# В рабстве у инцела

Лиза Ошо

Эшли не повезло привлечь внимание своего однокурсника, ненавидящего женщин. Она и не знала, как далеко он зайдет в своих чувствах, но уже скоро она окажется в его подвале и подвергнется сексуальным пыткам, испытывающим ее тело и разум на прочность. Удастся ли ей сохранить ясный ум и адекватность, или она поддастся безумию своего мучителя?

## 1

Эшли заинтересованно смотрела на профессора Коллинза, который рассказывал своим студентам о теории вероятности. Это был молодой мужчина, способный увлечь любого, но только в том случае, если его были готовы слушать. Его класс не был к этому готов; сидящая за первой партой, девушка только и слышала крики и шепотки, и переодически ощущала, как брошенный клочок бумаги касается ее спины.

Она раздраженно повернулась, рассматривая однокурсников. Все они казались ей идиотами, животными, и бестолочью, непонятно как попавшими в приличное заведение. В любом случае, она бы не имела ничего против них, если бы они не мешали ей учиться; но люди, не желающие впитывать в себя знания, думали, что и другим это ни к чему.

Ее взгляд на секунду остановился на Джонатане, парне, который стремился получить образование так же сильно, как она. Несмотря на это, они не были друзьями или приятелями; загадочный однокурсник ни с кем не вел дружеских бесед, а болтовне с другими в столовой он предпочитал компанию своего телефона, всегда стоявшего на беззвучном режиме.

Эшли отвернулась, когда профессор начал чертить что-то на доске. Засмотревшись на красивого парня, она не понимала, почему он всегда был один. Обычно вокруг таких толпы девчонок… Ну, я не хочу быть среди них, так что неважно.

Прозвенел звонок, и все начали торопливо собирать свои вещи. После этой пары они будут слушать литературную лекцию от зануды миссис Кинс, поэтому девушка не спешила на ланч в столовой.

Она раздраженно открыла рот, намереваясь что-нибудь сказать, но Джонатан, толкнувший ее плечом, даже не обернулся, чтобы снабдить ее виноватым взглядом. Видимо, поэтому он и один… Козел. Ну, может, он не заметил..? Девушка попыталась оправдать его в своих мыслях. Сложно не заметить, как толкнул кого-то плечом…


Эшли сидела за столом с двумя подругами, Кайли и Деброй. Она жевала красное яблоко, пока подруги пили сок. К сожалению, у них были разные направления и оттого расписания, поэтому виделась она с девушками только во время ланча. Ну… Зато меня никто не отвлекает. Может, и у этого Джонатана есть друзья с других курсов? Хотя, почему я об этом думаю? И вон он, один сидит. Девушка вытянула шею, выглядывая парня, что-то набирающего на телефоне.

Она смущенно потупила взгляд, когда увидела, как он смотрит на нее. Видимо, заметил, как я на него пялюсь. Какой позор, Эшли, какой позор…

– Все ок, Эш? – ее подруга задержала взгляд на покрасневшем лице.

– Да… – она заговорила шепотом, – видите того парня? – девушка кивнула на Джонатана, уже вернувшего свое внимание на телефон, – он заметил, что я на него пялюсь…

– Ну, подруга! – Дебра засмеялась, – Подарю тебе бинокль, чтобы пялиться на него из-за кустов.

– Уж спасибо, – Эшли угрюмо откусила кусочек яблока и положила огрызок на поднос.

Они продолжили обсуждать университетские мелочи, и Эшли совсем забыла о том, где была. Она совершенно не обращала внимания на окружающих ее людей, на Джонатана, заинтересованно рассматривающего ее подрагивающую от смеха спину.


Девушка зашла в класс, усаживаясь за первую парту и доставая ручку с тетрадкой. Она была намерена законспектировать все, что сможет, перед тем, как заснуть от скуки.

– Итак, студенты, – миссис Кинс встала из-за стола, – сегодня мы будем обсуждать творчество Джека Лондона, – женщина оглядела присутствующих.

– Начнем с того, что… – Эшли пыталась сосредоточиться на словах женщины, но разговоры однокурсников за спиной отвлекали ее. Она неизбежно скатывалась в свои мысли, думая о прошлом и будущем. Тревога быстро нагоняла ее, когда она теряла фокус с настоящего, и теперь Эшли нервно теребила ногти, пытаясь справиться с чувствами.

– Мисс Эверс, вы меня слушаете? – морщинистая рука профессора легла на ее парту.

– Да, да, слушаю! – девушка дернулась, выпадая из фантазий.

– А когда он начал… – профессор продолжила рассказывать о писателе, а рука Эшли неконтролируемо выводила символы и буквы, рисуя мелкие картинки на страницах тетради.

Она испуганно дрогнула, когда словно из ниоткуда прозвенел звонок.

Эшли взяла сумку и решила сходить в столовую, передохнуть перед лекцией по философии.


– Здесь не занято? – она подняла голову от шоколадного брауни, когда услышала смутно знакомый голос.

– Нет, садитесь… Джонатан? – глаза девушки округлились.

– О, вижу ты уже знаешь, как меня зовут, – он улыбнулся, – я просто хотел сказать, что так восхищен твоими знаниями по литературе…

– Да? Спасибо! – девушка улыбнулась с набитым ртом.

– Может, ты поможешь подготовиться мне к экзамену? – он положил локти на стол.

– Помогу, конечно! Не вопрос! Сегодня? – Эшли оживилась.

– Давай завтра. У меня дома, – парень взял телефон однокурсницы, лежащий на столе, и разблокировал его, внося свой номер телефона.

– Окей, – девушка откусила кусочек пирожного.

Забив свой номер в ее телефонную книгу, парень молча ушел, удивив этим Эшли. Странный такой… Ну, неважно, не каждый день мне комплименты делают! Поклонникам простительно.

Девушка доела брауни, смотря в спину загадочного парня. Через пару минут ей пришло сообщение от «Джонни», содержащее адрес.

– Джонни? Шустрый, однако… – девушка сделала глоток сока.


Эшли закончила слушать лекцию по философии, замечая, что парень не явился в класс, хотя у них был одинаковый курс. Девушка быстро собралась, спеша в общежитие, и дошла до туда почти ползком, настолько она была вымотанной, хоть и груз знаний в сумке не добавлял ей легкости.

– Как день провела? – Дебра, которая разделяла с ней одну комнату, поприветствовала подругу.

– Нормально… Завтра пойду помогать парню, на которого пялилась, готовиться к экзамену по литературе, – она зевнула.

– Да? Что может быть романтичнее… – девушка рассмеялась.

Эшли легла спать, после того, как прочитала пару страниц учебника по философии; не хотелось ударить в грязь лицом перед своим новым учеником, с которым она уже будет заниматься завтра вечером.

## 2

Эшли села за парту, готовясь к новой лекции по литературе; она заметила, что Джонатана снова не была в классе, и подумала, не заболел ли он. Потом ему напишу, вечером, а сейчас мне надо сконцентрироваться, а то и мне придется попросить кого-то позаниматься со мной…

Девушка слушала профессора вполуха, все еще думая о парне. Она не была из тех, кто постоянно думает о мальчиках, да и не думала о нем в романтическом смысле, но не могла выбросить однокурсника из головы. С глаз долой – из сердца вон работает не всегда… Хотя, он у меня и не в сердце! Застрял в голове, а это уже совсем разные вещи.

Эшли просидела до конца лекции, идя в столовую с туманом в голове. Парня снова не было, и она решила уточнить, состоится ли встреча:

«Привет! Это Эшли. Все в силе?»

«Привет, да.»

Девушка теребила телефон в руках, отчего-то неуверенная в себе и в своих знаниях. Джонатан казался таким умным, что на его фоне она не понимала, чему она может его научить; да он наверное сам все знает, просто хочет посмеяться надо мной… Хотя, зачем ему это делать? Он же не такой, как другие… Он… Взрослый.

Эшли быстро дожевала салат, убегая на новую лекцию. Ей нельзя было опаздывать, и сама она не любила, когда опаздывают. Девушка всегда была вовремя, и уже сейчас, за час до встречи у Джонатана дома, тщательно распланировала маршрут, учитывающий все остановки и переходы, чтобы постучать в дверь парня как они и договаривались, ровно в шесть часов вечера.


Дослушав последнюю на сегодня лекцию, девушка взяла сумку и ушла в уборную. Она не красилась, лишь иногда закрепляя непослушные брови гелем, но сейчас захотела подчеркнуть свои длинные ресницы тушью. Я же не пытаюсь понравиться ему… Нет, вовсе нет… Я просто… Эм… Ну, может и пытаюсь, совсем немного, так, чуть-чуть.


Эшли стояла перед дверью; металлическая, сделанная не из дерева, как большинство американских дверей, девушка заинтересованно потрогала гладкую поверхность. Зачем ему такая крепкая дверь? Боится грабителей или сам? Эшли, не наговаривай на других! Человек просто заботится о своей безопасности, вот и все.

Посмотрев на наручные часы, и увидев цифру 18:00, девушка нерешительно постучала. Она редко бывала у кого-то в гостях, и сейчас чувствовала себя неловко.

– Эшли. – парень посмотрел на нее, прищурившись, – проходи.

– Привет… – она забежала в дом, как кролик в клетку.

Внутри было чисто и светло; дом был маленький, и словно пустой. Девушка не увидела никаких маленьких безделушек, картин на стенах, всего того, что говорило бы о том, что тут кто-то живет.

– Ты такая пунктуальная… – он сел на маленький диванчик.

– Спасибо… – Эшли потерла шею.

– Я видел, как ты стояла перед дверью, выжидая время. Садись, – сказал Джонатан, словно строгий учитель любимому ученику.

– Правда? – удивленная, девушка сидела совсем рядом с парнем.

– Да. Начнем, пожалуй. Как ты относишься к нынешнему состоянию общества? – спросил он, откинувшись на спинку дивана.

– Я? Эм… А причем тут я? Может, тебя больше интересует марксистский взгляд на вещи? Ну, с учетом того, что у нас в стране капитализм…

– Нет, меня не интересует марксистский взгляд на вещи, как ты это называешь. А вот насчет капитализма… Как ты думаешь, кому легче живется в сегодняшнем обществе: мальчику или девочке? Парню или девушке? Мужчине или женщине? Дедушке или бабушке?

– Что? – она издала нервный смешок, не понимая, о чем он говорит, – ну я не могу сказать прям сразу, надо подумать… Ну ты же понимаешь, что я все-таки девушка, а ты парень, и из чистой солидарности к своему полу и из своего жизненного опыта каждый из нас может сказать то, что другому не понравится…

– Ты не заговаривай мне зубы, а отвечай на вопрос, – Джонатан раздраженно на нее посмотрел, словно видел насквозь ее попытки сменить тему.

– Нет, ну я не могу так ответить… – она затеребила край своего рукава.

– ОТВЕЧАЙ! – Эшли испуганно дернулась, когда парень закричал ей прямо в лицо.

Она попыталась встать, но рука однокурсника цепко лежала на ее бедре.

–– Ты знаешь, я пожалуй пойду, – девушка попыталась убрать ладонь с ноги, но парень не желал ее отпускать.

– Ты никуда не пойдешь, – он смотрел на нее пристально, не моргая, и Эшли стало страшно.

Девушка со всей силы толкнула парня, заставляя его упереться в спинку дивана, и воспользовавшись ситуацией, она схватила свою сумку и выбежала из его дома. Удивительно, что он не запер дверь… Черт… Что это сейчас было?

Ее телефон вибрировал, и она была уверена, что знает, кто ей звонит. Потом, в общежитии, она просмотрит пропущенные, а сейчас ей надо просто бежать; бежать, не позволяя парню переубедить ее, не дать его сладкому голосу заставить ее поверить в то, что она все не так поняла. Я все поняла так, как именно оно и было: он хотел меня изнасиловать! Какой же это пиздец… Я думала, что это все сказки, что почти каждую девушку как-либо кто-то да домогался… Может, он не хотел меня изнасиловать? Может, я не одна из тех девушек, которых хотят изнасиловать? Ну пожалуйста… Но в любом случае, он положил свою руку на мое бедро… Но это же не значит, что он собирался меня изнасиловать? Не значит же?!

Эшли стояла на автобусной остановке, запыхавшаяся и испуганная. Она не знала, что делать дальше, и стоит ли что-то делать. Она добровольно пошла к однокурснику домой и он… Положил руку ей на бедро. Девушка понимала, как это звучит, и догадывалась, что даже если она попытается куда-то пожаловаться, над ней только посмеются. Но мне придется видеть его каждый день… Проходить мимо него… Да даже если меня воспримут всерьез, за такое не садят в тюрьму и не исключают из университета, а я не думаю, что Джонатану понравится внимание к его действиям… А что, если он будет мстить? Зажмет меня в углу туалета, и сделает то, в чем я его действительно обвиняю? Нет, я должна молчать… И надеяться, что это не повторится… У меня больше нет выбора… Надо будет просто избегать Джонатана, и все будет хорошо… Я надеюсь.

Девушка уселась в автобусе, едя длинной дорогой домой, в общежитие и в теплую кровать, страдать от тревожной бессонницы и слушать методичный храп Дебры. Она выдохнула, и решила проверить телефон. Не считая двенадцать пропущенных, у нее было тридцать новых сообщений в мессенджере.

«Эш, ты чего? Я же пошутил»

«Слушай, извини, если ты что-то восприняла не так, как это было на самом деле»

«Зря ты так»

«Вернись, мы еще не закончили»

«Прости, если чем обидел»

«Думаю, такая ебанутая шлюха как ты, неизбежно помрет в одиночестве со своими котами»

«Это шутка, не обижайся»

«Чего молчишь, обиделась?»

«Я все еще тебя жду»

«Ну ладно, встретимся завтра на парах»

Эшли нервно сглотнула, чувствуя, что у нее начинают трястись руки. Она еще не прочитала все сообщения, но уже чувствовала ледяной ужас от того, что через каждое предложение настроение парня меняется, а его истинная натура словно проскальзывает через текст, обнажая свои искренние намерения. Намерения, возможно даже хуже, чем я думала… Он пишет, как настоящий маньяк… А внешне и не скажешь… Обычный парень, даже симпатичный, и такое… Я боюсь представить, что у него находится в этой красивой голове.

Новые сообщения все приходили, не планируя останавливаться, и девушка решила выключить телефон. Она больше не могла читать этот пугающий ее бред, и решила не думать о том, что парень написал, что завтра они встретятся. Может, мне стоит завтра простудиться? Или вывихнуть лодыжку? Пострадать от мигрени? Нет, Эш, ты не сможешь прятаться от него вечно… Но что же мне делать? Черт, я даже не могу ходить с подругами за ручку, они на другом курсе, и мне придется ходить в одиночку, боясь каждого темного угла… Нет, я больше не буду думать сегодня об этом, иначе точно не засну. Подумаю об этом завтра, когда неизбежность мыслей о нем застанет меня врасплох.


Эшли приехала в общежитие, заставая свою соседку мирно спящей, и с облегчением, что ей не придется рассказывать о произошедшем, девушка легла в кровать, не в силах смыть косметику; частицы туши попадали в уже рыдающие глаза, оставаясь не замеченными. Девушка пыталась плакать тихо, незаметно, не будя подругу.

Она заснула только под утро; тогда, когда все худшие сценарии, связанные с Джонатаном проигрались в ее голове, и выглядели не так страшно. Эшли спала беспокойным сном, ворочаясь и бормоча слова себе под нос; покинув ее мысли в реальности, он переместился в ее сны, чтобы продолжить мучить ее там дальше.

## 3

Эшли проснулась, чувствуя стук мигрени по стенкам мозга, словно молотком по гвоздю. Что хотела, то и получила… Только на пары все равно придется пойти…

Девушка вяло потянулась в кровати, замечая, что Деб уже нет, а за окном светит яркое солнце. Посмотрев на электрический будильник, она поняла, что проспала первую лекцию. Обычно, такое открытие привело бы ее в парализующий ужас, но сейчас она чувствовала облегчение, оттого, что ей не пришлось встретиться с Джонатаном этим прекрасным утром. Но убежать от него все равно не получится… Мысли о неизбежной встрече лезли ей в голову, словно фанаты на встречу со звездой. Она не могла от них отмахнуться; это была не ее обычная тревога, про то что она не сдаст экзамен или даже два, а реальная опасность, появившаяся в ее жизни. Эшли, он всего лишь положил руку тебе на бедро! Это же не опасность, да? Еще накричал… А то, как он на меня смотрел… Как себя вел… Да он будущий маньяк, не иначе! Девушка пыталась найти оправдания поведению парня, облегчить свой страх, но она начинала бояться его еще больше, прокручивая в памяти прошедшее, и обращая внимание на мелкие детали, которые она не заметила тогда. Почему у него лежала веревка на маленьком столике, спрятавшимся за диваном? Ну… Может, он любит БДСМ? Подумаешь, фетишист, это же не значит, что он хотел связать тебя и… Или значит? И почему у него в доме так пусто? Словно он снял его, но не живет там, как будто арендовал и не для себя. А для кого же еще? Это явно ни минимализм и ни бедность… А просто… Безразличие. Безразличие к дизайну места, которое нужно тебе для других целей? Нет, Эшли, ты слишком много слушаешь подкастов про серийных убийц. Тебе нужно больше книг читать, про доброту и дружбу, а не смотреть видео про то, как кто-то держал кого-то в подвале. Вот и все.

Девушка закончила свои размышления, хотя и под утешительным выводом скрывался другой, который она боялась произнести вслух, даже в своей голове. Она собрала сумку, отправляясь на вторую лекцию, и пытаясь отмахнуться от нервирующих ее мыслей.


Эшли сидела за партой, нервно накручивая локон на палец; сегодня у них был экзамен по философии, и она очень волновалась. Интересно, какая оценка будет у Джонатана, если мы с ним вчера так и не позанимались… Почему меня это волнует?! Пусть будет самая низкая!

Она сглотнула, испуганно хватаясь за край парты, когда парень зашел в класс и прошел мимо нее, садясь за последнюю парту, как ни в чем ни бывало. Девушка хотела встать, подойти и потребовать, чтобы он объяснил, что вчера произошло, но почему-то побоялась. Ее пугал ответ, который может последовать, который не пощадит ее чувств. Ответ мне явно не понравится…

Профессор разложила тестовые бланки на парты, и экзамен начался. Под ее строгим и внимательным взглядом никто не решался списывать, и оценки всегда были честными. Эшли была уверена в своих знаниях этим утром, но вопросы, напечатанные черными буквами по белому листу, заставляли ее нервничать еще сильнее, чем Джонатан. Сначала ты успешно сдаешь экзамены, потом ты успешно заканчиваешь университет, потом ты успешно живешь своей жизнью, вдали от всяких Джонатанов… Отличный план. Но что, если я не сдам?! Девушка не заметила, как начала нервно грызть ногти на одной руке, пока вторая сжимала карандаш.

Она вышла из класса словно из комнаты пыток, вся выжатая и измученная. Девушка уже забыла об странном однокурснике, и думала только о том, как же ей хочется есть.


– Ну как? Сдала?! – Кайли набросилась на нее с вопросами, когда Эшли села за стол с подносом, полным еды.

– Ага… Кажется… – девушка запихивала в рот сэндвич, не заботясь о том, как выглядит со стороны.

– А у нас был экзамен по биологии… Да я-то сдала, как обычно. Лучше всех, – Дебра беспечно выдохнула, уверенная в себе.

– Мне бы твою уверенность… – Эшли сделала пару быстрых глотков апельсинового сока.

– Дело наживное, – девушка подмигнула, – ну а что у тебя с этим? С Джеком или как его? Которому ты должна была помочь по философии?

– Я… – Эшли чуть не подавилась, – ммм… Все нормально. Позанимались вчера. Очень хорошо.

Она медленно повернула голову, пока подруги разговаривали между собой, натыкаясь на взгляд парня, снова сидящего в одиночестве, но смотрящего не в экран телефона, а на Эшли. Его взгляд не выражал злости или желания отомстить, а скрывал за собой задумчивость, которая пугала девушку, словно он думал, что с ней делать дальше. Девушка резко дернула головой, смотря на подруг. Она продолжила обедать, словно над ней не нависла угроза, но ее мысли забегали в хаотичной панике. За все время ланча Эшли чувствовала, как в ее спину непрекращаемо смотрят, уже с другими эмоциями и мыслями, не такими нейтральными.


Близился вечер и все лекции закончились. Девушка собрала сумку, и с облегчением поплелась в общежитие. Нахождение в одном пространстве с парнем, который пугал ее, закончилось, и она могла спокойно выдохнуть. Пока…

Дорога до корпуса общежития была не долгой, и составляла меньше десяти минут, которые девушка всегда проходила с удовольствием, рассматривая деревья и растения на своем пути по парку, тщательно курируемому их университетским уборщиком.

Девушка присела на лавочку, решив подышать прохладным воздухом. Сегодня было так красиво, и она не могла пройти мимо очередной возможности насладиться жизнью.

Эшли прикрыла глаза, слушая пение птиц и шуршание листвы, и вздрогнула, когда кто-то бесцеремонно плюхнулся рядом с ней.

– Я вижу, тут не занято, – Джонатан положил руку на спинку скамейки.

– Эммм… Вообще-то занято, – девушка неловко отодвинулась.

– Ты все еще обижаешься из-за своей же глупости? – его рука снова по-хозяйски легла на ее бедро, заставляя Эшли поежиться.

– Что? Из-за чьей глупости? – она разозлилась, – Ты пытался меня изнасиловать! ПОМ-ОГ..! – девушка попыталась закричать, но ладонь парня резко приземлилась на ее рот.

– Не кричи, – он прошептал, спокойно и размеренно, – да, из-за твоей. Я же не виноват, что ты не понимаешь, что даже с точки зрения твоей марксистской теории, девушка должна давать всем и каждому, кто попросит. Ну, разве что у нее уже есть владелец.

– Ммм, – Эшли грозно замычала, настолько возмущенная словами парня, что даже если бы он убрал руку с ее рта, то она не знала бы, что ответить.

– Это я и имею ввиду, – сказал парень, а его свободная рука проскользнула между бедер девушки, трогая холодную кожу.

Что ты имеешь ввиду? Он что, придумал за меня ответ? Черт, опять его лапы на моих ногах! Куда ты лезешь..?

Девушка задергалась из-за всех сил, пытаясь сбросить с себя наглые руки. Джонатан отпустил ее, позволяя ей подорваться с места и сбежать, зная, что она никому не расскажет, как в прошлый раз.

Удивленная, Эшли бежала со всех ног, уже через минуту пролетая через дверь в общежитие. Она бежала вверх по лестнице, минуя лифт; она не могла себе позволить простоять в ожидании кабины и секунды, пока резкая нужда разрыдаться от всей души преследовала ее.

Она выдохнула с облегчением, сразу же начиная задыхаться, не замечая в комнате и следов присутствия соседки. Эшли попыталась вдохнуть, пока слезы лились наружу. Она злилась и боялась одновременно, захлестываемая бурей эмоций.

Да как он мог такое сказать! Владелец? Должна давать? Да что он говорит! Да как такое можно говорить! Я не понимаю… В наше время! Когда все наравне со всеми! Мерзкий сексист! Мерзкий насильник!

Девушка рыдала в подушку, думая о том, как позволила ему облапать себя, хотя в этом и не было ее вины. Ей срочно нужно было помыться. Надеюсь, никто нас не видел… Иначе такое точно с себя не смоешь… Но я же жертва? Я же не виновата? Да кого я обманываю, жертву винили всегда в прошлом и продолжают это делать сейчас, и если это кто-то действительно видел… Все меня будут травить и называть шлюхой, хотя я и сопротивлялась… Чертов Джонатан это тоже прекрасно понимает, и поэтому так легко меня отпустил… Знал, что я дорожу своей репутацией…

Эшли приподнялась на кровати и ударила подушку что было мочи, представляя на ее месте наглое лицо парня.

– Что, стерла я твою улыбочку с лица? – девушка хмыкнула, вытирая засыхающие слезы.

Приняв душ, но все еще чувствуя себя грязной, она попыталась заснуть, но не могла, все еще прокручивая в голове слова парня. Эшли не понимала, как можно было так говорить, и тем более так думать, и приходила в ужас оттого, какими людьми окружена.

## 4

Эшли проснулась, смотря на смятую постель подруги. Была, все-таки. Она беззаботно потянулась, видя на часах то, что она проснулась намного раньше запланированного. Может, пробежаться перед занятиями? В связи с последними событиями мне будет полезно умение быстро бегать… Почему я должна от кого-то убегать? С другой стороны, маньяку это не объяснишь… А он ведет себя как реальный маньяк! Сумасшедший!

Девушка натянула на себя леггинсы и футболку, легкую куртку, в карман которой положила телефон и наушники. Наполнив бутылку воды, она вышла из общежития.


Она бежала второй круг по парку близ университета, слушая музыку в наушниках и любуясь зданиями вокруг.

На третьем круге девушка обернулась, спиной чувствуя, как будто кто-то за ней бежит. Она никого не увидела и продолжила пробежку, стараясь бежать быстрее.

Эшли остановилась, решив, что ей нужно сделать передышку, и оперлась на скамейку, делая глоток воды.

– Уф, – она выдохнула.

Девушка дернулась, когда краем глаза увидела вспышку, поняв, что ее фотографируют.

– Что ты тут делаешь?! – закричала она, когда увидела Джонатана, лежащего на газоне с телефоном, нацеленным на ее леггинсы.

– Наслаждаюсь видами университета, а ты? – он совершенно не был смущен ее криком, словно все шло так, как надо.

– Что ты сфотографировал? Покажи немедленно! – девушка пыталась говорить командным тоном, не дающим право извращенцу возразить, а только повиноваться.

– Уж извини, но фото для личного пользования, – он расплылся в улыбке.

– Удали! – она попыталась выхватить у него телефон, но он увернулся и встал, расправляя толстовку.

Парень подмигнул ей, вытянул телефон, делая фотографию разъяренной девушки, и убежал, словно разгоняя кровь перед занятиями, а не пытаясь спастись от ее гнева. Он меня совершенно не боится! Он фотографирует мой зад, и… И? Что и? Всем плевать! Ему плевать! И окружающим будет плевать, если я об этом скажу! Черт! Ведь мне же на это не плевать! Я не хочу, чтобы он меня снимал, но никто кроме меня не сможет, точнее не захочет, его остановить, а его моя злость только забавляет…

Эшли пошла обратно в общежитие, печальная и расстроенная собственным бессилием. Она оказалась во власти извращенца, который даже еще не заявил свои права на нее в полной мере. Девушка не знала, что делать дальше, но догадывалась, что ей остается только униженное ничегонеделание.


Девушка переоделась в обычную одежду, готовясь к занятиям. У нее не было сил на то, чтобы выбирать наряд, и поэтому она сменила только леггинсы на юбку, оставаясь в пропитанной холодным потом футболке. Может, мой аромат его отпугнет…

Она не сильно хотела выходить из общежития, часть которого была женским, а вторая мужским, понимая, что сюда Джонатан вряд ли зайдет, а на лекциях она непременно с ним встретится. Хотя, может он не живет в общежитии? Может, он живет в этом странном домике? Я никогда не видела его здесь…

Эшли обессиленно села на кровать, обнимая подушку, и собираясь с силами. Придется идти, ничего не поделаешь…


Девушка сидела на лекции по философии, слушая оглашение результатов. Когда она услышала «D», то напряглась, пытаясь вспомнить, были ли другие Эшли Эверс, которые могли почти что полностью завалить экзамен. То, что Джонатану поставили «A», выдернуло ее из тревожных размышлений, которые теперь были заполнены одной злостью.

Что? Ему «отлично», а мне почти что «неудовлетворительно», при условии, что он недавно просил меня помочь ему с философией? Подождите… А что, если он специально, чтобы заманить меня к себе домой! Пиздец… Он точно это и задумал. Но что если в его планы входило нечто большее, чем положить ладонь мне на бедро?

Эшли сжалась, чувствуя, как по всему ее телу расползаются мурашки, как тараканы из дырки в стене. Она была в ужасе, представляя, чтобы еще Джонатан мог с ней сделать, и ему бы за это ничего бы не было.

Она еле досидела до конца лекции, сразу запихивая свои вещи в сумку и практически убегая из университета, ища убежище от своего панического страха в общежитии.


Эшли сидела на кровати, накрывшись одеялом с головой и предусмотрительно заперев дверь на ключ. Она вся тряслась, поставленная перед реальностью того, что могло произойти. Да он бы мог меня даже не выпустить… И… Нет, я не могу об этом даже думать. Это слишком ужасно… Но с другой стороны, он мог об этом подумать, и мог бы это осуществить, с такой доверчивой дурой, как я… Но зато теперь я знаю, какой он на самом деле, и больше не буду оставаться с ним один на один. Хотя я уже и так оставалась с ним один на один несколько раз… Нет, это он меня выследил и преследовал! Чертов маньяк.

Эшли подумала о том, что следует хоть кому-то рассказать о происходящем, но пришла к выводу, что ей некому с этим поделиться. Подруги – а что они сделают, ректор – ну, не исключит же его он, полиция – а что полиция… Я осталась одна с этим, и некому меня защитить…

Девушка плакала, чувствуя душераздирающую жалость к себе и несправедливость, которая упала на нее из ниоткуда. Она была хорошей, прилежной ученицей, была доброй ко всем и подавала надежды; и за это я получила такой подарок? Я заслуживаю большего, а не прятаться, как испуганное животное в клетке, сидя в своей комнатушке в общежитии…

Она приоткрыла угол одеяла, выглядывая, когда услышала стук в дверь. Наверное, Дебра пришла… Не совсем вовремя, конечно, но это и ее комната тоже… Сейчас столько вопрос от нее будет…

Девушка встала с кровати, подходя к тонкой деревянной двери и спокойно проворачивая ключ в замке. Она замерла на месте, видя перед собой Джонатана. Парень смотрел на нее свысока, несмотря на то, что был едва ли был выше Эшли на десять сантиметров.

– Привет, – он дружелюбно помахал рукой.

– Привет? – девушка захотела шлепнуть себя по лбу за то, что не захлопнула дверь перед его носом и даже поздоровалась.

– Я зайду, – сказал он, не спрашивая, а утверждая. Не обременяя себя ожиданием, парень проскользнул мимо нее вглубь комнаты.

Эшли прикрыла дверь, оставив тонкую щелочку в коридор. Обычно в это время общежитие было пустым, но она надеялась, что если она закричит, то хоть кто-то прибежит.

Она раздраженно нахмурилась, смотря на парня, рассевшегося на ее кровати, и села на кровать Дебры, которая была напротив.

– Что тебе надо? – она прочистила горло.

– Ничего… Просто хотел повидаться с тобой, – он улыбнулся, – мне показалось, что ты плохо себя чувствовала на философии. Или мне не показалось? – он хитро прищурился.

– Не показалось! – Эшли выпятила грудь, – Мне стало плохо из-за тебя!

– Да? – он выгнул бровь, – Вот как?

– Именно! Ты мне надоел! И я требую, чтобы ты немедленно перестал делать эти свои маньяческие штучки, – девушка не замечала, как парень встал и приближался к ней все ближе, словно змея, – это незаконно! Я напишу на тебя заявление! Я буду жаловаться! Я не дам тебе…

– Еще как дашь, – Эшли не успела и вскрикнуть, когда парень повалил ее на кровать.

– Ммм, – девушка извивалась под ним, пока его язык извивался в ее рту. Мокрый и горячий, он пытался вызвать ответную реакцию, но Эшли старалась вырваться.

Руки парня полезли под ее юбку, находя хлопковые трусики и стягивая их вниз одним резким движением; девушка зажала ноги, испуганно пытаясь спрятать свое влагалище от вторжения извращенца, прыткие пальцы которого уже пытались начать атаку теплой дырочки.

– Расслабься, я же не насильник какой-нибудь, – прошептал Джонатан ей на ухо, и девушка на секунду отвлеклась, задумавшись, кем же он тогда себя считает. Может, он еще думает что мы встречаемся? Ну идиот!

Его пальцы оказались в ее влажной киске, достаточно мокрой для того, чтобы парень самодовольно хмыкнул. Эшли хотела, чтобы хоть кто-нибудь заинтересовался приоткрытой дверью, чтобы Дебра вернулась и помогла ей избавиться от насильника на себе, который даже себя таковым не считал.

Она чувствовала, как его пальцы двигаются внутри нее, заставляя ее зажмуриться в отвращении. Парень разорвал поцелуй, свой язык сразу заменяя своей рукой. Он не хотел рисковать, даже зная, что в здании никого не было, кроме слабослышащего охранника.

Свободными руками, которые парень еще не успел схватить, Эшли обшаривала кровать подруги, в поисках тяжелых предметов. К ее несчастью, Дебра была чистюлей, и на ее кровати не было ничего, кроме постельных принадлежностей, а на прикроватном столике лежал одинокий журнал и почти пустая пластиковая бутылка воды.

В отчаянии, она схватилась за легкий пластик, ощущая, как пальцы нагло скользят по клитору, и ударила Джонатана изо всей силы по голове, заставляя того потерянно отпрянуть. Уже через секунду, она услышала легкий смешок, на который не могла ответить; даже временная дезориентация не заставила парня убрать руку с ее рта.

– Давай-ка мы это уберем подальше от твоих пытливых ручек, – он аккуратно выхватил бутылку из ее рук, ставя ее на пол.

Эшли беспомощно билась на кровати, пока он по-издевательски медленно задирал ее футболку, словно желая помучить. Она не надела лифчик на пробежку, и легкая ткань оголила ее беззащитную грудь перед парнем, которые сразу наклонился к ней поближе.

Девушка испуганно замычала, когда его язык коснулся ее сосков, губами сомкнувшись на нежной ткани, посасывая ее. Рукой парень мял ее грудь, словно исследуя молочные железы, скрывающиеся под горячей кожей. Эшли было мерзко и отвратительно, и она хотела, чтобы он поскорее закончил, но казалось, он еще даже не начинал.

– Дети, – она замерла, услышав голос охранника, – вы когда таким занимаетесь, хоть бы двери закрывали… Я-то, может, и не слышу… Но еще как вижу, – седой мужчина плотно закрыл дверь.

Воспользовавшись замешательством парня, она пнула его, попадая ему по бедру, и вскочила с кровати, на бегу расправляя задранную футболку и юбку. Девушка не слышала, чтобы Джонатан пытался догнать ее, или возмущался что она его ударила; она была довольно слабой, и не факт, что оставила на ноге парня хотя бы синяк, и не понимала, почему бездействует. Это пугало.

Девушка бежала, уже не чувствуя ног, сама не зная куда. Она выбежала на улицу, растерянно прячась за угол общежития. В одних кроссовках, футболке и юбке, ей было даже некуда идти; ее телефон остался в комнате, также как и сумка с учебными принадлежностями.

Эшли так и продолжила беспомощно сидеть, словно потерявшийся щенок, пока не увидела, как Джонатан спокойно вышагивает из общежития. Никуда не торопясь, парень скрылся из ее вида, исчезая на парковке. Она решила не следить за ним, а сразу воспользовалась возможностью вернуться в общежитие.

Девушка зашла в свою комнату, крадучись, словно вор. Хоть она и видела своими глазами, как Джонатан покинул общежитие, она все еще боялась встретить его здесь.

Кровать Дебры, на которой он на нее напрыгнул, была расправленной, словно на ней никого не было. Бутылка снова стояла на прикроватном столике, с внушительной вмятиной, а журнал лежал нетронутым.

Эшли с облегченным выдохом села на свою кровать, и услышала, как под ней что-то зашелестело. Она встала, и увидела записку:

«Эшли! Я вижу, что в наших с тобой отношениях возникли некоторые разногласия, которые требуют решения. Я жду тебя у себя дома сегодня в шесть часов вечера. Твой, Джонатан.»

Сначала девушка раздраженно скомкала бумажку, даже не пытаясь осмыслить то, что на ней написано. Бред! Бре-ед…Чтобы я? К нему домой? Еще раз? Пффф…

Потом она решила разгладить записку, снова читая текст, написанный аккуратным почерком. Какие отношения? У нас с тобой нет никаких отношений! Но может, если я приду, и мы действительно разрешим эти «разногласия», которые он себе придумал, то он от меня отстанет? «Твой»? В каком это месте? Мне такого и даром не надо! Но все-таки… Я готова на все, что угодно, лишь бы быть свободной от этого идиота.

Девушка решила прийти к нему сегодня. До вечера было еще много времени, но на занятия ей идти не хотелось. Эшли осталась сегодня позаниматься дома, а завтра уже отработать пропущенное.


В пять часов она лениво потянулась в кровати, откладывая учебник в сторону. Она не будет краситься или переодеваться; Джонатан не заслуживал того, чтобы ради него выглядеть лучше. Пусть любуется моим серым лицом и ароматом потной футболки! Хотя, утром ему мой запах и вид не помешал…

Эшли достала маленький рюкзак из шкафа, которым пользовалась в обычной жизни, когда от нее не требовалось иметь при себе учебные материалы. Она положила в него телефон, и подумала, что будет не лишним прихватить маленький ножик с кухни. Она не тешила себя тем, что сможет воспользоваться им, но иметь при себе хоть что-то для самозащиты было бы не лишним. А потом он окажется у меня в… Ну, не будем думать о плохом.

Она посмотрела на себя в зеркало в последний раз, видя испуганную и зажавшуюся девушку. Она задумалась на секунду, стоит ли идти, и все-таки решила сходить. Ну не убьет же он тебя… Может, отстанет. Это того стоит.

Эшли нерешительно вышла за стены общежития, совсем медленно идя к автобусной остановке. Хотя она и приняла решение сходить к парню в гости, она уже начинала о нем жалеть.

## 5

Растягивая время, не желая, чтобы встреча состоялась, Эшли опоздала, чего никогда раньше не происходило. Словно удивленный, Джонатан не забыл упомянуть об этом, открывая дверь и запуская девушку внутрь.

Она смотрела, как на этот раз парень проворачивает ключ в замке, со звучным щелчком, который слышался как звон металла. Эшли стояла в прихожей, смотря в спину парня, который не спешил поворачиваться к ней лицом.

Сегодня он выглядел более официально, чем обычно; непонятно почему, он сменил штаны на брюки, а свитшот на рубашку. Эшли не нравилась такая формальность, как и причина, по которой она здесь была, но у нее не оставалось выбора. Она прочистила горло, топчась на месте и ожидая дальнейших слов от Джонатана.

–Эшли… Ты пришла, как же я этому рад, – он искренне улыбнулся, пугая девушку своей радостью, – пройдем на кухню.

Схватив ее за локоть, парень привел ее в большое помещение, которое оказалось совсем близко к гостиной. Девушка нахмурилась, видя классическую сервировку стола и зажженные свечи. Словно это свидание… Что? Свидание? А ведь он и правда, наверное, так об этом и думает! Ну зачем ты пришла, дура!

— Эм… Джонатан..? – сказала она, когда ее однокурсник отодвинул перед ней стул.

– Я тебя слушаю, Эшли, – он сел напротив нее, спокойно смотря ей в глаза.

– Ничего, хаха, – она замолчала, смутившись от прямого взгляда парня. Он выглядел готовым на все.

Ей взгляд упал на стейк на своей тарелке, выглядевший безумно вкусно; но с учетом того, где и кем он был подан, казавшийся безумно опасным. Ну… Это же не коктейль? Туда просто так ничего не подмешаешь, да..? Может, откусить кусочек… Такое сочное мясо… Прям так и просится ко мне в рот…

На тарелке перед Джонатаном лежал такой же кусок мяса, который он уже разрезал на кусочки. Молча, в тишине, Эшли испытывала страх, который ей хотелось немедленно заесть. Словно против ее воли, ее руки взяли столовые приборы, с нетерпением отрезая кусочек стейка. Она задумалась, не дольше, чем на секунду, но за это мгновение ей хотелось встать и убежать отсюда; в следующую секунду она уже прикрыла глаза в удовольствии, когда нежное мясо попало ей на язык.

Не обращая внимания на парня, она наслаждалась вкусным ужином, который не приготовишь на кухне общежития. Она не задумывалась о том, как он готовил, какие ингридиенты добавлял, и ее рука уже тянулась к бокалу, который Джонатан предусмотрительно наполнил вином. Попробовав восхитительный стейк, она уже не имела подозрений относительно других блюд и закусок, позволяя парню щедро наложить себе порцию салата, заправленного домашним соусом.

Парень смотрел на нее, как родитель на привередливого ребенка, который наконец-то что-то ест. Сложив руки на столе, ему словно доставлял удовольствие вид девушки, с наслаждением поглощающей его блюда.

– Вкусно? – он пододвинулся поближе к девушке.

– Ага, – Эшли неуверенно промямлила, оторвавшись от еды. Только сейчас она вспомнила, где и с кем находится, – слушай, Джонатан… Ты отличный парень и…

– Давай без этого. Я знаю, что я отличный парень, и вижу, как ты стесняешься, считаешь себя недостойной меня, но ты тоже отличная девушка, и мы должны быть вместе.

– Ну вот… Что? Стесняюсь? Да что за бред ты говоришь! – она шокированно выпучила глаза, смотря на наглого однокурсника.

– Конечно, любой среднестатистический парень лучше среднестатистической телки, и хорошо, что ты это понимаешь, поэтому я готов сделать исключение для тебя, – он горделиво улыбнулся, как будто предлагал девушке то, о чем она мечтала всю жизнь.

– Исключение? Ты вообще слышишь себя?! – Эшли сжала вилку в руке, готовясь ей воспользоваться при необходимости.

– Такой парень как я, многое теряет при общении с бабами… Отвлекающий фактор, знаешь ли… Но так уж и быть, я могу трахнуть тебя разочек, раз ты так просишь, – он откусил кусок стейка, безразличный к происходящему.

– Я думала, что ты действительно хочешь разрешить какие-то разногласия, но вижу, ты и не собирался этого делать, – Эшли встала, – я ухожу!

– Я тебя насильно не держу. По крайней мере пока, – он сделал глоток вина, даже не смотря в сторону отдаляющейся девушки.

Резко встав со стула, она уже тогда почувствовала, что у нее закружилась голова, но когда девушка подошла к двери, ей едва хватило сил, чтобы надавить на дверную ручку. Она ослабла, не зная от чего, но думала, что во всем виновата компания Джонатана. Довел меня… Как же бесит… Что с ним не так? Все не так!

Она была удивлена тем, что парень не торопился ее догонять, степенно наслаждаясь ужином. Только когда она безвольно упала лицом на асфальт, словно разрядившаяся игрушка, чувствуя, как из носа начинает что-то течь, она начала догадываться об истинной причине спокойствия Джонатана.

## 6

Эшли приоткрыла глаза, чувствуя, что ее куда-то тащат по земле. Она не могла вспомнить, что случилось, и чьи руки сомкнулись на ее лодыжках. Она только ощущала, как больно бьется голова об пол, и подумала, что вроде бы отключилась, упав на асфальт. Засохшая корочка крови под носом неприятно стягивала кожу, заставляя девушку поморщиться. Ударившись виском об ступеньку, девушка снова потеряла сознание.


Она потерла лоб, замечая, как все тело болит. Меня словно протащили по земле… Стоп. Меня протащили по земле? Да, так и было… Но что произошло? Я не помню… Эшли нахмурила брови, чувствуя, как по щекам, покрытым слоем налипшей грязи, текут слезы. Я нахожусь непонятно где, непонятно почему, и непонятно в каком состоянии, и даже не могу вспомнить, что произошло! Соберись, Эшли!

Как бы она ни напрягала память, в ее голове появлялись только новые вспышки мигрени, а не воспоминания. С большим трудом, девушка приподнялась на кровати, чувствуя себя уставшей и измотанной. Ее взгляд сместился с серого потолка на дверь, находящуюся прямо напротив нее. Комната, в которой она находилась, напоминала квартиру в новостройке сразу после сдачи; все было пустое и серое, не было даже окон, которые могли бы осветить подвальный мрак.

Я в подвале? В любом случае, явно не на чердаке… Но как же я тут оказалась? Думай, Эшли, думай… Я поужинала, вышла из дома и… Из чьего дома я вышла? Я же живу в общежитии…

Напряженно переведя взгляд с двери, Эшли увидела то, что пыталась не замечать.

Она смотрела на белую, фарфоровую поверхность, отражающую ее ужасный вид. Унитаз, без стульчака, отрезвил девушку от спокойствия, загоняя ее в панический угол, и заставляя бешено соображать, что случилось, и почему она заперта в подвале, где есть кровать и унитаз.

Дом, дом, дом… Чей же это был дом… Джонатан! Чертов Джонатан! Я пришла к нему домой, съела стейк и выпила вино, а потом попыталась уйти, но треснулась головой об асфальт! Почему, почему, Эшли?! Она допрашивала себя, как детектив подозреваемого, потому что… Потому что он что-то подсыпал в вино! Он споил меня, а теперь я… Теперь я…

Девушка закрыла лицо руками, чувствуя, как подступает истерика, даже не делая ничего, чтобы ее остановить. А что еще делать в такой ситуации, как не истерить? Одно дело, проснуться в больнице, в парке на лавочке, у друзей на диване, но в подвале! Черт… Что же теперь будет…

Эшли покачивалась на полуторной кровати, состоящей из жесткого матраса, кованого каркаса под ним, одной подушки и тонкого одеяла, облагороженных белым постельным бельем, которое отдавало серостью в полутьме.

Что же он теперь со мной сделает… Ты доигралась, Эшли. Прощай, успешное окончание университета, а об остальном можно даже не думать…

Она свесила руку, сморщиваясь, когда ее пальцы окунулись во что-то мокрое. Напрягшись, она смогла приподнять предмет, оказавшийся стаканом с водой, который стоял на полу. Ну надо же, какой заботливый… Подумала она, перед тем, как испуганно подавиться, фу, Эшли, фу! А если он и сюда что-то подсыпал! Но ее организм не желал расставаться со столь желанной жидкостью, и девушка с ужасом чувствовала, как вода плещется у нее в желудке.

Закончив рыдать, и не дождавшись прихода помощи, ей оставалось только одно – ждать прихода Джонатана.

## 7

Эшли вяло перевернулась на кровати, все еще чувствуя себя ослабленной, и не находя в себе сил, чтобы встать. Она безрадостно подумала о том, что будет совершенно беззащитна перед обезумевшим однокурсником, когда он придет; с другой стороны, она боялась, что он не придет, покинет ее навсегда.

Когда она перевернулась в первый раз, то кротко улыбнулась, видя, что рядом со стаканом был кувшин, полный воды, который она сначала не заметила. Но сейчас, мучаясь жаждой, и не имея сил, чтобы поднять тяжелый сосуд, остатки ее оптимизма безнадежно тлели, как догорала свеча.

Это, конечно, очень мило с твоей стороны, Джонатан, что ты оставил мне воды, не считая того, что ты меня похитил, это еще лучше! Но то, что ты не учел, что я даже не смогу налить себе воды… Хотя ладно, чего уж, раз я не могла учесть, что ты меня похитишь… А это было более, чем очевидно… Ну, Эшли, не стоит никого винить. Надо просто ждать, пока он придет и изнасилует тебя, потом будут темы для размышления по-интереснее…


По ощущениям девушки, прошло не меньше пяти часов, перед тем, как тяжелая металлическая дверь открылась, спокойно и размеренно впуская своего владельца.

– Ты уже проснулась. Ну как тебе тут? – парень зашел, смотря прямо ей в глаза и спрашивая, словно встретил не у себя в подвале, а поздоровался с проходящей мимо однокурсницей на улице.

Девушка не стала ничего отвечать, молча отвернув лицо в другую сторону. У нее не было сил смотреть на Джонатана.

– Хм… Ты выпила только стакан воды, почему? – спросил он с искренним участием.

Парень взял графин, аккуратно наполняя стакан до краев, и поднес к губам Эшли, которая, хоть и чувствуя себя наполненной унижением, словно этот стакан водой, приоткрыла рот. Ее организму была нужна вода, даже не для того, чтобы попытаться дать безвыигрышный отпор, но хотя бы для того, чтобы выжить.

– Молодец, хорошая девочка, – он погладил ее по голове, пальцами проходясь по запутанным прядям, и вытаскивая зеленый листочек из ее волос.

Эшли все еще избегала его взгляда, рассматривая трещины в бетонной стене. Девушка выпила весь стакан воды, к удовольствию своего похитителя. Она смущенно нахмурилась, когда ее живот заурчал, и отвернулась от парня всем телом.

– Ты еще слишком слаба, чтобы покушать. Я сварю тебе супчик к вечеру, – ей захотелось закричать, чтобы он перестал с ней так разговаривать; заботливо и настойчиво, словно курица-наседка, и приемлемыми выражениями по отношению к ребенку, а не к взрослому человеку.

Она снова промолчала, пытаясь не обращать внимания на разговоры парня; то, что он говорил, было похоже на бред сумасшедшего, но то, с какой уверенностью он это говорил, пугало Эшли.

– А-а! Что ты делаешь! Перестань! – прикосновение парня к ее лицу вырвали ее из меланхоличных размышлений.

– Ты вся грязная, – сказал он, вытаскивая из упаковки влажную салфетку и начиная тереть ее щеку, покрытую коричневым слоем земли, – ты уж извини, что без ванной, но мало ли. Доверяй, но проверяй, сама понимаешь. Конечно, когда я уже смогу тебе доверять, что ты будешь хорошей девочкой, я подумаю о том, чтобы пускать тебя наверх, но сейчас нужно просто оттереть эту гадость.

Эшли все еще избегала смотреть в глаза парню, боясь увидеть там отпечаток неадекватности. Похитить человека, это уже… Неважно. Все неважно. Она сидела, не двигаясь, пока он обтирал ее руки детскими салфетками, и едва дернулась, скорее рефлексивно, чем пытаясь закрыться, когда влажное волокно легло на ее голень.

Парень остановился на секунду, словно задумавшись, пока его рука лежала на бедре девушки, отделяемая от нежной кожи лишь тонкой салфеткой. Он продолжил оттирать грязь, на этот раз более рьяно и быстро, словно едва контролируя себя.

– Куда ты лезешь… – девушка тихо прошептала, когда парень полез под ее футболку, прекрасно осознавая, что ему безразличны ее возмущения.

– Протрем наш животик, – круговыми движениями он прохаживался по ее животу, поглаживая его салфеткой.

Только сейчас Эшли заметила, что находится не в своей одежде. На ней больше не было ее привычных леггинсов и потной футболки; теперь она находилась в белых хлопковых пижамных шортах и большой черной футболке. Хоть она и была свободной, но она была ее размера, и девушка задумалась, откуда Джонатан взял эту одежду. Такой у нее не было, и вряд ли у парня были жертвы до нее. Что, в магазин ради меня сходил? Ну, может его и поймают… Хотя, покупка женской одежды – не такое уж подозрительное поведение, чтобы его выследить… Эх…

А парень все нежно растирал ее тело салфеткой, тщательно счищая засохшую грязь; ему явно доставлял удовольствие процесс. Он поглядывал на Эшли, лицо которой все также оставалось безразличным к происходящему, но только снаружи. Внутри она вся сжалась от страха, в ожидании, когда парень набросится на нее, словно тигр на оленя, и сделает то, что давно планировал.

– Да не переживай ты так, больше тебе не придется волноваться об экзаменах. Все равно ты, как большинство девушек, для этого не годишься, – парень усмехнулся.

Эшли вся покраснела от негодования, но не сказала ни слова в ответ.

– Злишься? Ну и зря, не я же почти провалил экзамен по философии, – девушка прикусила губу, чтобы не закричать. Она не даст повода Джонатану поиздеваться над собой.

Со сжатыми до боли зубами, девушка вытерпела сексистские издевки парня над собой, его прикосновения к своей коже, слишком навязчивые, чтобы быть просто заботливыми, и выдохнула с облегчением, когда он отстранился.

– Конечно, без правил никуда, – он кивнул сам себе, – с сегодняшнего дня ты будешь называть меня Хозяин.

– Что? – она уже не могла промолчать.

– Не «что», а «Хозяин». Скажи «спасибо, что оттерли мое грязное тело, Хозяин», – парень посмотрел на нее совершенно серьезно.

Эшли хмыкнула, смотря на него, как на идиота. Она не хотела верить тому, что слышит, и тому, что ей придется повиноваться тому, чего бы парень не захотел, пока она находится в его подвале.

– Зря молчишь, – все еще сидя на уголке кровати, парень предупредительно положил свои руки на шею однокурсницы.

– Спасибо… Что… – она нервно сглотнула, борясь со своей гордостью, но боящаяся, что парень ее задушит. Она не сомневалась, что он на такое способен.

– «Оттерли мое грязное тело, Хозяин», – он подсказал ей, как школьнице, забывшей стихотворение.

Девушка сглотнула еще раз, перед тем как медленно и мучительно произнести то, что хотел услышать Джонатан.

– Спасибо, что оттерли мое грязное тело, Хозяин… – она закрыла глаза, чтобы не видеть улыбающееся лицо парня.

– Пожалуйста! – счастливый, что все идет так, как он хочет, парень наклонился, чтобы поцеловать Эшли в щеку, и она даже не отстранилась.

Пользуясь молчанием девушки, он продолжил:

– Какой супчик ты хочешь вечером? – спросил он.

Девушка сидела на кровати, как застывшая статуя, дожидаясь, пока он уйдет, и она сможет спокойно разрыдаться.

– Куриный, хорошо, – он кивнул и встал с кровати.

Джонатан вышел из подвала, оставляя пленницу в одиночестве. Рыдая, Эшли думала, слышит ли он ее.

## 8

Девушка сидела на кровати, забившись под одеяло. Ей было страшнее с каждой секундой, которая приближала появление Джонатана, но его все не было. Эшли боялась парня, который ее похитил, но при этом с такой нежностью и заботой планировал накормить ее куриным супчиком, требуя, чтобы она называла его Хозяином.

Надо втереться к нему в доверие… Но как? Он не такой уж и тупой, а если я внезапно прыгну на него с объятиями, у него будут подозрения в моей искренности… Но мне нужно, чтобы он начал доверять мне уже сейчас! Я не могу сидеть здесь вечно, тем более грязная, с запахом гипоаллергенной ромашки на коже. Никогда больше не буду пользоваться влажными салфетками…

Девушка напряженно думала о том, как угодить парню, пусть даже и сексуально. В любом случае, он попытается меня изнасиловать… Как бы мне не хотелось сопротивляться, нужно показать ему, что я очень даже не против. Может, тогда он поверит, что я влюблена в него по уши, и пустит наверх, а там уже и свобода не за горами… Вазой его по башке – и готово! Только у него такой минималистичный дизайн, ничего лишнего в доме… Ну ничего, найду что-нибудь.

Эшли нахмурила брови, уже представляя на себе руки парня. Это мерзко, но это того стоит; в любом случае, это случится, и вопрос не в том, как предотвратить непредотвратимое, а как укоротить свои страдания. Черт, ну разве ему действительно не дают девушки? Все так плохо, что ему пришлось меня похитить? Ну он же нормальный парень, самый обычный… Хотя, может девушки вокруг поумнее меня, и видят, что он больной ублюдок с милым лицом.

Девушка рассматривала стены, глазами пробегаясь по ним уже сотый раз. Пол с кровати не было видно, долго смотреть на потолок затекала шея, а наткнуться взглядом на унитаз она боялась, понимая, что рано или поздно ей придется воспользоваться этим белым троном без стульчака. Как же унизительно… Спасибо, что не ведро.


Эшли испуганно дернулась, вырванная из своих мыслей, когда она увидела, как дверь медленно открывается, толкаемая плечом Джонатана.

Парень зашел в комнату с виноватой улыбкой, неся в руках поднос с тарелкой и кусочками хлеба, фарфоровой чашкой на блюдечке.

– Извини, что так поздно, ты наверное проголодалась, – он присел на край кровати.

– Поздно? Откуда мне знать… – Эшли покачала головой.

– М? – парень посмотрел на нее, оторвавшись от переставления посуды на подносе, – Я ведь не оставил тебе часов или календаря… Извини, я принесу в следующий раз, – он устало выдохнул.

Неплохо, извинился уже два раза. Есть, с чем работать. Надо сделать очень оскорбленный вид.

– Открывай ротик, – Джонатан не обратил внимания на ее надутые губы, и зачерпнул суп ложкой, поднося ее ко рту девушки.

Ей не оставалось ничего, кроме как открыть рот перед настойчивой ложкой, которая угрожала ей насильно пройти сквозь ее губы.

– Молодец, хорошая девочка, – парень был доволен, скармливая Эшли суп ложка за ложкой, – на, откуси хлебушек, свежий, сегодня в пекарне купил.

Девушка повиновалась и на этот раз, впуская в свой рот размякший багет, который ее похититель предусмотрительно обмакнул в суп. Суп был вкусный и насыщенный, и Эшли бы сделала комплимент повару, если бы ела его в других условиях, и он был бы приготовлен другим человеком.

– Вкусно? – он ожидающе посмотрел на нее.

– Эм… – она сглотнула, – ну да… – она бы сказала это, даже если бы суп был несъедобным на вкус. Во взгляде парня было такое просящее желание комплиментов, что Эшли не хотела представлять, как бы он отреагировал на «нет».

– Тогда еще ложечку, – желудок Эшли довольно заурчал, заставляя хозяйку смущенно отвернуться, – все скушала, молодец! – парень положил ложку на пустую тарелку, заставляя девушку зажмуриться от звона посуды.

Эшли ждала, что будет дальше, напряженная, как струна. Она немного расслабилась, когда парень взял в руки кружку, понимая, что ему все еще не хватает прелюдий к ее изнасилованию. А иначе зачем меня похищать?

– Вот, я заварил тебе чаек с ромашкой, попей, – он поднес напиток к ее губам, – тебе полезно.

Девушке хотелось выплюнуть горячую жидкость обратно ему в лицо, но Эшли послушно проглотила чай, который совсем не действовал на ее нервы успокаивающе.

– Ты наелась? – он посмотрел ей в глаза.

– Да… – девушка выдохнула.

– А волшебное слово? – он положил руку на ее колено.

– Спасибо..? – Эшли прошептала, словно давясь буквами, – Хозяин..? – это было мерзко и отвратительно, но это было единственное, чего Джонатан по-настоящему хотел.

– Пожалуйста! – парень счастливо улыбнулся.

Он смотрел на нее, а она на него, но его рука все еще была на ее остром колене, не собираясь освободить его от своего тепла. Эшли вопрошающе посмотрела на парня, но он словно не понимал в чем дело; а тем временем, его рука двигалась все выше и выше, пока не коснулась пальцами края шорт.

– Джонатан? – ее тон был почти умоляющим, но девушка помнила, что должна показывать энтузиазм.

– Эшли? – спросил он, словно и не его рука уже была под ее шортами.

Только сейчас она поняла, что была без трусов; переодевший ее похититель, пока она была без сознания, решил что это был бесполезный предмет гардероба, и не преминул рассмотреть ее оголенные и беззащитные части тела. А может, еще и потрогать… Нет, Эшли не время впадать в истерику! Когда он закончит, можно будет попаниковать, к какому извращенцу ты попалась, но сейчас ты должна казаться такой же извращенкой, как он.

Девушка попыталась улыбнуться, испуганно приподнимая уголки губ. Выглядело не очень убедительно, но этого хватило для того, чтобы Джонатан придвинулся к ней поближе, словно змея, увидевшая мирно спящего кролика.

На некомфортном расстоянии друг от друга, Эшли смотрела в расширенные зрачки парня, которые уже пожирали ее, выедали ее спокойствие своей неадекватной жадностью до ее тела. Ей казалось, что он с минуты на минуту кинется на нее, но этого все не происходило. Он смотрел на нее, словно гипнотизируя, и не двигался.

– Ты такая красивая… – его свободная рука коснулась пряди ее волос, которые все еще были спутанными, с клочками земли и листвой в прядях.

Эшли было сложно не дернуться, делать вид, что ей приятно, что парень поправляет ее прическу, но она наклонила голову, игриво и смущенно.

– Правда? – она пожала плечами.

Она не отстранилась, когда лицо парня приблизилось к ее, мягко касаясь губами, словно перышком. Эшли позволила ему покрывать поцелуями свое лицо, словно стеснительная девственница. Она надеялась, что это выглядит правдоподобно и искренне, также как и нежные чувства парня.

С отвращением, она почувствовала, как проникает язык в ее рот, нежно взаимодействуя с ее; девушка сидела, как мраморное изваяние, готовое в любую секунду треснуть, и разлететься на крошки камня.

Руки Джонатана заскользили по ее телу, с бедер на талию, с талии на грудь. Они остановились на ее шее, опасно смыкаясь, и угрожающе сдавливая тонкую плоть под собой.

– Д-джонатан? – она испуганно сморгнула, не ожидая такого.

– Что, думала, что я не догадаюсь? – он злостно на нее посмотрел, – Что ты хочешь втереться мне в доверие?

– Что ты! – она промямлила так ровно, как смогла, пока воздух в ее легких заканчивался, – Я же люблю тебя…

– Любишь меня! Пф, с чего бы! – он раздраженно закатил глаза, а хватка его рук не ослабевала.

– Д-да… С самого первого дня, как только я тебя увидела… – Эшли прикрыла глаза от головокружения.

– Если подумать… Ну да, я видел, как ты на меня пялилась в столовой, – он кивнул, словно делая знак продолжать.

– Ты был такой красивый и одинокий… Мечта любой девушки, – она умоляюще на него посмотрела.

Руки парня перестали сдавливать ее шею, но предупреждающе остались на ней, словно удавка, готовая снова затянуться в любой момент.

– Ну, в принципе, я могу в это поверить, – он оценивающе посмотрел на пленницу.

Девушка расслабленно выдохнула, когда кольцо рук разомкнулось на ее шее и вернулось на край кровати. Уже через пару секунд, девушка испуганно смотрела, как руки парня перемещаются на его ширинку, расстегивая ее со слишком громким металлическим скрежетом для ее ушей, слышащих биение хозяйского сердца, и обнажая серую резинку трусов.

Она не хотела знать, что скрывается под тканью, но выпирающее уплотнение под ней говорило о том, что ей не избежать того, чего она так ждала. С энтузиазмом, делать вид, что нравится…

С ужасом, Эшли смотрела на огромный член, который парень достал из трусов. Уже просто смотря на длинный ствол, она могла прикинуть, что он не поместится ни в одно из ее отверстий без боли. Хотя, это наверное его не волнует, а может, ему так даже больше понравится… Наверное, у него поэтому девушки и не было; кто захочет с таким большим…

Она испуганно сжала ноги, когда Джонатан схватился за край ее шорт. Она не могла сопротивляться, хотя и очень хотелось, поэтому послушно расставила ноги пошире, через секунду требовательного взгляда парня.

– Ой, – она пискнула, когда усевшись на кровати, парень схватил ее за бедра и подтянул к себе поближе одним резким движением.

Девушка замерла, когда головка члена была направлена не ожидаемо на ее киску, а на розовую дырочку ее ануса. Она смотрела, не веря, широко раскрытыми глазами, как парень собирался присунуть в ее очко, а все, что она могла делать, так это радостно стонать, делая вид, что ей нравится.

– Джонатан..? – она неуверенно спросила, надеясь, что сможет переубедить парня, – у меня никогда не было… Эм…

– Анального секса? Ничего, мало у кого он был. Зато я в порно видел, – девушка не стала слушать дальше, испуганно зажмурившись, – эй, не зажимайся, – парень легонько шлепнул ее по бедру.

– Не надо… Пожалуйста… – ее рука просяще скользнула по парню. Девушка ненавидела себя за то, что проявила свои искренние эмоции, момент мог быть безвозвратно утерян.

– Тебе понравится, не переживай, – он плюнул на свою руку, растирая слюну по стволу.

Она зажмурилась, чувствуя, как миллиметр за миллиметром член оказывается внутри нее, медленно начиная двигаться не только вперед, но и назад, чтобы сразу же вернуться. Девушка взялась за края кровати, пока Джонатан держал ее за бедра, ее телом помогая себе насаживать ее очко на свой хуй.

Эшли пыталась не ощущать это, игнорировать, не быть в своем теле, но каждый толчок возвращал ее в реальность. Слезы текли по ее лицу из закрытых глаз, пока она ощущала движения парня в себе.

– Не плачь, – она почувствовала, как горячий язык парня прошелся по ее влажной щеке, делая ее еще более мокрой.

Эшли, надо делать вид, что тебе приятно… Вспомнив о своем плане, девушка неловко застонала, все еще боясь открывать глаза и смотреть на парня, который довольно хмыкнул и задвигался в ней быстрее.

– А-ах, – она не хотела, чтобы он решил, что ей нравится происходящее, и решил повторять его снова и снова, но пыталась создать видимость, что не против.

Парень застонал в ответ, явно довольный своим успехом, чувствуя сокращение мускулов на своем стволе, вторгающемся в девственное очко.

– Да, – он прикусил губу, перебирая порносцены в голове, те, которые он видел, и повторял сейчас. У него было припасено еще много сокровищ в памяти, и он был уверен, что испробует все из них со своей пленницей.

У девушки текли слезы, но он принимал их за признак возбуждения и удовольствия, жестко хватая ее за упругую кожу бедер, оставляя синяки и покраснения. Эшли нахмурилась и сжала губы, чтобы не закричать, когда она почувствовала, как внутри нее разлилось что-то горячее, уже вытекая из сокращающегося очка, когда Джонатан нехотя высунул свой член из нее.

– Ну все, моя хорошая, все, – он обнял ее, прижимая к своей груди и гладя по голове.

Эшли разрыдалась, но не от любовного порыва, как показалось парню, а от волны отвращения, захлестнувшей ее, и жидкости, вытекающей по ее бедру и стекающей на кровать. Я буду спать с этим внутри и на простынях… Как бы на него сейчас не блевануть… Надеюсь, этот идиот догадается отвести меня в ванную…

Довольный собой, что успокоил девушку и уложил ее спать, любуясь Эшли, закрывшей глаза, прижатой к его груди, он встал, нежно кладя голову девушки на подушку и укрывая всю ее одеялом. Он вышел, не замечая того, что она резко открыла глаза, чтобы больше их сегодня не сомкнуть.

## 9

Эшли лежала в кровати, ощущая себя потной и грязной. Она уже могла ходить без труда, но ей не хотелось вставать; ходить кругами по бетонной комнате не было смысла, да и была она как увеличенный коробок спичек. Она понимала, что теряет силу, лежа и не двигаясь, но ничего не могла с собой поделать, ей не хотелось ступать на холодный пол, служащий основой для комнаты ее пыток.

Сперма давно перестала из нее вытекать, и осталась лишь засохшим пятном на ее бедре и на простыне, но конча ощущалась все также мерзко и испорченно. Девушка перевернулась, чувствуя как тело трется об шершавую поверхность. Она не надеялась, что сейчас придет Джонатан и предложит ей помыться, но догадывалась, что скоро он принесет еду. Не знаю, обед или ужин… Может завтрак? Не думаю, что он действительно принесет мне часы или календарь… Хотя я знаю, и он знает, что они бы не сильно помогли мне с побегом…

Она так и продолжала обессиленно лежать, пока дверь не открылась и не зашел Джонатан, несущий поднос с чем-то вкусно пахнущим. Эшли отвернула голову, думая о том, как ей придется отплатить за этот прием пищи.

– Завтрак! – парень уселся рядом с ней, довольно улыбаясь и демонстрируя ей панкейки, уже политые сиропом, и стакан апельсинового сока.

Эшли скромно кивнула, надеясь, что он не потребует он нее благодарности.

– Не хочу… Есть. – она выдохнула, почти не слышно.

– Не хочешь? Это плохо… Нужно есть, чтобы у тебя были силы, – она побоялась спросить для чего.

Парень отрезал кусочек блинчика и наколол его на вилку, которую преподнес к губам девушки.

– Давай, открой ротик, – Эшли слышала нарастающее раздражение в голосе парня, который почти требовал немедленно повиноваться.

Она медленно повернула голову, неясно смотря на парня. Его взгляд все еще был полон энтузиазма, и она поняла, что он кормит не ее, настоящую Эшли, а ее ненастоящую версию, которая существовала в его голове. Наверное, после завтрака, та версия Эшли должна будет наброситься на него с поцелуями… Но смогу ли я сделать это? Сомневаюсь…

Девушка открыла рот, впуская в себя кусочек панкейка; он был сладким и влажным, но ей показался мерзким, как член во рту, который она уже могла у себя предвидеть. Произошло ли это вчера, или сегодня еще не закончилось, ее анус все еще болел, а глаза Джонатана ненасытно ее пожирали. Я вижу, что ты хочешь… И, к сожалению, ты это получишь…

Доев блинчики, все до единого под пристальным взглядом похитителя, она напряженно смотрела, как он кладет вилку на поднос, и берет стакан апельсинового сока в руки.

Парень внимательно смотрел, как движется тонкая шея девушки, когда она глотает, и строил планы, тяжесть которых была ощутима для Эшли. Она старалась не сводить взгляд со дна стакана, поднесенного к ее губам, а потом уже со своих рук, смиренно лежащих на ее животе.

Она боялась поднять взгляд, и увидеть выражение лица Джонатана; что он задумал, это было неважно. Выбора у нее не было, но она надеялась, что он хотя бы не отнимет у нее право игнорировать его присутствие.

– Эшли… – он прошептал, поглаживая ее голень и выводя на ее ноге узоры, понятные только ему.

Он повторил ее имя еще несколько раз, пока внимание девушки не было обращено на него. Парень встал, не двигаясь и просто рассматривая свою пленницу, глазами уткнувшись в ее розоватые губы.

Девушка нервно сглотнула, когда он подошел к ней, беря ее за подбородок и заставляя посмотреть в свои нечитаемые глаза, скрывающие за собой множество мыслей. Она отворачивала взгляд, но только затем, чтобы потом снова взглянуть на него; она не могла смотреть ему в глаза, но в то же время, не делать этого было слишком опасно, как выпустить ядовитую змею из поля зрения.

– Джонатан..? – она старалась не моргать так быстро и испуганно, но делать это медленно и возбужденно. Девушка заерзала на кровати, раздвигая ноги пошире, словно ей нестерпимо хотелось нового проникновения.

– Открой-ка ротик, залетит самолетик, – сказал он.

Несмотря на шутливость фразы, парень произнес это совершенно серьезно, как и сам был серьезен. Девушка послушно открыла рот, зажатая между кроватью и Джонатаном, и зажмурилась. Она не думала, что он просто хочет полюбоваться ее языком.

Как Эшли и думала, когда он отпустил ее подбородок, но не разрешил закрыть рот, она вскоре услышала звук расстегивающейся ширинки. Она слышала, как зашелестела ткань трусов, и еще долго ждала, пока нежеланная плоть вторгнется в ее рот. Джонатан словно издевался над ней, наблюдая, сколько еще она так просидит; с залегшей морщинкой между бровей и холодным ветерком, дующим в ее открытый рот, совершенно не видя того, что происходит перед ее лицом.

Большой палец парня лег на ее подсохшую губу, касаясь мокрого языка, и снова проходясь влагой по ее нижней губе. Его палец скользнул на язык, надавливая его и поглаживая, словно извращенный стоматолог. Он прошелся по ее мягким деснам, и нежно мазнул по верхней губе. Эшли была уверена, что его член стоял и был прямо напротив ее лица, а сам парень просто медлил ради наслаждения ее страданиями.

Его палец покинул ее рот, а ладонь легла на ее щеку, фиксируя ее лицо в одном положении и касаясь головкой ее влажных губ. Эшли с трудом не закрыла рот, как венерина мухоловка, и обхватила губами член, плавно разлегшийся на ее языке, словно парень раздумывал, стоит ли загонять его глубже.

Когда она сделала глубокий вдох, пытаясь не стошнить от отвращения, парень резко протолкнулся в ее глотку, сразу на всю длину, обхватывая ее за волосы на дергающейся голове. Эшли попыталась оттолкнуться от него, стучась об его бедра, словно об закрытую дверь, но по итогу насаживалась на его хуй еще глубже, почти что упираясь в самый лобок.

Она слышала, как парень стонал, чувствуя себя, словно под водой; она задыхалась, пока он получал удовольствие. Он бодро и ритмично вдалбливался в ее горло, которое спазмированно подергивалось на его стволе. Джонатан словно не замечал, или не хотел замечать, конвульсивное сопротивление девушки на своем члене. Он пользовался ей, как вещью, состояние которой его не волновало; в его голове все было горячо и добровольно, и Эшли получала такое же наслаждение, как и он сам. Ну а если нет, Джонатан не стал бы отрицать, что женские слезы были неплохой смазкой для члена.

Все лицо девушки было покрыто влагой, слезами и слюной, к которым вскоре добавилась белая густая конча. Получив свою порцию оргазма, на которую, по своему мнению, Джонатан имел полное право, он оттряхнул свой член об холодную щеку девушки, и улыбнулся, наслаждаясь видом перед собой. Он ощущал себя, словно воинственный правитель Рима, рассматривающий руины своих соперников, воплощением которых была Эшли, а знаменовала собой она женщин, которые не хотели иметь с ним ничего общего, и тем более сосать его член.

Эшли ошарашенно смотрела на своего мучителя, на его широкую улыбку и радостный блеск в глазах, и испытывала диссонанс от своих чувств, совершенно парню противоположных.

– Ну вот, а ты боялась, – он улыбнулся, неадекватно и отрешенно.

Девушка решила не спрашивать, чего она боялась по мнению парня, но одно ее пугало точно; с каждым днем пребывания ее в подвале, парень словно терял адекватность все больше и больше.

Он оставил ее одну, запачканную спермой и напуганную своим поведением. Эшли не стала плакать, не смогла, и решила попытаться заснуть. Что то, что это – пустая трата времени… Но больше мне нечем заняться…

С раздражением, она слушала гул, наполняющий комнату. У нее не было привычного звука часов, шумных соседей, и зловещая тишина не давала ей заснуть, словно в закрытом подвальном помещении может появиться другой монстр, альтернативный Джонатану. И тот был бы добрее…

Она не понимала, откуда идет гул, и думала о том, чем наверху занимается Джонатан. Могу с легкостью представить, как он, словно совершенно нормальный человек, готовится ко сну, или обедает… Может, протирает пыль, думая о своей девушке, которую он по большой любви запер в подвале… Или я сама попросилась к нему в подвал? Бррр, лучше не задумываться, как мыслит маньяк.

Думая об университете и подругах, она заснула со слезами на глазах, уверенная, что ее ищут. И найдут. Обязательно найдут. Я больше не могу быть здесь…

## 10

Эшли открыла глаза, все еще не просыпаясь от кошмара, в котором была. Ей было сложно понять, какой сейчас день и время суток, и она решила позабыть об этом; знание этой информации, о том, как время бесследно истекает, повергло бы в уныние, а не стало бы полезным.

Она ждала прихода Джонатана, не бесстрашно, но скучающе и устало. Он был ее единственным развлечением в этом месте, а мысли в ее голове постепенно переходили из средства увеселения в депрессивную запутанную кашицу.

– Эшли, – парень спустился в подвал, с пустыми руками и подозрительно-радостной улыбкой.

– Джонатан, – она выдохнула; смысла игнорировать его не было, как и фонтанировать энтузиазмом.

– Угадай, какой подарок ты сегодня от меня получишь за свое хорошее поведение, – его лицо лучилось самодовольством, словно он собирался выпустить ее на волю.

– Не знаю, – девушке было безразлично.

– Ну угада-ай, – он протянул, садясь рядом с ней.

– Ты подаришь мне… Шоколадку, – она скрестила руки на груди.

– А вот и не угадала! Сегодня я отведу тебя наверх, чтобы ты помылась!

– Да? – от удивления она вскинула брови наверх, не хотелось этого признавать, но подарок был действительно тем, что она хотела.

– Да, – он кивнул.

Он встал и она встала; девушка не сразу заметила пушистые розовые наручники, закрепленные сзади на ремне парня. Обрадованная обещанием чистого тела, она бездумно протянула руки Джонатану.

Защелкнув розовые кружки на запястьях Эшли, он достал из кармана плотный отрез ткани, который повязал вокруг головы девушки, которая уже начала сомневаться в подарке. От психа хорошего не жди… Что он мог иметь ввиду под «помыться»? В принципе, абсолютно все, чего его извращенная голова могла бы захотеть…

Эшли ойкнула, когда ее оторвали от земли и взяли на руки, неся наверх. Она могла почувствовать, как парень идет по лестнице, длинной и широкой. Повязка не просвечивала, и как бы она ни вертела головой, видела только темноту.

Когда парень перестал высоко задирать ноги, она почувствовала, как он идет по прямой поверхности, а потом снова идет по лестнице, уже более короткой. Так, второй этаж дома…

Она услышала, как скрипнула дверь, и еще раз ойкнула, когда парень опустил ее на землю, заставляя встать прямо, как куклу.

Девушка стояла, неловко переминаясь с ноги на ногу, и вздрогнула, когда услышала резкий и шипящий напор воды. Парень не спешил снимать с нее повязку или наручники, и она сделала пару шагов назад, пока не уперлась в стенку; она боялась находиться к нему спиной.

– Сейчас мы тебя помоем, – он напевал себе под нос, чем-то шурша.

Закончив с приготовлениями, парень снял с Эшли наручники, оставив на ее глазах повязку. Одним легким движением, он лишил ее шорт и футболки, оставляя ее голой и покрывшейся мурашками. Довольный тем, что видит, он наконец-то убрал темную ткань с ее глаз, открывая вид на просторную ванную, и себя, стоявшего без одежды.

Эшли оглядела нагого парня перед собой, и выдохнула с облегчением, разгадав план парня; изнасиловать ее под душем – было не самой худшей догадкой, которая приходила ей в голову за все моменты, пока она ничего не видела.

– Давай, залезай под душ, – он потянул ее за руку в прозрачную душевую кабинку, в выступах которой стояли женский гель для душа, шампунь и мочалка, все в розовой расцветке.

Эшли поморщила нос, думая о том, что не хочет пахнуть клубникой со сливками, а Джонатану сойдет и потное амбре, но сразу одумалась, мысленно благодаря парня хотя бы за то, что она будет чистой. Если он сразу же после душа не запачкает меня своей липкой кончой…

Встав под струю воды вместе с девушкой, парень взял в руки мочалку и налил на нее гель, вспенивая его и касаясь шершавым кружочком плеча Эшли.

– Не слишком горячо? Или подбавить градус? – спросил он, растирая живот девушки.

– Нормально, – отвращение с удовольствием смешались; ей было мерзко от прикосновений Джонатана, но как же приятно, когда вода смывала всю его похотливую скверну.

Она вздрогнула, когда мочалка добралась до ее ягодиц, усердно, но на удивление беспристрастно покрывая их пеной. Эшли расслабилась, надеясь, что парень и правда всего лишь хотел ее помыть, правда с личным участием. Она послушно расставила ноги пошире, когда намыленные пальцы парня вскользь прошлись по ее половым губам.

Девушка с наслаждением стояла под горячими струями душа, не обращая внимания на Джонатана; было тяжело не сползти по стенке кабины, пока вода ласкала ее своей обещанной чистотой.

Закончив намывать ее тело, парень вылил на свою ладонь немного шампуня, вспенивая его в руках и пальцами зарываясь в волосы девушки, которым нужнее была расческа, чем помывка. Пока он массажировал кожу ее головы, из запутанных прядей вылетали листочки деревьев и обломки прутиков, попавших на нее, когда она пыталась уйти из дома парня. Как давно это было… А теперь я стою в душе с извращенцем, смывающим с меня грязь, которой сам же и запятнал… Черт, когда же это закончится… Так хочется обратно в университет, к девочкам… И пусть я даже буду проваливать экзамен за экзаменом, все лучше, чем это…

Эшли замерла, когда парень, вымыв ее волосы, подошел к ней поближе, почти впритык. Он уткнулся в ее шею, а его дыхание было не таким горячим, как пар в кабинке. Его руки, уже не с целью вымыть, а с целью загрязнить, начали прохаживаться по ее телу, щупая беззащитную, упругую и мокрую кожу, полностью в своем распоряжении.

Ее тело перестало расслабляться, зажимаясь и пытаясь отступить, избежать мерзких прикосновений, но руки парня были более цепкими, чем казались на первый взгляд. Он прижал ее к себе, схватив за зад, и впился во влажные губы поцелуем.

Эшли завертела головой, пытаясь избегнуть языка, захозяйчавшего в ее рту. Вокруг нее была вода, она сама была мокрой, и мокрый язык внутри нее заставлял девушку паниковать. Она устала от всего этого, и накопившиеся чувства, всплывшие наверх, заставили ее истерично заколотить ладонями по спине парня.

– Ты чего? – он оторвался от поцелуя; в запаренной кабинке его лица совсем не было видно.

– Я… Я… Ненавижу тебя! – она закричала, не так громко, как ей хотелось.

Парень опешил, но потом снова прильнул к девушке, принимая ее искренние чувства за паническую атаку. Из-за этого она ненавидела его еще сильнее, оттого, как он не воспринимает ее всерьез и даже за человека не считает.

– Ну-ну, все, моя хорошая, не плачь, – прошептал Джонатан, капли воды на разъяренном лице девушки принимая за слезы.

Она молча стояла, закипая, и понимая, что не может ничего сделать; в любом случае, парень был сильнее ее, и даже если бы она выбежала из душа, голая, и не поскользнулась бы, он бы ее с легкостью поймал. Единственный выход – через Джонатана, который явно не собирается меня отпускать.

Девушка позволяла ему поглаживать себя, ощупывать дергающиеся мышцы, готовые бежать; они еще не успели сдаться, как мозг. Она не поняла, зачем он давит ей на плечи, но сразу догадалась, посмотрев вниз, не на сумасшедшее лицо напротив себя, а на член, стоящий и покорно ожидающий своей очереди.

Ей никогда раньше не приходилось заниматься сексом в душе, да никогда и не хотелось, но теперь она стояла коленями на голом кафеле, ожидая, пока парень заставит ее покорно открыть рот.