила Галя, при этом совершенно не преувеличив. Она ведь действительно прибыла издалека. До того будущего, которое ей было известно, еще ой как далеко. Кроме того, никто не отменял варианта с другим миром.

Вообще, у нее было много вопросов по поводу своего нахождения в этом месте и в этом теле, но задать их, увы, было некому. На данный момент тема ее перемещения была покрыта толстым слоем мрака.

Услышав ответ, женщина еще раз оглядела Галину и, наверное, что-то нездешнее в ней все-таки заметила, поэтому кивнула, давая понять, что ответ принят полностью, без подозрений.

– Стражники у нас, как и в любом другом городе, конечно, есть. По улицам ходят, когда им вздумается. Смотрят, чтобы никто не затевал драки. Уж больно король не любит волнения всякие. Особое внимание уделяют центральным районам, к окраинам редко суются. Да и понятно, там порой и своим не след бродить. Так что коли они тебе нужны, то ступай к центру.

– Спасибо большое, – вежливо поблагодарила Галина Николаевна и отошла от лавочки. Женщина проводила ее взглядом, а потом повернулась к соседке, решив обсудить все новости сегодняшнего утра.

Отойдя подальше, Галя попыталась сориентироваться. Словам лавочницы, как ей казалось, можно было верить. Той просто не было нужды обманывать. А раз так, значит, необходимо двигаться в сторону центра. И желательно как можно скорее. Она и так привлекла здесь много внимания. Понять бы еще, в какой стороне этот центр.

Отойдя подальше от своего предыдущего местонахождения, Галина Николаевна подперла спиной ближайшую стену. Ее новому телу требовался отдых. Такие нагрузки явно были для него непривычными. Она уже заранее приготовилась к тому, как будут болеть мышцы завтра.

Кроме того, нужно было выбрать человека, к которому лучше всего обратиться. Ко всякому ведь не подойдешь. В своем городе Галина и не подумала бы так заморачиваться, но здесь старалась проявлять повышенную бдительность.

Лучшим человеком для расспросов показался ей невысокий старичок, торгующий чем-то похожим на мед. Вид торговец имел вполне благодушный и, по ее мнению, вполне мог указать в нужную сторону.

Оторвавшись от стены, Галина уже сделала пару шагов в сторону выбранного человека, как в этот момент ее посетило чувство дежавю.

Под ноги ей снова откуда-то выкатился лохматый клубок. Только в этот раз ребенок не спешил удирать. Он поднялся на ноги и встал прямо перед ней, поднял лицо и замер. Галина Николаевна плохо рассмотрела первого ребенка, но что-то ей подсказывало, что этот тот же мальчишка, которого она видела не так давно.

– Я слышала, тебе нужны стражники. Это так? – поинтересовался тот вполне уверенно.

Галя кивнула, внезапно понимая, что ошиблась. Это был не мальчик, а девочка. По крайней мере, говорил ребенок о себе в женском роде.

Получив утвердительный ответ, девочка оценивающе окинула Галину Николаевну взглядом.

Галя и сама рассматривала ребенка. Не было ничего удивительного в том, что поначалу она приняла девочку за мальчика.

Темные волосы, непонятного из-за засаленности и грязи оттенка, были обрезаны коротко и рвано. Казалось, кто-то просто взял нож и отхватил то, что сильно мешало. Что-то подсказывало Галине, девочка вполне могла сама сделать себе «прическу». Вряд ли у нее нашлась пара лишних монет для цирюльника.

Черты лица ребенка были довольно неоднозначными, давая понять, что красавицей девочка едва ли когда-нибудь станет. Вряд ли здесь практикуют пластическую хирургию, которая может исправить ломанный неоднократно нос. Эти переломы оставили после себя напоминания в виде заметной кривизны и горбинки. Крупный рот не имел четкой формы, отчего казался излишне массивным, а низкая линия челюсти делала лицо квадратным.

На измазанной грязью и пылью коже виднелись многочисленные шрамы. Становилось понятно, что жизнь у этого ребенка никогда не была сладкой и ей пришлось отчаянно сражаться множество раз.

Положение немного исправляли глаза. Чистые синие омуты притягивали взгляд, заставляя не замечать всего остального. Галина Николаевна сомневалась, что у нее самой в этом возрасте был такой умный взгляд. Ребенку по виду было не больше восьми или девяти лет.

Девочка была одета в длинную, потрепанную временем рубаху и короткие, по колено, штаны, края которых походили на лоскуты. Никакой обуви на ногах не было.

– Лучше бы тебе не ходить в центр, – выдал вердикт ребенок. Убедившись, что ей удалось заинтересовать странную женщину, девочка закинула руки за голову и подошла к стене, опершись на нее.

– Почему это? – спросила Галина, даже не думая уходить. Мысли о продавце меда испарились.

– Они не любят проблемы, – ребенок пожал плечами. – Ходят по одним и тем же улицам. Все уже знают время их «прогулок» и маршруты.

Сказав это, она со значением поглядела на женщину. По ее мнению, только полные глупцы могли верить, что стражники следят за спокойствием горожан.

Те только изображали, что работают, а на деле проводили все свое время за кружкой крепкого пива. Стражники отлично знали, в какие районы им не стоит соваться, и обходили их стороной.

Темная сторона города давно уже платила стражникам за то, чтобы те ничего не видели. В ответ стража просто просила, чтобы люди, занимающиеся не совсем легальными делами, не слишком шумели.

Всех все вполне устраивало.

Стражники ловили лишь драчунов, которые время от времени беспокоили граждан. Обычно это были простые люди, решившие немного помахать кулаками под воздействием алкоголя. Таких чаще всего из городской тюрьмы потом выкупали жены или прочие родственники. А тех, у кого никого не было, ссылали на год на королевские рудники.

Девочка знала всех интересных людей города, и эту женщину она точно раньше не видела. Не заметить такую фигуру было крайне сложно, значит, не из этого города. Правил и порядков не знает – легко попадет в беду.

Честно говоря, ей было откровенно плевать на незнакомку, но за свою жизнь девочка усвоила много всяких правил, и одно из них звучало так: нельзя оставлять позади долгов. Обычно они имели свойство разрастаться, становясь неподъемными.

Женщина помогла ей не так давно, и она намеревалась вернуть долг как можно скорее.

Наблюдая за незнакомкой, девочка заметила, как та нахмурилась и как-то излишне сурово огляделась по сторонам. В ней была какая-то странность.

– Может быть, ты подскажешь тогда, кто мог бы помочь? – задала вопрос Галина Николаевна.

Слова ребенка ее нисколько не удивили. Глупо было рассчитывать, что в подобное время люди будут строго следовать закону. В конце концов, большинство во всем ищет лишь собственную выгоду.

– А что надо сделать? – с любопытством спросил ребенок. Галина подумала, что неплохо было бы познакомиться, но, к ее огорчению, она даже не знала имени этого тела. Только фамилию.

Услышав вопрос, Галя с сомнением посмотрела на девочку.

– Вряд ли ты сможешь помочь, – вынесла она вердикт.

Ребенок на эти слова насупился, а потом тряхнул грязной головой.

– Идем со мной, – бросила девочка, отталкиваясь от стены. Галина Николаевна не спешила куда-то идти. Она понимала, что в этом времени нельзя доверять никому, даже ребенку. Кто знает, куда та ее приведет.

– Не пойдешь? – босоногая беспризорница остановилась и посмотрела на Галю, по-птичьи склоняя голову набок. – Ты помогла мне. Я не стану тебе вредить, – заверила она, прекрасно понимая терзания незнакомки. На ее месте она тоже никуда бы не пошла с тем, чьего имени даже не знает. – Меня зовут Лёка, – представилась девочка.

– Зови меня… Галина, – отозвалась Галина Николаевна. Ситуация была для нее немного непривычной. Давно прошли те времена, когда такие вот дети звали ее просто по имени. Последние годы так к ней обращались исключительно сверстники.

Девочка кивнула, отложив в голове, что имя ей назвали ненастоящее. Во-первых, звучало оно смешно, будто простой набор звуков. А во-вторых, уж больно неуверенно его произнесли. Так бывает, когда кому-то срочно нужно скрыть себя. Право остаться неизвестной Лёка уважала.

Галина Николаевна решила все-таки рискнуть. Тем более что ребенок повел ее не какими-нибудь захолустьями, а по нормальным улицам. Спустя время они добрались до одного из домов. К парадной двери не пошли. Обогнули дом сбоку и уткнулись в черный вход.

Подойдя к неприметной двери, скрытой от посторонних глаз бочками и ящиками, из которых несло чем-то тухлым, Лёка стукнула по ней три раза.

– Дядька Паком, открывай!

Глава 5

Сначала внутри стояла полная тишина, которая спустя время сменилась тихим скрипом. Дверь слегка приоткрылась, из-за нее кто-то выглянул.

– Чего ты тут блажишь? – сурово спросил мужчина, приоткрывая дверь чуть сильнее. – Сколько раз просил не орать так, – проворчал он.

– А тихо ты не слышишь, – отрезала девочка, складывая руки на груди и упрямо вскидывая подбородок.

Галина в это время осматривала нового персонажа. Мужчина выглядел изрядно потрепанным жизнью. На вид лет пятьдесят, о чем говорила седина в волосах и общее ощущение. Человек не был слишком высоким, но обладал широкими плечами и даже на вид сильными руками. Отчего-то казалось, что этими руками он вполне может и подкову согнуть.

Одет он был как и прочие мужчины в этом городе – штаны, рубаха да ботинки, а вместо жилета и уже привычного местного варианта пончо коричневая кожаная куртка.

Еще примечательным в человеке были шрамы на лице. И не просто царапины, а глубокие борозды. Казалось, кто-то взял ржавый гвоздь и от души повозил по лицу человека.

Светлые глаза чуть прищурились. Мужчина взглянул на Галю.

– Это кто? – спросил он, кивая в ее сторону. При этом было понятно, что спрашивал он у маленькой провожатой.

– Ей помощь нужна, – выдала спокойно Лёка.

Мужчина от этих слов сначала замер, а потом перевел недоуменный взгляд на девочку.

– Ты ничего не перепутала, мелкая? – язвительно задал он вопрос. – Неужто я похож на одну из служительниц Пречистой Девы?

– Грязный Гор, – бросила Лёка, уверенная, что дядька Паком все поймет и без лишних слов.

– Не аргумент, – мужчина хмыкнул, глядя на девочку с легким сарказмом.

Галина Николаевна не спешила вмешиваться. Она осознавала, что эти двое давно знакомы и ведут какие-то свои дела, в которых она ничего не понимает. Кто знает, вдруг ее вмешательство только ухудшит положение.

Лёка сквозь зубы выплюнула незнакомые слова. Галя подозревала, что та попросту выругалась. Видимо, в окружении бывшей владелицы тела никто никогда не прибегал к ненормативной лексике, поэтому в словарном запасе самой Галины Николаевны таких слов просто не имелось. Впрочем, это не помешало ей понять общий смысл.

– Буду должна, – процедила недовольно Лёка, глянув в сторону Галины так, словно это она была во всем виновата.

Галя вздохнула. Ей не хотелось, чтобы ребенок оказался чем-то должным этому слегка пугающему человека. Она уже собиралась сказать, что не стоит Лёке брать на себя долг, как мужчина довольно хмыкнул, привлекая к себе внимание.

– Посуда ждет, – выдал он, отступая в сторону.

Лёка еще раз недовольно глянула на Галину, а затем юркнула мимо человека в темную прихожую, сразу скрываясь где-то в недрах дома.

Галя ощутила облегчение. Насколько она поняла, мужчина просто попросил помыть посуду. Не смертельно, но, судя по виду девочки, уборка ей совершенно не нравилась.

– Ну а теперь ты, – обратился он к Галине Николаевне. Окинув ее внимательным взглядом, мужчина чуть дольше задержался на глазах и груди. Одобрительно хмыкнув, он отошел еще немного. – Проходи.

Галя не стала заставлять себя ждать. В прихожей глаза достаточно быстро привыкли к темноте. Она осмотрелась. Первым ее порывом было снять обувь – в дом все-таки заходит, – но, посмотрев вниз, она передумала. Не хотелось ходить босиком по грязной соломе.

Прихожая оказалась не такой большой. Следом за ней обнаружилась освещенная кухня, на которой, скривив мордочку, возилась раздраженная, как тигрица, Лёка. Заметив их, она постаралась придать себе более отстраненный вид.

Мужчина тихо хохотнул, заработав полный ярости и детской обиды взгляд. Видимо, Лёка считала ниже своего достоинства мытье посуды. Или просто ненавидела такую работу.

На кухне они не остановились, прошли дальше, попав в небольшую комнату с камином. Кивнув в сторону лавки, стоящей возле стола, мужчина опустился на стул напротив.

– Гордон Паком, – представился он, когда Галина Николаевна все-таки села.

– Галина, – отозвалась та, тут же заработав более заинтересованный взгляд. Она не знала, чем вызвана такая реакция. На ее взгляд, в ее имени не было ничего необычного.

На самом деле Гордон, так же как и Лёка не так давно, подумал, что женщина перед ним зачем-то скрывает свое настоящее имя.

– Рассказывай, – попросил он, решив оставить тему с именем. Ему, как и девочке, были безразличны причины. Хотя червячок интереса все-таки заставил его отнестись к ситуации чуть более серьезно.

К нему постоянно кто-то приходил, но таких гостей он припомнить не мог. В новой знакомой многое вызывало вопросы, начиная от выдуманного имени, заканчивая тем, как женщина себя держала.

В этой пустой и откровенно не слишком чистой комнате незнакомка выглядела совершенно неуместно. В конце концов, аристократы редко бывают в подобных местах.

Рассматривая мужчину перед собой, Галина Николаевна начала сомневаться, что идея прийти сюда была хорошей. Ей требовался контакт с официальной властью, а не связи в криминальном мире.

На этих мыслях она замерла, обдумывая все как следует. Ей нужно было хотя бы примерно представить, что и как будет дальше, чтобы планировать свои следующие шаги.

К сожалению, она могла опираться на слишком скудный набор фактов. Ей не хотелось оступиться в самом начале. Вряд ли кого-то будет после волновать, что она ничего не знала и сегодня, по сути, первый день ее жизни в этом мире.

Одно она знала точно – от аферистов нужно избавиться. Но при этом смерти их желательно избежать. Кто знает, не выйдет ли позже это ей боком. Лучше всего не делать чего-то столь радикального.

– Мне нужна помощь, – начала Галина аккуратно.

Недавняя сцена подсказала ей, что в этом месте нельзя получить что-то, не отдав нечто взамен. В какой-то мере такой подход ей даже импонировал. Лучше обговорить все сразу, чем потом гадать, чем для тебя обернется помощь другого человека.

Сразу вспомнилась история тридцатилетней давности. Однажды она попросила помощи у знакомой. Та помогла, заверила, что в ответ ничего не надо. А затем пришла с неудобной и возмутительной просьбой, выполнив которую Галя едва не лишилась работы. Не выполнить она не могла, так как ощущала себя обязанной, и знакомая об этом хорошо знала.

Другой человек на ее месте, вероятнее всего, просто отказал бы, но Галине было неудобно, ведь человек в свое время помог ей, пусть ее собственная просьба и не доставила проблем другой стороне.

В итоге Галя зареклась просить помощи, не зная, чем придется расплачиваться. Исключения, конечно же, были. В основном только самые близкие люди, которым она в любом случае помогла бы, случись у них что-то, даже без какой-либо просьбы или выгоды для себя.

– Какого рода? – поинтересовался Гордон.

– Для начала я хочу уточнить, что все должно быть по закону, – сказав это, Галина Николаевна замерла. Если мужчина сейчас заявит, что не может предоставить помощь на таком условии, то делать ей здесь больше нечего. Придется рисковать со стражами.

– Только если для этого есть повод, – Паком хмыкнул, окидывая женщину перед собой очередным заинтересованным взглядом.

– Не волнуйтесь, – отмахнулась Галина. – Люди, о которых я говорю, вполне заслужили несколько лет заключения. Никого подставлять не нужно, как и выдумывать ложных фактов.

– Даже так, – Гордон даже не думал расслабляться.

Мало ли кто эти люди. Вдруг какие-нибудь знакомые, которые окучивают богатую (здесь он усомнился, так как одежда незнакомки была какой угодно, только не дорогой) дамочку. Мешать нормальным ребятам, которые просто зарабатывают на жизнь чем могут, ему не хотелось. Конечно, это не касалось тех, кто ему не нравился или чем-то мешал.

– И что же эти люди сделали вам?

– Обворовали, – ответила Галина Николаевна. – Понимаете, я некоторое время… болела. За время болезни мой отец умер, а эти стервятники решили, что все мое имущество теперь принадлежит им. Сегодня мне чудом удалось вырваться из-под их контроля.

– Родственники? – уточнил Паком. Влезать в семейные отношения – не самое легкое дело. Кроме того, еще неизвестно, правду ли говорит незнакомка или просто оговаривает тех, кто ей мешает получить наследство от почившего отца.

Галина качнула головой.

– Слуги, – сказав, она сжала губы в тонкую линию и хмуро посмотрела на мужчину.

Ей удалось удивить Гордона. После начала разговора он уже настроился на простой передел наследства, а все оказалось гораздо интереснее.

Обычно слуги не держат взаперти своих юных господ. Даже если те остаются совсем без родственников. Если, конечно, слова, что ей «чудом удалось вырваться из-под их контроля», значат именно насильственное удержание в каком-либо помещении, а не словесное давление и манипулирование. Аристократы тесно связаны между собой. Они бы просто не допустили, чтобы юную наследницу третировала какая-то чернь.

Что же получается, его первоначальные выводы не совсем верны?

Паком еще раз осмотрел незнакомку. Спина невероятно ровная, такую осанку люди получают не просто так. Руки лежат без малейшего движения, женщина явно чувствует себя спокойно. Взгляд прямой, подбородок чуть приподнят, губы плотно сжаты, как и челюсти. Кому-то такое выражение лица могло бы показаться высокомерным, но Паком знал, что это не более чем уверенность в себе.

Так что нет, он не мог ошибиться. И это только сильнее распалило в нем любопытство. Что же могло произойти, что высший свет оставил одну из своих в подобных условиях?

Возможно, это дело могло принести ему неприятности, но Гордон уже решил, что ему хочется знать больше. Он попытался вспомнить все недавние скандалы, в которые были втянуты те или иные аристократы, но ничего существенного на ум не приходило.

– Я бы хотел услышать детали, – попросил он.

Галина Николаевна тихо вздохнула. Она и сама не отказалась бы от подробностей прошлого этого тела.

– Все будет по закону? – уточнила она, не желая попусту сотрясать воздух.

– У меня есть выходы на представителей власти, – туманно ответил Гордон, удостоившись более внимательного взгляда от незнакомки.

Чуть поколебавшись, Галина Николаевна решила рискнуть. Конечно, внешность мужчины была достаточно устрашающей, но она не ощущала угрозы с его стороны. И она очень надеялась, что не совершает в этот момент большую ошибку.

Глава 6

Поймав момент, он удобнее схватил руку противника и перекинул его через себя. Послышался глухой звук и недовольное ворчание. Не обращая на это внимания, молодой мужчина применил болевой захват и замер.

Его партнер по тренировке дернулся пару раз, но, осознав, что из цепкого захвата ему не выбраться, расслабился.

– Вы победили, милорд, – пропыхтел он, дожидаясь, когда с его тела исчезнет весьма приличный груз.

– Ты поддался мне? – сурово спросил мужчина, отпуская противника и поднимаясь. Смахнув пот, он огляделся. Слуга немедленно подал ему заготовленное заранее полотенце. – Благодарю.

– Ни в коем случае, милорд, – поспешил заверить его человек. Он тоже весь вспотел, но ему никто не спешил помогать. Впрочем, мужчина и не жаловался, только стер пот рукавом. – Вы просто стали слишком хороши, – угодливо произнес он.

Молодой мужчина нахмурился. Ему не понравился тон собеседника. Слишком много в нем было фальшивых нот. Окинув взглядом партнера по тренировке, он отдал тряпку слуге, а сам направился в раздевалку.

– Раз так, значит, мне нужен кто-то более сильный, – произнес он, буквально кожей ощущая недовольство, хлынувшее в его сторону.

– Но, милорд, – поспешно начал проигравший, – я еще не всему вас обучил.

Молодой мужчина резко остановился и обернулся. Его темные глаза сверкнули какой-то неясной эмоцией, от которой у человека перехватило дыхание, а колени слегка ослабли от страха.

– Это решено и не обсуждается.

– Как прикажете, милорд, – отозвался человек, низко кланяясь и коря себя за длинный язык.

– Сколько сейчас времени? – поинтересовался аристократ у стоящего рядом с отсутствующим видом пожилого слуги. Тот уже держал в руках свежую одежду.

– Время близится к полудню, молодой господин, – степенно ответил слуга, наблюдая, как мужчина обтирается влажной тряпкой после тренировки. – Его милость прибыл час назад.

Мужчина замер на мгновение, а потом отчетливо цыкнул. Новость о том, что отец вернулся домой из королевского замка, не радовала. Он уже сейчас мог догадаться, о чем именно пойдет речь. В последнее время эта тема поднималась при каждой встрече.

– Что-то еще? – обуздав эмоции, поинтересовался он.

– Вам пришло послание от баронессы дель Дубран, – безразличным тоном доложил личный слуга.

Молодой мужчина скривился так, будто у него внезапно разболелся зуб. Юная баронесса настолько успела допечь его, что от одного упоминания ее фамилии он ощущал себя так, словно ему вытягивают душу голыми руками. Настырная девчонка никак не желала понимать, что совершенно не в его вкусе.

Вздохнув, мужчина медленно надел свежую одежду. Ему не хотелось спешить, хотя он всей кожей ощущал, как с минуты на минуту отец призовет его к себе.

Он не ошибся. Как только последний предмет гардероба занял свое место, в раздевалку тихо постучались. Это оказалась одна из служанок, доложившая, что господин барон желает видеть своего сына в кабинете.

Барон Антеон дель Легран сидел в своем кабинете, просматривая бумаги, накопившиеся за время его отсутствия. Конечно, почти вся документация доставлялась ему прямо в королевский замок, но некоторые бумаги попадали и в столичный особняк, занимаемый его семьей уже несколько поколений.

Когда в дверь тихо постучались, он, не поднимая головы, разрешил войти, уже догадываясь, кто это может быть. Барон не ошибся.

– Ты звал меня, отец? – спросил молодой мужчина, входя в кабинет.

– Да, Эруард, проходи. Дай мне пять минут, – попросил барон, углубляясь в документ, требующий его подписи.

Молодой мужчина не стал возмущаться. Он давно привык, что отец всегда чем-то занят. Иногда казалось, будто бумаги на его столе не переводятся. Не так давно подобная странность начала вызывать подозрения. Эруард сомневался, что у простого барона может быть столько работы.

Закончив с бумагами, Антеон поднял голову и внимательно осмотрел сидящего на диване сына.

– Тренировался? – спросил он, отлично зная расписание своего ребенка. Это время Эруард всегда проводил в зале.

– Мне нужен новый наставник.

– А прежний? – барон вопросительно вскинул бровь.

– Сегодня я победил его в десятый раз. Он сам признался, что я стал слишком хорош.

– Он один из лучших учителей по контактной борьбе, – вздохнул барон. – Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. А сейчас я бы хотел обсудить с тобой кое-что важное, – с этими словами он достал из ящика какой-то конверт и положил его на стол, подвигая к краю. – Это официальное предложение о помолвке.

Глаза барона весело заблестели. Эруард сначала замер, а потом с ужасом посмотрел на спокойно лежащий конверт. Молодой мужчина даже слегка отодвинулся в сторону, словно тот мог его схватить или укусить.

– Ты ведь шутишь, не так ли, отец? – он умоляюще посмотрел на родителя, но увидел лишь ехидный взгляд и слегка подрагивающие губы.

– Даже не думал, сын, – постаравшись быть как можно серьезнее, ответил барон.

После минутной тишины Эруард тихо простонал и сполз немного вниз. Он даже представить себе не мог, что легкий флирт, который он по глупости позволил себе на недавнем балу, заставит назойливую девицу зайти так далеко. Это надо же, она действительно подговорила своих родителей отправить официальное предложение.

Отец был прав. Дело было очень серьезным.

Эруард знал, по какой причине в давние времена в аристократической среде сформировалась традиция первого шага. Согласно этому закону, молодая леди могла предложить понравившемуся молодому (или не очень молодому, если он был свободен, конечно) человеку заключить союз.

В давние времена у сыновей и дочерей не спрашивали мнения, когда заключали брачные союзы. Родители предпочитали ставить своих отпрысков перед фактом, кто именно станет их будущей половинкой, но не отдавать нечто столь важное, как выбор спутника жизни, на откуп неопытным умам.

В какой-то мере в этом был смысл. В молодом возрасте люди начинали бунтовать. Им хотелось все увидеть, потрогать, перепробовать, так что брак, с их точки зрения, выглядел как удушающая петля.

Все ухудшалось, когда молодые люди влюблялись. И хорошо, если объектом любви становился подходящий человек, но чаще всего случалось иначе. В таких случаях обычно происходили трагедии. История хранит множество фактов, как юные возлюбленные кончали с собой, лишь бы их никто не разлучил. Молодость горяча, она не знает компромиссов.

Естественно, родителям не нравилось такое положение вещей. С одной стороны, они любили своих детей и не желали видеть, как те страдают из-за любви к неподходящему человеку. С другой стороны, им все-таки хотелось дать детям больше свободы и право выбора.

В те времена люди начинали больше заботиться о духовности, о свободе, о личности, поэтому они принялись изобретать законы и традиции, которые, как они думали, могут помочь.

Одной из таких традиций стало право первого шага. Обычно инициатором брака выступала семья жениха. Некоторым женщинам показалось это несправедливым. Им удалось убедить общество, что юные леди тоже должны иметь шанс сделать первый шаг навстречу своей любви.

Идея была хороша, но, как обычно это бывает с отличными мыслями, со временем люди извратили ее до такой степени, что она превратилась в монстра, сгубившего множество жизней. В некоторых случаях даже в буквальном смысле.

Самым печальным было то, что традиция оставалась действующей. Конечно, большинство аристократов отвергли ее, осознав, насколько несовершенной и даже опасной она была, но некоторые семьи пользовались ею с большой охотой. Особенно это касалось тех, в чьих домах рождалось много дочерей.

Согласно этой традиции, девушка могла предложить свою кандидатуру на роль будущей жены. Поначалу молодые люди имели возможность отказаться, не оскорбляя тем самым юную леди. Но однажды в истории был создан прецедент, после которого у юношей отобрали возможность отказа.

Вернее, отказать по-прежнему можно было, но в таком случае семья инициатора могла считать себя оскорбленной. В прошлом некоторые семьи умудрились истребить друг друга из-за этой традиции.

Отказать предлагающему роду можно было только в том случае, если у юноши уже имелось обязательство перед другим домом, о котором ничего не было известно. Существовали еще некоторые особенности. Во время конфликтов все обязательства замораживались. По той причине, что молодого человека в любой момент могли призвать.

Это могло стать причиной, но на деле в большинстве случаев родители девушки настаивали на немедленной свадьбе. Еще лучше, если леди забеременеет до того, как ее молодой муж отправится на возможную смерть. Все-таки аристократы всегда очень щепетильно относились к продолжению своего рода. Порой все доходило до абсурда.

Еще одной причиной для безболезненного отказа считалась разница в положении. Если юная баронесса предложила брак сыну герцога, тот вполне мог ответить отрицательно. Общество не стало бы его за это судить. Зато досталось бы самой девушке, которая замахнулась на птицу не своего полета.

Эруард раньше никогда не печалился о том, что он всего лишь сын барона, но в этот момент ему остро захотелось быть по крайней мере недостижимым для многих принцем.

В итоге отказать баронессе дель Дубран он мог, но это повлекло бы неприятности для их семьи. Кровопролитие маловероятно, но опасность заключалась не только в этом. Высшее общество могло быть очень коварным с тем, кто не следует многовековым правилам и ставит себя выше остальных.

Немного подумав, Эруард все-таки забрал письмо и встал.

– Мне надо пройтись, отец. Прости, что так скоро покидаю тебя.

– Ничего, – отозвался Антеон. Откинувшись на спинку стула, он сложил руки на животе и окинул взглядом явно раздраженного сына. – Ступай. Отдохни. Подумай.

Ничего не сказав на это, Эруард вышел из кабинета. Закрыв дверь, он медленно вздохнул. Зная, что за ним никто не наблюдает, молодой мужчина позволил ярости охватить себя. Он сжал кулаки и челюсти, желая в этот момент разнести их столичный особняк по камешку.

О, он прекрасно знал, кто на самом деле выступил инициатором всего этого фарса. Отец давно пытался женить его. Двадцать пять лет – серьезный возраст. Многие аристократы в его годы не просто были женаты, но уже имели по несколько детей. Самого Эруарда это не слишком привлекало. На его пути по сей день не встретилось ни одной женщины, которую он захотел бы видеть своей женой.

До этого момента ему успешно удавалось увильнуть от всех предложений отца, но, видимо, тому надоело упрямство сына, и он решил действовать более прямо и жестко. На самом деле, ему даже повезло с родителем. Тот и так довольно много времени потворствовал его желанию, давая возможность выбрать самому.

Условия изменились. Теперь Эруарду придется что-нибудь придумать, чтобы перескочить вырытую для него яму.

Кинув на закрытую дверь короткий взгляд, Эруард устремился прочь. Времени на раздумья осталось не так уж и много.

Жениться на взбалмошной девчонке он совершенно не хотел. Все в ней ему не нравилось. Нет, на вкус прочих Элоиза была настоящей красавицей. Стройное тело, густые светлые волосы, пронзительные голубые глаза. Можно сказать, настоящий эталон женской красоты. Плюсом шел легкий нрав и не слишком выдающийся ум. Последнее особенно нравилось мужчинам, ведь в таком случае им не нужно было сильно стараться, чтобы не выглядеть глупее избранницы.

Ее дружелюбие, милосердие, добродушие были настолько гротескными, что вызывали у Эруарда лишь здоровое подозрение. Тем более при ближайшем рассмотрении он заметил в девушке несколько отрицательных черт, которым остальные не придавали большого значения.

Элоиза совершенно точно считала себя гораздо лучше остальных. Это было видно уже по тому, как она относилась к слугам. Они были для нее говорящей мебелью, должной всего лишь выполнять определенные функции, не более того.

Еще одной отрицательной чертой, которая неимоверно раздражала Эруарда, была навязчивость. За свои годы он ни разу не встречал более прилипчивой особы. Он из раза в раз давал ей понять, что она ему не интересна, говорил практически прямо, но та делала вид, что не понимает.

Добравшись до своих покоев, он бросил официальное предложение на стол, скинул верхнюю одежду и рухнул в кресло. В кармане что-то зашелестело. Вспомнив о письме, полученном от девицы, он достал конверт и посмотрел на витиеватые строчки.

Вот еще этот почерк…

Эруард считал, что честный человек не будет писать с таким количеством завитушек. В подобном украшательстве ему виделась хитрость, коварство и желание скрыть от людей свою нечестную натуру. Причем хитрость именно женская, та самая, которой он опасался больше всего.

Наверное, еще и поэтому Эруард пытался отвадить девчонку от себя всеми силами. Что-то ему подсказывало, что сладкой жизни ему с ней не видать.

Надорвав конверт, он вытащил надушенный приторными духами кусочек бумаги и развернул его. Скривившись, достал из кармана платок и приложил к носу – дышать настолько сильным запахом было просто невыносимо.

Пробираясь через высокий слог, он еще раз подумал, что сделает все возможное, чтобы избежать женитьбы на подобном человеке.

Если коротко, то баронесса изъявляла желание встретиться в ближайшее время и обсудить дальнейшие планы. Эруард даже восхитился наглости, с которой эти слова были преподнесены ему. Она искренне считала, что дело сделано и он теперь полностью в ее власти. Все послание дышало самоуверенностью и твердой верой в то, что их брак уже дело решенное.

Эруард стиснул зубы. Он ненавидел, когда его загоняли в угол, отбирая право выбора. В какой-то мере это вина отца, воспитавшего его таким свободолюбивым. Наверное, позже родитель пожалел о многих решениях, которые принял в то время, когда его сын взрослел.

Встав, Эруард зажег свечу и поднес уголок письма к огню. Держать в своей комнате нечто столь пахучее он не намеревался. После открыл окно, чтобы проветрить помещение.

Вернувшись в кресло, он задумался.

Он мог отказать Элоизе. Общество его не поймет, ведь многие считают баронессу идеальной партией. Милая, красивая, не слишком умная, что еще надо для того, чтобы сделать мужчину счастливым?

Какие последствия можно ожидать от отказа? Кроме, конечно, общественного порицания и падения репутации. Однозначно стоит ждать финансовых потерь. Аристократы слишком ценят свое и чужое имя. Стоит им ощутить, что общество отвергает их делового партнера, как они тут же начнут искать более безопасное направление. О новых договорах можно будет даже не мечтать.

Если он не может отказать просто так, значит, нужно придумать достойную причину. Войны, насколько он знал, сейчас не предвидится, так что этот вариант отпадает. Остается только тайная помолвка, о которой никто в обществе до этого момента не знал.

Эруарду не нравилась такая идея. Конечно, в какой-то мере можно будет сказать, что он сам сделал свой выбор, но, по его мнению, подобное не слишком отличалось от нынешней ситуации. Он просто сменит одно на другое.

Да и где искать подходящую невесту? Кроме того, ему надо не просто найти подходящую партию, но еще и убедить ее сделать вид, что они были помолвлены задолго до нынешних событий. И если второе не казалось чем-то сложным, то вот с кандидатурой все было очень плохо. Ни одна из представленных двору девушек не нравилась Эруарду.

Оставив этот план на потом, он принялся обдумывать еще один вариант. Необходимо было сделать так, чтобы барон дель Дубран сам отозвал официальное предложение дочери.

Эруард не сомневался, что Элоиза уже рассказала всем, кому можно и нельзя, о своем шаге. Значит, совсем скоро весь двор будет знать о будущей свадьбе. Отзыв притязаний был отличным шансом сохранить свою репутацию.

Простая просьба вряд ли подействует на барона. Раз уж его дочь решилась на подобное, то совершенно точно обсудила все со своим отцом. Если барон дал согласие, то выходит, что брак с семьей дель Легран принесет ему выгоду.

Для начала следовало все-таки поговорить с бароном. И если разговор и убеждения не помогут, то останется только одно – шантаж. Благо, что у Эруарда имелась некая информация, разглашение которой явно не пойдет на пользу старой и уважаемой семье.

Сжав губы, Эруард глянул в окно. Он не любил прибегать к таким методам, но ему не оставили выхода.

Глава 7

– Висконсия дель Каруссо. Это вы? – стражник поднял взгляд от бумаги и вопросительно посмотрел на Галину Николаевну. Странный вопрос, учитывая, что именно она передала ему бумаги, но, видимо, ему требовалось подтверждение данного факта от нее лично.

Услышав имя, Галина на пару мгновений замерла.

«Висконсия. Значит, так звали девушку, – подумала она с легкой грустью. Ей действительно было жаль бедняжку. – Теперь это будет мое имя».

– Да, – ответила она вслух. – Вы сомневаетесь?

– Нет, – стражник даже не думал как-то реагировать на эти слова. Он снова опустил взгляд на бумаги и еще раз пробежался по строкам. – Ни один здравомыслящий человек не станет выдавать себя за аристократа, – он усмехнулся, словно уже мысленно пожалел не слишком умного индивидуума.

– Почему? – полюбопытствовала Галина Николаевна.

– За подобное преступление казнят, – отозвался мужчина, пожав плечами.

Галя слегка побледнела. Сказано это было с такой с легкостью и безразличием, что сразу становилось понятно – смертные казни в этом мире абсолютно нормальное явление.

– Разве вы не знали? – стражник чуть прищурился, окидывая ее взглядом, словно хотел увидеть нечто, скрытое от посторонних.

– Знала, – мгновенно ответила Галина. – Но… – она всеми силами заставила себя смутиться, – я очень долго болела. Очень долго, – последние слова она повторила медленно и со значением.

Взгляд мужчины прояснился. Он кивнул, давая понять, что ее слова достигли цели. Сам он в это время думал о том, что некоторым родителям не стоит так сильно опекать своих детей, иначе это может привести к нежелательным последствиям.

Взять хотя бы эту баронессу. Сразу видно, что ее холили и лелеяли, причем так сильно, что девушка выросла практически беспомощной. Судя по всему, барон всячески ограждал ее от тревог внешнего мира, превратив дочь в легкую добычу для аферистов, но провидение явно хранило баронессу.

Мужчина не хотел даже думать, чем бы все закончилось, если бы она отправилась к его коллегам, миновав Пакома. Что-то ему подсказывало, что в скором времени на окраине города отыскалось бы еще одно тело, опознать которое никто бы не смог.

Галина Николаевна не знала, о чем думал человек перед ней. Несмотря на то что все шло хорошо, она ожидала какой-нибудь гадости. Например, стражник мог усомниться в том, что здание принадлежит ей. В конце концов, возможно, в документах действительно не указано ее имя.

Она слегка поерзала, стараясь, чтобы это движение осталось незаметным. Ей надо было изначально хотя бы попробовать отыскать в двух бумагах похожий набор символов, который мог значить ее имя. К сожалению, еще недавно ей было совсем не до этого.

Галина Николаевна очень надеялась, что ее не попросят где-нибудь написать свое имя. Ей будет крайне сложно объяснить, почему она не обучена грамоте. Придется и это списывать на счет продолжительной болезни.

Одно хорошо – Паком не солгал. Все действительно удалось сделать законными методами. Она до сих пор не поняла, кем именно являлся Гордон, но связи со стражниками у него на самом деле были.

Свою историю она рассказала коротко, не вдаваясь в ненужные подробности. Упомянула лишь то, что долгое время болела и за это время успела лишиться отца. Тот оставил ей в наследство здание, в котором она и оказалась в компании двух слуг, решивших, что они могут беспрепятственно обокрасть все еще находящуюся в ослабленном состоянии баронессу.

Рассказала о том, как подслушала их разговор и как покинула дом при первой же возможности.

О многом она умолчала. Одну часть скрыла умышленно (вряд ли стоит всем подряд рассказывать, что в теле сейчас совсем другая душа), а другую часть она просто не знала. Например, Галина понятия не имела, есть ли у девушки другие родственники, кроме озвученной ведьмы, которая, как она предполагала, была мачехой прошлой владелицы тела.

Галина давно заметила – чем меньше говоришь, тем больше люди додумывают сами. Иной раз подобный расклад был весьма удобен. Паком явно не рассчитывал ни на что слишком нереальное, додумавшись до различных мелочей самостоятельно.

После ее рассказа они обговорили детали оплаты. На этом моменте Галина Николаевна весьма тревожилась. Мужчина не мог не понять, что она в крайне уязвимом положении. Дурной человек не смог бы пройти мимо такого подарка, воспользовавшись им по полной программе.

Это был щекотливый момент. Паком вполне мог запросить что-то гораздо большее, чем стоила его услуга, но он не стал пользоваться ситуацией. Для начала убедил ее, что заплатить она может после того, как у них получится вернуть ее имущество. Видимо, он понимал, что до этого момента требовать что-то от нее бесполезно.

Оплата составила ровно половину золотого, или пятьдесят серебряных монет. Галина не знала, много это или мало, но, судя по ценам, которые она успела отметить, когда бродила по рынку, сумма не являлась чем-то запредельным. Ее вполне устроило, что расплачиваться придется деньгами. Их всегда можно заработать.

Откладывать в долгий ящик они не стали. Паком хотел, чтобы она осталась в его доме до тех пор, пока они не закончат с делами, но Галина Николаевна отказалась. Во-первых, ей было неуютно на чужой территории. Во-вторых, она не желала надолго оставлять посторонних людей рядом с вещами, принадлежащими ей. В идеале ей хотелось проконтролировать захват аферистов от начала и до конца. Конечно, оставаясь на безопасном расстоянии.

Паком не выглядел вором, те, кого он хотел привлечь, тоже, возможно, были людьми чести, но Галина Николаевна предпочитала видеть все своими глазами.

Спорить мужчина не стал. В скором времени они, в компании нескольких знакомых Гордону стражей, направились к дому, путь к которому Галина Николаевна запомнила хорошо. Пусть и пришлось приложить для этого определенные усилия.

Задержание прошло успешно, правда, Галина Николаевна все равно слегка волновалась. В любой момент все могло пойти не так.

Дорогу до здания она нашла легко, хотя им и пришлось вернуться на рынок. Пусть Галя и не страдала проблемами с запоминанием направления, но в этом городе она была впервые. Ей требовалось что-то знакомое, чтобы сориентироваться.

В само здание они проникли без каких-либо проблем. Их появление стало для аферистов полной неожиданностью. Они явно так и не обнаружили пропажу.

– М-милая? – проблеяла женщина, нервно поглядывая на стражей. – Ты выходила на улицу? – предположила она, надеясь, что все не так, как выглядит. – Потерялась и эти доблестные воины проводили тебя домой?

Она вопросительно посмотрела на Галину. Брида даже на секунду не могла предположить, что считающая умом девушка могла выйти из дома для того, чтобы отыскать стражников для их с мужем задержания. Вариант с потерей казался ей более реальным.

– Выходила, – не стала отрицать очевидное Галина Николаевна. – Но я не терялась, – с каждым словом лица аферистов вытягивались все сильнее. – Мне показалось, вы слишком превышаете свои полномочия, поэтому я попросила этих уважаемых джентльменов все проверить.

Галина не опасалась показывать себя. В конце концов, она не могла снова прятаться за маской сумасшедшей. Несомненно, аферисты расскажут, что она ведет себя иначе, чем раньше. Вот только тут было одно большое «но». Во-первых, они преступники. Мало ли что они придумают, чтобы оправдать себя и очернить обвинителя. Во-вторых, Галина Николаевна предупредила Пакома, что на самом деле долго болела.

Да, она не упоминала, что это было за заболевание, но какая разница. Люди имеют свойство болеть, а потом выздоравливать.

Конечно, это могло выглядеть подозрительно, все-таки никто с поврежденным разумом не возвращает себе трезвость мышления по волшебству, но ее выздоровление можно было списать на громадный стресс. Всё-таки Висконсия потеряла единственного родного человека, а после оказался в непривычных условиях.

Нереалистично, но иного выхода все равно не было.

– Ты… – женщина даже слегка отшатнулась, словно увидела что-то выходящее за грань ее понимания. – Притворялась? – предположила она единственное, что могло все объяснить.

Воистину, люди судят других по себе!

Воровка даже не подумала, что их подопечная могла каким-то чудом исцелиться. Нет, подобное явно не укладывалось в ее картину мира. А вот вариант с притворством для каких-то личных целей казался ей более возможным.

Галина Николаевна ничего не сказала, просто пожала плечами, давая понять, что не намерена обсуждать эту тему. Она заметила, как Паком, ранее незаметно стоящий в отдалении и не привлекающий к себе внимания, с интересом взглянул на нее. Что-то подсказывало, что ему вариант аферистки понравился даже больше, чем объяснение Галины. Так было интереснее.

– Мерзавка, – прошипела женщина, решив, что ее предположение оказалось верным. Она прищурилась, наклоняясь немного вперед. У нее был такой вид, будто она готова в тот же миг прыгнуть и расцарапать лицо человеку, посмевшему обвести ее вокруг пальца.

Галина Николаевна слегка удивилась. Всё-таки некоторые люди наглые сверх меры. Ее обокрали, хотели отдать в бордель и забрать собственность, а она еще оказалась мерзавкой. Просто замечательно.

Качнув головой, она не стала сопротивляться, когда один из стражников встал перед ней, попросив отойти в сторону. Галина поторопилась выполнить просьбу. Ей совершенно не хотелось мешать задержанию.

– Мерзавка! – снова крикнула женщина, не отрывая взгляда от Галины. – Скользкая тварь! – добавила, буквально выплюнув оскорбление. – Что стоишь?! – резко обернувшись к застывшему и побелевшему мужу, воскликнула она. – Сделай что-нибудь, сейчас же!

Мужчина посмотрел на сообщницу как на полоумную. Это взбесило аферистку еще больше. Закричав что-то непонятное, она кинулась на стражников, подхватив со стола нож.

В этот момент Галина Николаевна подумала, что была слишком беспечной. Желание все проконтролировать могло выйти ей боком. Женщина вполне могла кинуть нож прямо в нее. Никто не знал, какими умениями обладали эти двое. Даже сейчас опасность быть убитой или раненой не исчезла.

Тревожно сглотнув, Галина отошла еще дальше, встав так, чтобы добраться до нее было сложно. При этом она, не отрывая взгляда, следила, как двое стражников скручивали Бриду, а еще двое наступали на мужчину.

Тот с отчаянием оглянулся, а потом покорно выдохнул и замер. Галине показалось, что его взгляд остекленел, словно мужчина ушел глубоко в себя.

С ним все прошло спокойно, в отличие от воровки. Служанка даже на миг не переставала ругаться и вырываться. Она напоминала червя, который всеми силами желал выскользнуть из оков.

Она крутилась, кусалась, лягалась до тех пор, пока Паком не решил помочь своим знакомым. Видимо, двоих было слишком мало, чтобы полностью обездвижить женщину.

Он профессионально выкрутил Бриде руки назад, отчего ей пришлось нагнуться вперед. Галина Николаевна видела по телевизору, что таким образом тюремщики обычно водили заключенных, а полицейские преступников. Она новым взглядом посмотрела на Пакома. Кажется, ее новый знакомый не так прост.

Спустя некоторое время здание опустело. Галина осталась в нем совершенно одна. Правда, ненадолго.

Глава 8

Не успела Галина Николаевна толком осмотреть комнату, в которой они застали аферистов, как внутрь вместе с одним из стражников вошел Паком. Единственное, что она поняла, – когда-то это была кухня.

– Прошу прощения, – произнес Гордон. – Но моему знакомому нужно уточнить кое-какие детали.

Галина кивнула, присаживаясь на ближайший стул. Она в ожидании посмотрела на стража. Тот невозмутимо расположился напротив, предварительно очистив пространство на столе от лишних предметов.

Порывшись в коричневой кожаной сумке на бедре, он достал небольшой тубус, перо, аккуратно завернутое в чистую тряпочку, закупоренный глиняный бутылек и маленький мешочек. Действовал он методично, неторопливо, будто ему совершенно некуда было спешить. По стражнику было видно, что он любил порядок во всем.

Галина наблюдала за происходящим с интересом. Пока она не особо понимала, что именно тот делал, но перо наводило на определенные мысли.

Когда мужчина достал из тубуса свернутый пергамент, она только еще больше уверилась в своих подозрениях. Что ж, видимо, и в этом мире или времени без бюрократии никуда.

Развернув бумагу, мужчина постарался придать ей более ровный вид. Когда с этим было покончено, он откупорил бутылек. Видимо, внутри хранилось нечто вроде чернил.

Закончив с приготовлениями, стражник поднял на Галину взгляд и прокашлялся.

– Это всего лишь формальности, – заверил он ее.

– Я понимаю.

– Для начальства, – все-таки уточнил мужчина и глянул в сторону Пакома. Галина Николаевна тоже посмотрела на Гордона, не совсем поняв, к чему было это дополнение.

– Чаще всего ничего подобного не требуется, но в твоем случае лучше все сделать так, как прописано, – произнес Паком, явно решив разъяснить этот момент.

Галя нахмурилась. Неужели они думали, что она начнет сопротивляться? Видимо, дело в том, что обычно людям не слишком нравится, когда им задают вопросы, даже если это делают представители власти.

– Что вы хотели узнать? – поинтересовалась она, повернувшись к стражнику.

– Да, кхм, – мужчина прокашлялся и посмотрел на нее. – Для начала я бы хотел увидеть вашу метрику.

Галина Николаевна кивнула и, не задумываясь, полезла в свой тайник. Достав бумаги, она заметила, каким ошеломленным взглядом двое мужчин смотрят на вырез на ее груди. Она изобразила небольшое смущение и положила документы на стол. Это легкое движение привлекло к себе внимание. Оба мужчины как один закашлялись и принялись оглядываться, словно стараясь скрыть, что еще секунду назад откровенно любовались внушительной грудью.

Мысленно хмыкнув, Галина даже не подумала как-либо показывать, что она заметила произошедшее.

Справившись с эмоциями, стражник торопливо схватил документы и развернул их, коротко пробегая глазами по строчкам. Отложив в сторону одну бумагу (Галина Николаевна подозревала, что это свидетельство о собственности), он вчитался во вторую.

Она видела, что стражу пришлось приложить усилия, чтобы скрыть удивление от ее титула, но надо отдать ему должное, он смог достаточно быстро справиться с эмоциями. Галя заметила, что в отличие от стража Паком никак не отреагировал на новую информацию, будто для него она не была чем-то неожиданным.

Она нахмурилась. Либо мужчина каким-то образом догадался о том, кто она, либо знал заранее, либо умел хорошо держать лицо. Галя надеялась, что верен последний вариант.

– Мы их допросим, узнаем, куда они дели ваши вещи. Уверен, что все в тайниках. Я хорошо знаю таких людей. Они любят устраивать различные схроны, – произнес страж, быстро что-то записывая на бумаге перед ним, а затем посыпая чернила песком.

Галина была с ним согласна, вот только сомневалась, что у нее будет шанс в будущем увидеть вещи из этих тайников. Хотя оставалась надежда, что конкретно эти стражники – честнейшие люди, предпочитающие работать исключительно за зарплату, игнорируя возможность легкой наживы.

– Где была их комната? – спросил он, закрывая тубус и возвращая вещи в сумку.

Галина Николаевна пожала плечами.

– На самом деле, я не знаю. Дело в том, что меня доставили сюда практически в бессознательном состоянии. Я пришла в себя совсем недавно. Опасаясь за свою жизнь, как можно скорее покинула этот дом. Так что у меня не было времени здесь осмотреться.

Стражник не выглядел удивленным или расстроенным. Он просто кивнул и встал.

– Тогда нам стоит все тут осмотреть. – После этих слов они втроем огляделись.

– Вряд ли они спали и хранили вещи на кухне, – предположил Гордон.

Галина согласилась с ним, хотя и не полностью. Лично она могла спрятать что-нибудь в баночках с крупой или в мешках с овощами. В некоторых книгах детективы всегда проверяли подобные места. Но кухню они все-таки оставили. Хотя Галя решила, что позже осмотрит ее более тщательно. Хорошее место, чтобы соорудить тайник. Ощутив азарт, она приободрилась.

Из кухни в разные стороны вели две двери. Одна выходила в коридор, из которого они попали сюда, а вторая была закрыта. Недолго думая, они заглянули внутрь, практически сразу осознавая, что в этом месте искать нечего.

Об этом явно свидетельствовал слой пыли на полу. Правда, пришлось для начала отыскать свечи, так как в помещении отсутствовали окна. Комната была полностью пустой, и Галина Николаевна предположила, что раньше она служила кладовой.

Дружно решив, что сюда аферисты даже не заходили, они закрыли эту дверь. Оказавшись в коридоре, они быстро сориентировались. В одном его конце находился главный зал, а второй выходил на улицу. По обе стороны можно было увидеть двери. Справа всего две – одна вела на кухню, вторая в какое-то неизвестное помещение. Слева – три. Сначала они проверили дверь справа.

Кто-то постарался разобрать все постройки внутри, но кое-где все-таки сохранились перегородки. Кроме того, было что-то в этом месте такое, что ни у кого не оставалось сомнений – раньше здесь держали животных.

– Что это за место? – задумчиво спросил стражник. – А в документах что написано?

– Не знаю, – Галя слегка поджала губы. – У меня не было времени тщательно изучить документ.

Немного подумав, она снова достала бумаги.

– Вот, смотрите сами, – с достоинством сказала она, протягивая бумагу стражнику. Тот не стал удивляться, что потерпевшая не читает сама, он даже не подумал ни о чем таком, просто взял документ и развернул его.

– Так, что тут у нас, – пробормотал мужчина, изучая написанное. – По адресу… Ага, понятно, – закончив читать, он поднял взгляд и вернул бумагу Галине. – Документ на предъявителя. Даже странно, – задумчиво произнес он.

– Ты уверен? – спросил у него Паком.

– Конечно, – мужчина кивнул. – В нем не указано имени.

Галина Николаевна заинтересованно прислушивалась, но не торопилась вмешиваться. Пока она еще плохо ориентировалась в реалиях этого мира, поэтому старалась слушать и анализировать.

– Ты знаешь, что означает такой документ? – Паком остро посмотрел на Галю.

– Конечно. Наличие такой бумаги является подтверждением права собственности, – сказав это, она сжала губы и постаралась скрыть легкую нервозность. Эти люди помогли ей, но это не значило, что они не способны на преступление.

– Все правильно, – Гордон кивнул. – Тогда ты должна понимать, что выбор такой формы документа выглядит странно. С этим ты желанная мишень для разного рода мошенников и воров.

Галина глянула на него в ответ. Она отлично поняла, что именно хотел сказать Паком. Родственников бывшей владелицы этого тела явно не заботила судьба девушки. Они легко могли составить именной документ, который обезопасил бы ее хотя бы от части разного рода преступников. Однако они не стали этого делать, вытолкнув в мир с бумагой, которая буквально кричала всем, что ее можно легко отобрать. Галина даже не сомневалась, что они еще и слух пустили о том, какой именно является бумага. Для надежности.

Галина Николаевна не знала, чем могла помешать бедная девушка, но не собиралась давать себя в обиду. Теперь она владела этим телом и была намерена жить так, как ей хочется.

– Что-то все это мне напоминает, – прервал напряженный момент стражник, заглянувший за одну из дверей, находящуюся напротив входа на кухню.

– О чем вы? – заинтересовалась Галина, переводя на него взгляд.

– Таверну, – фыркнул Паком. – Это напоминает таверну. Кухня, кладовка, – он махнул рукой в сторону двери напротив. – Конюшня. Здесь, – Гордон распахнул еще одну дверь, – должны быть либо комнаты для работников, либо кладовые. Уверен, наверху есть номера.

– Когда я вышла из комнаты, то попала в коридор с дверьми. Внутрь не заходила, не было времени, – поделилась воспоминаниями Галина Николаевна.

– Тогда это точно таверна, – согласился с Пакомом стражник. – Если захотите ее снова открыть, вам придется обратиться в городскую канцелярию.

– Зачем? – поинтересовалась Галя. Она пока не думала о том, что именно будет делать со зданием, но была не против узнать некоторые вещи, которые вполне могли оказаться полезными в будущем.

– Для того чтобы у канцелярии появился законный способ собрать с вас деньги, – хмыкнул Паком.

– Ну, – протянул стражник, слегка задумавшись, – если совсем грубо, то именно так.

Галина не стала ничего больше уточнять. Она и сама догадывалась, какие трудности могли ее поджидать. Наверное, грядут проверки от какой-нибудь местной санэпидемстанции. Пожарники, если они тут есть, тоже не останутся в стороне. Впрочем, вполне возможно, что ничего этого не будет. Всё-таки это не ее мир.

– Так, если это таверна, значит, нам наверх, в хозяйское крыло, – прервал ее размышления стражник. – Я больше чем уверен, что наши знакомые обитали именно там.

Они втроем поднялись по лестнице и попали в коридор с дверьми. Галине Николаевне не составило труда понять, что именно по нему она не так давно ходила. Справа обнаружился проход, который в первый раз остался ею незамеченным. Он привел их к двери.

– Многие хозяева обычно сдают эти комнаты богатым клиентам, – со знанием дела сказал стражник. – Сами при этом спят в обычных номерах. Иногда даже в комнатах под лестницей.

Как оказалось, за дверью их ждали несколько комнат, намного больше номера, в котором очнулась сама Галина. Расположение их было таково, что сразу становилось понятно – их построили не для сдачи внаем.

Пока Галина с Пакомом осматривали первое помещение, стражник быстро прошел куда-то вглубь.

– Как я и думал! – услышали они его громкий голос и сразу поспешили узнать, что он нашел. Тот стоял перед открытой дверью, выглядя крайне довольным. – Хозяйская спальня. Я не сомневался, что они выберут именно эту комнату.

– Хорошо устроились, – присвистнул стражник, вытаскивая из сундука богатое платье, явно пошитое на женщину пышных размеров. – Даже спрашивать не буду, вам ли это принадлежит, – фыркнул он, но почти сразу побледнел, видимо подумав, что выразился не совсем корректно и такими словами мог обидеть потерпевшую. – Я не…

– Все в порядке, – отмахнулась Галина Николаевна, отодвигая его в сторону и принимаясь вытаскивать вещи.

Сейчас ее не волновали мелкие обиды. Она намеревалась выяснить, на какие средства может рассчитывать в ближайшем будущем.

Платье – это очень хорошо. Людей всегда поначалу оценивают по внешнему виду. Это уже после, когда они узнавали друг друга лучше, физическая красота становилась лишь бонусом, а не определяющим фактором.

Галина Николаевна не собиралась оставлять себе весь гардероб. Ей не нужны были все эти платья, хотя несколько штук она точно оставит. На всякий случай. Остальное постарается продать. Деньги сейчас были более востребованы.

– Странно, что они не продали их, – справившись со смущением из-за неловкой фразы, произнес стражник.

Он время от времени посматривал на девушку, проверяя, действительно ли она не рассердилась на него. Он сам не мог понять, почему ему так важно ее мнение, но было что-то подавляющее в этой баронессе. Нечто подобное он ощущал лишь в присутствии своей матери.

– Не было времени? – предположила Галина.

Сложив платья на кровати, она достала со дна сундука коробку. Внутри нашлись драгоценности, вид которых бальзамом пролился на ее сердце.

Видимо, бывшая семья Висконсии действительно была чрезвычайно богатой, раз они не отняли у нее украшения. Посчитали мелочью? Галина Николаевна склонялась к этой мысли.

Еще была вероятность, что мачеха не хотела выглядеть мелочной, отбирая у падчерицы подарки ее отца. Галя не знала, как много людей было в курсе состояния ума старшей дочери барона, но подозревала, что посвященные в историю все-таки имелись.

В любом случае наличие украшений было очень кстати. При посторонних Галина Николаевна не стала перебирать их, просто окинула взглядом, а после закрыла шкатулку и поставила на кровать рядом с платьями.

Паком, внимательно наблюдающий за девушкой, тихо хмыкнул. И это она поначалу пытался скрыть свое происхождение? Баронесса должна была понять, что любой, у кого имелись глаза, с легкостью мог ее раскусить.

Больше ничего примечательного в комнате не было. Всем троим вскоре стало ясно, что здесь хранились лишь личные вещи самой баронессы. Платья, украшения, обувь, обрезки тканей и рукодельные принадлежности. Кроме того, Галина Николаевна подозревала, что резная мебель раньше стояла в комнате девушки. Она совершенно не вписывалась в окружающую обстановку, выглядела так, что становилось понятно – ее изъяли из богатого дома.

Оглядев постель, Галина подумала, что нужно будет тщательно постирать ее. Судя по цвету, аферисты не слишком заботились о чистоте места, в котором ночевали. Да и, честно говоря, Галине Николаевне было противно спать здесь после чужих людей

Единственное, что удручало, – денег они так и не нашли. Либо те не входили в наследство, либо воры где-то их спрятали. Верным мог оказаться как первый, так и второй вариант. На всякий случай они проверили здание полностью, заглянув в каждый угол. Все выглядело так, словно аферисты не ходили никуда, кроме своих спален, комнаты, в которой держали девушку, и кухни.

– Мы их еще допросим, – еще раз пообещал стражник, заметив, что баронесса слегка расстроилась. – Они вернут все до последней медной монеты.

– Спасибо, – поблагодарила Галина и глянула в сторону мужчины, улыбнувшись. Она не была уверена, что при девушке были деньги, но не собиралась об этом говорить.

Надолго задерживаться мужчины не стали. Убедившись, что их помощь больше не требуется, они ушли. Паком, правда, предварительно посмотрел на Галину Николаевну со значением.

– Я помню, – заверила она его. – Как только у меня получится продать что-нибудь из украшений, я дам вам знать.

Она не стала предлагать ему в оплату взять какую-нибудь драгоценность. В конце концов, стоимость любого из изделий могла быть как выше, так и ниже названной Гордоном суммы.

Оставшись в здании одна, Галина приободрилась. Для начала она решила, что пора поесть. Диета – это хорошо, но слишком усердствовать тоже не стоило. Не хотелось упасть в обморок от голода. Тело, явно не привыкшее к такому пренебрежению со стороны хозяйки, и так уже пару часов посылало тревожные сигналы о том, что было бы неплохо его покормить.

Вернувшись на кухню, Галя методично проверила ее. Судя по количеству найденных продуктов, аферисты не собирались оставаться в этом месте надолго. Легко поужинав (желудку не слишком понравилось столь малое количество еды), она поднялась в комнату, в которой проснулась сегодня утром. Галина решила переночевать именно в ней.

Каким же было ее удивление, когда она заметила на кровати неожиданного гостя. И он явно был ей незнаком.

Глава 9

Стоило существу увидеть Галину, как оно тонко присвистнуло и подпрыгнуло на кровати, а после слетело вниз и стремительно понеслось в ее сторону.

Галина Николаевна не ожидала такого напора. Признаться, она не только удивилась, но и слегка испугалась. А уж когда неизвестный зверек прыгнул и приземлился ей точно на плечо, так и вовсе ощутила, как сердце в груди сжалось.

Ей пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не отшатнуться и не закричать. Она лишь крепче сжала свечу в руке. Тело содрогнулось от прошившей его дрожи. Галине хотелось схватить непонятное нечто и сорвать с себя, отбросив как можно дальше.

Существо не дало ей времени на размышления – оно нагло развалилось на плечах, обернув пушистый длинный хвост вокруг ее шеи. Казалось, до этого момента оно делало так сотни раз, отчего выработалась стойкая привычка.

При этом зверек тихо пофыркивал ей в ухо, будто отчитывал или жаловался. Если бы произошедшее не было настолько неожиданным, то Галина Николаевна искренне умилилась бы ноткам недовольства.

Вместо этого она замерла, стараясь вернуть душевное равновесие. Так сильно она не пугалась, даже когда поняла, что очнулась не в своем привычном мире.

Пока она брала себя в руки, вещающий о каких-то своих переживаниях зверек замолчал. Галина вдруг ощутила легкое напряжение, которое охватило ее гостя.

Мелкое создание медленно поднялось. Это снова заставило Галю напрячься. Быть оцарапанной или покусанной ей не хотелось.

Зверек шумно вздохнул и спрыгнул на пол, а затем вернулся на кровать. Сев, словно был кошкой, он обвил хвостом передние лапки и требовательно на нее посмотрел. Действительно, Галина могла поклясться, что видела в темных глазах-бусинках требование. Он смотрел на нее так, словно ждал какого-то ответа. И не просто ждал, а настойчиво дожидался.

Оглядев комнату на предмет обнаружения других неучтенных гостей, Галина Николаевна немного успокоилась, а затем с интересом перевела взгляд на зверька.

В прошлом Галя никогда сильно не увлекалась животным миром. Конечно, она знала, как выглядит лев или, например, жираф, но всегда путала между собой куниц, соболей, ласок и прочих подобных пушистых созданий. По большому счету ей не слишком было интересно, чем именно они друг от друга отличаются.

Зверек, так нагло вторгшийся в ее комнату, походил именно на представителя этого семейства, только хвост имел практически беличий, но при этом сидел как благородный кот.

Судя по взгляду, создание было очень умным. Галина Николаевна подозревала, что раньше этот зверек был домашним любимцем Висконсии. Не зря ведь тот так кинулся, словно давно не видел хозяйку и скучал по ней. Зато потом отстранился. Либо решил показать обиду за то, что его надолго бросили одного, либо каким-то невероятным образом понял, что в знакомом теле нет больше той, кого он любил. Галина Николаевна склонялась ко второму варианту. Слишком уж заметно было недавнее напряжение зверька.

– Ну здравствуй, – поздоровалась Галина, продолжая смотреть на гостя с любопытством. Зверек выглядел мило. В ответ тот слегка дернул хвостом, словно прозвучавшие слова были для него неожиданностью.

Немного подумав, Галя решила, что не станет обманывать это существо. Она не была уверена, что зверек так умен, как ей казалось, но мало ли. Не хотелось причинять лишнюю боль живому существу, но она понимала, что тот (при условии наличия ума) все равно поймет, что она – не Висконсия.

– Она ушла, – сказала просто.

На самом деле, большего она и сама не знала, до сих пор не поняв, каким образом оказалась в этом теле и куда делась прошлая владелица. У нее было слишком мало времени, чтобы предаваться таким мыслям. На кону стояло ее выживание, поэтому приходилось думать о делах насущных.

Услышав ее, зверек вздрогнул. Он опустил взгляд вниз, и его небольшие ушки совсем поникли. Галина, наблюдая такую реакцию, и сама расстроилась. Ей было жаль это маленькое создание, но поделать она ничего все равно не могла. Подходить ближе Галя опасалась. Кто знает, вдруг зверек решит выместить на ней свое горе.

Посидев немного, пушистик встал и спрыгнул с кровати. Его хвост был низко опущен, волочась по полу и собирая грязную солому, но, судя по всему, его сейчас это мало волновало. Выйдя из комнаты, он скрылся в темноте коридора. Галина Николаевна вздохнула. Существо явно обладало разумом и очень расстроилось, услышав, что его хозяйка ушла.

Галя не понимала, как простое, по сути, животное, пусть и чрезвычайно милое, может быть настолько умным. Она списала этот феномен на реалии нового мира. Кто знает, может быть, здесь все звери обладают развитым разумом.

Поставив свечу, найденную на кухне, на покосившийся стол, Галина Николаевна села на кровать и задумалась. Ей было слегка неуютно ночью одной в таком большом здании. Перед тем как прийти в спальню, она проверила все засовы, но все равно ощущала себя беззащитной.

Сделав дыхательную гимнастику, должную успокоить нервы, расшатанные неожиданным знакомством, она сняла платье и легла, затушив свечу. Сон долго не шел. Она прокручивала в голове все последние события и удивлялась, как ей до сих пор удавалось оставаться спокойной. Постепенно Морфею все-таки удалось утащить ее в свое царство.

Ночью, сквозь дрему, она ощутила, что рядом на кровать запрыгнуло что-то маленькое. Подумав, что это всего лишь кот, Галина Николаевна пробурчала что-то о том, что ему следует вернуться на свою лежанку, и снова уснула.

Проснувшись, Галина не сразу поняла, где находится. Потянувшись с закрытыми глазами, она улыбнулась и довольно фыркнула. Ее постаревшее за годы жизни тело в это утро ощущалось совсем молодым. Она уже и забыла, когда такое было.

Открыв глаза, Галя застыла, нахмурившись. Воспоминания о прошлом дне пришли очень быстро, вытеснив воздушное ощущение счастья. Нет, несчастной внезапно она не стала, просто вспомнила, что ее тело сейчас действительно очень молодое, хотя проблемы с ним все же имелись. Однако плюсы все-таки перевешивали минусы.

Вздохнув, Галя пошевелилась. Вставать прямо сейчас не хотелось. Нужно было подумать над тем, что делать дальше. Пока не проснулся желудок, она решила, что вполне может составить примерный план лежа.

Когда она пошевелилась, то ощутила, как сбоку одеяло странно натягивается, так, словно кем-то придавлено к кровати. Озадаченно повернув голову, она наткнулась на внимательный взгляд небольших черных бусинок. Глаза существа поблескивали непонятными эмоциями. Одно Галина Николаевна могла сказать точно – зверьку было интересно.

– Привет, – произнесла она тихо, наблюдая, как создание глубже зарывается носом в свой пушистый хвост. Теперь она могла видеть только глаза, лоб и направленные в ее сторону ушки – мягкие и круглые, как у медвежонка. – С тобой все хорошо? – спросила Галя, беспокоясь о душевном здоровье неожиданного соседа.

Она вспомнила, как ощутила ночью его приход, но в тот момент память сыграла с ней шутку, поэтому Галина была уверена, что это всего лишь кот. Хотя после смерти Тимофея пять лет назад она зареклась заводить нового питомца. Слишком уж привязалась к Тимоше. И неудивительно, учитывая, что он прожил вместе с ней почти двадцать лет – серьезный срок для кота. Тимофей под конец жизни действительно вел себя как почтенный старец.

На вопрос ей, конечно же, ничего не ответили. Зверек продолжал смотреть, поблескивая глазами.

– Я не знаю, куда она ушла, – заговорила Галя, решив, что создание имеет право знать чуть больше. Судя по вчерашнему поведению, его разум был достаточно развит, чтобы понять ее слова. – Я просто проснулась в этом теле. Никто меня не спрашивал, хочу ли этого или нет. Я даже не помню, что стало со мной в прошлом.

Зверек закрыл глаза, полностью пряча мордочку в хвост. Весь его вид намекал, что он не хочет больше говорить. Галина Николаевна сдержала желание погладить малыша. Она снова глубоко вздохнула и посмотрела на потолок. Ей необходимо было решить, что делать дальше.

Еды на кухне оставалось не слишком много. Несколько мешочков с крупой, кое-какие овощи, вода да половина хлебной лепешки. Этого должно хватить дня на два, но не больше. Потом нужно будет идти и покупать. А денег как не было, так и нет, не считая пары монет, найденных в тайнике бывшей владелицы тела.

Если немного затянуть пояс, то на серебряную монету можно прожить неделю. К примеру, десяток яиц, насколько Галя помнила, стоил двенадцать медных монет.

Хлеб, яйца, молоко, крупы, какие-нибудь овощи – и неделю, а может быть, даже больше она сможет нормально питаться. Придется, правда, немного ограничивать себя в еде – этому телу нельзя переедать. Как там говорят французы? Из-за стола надо вставать с легким чувством голода? Или это японцы говорят?

Разобравшись с этим, Галина принялась размышлять дальше. Кидаться в омут с головой она не собиралась. Прошло то время, когда она действовала безрассудно или опрометчиво. Ей необходимо было хотя бы немного осмотреться и понять, что это за мир. Жить в нем, не зная законов или каких-то негласных правил, может быть весьма опасно. По всему выходило, что у нее в запасе есть примерно неделя, чтобы хоть немного освоиться. После этого нужно будет решать, куда двигаться дальше.

Окинув взглядом комнату, Галина Николаевна улыбнулась. Паком сказал, что раньше здание вполне могло быть таверной. Насколько она знает, это что-то вроде гостиницы с рестораном внизу.

Очень и очень хорошо. Владение таким местом означало, что ей не придется думать, чем именно заработать на жизнь. Конечно, открытие заведения вытянет все имеющиеся соки, но жить, проедая деньги, вырученные за драгоценности, ей не хотелось.

Итак, сначала завтрак, потом более вдумчивый осмотр владений, после этого поход на рынок. Покупать продукты сразу на неделю Галина Николаевна не собиралась. Во-первых, прогулки от дома до места торговли должны благотворно сказаться на состоянии ее тела. Лишать себя такой тренировки она не хотела. Во-вторых, Галя намеревалась смотреть и слушать, впитывая любую доступную информацию.

Решив все для себя, она откинула одеяло и спустила ноги на пол. Тело протестующе заныло. Встать с кровати оказалось очень сложно. Мышцы буквально зазвенели от боли. Им явно не понравилась вчерашняя беготня.

Галина Николаевна в этот момент мечтала только об одном – снова лечь. Она и подумать не могла, что мышцы могут испытывать такую боль. В прошлой жизни она какое-то время увлекалась различными тренировками (тогда она еще пыталась избавиться от своего десятка лишних килограммов), но они всегда были достаточно умеренными. Увы, собственный комфорт она всегда ценила больше идеальных пропорций тела.

Видимо, ее состояние заинтересовало зверька. Он выбрался из-под одеяла и спрыгнул на пол, встав перед ней на некотором отдалении. Снова усевшись, словно кот, и обвив хвостом лапки, он вопросительно пискнул.

– Все в порядке, все в порядке, – заверила его Галина, немного приподнимая руку. – Дай мне минуту.

В этот момент снизу послышался какой-то шум. Зверек немного наклонился в сторону, будто Галина мешала обзору, а потом сорвался на бег, практически моментально выскочив в коридор.

Она сразу вспомнила старую шутку про то, как один человек завел кота, на которого можно было списывать различные шумы в квартире, но, когда на кухне что-то упало, этот человек переглянулся с котом.

Шум не слишком взволновал Галину Николаевну. Мало ли что это может быть. Возле входа она видела кучу мусора, какая-нибудь деревяшка вполне могла скатиться на пол.

Да и в таком здании в любом случае должны обитать крысы. Галина помнила, что для людей прошлого эти создания были настоящим проклятием, которое однажды унесло множество жизней. Мысли о чуме заставили ее задуматься, что стоит найти способ отвадить в будущем грызунов от ее кухни и запасов.

Она не боялась ни тараканов, ни мышей, ни всяких жуков, но все равно испытывала по отношению к ним здоровую брезгливость.

Удостоверившись, что двигаться, пусть и с трудом, она все-таки может, Галина натянула вчерашнее платье. Невольно она задумалась над тем, что нужно будет привести гардероб в порядок.

Конечно, у нее имелись платья баронессы, вот только для повседневной носки требовалось нечто более скромное. Использовать их для той же уборки будет попросту нерационально.

Снизу снова что-то зашумело, и только в этот момент Галина Николаевна поняла, что это стук. Кто-то стучал в дверь!

Насторожилась. Это мог быть кто угодно, даже аферисты. Кто знает, вдруг их отпустили под залог или под подписку о невыезде. Мало ли, вдруг в этом мире такое возможно.

Спуск по лестнице оказался настоящим испытанием. Каждый шаг причинял боль. Приходилось двигаться медленно, с остановками.

Тот, кто желал ее видеть, явно обладал громадным терпением. Повторный стук не звучал нервно. Казалось, человек по ту сторону двери будет даже рад, если ему не откроют.

Около двери сидел знакомый зверек. Он смотрел вверх, медленно двигая хвостом из стороны в сторону. Обратив внимание, как он этим хвостом подметает пыль и мусор, Галина нахмурилась.

– Грязнули будут спать на лежанке, – предупредила она, подумав, что нужно как можно скорее отмыть все здание, а после и самого зверька.

Существо даже не подумало как-то на нее реагировать, только дернуло ухом, словно сгоняя надоедливого комара. Когда Галина Николаевна еще немного приблизилась, зверек стрелой промчался вдоль стены, а потом проворно забрался по ней к окну. Это было впечатляюще.

Свесив хвост вниз, существо принялось выглядывать из окна, словно пытаясь увидеть, кого так рано к ним принесло. При этом оно двигало головой, напоминая сову.

Дойдя до двери, Галина откинула простой крючок и потянула ее на себя. На пороге обнаружилась Лёка. Она стояла, занеся руку для повторного стука, и выглядела сонной и скучающей. Осознав, что дверь ей все-таки открыли, девочка моргнула.

– Дядька Паком сказал, что тебе понадобится помощь, – не став тратить время на приветствия, выдала она.

– Да? – Галина Николаевна сначала озадачилась, а потом нахмурилась. Она очень не любила, когда кто-то решал за нее и уж тем более лез туда, куда не следует. – И какого рода помощь ты можешь предложить? – спросила она, не став раньше времени отказываться.

– А что нужно?

Галя задавила в себе желание сказать, что лично ей ни от кого и ничего не нужно. На рынок она все равно собиралась ходить сама. Искать скупщика тоже, хотя признавалась себе, что не отказалась бы от небольшого совета.

Оглядев помещение, Галина хмыкнула. Раз уж новые знакомые так не хотят терять с ней связь, то она может воспользоваться этим предложением. Грязи в этом месте хватит и на десяток таких девочек.

– Проходи, – посторонившись, сказала Галя. Лёка без интереса проскользнула мимо нее. Оказавшись внутри, она осмотрелась, каким-то непостижимым образом сразу же находя взглядом притаившегося на подоконнике зверька.

– Ух ты! – восхитилась девочка. – Это же умник!

Умник?

Возможно ли, что название этого вида сформировалось из-за их выраженной черты? Например, как у ленивцев. Зверек действительно был необычайно умен. Люди не могли этого не заметить.

Лёка не выглядела ни смущенной, ни озадаченной. Для нее никаких проблем в названии не было. Из этого Галина Николаевна сделала вывод, что ее предположения могли оказаться недалеки от реальности.

– Итак, – привлекла к себе внимание Галя. Девочка нехотя оторвала взгляд от зверька, который что-то тихо посвистывал и совершенно не желал спускаться вниз. – Какого рода помощь ты можешь предложить?

– А что надо? – задала вопрос Лёка, все равно время от времени косясь наверх. Ей очень хотелось потискать пушистое создание.

Галина огляделась по сторонам, вспомнив, как недовольна была ее возможная будущая помощница, когда Паком попросил ее помыть посуду.

– Например, нужно очистить полы в этой комнате.

Услышав ее слова, девочка замерла и насупилась. Сверкнув глазами, она развернулась и направилась к выходу, но в последний момент снова глянула в сторону окна. Остановившись, Лёка сжала кулачки и слегка сгорбилась. Галина Николаевна с любопытством наблюдала за борьбой, которая шла внутри ребенка.

Спустя некоторое время девочка резко развернулась, предварительно захлопнув дверь, будто отсекая для себя тем самым путь на свободу.

– Хорошо, – выдала она. – Я сделаю это, – добавила, высоко задрав подбородок. Гале даже стало интересно, что могло так сильно отвратить девочку от простой уборки. В этом однозначно было что-то интересное.

Глава 10

После того как девочка согласилась помочь ей с полами в главном зале на первом этаже, Галина Николаевна озаботилась поиском предметов, которые способны были облегчить задачу. Проще говоря, ей требовался хотя бы веник.

Следуя логике, она отправилась проверять кухню. Увы, там нашлась только грязная и изорванная тряпка. Вид у нее был такой, словно ею многие месяцы мыли полы.

Убедившись, что на кухне ничего полезного не найти, Галина отправилась искать дальше. Единственное, что удалось отыскать, – это уличная метла, найденная в бывшей конюшне. Черенок на ней был обломан, а веревка, сдерживающая прутья, практически рассыпалась от времени. Лёка с явным сомнением посмотрела на развалину, когда Галина Николаевна принесла метлу в зал.

– Я не предлагаю тебе пользоваться этим, – произнесла Галина, увидев скепсис, отчетливо написанный на лице девочки. – Пожалуй, с уборкой я поторопилась.

Услышав это, Лёка заметно приободрилась. Она даже плечи немного расслабила, потеряв часть недовольства, которое владело ей до этого.

– Тогда что мне делать?

– Понятия не имею, – честно ответила Галина.

Лёка кивнула. Оглянувшись по сторонам, ребенок зацепился взглядом за кучу мусора рядом с камином.

– Я могу перетаскать это куда-нибудь, – предложила она.

Галина Николаевна оценивающе посмотрела на гору. Больших предметов она не заметила, все было кем-то разрублено на дрова, которыми удобно топить камин.

Само существование кучи щепок и камина говорило о том, что в этом мире зима есть. По крайней мере, точно должно быть время с более холодной погодой.

Выбрасывать дрова в таком случае было нецелесообразно. А раз так, значит, их надо просто перенести туда, где они не будут бросаться так сильно в глаза. Впоследствии ими можно будет воспользоваться. Кто знает, как тут обстоят дела с нормальными дровами.

– Для начала нужно найти, куда их сгрузить, – задумчиво сказала Галина Николаевна. Она сомневалась, что прошлые хозяева таверны вот так просто скидывали отопительный материал прямо под носом многочисленных гостей заведения. Они должны были где-то хранить все это.

Если рассуждать логически, то такое место никак не могло находиться на втором этаже. Это было бы просто глупо. Сначала носить дрова туда, потом обратно. Никто не станет делать что-то настолько трудоемкое и бессмысленное.

Выходило, что место для хвороста должно быть расположено где-то рядом с кухней. В конце концов, для приготовления пищи тоже постоянно требовался огонь. Было проще держать топливо поблизости.

Оставив метлу, Галина Николаевна отправилась к единственному помещению, которое приходило на ум. В конюшне имелась небольшая дверь, закрывающая вход в пустую комнату.

В первый раз они особо не обратили на нее внимания, просто отметили, что помещение пустовало. Сейчас Галина видела признаки того, для чего именно раньше служила эта комната.

Поддев носком сапога засохшую хворостину, Галина вздохнула. По-хорошему тут тоже надо было хотя бы подмести. И не только пол, подумала она, окидывая взглядом стены и потолок, «украшенные» серыми нитями паутины.

– Тебе придется подождать, – произнесла она и отправилась наверх.

Лёка ничего на это не сказала. Она по-прежнему время от времени наблюдала за Умником. Зверьку было интересно, что делают люди. Он наблюдал за их действиями издалека, но близко не подходил, время от времени попискивая, будто комментируя происходящее.

Починить метлу было просто. Конечно, надежной она выглядеть после этого не стала. Этому никак не способствовала ни корявая ветка, заменившая черенок, ни полоска ткани, скрепляющая прутья крепко, но не так прочно, как могла бы сделать проволока.

Закончив, Галина оценивающе посмотрела на свою работу и признала ее вполне годной. Неидеально, но кому сейчас легко?

Мести она собралась сама. Лёка не возмущалась, наблюдая за ее работой со стороны. Она стояла в проходе, сложив руки на груди и привалившись плечом к косяку. Выглядела девочка при этом как хозяин, наблюдающий за некачественной работой персонала.

Справившись сначала с паутиной, Галина Николаевна приступила к полам. Въевшейся грязи, такой, как в главном зале, тут не было, поэтому она вполне могла обойтись просто метлой.

После того как с мусором было покончено, Галина вытерла пот со лба и постаралась не обращать внимания на то, как тело слегка потряхивает. Ей хотелось только одного – хотя бы на мгновение прилечь. Или присесть. Первое в разы лучше.

– Дрова можно перенести сюда. Только много сразу не носи, иначе надорвешься. Тряпки откидывай в сторону, они еще могут пригодиться.

Понаблюдав за работой девочки некоторое время, Галина убедилась, что ребенок не действует безрассудно. Лёка не нагружала руки сверх меры, работала методично и медленно.

Удостоверившись, что присмотр не требуется, Галина Николаевна направилась наверх. Нужно было привести себя в порядок. Откладывать поход на рынок она не собиралась.

Очень не хватало зеркала. И дело не в том, что Галине Николаевне хотелось, наконец, полностью оценить доставшуюся ей от бывшей владелицы тела внешность. Например, сейчас она не отказалась бы узнать, не прилипла ли к лицу пыль.

Внимательно оглядев комнату, она не нашла ничего, что могло бы выполнять функции зеркала. Галя не рассчитывала отыскать именно зеркало (всё-таки слюда на окнах намекала, что ждать чуда не стоит), но надеялась увидеть какой-нибудь натертый до блеска медный поднос. Кажется, в ее мире в старину пользовались именно такими вещами. Увы, медных подносов не было. Либо аферисты продали его, либо Висконсия не имела ничего подобного.

Приведя себя в относительный порядок, Галина Николаевна выбрала самое скромное платье из тех, что у нее были. Ей не хотелось ходить в чем-то совсем тусклом и кричащем о бедности, но и дороговизну нарядов демонстрировать посторонним она тоже не намеревалась.

Закончив с переодеванием, она замерла над сундуком. Посмотрев в сторону двери, Галина вздохнула и вынула коробку с драгоценностями.

Нет, она не думала, что Лёка прибыла к ней по приказу Пакома только для того, чтобы осторожно выкрасть украшения. По крайней мере, старалась не думать так, но ничего не могла поделать с собственным разумом. Тот все еще пытался понять, по какой причине мужчина направил к ней ребенка.

В конце концов она решила, что просто спрячет шкатулку. В ее положении подозрительность вполне объяснима. Украшения – единственная имеющаяся у нее ценность. Если она лишится их, то ее жизнь сразу станет в разы сложнее.

Кроме того, ей совсем не хотелось идти на рынок, отяжеляя душу постоянными терзаниями и сомнениями. Она ведь не сможет спокойно заниматься делами, постоянно возвращаясь к мысли о шкатулке и ребенке с подозрительным предложением помощи.

Оглядевшись по сторонам, Галина попыталась придумать, где укрыть свое имущество. Про остальное она не беспокоилась. Если украдут платья или мебель, то она, конечно, немного расстроится, но такая потеря не станет для нее непосильной.

Поначалу она хотела воспользоваться тайником – тем самым, где Висконсия прятала документы, – но, немного подумав, Галина Николаевна отмела эту мысль. Сундук очень легко забрать. Он, конечно, не новый, но все равно может вызвать у кого-нибудь интерес.

В итоге она пришла к выводу, что тайник должен быть расположен в самом здании. Желательно где-нибудь в стене. Вряд ли кто-то захочет обследовать все камни.

Эта идея была привлекательной, но у нее не было много времени для того, чтобы самой обстучать стены, проверяя наличие пустого места.

Когда Галина уже отчаялась придумать что-нибудь, ее внимание привлек писк откуда-то сверху. Подняв голову, она увидела Умника. Зверек глядел на нее бусинками глаз, свисая вниз с балки. Она располагалась так, что существу было комфортно находиться на ней, не падая вниз.

Удостоверившись, что на него смотрят, он довольно пискнул и принялся расхаживать по балке, время от времени со значением поглядывая на Галину.

Она нахмурилась, не совсем понимая, к чему эта пантомима, а потом ее озарило. Ну конечно! Как она не подумала с самого начала? Люди очень редко смотрят наверх.

Тихо засмеявшись, она почти с любовью взглянула на зверька, отчего тот запнулся, едва не свалившись. Ухватившись в последний момент передними лапками за дерево, он покачнулся и ловко забрался обратно. Сев подобно коту, Умник принялся вылизывать лапу, старательно делая вид, что ничего только что не случилось.

Галина Николаевна подавила улыбку. Ей было понятно, что зверек воспринял этот эпизод довольно болезненно. Видимо, ему очень не хочется выглядеть в чужих глазах неуклюжим. Как воспитанный человек, Галина сделала вид, что ничего не заметила.

– Твоя идея мне очень нравится, – произнесла она, пытаясь придумать, как забраться наверх. Потолки в этом месте были достаточно высокими. Намного выше, чем она привыкла. – Может быть, ты поможешь мне? – спросила она у зверька с некоторым сомнением.

Тот, конечно, уже успел зарекомендовать себя как исключительный зверь, но захочет ли он ей помогать? Одно дело подсказать, другое – тащить на себе тяжелую для него шкатулку.

Оставив лапку в покое, Умник присвистнул и грациозно спустился вниз. При этом он взглянул на Галину Николаевну так, словно спрашивал: «Ты это видела? Я на самом деле очень ловкий. Никто не сравнится со мной».

В этот раз Галине пришлось приложить максимум усилий, чтобы не выдать себя смехом. Это создание было странным, симпатичным и смешным.

Подойдя к кровати, она положила шкатулку на покрывало. Умник немедленно оказался рядом. Не было никаких сомнений, что зверек не сможет поднять наверх тяжелую для него вещь.

Подумав немного, Галина Николаевна откинула крышку. Умник тут же сунул внутрь мордочку. В следующее мгновение он уже сидел на балке, аккуратно опуская на нее драгоценное колье. У него не ушло много времени на то, чтобы перетаскать наверх украшения, настолько быстрым и юрким он был.

В какой-то момент Галина даже подумала о том, что доверять непонятному животному не менее опасно, чем незнакомым людям. Зверек был слишком умен. Кто знает, что он на самом деле задумал.

Когда последнее кольцо заняло свое место на балке, Умник слетел вниз и запрыгнул на плечи Галине Николаевне, скрутившись шарфиком вокруг ее шеи. Он всем своим видом давал понять, что пойдет с ней. Подняв руку, Галя аккуратно погладила его между ушами и подумала, что придется довериться хотя бы ему.

Она надеялась, что ее поход пройдет без приключений, но, как это обычно бывает, не все идет так, как нам хочется.

Рынок с прошлого раза не стал менее шумным.

Галина Николаевна старалась не мешать людям, занимающимся своими делами. По этой причине она старалась идти как можно аккуратнее, но даже так время от времени с кем-нибудь сталкивалась. Один раз даже успела ощутить, как чья-то ловкая рука молниеносно ощупала ее. Поначалу Галина подумала, что это какой-то извращенец, удовлетворяющий потребности таким способом, но очень быстро осознала – это был карманник, проверивший наличие у нее денег.

Поймать за руку вора не представлялось возможным, так как тот действовал чрезвычайно быстро. Единственное, что она успела, это заметить (кроме ощущения мимолетного прикосновения к телу) удаляющуюся спину мальчика лет пятнадцати.

В этот момент Галина только порадовалась, что не взяла с собой драгоценности. Единственные деньги, которые у нее были, сейчас находились в надежном месте.

Сидящий на плечах Умник, судя по мордочке, тоже заметил действия вора, но кидаться в бой не стал, лишь пару раз презрительно присвистнул и вернул внимание на окружающее пространство.

Галина Николаевна поставила перед собой цель узнать, что и сколько стоит. Ей нужно было лучше ориентироваться в ценах этого мира. Она ходила от одной лавки к другой, спрашивая стоимость и со знанием дела перебирая различные продукты.

Дороже всего стоили специи и мясо.

Насколько поняла Галина, специи доставлялись в эту точку мира из дальних стран. Было странно видеть здесь привычный перец или шафран. Даже названия совпадали. Это довольно сильно удивило, заставив задуматься.

Неужели разные планеты могут быть так похожи друг на друга? Вполне возможно, что между этим миром и Землей много миллионов световых лет. Если так, то как вышло, что их развитие пошло одинаковым путем? Вряд ли бывают такие совпадения.

Такое возможно только в том случае, если этот мир – не отдельная планета, а некая параллельная реальность, развитие которой по большому счету похоже, но различается в мелочах.

Выбросив из головы подобные мысли, Галина Николаевна сосредоточилась на продуктах.

Мясо, как и специи, имело более высокую цену, чем большинство овощей. Вероятнее всего, причина была в том, что разводить животных для еды не так просто, как могло показаться. Например, для крупного рогатого скота требовалось много корма, а он не брался из воздуха.

Фрукты не были слишком разнообразными. Галина Николаевна подозревала, что возить их в это время из других стран просто невыгодно. Они могут сгнить по пути.

Еще она заметила многочисленные лавки с травами. Ей не трудно было сообразить, что в этом мире травы являются основным способом лечения. Эта мысль немного встревожила, ведь у нее теперь не было доступа к эффективным лекарствам. Раз так, значит, придется тщательнее следить за своим здоровьем, чтобы в более зрелом возрасте не пришлось лечиться. Конечно, от болезней никто не застрахован, но лучше поберечься заранее.

Отойдя от прилавка с мясом, Галина Николаевна огляделась по сторонам, решая, в какую сторону отправиться дальше.

Кроме цен, она хотела отыскать оценщика, узнать расценки на прием драгоценностей. Было бы большей удачей отыскать две или три таких лавки. Ей хотелось сравнить.

Галина не торопилась. Замечая, как кто-то разговаривает, она останавливалась и вслушивалась в беседу, пытаясь уловить крохи ценной информации. Надолго на одном месте она не оставалась, понимая, что ее довольно заметная фигура привлекает внимание против воли.

По большому счету люди просто сплетничали. Интерес большинства горожан крутился около трех тем – власть, деньги, домашние хлопоты.

Отходя от очередной небольшой группы, рассуждающей о том, когда будет следующее повышение налогов, Галина Николаевна ощутила, как зверек на ее плечах начал проявлять повышенную активность. И да, он являлся одной из причин, почему на Галину обращали внимание. Она уже поняла, что такие звери редкость. Вопреки желанию стать как можно более незаметной, избавляться от Умника она не собиралась.

То, что зверек чем-то встревожен, она поняла достаточно быстро. Не заметить этого было сложно, учитывая, что тот поднялся на лапках и принялся напряженно вертеть головой.

– Что случилось? – спросила Галина Николаевна, отходя от толпы ближе к краю. Подняв руку, она погладила Умника между ушками, но тот не обратил внимания на такой произвол. Это явно говорило о том, насколько он сосредоточен.

В итоге взгляд черных бусин остановился на ком-то в толпе. Галина начала поворачиваться, желая узнать, что именно привлекло внимание Умника. В этот момент зверек радостно пискнул и слетел с ее плеч, длинными скачками направившись в нужную ему сторону. Он ловко огибал людей, которые, кажется, даже не успевали заметить, что у них под ногами кто-то промчался.

Галина Николаевна тревожно следила за своим питомцем. Они были еще плохо знакомы, но она уже успела к нему привязаться.

Зверек, добежав до одной из женщин, вскочил на прилавок перед ней. Поднявшись, он оперся передними лапками ей в грудь и принялся что-то рассказывать. Галина из-за гула толпы не слышала его писк, но отчего-то была полностью уверена, что тот сейчас, как обычно, жалуется.

Происходящее заставило ее ощутить легкую растерянность. Она никак не могла решить, как ей стоит поступить: подойти к этой женщине или все-таки лучше уйти?

Глава 11

Не было никаких сомнений, что женщина являлась частью прошлого Висконсии. Другого объяснения такому поведению Умника у Галины Николаевна не было.

Сосредоточившись, она сделала один шаг вперед, а потом еще и еще. Она не могла вечно скрываться от прошлого этого тела. Рано или поздно кто-нибудь узнает, что баронесса «выздоровела».

– Как ты тут оказался? – перед тем как поздороваться, уловила Галя слова незнакомки, прозвучавшие с явным удивлением.

Женщина перевела взгляд на нее.

То, что они раньше были знакомы, Галина поняла по тому, как тускло-серые глаза женщины распахнулись от узнавания. Незнакомка вскинула руки в характерном жесте и схватилась за сердце. Умник, потеряв опору, покачнулся и сел на прилавок. Продавец неодобрительно на него посмотрел, но не стал ничего говорить. Его раздражение, вызванное бесцеремонным поведением зверька, сразу сменилось любопытством.

– Госпожа? – спросила женщина, когда все-таки смогла вдохнуть воздух. – Как вы?.. Что вы?.. Ох, что же это я?

– Успокойтесь, – попросила Галина Николаевна, отслеживая любую эмоцию на лице женщины. Недавнее общение с аферистами сделало ее более подозрительной, чем когда-либо. – Вам плохо? Нужно что-нибудь? – забеспокоилась она, заметив, как женщина побледнела.

– Что? – та моргнула, глядя на Галину, словно впервые видела, а потом качнула головой. – Нет, нет, госпожа. Ничего не надо. Это я так, от удивления, и только.

– Хорошо, – Галя кивнула, чувствуя себя слегка неловко. О чем им говорить? Нужно ли ей что-нибудь спросить? Рассказать о себе? Насколько близко была знакома эта женщина с девушкой? Конечно, незнакомка называет ее госпожой, но даже между господами и слугами бывает разная связь. – По каким-то делам здесь? – решила она начать с чего-нибудь нейтрального, надеясь, что та расскажет в процессе ответа о каких-нибудь важных мелочах.

– Так закупаюсь же, – немного отойдя от первого удивления, произнесла незнакомка. Галина Николаевна еще раз окинула ее взглядом, подмечая различные детали.

На вид женщине было лет пятьдесят. Очень низкого роста, не полная, но плотно сбитая. Волосы покрыты сединой, но раньше явно были рыжеватыми. Морщин на лице не так много, зато руки совершенно точно принадлежат активно трудящемуся человеку.

– Покупаю продукты для готовки, – пояснила она более развернуто. Интонация ее заметно изменилась. Так говорят с теми, чья разумность подвергается сомнению.

– Понимаю, – Галина Николаевна кивнула и решила действовать. Она постаралась скрыть вспыхнувшую расчетливость и надеялась, что ей удалось. – Вы можете говорить нормально. Мой разум больше не скован, – произнесла она туманно, надеясь, что женщина не станет задавать больше вопросов.

– Ох, правда? – совсем по-детски спросила незнакомка, а потом просияла. – Я так рада за вас, госпожа, – она всплеснула руками. Ее глаза буквально искрились. Не было сомнений, что женщина действительно находит новость замечательной.

Сейчас, глядя на незнакомку и отслеживая ее эмоции, Галина поняла, насколько все-таки фальшивой была аферистка.

– Жаль, что господин барон не увидит этого, – в голосе женщины слышалась неприкрытая печаль. – Ох, простите меня, госпожа. Мне не стоило… Что же у меня за язык такой проклятущий? – расстроилась она, сводя брови к переносице.

– Все в порядке, – заверила ее Галина Николаевна, а потом в успокаивающем жесте прикоснулась к руке.

– Вы так и будете тут стоять? – недружелюбно спросил кто-то рядом. Они обе повернулись в сторону голоса. Высокая худощавая женщина неприязненно поглядела на них и сморщила нос. – Я хочу подойти к прилавку. Мешаете.

– Да ты!.. – начала новая знакомая Галины, явно возмутившись тем, как подошедшая покупательница воротила от них нос.

– Все в порядке, – перебила Галя. – Мы действительно мешаем, – улыбнувшись, она потянула женщину в сторону, в тот же момент ощутив, как Умник снова пристроился у нее на плечах. Увидев это, женщина благодушно заулыбалась. Ее недавнее негодование было сразу позабыто.

Отойдя от толпы подальше, Галина Николаевна задумалась, как построить беседу. Ей нужно было вытащить как можно больше информации.

– Это правда, госпожа? – задала вопрос женщина, заглядывая в глаза Гале. – Ваш разум стал чист? Разве такое бывает? – в ее голосе слышалось недоумение. – Я слышала, что господин барон водил к вам разных целителей. Даже Пречистые Девы бывали много раз. Правда, в последние годы он совсем отчаялся. Ходили слухи… – она оборвала себя, неловко глянув на Галину.

– Не стоит волноваться, – заверила Галина Николаевна. Она успокаивающе погладила морщинистую руку и посмотрела с ожиданием.

– Нет, нет, это всего лишь слухи, – запротестовала женщина, но спустя несколько напряженных секунд все-таки сдалась. – Ходили слухи… Это только слухи, госпожа. Так вот, я слышала, что он приводил к вам… колдуна, – выдохнув последнее слово, она повела плечами, будто сбрасывая с себя что-то тяжелое. – Так, может, он вам и помог? Хотя слухи ходили давно, – она задумалась, видимо пытаясь понять, возможно ли, что помощь колдуна сработала не сразу, а спустя время.

– У вас ведь есть немного свободного времени? – спросила Галина Николаевна, не придав большого значения словам о колдуне. Вряд ли женщина имела в виду настоящего мага, скорее всего, это был очередной аферист, наживающийся на горе чужих людей.

Поглядев на небо, женщина кивнула.

– Хорошо, идемте. Мне нужно о многом вас спросить, – произнесла Галина и потащила несопротивляющуюся женщину за собой.

– Что это за место? – с любопытством спросила женщина, оглядывая зал на первом этаже.

Куча хвороста в углу слегка уменьшилась, хотя не слишком сильно. Было понятно, что Лёка не усердствует, пытаясь закончить с работой как можно скорее. Галина Николаевна была довольна таким решением, ведь ей не хотелось, чтобы ребенок надорвался. Правда, у нее проскользнула предательская мысль, что девочка занималась совсем другими делами во время ее отсутствия. Она не хотела так думать, но понимала, что жизнь Лёки до этого не была праведной, а значит, для нее будет вполне нормально присвоить чужую вещь.

– Я так понимаю, наследство, которое оставил мне мой отец, – ответила Галина, замечая, как глаза женщины удивленно распахиваются.

– Это… место? – с нотками недоумения и недоверия спросила все еще незнакомка. Пару секунд спустя напряженные черты лица разгладились. – А, вы имеете в виду, что это часть наследства.

Галина Николаевна задумалась над ее словами. Возможно ли, что барон оставил дочери еще что-то? В таком случае у нее нашлись бы соответствующие бумаги. Кажется, любовь отца к дочери была преувеличенной.

– Нет, – Галина качнула головой. – Это все, что мне досталось. Если не считать кое-какой мебели из моей комнаты и одежды.

– Не может быть, – собеседница явно не хотела верить в подобное. – Господин барон любил вас. Здесь какая-то ошибка. Он не мог оставить вам только это, госпожа, – голос женщины звучал убежденно. Казалось, в ее картину мира не укладывался тот факт, что покойный хозяин мог поступить с любимой дочерью столь странно.

– Может быть, – осторожно предположила Галина Николаевна, замечая вышедшую в зал Лёку. Девочка окинула их заинтересованным взглядом, но не стала останавливаться, – ему просто нечего было мне оставлять? Пройдемте на кухню, там будет удобнее.

При слове «кухня» женщина приободрилась. Она выглядела крайне заинтересованной. Правда, воодушевление длилось ровно до того момента, когда она увидела практически пустое и давно запущенное помещение.

– Ох, что же это такое?! – воскликнула она, подлетая к печи и принимаясь заглядывать во все щели. Открыв крышку совершенно черного котелка, она сморщилась, заметив там давно остывшую кашу.

Галина не мешала женщине, наблюдая, как та взаимодействует с различными предметами. Не составило труда понять, что незнакомка очень хорошо ориентируется в подобном месте. Окинув взглядом одежду своей гостьи, Галя пришла к выводу, что та, вероятнее всего, служила прислугой в доме баронессы. Горничная? Кухарка? Последнее казалось самым правдоподобным вариантом.

– Присядьте, – попросила она, оттаскивая новую знакомую от запыленных горшков, которые, по мнению самой Гали, давно пора было выбросить.

– Что? – женщина перевела на нее взгляд и смутилась. – Простите, госпожа, – повинилась она. Вопреки просьбе, садиться за стол она не стала, вместо этого принялась натирать его.

Наблюдая за этим, Галина пыталась понять, где женщина взяла нормальную тряпку, а главное, когда успела ее вытащить, ведь она сама проверяла всю кухню, и ничего похожего тут точно не было. Неужели принесла с собой?

– Такая грязь, – проворчала женщина и осуждающе покачала головой. – Как же вы будете тут жить, госпожа? И где ваша нянюшка? Почему Брида не присматривает за вами? А Тедор? Прошло уже столько дней после того, как вы уехали. За это время он мог давно уже убрать ту кучу дров, – на этих словах она недовольно поджала губы. Незнакомка явно сердилась.

– Бездельники, – продолжала сокрушаться женщина. – Хорошо, что вы наняли ту девочку.

– Я не нанимала ее, – вклинилась в ее речь Галина. – Лёка действует по собственной воле.

– Как это? – женщина остановилась и покосилась на стул.

– Присядь.

– Нет, что вы, госпожа, – незнакомка слегка смутилась. – Не дело это, сидеть при госпоже, – она снова покачала головой. На этот раз, казалось, осуждая само предложение.

Галина Николаевна хотела настоять, но не стала. Конечно, ей было слегка неловко, но спорить именно сейчас не хотелось.

– Если вы не наняли ее, то зачем бы ей это делать? – с легким подозрением спросила женщина.

– Она предложила, я согласилась, – Галя пожала плечами.

– Ох, госпожа, – в тоне гостьи прозвучало легкое осуждение. – Какая вы все-таки доверчивая, – сказала она с теплотой в голосе. – А вы еще ее одну тут оставили. Надо будет попросить Бриде, чтобы она проверила ваши вещи.

– Бриды тут нет.

– Как? – изумилась женщина. – Неужели с ней случилось несчастье? А Тедор?

– Мне не хочется огорчать вас, но они оказались не самыми порядочными людьми. Их забрала стража.

– Ох! – незнакомка вскинула руки и схватилась за грудь. – Как же так? А вы, госпожа? Когда это случилось? Как вы тут одна? О Пресвятые Девы, что же это происходит? Сначала господин барон умер, потом вы уехали, теперь еще и это.

После этих слов она неожиданно расплакалась, принимаясь вытирать глаза той самой тряпкой, которую только что использовала для протирки стола.

Галине Николаевне пришлось потратить некоторое время, чтобы успокоить гостью. Подумав немного, она решила быть более открытой. Конечно, разглашать информацию о вселении она не собиралась никому.

– Для начала я хотела бы знать, как вас зовут, – спросила Галя, когда гостья практически успокоилась. – Я мало что помню из прошлого, – быстро уточнила она, заметив недоумение на лице женщины.

Ее слова вызвали новый поток слез.

– Совсем ничего не помните, госпожа? – женщина всхлипнула и посмотрела на Галю красными глазами. – Я ведь к господину барону пришла, когда вы вот такой крохой были, – она показала руками довольно маленький размер. Вряд ли даже младенец мог быть таким крохотным. – Вы в детстве очень любили мою кашу, – она тепло улыбнулась. – Я добавляла туда мед. Вы были такой хорошенькой. Петра меня зовут, госпожа.

– Мне очень приятно узнать твое имя, Петра, – поглаживая женщину по плечу, произнесла Галина. Та задушенно всхлипнула и кивнула. – Значит, ты служила моему отцу… сколько лет?

– Почти двадцать, – без задержки ответила Петра, а потом задумалась. – Да, точно. Почти двадцать. Сначала была помощницей повара, а как Густав умер, заменила его.

Галина хотела спросить, есть ли у Петры муж или дети, но не стала. Это была личная информация, к ситуации не имевшая никакого отношения.

– Расскажи о моем прошлом доме. Я действительно все помню очень смутно, – она нахмурилась, стараясь выглядеть печальной и расстроенной. – Даже отца почти не помню.

– Господин барон был хорошим хозяином. Платил всегда вовремя. Не кричал на прислугу и уж тем более не поднимал ни на кого руку. Слава Пречистым Девам, хозяин был выше подобного. А то слышала я, как в некоторых домах к слугам относятся, – Петра качнула головой, недовольно поджимая губы. – Я не знаю, чем он занимался, но его часто не бывало дома. Ваша семья, госпожа, очень богата. Не все бароны так живут. Я уж знаю, – в ее голосе проскользнуло самодовольство. Видимо, слуги из разных домов не гнушаются общаться друг с другом.

– А где ты жила после того, как отца не стало? – поинтересовалась Галя, вспоминая, что аферисты упоминали мачеху девушки.

– Осталась в господском доме, – в словах Петры проскользнул холодок. – Хотя, видят Пречистые Девы, мне не хотелось служить вашей… – она запнулась.

– Мачехе? – подсказала Галина. Она только надеялась, что информация была достоверной.

– Да, да, – Петра слегка расслабилась, но в ее глазах все еще мелькало легкое сомнение.

– Не стоит волноваться, – заверила Галя. – Ты можешь говорить обо всем прямо. Я должна все знать.

– Ну, если вы так говорите, госпожа, – женщина не выглядела полностью убежденной. Кажется, ей было неловко обсуждать с одной госпожой другую хозяйку. – Ваша мачеха, она… не самый хороший человек. Нет, она платит исправно, не ругается и не распускает руки, но нет в ней тепла. Совсем. Мне сложно объяснить, – Петра вздохнула. – Ходят слухи, это только слухи, госпожа, что мачеха ваша – ведьма, – при этих словах женщина понизила голос и огляделась по сторонам, словно опасаясь, как бы предмет разговора внезапно не оказался у нее за спиной.

– Ведьма? – Галина Николаевна вздохнула.

Ох уж эти средневековые предрассудки. Наверное, жена отца Висконсии была просто молодой и красивой женщиной, знающей себе цену. Другие ей завидовали, вот и распустили такие слухи. А слуги с радостью подхватили. В то, что женщина могла действительно быть ведьмой, Галина не верила. Другой мир она еще могла понять, но магия…

Нет, это было бы уже слишком.

– Как есть ведьма, – Петра торопливо кивнула. – Я сама видела, как у нее глаза красным сверкают. А еще около ее окон постоянно птицы сидят. В комнаты свои не разрешает заходить. Только для уборки. И только под ее присмотром. Прячет там что-то. Говорят, господин барон как женился на ней, так сразу чахнуть начал. Силы его выпила, вот точно.

Галина Николаевна особо не была впечатлена всем вышесказанным. Для каждого из пунктов она могла подобрать разумное объяснение, но, конечно, разубеждать гостью не стала. Ведьма – значит, ведьма. Какая ей на самом деле разница, кем считают мачеху Висконсии.

– Я уверена, что она околдовала вашего отца.

– Почему ты так считаешь?

– А как же иначе? – Петра нахмурилась. – Ваш отец любил вас безмерно. Баловал, подарки всегда дарил. Я каждый день готовила для вас отдельные блюда. Только то, что вы любили. Он не мог оставить вас в подобном месте, отдав все остальное своей второй жене и их сыну.

– У меня есть брат? – зацепилась за слова Галина.

Петра чуть поерзала. Судя по ее виду, родственник Висконсии не слишком ей нравился.

– Молодой хозяин, он, конечно, хороший мальчик… – начала она неуверенно.

– Ты можешь говорить мне правду, Петра, – душевно произнесла Галя, заглядывая в глаза женщине и слегка сжимая пальцы на ее плече, будто подбадривая.

– Честно говоря, я бы не хотела служить в доме, в котором ваш брат будет полноправным хозяином, – со вздохом призналась женщина. По какой-то причине Петра не хотела говорить больше о мальчике. И дело было не в страхе, ведь мачеху она точно боялась, но это не помешало ей сплетничать.

– Хорошо. Мне этого достаточно. Ты уверена, что дель Каруссо богаты? Где именно сейчас живет моя мачеха и брат?

– Я полностью уверена, – ответила Петра без колебаний. – Сейчас они живут в столичном доме, но это не единственная собственность, которая есть у вашей семьи. Я была еще в загородной усадьбе. Ох, как же там красиво! Озеро рядом, лес, сам дом большой, белоснежный. Говорят, господин барон построил его для вашей матушки. Он ее очень любил. Поэтому мне так странно, что он не оставил его вам, – сказав это, она со значением посмотрела на Галину.

Под конец разговора, когда Петра заторопилась обратно в дом своих нынешних хозяев, она высказала одну просьбу, которая очень удивила Галину Николаевну.

Глава 12

Когда-то давно по титулу сразу можно было определить, за что именно отвечает человек.

На короле лежала ответственность за всю страну. Герцог владел определенной областью. Людей, носивших такой титул, было очень мало, чаще всего не больше двух. Графы следили за городами, а бароны за всеми дорогами королевства и имели в подчинении пару деревень.

Позже все стало гораздо проще. Теперь семья барона могла быть в несколько раз богаче семьи графа, который, в свою очередь, порой и вовсе не имеет ничего, кроме титула.

К слову, таких безземельных аристократов в замке короля было довольно много. И хорошо, если они могли позволить себе содержать особняк в столице, иной раз не было и этого. Впрочем, подобное не мешало таким людям все равно смотреть на тех, кто ниже по иерархической лестнице, с превосходством.

Эруард давно заметил, что люди, имеющие высокий титул, но потерявшие по каким-либо причинам состояние, чаще всего оказываются более докучливыми в том, чтобы напомнить другим о своем величии. Он полагал, что все дело в защитной реакции и банальном страхе.

Кое-как распрощавшись с одним из таких аристократов, Эруард облегченно вздохнул и потер переносицу. Семья графа бор Данье потеряла свое состояние еще пару веков назад. С тех пор у них не появилось ни одного человека, способного восстановить былое величие семьи. Они приспособились жить на милости от короля, настолько привыкнув к этому, что перестали даже пытаться что-то изменить.

Эруард находил таких людей пустыми. Они не были ему интересны ни в какой мере. К сожалению, этикет требовал быть предельно вежливым с окружающими.

Самое смешное – это как граф только что пытался завуалированно убедить его, что человек с титулом барона, пусть и имеющий внушительное состояние, никак не может стоять на одной ступени с настоящими аристократами. Собеседник даже имел наглость назвать семью дель Легран скоробогачами, и это при том, что их корни уходят на семьсот лет назад. Уже тогда им был присвоен баронский титул.

Эруард не понимал, зачем правитель держал при себе подобных людей. Они были бесполезны. Только проедали королевский бюджет, не отдавая ничего взамен.

Подумав немного, он решил, что светской жизни на сегодня ему хватит. Развернувшись на каблуках, Эруард направился к выходу из зала, планируя заняться более интересными вещами.

Легко сбежав по широким ступеням, он тенью скользнул прочь от замка. Чем дальше он отходил, тем темнее становились улицы, но это его совершенно не тревожило. Он прекрасно знал столицу и мог пройти где угодно почти с закрытыми глазами.

Спустя некоторое время он приблизился к одному из домов. К центральному входу подходить не стал. Обошел здание и, привычно обогнув ящики, от которых несло чем-то сгнившим, два раза стукнул кулаком в дверь.

Пару минут царила полная тишина. Время было достаточно поздним, так что горожане давно уже спали. А те, кто в такой час не спал, предпочитали разговаривать и передвигаться максимально тихо, чтобы не привлекать к себе нежелательного внимания.

Звук отпираемого засова выдернул Эруарда из лицезрения окружающего пространства. Завернувшись в плащ сильнее, он повернулся к двери. Свет от свечи резанул по глазам, заставив на короткий миг зажмуриться.

– Это я, – прошелестел он.

Человек со свечой не выказал никакого удивления. Он просто кивнул и приоткрыл дверь шире, позволяя гостю пройти в дом.

Эруард не стал заставлять себя ждать, проскользнул мимо и сразу направился вглубь. На кухне он скинул капюшон и рухнул на стул, чувствуя, как тепло дома окутывает его. Он даже не заметил, что немного замерз, пока шел сюда.

– Что-нибудь выпьешь? – спросил мужчина.

Он поставил свечу на стол, а после сел напротив, выжидательно замерев.

– Твое варево отвратительно, – хмыкнул Эруард. – А ничего другого, как я подозреваю, у тебя тут нет.

– Ну почему нет? – притворно обиделся человек. – Для дорогого гостя могу налить воды.

– Не стоит утруждать себя, мой друг, – Эруард тихо фыркнул. – Какие новости? – его голос стал более серьезным.

– Все спокойно, – мужчина моментально перенял настроение. – На прошлой неделе он пытался подмять под себя одну из воровских гильдий.

– И как, удачно? – Эруард наклонился вперед, заинтересовавшись темой разговора.

– Нет, – мужчина хмыкнул. – Ребятам не понравились условия работы, поэтому они послали его. В наказание он приказал переловить их.

Эруард недоверчиво качнул головой.

– Старшим гильдиям вряд ли это понравилось, – предположил он.

– Именно, – человек кивнул. – Это не понравилось не только ворам, но и всем остальным на теневой стороне. Ты сам знаешь, они согласны сотрудничать с властью, но только в том случае, если все происходит к обоюдной выгоде сторон. Увеличение отчислений – нарушение давнего договора.

– Он пытался выставить все так, словно это король пожелал увеличения? – недоверчиво спросил Эруард, невольно зацепляясь взглядом за один из ужасных шрамов на лице собеседника. Он несколько раз порывался спросить, кто оставил другу такие отметины, но так ни разу и не перешагнул эту черту. Ему казалось, что Паком не будет рад вопросу.

Гордон посмотрел со значением. Такой взгляд не требовал словесного ответа.

– Еще какие-нибудь новости? – спросил Эруард, размышляя над тем, что ему стоило доложить королю о возможных предстоящих волнениях в городе. Его величество предпочитал активно не вмешиваться в эту сферу, оставляя ее на совести семьи дель Легран, которая уже несколько столетий занималась наблюдением за порядком на теневой стороне.

Нынешний глава стражников являлся протеже семьи дюи Медрон. Видимо, герцог решил, что его власти достаточно, чтобы противостоять правителю.

– Есть кое-что интересное. – Эруард прищурился, наблюдая, как глаза друга вспыхивают любопытством. – Не так давно ко мне приходила одна девушка. Мне кажется, тебе будет интересно услышать об этом.

– Девушка? – спросил недоуменно Эруард и внутренне скривился. Правда, практически сразу спохватился. Ему явно не стоило презирать весь женский пол из-за одной надоедливой сверх меры девицы.

Паком, сам того не зная, пробудил в нем воспоминания о встрече, состоявшейся пару дней назад.

После того как Эруард получил письмо баронессы, ему пришлось отправиться на встречу с ее отцом. Барон дель Дубран ни капли не удивился его приходу. Он соловьем разливался о том, как прекрасна любовь, какой чарующей она может быть, как он завидует такой красивой и подходящей друг другу паре.

Ни одно его слово не заставило Эруарда думать, будто мужчина действительно считал так, как говорил. Дубран нацелился на деньги его семьи, вот это была истина.

Несмотря на то, насколько противно ему было, Эруард с каменным лицом выслушал все эти восхваления и мечтания об их непременно замечательной будущей жизни.

Когда речь зашла об отзыве намерений, Дубран встал в позу. Подумать только, он имел наглость обвинить Эруарда в черствости и жестокости по отношению к его бедной и трепетной дочери, которая влюблена настолько, что не выдержит отказа и лишит себя жизни в тот же день.

Жаль, что нельзя было кивнуть и уйти, согласившись с таким сценарием. Увы, он мог представить, что последует дальше.

Эруард буквально видел, как Дубран бегает по замку короля, рассказывая, как его бедное дитя едва не покончило с собой из-за отказа мерзавца, который совершенно не стоит девичьих слез и уж тем более жизни.

Аристократы найдут этот инцидент занимательным. Возможно, мысленно многие из них встанут на его сторону, но при этом во всеуслышание осудят, ведь так требует негласный закон.

Эруард снова скривился. Игры аристократов совершенно ему не нравились. Именно поэтому он старался держаться от высшего света так далеко, как только возможно. К сожалению, это не всегда удавалось. Семья дель Легран вела законные дела со многими дворянскими домами.

Когда ему надоело слушать о том, какая из него и Элоизы получится прекрасная пара и какие замечательные дети у них родятся, он выложил карты на стол.

Принадлежать к семье, которая веками следила за теневой стороной, не всегда легко. Эруард часто признавался сам себе, что имеет довольно мягкую натуру, поэтому ему было сложно бесстрастно наблюдать за различными преступлениями и не иметь при этом права чем-нибудь помочь.

Не все незаконные действия трогали его. Например, воровство по большому счету не виделось ему чем-то ужасным. Понятно, что дело в нюансах. Одно дело обворовать напыщенного аристократа, и совсем другое – старушку, которой и самой порой нечего есть.

С убийствами было сложнее, но и здесь в дело вступали те самые мелочи. Иногда, по мнению Эруарда, тот или иной человек заслуживал смерти. Смерть невинных людей всегда заставляла его ощущать тревогу и несогласие.

Если подумать, то так было во всех сферах теневого мира. Он понимал, что не судья и не имеет права решать, кто и чего достоин, но, как и у любого человека, у него были определенные мысли по поводу того, что допустимо, а что нет.

Он отлично знал: искоренить преступность невозможно. Люди так устроены, их создали такими. Он мог лишь наблюдать, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы криминальный мир не переступал некие рамки, за которыми царило полное беззаконие.

Рассказывая Дубрану о его нечистых делах, Эруард даже слегка порадовался, что имеет доступ к таким данным. И да, барону вовсе не обязательно было знать, что практически вся аристократия замечена в связях с преступным миром в той или иной степени. Как и то, что Эруард никогда не собирался разглашать эту информацию. По крайней мере, без приказа короля. Главное, что сам Дубран об этом ничего не знал, как и о том, кем именно является семья дель Легран.

– Что за девушка? – без интереса спросил Эруард, не понимая, что привлекло внимание Пакома.

– Баронесса дель Каруссо, – с довольным лицом выдал Гордон.

Эруард нахмурился.

– Аленсия дель Каруссо? – задал он вопрос, чувствуя себя сбитым с толку. Он не понимал, по какой причине недавно овдовевшая женщина могла приходить к его другу. – Подожди, подожди, – он приподнял руку, прокручивая в голове всю информацию, которая у него была на эту семью. Что-то такое он недавно слышал… – Что-то о наследстве, – пробормотал он. – Какие-то махинации. И это странно. Насколько я знаю, Каруссо имеют только одного наследника.

– Не Аленсия, – произнес Паком самодовольно. Ему нравилась мысль, что он знает что-то, чего не знает член семьи темных смотрителей. Это было восхитительное ощущение. – Висконсия, – медленно произнес он.

– Висконсия? – Эруард моргнул и замер. Память послушно выдала пласт нужной информации. – Старшая дочь барона. Насколько я помню, она была чем-то больна. Что-то с головой.

– Если и была, то сейчас с ней полный порядок, – проворчал Паком, немного разочарованный тем, что друг все-таки знал о баронессе.

– И зачем же она к тебе приходила? Как нашла тебя? – спросил Эруард, внезапно подумав, что Висконсия звучит очень красиво.

Глава 13

Покинув дом друга, Эруард остановился в одном из темных переулков. Недавний разговор не выходил у него из головы. По какой-то причине его заинтересовала судьба странной баронессы.

Во время рассказа он вспомнил немного больше о деле Каруссо. В махинациях с завещаниями не было ничего необычного. Постоянно появлялись недовольные тем, как покойный распределил имущество, оставшееся после него.

Нечистые на руку поверенные с радостью приходили на помощь таким людям, делая все (конечно, за плату), чтобы «справедливость» восторжествовала, а состояние оказалось в руках более достойных.

Дело дель Каруссо он помнил, хотя поначалу не придал ему никакого значения. У его семьи были все данные о сделках, проводимых теневыми поверенными. Король желал знать больше грязных тайн людей, которым вынужден оказывать гостеприимство в своем доме.

Такие знания были палкой с острыми концами. С одной стороны, правитель мог обезопасить себя, ведь мало кто хотел идти против человека, знающего о нем все. С другой стороны, всегда существовал риск, что появится тот, кто посчитает осведомленность короля слишком опасной для себя. Это могло привести таких людей к желанию образовать тайный заговор.

Семья Легран всегда стояла на стороне законной власти. По крайней мере, до тех пор, пока та не принимала сумасшедших законов, способных навредить большому количеству невинных людей. До сих пор Легранам везло – в королевской семье рождались исключительно разумные наследники, становившиеся после достойными правителями.

Дело барона Каруссо поначалу не казалось Эруарду интересным, поэтому он не придал значения этой информации. Семья была довольно богата, но ничего выдающегося. Приближенными к королю они тоже не были, так что особой властью не обладали. Жили, на первый взгляд, тихо и мирно.

Он знал, что Аленсия была довольно красивой женщиной, но при дворе бывала не так часто. Никаких особых слухов и сплетен. Образцовая и честная семья, что весьма удивительно, учитывая, как многие аристократы любят игнорировать закон. Это вызывало подозрения.

С тех пор как отец стал привлекать его к работе теневых смотрителей, Эруард увидел и узнал достаточно, чтобы ощутить недоверие к такой идеалистической картине.

Страдающая от какого-то умственного заболевания дочь барона казалась единственным темным пятном на жизни семьи Каруссо. Во всяком случае, до недавнего времени.

Услышав тихие шаги, Эруард отступил чуть дальше в тень. Спустя некоторое время мимо проскочил темный силуэт. В отдалении послышалась приглушенная брань. Жизнь в столице не останавливалась даже ночью.

Подумав о том, что уже поздно и ему необходимо домой, Эруард между тем не сделал ни одного шага в сторону поместья.

Насколько он знал, барон Каруссо за некоторое время до смерти изменил завещание. К сожалению, Эруард не помнил подробностей. Да и информатор упоминал это вскользь, не акцентируя внимания.

Аристократы часто меняли условия в своих завещаниях. Некоторые при каждом шаге наследников бежали к поверенным, чтобы что-нибудь добавить в свою последнюю волю. Иногда доходило до полного абсурда, хотя чаще всего причиной смены направления являлось нежелание детей по тем или иным причинам подчиняться воле родителей.

Итак, Каруссо зачем-то что-то изменил в завещании. В скором времени он умер. Насколько знал Эруард, умер от естественных причин. Сердце барона решило, что больше не желает биться. Рано, конечно, ведь мужчине не исполнилось даже пятидесяти, но конец приходил порой и к более молодым людям.

Судя по тому, что он теперь знал, вдове покойного барона не понравилась последняя воля ее мужа.

Эруард никогда не видел раньше дочь барона. Знал о ее болезни, но эта тема не была интересной. В конце концов, люди болеют, в этом нет ничего противоправного. Эта информация просто присутствовала в досье на семью Каруссо, вот и запомнилось.

Встряхнувшись, Эруард решил прогуляться. Домой совершенно не хотелось. Отцу, откровенно говоря, не понравилось, когда пришел отзыв. Он ни о чем не спросил, но по его взгляду было понятно – обо всем догадался.

Нетрудно было сообразить: отец не остановится, тем более теперь. Эруарда, правда, немного удивляла такая настойчивость. Отец долгие годы ни к чему его не принуждал, так зачем сейчас такое нетерпение?

Пробираясь темными улицами и переулками, Эруард все дальше отходил от дома Пакома. Иногда ему приходилось замирать в каком-нибудь темном углу, чтобы пропустить мимо темные фигуры ночных жителей города. Ему не нужны были проблемы. И неважно, что его силы было достаточно, чтобы справиться со многими, кто захотел бы обокрасть его или отправить на свидание с предками.

Спустя некоторое время он осознал, что совершенно бездумно пришел к зданию, которое теперь принадлежало баронессе. Эруард притормозил, пытаясь понять, что привело его сюда. Видимо, это произошло из-за размышлений о Каруссо.

Он не хотел искать это место сознательно, но даже так найти дом не составило труда. Паком очень четко описал его расположение. Эруард отлично ориентировался в городе, поэтому сразу понял, о каком здании шла речь. Конечно, напрашиваться в гости он не собирался. На дворе все еще была ночь. Вряд ли баронесса оценит подобный визит.

Когда Эруард решил все-таки направиться домой, он ощутил пристальное внимание, направленное на него. Он мог поклясться чем угодно, что за ним следят. И не один человек, а несколько.

Не подавая вида, что заметил слежку, он развернулся и медленно пошел по улице, держась ближе к краю. Эруард ощутил раздражение. Судя по всему, компания следила за ним уже некоторое время, но он был настолько погружен в свои размышления, что совершенно не обратил на них внимания. Либо он стал терять хватку, либо по его душу пришли настоящие профессионалы. Ни то ни другое не вызывало в нем положительных эмоций.

Когда ощущение слежки внезапно исчезло, Эруард мысленно чертыхнулся. Видимо, ему придется столкнуться со вторым вариантом. Это сулило большие проблемы. Конечно, он был силен и имел в рукаве несколько опасных для жизни козырей, но, если противников окажется слишком много, ему может не повезти.

Приготовившись к нападению, Эруард отреагировал вовремя, уклонившись от просвистевшего мимо ножа. Послышался тихий звон – нож встретился с каменной стеной. В тот же момент Эруард ощутил, что внимание вернулось с удвоенной силой – люди, следящие за ним, отказались от скрытности, решив действовать прямо. Это было логично.

Развернувшись лицом к опасности, он заметил холодный отблеск ножа. Нападающий целился в горло. Заблокировав удар, Эруард сжал правый кулак и, недолго думая, ответил на агрессию. Противник увернулся.

В отдалении Эруард увидел еще несколько человек. Он сжал зубы, понимая, что придется выложиться как следует, иначе можно будет распрощаться с жизнью. Кто-то явно затаил на него серьезную обиду. И он даже знал, кто это может быть.

Дубран! Проклятый барон оказался слишком недоверчив. Эруард пообещал, что не станет разглашать сведения о его преступной деятельности, но тот явно не поверил, решив навсегда устранить угрозу.

В какой-то мере Эруард даже понимал старика. Людям никогда не нравится, когда об их грязных тайнах знает кто-то посторонний. Тем более барон не мог быть уверен, что Эруард не прибегнет к повторному шантажу.

Извернувшись, он схватил противника и со всей силы приложил его о стену позади себя. Послышался влажный хруст, а затем тихий стон. Повторить действие или удостовериться, что нападающий потерял сознание, Эруард не успел – на него налетели с другого бока.

Оставив поверженного человека в покое, он обратил внимание на нового врага. Тот обладал более выдающимися навыками, поймать его никак не получалось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.