Сана Аскерова
Второй шанс

***

Темнота. Густая, липкая, словно жидкий асфальт, поглощала его. Ислам пытался вдохнуть, но воздух будто разрывал лёгкие. Его тело, казалось, растворилось, оставив только сознание, обнажённое и уязвимое. И где-то в этой безграничной пустоте он понял: здесь нет времени. Нет ни вчера, ни завтра – только бесконечное "сейчас".

"Это… сон?" – его мысль прозвучала как шёпот в вакууме, но ответа не было.

Внезапно мрак стал плотнее. Давление усилилось, словно чёрная масса сжимала его разум. Появились звуки – тягучие, болезненные, как старое расстроенное пианино. И тут Ислам услышал:

– Ислам… – шёпот, словно треск крошащегося стекла, раздался со всех сторон.

Он оглянулся, но глаза… ничего не видели. Ему захотелось побежать, но как? У него не было ног. Не было тела. Лишь ощущение, что его тащат вниз, в самый центр этой бесконечной темноты.

– Кто здесь?! – голос сорвался. Он эхом разлетелся в пустоте, но ему ответили не сразу.

– Зачем… ты здесь? – Голос теперь стал громче. Мужской, грубый, как звук цепей, скребущих по камню.

"Я? Я не знаю, как сюда попал!" – хотел крикнуть Ислам, но слова застряли в горле, которого больше не существовало.

И вдруг его сознание захватили образы. Как в сломанном проекторе, перед его мысленным взором начали мелькать сцены из жизни. Он видел себя – того самого, который вёл дорогую машину, смеясь над друзьями, оставленными на обочине его гордости. Видел мать, стоящую у плиты, с надеждой смотрящую на него, а он грубо отмахивался, бросая: "Не сейчас, мам, отстань".

– Это… не я, – шептал Ислам, но образы становились всё чётче.

Сцена: подросток с разбитым телефоном стоит перед ним, а Ислам высокомерно заявляет: "Работай лучше нищеброд, и будет как у меня". Затем – лицо девушки, слёзы, его равнодушие.

– Плохой… ты, – прошипел голос, теперь ближе, почти касаясь его разума.

– Нет! Это неправда! – Ислам задыхался от эмоций. Грехи прошлого пронзали его, будто раскалённые стрелы.

Впереди начал вырисовываться силуэт. Чёрный на фоне чёрного. Огромный, будто он поглотил весь мрак во Вселенной. У него были длинные руки, которые казались бесконечными, как сами тени вокруг.

– Зачем сопротивляешься? Останься. Здесь покой, – прогремел голос.

– Кто ты? – Ислам ощутил, как его сознание дрожит от ужаса.

– Я… ты, – голос был пугающе спокоен. – Всё, что ты скрывал от себя. Всё, что ты забыл.

Темнота начала сжиматься вокруг Ислама. Она будто затягивала его в себя, обещая избавиться от боли и страха, но Ислам почувствовал что-то новое. Тёплое, светлое. Оно было как далёкий шёпот.

– Ислам… сынок… – этот голос, едва различимый, пробился сквозь гул и мрак. Мамин голос.

Ему вдруг стало страшно. До слёз.

"Мама…?"

– Нет… нет… – снова загремел грубый голос. – Забудь. Она не спасёт тебя. Здесь ты навечно!

Но Ислам чувствовал, как сила тёплого голоса крепнет, пробивая чёрную завесу. Теперь он не просто слышал маму – он видел её. Сидящую у кровати с тёплым светом в руках. Её губы шевелились, произнося слова, которые он не мог разобрать.

– Я… не хочу здесь оставаться… – прошептал он.

Темная сущность вскрикнула, словно раненый зверь, и вцепилась в него ещё сильнее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.