# Читер

Елена Островская

Произведение показывает двух героев, Олега и Аниту, которые начинают сомневаться в том, что их окружающая реальность настоящая. Исследуя странные аномалии и таинственные подсказки, они постепенно раскрывают мистическую природу своего мира и сталкиваются с трудным выбором: остаться в том, что они знают, или рискнуть выйти за пределы привычной им реальности, чтобы раскрыть её скрытую правду. В процессе они встречают загадочных союзников, сталкиваются с философскими и этическими вопросами о существовании и свободе воли. История охватывает темы иллюзий, реальности и самопознания, приводя героев к кульминационному моменту, который открывает новые горизонты для их понимания мира.

## Всевидящее око

За окном дождь стал почти монотонным, тихим и однообразным, как неуклонное движение времени. Олег смотрел на капли, скользящие по стеклу, как если бы они были его собственными мыслями, которые не могли найти выхода. Он сидел в своей комнате, где свет лампы не мог пробиться сквозь туман неопределенности. Экран компьютера был ярким пятном в этой серой реальности, но он казался холодным, даже неощутимым.


Фраза на экране привлекла его внимание, но не удивила. Он не верил в случайности. Она была… как предсказание, как то, что он всегда знал, но не мог выразить.


"Вы не одиноки. Это не реальность."


Он вновь прочитал её, но теперь в голове начала крутиться совсем другая мысль: "А что если это правда?" Олег поднялся и подошел к окну. Тусклый свет отражался от мокрых улиц, и его мысли начали путаться. Нечто скрытое, за пределами его восприятия, тянуло его, как неизведанная тропа.


Тут раздался стук в дверь, и он, не отрывая взгляда от окна, произнес:

– Открыто.


Анита вошла как тень, впитавшая в себя все окружение. Она пахла сигаретами, но в этом запахе было нечто успокаивающее, что контрастировало с его растущим беспокойством.


– Ты выглядишь как человек, который только что открыл нечто большее, чем мог бы вынести, – заметила она, садясь напротив.


– Может, я просто устаю от того, что не знаю, что меня ждет, – ответил Олег.


Она пожала плечами, и взгляд её стал мягким, как всегда, но в его глубине скрывалась тень сомнения.


– Тогда почему бы не расслабиться? Ты можешь быть тем, кем ты хочешь, даже если тебя нет.


Он усмехнулся, но эта фраза оставила послевкусие. Он взял чашку с холодным кофе, чувствуя, как её взгляд всё же находит дорогу в его мысли.


– Это звучит как утешение, – сказал он, – но мне не кажется, что я готов это принять.


И вот, спустя несколько секунд молчания, он вспомнил код. Небольшая деталь, скрытая в глубинах программы.


– Там есть ошибка. В программе, – сказал он, почти шепотом. – Один скрытый файл с надписью: "Субъект Олег. Ошибка в программе. Подлежит устранению."


Анита не удивилась. Она лишь кивнула, не отвлекаясь от своих мыслей.


– Ты же всегда подозревал, что всё вокруг не такое, каким должно быть, не так ли?


– Да. – Его голос стал тише, но это не было слабостью. Это был тихий, но твердый ответ, как внутреннее признание.


Время было, как жидкость – текучее, меняющееся. Где-то вдалеке, на углу улицы, жёлтый свет от фонаря стал пульсировать, как раздражающий сигнал. Олег заметил это первым.


– Ты это видела? – спросил он, повернувшись к Аните.


Она тоже посмотрела на уличные огни, но не отвела взгляд.


– Видела. Но это не удивляет. Это означает, что мы слишком близко подошли к грани.


Олег пытался удержать себя в руках, но ощущение, что мир начал давать сбои, всё сильнее пронизывало его. Он посмотрел на неё и снова вспомнил свою жизнь до этого, до этой ночи.


– Я когда-то спрашивал отца, что если мы все – просто персонажи в чьей-то игре, – сказал он, отпив немного кофе.


– И что он тебе ответил?


– Что если это так, то он надеется, что за него играет хороший игрок. – Олег усмехнулся, но эта мысль снова дала ему чувство нереальности происходящего.


Анита посмотрела на него и тихо сказала:


– А ты готов быть тем, кто не только наблюдает за игрой, но участвует в ней?


Олег промолчал.


Он застыл перед монитором, вглядываясь в один единственный файл, который поразил его больше всего: "Создатель Игры". Строки на экране были простыми, но в них скрывалась тревога.


– Мы не можем изменить правила, да? – спросил он, не отрывая взгляда от текста.


Анита встала и подошла к окну, задумчиво глядя на дождь. Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась глубина, которую Олег ещё не осознавал.


– Ты хочешь быть богом?


Он застыл на мгновение, размышляя над её вопросом. Его мысли соскользнули в те моменты, когда он был маленьким и думал, что реальность – что-то простое и понятное.


Воспоминание ворвалось в его мысли.


– Если бы Бог существовал, он был бы программистом, – сказал учитель литературы. – Но помни: даже программы можно взломать.


Олег повернулся к Аните.


– Как ты думаешь, Создатель Игры заложил возможность взлома?


Она пожала плечами.


– Может быть. Или это просто часть игры, которая должна быть принята.

## Выход за грань

Туман повис над городом, когда Олег и Анита нашли портал по указанным в компьютерном послании координатам. Это было нечто странное и в то же время обыденное – простая дверь, ведущая в подвал заброшки. Олег и Анита с трудом открыли скрипучую дверь, медленно спустились по бетонной лестнице в подвал, прошли через узкий коридор и оказались посреди квадратной комнаты. Анита чиркнула зажигалкой. В углу помещения стоял большой процессор с монитором на полстены. Неожиданно компьютер включился. Олег и Анита замерли в оцепенении, позабыв на миг о дыхании, как если бы мир сам по себе остановился в ожидании их следующего шага.


Олег не был уверен, что это не ловушка. Всё, что он знал – реальность, в которой он жил, не была такой, какой казалась. Это место, этот мир – всё было частью чего-то большего, что он не мог контролировать.


Когда они подошли к монитору вплотную, из пустоты появился человек в сером костюме. Его лицо было лишено эмоций, он смотрел не на них, а мимо, будто они для него не существовали.


– Вы уверены, что хотите уйти? – его голос был неестественно ровным, как запись в аудиофайле.


Олег стоял, не отрывая взгляда от этого безликого человека. Его сердце билось быстрее, но он знал, что сомневаться уже не было смысла.


– Мы не хотим быть пленниками, – ответил он, чувствуя, как слова всё-таки вырываются, несмотря на страх, который сковывал его.


Человек в сером костюме едва заметно улыбнулся. Это была улыбка неудачливого программиста, который знал, что его код сломался, но продолжал следить за попытками исправить ошибку.


– А что, если вы уже были запрограммированы на этот побег? Что если ваш бунт – это тоже часть кода? – сказал он, будто не задавая вопрос, а просто озвучивая нечто очевидное.


Анита нахмурилась и прошептала:


– Это начинает быть слишком похоже на шахматную партию.


Создатель Игры наблюдал за ними, не двигаясь.


– Шахматная партия… – повторил он, не показывая ни интереса, ни сожаления. – Может, и так. Но что, если все ваши ходы заранее просчитаны?


Олег вдруг вспомнил своё детство. Он был маленьким, но уже тогда задавал вопросы, на которые никто не мог дать ответа.


Флешбеком пришло воспоминание.


– Но если я могу выбрать свой ход, значит, я не ограничен? – спорил он с отцом за шахматной доской.


– Всё ограничено, – отвечал отец, голос которого был полон уверенности. – Даже твои решения. Ты можешь выбрать ход, но не можешь выбрать его последствия.


Олег остановился, глядя на Создателя Игры. В его глазах не было боли, только пустота, словно этот мир – уже не его.


– Может, ты прав, – сказал он, тихо, но твердо. – Может, мы и правда просто выполняем чей-то код.


Создатель Игры молчал, его взгляд не менялся. Он будто ждал, что Олег сделает следующий шаг.


– И тогда зачем бороться? – спросил он, и голос его смягчился.


Олег взглянул на Аниту, и оба одновременно ответили:


– Потому что даже если наши шаги предсказаны, само сопротивление делает нас живыми.


Он взял её за руку. Он знал, что это был единственный способ выбраться.


– Пошли.


Они шагнули в портал.


…


Внезапно Олег проснулся в своей квартире, как будто ничего не произошло. Тот же дождь за окном, тот же холодный свет экрана, тот же запах кофе. Всё было одинаково. Всё… повторялось.


Он посмотрел на экран компьютера. Мигало сообщение: "Перезагрузка…". Словно всё вернулось в исходную точку, будто не было ничего, что могло бы изменить ход вещей.


– Черт… – вырвалось у него, и он подскочил с места, пытаясь понять, что это значит.


Олег вспомнил, как Анита сидела рядом с ним на крыше дома, и они смотрели на темнеющий город. Огни отражались в лужах. Анита положила голову на его плечо, её дыхание казалось ровным, но в глазах проскальзывала тревожность.


– Если мы застрянем в этом цикле, – сказала она, – помни одно.


– Что? – спросил он, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.


Она повернулась к нему, взгляд её был печальным и ласковым.


– Любовь – единственная вещь, которую система не может подделать.


Олег закрыл глаза, вспоминая эти слова. Он знал, что это правда. Любовь была тем единственным исключением, которое не стало частью программы. Но уверен ли он в этом на все сто процентов? Никто ни в чём не уверен.


Когда Олег открыл глаза, Анита уже стояла над ним. Его сердце сжалось от того, как она смотрела на него.


– Ты вернулась? – спросил он.


Она улыбнулась, и её глаза были полны того же света, который он когда-то видел на крыше.


– Я никогда не уходила.


Они обнялись, и в этот момент мир вокруг них начал рушиться.


Послышался пронзительный писк.


На экране замигало сообщение "Перезагрузка завершена”.

## Потерянная реальность

Когда Олег открыл глаза, он снова оказался в том же городе. Ветер тянул за собой дождь, который снова скользил по стеклу. На первый взгляд, всё было прежним, но внутри что-то неуловимо изменилось.


Анита сидела у окна, закутавшись в его старый свитер. Её глаза не сводились с чашки с кофе, и в её взгляде была тень раздумий.


– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, не поднимая взгляда.


Олег посмотрел на свои руки. На этот раз они не дрожали. Он чувствовал себя странно спокойным, словно кто-то подменил его, и теперь он был лишь тенью самого себя.


– Будто я заснул на секунду, а проснулся в другой жизни.


Она кивнула, но её взгляд остался мрачным.


– Может, так и есть.


Тишина заполнила комнату. Но что-то в её словах заставляло его сомневаться. Не было ни признаков сбоя, ни скрытых сообщений. Всё выглядело слишком… нормально.


Он посмотрел на неё, пытаясь понять, не было ли это просто новой иллюзией.


– Ты уверена, что это реальность? – спросил он, глядя на её лицо.


Анита посмотрела в окно, её глаза отражали свет улиц.


– Я думаю, если это иллюзия, то не имеет значения, настоящая она или нет. Главное, что мы в ней живем.


Он кивнул, но в глубине души всё ещё было чувство, что что-то не так.


После перезагрузки мир стал казаться ещё более странным. Олег и Анита продолжали свои попытки понять, что происходит, но, казалось, реальность снова и снова подставляла им ловушки.


Они шли по улице, которая, казалось, не менялась: дома, кафе, люди – всё оставалось на своих местах. Но в воздухе витала какая-то странность, словно каждый шаг был лишён смысла.


Первым, что привлекло внимание Олега, был мужчина в сером пальто. Он стоял неподвижно на углу улицы, словно манекен, не двигаясь и не обращая внимания на происходящее вокруг. Олег попытался рассмотреть его лицо, но было невозможно зафиксировать, что на нём было. Его лицо словно расплывалось в пространстве, как вода, не имея ни черт, ни выражения.


– Видишь его? – тихо спросил Олег, не в силах отвести взгляд.


Анита посмотрела в том направлении.


– Да.


– И что?


Она посмотрела на него с выражением, которое он не мог разгадать.


– Значит, мы не ошиблись. Система снова следит за нами.


Как только они моргнули, мужчина исчез. Он словно растворился в воздухе, как тень.


Олег ощутил легкую дрожь. Это не могло быть случайностью.


– Нам нужно найти способ выйти отсюда, – сказала Анита, её голос был спокойным, но в глазах читалась решимость.


Олег вздохнул.


– А что, если выхода нет?


Она посмотрела на него с таким взглядом, что он почувствовал себя глупо за этот вопрос.


– Если нет выхода, значит, его нужно создать.


Прошло несколько дней, и они заметили, что город вокруг стал слишком… идеальным. Всё было слишком гладким, как отшлифованный металл. Люди двигались по улицам без спешки, машины ехали по заданному маршруту, и никто не сбивался с ритма. Ни одного случайного столкновения, ни одного незапланированного действия.


– Это кажется… неправдоподобным, – сказал Олег, ощущая, как этот порядок давит на него.


Анита огляделась, как бы проверяя, не происходит ли с ними что-то странное.


– Возможно, система решила убрать хаос. Она хочет, чтобы всё шло по плану.


– Но мы же часть этого хаоса, разве нет? Мы не можем быть такими же… идеальными, как всё вокруг.


Она не ответила. Но её молчание говорило больше, чем любые слова. Они оба понимали, что мир стал другой, и этот новый порядок был его заключением. Они были как частицы в идеально отлаженной машине.


Иногда истина скрывается в том, что кажется самым обыденным. Прямо перед ними, в этой абсолютной симметрии, было что-то пугающее. Всё в этом мире было лишено случайности. Но именно случайность, возможно, и делала жизнь настоящей.


…


Каждую ночь Олег всё чаще видел странные сны. Он стоял на берегу бескрайнего синего моря, и перед ним была лодка, которую он не мог достичь. Он пытался подойти к ней, но, как бы ни двигался, море не позволяло ему приблизиться. Оно было огромным и вечным, как сама жизнь.


Анита тоже видела сны.


– Вчера мне снилась лестница, уходящая в небо, – сказала она однажды утром. – Я поднималась всё выше, но чем дальше я шла, тем больше мир распадался. Чем выше я поднималась, тем меньше оставалось того, что можно было назвать реальностью.


– Как ты думаешь, это подсказка? – спросил Олег.


– Думаю, система пытается сказать нам что-то. – Она задумалась. – Может, мы находимся на грани. Но этой грани между реальностью и иллюзией больше не существует. Мы уже не знаем, что из этого правда.


Олег потер руки в карманах и тихо сказал:


– Может быть, мы и есть часть этого хаоса. Может, мы сами должны стать его двигателями.


Анита кивнула, её взгляд стал сосредоточенным. Она понимала, что каждая деталь в их мире – это следствие чьих-то действий. Но теперь всё зависело от того, смогут ли они освободиться от этого кода.

## Безымянный профессор

Профессор был безымянным. Для отчетов – просто инициалы. Для редких гостей – безразличная улыбка. Для себя самого – кто-то, кого он давно забыл.


Но он помнил свою цель.


В заброшенном комплексе на окраине города, среди облупленных стен и пыльных проводов, он создавал портал симуляций. Мир, который люди примут за реальность. Мир, в котором никто и никогда не догадается, что это не он настоящий, а что-то другое.


– Перекресток разума, – шептал он сам себе, сверяясь с чертежами.


Сон, в котором никто не осознает, что спит.


Он начал с простого. Взял умирающего. Бездомного, которого никто не хватится.


Подключил его к системе. Ввел программу в его мозг.


Субъект №1 проснулся в собственной квартире. Там, где никогда не жил. У него были ключи, были счета на его имя. Была работа в офисе, была жена, которую он узнал по каким-то обрывочным воспоминаниям, хотя в жизни ни разу не видел.


Но он не сомневался. Никто не сомневается.


Профессор следил за монитором, наблюдая, как сознание мужчины адаптируется. Как человек идет в магазин, выбирает продукты, расплачивается картой. Как возвращается домой, включает телевизор, погружается в рутину.


Все.


Точка невозврата.


Человек полностью поверил.


Эксперименты продолжались.


Он взял наркомана. Того, кто давно потерял контроль над жизнью. Дал ему реальность, где он был чист. Где у него был сын. Где он был нужен.


Ввел его в симуляцию – и наркоман впервые за долгие годы почувствовал себя счастливым.


Профессор наблюдал.


– Как долго? – пробормотал он.


Как долго искусственная реальность может заменять настоящую? Где точка разрыва? Когда человек начнет сомневаться?


Но он не сомневался.


Не до тех пор, пока однажды среди безупречных улиц своего нового мира не увидел женщину.


Женщину, которая смотрела на него не так.


Как будто узнавала.


Как будто знала.


Профессор не мог понять.


Система была автономной. Он сам написал алгоритмы. Никто не мог вмешаться.


Но женщина была везде.


Сначала просто взгляд. Потом слова.


– Ты не отсюда.


Мужчина в симуляции пытался не обращать внимания.


Но теперь мир казался… ненастоящим.


Как будто цвета стали тусклее. Как будто повторялись лица.


Как будто что-то сломалось.


Он начал замечать сбои. Фигуры людей застывали на мгновения. Бесконечные петли из слов.


Прекрасная иллюзия начала давать трещины.


Профессор закусил губу до крови.


Проблема.


Он перезапустил систему. Стер женщину из симуляции.


Мужчина забыл. Все стало, как прежде.


На какое-то время.


Но через неделю она вернулась.


– Ты слышишь меня?


Она говорила сквозь программный код. Она не должна была существовать.


Но существовала.


Она видела его.


Не того мужчину, что находился в симуляции. А самого профессора.


– Ты тоже там.


Он затаил дыхание.


– Ты думаешь, что создаешь симуляции. Но ты в одной из них.


Профессор медленно поднялся со стула.


Вокруг – лаборатория. Холодные экраны. Провода.


Он не помнил, как попал сюда.


Не помнил начала.


Как будто был здесь всегда.


Он вбил в систему код экстренного выхода.


Экран мигнул.


Ошибка.


Он попытался еще раз.


Ошибка.


Женщина стояла рядом.


– Ты не первый.


Его сердце замерло.


– Кто-то уже пытался выйти.


Профессор задыхался.


Женщина улыбнулась.


– Добро пожаловать в симуляцию.

…

– Ты лжешь.


Ему не хватило воздуха. Он ощутил, как комната сжимается. Экран перед ним замигал статическими шумами, цифры размылись.


Женщина не двигалась. Только наблюдала.


– Ты всегда здесь был.


– Нет. Я… Я все это создал.


Она наклонила голову.


– Кто сказал?


Он. Его память. Эти чертовы записи, тысячи часов, проведенные за созданием кода. Он помнил, как запускал первую симуляцию.


Но…


Когда именно он это сделал?


Какая была дата?


Какие цифры стояли в системе, когда он включил ее впервые?


Он кинулся к панели, стал лихорадочно пролистывать журналы системы, искать первый запуск.


Но файла не было.


– Должна быть ошибка.


Он вбил новую команду, запросил архивные логи.


Пусто.


Вся система, все коды, вся его работа всегда были здесь. Всегда работали. Но он не мог найти точку, где все началось.


Женщина сделала шаг вперед.


– Когда ты проснулся?


Он открыл рот, но не смог ответить.


– Когда в последний раз смотрел на небо? Не через экран, не через окно. Просто смотрел?


Он не помнил.


Профессор медленно отступил, наткнулся спиной на холодную металлическую стену.


Он должен выйти.


Только один способ.


Он поднял руку, ввел команду прямого отключения. Полное выключение. Принудительный выход.


СИСТЕМА ОТКАЗАЛАСЬ ИСПОЛНЯТЬ КОМАНДУ.


Его пальцы судорожно дрожали.


Он открыл код.


Строки. Тысячи строк, создававших миры, законы физики, сознания людей.


Но его имени там не было.


Женщина подошла ближе.


– Ты так старался создать идеальную симуляцию…


Она наклонилась к нему, прошептала:


– Но уже был в одной.


Реальность мигнула.


Комната начала растворяться.


Он закричал.


…


Темнота.


…


Он открыл глаза.


Чистая белая комната.


Руки на подлокотниках кресла.


Перед ним – монитор.


На экране загрузочная строка:


“Добро пожаловать в Симуляцию 37.

Статус: Активна.

Создатель: Н/Д.

Дата запуска: Неизвестно.”


Он не помнил, кто он.


Он не помнил, как попал сюда.


Но он знал, что должен создать портал симуляций.


И он начал.

## В поисках истины

Анита и Олег долго бродили по родному мегаполису, ничего вокруг не узнавая. Та же реальность, но все иначе. Почему друзья не узнают их? Куда пропали родные? Где она, прежняя реальность?


В библиотеке они встретили старика. Его волосы были седыми, а кожа покрыта сетью морщин, как страницы давно забытых книг. Он сидел за столом, перебирая пожелтевшие страницы, словно не замечая их, словно это было единственным занятием, которое приносило ему покой.


– Вы хотите узнать правду? – спросил он, не отрывая взгляд от книги. Его голос был хриплым, но ясным.


Олег посмотрел на Аниту, а она кивнула, давая ему знак, что они готовы услышать.


– Да, мы готовы, – сказал Олег, его голос был полон решимости, но внутри он ощущал странное беспокойство.


Старик поднял голову и взглянул на них своими усталыми глазами.


– Тогда скажите: вы действительно готовы её принять?


Анита сжала его руку, и её взгляд стал более серьёзным.


– Какую цену нам придется заплатить?


Старик улыбнулся, но это была не совсем доброжелательная улыбка. Это была улыбка человека, знавшего, что дальше будет.


– Только одну: вы больше никогда не сможете быть уверены в том, что реально, а что нет.


Олег почувствовал, как его сердце заколотилось. Это было как признание в том, что реальность и иллюзия больше не имеют различий. Они стали частью одного и того же пути, который невозможно отменить.

…


На следующий день мир снова изменился. Улицы стали странными и искаженными. Фонари стали появляться в местах, где их не должно быть, а дома меняли свои цвета. Люди повторяли одни и те же фразы, как если бы они были записаны на каком-то старом носителе.

– Глюк, – тихо сказала Анита, её глаза были полны тревоги.


Олег провёл пальцем по экрану телефона. На нем высветились только нули. Каждая цифра, каждое слово, которое они видели, исчезало, как иллюзия.


– Нам нужно поторопиться, – сказал он, ощущая, что время уходит.


Но вопрос был в другом: куда именно?


Они начали ощущать, что этот мир стал ещё более уязвимым, чем когда-либо. Они не знали, что скрывается за следующей дверью, но и не могли стоять на месте. Им нужно было идти вперёд, чтобы найти ответы, даже если столкнутся с неизбежным.

…


Они не помнили, сколько времени прошло с тех пор, как прошли через портал в первый раз. Кажется, весь мир стал зеркалом, отражающим их собственные сомнения и страхи. Когда они нашли заброшенный дом на окраине, сразу же почувствовали – это оно, то самое место, куда их ведёт невыразимое нечто.


Заброшенный дом был как пустой сосуд, не содержащий ничего, кроме тени прошлого. Внутри царила тишина, нарушаемая только их шагами. В одном из углов стояла дверь. Простая деревянная дверь, невзрачная и старая, но что-то в ней казалось не таким, как должно быть.


Анита подошла к двери и осторожно прикоснулась к её ручке. Ручка была холодной, как лёд, и Аните почувствовала странную вибрацию.


– Если мы откроем её, пути назад не будет, – сказала она, её голос звучал напряжённо.


Олег посмотрел на неё. Оба знали, что еще один поворотный момент наступил прямо сейчас. Здесь не было времени для колебаний. Всё, что можно было сделать, это шагнуть туда, где их ожидала неизвестность.


– Мы уже слишком далеко зашли, – ответил Олег, держа её за руку. – Нужно двигаться вперёд.


Они открыли дверь.


За дверью оказался совершенно иной мир. Не тот, который они знали, а нечто большее, нечто без форм и границ. Пространство, наполненное светом и туманом одновременно. В воздухе висела тишина, как будто всё вокруг наблюдало за ними. И в самом центре этого пространства стоял человек.


Он был высоким, одетым в простую рубашку и брюки. Его лицо было обычным, таким, что невозможно было запомнить его черты. Он мог быть кем угодно, и в то же время – никем.


– Вы пришли за ответами? – спросил он, его голос был спокойным, но в нём ощущалась власть.


Анита сделала шаг вперёд.


– Ты создал этот мир? – спросила она, её глаза не отрывались от его.


Он кивнул.


– Да. Я создал его. И я создал вас.


Олег почувствовал, как его сердце сжалось. Всё, что он знал, оказалось ложью. Они были частью чего-то гораздо большего. И теперь он стоял перед тем, кто был ответственен за их существование. Неужели всё так и есть?


– И что теперь? – спросил он, не скрывая тревоги в голосе.


Создатель Игры посмотрел на них с интересом.


– Вопрос не в том, что теперь. Вопрос в том, чего хотите вы.


Олег молчал. Его мысли метались, он не знал, как правильно ответить. Анита стояла рядом, её взгляд был сосредоточенным. Она понимала: это был момент, когда им нужно было принять решение, меняющее ход событий.


– Вы можете перезапустить мир, – продолжил Создатель. – Стереть всё и начать заново. Начать всё с чистого листа.


Олег замер. Он почувствовал, как его разум борется. Перезапуск мира… Это могло означать уничтожение всего того, что они знали ранее, всего, что было им дорого. Но также это могло дать шанс на нечто лучшее.


– А если мы этого не сделаем? – спросил он.


Создатель Игры улыбнулся.


– Тогда всё продолжится. Вечно. Вы будете жить в этом цикле бесконечно, пока не станете частью программы.


Олег почувствовал, как мир вокруг начинает вращаться, как его сознание начинает сдаваться под тяжестью этой неизбежности. Всё, что он когда-то знал, было частью этого мира. Но, возможно, его решение – верное. И лишь оно могло разорвать цикл.

## Кроличья нора

Анита посмотрела на Олега. Её глаза были полны решимости.


– Мы должны решить.


Олег вспомнил её слова, которые она говорила ему в момент их первого осознания симуляции реальности: "Любовь – единственная вещь, которую программа не может подделать." Эти слова звучали в его голове как эхо, как ответ на вопрос, который мучил его всю сознательную жизнь.


– Что, если мы просто уйдем? – спросил он, его голос был тихим, но решительным.


Создатель Игры приподнял брови, как будто это было неожиданным поворотом.


«– Такое возможно», – сказал он. – Вы можете запросто уйти, оставить всё позади. Но вы должны понимать, что уход отсюда необратим. Вы никогда не станете прежними.»


Олег посмотрел на Аниту, и её взгляд был ответом на все вопросы. Они выбрали друг друга. Все испытания, которые им уже пришлось пройти вместе, обрели смысл. И выбор был их собственным.


«– Тогда… мы выбираем идти дальше через портал», – сказал Олег.


Анита взяла его за руку. Их пальцы переплелись, и в этот момент они оба почувствовали, что их любовь – нечто большее, чем просто чувство. Это было оружие против системы, против самого мира, который их окружал.


Создатель Игры кивнул. Он не сказал больше ни слова, но в его глазах проявилось нечто, заставившее Олега почувствовать: они сделали правильный выбор.


…


Олег открыл глаза первым. Анита очнулась спустя пару минут.


Мир был прежним.


Или новым?


Олег встал и подошёл к окну. Город такой же, каким он его помнил. Дождь падает на асфальт, люди спешат по своим делам. Но снова что-то в этом было совершенно другим. Он чувствовал – мир опять изменился, хотя внешне ничего не было заметно.


Анита сжала его руку.


– Мы сделали это? – спросила она, её голос был полон надежды.


Олег с теплотой посмотрел на неё.


«– Мы сделали это», – сказал он с уверенностью, которой не было раньше.


Он не знал, что ждёт их в новом мире, но был готов ко всему, в том числе и к новым загадкам, которые предстоит разгадывать на ходу. Потому что теперь, наконец, они были свободны, как казалось на первый взгляд. Навскидку они больше не ощущали себя частью программы, им казалось, что именно сейчас они сами создают свою реальность.


И, возможно, в этом и заключалась суть свободы.


…


Мир, в котором они оказались, был одновременно знакомым и чуждым. Всё на своих местах: люди ходят по делам, машины двигаются по привычным маршрутам, но внутри Олега всё дрожало. Он чувствовал фальшь и подвох. И это не был страх перед тем, что их выбор оказался ошибкой. Было ощущение, будто они что-то упустили, что за каждым углом скрывается нечто большее.


– Ты что-то странно выглядишь, – заметила Анита, её голос звучал мягко, но в нём ощущалась настороженность. Она стояла рядом, наблюдая за ним, как и всегда, когда он уходил в себя.


Олег повернулся и посмотрел вроде бы на неё, как будто мимо. Он был поглощён своим раздумьями.


«– Возможно, я ошибаюсь», – сказал он наконец. – Но мне кажется, мы не смогли сбежать от всего и попали в какую-ю то параллельную симуляцию, в еще более странный сценарий.


Анита не сразу ответила. Она подошла к окну и посмотрела на город, такой же, каким они его знали. В её глазах мелькала искра понимания – она тоже почувствовала, что мир за этим окном – странный.


– Мы не можем выбраться из этого, Олег. Даже если мы думаем, что сделали правильный выбор, реальность всё равно продолжит нас обманывать. Мы живем в том, что нам дали, и что мы можем с этим сделать? Пройти через портал, нарушить границу своей реальности… мы сами приняли решение!


Олег снова задумался. Он вспомнил все моменты, которые привели их сюда. И всё это теперь казалось таким бесполезным. Время текло, и, возможно, они просто продолжали идти по тому же пути, но с разницей в том, что теперь они были более осознанными.


«– Это не конец», – сказал он наконец, словно пытаясь убедить самого себя.


…


Тем не менее, в их жизни что-то изменилось. Несмотря на внешнюю стабильность мира, который они приняли как новый, Олег начал видеть вещи, которые сложно объяснить логически. Это были простые, но странные вещи. Когда он однажды проходил мимо витрины с газетами, ему показалось, что одна из них начинала двигаться, как если бы кто-то пытался скрыть определённое слово или фразу. Он приблизился, но газета была обычной, как всегда.


– Ты видел это? – спросил он Аниту.


Она кивнула.


– Да, я заметила. И это не просто совпадение.


И так было снова и снова. Маленькие несоответствия, складывающиеся в тревожную картину. Всё было таким же, но в то же время мир казался слегка искажённым.


– Мы можем лишь наблюдать. – повторяла Анита в любой непонятной ситуации. Олег лишь кивал в ответ.


И вот однажды, в самый обыденный момент, когда они пришли в кафе, заказали кофе с пирожными суфле, сели за свободный столик, рядом с большим окном. За столом напротив них сели двое людей. Женщина и мужчина. Анита и Олег не видели их ранее, но Олег почувствовал странную эмоцию. Это было дежавю. Где он их видел? Лица были слишком правильными, черты – идеальными, как будто они были созданы нарочито искусственно, как куклы.


Мужчина поднял глаза, и его взгляд пересекся со взглядом Аниты и Олега.


– Вы тоже ищете ответы? – голос был странным, будто его только что сгенерировали.


Олег почувствовал, как кровь отлила от его лица.


– Кто вы? – спросил он, пытаясь скрыть тревогу.


Незнакомка улыбнулась. Это была не настоящая улыбка, а тень улыбки.


– Мы всегда рядом, Олег. Всегда рядом, – ответила она.


Анита ощутила, как её рука, держащая чашку с кофе, дрогнула.


– Ты это чувствуешь? – шепотом спросила она.


Олег кивнул.


– Мы снова не одни.

## Кошмар экспериментатора

Профессор не помнил своего имени.


Но помнил свою цель.


Система уже работала. Чистая, совершенная. Миры, в которых люди жили, любили, страдали – и никогда не сомневались.


Он вглядывался в экран, словно в пропасть, из которой не было выхода.


Но кто наблюдал за ним?


Этот вопрос не давал покоя. Он знал код. Знал алгоритмы. Знал, как сознание адаптируется к виртуальному пространству, не отличая его от реальности.


Но он не знал, кто нажал кнопку "Старт".


Не знал, чей голос звучал у него в голове.


> "Ты всегда здесь был".


Женщина…


Ее не должно было быть. Но она появилась. Дважды.


Он провел рукой по монитору, запуская сканирование. Поиск сбоя. Поиск источника "аномалии".


Ответа не было.


Ему нужно было доказательство. Нужно было понять, действительно ли он внутри симуляции.


И если это так…


Кто тогда настоящий?


Он запустил новый эксперимент.


Создал симуляцию, но не для другого человека – для себя.


Погрузился в мир, который должен был быть идентичным реальному. Ввел себя в программу, наблюдая за каждой деталью.


Должны быть паттерны. Должны быть повторения.


Он шел по улицам, наблюдая за прохожими. Продавцы улыбались одинаковыми улыбками, машины двигались с идеальной ритмичностью.


Он остановился перед витриной кафе.


Заглянул внутрь.


Женщина…


Она сидела за столиком. Пила кофе.


И смотрела прямо на него.


Внутри что-то оборвалось.


– Кто ты? – спросил он, подходя ближе.


Она не ответила.


Просто улыбнулась.


Как и в прошлый раз.


Он вытянул руку, чтобы коснуться ее, но в этот момент мир разлетелся на осколки.


Выход.


Он снова сидел в белой комнате перед экраном.


Руки дрожали.


Он открыл код.


Пролистал сотни строк. Тысячи строк.


Женщина была там.


Строки кода, связанные с ней, существовали. Но они не имели источника.


**Самопорожденный объект.


Он создал сотни симуляций. Тысячи. Идеальные, подчиненные его воле.


Но она не подчинялась.


Она была чем-то иным.


Чем-то, что понимало больше, чем он.


Значит, можно выбраться.


Если он действительно внутри симуляции, значит, должен быть выход.


Он запустил код, ищущий "корневой процесс" – тот, что управляет его реальностью.


Код вспыхнул на экране, высвечивая длинные математические формулы.


А потом…


Ошибка.


Файл заблокирован.


У вас недостаточно прав.


Его сердце застучало быстрее.


Кто-то ограничил доступ.


Кто-то выше его.


– Кто ты, черт возьми? – прошептал он, глядя в монитор.


И тогда раздался голос.


– Ты правда хочешь узнать?


Женщина стояла за его спиной.


Но он не вводил ее в эту симуляцию.


Она пришла сама.


Он обернулся медленно, словно боялся, что реальность разлетится на части.


Она смотрела на него.


Но теперь – по-другому.


Без насмешки. Без загадки.


С состраданием.


– Ты не первый, – сказала она. – И не последний.


Его голос сорвался:


– Кто ты?


Она вздохнула.


– Я такая же, как ты. Тоже пыталась выйти. Тоже искала ответы.


– И что? Ты выбралась?


Ее взгляд стал тяжелым.


– Нет.


Воздух в комнате стал гнетущим.


– Почему?


– Потому что выхода нет.


Тишина заполнила пространство.


Он хотел закричать, но звук застрял в горле.


– Это невозможно, – выдохнул он. – Все системы имеют точку входа и точку выхода. Все…


Она покачала головой.


– Не эта.


Он почувствовал, как его сознание сжимается.


Как будто мир вокруг стал еще теснее.


– Тогда… кто создал это?


Женщина посмотрела на него.


– Тот, кто за гранью.


Он судорожно вздохнул.


– Где эта грань?


Она приблизилась.


– Ты готов увидеть?


Готов ли он?


Он не знал.


Но выбора не было.


Женщина протянула руку.


– Тогда иди.


Он сделал шаг.


Мир разлетелся на пиксели.


…


…


…


Он открыл глаза.


И не понял, что видит.


Реальность не имела формы.


Перед ним простиралось нечто.


Огромное. Чуждое.


Код.


Живой, переливающийся, бесконечный поток данных.


Он чувствовал, что кто-то смотрит на него.


> "Ты всегда был здесь".


Но теперь он видел.


И понимал.


Женщина стояла рядом.


– Добро пожаловать за грань, – сказала она. – Ты хотел узнать правду?


Ему не хватало воздуха.


– Правда… о чем?


Она посмотрела вверх.


Он проследил за ее взглядом.


И увидел экран.


Огромный, заполняющий все пространство.


На нем было написано:


"Симуляция 1.

Статус: Активна.

Создатель: Неизвестно.

Дата запуска: Неизвестно."


Он был в первой симуляции.


Он всегда был в ней.


Его сознание рухнуло.


– Этого не может быть.


Женщина усмехнулась.


– Вот почему выхода нет.


Он почувствовал, как исчезает.


Как мир стирает его сознание, оставляя новую версию.


И в последний миг перед тем, как раствориться, услышал голос.


“Добро пожаловать обратно.”

## Узнай меня!

Профессора затягивало в глубину воронки разрушающейся симуляции.


Сознание рассыпалось, стираясь, как песок в водовороте информации.


Но перед тем, как его личность растворилась, перед тем, как остался только пустой код, женщина шагнула вперед.


– Ты еще нужен.


Мир содрогнулся.


Он не исчез.


Она остановила процесс.


– Что… что ты сделала?


Она смотрела на него, как хирург на больного перед серьезной операцией.


– Я дала тебе шанс.


Профессор с трудом сфокусировал взгляд. Сердце сжимал страх, но в глазах женщины не было угрозы.


– Какой шанс?


Она подняла руку. Пространство вокруг изменилось. Белая комната, в которой он находился, развернулась, исчезая в темноте. Впереди показался другой экран.


На нем была его симуляция.


Его город. Его мир.


– Ты должен найти меня, – сказала она.


– Но ты же здесь, передо мной.


Она отрицательно покачала головой.


– В твоей симуляции я – девятилетняя девочка.


Он моргнул.


– Что?


– Ты сам создал меня, – продолжила она. – Или тебе казалось, что создал. Но я всегда была там.


Ему стало холодно.


– Где мне тебя искать?


– Я не знаю, – честно ответила она. – Код меняет меня в каждом новом цикле. Иногда я в приюте. Иногда в школе. Иногда одна на улице.


Он сглотнул.


– И что мне с тобой делать?


Она посмотрела на него внимательно.


– Отправь меня в портал.


Профессор нахмурился.


– Зачем?


– Чтобы я нашла ключ.


Он сжал пальцы в кулак.


– Ключ к чему?


Она сделала шаг вперед.


– К Создателю.


Воздух сгустился.


– К главному Создателю всех симуляций.


Он не мог дышать.


– Ты хочешь сказать, что есть кто-то выше… всех нас?


Она кивнула.


– Ты думал, что создавал миры. Но твои миры – только копии. Как и ты.


Он сделал шаг назад.


– Я…


– Если хочешь понять правду, помоги мне.


Он покачал головой.


– Как мне убедить тебя пойти со мной, если ты будешь просто ребенком?


Она улыбнулась.


– Скажи мне код-слово.


– Какое?


– Читер.


Он замер.


– Это было моё прозвище в школе, – сказала она. – Так называли меня друзья. Никто, кроме них, не знал.


Профессор смотрел на нее, чувствуя, как по коже ползут мурашки.


– Как…


– Если ты скажешь это слово, я вспомню.


Она протянула руку.


– Ты готов?


Он не знал.


Но выбора не было.


Он нажал кнопку "Вход в симуляцию".


…


Профессор стоял на улице.


Обычный город. Обычные люди.


Но теперь он знал, что все это не настоящее.


Он огляделся. Школы, дома, улицы. Где искать девочку?


Он не мог просто перебирать каждого ребенка в городе.


Но если код изменяет ее местоположение каждый раз… значит, должна быть одна неизменная деталь.


Школьное прозвище!


Он двинулся к ближайшей школе.


Дети бегали по двору, смеялись, кричали. Он не знал, там ли ищет, но должен был найти ее.


– Ты кого-то ищешь?


Он обернулся. Учительница.


– Да, – сказал он. – Девочку по прозвищу Читер.


Женщина нахмурилась.


– Почему вы спрашиваете?


– Это важно.


Она колебалась.


– У нас есть одна девочка… Но почему вас это интересует?


– Просто… позвольте мне с ней поговорить.


Женщина изучала его лицо, но кивнула.


– Подождите здесь.


Она ушла.


Через минуту перед ним стояла она.


Девятилетняя девочка.


Светлые волосы. Карие глаза.


Она посмотрела на него с подозрением.


– Кто вы?


Он наклонился ближе.


– Читер.


Она замерла.


Глаза широко раскрылись.


– Что ты сказал?


– Читер, – повторил он.


Девочка задрожала.


– Откуда ты… откуда ты знаешь?


Она вспомнила. Черт возьми, она вспомнила!


– Идем, – сказал он. – У нас мало времени.


Она боялась.


…


Но профессор знал. Женщина была права.


Все симуляции – часть чего-то большего.


И только она могла найти ключ.


Но был один вопрос, который не давал ему покоя.


Что будет, если ключ откроет не дверь… а клетку?


Профессор знал, что у него мало времени.


Он не мог просто забрать девочку силой – школа охранялась, вокруг были учителя, ученики.


Поэтому он сделал проще.


Подошел к ней во время перемены и тихо сказал:


– Если пойдешь со мной, ты узнаешь правду.


Девочка колебалась.


– А если я не хочу?


– Тогда никогда не поймешь, зачем ты здесь.


Она сжала кулачки. В ее взгляде мелькнул страх, но больше – любопытство.


Она кивнула.


Они ушли, пока никто не заметил.


…


В лаборатории он дал ей кукол.


– Играй.


– Я не ребенок.


– Ты девятилетняя девочка. Играй.


Она нахмурилась, но взяла одну куклу в руки.


– Зачем?


– Это поможет тебе привыкнуть.


Она смотрела на него с недоверием, но не спорила.


Он наблюдал.


Он должен был понять, как сознание реагирует на перенос.


И тогда он включил портал.


…


Первый запуск.


Она вошла в симуляцию.


Вышла невредимой.


– Это странно, – сказала она. – Как будто я сплю, но не понимаю этого.


Второй запуск.


Она вернулась задумчивая.


– Что-то изменилось.


– Что?


– Не знаю.


Третий запуск.


Она сидела молча, глядя в пустоту.


Четвертый.


– Как тебя зовут? – спросил он.


Она медленно повернула голову.


– Я…


Замешательство.


– Не знаю.


Пятый запуск.


Когда она вернулась, в ее глазах не было осмысленности.


Она смотрела сквозь него.


Профессор встряхнул ее за плечи.


– Ты меня слышишь?


– …


– Как тебя зовут?


Она молчала.


– Ты помнишь, зачем ты здесь?


Она склонила голову набок, словно не понимая, о чем он говорит.


Память стёрлась.


Он почувствовал, как по спине стекает холодный пот.


Что-то пошло не так.


…


Полиция пришла ночью.


Лаборатория была спрятана, но кто-то сообщил.


Дверь вынесли с одного удара.


– Руки вверх!


Профессор не сопротивлялся.


На камеру он выглядел как похититель ребенка.


Они нашли девочку.


Та сидела на полу с куклами в руках.


– Как тебя зовут? – спросил один из офицеров.


Она подняла пустой взгляд.


– Я не знаю.


…


Родители плакали, обнимая дочь.


Профессора увезли в наручниках.


– Кто ты? – спросил следователь, глядя ему в глаза.


Профессор молчал.


Он больше не был уверен в ответе.


Он не был уверен, кто он.


Его посадили в одиночную камеру. Белые стены. Узкое окно с решеткой.


За окном шел дождь.


Но он не помнил, когда видел дождь в последний раз.


Он не помнил, как его поймали.


Он не помнил…


Имя?


Он зажмурился, пытаясь вспомнить.


Но память была пустой.


Как у девочки.


Как у неё после пятого запуска.


Он замер.


Если он тоже потерял память…


Был ли он когда-то вне симуляции?


…


Дверь открылась.


– У вас посетитель.


Его вывели в комнату для допросов.


За стеклом стояли двое: мужчина и женщина.


Её родители.


– Где наша дочь? – спросила женщина.


Профессор моргнул.


– Она с вами.


– Нет, – мужчина сжал кулаки. – Это не наша девочка.


Он почувствовал, как в груди сжалось.


– Что?


Женщина заплакала.


– Она не помнит нас. Она не помнит себя.


Мужчина вцепился в край стола.


– Что ты с ней сделал?!


Профессор смотрел на них, ощущая растущее беспокойство.


– Я…


Он не знал.


Он не помнил, что именно сделал.


Он не помнил, с чего все началось.


Как будто кто-то стер и его память тоже.


…


Девочка сидела в своей комнате.


Её окружали игрушки, альбомы, фотографии с родителями.


Но в душе было пусто.


Она не знала, кто они.


Она не знала, кто она.


Ночью она встала, подошла к зеркалу.


Посмотрела на свое отражение.


Тихо пробормотала:


– Читер.


Ничего не изменилось.


Но где-то в глубине сознания что-то дрогнуло.


Как будто мир дал трещину.


…


Где-то в белой комнате мужчина проснулся.