# Забытая сказка

Игорь Ульянов

Для меня эта сказка, действительно – «забытая сказка». Первый вариант был написан в 2000-м году. В 2003 году поправил текст, заменил имена героев. И текст отправился в электронный архив, где и ждал меня всё это время. В 2025 году я открыл сказку и понял, что не хочу расставаться с ее героями. Переписал текст, развил сюжет, добавил несколько эпизодов. Но сказка сохранила первоначальный замысел, и характеры главных героев тоже остались прежними. Как и их желание жить счастливо и бороться за своё счастье.

Средь полей и лугов, меж рощ и лесов затерялась маленькая деревушка, каких много в округе. Никто бы не вспомнил про неё, если бы не произошла там сказочная история, про которую до сих пор рассказывают местные жители и передают подробности из поколения в поколение.

Жила в той деревне семья. Отец, мать и их дочка Настенька. Отец был плотником и столяром. Мастерил деревянную утварь, умел вырезать наличники на окна. Кто не попросит, всем делал, никому не отказывал. Да не по одному рисунку, а всем разные, как будто угадывал, что кому подойдет. То украсит наличники ромашками да колокольчиками, то переплетенными ветками рябины или ивы. Добрые вести о том пошли по округе, с дальних деревень приезжали люди, чтобы полюбоваться.

Мать занималась в саду и на огороде. Всё, что ни сажала, все принималось, вырастало и давало удивительный урожай, которому даже соседи втайне завидовали. Если вырастало яблоко – то едва на тарелке помещалось, таким большим было, если картошка – одной целую семью можно накормить. Не прятала она секретов от соседей, со всеми делилась и рассадой и саженцами. Но сколько не пробовали соседи сажать ее саженцы и рассаду, никак не получалось у них вырастить такой же урожай, как у нее. Видимо, кроме семян и рассады нужно особое трудолюбие, а еще любовь ко всему живому.

Настенька помогала отцу и матери. То отцу подскажет, как лучше цветок из дерева вырезать, то матери поможет сажать рассаду, поливает из маленькой леечки. Когда все дела переделают, садились всей семьей пить чай из самовара, с пирогами и с вареньем. И начинал отец рассказ про далекую страну счастья, где все люди рады друг другу, и любят друг друга сильнее даже, чем родные братья и сестры.

– Батюшка, – спрашивала Настенька, – чтобы быть счастливой, обязательно ехать в ту далекую страну?

– Нет, Настенька, – отвечал отец. – Можно и здесь жить счастливо, только нужно вокруг себя создавать красоту, и помогать всем, кому твоя помощь нужна.

– Как мама, – заулыбалась Настенька, – она всегда всем помогает.

Мать Насти всех привечала. То беспризорного котенка покормит, то выпавшего из гнезда птенца принесет в дом, выкормит, выходит его и на волю отпустит. То треснувшую веточку у дерева перевяжет веревкой, чтобы та не отломилась.

Однажды осенью пошла она на пруд, чтобы подкормить диких гусей, собиравшихся в дальний полет. Вдруг видит, что беспокойно ведет себя одна гусиная семья – гуси кричат, машут крыльями, не улетают. Подошла она к самому берегу и разглядела, что молодой гусь запутался в расставленных кем-то рыболовных сетях, не может выпутаться, и взлететь. Поспешила она на помощь, вошла в реку, распутала веревки, освободила молодого гуся от пут. Обрадовались гуси, захлопали крыльями в знак благодарности, проплыли по пруду кругом, взмахнули крыльями и взлетели в небо.

Улыбнулась мама Насти, помахала гусям рукой, стала возвращаться домой, но не успела пройти немного, как жар ее стал одолевать. Простыла она в холодной воде. Еле до дома дошла. Легла без сил. Заволновался муж. Побежал на другой конец села к знахарке за живой водой. Взял у нее маленькую бутылочку, да не успел вернуться. Умерла жена.

Похоронили ее. Положила Настя на могильный холмик цветы. Поселилась в доме печаль. И наличники уже не радуют и богатый урожай в саду не заботит. Месяц прошел, другой. Притупилась боль. Отец с Настей одни живут, со всеми делами справляются. Отец снова наличники вырезает. Настя их раскрашивает красками.

Вдруг, появилась женщина. Откуда – никто не знал. То дальней родственницей назовется, то подругой жены представится. Пристала она отцу Насти:

– Зачем тебе одному жить? Я и прибрать в доме смогу, и обед приготовить. И за дочкой присмотрю. Возьми меня в жены.

– Что будем делать, дочка? – спросил отец.

– Батюшка, я тебе всегда помощница, но с женой тебе легче будет. Приводи мачеху в дом.

Стали они втроем жить. Первое время все так и было, как говорила мачеха. Но только с каждым днем она все больше замечаний стала делать отцу Насти. То не так, да и это не по ней!

– Зачем ты целый день сидишь, сгорбившись над наличником? Вырезаешь деревянные кружева. Если бы без узоров, давно бы уже три наличника изготовил, да и деньги уже получил бы за работу.

– Я так не привык, хочу каждый новый лучше прежнего сделать, – отвечает тот. –Чтобы жить весело, чтобы наличники радовали каждого, кто мимо дома идет.

Наступила зима. Снег укрыл землю. Метели замели дорожки. Птицы прячутся под крышей, ближе к теплу.

– Дрова заканчиваются, скоро печь топить нечем будет, – говорит жена мужу. Да еще ехидно подшучивает над ним, – плотник без дров – где же это видано? Хоть бы валежника из леса привез. Да не с краю выбирай, там вся деревня уже все выбрала, иди в саму чащу, там еще никто не ходил, найдешь крупные ветки. А может и целое дерево сухое попадется.

Взял отец Насти санки, заткнул топор за пояс, пошел в лес. Зашел в самую чащу. Набрал полные санки веток. Собрался, было возвращаться, да услышал чей-то стон жалобный. Прислушался, пошел на голос. Видит, лежит волчица, лапой в капкан попала. Кровь темнеет на снегу. А рядом с ней маленький волчонок ползает. Стонет и подвывает.

– Потрепи, освобожу тебя, – обратился отец к волчице. – Но и ты не тронь меня, я вот даже топор на санках оставлю.

Подошел, осторожно разжал металлические зубы капкана, освободил лапу волчицы. Привстала волчица.

Вдруг рев раздался. Показался среди деревьев огромный медведь.

– Волчица не жилец, да и волчонок не далеко уйдет. Отдай мне малыша, давно не было у меня такого обеда, – проревел медведь.

– Не отдам! Не гоже слабых обижать!

Медведь двинулся навстречу с грозным ревом. Хотел отец Насти взять топор в руки, да не успел. Ударил его медведь лапой, разорвал тулуп до самого низа, с досады развернулся и пошел проч.

Волчица поклонилась, подтолкнула волчонка, поставила его на лапы и заковыляли они в гущу леса. Отец Насти довольно посмотрел им вслед. Хотел сдвинуть санки с поклажей, да не смог – боль пронзила все тело. Посмотрел он на тулуп – а тот весь в крови. Скинул он часть веток с санок, те стали легче, сдвинул он их и направился домой. Но так как путь был не близкий, а сил у него становилось все меньше, останавливался он по пути не раз, сбрасывал ветки с санок, чтобы легче везти. Дошел до дома, открыл калитку, да чуть не упал.

– Это что, все дрова? – ехидно спросила мачеха.

– Медведь на меня напал…

– Если бы раньше дрова заготовил, никто бы на тебя не напал, – отвечает мачеха.

– Пойду, прилягу, устал я, – сказал отец.

– Ой, это кровь? – воскликнула мачеха. И запричитала, – я крови боюсь, видеть ее не могу, у меня кружится голова…

Убежала в свою комнату и закрылась там.

Выбежала Настенька на крик, взяла под руки отца. Проводила до кровати. Сняла тулуп. Рубашку. Перевязала чистой тканью.

– Батюшка, как ты?

– Знаешь, я сегодня в лесу волчицу с маленьким волчонком видел. Волчица в капкан попала. И силы ее были на исходе. Если бы не я, медведь их точно не отпустил бы…

– Батюшка, – вдруг прервала отца Настенька, – у нас ведь есть живая вода, сейчас принесу.

– Подожди дочка. Чувствую я, уже не поможет мне живая вода. Умру я. Одна ты останешься. Помни, о чем я говорил – счастливую жизнь, такую как в стране счастья, можно и здесь построить, если создавать красоту вокруг, делать добро, помогать всем, кому помощь нужна. И для этого уезжать никуда не надо.

Умер отец. Похоронили его. Положила Настенька деревянные ромашки на могильный холмик. Снова печаль поселилась в доме. Но месяц прошел, другой. Настя и дома работает, и в саду, и на огороде. Да еще новой краской наличники поправляет, чтобы было красиво.