Alek Kyoto
Эстев. Наследие молний

Дисклеймер

Данное произведение является художественной выдумкой. Любые совпадения с реальными событиями, местами, персонажами или мифами носят случайный характер. История вдохновлена элементами древнегреческой мифологии, но не стремится точно передать мифологические события, образы богов или культурные аспекты той эпохи.

Я не ставил целью исказить, оскорбить или неправильно интерпретировать мифологическое наследие Древней Греции. Все описанные события, персонажи и их поступки являются плодом воображения автора и предназначены исключительно для развлекательных целей.

Автор не несут ответственности за возможные несоответствия с историческими или мифологическими источниками.

Часть 1: Начало пути

Глава 0. Счастье и утрата

Я помню запах корицы. Каждый раз, когда мама пекла пироги, дом наполнялся этим ароматом. Казалось, что он пропитывает стены, мебель, даже воздух, который мы вдыхали. Этот запах стал символом моего детства – теплого, как солнечные лучи, и такого же короткого. Когда-то мне казалось, что это будет длиться вечно, но все изменилось.

Наш дом стоял на краю небольшого городка в Нова-Сити, где лес начинался сразу за нашим двором. Утром я часто просыпался от звуков птиц, а вечером засыпал под шепот ветра, играющего в кронах деревьев. Жизнь текла спокойно, размеренно, словно река. Мама говорила, что здесь легко дышится. Я тогда не понимал, что она имеет в виду, но теперь вспоминаю ее слова как обрывки сна.

Я сидел за кухонным столом, наблюдая за тем, как мама ловко раскатывает тесто. Солнечный свет пробивался через шторы, падая на деревянный стол, на котором всегда лежал ее любимый кухонный набор. Мамин голос был мягким, но наполненным энергией:

– Знаешь, Эстев, иногда счастье – это просто кусочек пирога. Не забывай об этом.

– А если я съем два кусочка? Буду вдвойне счастлив? – спросил я, хихикая.

Она улыбнулась и притворно нахмурилась:

– Тогда это уже жадность, а не счастье.

Такие моменты казались мне незначительными тогда, но сейчас я понимаю, насколько они были важны. Отец, Гарет, всегда возвращался с работы с улыбкой. Он обнимал маму и сажал меня на плечи, поднимая так высоко, что я мог увидеть весь мир.

Каждые выходные мы выбирались за город. На старой дороге, ведущей к озеру, всегда пахло пылью и соснами. Отец учил меня находить север по мху на деревьях, рассказывал истории о том, как в его детстве каникулы проходили в походах. Я знал, что он хотел, чтобы я любил природу так же, как он.

Однажды, когда солнце садилось за горизонт, и вода в озере стала золотой, я поймал свою первую рыбу. Ее серебристое тело блестело на солнце. Я был горд и счастлив.

– Видишь? Терпение всегда вознаграждается, – сказал отец, похлопав меня по плечу.

Эти слова стали для меня чем-то большим, чем просто совет. Они были напутствием на всю жизнь.

Потом все изменилось. Это началось в обычный осенний день. Листья только начали менять цвет, наполняя наш двор яркими оттенками красного и желтого. Я вернулся из школы и сел за уроки. В комнате было тихо, только тиканье старых часов на стене нарушало покой. Мама готовила ужин, а отец должен был прийти через час. Но он не пришел.

Сначала мама не переживала. Она думала, что он задержался на работе. Но когда прошло еще несколько часов, ее лицо изменилось. Тревога поселилась в ее глазах, и это передалось мне. В ту ночь я впервые услышал, как мама молилась вслух.

На следующее утро раздался стук в дверь. Двое полицейских стояли на пороге. Их лица были серьезными, словно они принесли с собой кусочек зимы. Один из них произнес слова, которые я никогда не забуду:

– Ваш муж погиб.

Мир рухнул. Я помню, как мама закричала. Ее голос был пронзительным, почти нечеловеческим. Она упала на колени, обхватив руками голову. А я… я просто стоял. Внутри все замерло. Я смотрел на их лица, на их форму, на папку, которую они держали. И в голове звучало только одно: «Это не правда. Это ошибка.»

День похорон был холодным. Серое небо висело низко, как будто сама природа скорбела. Мелкий дождь моросил, превращая землю в грязь. Люди собрались у могилы, но я почти никого не замечал. Гроб отца опустили в землю, и это был момент, когда все стало реальным. Мама плакала, держась за мою руку. Ее слезы падали на мою рубашку, но я не мог ее утешить. Я просто стоял, смотрел на землю и чувствовал, как что-то внутри меня умирает.

Я пытался найти ответы. Почему? Почему именно он? Почему именно мы? Но ответы не приходили. Я видел, как люди подходят к маме, обнимают ее, говорят слова утешения. Но в их глазах была жалость. Я ненавидел эту жалость.

В ту ночь я не спал. Лежа на кровати, я смотрел на потолок, слушая, как мама плачет в соседней комнате. Я хотел что-то сделать, но был беспомощен. Я сжал кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. Эта боль была единственным, что я мог контролировать.

Следующие годы были как длинная ночь. Мама устроилась на две работы. Мы продали машину, чтобы заплатить долги. Коллекторы стали приходить к нам домой. Я помню их голоса, их грубые слова. Один из них однажды толкнул маму, и она упала. Я стоял, сжимая кулаки, но ничего не мог сделать. Я был всего лишь ребенком.

В школе все тоже стало хуже. Я потерял друзей. Меня дразнили из-за старой одежды, из-за того, что я стал замкнутым. Коул, мой лучший друг, однажды сказал:

– Прости, Эстев, но я не могу больше с тобой общаться. Из-за тебя и меня начали дразнить.

Я не ответил. Просто развернулся и ушел. В тот день я понял, что теперь я один.

Однажды ночью, когда все казалось безнадежным, я поднялся на крышу нашего двухэтажного дома. Звезды были яркими, но холодными. Дождь шел, пропитывая одежду, делая ее тяжелой. Я смотрел вниз и думал: «А что если? Что если все закончить?»

Я встал на край крыши. Ветер трепал мои волосы, и я чувствовал, как сердце бьется так быстро, что мне казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Но в этот момент я услышал раскат грома. Небо вспыхнуло. Я поднял глаза и увидел, как молния прорезала тьму.

Я продолжил стоять, будто ждал чего-то. Дождь струился по моему лицу, смешиваясь со слезами, которые я больше не мог сдерживать. Казалось, что сама природа рыдает вместе со мной, разделяя мою боль.

– Что дальше? – прошептал я в пустоту. Мой голос утонул в шуме дождя, но я надеялся, что кто-то, где-то, услышит меня.

И тогда это случилось. Небо разорвалось еще одной молнией, но на этот раз она не просто осветила все вокруг. Я почувствовал, как электрический разряд проходит через мое тело, проникая в самую глубь моего существа. В голове вспыхнул яркий свет, а затем – пустота.

Когда я открыл глаза, то обнаружил себя лежащим на своей кровати. Все вокруг было в том же порядке, что и раньше. Но я чувствовал себя другим. Мое тело будто наполнилось чем то. Руки покалывало, как будто электричество все еще циркулировало по венам. Я посмотрел на ладони, и мне показалось, что между пальцами пробежала синяя искра.

– Что это было? – прошептал я, не в силах поверить, что все это реально.

Голова кружилась, как будто я провел всю ночь без сна. В окне брезжил рассвет, и город еще только начинал просыпаться. Я потянулся и услышал треск. Треск, словно электрический разряд пробежал по моей коже. Я замер, осматривая свои руки. Они выглядели как обычно, но я мог поклясться, что пару секунд назад из моих пальцев искрились молнии.

Весь день в школе казался странным. Мои одноклассники как будто избегали меня, хотя я привык, что ко мне и так мало кто подходит. Но сегодня их взгляды были другими – настороженными, чуть испуганными. На уроках я не мог сосредоточиться. Казалось, что вокруг меня будто что-то меняется. Словно воздух стал тяжелее.

На перемене, когда я проходил мимо группы ребят из параллельного класса, один из них резко схватил меня за плечо.

– Эй, ты че, батарейка? Почему тебя шарахают током? – ухмыльнулся он, показывая руку, на которой действительно был слабый красноватый след, как от разряда статического электричества.

Я отпрянул, не зная, что сказать. В горле пересохло, а сердце заколотилось, как бешеное. «Это не может быть правдой. Это просто совпадение», – твердил я себе, но сам понимал: что-то действительно не так.

Вечером я решил рассказать обо всем маме, но, открыв рот, застыл. Она сидела за кухонным столом, подперев голову рукой. Ее глаза были полны усталости и боли. Она взглянула на меня и слабой улыбкой попыталась скрыть свои эмоции.

– Все в порядке, мама? – спросил я, хотя ответ знал заранее.

– Конечно, Эстев, просто тяжелый день, – тихо ответила она, вернувшись к своим мыслям.

Я не смог заставить себя говорить. Если расскажу ей, что чувствую себя странно, она только больше начнет переживать. Я поднялся в свою комнату, лег на кровать и долго смотрел в потолок. Мысли метались от страха до любопытства. «Что со мной происходит? Это нормально? А вдруг я просто схожу с ума?»

В этот момент я вспомнил слова отца: «Иногда нам нужно принять неизвестное, даже если оно пугает. Главное – не терять себя». Но как я мог это принять, если даже не понимал, с чем имею дело?

Следующие дни стали настоящим испытанием. Одноклассники начали шептаться у меня за спиной. Казалось, что они знают обо мне что-то, чего я сам не понимаю. В классе стояла напряженная атмосфера. В один из дней, на физкультуре, когда я бежал по кругу, мои ноги вдруг стали двигаться быстрее, чем я ожидал. Казалось, что я лечу. Но внезапно я споткнулся и упал. Когда я поднялся, заметил, что мои руки слегка искрились. Никто этого не увидел, но я почувствовал, как мой страх усиливается.

На уроке химии я случайно уронил колбу. Когда она разбилась, я заметил, что маленькие электрические разряды пробежали по столу. Учитель смотрел на меня подозрительно, но ничего не сказал. Я хотел закричать: «Это не я! Я не знаю, что происходит!» Но, конечно, промолчал. Что я мог сказать, если сам ничего не понимал?

Однажды вечером, сидя у себя в комнате, я пытался написать домашнюю работу, но мысли не шли. Я смотрел на свои руки. Они выглядели как обычные, но я не мог избавиться от ощущения, что внутри меня что-то изменилось. Внезапно моя ладонь начала светиться синим. Тонкие электрические разряды пробежали по коже. Я вскочил, испуганно оглядываясь вокруг.

– Черт… что со мной? – прошептал я, сжимая кулаки, пытаясь остановить разряды. Постепенно они исчезли, но внутри осталась паника.

В ту ночь я почти не спал. Я пытался найти объяснение тому, что происходит. «Может, это какая-то болезнь? Или я подвергся радиации?» Но ни одно объяснение не казалось правдоподобным. Единственное, что я знал точно – это нельзя никому рассказывать.

Через несколько дней мама все-таки заметила, что со мной что-то не так.

– Эстев, ты выглядишь усталым. Все в порядке? – спросила она за ужином.

– Да, просто школа, – ответил я, стараясь избежать ее взгляда.

– Если что-то беспокоит, ты можешь мне рассказать, – ее голос был мягким, но в нем чувствовалась тревога.

– Все нормально, правда, – попытался заверить я, но внутри знал, что обманываю ее. Мне не хотелось, чтобы она волновалась еще больше.

Однажды ночью мне приснился сон. Я стоял посреди пустого поля, вокруг бушевала гроза. Огромные молнии разрезали небо, и каждая из них ударяла в землю рядом со мной. Я смотрел на свои руки, из которых вырывались такие же молнии. Они сливались с грозой, становясь ее частью. Казалось, что я и буря – одно целое.

Я проснулся в холодном поту, сердце колотилось, как бешеное. На стене я заметил обгоревшее пятно. «Этого не может быть», – подумал я, но знал, что это правда. Что-то происходило со мной, и я не мог это контролировать.

Несмотря на страх, я решил узнать, что происходит. Я начал читать все, что мог найти о молниях, электричестве, физических аномалиях. Я искал ответы, но их не было. Это только добавляло мне страха. Я понимал, что что-то изменилось в ту ночь, когда меня ударила молния. Но что именно? И почему?

Я не знал, что впереди меня ждут события, которые изменят все. Но тогда, сидя в тишине своей комнаты, я просто хотел одного – понять, кто я теперь и как жить с этим дальше.

После той ночи, когда молнии впервые вырвались наружу, я не мог думать ни о чем другом. «Что это было? Почему это случилось со мной?». Я старался вспомнить все детали: холодный дождь, вспышка света, странное тепло, которое охватило все мое тело. Но самое страшное – это не ответ, а его отсутствие.

Каждое утро начиналось одинаково. Я просыпался от ощущения тяжести, будто ночные кошмары оставляли свой след. Оглядывая себя в зеркало, я увидел знакомое лицо, но оно казалось чужим. Взгляд стал более тусклым, глаза будто светились неестественным блеском.

– Все нормально, – сказал я себе, стараясь звучать уверенно.

Школа стала еще большим испытанием. Раньше я просто пытался не привлекать внимания, но теперь это было невозможно. Внутри меня росло беспокойство, которое я не мог заглушить. Даже самые обычные вещи – разговоры, уроки, шум на перемене – казались невыносимыми.

Глава 1. Кто я?

По утрам я всегда шел той же дорогой. Узкая тропинка между серыми панельными домами вела к длинному асфальтированному пути, который петлял мимо старой заброшенной стройки. Каждый раз, проходя мимо нее, я чувствовал, как что-то внутри меня сжимается. Пустые окна напоминали глазницы, а торчащая арматура была похожа на ребра огромного чудовища.

В тот день все казалось еще более мрачным. Небо затянуло темными облаками, и воздух был тяжелым, словно перед грозой. Люди, проходящие мимо, выглядели отстраненным. Каждый шаг давался с трудом, как будто даже земля под ногами была против меня.

Я пытался сосредоточиться на простых вещах. Считать шаги, слушать ритм своего дыхания. Но мысли все равно возвращались к той ночи.

– Что со мной не так? – прошептал я, глядя на свои ладони.

Они выглядели обычными, но я знал, что это не так. Я помнил, как из них вырывались молнии, как в воздухе пахло озоном. Это не было сном.

В школе все было, как обычно. Одноклассники смеялись, кто-то обсуждал видео из интернета, кто-то переговаривался, бросая шутки через весь класс. Я сидел за своим столом, как всегда, стараясь не привлекать внимания.

– Эстев, ты опять на своей волне? – раздался голос Саванны, одной из моих одноклассниц.

Я вздрогнул, подняв глаза. Ее взгляд был добродушным, но я почувствовал себя разоблаченным.

– Все нормально, – быстро ответил я, отворачиваясь.

Она пожала плечами и вернулась к разговору с подругой. Но ее слова застряли в моей голове. «На своей волне. Что это значит? Может, они уже заметили, что я изменился?».

Во время уроков я все больше уходил в себя. Учитель говорил что-то про физику, писал формулы на доске, но для меня это были просто звуки. Я смотрел на свои руки, пытаясь понять, как такое возможно.

– Эстев, к доске! – голос учителя вывел меня из ступора.

Я медленно поднялся, чувствуя, как все взгляды устремились на меня. Ладони вспотели, и сердце забилось чаще.

– Решай пример, – сказал учитель, указывая на доску.

Мел в моей руке дрожал. Я пытался сосредоточиться на цифрах, но перед глазами вспыхивали молнии. Вдох. Выдох. Но дыхание сбилось, и я почувствовал, как внутри нарастает напряжение.

– Ты сегодня какой-то рассеянный, – произнес учитель, нахмурившись. – Садись, двойка.

Я вернулся на свое место, ощущая взгляды одноклассников. Кто-то усмехнулся, кто-то прошептал что-то соседу. Мне казалось, что каждый в этом классе знал мой секрет.

На перемене я вышел в коридор, чтобы немного прийти в себя. Люди ходили туда-сюда, смеялись, кричали, толкались. Но для меня этот шум был как гул сотен голосов, которые невозможно заглушить.

Я подошел к окну, стараясь спрятаться от всего этого хаоса. Серое небо сливалось с серыми зданиями, и в этом бесконечном сером море я искал ответ.

– Что ты там стоишь, как призрак? – услышал я знакомый голос за спиной.

Я обернулся. Коул. Его насмешливый тон сразу вызвал у меня раздражение, но я сдержался.

– Ничего, – ответил я.

– Ничего? – он шагнул ближе. – Ты в последнее время странный. Или это всегда так было, а мы просто не замечали?

Его слова обжигали. Я почувствовал, как внутри снова поднимается то странное напряжение. Но я сжал кулаки, стараясь не выдать себя.

– Оставь меня в покое, Коул, – спокойно сказал я.

– Оставить? А ты не думал, что это ты нас всех достал? – продолжил он, усмехаясь.

Я отвернулся, снова глядя в окно. Но внутри все кипело. Эти слова, этот тон – все напоминало о том, как мы были друзьями. Как все изменилось.

Когда-то я и Коул были друзьями. Настоящими. Я до сих пор помню, как мы играли во дворе, катались на велосипедах и строили планы на будущее. Мы обещали друг другу всегда быть на одной стороне. Но это было давно. Теперь он стоял передо мной, и от того мальчишки, с которым я делил секреты, не осталось и следа.

– Эй, Эстев, – громко выкрикнул он для толпы. – Ты опять притащил свою мамину кофту? Или это новый тренд?

Шум вокруг замер. Все взгляды устремились на нас. Кто-то тихо хихикнул, кто-то шепнул что-то соседу. Я чувствовал их взгляды, словно тысячи игл, впившихся в кожу.

– Оставь меня в покое, Коул, – произнес я, стараясь звучать твердо.

– В покое? А может, тебе лучше уйти из школы? Ты ведь все равно тут лишний, – он усмехнулся, шагнув ко мне ближе. – Или тебе напомнить, каким ты был раньше?

Эти слова ударили по мне сильнее, чем я ожидал. Напомнить? Да, я помню. Я помню, как мы вместе смеялись, строили укрытия из старых коробок, мечтали о путешествиях. И теперь он стоит передо мной, как чужой человек.

– Что с тобой случилось, Коул? – спросил я, глядя ему прямо в глаза.

Он хмыкнул, склонив голову в сторону.

– Я вырос, понял, как устроен мир. А ты остался тем же нытиком.

Эти слова подожгли что-то внутри меня. Я сделал шаг назад, пытаясь успокоиться. Но он не отступал.

– Ты думаешь, что лучше нас? – продолжил он, приближаясь. – Сидишь такой весь серьезный, жалкий. Давай, скажи что-нибудь.

– Заткнись, – тихо сказал я, сжимая кулаки.

– Что? Ты что-то сказал? – Он подскочил ко мне и схватил за воротник. – Скажи это еще раз, нытик.

И в этот момент что-то оборвалось. Весь накопленный гнев, обиды, боль – все это вырвалось наружу. Я ударил его. Сначала один раз, в лицо. Его голова дернулась назад, и он выпустил мой воротник.

– Ты… – начал он, но я уже не слушал.

Я обрушил на него всю ярость, которую копил. Каждый удар был ответом на его насмешки, на его издевки, на предательство. Он упал на пол, и я набросился на него, не замечая ни криков вокруг, ни того, как кто-то пытался меня остановить.

– Думал, что сильнее? – выкрикнул я, чувствуя, как гул нарастает внутри меня.

И тогда я почувствовал это. Тепло в ладонях, будто они начали гореть. В глазах вспыхнули искры, перед моим взглядом заплясали электрические разряды. На мгновение все вокруг стало размытым, словно реальность треснула.

– Что с ним? – прошептала одна из девочек, стоявших в стороне.

– Его глаза… они… светятся? – добавил кто-то с дрожью в голосе.

Я не слушал. Все мои мысли были сосредоточены на Коуле. Я продолжал наносить удары, но теперь электрические разряды, пробивающиеся из моих рук, разрывали ткань его рубашки и оставляли ожоги. Его крики эхом разносились по коридору.

– Эстев, остановись! – крикнул кто-то из учителей, но я уже не мог.

Вспышка молнии вырвалась из моих глаз, ослепляя всех вокруг. Люди вскрикнули, закрывая лица руками. В коридоре повисла напряженная тишина, нарушаемая только треском электричества.

Коул лежал на полу, его рубашка была разорвана, а лицо окровавлено. Он с трудом дышал, его глаза метались в панике, а тело подрагивало от остаточных разрядов.

– Убери руки! – выкрикнул я, но чей-то сильный захват прервал меня. Учитель физкультуры схватил меня за плечи, его лицо было полным ужаса.

– Что с тобой творится, Эстев?! – закричал он.

Я остановился. Медленно опустил руки и посмотрел на них. Кожа слегка покраснела, а из кончиков пальцев все еще пробивались слабые молнии. Люди в коридоре смотрели на меня, как на чудовище.

Я резко вырвался из хватки учителя и побежал. Бежал так быстро, как только мог. За спиной я слышал, как кто-то кричит мое имя, но это уже не имело значения. Я выбежал из здания, а в голове звучал только один вопрос: «Что со мной происходит?».

Прошел месяц с того дня, когда я в последний раз переступил порог школы. Месяц, наполненный тишиной, сомнениями и тяжелым грузом на душе. Я заперся в своей комнате, как будто стены могли защитить меня от того, что творилось внутри.

Мир за окном продолжал жить своей жизнью. Люди ходили по улице, солнце вставало и заходило, но для меня это все было словно фон – бесцветный, пустой. Я не мог найти себе места. Каждый день начинался одинаково: я просыпался, долго смотрел в потолок, а потом вставал и садился у окна.

«Кто я?». Этот вопрос преследовал меня, словно тень. Я не мог избавиться от него, как бы ни старался. Молнии, которые вырывались из моих рук, та ярость, что кипела внутри, – все это делало меня другим. Не таким, как раньше.

– Может, я чудовище? – прошептал я, глядя на свои ладони.

Эти руки… С виду обычные, но я знал, на что они способны. Я вспоминал тот день, как я ударил Коула. Его крики, ужас в глазах, как он упал на пол, не понимая, что происходит. Я не хотел этого. Или хотел?

– А что, если это было правильно? – сказал я себе, словно пытаясь найти оправдание.

Коул заслуживал наказания за все, что он делал. Но то, как я поступил, было слишком. Слишком.

Я закрыл лицо руками, стараясь заглушить эти мысли. Но воспоминания всплывали вновь и вновь. Голоса, крики, вспышки молний. Я чувствовал, как внутри меня все закипает, и это пугало.

Иногда я выходил из дома, чтобы хоть немного отвлечься. Но я всегда выбирал безлюдные места, чтобы не встречать никого знакомого. Чаще всего я шел к старой заброшенной стройке. Там было тихо.

Скрип ржавых металлических балок, эхо шагов на бетонных плитах, холодный ветер, гуляющий между пустых окон. Здесь я чувствовал себя свободным. Я мог позволить себе быть тем, кем был.

Однажды я ударил кулаком по бетонной стене, и из руки вырвалась молния. Она оставила черный след на серой поверхности. Я долго смотрел на этот след, словно он мог дать мне ответ.

– Может, я должен принять это? – прошептал я, глядя на свою руку.

«Но что это значит – принять? Быть тем, кто использует эту силу? Или прятаться от нее?».

Я начал говорить сам с собой. Внутренний диалог стал моим единственным утешением.

– Ты знаешь, что ты монстр.

– Нет, я не монстр. Это все произошло случайно.

– Случайно? А что насчет того, как ты почувствовал силу? Ты ведь наслаждался этим.

– Я… я просто потерял контроль.

– Или ты всегда был таким? Просто не знал этого?

Эти разговоры изматывали меня. Иногда я сидел в углу комнаты, обхватив голову руками, пытаясь заглушить голос.

– Может, ты должен быть героем? – спросил я сам себя однажды.

– Герои не избивают своих врагов так, как ты.

– Но герои тоже совершают ошибки.

– А что, если ты не герой, а злодей?

Я вспомнил слова отца: «Терпение всегда вознаграждается». Но как здесь может помочь терпение? Я больше не знал, что значит быть собой.

Мама пыталась со мной говорить, но я закрывался. Она выглядела уставшей, глаза часто покрасневшие. Наверное, она плакала по ночам, но никогда не показывала этого при мне.

– Эстев, я переживаю за тебя, – сказала она однажды за ужином.

Я поднял взгляд, но не знал, что ответить.

– Ты почти не ешь, не выходишь из дома… Ты хочешь поговорить?

Я покачал головой.

– Если что-то беспокоит тебя… Ты всегда можешь мне рассказать, – добавила она, стараясь улыбнуться.

– Спасибо, мама, – тихо ответил я, но больше ничего не сказал.

Она не настаивала. Я видел, что ей больно, но я просто не мог. Как я мог рассказать ей о том, что я – монстр?

Однажды я стоял перед зеркалом, глядя на свое отражение. Лицо было усталым, под глазами темные круги. Я поднял руку, сжал кулак, и почувствовал, как внутри начинает накапливаться энергия. Молнии пробежали по коже, тихо потрескивая.

– Это ты, – сказал я себе. – Это твое.

Я не знал, как с этим жить. Я боялся себя, но в то же время чувствовал, как эта сила зовет меня.

– Ты должен решить, кем ты будешь, – произнес я вслух. – Монстром или героем.

Но ответа у меня не было.

На следующий день дождь моросил с самого утра. Серые тучи густо накрыли небо, как тяжелое одеяло, не пропуская ни единого луча солнца. Город казался чужим и холодным, словно отражая мое собственное состояние. Мокрые ветви деревьев склонялись под весом капель, а лужи на асфальте мерцали под приглушенным светом фонарей.

Я брел по парку, прячась под капюшоном своего старого серого худи. Под ногами шуршали мокрые листья, которые казались такими же беспомощными, как я. Шорох дождя был успокаивающим, почти медитативным. Это был единственный звук, который я хотел слышать.

Мои мысли блуждали где-то между вчерашними терзаниями и завтрашним страхом. «Что со мной происходит? Почему это случилось именно со мной? Могу ли я быть чем-то большим, чем страх и злость?».

Я остановился у одной из скамеек, стоящих под большим раскидистым деревом. Ветви хоть немного укрывали ее от дождя. Я сел, уставившись на капли, медленно падающие с листьев.

– Ты всегда так грустно смотришь на мир? – раздался голос позади.

Я вздрогнул, резко обернувшись. Передо мной стояла девушка. Она выглядела странно на фоне этого мрачного дня – яркая, несмотря на серый плащ и зонтик, который она держала. Ее длинные светлые волосы струились по плечам, а большие карие глаза смотрели прямо на меня.

– Эм… ты ко мне? – выдавил я, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.

– Да, а кто еще сидит здесь один под дождем? – Она улыбнулась, и в ее улыбке было что-то теплое, почти солнечное.

Я пожал плечами, не зная, что сказать.

– Можно сесть? – спросила она, указав на скамейку.

– А… конечно, да, – пробормотал я, пододвигаясь.

Она сложила свой зонтик и аккуратно села рядом, стараясь не замочить одежду. Мы сидели в молчании, и я чувствовал себя ужасно неловко.

– Ты всегда гуляешь в такую погоду? – нарушила она тишину.

– Нет, просто… не люблю сидеть дома, – ответил я, нервно сжимая край худи.

– Странно. Обычно люди прячутся от дождя.

– Ну, я… мне нравится дождь. Он скрывает все.

Она кивнула, как будто поняла, о чем я говорю.

– А я люблю дождь за то, что он смывает все плохое, – сказала она, поднимая взгляд к небу.

– Это… красиво звучит, – пробормотал я, ощущая, как на лице проступает легкий румянец.

Она посмотрела на меня, улыбнулась, и я вдруг почувствовал, что этот мрачный мир стал немного светлее.

– Кстати, я Кэсс, – сказала она, протягивая руку.

– Эстев, – ответил я, немного смущенно пожав ее руку.

– У тебя необычное имя. Откуда оно?

– Мама выбрала. Оно вроде как… из книг, – ответил я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

– А ты сам читаешь?

– Раньше читал, – сказал я, опустив взгляд. – Сейчас уже нет.

– Почему?

Я замялся, не зная, что сказать. Как объяснить незнакомке, что я больше не могу читать, потому что мысли постоянно возвращаются к тому, кем я стал?

– Просто… времени нет, – выдавил я.

Она снова улыбнулась, но на этот раз ее взгляд был чуть серьезнее.

– А я читаю все подряд. Особенно люблю фантастику. Иногда хочется сбежать в другой мир, знаешь?

Я кивнул, не зная, что ответить, и просто слушал. Ее голос был спокойным, мелодичным, как шелест дождя, и с каждым ее словом мне становилось легче. Она рассказывала о книгах, о своих прогулках, о том, как однажды потеряла зонтик и промокла до нитки. Впервые за долгое время мне хотелось слушать.

– А ты? Что ты любишь? – вдруг спросила она.

– Я… – я запнулся, потому что даже не знал, что ответить. – Не знаю.

– Ничего?

– Раньше я любил… рыбалку. Мы с отцом часто ездили к озеру.

Ее взгляд стал мягче.

– Звучит здорово. А почему перестал?

Я посмотрел в сторону, стараясь не встречаться с ее глазами.

– Просто… жизнь изменилась.

Она ничего не сказала, но я почувствовал, что она понимает больше, чем говорит.

Дождь начал усиливаться. Капли громко стучали по земле и листьям.

– Ты весь промокнешь, – сказала она, кивая на мое худи.

– Я привык, – ответил я, пытаясь улыбнуться.

– Тогда, может, погуляем еще? – предложила она, поднимаясь.

Я удивился ее предложению. Никто не хотел проводить со мной время, тем более в дождь.

– Ладно, – тихо сказал я, чувствуя странное тепло внутри.

Мы пошли по мокрой дорожке, и я вдруг понял, что впервые за долгие недели мне не хочется быть одному.

Дождь усиливался. Капли громко барабанили по деревьям и скамейкам, словно стараясь заглушить тишину, которая иногда проскальзывала между нашими словами. Мы с Кэсс шли по извилистой тропинке парка, стараясь избегать глубоких луж, хотя это уже не имело смысла – ноги давно промокли.

Она держала закрытый зонтик в руках, не скрываясь от дождя, и иногда поднимала голову вверх, чтобы почувствовать капли на лице. Ее волосы потемнели от влаги, но она, кажется, не обращала на это внимания.

Я шел рядом, немного в стороне, стараясь быть ближе к деревьям, словно они могли меня укрыть. Улицы парка были пустынны, только где-то вдали слышался смех детей, играющих у луж.

– А ты когда-нибудь задумывался о героях? – внезапно спросила она, остановившись и повернувшись ко мне.

– О героях? – я удивленно поднял брови.

– Ну да. О тех, кто спасает мир, – уточнила она, пристально глядя мне в глаза.

Я задумался. Раньше, когда я был ребенком, отец часто читал мне книги о храбрых рыцарях, которые сражались с драконами и защищали королевства. Тогда я мечтал быть как они. Но теперь все казалось сложнее.

– Я думаю… – начал я, глядя на мокрую землю под ногами. – Герои… они не такие, как в книгах.

– Почему?

– Потому что в жизни все не так просто, как в сказках. В реальности герои тоже ошибаются. Иногда они становятся монстрами, даже если этого не хотят.

Она долго молчала, всматриваясь в мое лицо.

– А если ты ошибся, это значит, что ты не можешь быть героем? – спросила она наконец.

– Не знаю, – ответил я честно. – А ты что думаешь?

Она улыбнулась, и ее улыбка была такой теплой, что даже дождь показался мне мягче.

– Я думаю, герои – это те, кто борется, даже если боится.

Ее слова отозвались во мне. Они звучали просто, но в них была сила.

– А если ты не знаешь, с чем борешься? – тихо спросил я.

– Тогда просто начни. Иногда ответы приходят только тогда, когда ты двигаешься, а не стоишь на месте, – сказала она, разворачиваясь и идя дальше по тропинке.

Я смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри меня что-то шевелится. Ее слова напоминали отцовские. «Ты справишься, Эстев. Просто начни».

Образы прошлого пронеслись перед глазами: я, стоящий у могилы отца; я, держащий за руку заплаканную маму; я, теряющий контроль и едва не превращающийся в монстра. Я не мог понять, кто я. Герой, монстр, просто мальчишка, потерявший отца? Или я был чем-то еще?

Моя рука инстинктивно сжалась в кулак, и я почувствовал знакомое покалывание, как будто молнии текли у меня под кожей. Дождь лился все сильнее, но его капли испарялись, касаясь моей ладони, оставляя тонкий след пара.

Я смотрел на свою руку, чувствуя одновременно страх и силу.

– Эй, ты там идешь? – голос Кэсс вернул меня в реальность.

Я быстро спрятал руку в карман и догнал ее.

Мы продолжали идти, и я чувствовал, что хочу спросить у нее то, о чем боялся говорить с кем-либо.

– Ты когда-нибудь боялась себя? – спросил я неожиданно для самого себя.

Она замедлила шаг, посмотрела на меня, а потом улыбнулась, но в ее улыбке было что-то грустное.

– Иногда. Думаю, это нормально. Но знаешь, что помогает?

– Что?

– Напоминать себе, что мы не одни.

Ее слова снова отозвались во мне. Я долго думал, что одиночество – это мой крест. Что никто не может понять, что со мной происходит. Но сейчас я не чувствовал себя таким одиноким.

Мы дошли до небольшой деревянной беседки у пруда. Вода была покрыта кругами от капель дождя, а отражение серого неба казалось бесконечным.

– Ты прав, жизнь не похожа на сказки, – сказала Кэсс, опираясь на перила. – Но это не значит, что мы не можем написать свою историю.

Я посмотрел на нее, и в ее глазах увидел то, чего давно не видел в себе – надежду.

В ту ночь, лежа на кровати, я долго смотрел в потолок. Капли дождя стучали по стеклу, напоминая о нашей прогулке. Ее слова звучали в моей голове, как тихий шепот.

Может, я и не знаю, кем я должен быть. Может, я и сделал ошибки. Но если я могу сделать хоть что-то, чтобы этот мир стал лучше, я должен попробовать.

Дождь за окном превратился в грозу. Молнии озаряли комнату, но теперь они не казались мне пугающими. Они были частью меня.

«Я начну», – подумал я, засыпая.

Месяцы после того, как я решил взять себя в руки, стали настоящим испытанием. Я понимал, что больше не могу позволить себе оставаться слабым, неуверенным. Мое будущее зависит от меня самого. Если я не разберусь в своей силе, она сломает меня.

Утро начиналось с пробежки. Поначалу я ненавидел это. Холодный воздух резал горло, ноги ныл от непривычной нагрузки, а каждое усилие казалось бессмысленным. Но с каждым днем я чувствовал, как мое тело становится сильнее.

Я бежал через заброшенные парки, где деревья наклонялись друг к другу, словно шептались. Дождь, иногда мелкий и пронизывающий, иногда проливной, стал моим постоянным спутником. Лужи разбрызгивались под ногами, ветер обжигал кожу, но я не останавливался.

После пробежки я бросал себя на землю для упражнений: отжимания, пресс, подтягивания на старой ржавой перекладине. С каждым повтором я чувствовал, как мои мышцы горят, но вместе с болью приходило и ощущение контроля.

– Если хочешь быть сильным, терпи. Сила не приходит даром, – шептал я себе, сжимая кулаки, когда руки уже отказывались двигаться.

Физическая подготовка была только частью пути. Я понял, что мои способности требуют не только физического, но и ментального контроля.

Я проводил часы во дворе или в заброшенных строениях, где никто не мог меня увидеть. Сначала я просто учился вызывать молнии, чувствуя, как молнии текут через меня, обжигая пальцы и заставляя все тело дрожать.

– Сконцентрируйся, – говорил я себе, закрывая глаза и представляя, как молния собирается в руках, словно река течет в заданное русло.

Первые попытки были хаотичными. Энергия вырывалась из-под контроля, молнии били во все стороны, иногда обжигая меня самого. Но со временем я понял, что сила поддается моим эмоциям.

Когда я был спокоен, молнии становились мягче, управляемее. Я начал ставить себе задачи: попадать в цель, удерживать электричество в руках дольше. Иногда я создавал щиты, излучая молнии вокруг себя, чтобы отбить воображаемый удар.

Но самое сложное было не дать страху и ярости взять верх. Однажды, вспоминая прошлые обиды, я позволил себе разозлиться. Молнии стали неконтролируемыми, вырвавшись из рук и ударив в стену. Громкий треск и запах горелой штукатурки напомнили мне: «Сила может быть опасной».

– Ты не можешь позволить эмоциям управлять тобой, – сказал я себе, глядя на свои руки. – Если хочешь быть хозяином силы, стань хозяином своих чувств.

Кэсс не исчезла из моей жизни, хотя мы виделись все реже. Она оставалась для меня источником вдохновения. Вспоминая нашу прогулку по парку, ее слова о героях и монстрах, я чувствовал, что обязан ей своей решимостью.

«Ты можешь быть больше, чем эта буря», – всплывали в памяти ее слова.

Когда становилось тяжело, я думал о ее улыбке, о том, как она смотрела на меня, словно видела нечто большее, чем я сам. Это напоминало мне, зачем я все это делаю. Я не хочу быть разрушителем. Я хочу быть тем, кто созидает и помогает.

Каждый день приносил новые вызовы. Я пытался найти равновесие между тренировками и попытками понять самого себя. Иногда я чувствовал, как слабость накатывает, но она лишь подталкивала меня к новым усилиям.

Однажды, во время очередной тренировки, я стоял под дождем, смотря на свои уставшие руки, из которых выходили тонкие разряды молнии. Казалось, что дождь гасил их, но я понимал: это не важно. Главное – продолжать.

– Ты не можешь изменить прошлого, – шептал я себе. – Но ты можешь выбрать, каким будет твое будущее.

Каждый день, каждый час я становился ближе к пониманию своей силы. Я знал, что это лишь начало, и впереди еще долгий путь. Но теперь у меня была цель: стать сильнее, не только ради себя, но и ради тех, кто в меня верил.

Глава 2. Принятия себя

Я впервые услышал о Ордене Черных Стражей Олимпа из новостей. Орден обсуждали все. Это была организация, которая стояла на грани мифа и реальности. Их репутация была безупречной, их достижения – легендарными. Они не были супергероями в плащах, но они меняли ход событий. Орден стал символом надежды и спасения в мире, который вот-вот мог утонуть в хаосе.

Но мало кто знал, что за их славой скрывалось нечто большее.

Тот вечер был мрачным. Дождь стучал по стеклу, отражая мое состояние. Новости шли фоном, пока я бездумно смотрел на экран. Но внезапно внимание привлек голос диктора:

– Орден Черных Стражей Олимпа, вновь продемонстрировал свою мощь. На этот раз их оперативная группа отразила нападение неизвестного существа, уничтожившего половину поселка в Норвегии. Очевидцы описывают монстра как гигантское черное создание с горящими глазами.

На экране показали кадры: разрушенные дома, люди в панике бегут по улицам, но среди хаоса появляется группа людей в темно-синих униформах с эмблемой золотого круга и молнии. Они выглядели спокойно, решительно.

– Мы видели, как они сражались, – говорила очевидец. – Один из них смог остановить существо, подняв огромный щит из энергии. Другие стреляли из какого-то оружия, которое я никогда не видела. Это было невероятно.

Мое сердце замерло. Я смотрел на экран, чувствуя странную смесь страха и восхищения.

Монстры. Они действительно существуют. Их называли по-разному: «порождения тьмы», «кошмары», «аномалии». Истории о них всегда казались легендами, но теперь я видел доказательства. Эти существа появлялись в разных точках мира, уничтожая все на своем пути.

Но что самое странное, никто не мог объяснить их происхождение. Одни утверждали, что это результат экспериментов, вышедших из-под контроля. Другие – что это древние сущности, пробудившиеся из глубин Земли.

Орден был единственной силой, способной сдерживать их.

Что поразило меня еще больше, так это информация о том, что в Ордене были те, кто, как и я, обладали необычными силами.

– Их называют «избранными», – продолжал диктор в сюжете. – Они редки, но их вклад в миссии Ордена неоценим. Именно благодаря их способностям удается справляться с угрозами, которые неподвластны обычным людям.

Меня охватила зависть, но одновременно с ней пришла надежда. Я не один. Существуют другие, кто, как и я, обладает странной силой. Но в отличие от меня, они нашли способ ее использовать.

Орден Черных Стражей Олимпа был основан в середине прошлого века. Тогда, в послевоенные годы, мир столкнулся с первыми зафиксированными случаями появления монстров. Никто не знал, что с ними делать, пока группа влиятельных людей не объединилась, чтобы противостоять новой угрозе.

Их целью стало не только уничтожение чудовищ, но и защита человечества от самого себя. Они финансировали исследования, создавали новые технологии, тренировали команды профессионалов.

Чем больше я узнавал об Ордене Черных Стражей Олимпа, тем больше вопросов возникало. Если они так сильны, почему они не могут полностью остановить монстров? Почему их миссии всегда связаны с огромными разрушениями?

Кажется, я начал понимать: Орден Черных Стражей Олимпа скрывал больше, чем показывал. Их работа была связана с риском, с моральными дилеммами, о которых никто не говорил вслух.

Орден стал для меня чем-то большим, чем просто организацией. Они были примером того, как использовать свои ресурсы, знания и силы ради чего-то большего.

Но я пока не знал, как найти их. И были ли они готовы принять меня, если я действительно попытаюсь?

Теперь у меня появилась цель. Все, что я видел, все, что узнал о них, заставляло меня думать: если они смогли, смогу и я.

Каждый день я тренировался, представляя, как однажды стану частью их мира. Но был один вопрос, который я боялся задавать себе вслух: «А вдруг я стану тем, с кем они борются?».

Прошел месяц.

Каждое утро начиналось одинаково. Просыпаешься, делаешь разминку, пытаешься избавиться от усталости, которая стала твоим постоянным спутником. Я продолжал тренироваться. Заставлял себя. Физические нагрузки, контроль над энергией, баланс. Я делал это не ради славы, не ради цели, а чтобы отвлечься.

Но теперь все было иначе.

Кэсс исчезла.

Сначала я не придавал этому значения. Люди иногда пропадают – заняты делами, уезжают, им нужно время для себя. Я думал, она просто занята. Но когда дни молчания превратились в недели, я начал чувствовать, как в груди разрастается пустота.

Ее последние сообщения были обычными: разговоры о книгах, обсуждения последних новостей. Но что-то меня все равно тревожило.

Я писал ей каждый день. Иногда короткие фразы:

“Как ты?”

“Ты в порядке?”

Иногда длинные письма. Рассказывал о своих тренировках, о том, что видел.

“Кэсс, я не знаю, что с тобой происходит, но я здесь. Если что-то не так, скажи мне.”

Никакого ответа.

Я пытался не думать об этом, сосредоточиться на себе. Но это оказалось сложнее, чем я думал. Кэсс была той, кто поддерживал меня, когда я сам не знал, куда идти. Ее слова, ее вера в меня стали якорем в этом хаосе.

Когда ее не стало, я почувствовал, будто потерял часть себя.

Я проводил часы на тренировках. Если раньше я бегал для разминки, теперь я бегал до изнеможения. Мои ноги горели, легкие жгло от недостатка воздуха, но я продолжал. Это было единственное, что заглушало мысли.

Энергия в моем теле, моя сила – она тоже изменилась. Казалось, что молнии стали частью меня. Они вспыхивали в самых неожиданных моментах: в ладонях, на кончиках пальцев, иногда даже в глазах.

Однажды, отрабатывая удары, я случайно поджег деревянный щит, который сам сделал для тренировки. Это напугало меня, но в то же время я почувствовал странное удовлетворение.

«Я не просто человек. Я что-то большее».

Прошли недели. Кэсс все еще не отвечала. Я перестал проверять телефон каждые пять минут, но где-то глубоко внутри все еще надеялся, что увижу ее имя на экране.

Все это время я пытался понять: «Что она для меня значит? Просто друг, человек, который поддержал меня в трудный момент, или что-то большее?».

Внутри меня росли противоречия.

Я задавался вопросом: «Кто я? Герой? Чудовище? Или просто парень, которому повезло – или не повезло? – получить силу, которую он не просил?».

Несмотря на все, я знал, что должен продолжать. Если бы Кэсс была здесь, она бы сказала:

“Ты справишься, Эстев. Я верю в тебя.”

Эти слова звучали у меня в голове каждый раз, когда я хотел сдаться.

Тренировки стали жестче. Я больше не жалел себя. Мое тело болело каждый день, но я принимал эту боль. Это была цена за контроль, за силу, которую я хотел обуздать.

Я знал, что где-то там Кэсс, и что бы ни случилось, я должен быть готов. Для нее. Для себя. Для чего-то большего.

Пусть она молчала, но ее вера в меня оставалась моим вдохновением. И я не собирался ее подводить.

Вечером, после тренировки, я лежал на крыше дома, глядя на звезды, которые слабо мерцали сквозь редкие облака. Ветер приносил прохладу, проникая под куртку, но я едва замечал это. Мысли о том, что все пошло не так, как я хотел, преследовали меня каждый день. И вдруг – вибрация телефона.

Сообщение.

"Эстев, встретишься со мной? Старый парк, через час."

Кэсс. Она снова появилась, так же внезапно, как пропала. После всех этих недель молчания я не знал, чего ожидать.

Дождь начинал капать, превращая дорожки в зеркала. Воздух был насыщен сыростью и ароматом мокрой листвы. Свет редких фонарей с трудом пробивался сквозь завесу мрака. Я шел к знакомому месту, зная, что найду ее там.

Кэсс стояла под фонарем, обхватив себя руками, будто защищаясь от ветра. Она смотрела куда-то вдаль, но, услышав мои шаги, повернулась. Ее взгляд был прямым и открытым, как всегда.

– Ну наконец-то, – сказала она с улыбкой, в которой смешались и дерзость, и легкое облегчение. – Ты не спешил, да?

– Дождь не ускоряет, – ответил я, подходя ближе.

Она окинула меня взглядом, чуть приподняв бровь.

– Эй, ты что, решил стать супергероем с идеальным телосложением? – произнесла она, оглядывая меня с ног до головы. – Посмотри на свои плечи. Ты теперь вообще помещаешься в свою одежду?

Я смутился, чувствуя, как тепло разливается по лицу.

– Просто… тренируюсь, – сказал я, пожав плечами, даже не заметив как я трансформировался за последние месяцы.

– Ну, похоже, не зря, – отозвалась она. – Хотя, честно, я думала, ты просто будешь сидеть на крыше и смотреть на звезды.

– Почему ты молчала? – спросил я, стараясь сменить тему.

Кэсс опустила взгляд, слегка пожав плечами.

– Нужно было разобраться с кое-какими вещами, – сказала она. – Но теперь все в порядке.

– Ты хотела поговорить?

– Не только. Хотела кое-что показать, – ее голос стал серьезным, но в глазах зажглись огоньки дерзости.

Она вытянула руку вперед. Ее ладонь озарилась мягким золотым сиянием, и из света начала формироваться стрела. Она выглядела настоящей – острой и грозной, как оружие древних мифов.

– Вот это я, – сказала она, слегка улыбнувшись.

Я смотрел на стрелу, завороженный ее магией.

– Это твоя… сила?

– Угу, – ответила она, ее голос звучал легко, будто она говорила о чем-то обыденном. – Я могу делать это, когда захочу.

Стрела исчезла, словно ее никогда и не было.

– А ты? – спросила она, глядя мне прямо в глаза. – Что у тебя?

– Я… – я замешкался, но потом поднял руку.

По руке пробежали молнии, вспыхнув на мгновение. Свет молний озарил нас обоих, отразившись в ее глазах. Кэсс замерла, но, вместо страха или удивления, на ее лице появилась довольная улыбка.

– Вот это круто, – сказала она. – Мы с тобой команда.

– Команда? – переспросил я, не скрывая сомнения.

– Конечно, – она пожала плечами, будто это было очевидно. – Мы же не обычные, да?

Я смотрел на нее, все еще пытаясь понять, что значат ее слова.

– Значит, ты не боишься своей силы? – спросил я.

– Боюсь? – она усмехнулась. – Нет. Это же часть меня. Ты должен научиться не бояться себя, Эстев. Это единственный путь.

Ее уверенность была заразительной. Впервые за долгое время я почувствовал, что на моем пути есть свет.

Дождь усилился. Капли стучали по земле, превращая тропинки парка в грязные ручейки. Тишина между нами с Кэсс была напряженной, но не угрожающей. Я смотрел на ее уверенное лицо, впитывая каждое слово.

И вдруг воздух вокруг нас задрожал. Легкий гул перерос в оглушительный рев, а над нами начал формироваться светящийся круг. Ореол сине-фиолетового света разрывал ткань реальности, наполняя пространство странным свечением и запахом озона.

– Это что еще за… – начал я, но замолчал, когда из портала выскочило нечто.

Три головы. Каждая из них с зубастой пастью, из которой вырывался жар. Существо, похожее на гигантскую собаку, с черной, как ночь, шкурой и красными, как уголь, глазами. Оно рычало, издавая такой звук, что воздух вибрировал.

– Что это?! – выкрикнул я, пятясь назад.

Кэсс мгновенно напряглась, ее лицо стало серьезным.

– Цербер, – сказала она. – Похоже, кто-то решил пошутить.

– Пошутить?! – я не мог поверить своим ушам.

Существо сделало шаг вперед, оставляя за собой горящие следы. Его центральная голова возвышалась надо мной, а две боковые хищно вращали глазами, будто сканируя все вокруг. Я видел много раз по телевизору, как с такими монстрами борются люди Ордена. Их удары, тактики, отвага – все это казалось чем-то невероятным, почти героическим. Но сейчас… я не могу даже пошевелиться.

Мое тело будто парализовало от страха. Существо рычало, и его дыхание обжигало кожу даже на расстоянии. Мгновение назад я думал, что готов к любому испытанию, но сейчас вся эта уверенность улетучилась, уступая место инстинктивному ужасу.

– Реальная, – холодно ответила Кэсс. – Эстев, ты готов?

– Готов? К чему?

Но времени на раздумья не было. Цербер рванул вперед, как ураган, нацелившись на нас.

Кэсс не дрогнула. Она вытянула руку, и в ее ладони уже лежал лук. Быстро и точно, как охотница, она запустила стрелу в одну из голов монстра.

– Целься в глаза! – крикнула она, отскочив в сторону.

Я замер на мгновение, не зная, что делать, но когда лапа монстра врезалась в землю рядом со мной, инстинкты взяли верх. Я отскочил в сторону, чувствуя, как внутри закипает что-то необузданное.

– Давай же, Эстев! – крикнула Кэсс, уклоняясь от второго удара.

Я поднял руку, и молния вырвалась из моей ладони. Она ударила в одно из ног монстра, заставив его взреветь от боли. Электричество пробежало по его шкуре, заставив существо пошатнуться.

– Получай! – крикнул я, начиная чувствовать силу, все еще чувствуя напряжение внутри себя.

Но Цербер быстро оправился. Он бросился на меня, и только чудо спасло меня от его клыков. Я упал на землю, скатившись в сторону, и увидел, как Кэсс запускает еще одну стрелу, на этот раз в шею монстра.

– Ты должен взять себя в руки! – ее голос разрезал гул дождя и рычание монстра.

Я поднялся, сжимая кулаки. Молния вспыхнула вокруг меня, озаряя ночное небо.

– Ладно, попробуем еще раз, – прошептал я.

Цербер снова напал. Его центральная голова нацелилась на меня, в то время как две другие пытались достать Кэсс. Я сосредоточился, чувствуя, как энергия в руках нарастает.

– Давай! – выкрикнул я, и молния ударила прямо в его пасть.

Вспышка ослепила нас всех. Громовой раскат перекрыл шум дождя. Цербер взревел, отпрыгнув назад, но был явно ранен. Его головы двигались, пасти клацали, словно он пытался переварить шок.

– Отлично, – сказала Кэсс, подбегая ко мне. – Но это только начало.

Она снова сформировала стрелу, ее глаза светились азартом.

– Ты готов быть героем?

– Пока не знаю, – ответил я, тяжело дыша.

– Узнаешь, – сказала она и метнула стрелу.

Битва продолжалась. Каждая атака давалась нам с трудом, но я начинал чувствовать, что справляюсь, все еще ощущая страх и напряжение внутри себя. Монстр был огромным.

Дождь барабанил по земле, превращая парк в пустынное, почти загробное место. Лужи отражали свет фонарей, а над головой бушевали грозовые тучи, словно предупреждая о беде. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь ревом трехголового зверя передо мной. Цербер.

Каждая из его голов рычала, показывая клыки, каждая лапа вгрызалась в землю, оставляя следы обгоревшей травы. Этот монстр казался живым воплощением смерти.

Мир сужался, сводя все к единственному: мне нужно было выжить. Сердце колотилось, ладони дрожали. Молнии внутри меня мерцали, как дремлющая буря, но я не мог их контролировать. Я чувствовал, как страх накрывает меня новой волной.

– Эстев! – крикнула Кэсс. Ее голос прорезал мой ступор, но не избавил от внутренней борьбы. – Нападай!

Но я не мог.

Все внутри меня кричало бежать. Я не был героем. Я не был бойцом. Этот зверь был слишком сильным.

Цербер двинулся вперед. Центральная голова, оскалившись, выдохнула раскаленный воздух. Я попятился, спотыкаясь, а в голове звучал лишь один вопрос: «Что я могу еще сделать?».

– Эстев! Двигайся! – Кэсс метнула еще одну стрелу, отвлекая монстра.

Я закрыл глаза, почувствовав, как все сжимается внутри. Боль и гнев, страх и сомнение смешались, обжигая мое сознание. Образы мелькали перед глазами: отец, мама, одиночество… а теперь и Кэсс.

– Я… не могу, – прошептал я.

Но в этот момент что-то изменилось. Вспышка молнии ударила где-то вдалеке, осветив ее силуэт. Кэсс стояла твердо, держа свой лук, ее глаза блестели решимостью. Она не боялась.

И тогда я понял.

Она верила в меня.

Мир вокруг будто остановился. Молнии внутри меня забурлили, заполняя каждую клетку моего тела.

«Ты либо станешь героем, либо останешься никем», – это был мой внутренний голос, заставивший меня сделать шаг вперед.

Я поднял глаза.

Цербер снова рванул в атаку, но на этот раз я не отступил. Я принял его рывок, будто это был сигнал для моего собственного. Внутри что-то щелкнуло, и молнии вырвались из моих рук.

Я исчез.

Нет, не исчез. Я двигался.

Молниеносно!

Каждое мое движение стало быстрее, чем когда-либо прежде. Я появлялся то слева, то справа от монстра, оставляя за собой электрические следы. Я не думал – я действовал.

Удар.

Еще удар.

Каждый мой кулак, наполненный молнией, попадал в цель, заставляя монстра взвыть от боли. Он пытался развернуться, но я уже был позади, обрушивая удары на его лапы и спину.

– Эстев! Это невероятно! – крикнула Кэсс, но ее голос звучал где-то далеко.

Я чувствовал, как электричество окутывает меня полностью. Это больше не была неуправляемая сила. Это был я.

Цербер замешкался, его движения замедлились. Я собрал всю энергию, которую мог, и, прыгнув высоко в воздух, обрушил молниеносный удар прямо в его центральную голову.

Вспышка озарила весь парк. Зверь завалился на бок, издавая последний болезненный рев. Еще несколько секунд, и его тело начало рассыпаться в черный дым.

Я упал на колени, тяжело дыша. Дождь лил мне в лицо, смешиваясь с потом, но я чувствовал… гордость.

Кэсс подошла ко мне. Она смотрела на меня, и в ее глазах я увидел не только удивление, но и восхищение.

– Эстев, – сказала она, подойдя ближе. – Ты справился.

Я поднял голову и, встретив ее взгляд, впервые за долгое время почувствовал: я могу быть героем.

Дождь не утихал, холодными потоками смывая следы сражения. Ветер шевелил верхушки деревьев, наполняя парк зловещим шорохом, словно сама природа еще не пришла в себя после битвы.

Я с трудом встал на ноги, тяжело дыша, сердце гулко билось в груди. На том месте, где несколько мгновений назад лежал поверженный Цербер, осталась лишь оседающая в лужу пыль. Она кружилась в воздухе, а затем исчезла, словно ее никогда не существовало.

Гром разорвал небо, и я поднял взгляд на закрывающийся портал. Он сжался, оставив за собой лишь едва уловимый след. Все было кончено.

Мои ноги подгибались от усталости. Я чувствовал, как силы покидают меня, словно все электричество, бушевавшее внутри, выгорело дотла.

– Эстев, – раздался голос Кэсс. Я посмотрел на нее, она подходила ближе, опустив лук. Ее волосы, намокшие от дождя, липли к лицу, а взгляд был сосредоточенным и… теплым.

– Ты в порядке? – спросила она, стоя рядом и помогая мне стоять.

– Думаю… да, – прохрипел я, стараясь удержать равновесие.

Она подставила плечо, поддерживая меня, пока я делал неуверенные шаги. Дорога домой казалась бесконечной, но ее присутствие придавало сил.

Мы шли в тишине, лишь звук дождя сопровождал нас. Я пытался подобрать слова, но не мог понять, что сказать. Как выразить все, что я чувствовал в этот момент?

Когда мы подошли к моему дому, Кэсс остановилась. Она повернулась ко мне, ее глаза блестели, и я почувствовал, как что-то внутри меня тянется к ней.

– Ты сегодня был невероятен, Эстев, – тихо сказала она.

– Я просто… пытался сделать все, что мог, – ответил я, отворачиваясь, чтобы скрыть свое смущение.

Она шагнула ближе, и я почувствовал, как ее рука легла мне на плечо.

– И этого оказалось достаточно.

Мы долго смотрели друг на друга, и я вдруг понял, что ее присутствие – это якорь, который удерживает меня в этом бурном море перемен.

Кэсс неожиданно обняла меня, крепко, искренне. Ее тепло пробивалось сквозь мокрую одежду, прогоняя холод и страх.

– Отдыхай, – прошептала она, отступая назад. – Ты это заслужил.

Я проводил ее взглядом, пока она не скрылась за углом. Когда я вошел в дом, силы окончательно оставили меня. Я опустился на диван, закрыл глаза и почувствовал, как в душе загорается маленький, но яркий огонек.

Я перевернулся на диване, и смотрел в потолок. Больше не было сомнений, только осознание. Сила, которую я начал ощущать в себе, не могла быть случайностью. Молнии, скорость, энергия – все это складывалось в единую картину. Это была сила Зевса, древнего бога грома и молний. Но что это значило для меня?

Вспоминая эту ночь, когда я преодолевал границы скорости и возможностей, я не мог не заметить, как природа будто откликалась на мои действия. Гроза, вспышки молний, звук раскатов грома – все это сопровождало меня. Казалось, что небо принимало меня в свои объятия, как одного из своих.

Факты не оставляли места сомнениям. Я мог создавать электрические разряды с помощью собственного тела. Моя скорость достигала уровня, на котором время начинало искажаться. Каждый раз, когда я сосредотачивался на энергии внутри себя, она откликалась, становясь все мощнее. Это больше не было загадкой – это была часть меня.

Я перевел взгляд на свои руки, расслабленные, но готовые искриться при малейшем усилии. В этот момент я понял, что не боюсь своей силы. Я принял ее. Она не была проклятием или несчастным случаем. Это был дар, который я обязан использовать.

На улице уже рассветало. Я подумал о Кэсс – человеке, который вдохновил меня двигаться вперед. Ее слова всегда звучали в моей голове: «Не бойся того, кто ты есть. Это делает тебя сильнее.» И она была права. Я не мог позволить себе останавливаться или прятаться. Теперь у меня была цель.

– Вперед, – сказал я себе, ощущая, как искры пробегают по кончикам пальцев. – Я разберусь с этим.

Я не спал. В этот раз я не буду останавливаться. Я собирался тренироваться, пока не пойму, на что способен на самом деле. День начался с привычных упражнений. Разминка, бег, отжимания – обычные вещи, которые стали моей рутиной за последние месяцы. Но сегодня я решил добавить больше.

Я вышел на задний двор. Солнечный свет пробивался сквозь облака, освещая землю мягким золотым светом. Я сделал глубокий вдох, почувствовав свежий утренний воздух. Размявшись, я начал экспериментировать со своей силой.

Сначала я попытался снова почувствовать то электричество, которое помогло мне достичь той невероятной скорости. Я сосредоточился, представляя, как энергия течет по моим венам. Вскоре я ощутил знакомое покалывание в руках. Синеватые искры начали пробегать по пальцам. На этот раз я не испугался. Я позволил этому чувству поглотить меня.

Я сделал рывок. Мои ноги двинулись быстрее, чем я ожидал. Земля подо мной казалась размытой, как будто я снова входил в тот же режим, что и ночью. Ветер свистел в ушах, но я не замедлялся. Вместо этого я пытался контролировать свои движения, сосредотачиваясь на каждом шаге.

– Давай, – сказал я себе, ускоряясь еще больше.

Скорость была невероятной, но я чувствовал себя уверенно. Каждый раз, когда я делал шаг, энергия внутри меня становилась все сильнее. Молнии пробегали по моему телу, освещая все вокруг. Я чувствовал, как мои мышцы напрягаются, но боль, которая раньше меня останавливала, теперь была лишь фоновым шумом.

После нескольких часов тренировок я остановился, тяжело дыша. Мое тело было измотано, но внутри меня горела решимость. Я посмотрел на свои руки, все еще искрящиеся электричеством.

– Еще немного, – прошептал я. – Я справлюсь.

После долгих тренировок я зашел в дом, чувствуя, как мышцы горят от усталости, а легкие все еще требуют воздуха. Но что странно, несмотря на то, что я не спал всю ночь, усталости практически не было. Мои мысли все еще оставались ясными, а тело будто наполняются энергией изнутри.

Я плеснул в лицо холодной воды из крана, заставляя себя сосредоточиться. Пот стекал по вискам, а футболка липла к спине. Взяв стакан воды, я сделал несколько глотков и почувствовал, как прохладная жидкость наполняет меня новой энергией.

Поставив стакан на стол, я оглядел дом. Пусто. Мама была на работе, а значит, никто не услышит, если я решу еще раз проверить свои способности. Взяв себя в руки, я направился обратно во двор.

Когда я открыл заднюю дверь, свежий воздух ударил мне в лицо. Я сделал шаг на крыльцо, и тут меня охватило странное чувство. Ощущение, будто кто-то наблюдает за мной.

– Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?

Я вздрогнул от неожиданности. Голос был знакомым. Подняв взгляд, я увидел Кэсс. Она сидела на заборе, вытянув одну ногу вперед и покачивая ее в такт какому-то воображаемому ритму. Ее черная куртка слегка блестела под солнечными лучами, а волосы были собраны в небрежный хвост.

– Кэсс? – удивленно спросил я, стараясь скрыть легкое удивление от ее внезапного появления. – Как ты тут оказалась?

– Ну, я заметила, что ты буквально застрял в своей тренировочной рутине. Подумала, что, может, стоит тебя отвлечь, – она улыбнулась и хлопнула ладонью по забору. – У тебя тут неплохое местечко для размышлений.

Я нахмурился.

– А ты, значит, пришла просто так?

Она хмыкнула, спрыгнув с забора. Ее движения были быстрыми, почти грациозными, как у хищника.

– Просто так? Не совсем. Мне стало интересно, что с тобой происходит. Ты словно стал другим. Сильнее.

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Было странно, что кто-то замечал мои изменения так явно.

– Просто немного тренировок, – пробормотал я, стараясь отвести взгляд.

– Немного? – она насмешливо прищурилась, оглядывая меня с ног до головы. – Ты выглядишь так, будто теперь можешь двигать горы.

Я не знал, как ответить. Кэсс всегда умела заставить меня чувствовать себя то неуверенно, то взволнованно.

– Ладно, покажешь, что ты умеешь? Или мне самой тебя проверить?

Ее вызов заставил меня внутренне напрячься. Я посмотрел на нее и кивнул.

– Хорошо, смотри.

Я сосредоточился, чувствуя, как внутри меня снова пробуждается энергия. Слабое покалывание в руках усилилось, и через мгновение синие молнии начали пробегать по моим пальцам. Я поднял руку, и электричество осветило двор.

Кэсс замерла, но ее глаза блестели не страхом, а восхищением.

– Ничего себе… Ты буквально превращаешься в живую молнию, – прошептала она.

Я опустил руку, стараясь скрыть удовлетворение от ее реакции.

– Это еще не все, – тихо сказал я, чувствуя, как внутри меня вновь разгорается решимость.

Кэсс улыбнулась, шагнула ближе и слегка толкнула меня кулаком в плечо.

– Что ж, Зевс, – с усмешкой сказала она, – кажется, у тебя действительно крутые перспективы.

Ее слова заставили меня улыбнуться. Это был тот момент, когда я понял: я не один. Кэсс верила в меня, даже если я сам еще сомневался.

Кэсс стояла напротив меня, упершись руками в бока и с хитрой улыбкой на лице.

– Ну что, герой, как насчет того, чтобы проверить свои силы? Легкий поединок, ничего серьезного, – она вытянула руку вперед, показывая, что готова.

Я удивленно приподнял бровь.

– Ты хочешь драться здесь? Во дворе?

– А почему нет? – она засмеялась. – Не бойся, я обещаю быть нежной.

Я невольно усмехнулся. Она действительно знала, как подзадорить. Но даже легкий поединок с Кэсс казался мне вызовом. Она всегда была быстрее, чем можно было ожидать, а ее уверенность заставляла меня думать, что она уже продумала каждый мой шаг.

– Ладно, – кивнул я, начиная разминаться. – Но не жалуйся, если я переборщу.

Она закатила глаза.

– Уверен, что сможешь?

Мы встали напротив друг друга. Мягкий утренний свет пробивался сквозь ветви деревьев, создавая вокруг нас игру теней. Легкий ветерок шевелил листья, добавляя к атмосфере предвкушения.

– Начнем? – спросила она, слегка наклонившись вперед, как охотник перед прыжком.

Я только успел кивнуть, как она сорвалась с места. Ее движения были быстрыми, как вспышка. Она направилась прямо ко мне, и я едва успел уклониться.

– Ого! – воскликнул я, чувствуя, как адреналин начинает зашкаливать.

– Давай, двигайся! – крикнула она, делая быстрый выпад.

Я отступил, подняв руки. Внутри меня зашевелилась энергия. Я сосредоточился, позволив электричеству пробежать по моим пальцам. Молнии коротко вспыхнули, осветив пространство между нами.

– Ты действительно собираешься использовать свою силу? – она улыбнулась, но ее глаза сверкнули настороженностью.

Я не ответил, сделав резкий шаг вперед. Она быстро уклонилась, но я почувствовал, что моя скорость была на уровне. Мы продолжали двигаться по кругу, обмениваясь быстрыми атаками и уклонениями.

В какой-то момент я сделал ошибку. Подумал, что ее движение будет в одну сторону, а она ушла в другую. Ее кулак едва коснулся моего плеча, но этого хватило, чтобы выбить меня из равновесия.

– Один-ноль, – с усмешкой сказала она.

Я поднялся, вытирая пот со лба.

– Повезло.

– Ага, конечно, – она встала в стойку, снова готовая к атаке.

На этот раз я решил не давать ей преимущество. Сосредоточившись, я почувствовал, как энергия бурлит внутри. Рывок, и я оказался рядом с ней быстрее, чем ожидал сам. Кэсс успела уклониться, но я видел удивление в ее глазах.

– Так вот, что ты можешь, – прошептала она, делая шаг назад.

Мы продолжали обмениваться ударами. Каждый ее шаг был точным, каждое мое движение – наполненным энергией. Это был не просто поединок; это было ощущение, что мы понимали друг друга без слов.

Наконец, она подняла руку, чтобы остановить меня.

– Хватит, хватит. Ты становишься все быстрее, – она улыбнулась, переводя дыхание.

Я остановился, чувствуя, как сердце бешено колотится. Молнии все еще пробегали по моим рукам, но я старался их успокоить.

– Ну, впечатлила? – спросила она, отряхивая куртку.

– Впечатлила, – ответил я кивая и тяжело дыша.

Она засмеялась, подходя ближе.

– Ты не так уж плох, Зевс. Но тебе еще есть куда расти.

Ее слова звучали как вызов, но я чувствовал в них искренность.

– Спасибо, – сказал я, глядя ей в глаза.

Она кивнула, снова усаживаясь на забор.

– Ну что ж, тренируйся дальше. У тебя впереди много работы.

Кэсс сидела на заборе, ее легкая улыбка придавала всему происходящему ощущение странной непринужденности. Она выглядела так, будто ей абсолютно нечем заняться, кроме как наблюдать за моими жалкими попытками тренироваться.

– Ну что, как там твои божественные молнии? Еще в порядке? – спросила она, небрежно откидывая волосы с лица.

Я, едва держась на ногах, посмотрел на нее и попытался улыбнуться.

– Кэсс, ты же знаешь, как меня зовут. Может, хватит уже?

– Конечно, знаю, Эстев, – протянула она, словно оправдываясь. – Просто «Зевс» звучит куда круче.

Я устало выдохнул, чувствуя, как покалывание в руках постепенно утихает. Снова и снова я пытался дотянуться до своих пределов, но сегодня эти пределы казались недосягаемыми.

– Может, и круче, но я устал, – признался я, опуская руки и смотря на землю.

– Ты выглядишь так, будто готов упасть прямо сейчас, – заметила Кэсс, спрыгивая с забора и вставая передо мной. – Ты вообще спал сегодня?

Я отрицательно покачал головой.

– Не мог. Мысли не давали покоя. Все это… молнии, скорость… Я просто не могу перестать думать об этом.

Кэсс чуть прищурилась, ее взгляд стал серьезным.

– Может, это и есть проблема? Ты слишком много думаешь, Эстев. Иногда нужно просто позволить себе отдыхать.

Я кивнул, хотя внутри меня все еще бушевали сомнения.

– Может быть.

Она наклонилась чуть ближе, ее голос стал мягче.

– Эй, ты же не железный. Возьми паузу.

Я попытался было что-то возразить, но внезапно почувствовал, как ноги подкашиваются. На этот раз я действительно не удержался и упал на землю, тяжело дыша.

– Вот видишь? – произнесла она, усаживаясь рядом. – А ты говоришь, что все в порядке.

Я закрыл глаза, чувствуя, как усталость полностью поглощает меня.

– Просто… дай мне минуту. Я сейчас встану.

– Да куда ты встанешь? – усмехнулась она, но ее голос был добрым. – Полежи, громовержец. Даже богам иногда нужно отдыхать.

Ее слова почему-то вызвали у меня теплую улыбку.

– Ты права. Хотя бы раз.

Кэсс сидела рядом, глядя на небо.

– Не переживай. Ты справишься. Просто не забывай, что всему свое время, Окей?

Я кивнул, даже не открывая глаз.

– Спасибо, Кэсс.

– Всегда пожалуйста, – ответила она.

Глава 3. Наказание

Я проснулся от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь щели в шторах. Голова слегка гудела, мышцы ныли после вчерашних тренировок. Я медленно открыл глаза, пытаясь осознать, что происходит.

И тут заметил Кэсс.

Она лежала на кровати рядом со мной, лицом вниз, раскинувшись, словно звезда. Ее дыхание было ровным и спокойным, волосы слегка растрепались. На секунду я подумал, что все еще сплю.

– Что за… – пробормотал я тихо, боясь разбудить ее.

Я попытался вспомнить, что произошло. Я лежал на траве, она сидела рядом, мы говорили, а потом… Все словно обрывалось. Видимо, я отключился. Но как мы оказались здесь?

Кэсс начала шевелиться. Ее глаза приоткрылись, и она посмотрела на меня с легким недоумением, словно и сама не понимала, что делает тут.

– Эй, – произнесла она, моргая и пытаясь сфокусироваться. – Ты живой?

– Ага, – я неловко откашлялся, садясь на кровати. – Но… почему ты здесь?

Кэсс потянулась, как будто этот вопрос ее совершенно не смутил.

– Ты отключился. Решила, что будет нехорошо, если ты останешься на улице. Затащила тебя сюда.

– А зачем ты осталась? – спросил я, чувствуя, как покраснел.

Она пожала плечами, вставая с кровати.

– Не знаю. Наверное, решила, что будет весело.

Я посмотрел на нее, прищурившись.

– Весело? Серьезно?

– Эй, расслабься, громовержец, – ухмыльнулась она, направляясь к окну. – Ты храпишь, знаешь?

– Я не храплю, – сказал я, чувствуя себя еще более неловко.

Она засмеялась, застегивая молнию на куртке.

– Да ладно тебе. Это был комплимент. Ну, почти.

– Спасибо, конечно, – пробормотал я, растирая лицо руками.

Кэсс уже открыла окно и собиралась вылезти.

– Ты куда? Через дверь выйти не можешь?

Она обернулась и подмигнула мне.

– Где же в этом веселье?

Я смотрел, как она ловко выскользнула наружу, словно кошка, и растворилась в утреннем свете. Ее смех еще несколько секунд звучал в моих ушах.

Я откинулся на подушку, глядя в потолок. Все это было странно, но по-своему… правильно. Кэсс была хаосом, но каким-то образом этот хаос становился для меня якорем.

– Отличное начало дня, – пробормотал я с легкой улыбкой, закрывая глаза.

Это утро было тихим, солнце едва пробивалось сквозь занавески. Я лежал на кровати, лениво потягиваясь. Мягкий свет заливал комнату, а где-то внизу слышались приглушенные звуки – должно быть, мама занималась делами.

Я поднялся с кровати и направился вниз, неспешно преодолевая ступени лестницы. В голове витали мысли о предстоящем дне, о тренировках, которые я собирался продолжить. Но, оказавшись на нижнем этаже, я вдруг замер.

На полу лежала мама. Ее волосы растрепались, лицо было в синяках, а дыхание сбивалось. Рядом стояли двое мужчин. Лысый, высокий, с яростью в глазах, только что ударил ее, а второй – с короткой стрижкой и бледным лицом – держал бейсбольную биту.

Мир вокруг меня словно остановился. Сердце забилось чаще, но вместо паники я почувствовал странное спокойствие. Я подошел к маме, опустившись на колени.

– Мама? Ты как? – тихо спросил я, помогая ей приподняться.

Она посмотрела на меня, глаза были полны страха и боли.

– Эстев… Ты… – прошептала она, но не успела договорить.

Один из мужчин, тот, что с битой, шагнул вперед. Лысый повернулся ко мне, сжимая кулаки.

– Это еще кто? – бросил он грубо.

Не отвечая, я продолжал держать маму за руку, стараясь убедиться, что с ней все будет в порядке.

– Слышишь, малец? – проговорил лысый, делая шаг ближе. – Отойди, пока хуже не стало.

Я чувствовал их движение, слышал, как один из них занес руку. Тот, что был с битой, попытался ударить меня по голове, но я даже не посмотрел в его сторону. Мои пальцы сами собой выстрелили вперед, ловя биту в полете.

Мир замер. Я поднял голову, встретив взгляд нападающего. Его лицо исказилось от ужаса, когда синеватые искры пробежали по моей руке.

– Убирайтесь, – спокойно произнес я, не отпуская биту.

Лысый бросился на меня, замахнувшись кулаком, но я лишь слегка развернул плечи, уклоняясь. В этот момент мое тело двигалось само, словно управляемое инстинктами. Я перехватил его руку, позволяя энергии пробежать через меня. Лысый взвыл от боли, отлетев назад.

– Кто ты такой? – прохрипел он, держась за обожженную руку.

– Я – тот, кто больше не позволит вам это делать, – ответил я, наконец поднимаясь во весь рост.

Молнии начали собираться вокруг меня, освещая комнату. Мужчины попятились, бормоча что-то о дьяволе, и выскочили за дверь, словно гонимые страхом.

Я обернулся к маме, которая все еще сидела на полу. Ее взгляд был растерянным, но уже без того ужаса, что я видел прежде.

– Ты… Ты их прогнал, – сказала она тихо.

Я присел рядом, снова положив руку на ее плечо.

– Все хорошо, мама. Больше они не вернутся.

Она медленно кивнула, но я видел, что ее мысли остались там, в моменте боли и страха.

– Никто больше не причинит тебе вреда, – тихо сказал я, обращаясь, скорее, к себе.

Я помог маме подняться, ее ноги слегка подкашивались. Она попыталась удержаться на ногах, но я поддержал ее, обнимая за плечи. Ее руки дрожали, дыхание все еще было сбивчивым.

– Все хорошо, мама, я с тобой, – тихо сказал я, пытаясь скрыть свою ярость.

Мы добрались до дивана в ее спальне, и я осторожно усадил ее. На щеке все еще оставался свежий след от удара, а глаза были покрасневшими от слез.

– Сейчас я принесу тебе воды, – добавил я, и она лишь молча кивнула.

На кухне я налил стакан холодной воды, но мои руки дрожали. В голове продолжали мелькать картины произошедшего: мама на полу, ее боль, страх в глазах, и те двое, которые считали, что могут делать все, что захотят.

Когда я вернулся, она все еще сидела, обхватив себя руками, словно пытаясь согреться. Я протянул ей стакан, и она выпила пару глотков, все еще избегая смотреть мне в глаза.

– Спасибо, сынок, – прошептала она, голос был слабым, но я почувствовал в нем теплоту.

Я сел рядом, положив руку ей на плечо. Ее тело все еще дрожало, но постепенно она начала успокаиваться.

– Это… это все из-за долгов, – пробормотала она, глядя в пол. – Они… они сказали, что не уйдут, пока я не отдам им деньги.

Ее слова еще сильнее разжигали огонь внутри меня. Молнии будто вспыхивали у меня в венах, требуя выхода.

– Не волнуйся, – твердо сказал я, – они больше не вернутся. Я обещаю.

Она посмотрела на меня, пытаясь найти утешение в моих глазах. Но я знал, что мои слова были лишь частью правды. Они действительно больше не появятся, но не потому, что я их просто прогнал.

Когда мама уснула, я вышел на задний двор, чтобы побыть наедине с собой. В голове бушевала буря. Воспоминания о том, как легко я мог уничтожить тех людей, как электричество могло прожечь их кожу, заставляли меня задуматься.

– Если я уничтожу их, буду ли я монстром? – произнес я вслух, глядя на свои руки.

Эти руки могли защищать, но могли и разрушать. Я вспоминал, как легко было почувствовать их страх, как молнии пробежали по телу одного из них, вызывая крики. Это чувство силы пугало и манило одновременно.

Я не мог позволить себе быть таким же, как они. Но как я мог просто смотреть, как подобные люди творят зло? Если я могу остановить их, почему бы не сделать это?

Молнии пробежали по моим пальцам, освещая окружающее пространство. Я поднял взгляд к небу. Солнце все еще светило ярко, но внутри меня была тьма, которую я не мог игнорировать.

– Злодей или герой, – пробормотал я. – Кто решает, где грань?

Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить мысли. Возможно, это был мой путь. Возможно, эти способности были даны мне для того, чтобы менять мир. Но пока я не мог найти ответа.

Ночь опустилась на город, окутывая улицы плотным покрывалом тьмы. Я сидел в спальне мамы, наблюдая, как слабый свет лампы падает на лицо мамы. Она наконец уснула, ее дыхание стало ровным, а на лице появилась тень спокойствия. Но я знал, что ее боль и страх останутся с ней еще надолго.

Все это время я ухаживал за ней, сменял компрессы, подогревал суп и пытался отвлечь разговорами. Но в глубине души я уже знал, что сегодня ночью я не останусь дома.

Когда стрелки часов приблизились к полуночи, я встал. Мои движения были тихими, как у тени. Я прошел в свою комнату и открыл шкаф. На дне лежала черная куртка, брюки и ботинки. Я надел их, затянул ремень, чтобы одежда сидела плотно. Последним штрихом был капюшон, который я накинул на голову, скрывая лицо.

Взгляд в зеркало остановился на мгновение. Я видел в отражении человека, который выглядел чужим, незнакомым. Синие искры пробегали по моим пальцам, подсвечивая черты моего лица.

– Сегодня все изменится, – прошептал я, прежде чем потушить свет и выйти из комнаты.

Я тихо прошел мимо ее спальни, еще раз взглянул на маму. Она не заметила моего ухода. Я открыл входную дверь и шагнул в ночь.

Улица была тиха, только звук далекого автомобильного мотора нарушал спокойствие. Я шел вперед, глядя на свет фонарей, которые будто пытались пробиться сквозь густую тьму. Каждая тень вокруг казалась живой, каждая форма напоминала тех людей, которые сегодня утром переступили порог моего дома.

Мои мысли были хаотичными. Я пытался понять, что собираюсь сделать. Наказание, возмездие – эти слова звучали громко в моей голове. Но были ли они правильными?

Я остановился у пустого здания, на котором красовались блеклые граффити. Лицо Коула внезапно всплыло в памяти, его изуродованное лицо, страх в глазах. Я сам был способен внушать ужас, но что, если теперь я шагну за грань?

Мои руки сжались в кулаки.

– Они этого заслуживают, – сказал я себе. – Они оставили меня без выбора.

Я продолжал идти, каждый шаг отдавался эхом в моей голове. Ноги сами вели меня в ту часть города, где скрывались такие, как они. Слухи о бандитской организации давно витали вокруг, но теперь я знал, куда идти.

Старые склады на окраине города. Полуразрушенные здания, где ночью собирались те, кто считал себя хозяевами жизни. Их машины с тонированными стеклами были припаркованы вдоль заброшенного двора.

Я остановился, прячась в тени. Адреналин бурлил в крови, сердце билось как молот. Силуэт человека мелькнул в одном из окон здания.

– Что ж, пора решать, – прошептал я, чувствуя, как электричество вновь оживает во мне.

Мои мысли метались. Я хотел справедливости, но понимал, что я сейчас стою на краю пропасти. Как только я сделаю шаг, пути назад не будет.

Я глубоко вдохнул, чувствуя, как молнии начинают бегать по моим рукам. Эта ночь могла стать началом чего-то нового – или концом.

Я стоял в тени, наблюдая за складом. Электричество тихо потрескивало вокруг моих пальцев, освещая мои руки слабым синим светом. Мои мысли были сосредоточены на том, что я собирался сделать.

Ночное небо, укрытое тяжелыми облаками, усиливало мрак его мыслей. Напряжение в груди нарастало, как нарастающая буря. Молнии внутри него, словно живые, шевелились, подстегиваемые воспоминаниями.

Картины прошлого всплывали в голове: его отец, сильный и надежный, всегда был примером мужества. Эстев помнил, как однажды тот ушел на встречу с «важными людьми» и больше не вернулся. Позже, мать рассказала, что это бандитская организация, требовавшая долги, убила его. Отец был застрелен, оставив их семью в отчаянии. Эта правда, тяжелая и невыносимая, сжигала его изнутри.

«Ты должен быть сильным», – говорил отец в своих уроках, которые теперь звучали как эхо. Эстев чувствовал, что обязан исполнить то, что не успел его отец: защитить семью.

– Эй, Эстев, – раздался знакомый голос, разрушая тишину ночи.

Он поднял глаза и увидел Кэсс, стоявшую под уличным фонарем. Она смотрела на него с выражением, в котором читались и сочувствие, и твердость.

– Ты весь вечер здесь стоишь? – спросила она с легкой улыбкой, но ее голос был серьезным.

– Думаю, – коротко ответил он. Его голос звучал приглушенно, почти безжизненно.

Кэсс подошла ближе, сложив руки на груди.

– Ты злишься. Думаешь, что если разнесешь этих ублюдков, то станет легче, – она слегка качнула головой. – Но это не так.

– Что ты знаешь? – резко перебил Эстев. – Они забрали моего отца. А теперь они подняли руку на мою мать. Эти твари не заслуживают ничего, кроме смерти.

Кэсс выдохнула, ее взгляд стал мягче, но твердость в словах осталась.

– Я знаю, что это тяжело. Поверь, я понимаю. Но ответь честно: кем ты станешь, если убьешь их? Это не вернет твоего отца. И не защитит твою мать так, как ты думаешь.

Эстев отвернулся, сжав кулаки.

– Тогда что? – спросил он через силу. – Просто позволить им продолжать? Закрывать глаза?

– Нет. Мы можем сделать это иначе, – ответила она, шагнув к нему. Ее рука мягко легла ему на плечо. – Найдем их босса. Без него вся их система рассыплется. Мы можем остановить их, но не нужно становиться такими же, как они.

Эстев молчал. Ее слова звучали правильно, но гнев внутри него все еще пылал. Картинки из прошлого вспыхивали перед глазами, заставляя сердце сжиматься от боли.

– Ладно, допустим, ты права. И что ты предлагаешь? – наконец спросил он, обернувшись к ней.

Кэсс усмехнулась.

– Ты сильный, Эстев. У тебя есть молнии. У меня – точность и лук Артемиды. Вместе мы справимся. Мы сделаем так, что они поймут: их время закончилось. Пусть боятся нас, а не мы их.

Эстев вздохнул. Ее уверенность была заразительной. Он посмотрел в ее глаза, надеясь найти там ответы. И нашел – не осуждение, а поддержку.

– Ладно. Попробуем сделать это по-твоему. Но если они не остановятся…

– Они остановятся, – перебила она, уверенно. – После нас они даже думать о твоей семье бояться будут.

Эстев кивнул, чувствуя, как напряжение внутри него немного ослабло. Он посмотрел на ночное небо, пробившееся через тучи. Где-то там, наверху, возможно, смотрел его отец.

«Я сделаю все, чтобы защитить их, папа», – подумал он.

– Спасибо, – тихо сказал он, глядя на звезды.

– Для чего еще нужны друзья? – улыбнулась Кэсс, хлопнув его по плечу.

Эстев и Кэсс шли по ночному городу. Темнота улиц скрывала их лица, но огоньки уличных фонарей выхватывали их фигуры из тени. Эстев был сосредоточен, мысли путались, но он гнал их прочь. Он был готов. Если Кэсс сказала, что знает, где искать, значит, это правда.

– И как ты узнала, где он? – спросил Эстев, бросив на нее быстрый взгляд.

Кэсс, идущая чуть впереди, оглянулась через плечо.

– У меня свои источники, – с легкой усмешкой ответила она. – Я ведь не просто так всегда все знаю.

– Ты специально оставляешь меня в неведении, чтобы выглядеть загадочной, да? – Эстев попытался смягчить напряжение.

– Может быть, – она пожала плечами, ускоряя шаг. – Но сейчас не время для шуток. Этот человек не просто кто-то там. Это Томас Монтгомери, глава всей местной бандитской группировки. Его называют «Тень», потому что он разыгрывает все тихо, как шахматист продумывает все шаги наперед. Но на этот раз он недооценил нас.

Эстев нахмурился, глядя на ее уверенную походку.

– Думаешь, он будет там, где ты говоришь?

Кэсс остановилась, повернувшись к нему лицом.

– Думаю? Нет, Эстев. Я уверена. Его видели на старой текстильной фабрике на окраине города. Это их место встречи. Если он не там, то его ближайшие люди точно будут.

Эстев почувствовал, как внутри него снова зажглась искра. Это была не просто злость – это было предвкушение.

– Хорошо, – кивнул он. – Тогда зачем мы медлим?

Кэсс оценивающе посмотрела на него, как будто проверяла, насколько он готов к тому, что впереди.

– Слушай, – сказала она серьезно, подходя ближе. – Этот парень опасен. У него охрана, деньги и власть. Ты можешь быть сильнее, быстрее, но одного этого недостаточно. Нужно думать, Эстев. Использовать свою голову.

– Думаешь, я не готов? – спросил он, немного раздраженно.

– Нет, думаю, что ты слишком нетерпелив. А это может быть опасным, – мягко ответила она. – Но если ты сможешь держать себя в руках, мы справимся.

Эстев вздохнул, понимая, что ее слова не лишены правды. Ему нужно было контролировать себя. Нельзя позволить гневу затмить разум.

– Ладно. Что ты предлагаешь? – спросил он, смягчив тон.

– У меня есть план, – сказала Кэсс, ее голос стал чуть тише. – Мы подберемся к зданию, разведаем обстановку. Я отвлеку охрану, и ты ворвешься, как буря. Главное – не давать им времени на реакцию.

Эстев кивнул. План был прост, но в нем была логика. Они могли сработаться.

– Ладно. Тогда веди, – сказал он.

Кэсс улыбнулась, но ее взгляд оставался серьезным. Она повернулась и пошла вперед, оставляя его размышлять.

Каждый шаг приближал их к моменту истины. Эстев чувствовал, как молнии внутри него пробуждаются, словно готовясь к предстоящей схватке.

Они стояли на окраине города перед массивным серым зданием, обнесенным ржавым забором. Старый текстильный завод, заброшенный десятилетиями, теперь был больше похож на укрепленную крепость. Узкие окна на верхних этажах светились тусклым желтым светом, выдавая присутствие людей внутри.

Эстев огляделся. Воздух был пропитан запахом дождя, который только что прошел, оставляя под ногами влажные лужи. Где-то вдали слышались крики уличных кошек, но все остальное было поглощено тишиной.

– Не слишком ли тихо для логова бандитской организации? – пробормотал он, глядя на здание.

Кэсс присела за бетонный блок и указала ему следовать ее примеру.

– Тишина – это хорошо, – ответила она. – Это значит, что они не ждут гостей. Но не расслабляйся. Здесь может быть больше охраны, чем мы думаем.

Эстев осмотрелся еще раз. Его взгляд задержался на камерах, которые были спрятаны в углах здания. Они медленно вращались, охватывая территорию.

– Камеры, – указал он.

– Уже заметила, – спокойно ответила Кэсс. – Я отключу их. У тебя будет окно в несколько минут, чтобы пробраться внутрь.

Эстев скептически посмотрел на нее.

– Ты уверена, что справишься?

Она закатила глаза, затем обернулась к нему с насмешливой улыбкой.

– Эстев, сколько раз мне нужно доказывать, что я знаю, что делаю?

Он не стал спорить, лишь глубоко вдохнул и кивнул.

Кэсс поднялась на ноги, вытянула из кармана телефон и что-то быстро набрала на экране.

– Что ты делаешь? – шепотом спросил Эстев.

– Ломаю их систему, – ответила она, не отрывая взгляда от экрана. – Дай мне минуту.

Через мгновение раздался тихий щелчок, и одна из камер остановилась. Затем еще одна. Через несколько секунд все камеры замерли, как замороженные.

– Готово, – Кэсс улыбнулась. – У тебя пять минут, не больше.

– А ты? – спросил Эстев, поднимаясь.

– Я следую за тобой. Но сначала ты, молниеносный. Мне нужно убедиться, что ты все еще можешь удивлять.

Эстев лишь усмехнулся, собираясь с духом. Он сосредоточился на своих чувствах, позволив электричеству наполнить его тело. Он сделал рывок, перемахнув через забор быстрее, чем успела моргнуть Кэсс.

– Черт, – прошептала она с улыбкой, следя за его движениями. – Эстев, ты все-таки удивляешь.

Эстев остановился за укрытием недалеко от главного входа. Он обернулся и увидел, как Кэсс ловко перемахнула через забор и присоединилась к нему.

– Все, – сказала она, спокойно. – Теперь внутрь.

Они переглянулись. Этот момент был решающим. Эстев еще раз взглянул на здание, чувствуя, как молнии внутри него готовы к действию.

– Готов? – спросила Кэсс.

– Готов, – тихо ответил он.

Старый завод встретил их резким запахом сырости и масла. Сквозь узкие окна пробивались слабые лучи света, от которых длинные тени растянулись по полу. Эстев осторожно шагнул вперед, его глаза быстро привыкали к полумраку.

– Тихо, как в могиле, – прошептала Кэсс, следуя за ним.

Он кивнул, стараясь не шуметь. Пол под ногами слегка поскрипывал, и это было единственным звуком в здании. Внезапно, на другой стороне зала, раздался скрежет металла. Эстев остановился, напряженно вслушиваясь.

– Это охранники, – сказала Кэсс, едва шевеля губами. Она указала вперед, где в тусклом свете мелькали тени. – Двое.

Эстев сжал кулаки. Молнии пробежали по его пальцам, едва слышно потрескивая. Он обернулся к Кэсс, ожидая ее сигнал.

– Твоя очередь блеснуть, Зевс, – сказала она с легкой ухмылкой.

Эстев шагнул вперед. Он сосредоточился на своей силе, ощущая, как она наполняет его тело. Электричество сгустилось вокруг его рук, вспыхнув яркими искрами.

Охранники заметили его слишком поздно. Один из них успел крикнуть что-то на своем рации, но это было бесполезно. Эстев рванул вперед, его движения стали размытыми из-за скорости. Он молниеносно уклонился от удара одного из мужчин, а затем резким движением выбил оружие из рук другого.

– Что за…? – успел вымолвить один из охранников, прежде чем его обдало электрическим разрядом. Он упал на землю, корчась, но живой.

Второй попытался ударить Эстева дубинкой, но тот ловко перехватил ее, затем одним быстрым движением обезоружил противника и опрокинул его на землю.

– Все чисто, – сказал Эстев, оборачиваясь к Кэсс.

Она уже была рядом, склонившись над одним из охранников. В ее руках появилась веревка, и она быстро связала обоих, после чего удовлетворенно кивнула.

– Неплохо, – отметила она. – Ты быстро учишься.

Эстев чуть улыбнулся, хотя внутри был спокоен. Это была его вторая реальная схватка, и он уже чувствовал уверенность в своих действиях.

– Что дальше? – спросил он.

– Поднимаемся выше, – ответила Кэсс. – Томас "Тень" обычно сидит в своем офисе. Там мы его и найдем.

Они двинулись дальше, поднимаясь по лестнице. Металлические ступени громко скрипели под их ногами, нарушая зловещую тишину. Эстев напряженно вслушивался, ожидая новой опасности.

На втором этаже их ждали еще трое охранников. На этот раз они были вооружены. Один из них заметил Эстева и поднял оружие.

– Ложись! – выкрикнула Кэсс, но Эстев уже действовал. Он прыгнул вперед, ударяя первого противника молнией, которая выбила оружие из его рук.

Кэсс, используя свою ловкость, обрушила удар коленом на второго, лишая его равновесия. Третий успел выстрелить, но пуля пролетела мимо, лишь ударившись о стену. Эстев снова рванул вперед, ударяя нападавшего в грудь. Разряд заставил его упасть.

Через несколько секунд все снова стихло. Эстев огляделся, тяжело дыша.

– Ты начинаешь нравиться мне все больше, – сказала Кэсс, вставая и отряхиваясь.

– Давай закончим это, – сказал Эстев, оглядываясь.

Впереди была тяжелая стальная дверь. За ней скрывалась их цель.

Эстев стоял перед массивной дверью, его кулаки слегка искрились электричеством. Он сделал глубокий вдох, затем резко поднял руку.

– Держись, – бросил он Кэсс через плечо.

– Всегда держусь, – с ухмылкой ответила она, складывая руки на груди.

С громким треском дверь вылетела с петель, словно ее вышвырнул невидимый ураган. Осколки дерева разлетелись по сторонам, а в комнате наступила мертвая тишина. Все взгляды тут же устремились на фигуру Эстева, который стоял в проеме, как грозовой фронт. Позади него Кэсс молча зашла в комнату, пряча улыбку.

Комната была просторной, но полутемной, с тяжелым запахом сигарет и дешевого алкоголя. За огромным деревянным столом, от которого пахло властью и кровью, сидел Томас Монтгомери. На нем был строгий костюм, а на лице застыла смесь недоумения и злости.

– Кто, черт возьми, вы такие?! – рявкнул он, поднимаясь с кресла. Его охранники уже схватились за оружие.

– Мы? – Эстев шагнул вперед, сверкая глазами, полными холодного электричества. – Мы те, кто сейчас разрушит весь твой маленький мир.

Кэсс, стоя рядом, лениво прислонилась к стене. Ее руки были скрещены на груди, но в глазах читалась готовность к любому развитию событий.

– И давай начистоту, – продолжил Эстев, облокотившись на край стола, – ты знаешь, за чем я здесь.

Главарь хмыкнул, но в его голосе прорезалась неуверенность.

– Ты не понимаешь, во что лезешь, мальчишка.

– Ошибаешься, – голос Эстева звучал спокойно, но в нем была скрытая угроза. – Я прекрасно понимаю. Это ты не понимаешь, с кем связался.

Молния пробежала по его пальцам, озаряя полутемную комнату. Один из охранников попытался вытащить пистолет, но Эстев одним движением выбил его из рук. Оружие отлетело в стороны, а охранник отступил, пошатываясь.

– Сядь, – сказал Эстев Томасу Монтгомери, указывая на его кресло.

Томас "Тень" оценивающе посмотрел на него, затем медленно опустился обратно в кресло.

– Так-то лучше, – пробормотал Эстев. – Ты убил моего отца. Это ты лишил мою семью всего.

В комнате стало совсем тихо. Даже Кэсс, обычно язвительная, замолчала, наблюдая за ситуацией. Томас Монтгомери посмотрел прямо в глаза Эстеву, пытаясь понять, насколько серьезна угроза.

– Что ты хочешь? – наконец выдавил он.

– Все просто, – ответил Эстев. – Ты прекратишь все это. Иначе я уничтожу все, что ты построил.

– Ты думаешь, что сможешь меня остановить? – Томас "Тень" вновь ухмыльнулся, но уже не так уверенно.

Эстев молча наклонился ближе, его глаза вспыхнули электрическим светом.

– Я не думаю. Я знаю.

Томас "Тень" сидел в массивном кресле, пытаясь сохранить остатки достоинства, но каждая секунда в присутствии Эстева обнажала его страх. Охранники нервно переминались с ноги на ногу, а воздух в комнате становился все тяжелее.

Эстев, с ледяным выражением лица, сделал шаг вперед.

– Думаешь, ты недосягаем? Думаешь, деньги и твои головорезы могут защитить тебя? – Его голос звучал спокойно, но каждое слово было, как удар грома.

Он протянул руку в сторону охранника, стоящего ближе всего. Молния с грохотом вырвалась из его ладони, ударив мужчину в грудь. Охранник закричал и рухнул на пол, извиваясь от боли.

– Жив. На этот раз, – сказал Эстев, не отводя взгляда от Томаса "Тени". – Но это только начало.

Томас "Тень" попытался что-то сказать, но его голос дрожал.

– Стой, подожди! Мы можем договориться! – выкрикнул он, хватаясь за подлокотники кресла.

Эстев ничего не ответил. Его взгляд остановился на массивной пачке денег, лежащей на столе рядом с Томасом "Тень".

– Это твоя сила? Деньги? – тихо спросил он, затем протянул руку к пачке.

С шипением и оглушительным треском из его ладони вырвалась молния. Огромная пачка денег вспыхнула, моментально превращаясь в пепел. Пламя на мгновение осветило комнату, заставляя всех присутствующих замереть в шоке.

– Ты ведь думаешь, что это все, что нужно, чтобы оставаться наверху? – Эстев шагнул ближе, его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. – Деньги, которые ты вырываешь из чужих рук, не спасут тебя.

Томас Монтгомери начал что-то лепетать, но Эстев подошел ближе, схватил его за воротник и, подняв над землей, пронзил взглядом, сверкающим электрическими искрами.

– Посмотри на меня! – рявкнул он. – Ты думаешь, что боишься сейчас? Это только начало.

Он бросил главаря обратно в кресло, словно куклу, и молниеносно оказался у одного из охранников, который пытался достать оружие. Прежде чем тот успел что-либо сделать, Эстев ударил его электрическим разрядом по руке. Оружие выпало, а мужчина рухнул на колени, корчась от боли.

Кэсс стояла у двери, скрестив руки, ее лицо выражало смесь удовлетворения и осторожности.

– Эстев, думаю, они уже поняли. – Она бросила взгляд на Томаса Монтгомери, который дрожал, как осиновый лист.

Молнии, играющие вокруг его рук, озаряли комнату зловещим светом.

– Ты запомнишь этот день. Запомнишь, что с этого момента твоя власть закончилась. Никто больше не пострадает из-за тебя, – Эстев шагнул ближе, его голос был почти шепотом, но в нем чувствовалась угроза. – А если хоть кто-то еще пострадает, я вернусь.

Томас судорожно кивнул, его губы шевелились, но слова застряли в горле.

Эстев развернулся к выходу, сделав паузу у двери.

– Это был твой шанс. Больше их не будет.

Кэсс последовала за ним, бросив на Томаса последний оценивающий взгляд.

На улице Эстев остановился и глубоко вдохнул. Ночь была прохладной, но его тело все еще пылало от гнева и энергии.

– Это было жестко, – произнесла Кэсс, подходя ближе.

– Но эффективно, – ответил Эстев, его голос был твердым.

Он знал, что это только начало, но внутри него больше не было сомнений: он никогда не позволит им навредить снова.

Путь до парка прошел в молчании. Ночной воздух был свежим, а легкий ветерок уносил с собой напряжение от недавних событий. Эстев шел чуть впереди, время от времени бросая взгляды на Кэсс, которая не торопилась, скрестив руки и с каким-то легким спокойствием смотрела на звездное небо.

Когда они достигли центральной аллеи, Эстев остановился. На секунду он замер, словно обдумывая что-то, затем резко повернулся к Кэсс.

– Спасибо, – сказал он, его голос звучал чуть тише, чем обычно, но в нем чувствовалась искренность.

Кэсс подняла бровь и слегка улыбнулась.

– За что? Это ведь было твое дело, а я просто помогла чуть-чуть… – она сделала движение рукой, словно отгоняя его благодарность.

Но прежде чем она успела сказать что-то еще, Эстев шагнул ближе и обнял ее. Это было внезапно и, на мгновение, застало ее врасплох.

– Без тебя я бы этого не сделал, – произнес он, крепче прижимая ее к себе. – Ты заставила меня поверить, что я могу быть… лучше.

Кэсс замерла, но через пару секунд ее руки осторожно обвили его в ответ.

– Эй, только не вздумай раскисать, Эстев, – сказала она, смеясь, но ее голос звучал мягко.

Они стояли так несколько мгновений, пока ветер шумел в ветвях деревьев. Наконец, Эстев отступил, и его взгляд встретился с ее глазами.

– Ты всегда так поступаешь? Спасаешь людей, как будто это игра? – с легкой улыбкой спросил он.

– Ну, если это и игра, то у тебя явно таланты главного героя, – парировала она.

Эстев усмехнулся, покачал головой и посмотрел вдаль.

– Ты помогла мне понять одну вещь, – сказал он, снова повернувшись к ней. – Я не стану злодеем.

– Отлично, но, думаю, ты все еще не до конца решил, кем хочешь стать, – Кэсс кивнула в сторону аллеи. – И это нормально.

– Может быть, – сказал он, задумчиво глядя на звезды. – Но я постараюсь не сбиться с пути.

Кэсс хмыкнула и повернулась, чтобы уйти.

– Ну что ж, герой, отдыхай. Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет, – сказала она, махнув рукой на прощание.

– Спокойной ночи, Кэсс, – тихо ответил он, наблюдая, как она скрывается в темноте.

Эстев остался стоять на месте, чувствуя себя легче, чем когда-либо за последние месяцы. Ее присутствие было для него светом в этой хаотичной жизни.

Он посмотрел на ночное небо, вдохнул полной грудью и отправился домой, зная, что впереди еще много испытаний, но теперь он готов к ним.

Вернувшись домой, он на мгновение остановился перед дверью. Ветер обдувал лицо, оставляя на коже прохладный след ночи. Рука замерла на дверной ручке, и он ощутил странное спокойствие, смешанное с легкой тревогой. В голове звучали слова Кэсс: «Завтра будет новый день, и кто знает, какие сюрпризы он принесет».

Глава 4. Новые испытания

Когда дверь тихо захлопнулась за моей спиной, в доме было тихо. Только слабое дыхание мамы доносилось из спальни. Ее состояние не выходило из головы – я чувствовал себя виноватым, что оставил ее одну, даже зная, что сделал это ради нее.

Я прошел в спальню. Мама лежала на кровати, укрытая теплым одеялом. Тонкая полоска света из коридора освещала ее лицо, которое казалось одновременно усталым и мягким. Она открыла глаза, заметив меня.

– Эстев? Ты опять вернулся поздно, – ее голос был слабым, но теплым.

Я сел на край кровати и аккуратно взял ее руку.

– Прости, мама. Просто хотел кое-что сделать… для нас, – я отвел взгляд, чувствуя, как внутри сжимается сердце.

– Ты всегда такой заботливый, – она улыбнулась, но в ее глазах читалась тревога. – Ты… ты ведь не лезешь в опасные дела?

Я не знал, что ответить. Сказать правду или обнадежить ее ложью? В конечном счете я выбрал середину.

– Я просто стараюсь защитить нас. Обещаю, я все делаю осторожно.

Ее взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.

– Ты так на него похож… – прошептала она.

Сердце кольнуло от ее слов. Я знал, что она говорит об отце.

– Иногда мне кажется, что он все еще здесь, мама, – признался я. – Его слова, его поступки… все это как будто продолжает жить во мне.

Мама сжала мою руку сильнее.

– Он гордился бы тобой. Но, Эстев, прошу, не забывай, что ты еще мальчишка. Ты не обязан нести весь мир на своих плечах.

Я не мог ответить. Только кивнул, пытаясь скрыть нахлынувшие чувства.

– Ты хочешь кушать? – спросил я, решив сменить тему.

Она кивнула.

– Да, конечно…

Я поднялся и поцеловал ее в лоб.

– Я приготовлю тебе что-нибудь. Отдыхай.

На кухне я быстро сделал что-то простое – тосты с сыром и чашку теплого чая. Вернувшись в спальню, я осторожно подал ей поднос. Она улыбнулась, хотя усталость все еще читалась в ее движениях.

После того как мама поела, мы сидели в тишине. Но эта тишина была теплой, а не давящей.

– Эстев, ты хороший сын, – сказала она вдруг. – Но мне кажется, ты что-то скрываешь. Я не буду давить, но знай, что я всегда здесь, чтобы выслушать тебя.

Я долго смотрел на нее, прежде чем ответить.

– Спасибо, мама. Это много для меня значит.

Эта ночь наполнила меня решимостью. Я знал, что должен защищать ее любой ценой. Но также знал, что она заслуживает правду… рано или поздно.

Утренние лучи солнца мягко пробивались через занавески, когда я услышал громкий стук в дверь. Сначала я подумал, что мне это послышалось, но стук повторился, более настойчивый.

– Эстев, открой, – раздался слабый голос мамы из спальни. – Я сейчас не в состоянии…

Я быстро поднялся с кресла, на котором задремал, и направился к двери. Поправляя футболку, я ощутил, как мышцы чуть ноют после вчерашнего.

Открывая дверь, я ожидал кого угодно, но не это. На пороге стояли двое взрослых: мужчина в строгом костюме и женщина с папкой в руках. Их лица выражали смесь удивления и легкого беспокойства.

– Доброе утро, – сказала женщина, пытаясь скрыть замешательство. – Простите за ранний визит. Вы… вы Эстев?

Я нахмурился, слегка сбитый с толку их реакцией.

– Да, это я. А вы кто?

Мужчина кашлянул, пытаясь восстановить самообладание.

– Мы представители школы. Я директор мистер Харрисон, а это Грей Лилиан, социальный педагог. Мы пришли обсудить ваши пропуски.

– Мои пропуски? – переспросил я, невольно подавшись вперед.

Грей Лилиан поправила очки и снова посмотрела на меня.

– Мы, честно говоря, не узнали вас сразу. Вы выглядите… по-другому.

Я стоял, скрестив руки на груди, и чувствовал, как их взгляды изучают меня. Это было даже забавно. Конечно, я изменился. Раньше сутулый и неуверенный в себе, я теперь стоял прямо, а мои плечи выглядели шире. Лицо, кажется, тоже стало жестче, а взгляд – увереннее.

– Просто тренировался, – коротко пояснил я.

Они переглянулись. Грей Лилиан слегка кивнула, а затем продолжила:

– Эстев, дело в том, что вы уже несколько месяцев не появляетесь на занятиях. Это недопустимо, понимаете?

Я посмотрел на нее, затем на мистера Харрисона. Их слова звучали формально, но в них чувствовалось искреннее беспокойство.

– Знаю. Были причины, – ответил я, опуская взгляд.

– Мы понимаем, что у вас, возможно, сложная ситуация, – вмешался мистер Харрисон, стараясь говорить мягче. – Но вы ведь талантливый парень. Ваши успехи в физике, математике… такие ученики, как вы, нужны школе.

Я почувствовал, как легкая улыбка появилась на моем лице.

– Звучит так, будто вы пытаетесь меня вернуть любой ценой.

Они снова переглянулись, теперь немного смущенные.

– Мы просто хотим помочь вам. Вам нужно завершить учебу, чтобы строить будущее, – объяснила Грей Лилиан.

Я задумался. С их стороны все это выглядело логично, но для меня все изменилось. Школа, домашние задания, экзамены – все это казалось таким далеким. Мои приоритеты стали другими.

– Я подумаю, – сказал я наконец.

– Хорошо, – кивнул мистер Харрисон. – Но, Эстев, помните: мы здесь не для того, чтобы вас осуждать. Если будет нужна помощь, обращайтесь.

Я кивнул, и они удалились. Затворив дверь, я остался стоять в коридоре. Их визит неожиданно напомнил мне о той жизни, которую я почти оставил позади.

Школа, учителя, одноклассники… Смогу ли я туда вернуться? И нужно ли мне это теперь?

Я прошел в кухню и налил себе воды, пытаясь привести мысли в порядок. Но одно я понял точно: даже если я вернусь, это уже будет другой я.

Наступила новая неделя, и я впервые за долгое время вошел в школьное здание. Проходя мимо вахтерши, я заметил, как она с удивлением подняла на меня глаза, но промолчала. Этот момент повторялся с каждым, кто попадался мне на пути. Учителя, ученики, даже уборщица – все смотрели, будто перед ними стоял совершенно новый человек.

Школа встретила меня шумом перемены. Кто-то перекрикивался через коридор, кто-то спешил к своему шкафчику. Но когда я появился в поле зрения, разговоры стихали. Я чувствовал на себе взгляды – одни полные удивления, другие настороженности.

– Это он? – шепнул кто-то за моей спиной.

– Да, это Эстев. Смотри, как он изменился.

– Но ты же помнишь, что он сделал с Коулом?

Эти слова резали слух, но я старался не показывать реакции. Я прошел мимо, стараясь выглядеть спокойным. Однако внутри я чувствовал, как напряжение медленно нарастает.

Некоторые лица из прошлого промелькнули в толпе. Ребята, с которыми я когда-то играл в футбол, девчонки, смеявшиеся над моими шутками. Но теперь никто из них не рискнул подойти.

Мое отражение в стеклянной двери кабинета подтверждало их страхи. Высокий, крепко сложенный, с серьезным взглядом, я больше не был тем неуверенным подростком, которого можно было игнорировать или унижать.

Когда прозвенел звонок, я вошел в класс. Разговоры сразу стихли. Взгляды одноклассников метались от меня к друг другу. Я спокойно прошел к последней парте и сел, чувствуя, как напряжение в воздухе стало почти осязаемым.

Учитель, который вошел следом, тоже немного замялся, но потом продолжил урок, как ни в чем не бывало. Однако я замечал, как его взгляд иногда останавливался на мне дольше, чем на остальных.

В перерыве между уроками кто-то из ребят осмелился подойти. Это был Маркос, один из тех, кто раньше всегда держался с Коулом.

– Эстев, – начал он неуверенно, стоя на расстоянии. – Слушай, мы просто… ну, мы тут… Мы ничего, ладно?

– Ладно, – спокойно ответил я. – Мне неинтересны ваши разборки.

Он кивнул, хотя я видел, что его все еще трясет. Он быстро ретировался, а я остался сидеть за партой.

Мне хотелось, чтобы все вернулось на свои места, но я знал, что это невозможно. Школа никогда не станет для меня прежней.

Впереди был еще длинный день, и я решил сосредоточиться на том, чтобы просто выдержать его.

Неделя пролетела, как в тумане. Каждый день в школе приносил что-то новое. К моему удивлению, напряжение вокруг меня постепенно ослабевало. Одноклассники перестали так остро реагировать на мое присутствие, хотя шепот за спиной все еще не исчез полностью.

В понедельник все было непривычно. Все взгляды, которые я ловил, были настороженными. Но уже к среде ребята начали задавать мне вопросы – сначала осторожно, потом смелее.

– Слушай, Эстев, – обратился ко мне Фрэнк, парень с соседней парты. – А ты что, серьезно теперь такой мощный?

Я улыбнулся краем губ.

– Просто начал больше работать над собой. Вот и все.

– Да, ну ты крут, – ответил он, немного смущенно отводя взгляд.

К четвергу уже шутки и смех снова начали звучать в классе, хотя иногда я замечал, как ребята все еще внимательно следили за моими реакциями. Они привыкали ко мне, как и я к ним.

На переменах я больше не стоял один в углу. Несколько человек из класса начали задавать мне вопросы, предлагать присоединиться к общим разговорам. Они обсуждали мелочи – домашку, спорт, игры.

В пятницу кто-то из девчонок шутливо бросил:

– Эстев, с такими руками тебе не только в школе быть, а в каком-нибудь фильме супергероев!

Я посмеялся вместе с ними. Это была легкая, непринужденная шутка, и я рад был почувствовать, что напряжение между мной и остальными начало исчезать.

Я начал замечать, что одноклассники все больше смотрят на меня с интересом, а не с опаской. Даже Маркос, который на днях с трудом выдавил из себя слова, теперь подошел ко мне на перемене.

– Эстев, слушай, – он понизил голос. – Извини за тот раз. Мы просто… Ну, Коул всегда был главным, а ты тогда…

– Забудь, – перебил я его, не желая снова вспоминать ту сцену. – Это было давно.

Он кивнул, выглядя немного растерянным, но благодарным.

Мне казалось, что и я начал привыкать к новой динамике. Я больше не чувствовал себя чужим в классе. Люди начали воспринимать меня не только как того парня, который когда-то совершил ошибку, но и как часть их мира.

В пятницу все шло своим чередом, пока дверь класса не открылась, и в комнату не вошел Коул. Его появление сразу нарушило привычный шум: разговоры затихли, одноклассники начали переглядываться, кто-то нервно заерзал на своих местах.

Я замер. Казалось, что время остановилось. Коул выглядел иначе – его лицо почти восстановилось после травм, но что-то в его глазах говорило, что раны внутри еще не зажили.

Он прошел между рядами парт с непроницаемым выражением лица. Я сидел на своем месте, и наши взгляды на мгновение встретились. Его глаза были холодны, но я уловил в них что-то еще – смесь злости и страха.

– Доброе утро, – сказал он тихо, садясь за свою парту.

Никто не ответил. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Я чувствовал, как одноклассники украдкой посматривают то на меня, то на него.

– Коул, ты как? – осторожно спросила Хейли, сидевшая неподалеку.

– Нормально, – ответил он сухо, не поднимая головы.

Несколько секунд было неловкое молчание, и я решил прервать его:

– Рад видеть тебя снова, – произнес я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Он поднял на меня взгляд, и его губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но передумал.

– Спасибо, – коротко ответил он, отвернувшись.

Учитель вошел в класс, и все с облегчением переключили внимание. Урок начался, но я ловил себя на том, что почти ничего не слышу. Мысли крутились вокруг Коула. Он молчал весь урок, изредка что-то записывая в тетрадь.

Вдруг на улице раздался низкий, зловещий рык, будто воздух сам по себе завибрировал от чуждой силы. Стекла задрожали, и учитель замер, прерывая объяснение у доски.

Класс погрузился в мертвую тишину.

– Это еще что было? – пробормотал кто-то с задней парты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.