Евгений Волков
Скиталец

Часть 1. Глава 1. Дрея

Темноту прерывали странные вспышки, пробивающиеся сквозь закрытые веки. Девушка попыталась открыть глаза – безуспешно. Она не могла ни поднять руку, ни дотянуться до лица. Тело не слушалось, в нем была только слабость. Сколько времени прошло, прежде чем ей удалось открыть глаза, – неизвестно. Мигающий свет тут же заставил её снова поморщиться и зажмуриться. Следующая попытка осмотреться была уже более аккуратной. Открыв глаза, она повернула голову. Светлая комната, уставленная капсулами. Пустыми капсулами. Судя по приборам и лежанке по центру комнаты, это был медицинский отсек. Она не узнала это место, но это явно не их медицинский блок. Но тогда где она?

Девушка, наконец, смогла пошевелить пальцами руки, а потом и самой рукой. Подняв её, она коснулась лица и отодвинула золотистый локон, что ей мешал. Мокрый. Волосы были мокрые. Взгляд опустился ниже. Стало понятно: она лежала в такой же капсуле, что были установлены в этой комнате. Только её капсула, в отличие от других, была открытой. На полу разливалась бесцветная вязкая жидкость. А ещё… Она осознала, что была без одежды. Девушка дёрнула плечом и попыталась выбраться – и тут же пожалела об этом. Ослабевшие ноги не выдержали веса, и она, издав невнятный писк, рухнула на пол, прямо в вязкую лужу у подножия капсулы. Свет вновь мигнул.

Темнота на миг накрыла её, заставив невольно замереть. А затем она рассеялась, как и подступающий страх. Оттолкнувшись от пола, она поднялась, схватившись за край капсулы, помогая себе руками и делая больше упора на них. Руки слушались лучше ног. Выпрямившись, девушка пыталась стабилизировать дыхание, которое участилось после всех этих манипуляций. Это удалось спустя некоторое время. Да и стоять на ногах тоже стало проще.

Она вновь осмотрелась. Нагое тело приносило моральный дискомфорт. Так-то в помещении была вполне себе приемлемая температура. В дальнем углу помещения стоял ящик, а на нём – несколько комплектов серой одежды. Их девушка приметила не сразу, только после очередного мигания света, и то, потому что в этот момент она смотрела именно в ту сторону. Вздохнув, она оттолкнулась от края капсулы и неровными шагами направилась к ящику. Первые шаги были не слишком удачные: девушка чудом вновь не оказалась на полу. Но с каждым новым шагом тело привыкало к забытым нагрузкам. Добравшись до ящика, она схватила первый же попавшийся комплект и, разорвав герметичную упаковку, развернула одежду. Это был серый комбинезон без каких-либо знаков или эмблем. Обычно такие носят ремонтники или больные. Она пожала плечами и принялась натягивать его на тело. Конечно, стоило сначала смыть с себя остатки медицинской жидкости, только вот она не обнаружила ничего похожего на уборную. Да и плевать, сейчас это было не так раздражающе, как нагота. Комбинезон оказался на несколько размеров больше. Пришлось подкатать рукава и брюки. Одевшись, она осмотрелась. И где здесь выход?

– Простите, что пришлось оставить вас одну. – Голос заставил девушку вздрогнуть и резко обернуться.

Она сделала несколько шагов назад, но стена помешала продолжить отступление. В центре комнаты стоял мужчина, но девушка сразу поняла – он не совсем реален. Мужчина был молод, лет двадцати. Коротко стриженый, в военной форме неизвестного образца. Руки он держал по-военному, сомкнув их за спиной.

– Не пугайтесь, я Ватсон, искусственный интеллект эсминца «Перун», на котором вы находитесь. Вы меня понимаете?

Девушка застыла. Она и правда его понимала. Точно, он же говорил на Общем. А значит, представитель неизвестной для неё расы, который был очень похож на них, был частью Галактического сообщества. Но… Она не помнила в их составе хоть одну расу людей, кроме её собственной. Она уже запуталась. Ватсон молчал, было видно, что он ожидает реакции на свои слова.

– По… Понимаю, – проговорила она, дёрнув плечом, и невольно испугалась собственного голоса. Как же давно она его не слышала!

– Отлично. Вы находитесь на боевом корабле класса эсминец земного Боевого флота. – Ватсон запнулся, словно и правда наткнулся на какие-то воспоминания, и продолжил: – Точнее, на единственном боевом корабле Земного флота. Вас спас мой капитан, обнаружив вашу капсулу в трюме пиратского конвоя.

Она слушала и ловила каждое его слово. Земной флот? Что за название? Она не помнила такого. Единственного? Разве во флоте может существовать только один корабль? И ещё пираты. Откуда у пиратов её капсула? Стоп!

– А… там была только моя капсула? – Она бросила взгляд на голограмму.

Ватсон стоял всё в той же позе, но создалось впечатление, что он слегка изменился в лице после её вопроса. Он молчал около пары секунд, всё же дав ответ.

– Выжили только вы. Остальные не подавали признаков жизни, когда мы вас нашли.

Глаза девушки расширились, в них заблестели слёзы. Как так? Из всех двухсот двадцати семи последних представителей её расы, что были отправлены вглубь галактики для образования новой колонии, выжила только она? Если бы не стена позади, в которую она упиралась, девушка обязательно бы упала. Мир разделился на «до» и «после».

– Сожалею, – проговорил Ватсон, о котором она забыла, поддавшись панике.

Дыхание перехватило, воздуха не хватало. Хотелось кричать. Рыдать. Но сил на это почему-то не было. Что-то кольнуло её в ногу, заставив её отдёрнуть. Она удивлённо уставилась на медицинского бота, небольшого «паучка» размером с собаку.

– Я вколол вам успокоительное. Не сильнодействующее, но это стабилизирует участившийся пульс и ваше состояние. Как вас зовут? – Ватсон отлично понял, что если не вмешаться, то девушка впадёт в истерику. Но, кажется, седативное подействовало так, как и надо.

– Я… Я Дрея, – тихо проговорила она, чувствуя, что дышать стало легче. Она перевела взгляд на Ватсона. – А почему здесь вы, а не капитан?

– К сожалению, сейчас судно полностью под моим контролем, а капитан не может вас встретить в связи со сложившимися обстоятельствами.

– Какими? – тут же спросила девушка. Любопытство стало отодвигать на второй план всё остальное.

– Капитана нет на корабле, – спокойно и лаконично ответил Ватсон.

– Как нет? – растерянно спросила Дрея, вновь ничего не понимая.

– Видите ли, мы сейчас производим прыжки в хаотичном порядке, пытаясь сбросить с хвоста пару преследователей. А капитан вместе с бортинженером остались в системе, откуда мы ушли, по приказу того же капитана. Предотвращая следующий ваш вопрос – капитан не успевал покинуть планету до прибытия противника.

Дрея удивлённо смотрела на Ватсона. Перед ней был искусственный интеллект, который был похож на человека не только внешне, но и… Он думал так же. Говорил так же. Ещё и управлял кораблём. Удивительно. Она мотнула головой, отгоняя назойливые мысли.

– Хорошо, это я поняла. Но мне непонятно другое. Кто ваш противник? И что за Земной флот? Я не помню никакой Земли в составе Галактического сообщества.

– Мне не известно, о каком сообществе вы говорите. В нашей галактике подобных структур правления не существует. Но я отвечу в обратном порядке. Земли нет. Она, как и ее флот, была уничтожена противником. А противник наш – Ариана, который вот уже многие десятки лет ведёт с нами войну. Думаю, я дал вам ответ на вопросы.

Дрея задумчиво коснулась указательным пальцем кончика носа. Она не знала никаких ариан, а ещё её удивили слова Ватсона об отсутствии Галактического сообщества. Как вообще такое возможно? Она категорически ничего не понимала. Ещё раз проведя пальцем по кончику носа, она перевела взгляд на Ватсона.

– А… можете показать карту? Звёздную? – спросила она задумчиво.

– Могу, но не здесь. Всё же это медицинский блок. Предлагаю вам пройти в центр управления, там я смогу ответить на ваши дальнейшие вопросы. Следуйте по указателю. – Ватсон исчез, а рядом с ней отошла в сторону панель, выпуская её в коридор.

***

Она сидела в кресле бортового стрелка и смотрела на голограмму в центре. На ней была галактика. Её галактика. Только вот некоторые звёзды не соответствовали тому положению, которая она помнила.

– Это точная карта? – спросила Дрея у Ватсона, что стоял рядом с ней.

– Точная, последний раз обновлялась несколько месяцев назад.

– Тогда я не понимаю. Вот эти и эти участки были иными. Можно я поправлю?

– Конечно. – Ватсон жестом предложил ей приступить.

Дрея поднялась и прошла вперёд, ближе к карте, и принялась перетаскивать некоторые звёзды. Делала она это по памяти, на которую никогда не жаловалась, тем более с учётом её специальности – медик. Дрея прикусила губу, сосредоточившись на исправлении карты.

– Вот, готово. – Она кивнула, удовлетворенно сложив руки на груди. – Вот такой была карта, которую я помню.

Ватсон с интересом стал смотреть на измененные участки. Он уже сопоставлял и вычислял внесенные девушкой изменения и значения из его баз. Некоторое время он молчал, а после, повернувшись к девушке, проговорил:

– Ваша карта соответствует положению звёзд несколько десятков тысяч лет назад. Проще говоря, то что вы показали, совпадает с расчётами в этом направлении.

Дрея удивлённо посмотрела на Ватсона. Он хочет сказать, что она просуществовала в крио больше тысячи лет? Да быть такого не может!

– Это невозможно. Этого быть не может. – Она отрицательно покачала головой и уверенно продолжила: – Наше оборудование не способно поддерживать жизнь так долго.

– Однако мои расчёты верны, Дрея. У меня уже есть похожий случай в моей истории. И, к сожалению, оба случая пока не имеют объяснения. – Ватсон жестом предложил девушке подойти к терминалу, что она и сделала.

Там был файл, короткий и информативный. Он свидетельствовал о пробуждении временно исполняющего обязанности капитана Андрея Фокина, который был обнаружен «Перуном» через шестьдесят лет после того, как он катапультировался из подбитого истребителя. Теперь она ещё больше хотела лично познакомиться с этим капитаном. Но… Ей вообще не верилось, что такое возможно.

– Я думаю, капитана заинтересует ваша история. Но пока мы не можем вернуться на Марку-3. Нас снова вычислили. – На корабле загорелись сигналы тревоги, а потом Ватсон предложил ей вернуться в кресло бортового стрелка. – Нам вновь надо совершить прыжок.

Дрея кивнула, задумчиво смотря себе под ноги. Она села в кресло и пристегнула ремни. Нет, в её голове всё ещё не укладывался факт, что она смогла выжить столь долгий период. Также она не понимала, как оказалась именно на том же корабле, где уже был похожий случай. Удивительные совпадения. А она не верила в них.

– Приготовьтесь к прыжку. Прыжок!

Она почувствовала, как в груди что-то сдавило, а потом мир на мгновение исчез.

Часть 1. Глава 2. Робо

– Мы почти дома, Светлейший. – Самка с белой шёрсткой повернула мордочку в сторону Робо.

Робо сидел в кресле по центру рубки, погрузившись в свои раздумья. Он дёрнул носом и перевёл взгляд на самку. Она была привлекательна. Белая шёрстка с вкраплением тёмных пятен, изящные движения, свойственные только самкам. Если бы не его статус, он обязательно воспользовался случаем развить их отношения до потомства. Но увы – пока он Носитель Слова, ему приходится откладывать такие мысли. Робо досадливо дёрнул себя за усы, отгоняя подобные мысли, и кивнул.

– Спасибо, Ларси. Совет меня ждёт?

– Да, Светлейший, Совет вас ожидает. – Ларси вернула свой взор на экраны, а Робо вновь погрузился в мысли.

На этом маленьком корабле, который был довольно быстр, был только он и Ларси. Она была его пилотом в этом путешествии домой. Совет его ждал, и это было хорошо. А ему было что рассказать Совету. Встреча в системе Сияние оказалась для него и его команды неожиданностью. Боевой эсминец неизвестной расы просто вышел из Пустоты, через которую они и сами путешествуют. Он не был похож на Тёмных Богов, по крайней мере, из того описания, что сохранилось в религиозных документах. Корабль оказался не слишком враждебным. Робо знал, что в космосе, кроме них, есть и другие: ведь Великие Учения рассказывали о приходе Тёмных Богов. Которые, как позже оказалось, были космической цивилизацией.

Робо недовольно дёрнул себя за усы. Они боялись Тёмных: ведь сами были свидетелями того, как они пришли за ракси. Но Робо считал, что страх нужно было направить в иное русло. Может, и не было никаких Тёмных? Может, это просто легенды? Так он думал до той самой встречи с Андраэмом. Странное имя, сложное для произнесения на его языке. Андраэм пытался его научить, но всё оказалось тщетным. Робо вздохнул. Именно эта встреча дала понять, что Тёмные Боги существуют. И не просто существуют, а однажды пришли уже и за домом Андраэма. Именно эту новость и требовалось донести Совету. Все остальные предложения Андраэма и так были бы приняты – у Робо были полномочия, позволяющие заключить такую сделку. Но сведения о Тёмных оказались намного важнее. Без Совета здесь не обойтись. И тогда он принял решение вернуться домой. Возможно, судьбоносное решение: Робо не знал, что после его ухода те самые Боги пришли в систему. Удивительно сложились нити судьбы.

– Мы в Колыбели, Светлейший, – проговорила самка, выводя корабль на траекторию к единственной планете с атмосферой.

Робо взглянул на обзорные экраны и замер, обхватив передними лапами мордочку. Так он молился. Молился великой Богине и их Колыбели. Раньше, по Святым Писаниям, Колыбель, покрытая лесами и озерами, была зелена и прекрасна. Но увы – приход Тёмных Богов превратил её в пустыню с редкими зелёными островками, вокруг которых росли их города. Но и сейчас Робо считал Колыбель великой. Он не мог сдержать восхищения каждый раз, когда её видел. Закончив свою молитву, он опустил лапки и посмотрел на Ларси, которая замерла, боясь пошевелиться, и помешать Светлейшему. Робо пискнул, проявляя своё весёлое настроение.

– Всё хорошо, Ларси, я закончил. Направляйся сразу к Великому Храму. Я думаю, Совет простит мне такую дерзость.

– Конечно, Светлейший. – И Ларси исполнила просьбу, входя в атмосферу планеты. Она направила их корабль к Великому Храму, где тот, кого она любит, встретится с Советом. Как же её печалил факт, что они разного статуса! В противном случае она бы сделала всё, чтобы у них появилось потомство.

***

Великий Храм представлял собой центральное сооружение второго по величине города на Колыбели. Именно от него в разные стороны и расходились улицы, и именно к нему они все и вели. Это было здание в виде пирамиды высотой в добрую сотню метров, украшенной узорами и письменами Писания. Ни одно здание в городе не могло быть выше Храма, поэтому тот отчётливо выделялся на общем фоне. Площадь вокруг Храма была почти всегда свободна, заполняясь соплеменниками Робо только в дни праздников. Поэтому посадить их небольшой корабль не было проблемой. Конечно, подобное можно было принять за неуважение к Храму и Совету, но Робо посчитал, что на этот раз все закроют на это глаза. Тем более он Светлейший, Носитель Слова, по иерархии – второй после Совета.

Так и получилось – никто ничего не сказал. Только вот Совет не спешил принять его. Робо уже несколько часов сидел в зале ожидания, нервно дёргая то усы, то подолы ритуального одеяния. Но вот массивная дверь стала отходить в сторону, и из получившегося проёма выглянул сначала нос, а затем и вся мордочка смотрителя храма. Это был пожилой лааарискай. Старость виднелась во всём. Его шёрстка местами отсутствовала. Правый глаз смотрителя ослеп, покрывшись белой пеленой. Осмотрев зал зрячим глазом, смотритель остановил взгляд на Робо и проговорил:

– Совет ожидает тебя, Светлейший, – и тут же скрылся за дверью, оставив проём свободным.

Робо дёрнул себя за усы, вновь поддавшись волнению, но всё же поднялся со скамьи и быстро направился в Зал Совета. Зал, окружённый колоннами, что терялись в сводах, был самым большим помещением в храме. В этом зале Робо каждый раз испытывал детский восторг. И этот раз не был исключением. Он замер, боясь сделать следующий шаг, чтоб не спугнуть забытое чувство из детства.

– Мы ожидаем тебя, Светлейший. – Голос эхом пронёсся по залу, заставив Робо съёжиться и всё же устремиться вперёд к пьедесталу.

Там на трёх резных тронах сидели три лаарискай. Тот, что в центре, самый старый из них, был верховным советником. Двое других были его правой и левой лапой. Они были моложе Верховного, но в несколько раз старше Робо. Светлейший остановился ровно в паре метров от пьедестала, как и требовал этикет. Ни шагом больше, ни шагом меньше. Следуя традиции, Робо склонил мордочку к полу и проговорил:

– Славься великая Акхалия и Колыбель. – а после обхватил мордочку лапами, не смея произносить больше ни слова, пока Совет этого не позволит.

Верховный одобрительно кивнул, потом поднялся, подошел к Робо и коснулся его лба левой лапой. Традиции были соблюдены.

– Говори, Светлейший, Носитель Слова. Что потребовало нашего внимания? – Верховный дождался, пока советник вернётся на своё место, и продолжил: – Неужели твоих полномочий оказалось недостаточно?

– Нет, Великие. Мой статус позволял решать все возникшие проблемы. Но я узнал что-то важное, нечто, что должен знать Совет. – Робо волновался.

Он всегда волновался, стоя перед Советом. И не имело значения, насколько он влиятелен вне стен храма: здесь он был простым подданным, и каждое его слово могло стоить ему статуса. Поэтому волнение было, оно проявлялось в коротких рывках рукавов одеяния. Большее Светлейший не мог себе позволить.

– И что же ты выяснил такого, что заставило тебя бросить наши корабли в Сиянии и вернуться в Колыбель? Да ещё и созвать нас?

Робо невольно сжался. В какой-то момент ему показалось, что он зря решил срочно обратиться к Совету, – не стоило этого делать. Но быстро отогнал эту мысль. Стоило, ещё как стоило.

– Тёмные Боги, Великие. Они существуют, и я имею тому доказательства, – решительно проговорил Робо, а затем замер, боясь пошевелиться.

Казалось, Робо придавили своды храма – настолько тяжёлым был взор Верховного, направленный на него. Светлейшему хотелось бежать. Просто развернуться и убежать, но подобное было бы нарушением всех возможных норм. Поэтому он просто стоял, вжимая голову в свои плечи.

– Что ты имеешь в виду, Робо? Ты понимаешь, что такими словами нельзя разбрасываться? – Верховный поднялся и даже сделал пару шагов вперёд, замерев у края пьедестала и смотря на Робо сверху вниз.

Тот хотел ещё сильнее сжаться и скрыться. Но… Нельзя.

– Понимаю, отец. Поэтому я здесь и, как уже сказал, у меня есть доказательства этого.

– Ну что же, мы слушаем тебя, Светлейший. – И Верховный вернулся на своё место, давая Робо слово.

***

Робо рассказал всё. Начиная с появления в Сиянии неизвестного корабля и заканчивая беседой, что он вёл на этом корабле с Андрэамом. Совет слушал его, не перебивая, лишь иногда задавая уточняющие вопросы. А после, подняв силовое поле, они долго обсуждали слова Робо. Он не знал, о чём именно они говорят: поле не пропускало звуки, поэтому ему приходилось лишь догадываться. Наконец, оно было снято, а Верховный обратил свой взор на Робо.

– Ты уверен, что это те самые Тёмные?

– Уверен, Великие. Я видел записи боёв цивилизации Андраэма с ними, и они полностью соответствуют описанию в наших учениях. – Он вновь дёрнул рукав, пытаясь унять своё волнение, которое всё ещё не отпускало его.

– Это… Очень печальные новости, Светлейший. Мы не знаем, чем вызвали гнев Тёмных наши старшие братья ракси, но ты сам знаешь, чего этого стоило им и нам. Мы почти лишились Колыбели. А теперь ты говоришь, что Тёмные не ушли в Пустоту, а остались здесь. И всё ещё рядом.

– Именно поэтому я посчитал, что Великие должны знать, – пискнул Робо.

– И ты поступил мудро, Светлейший. – Верховный задумчиво провёл лапой по своим усам и продолжил: – Робо, сын мой, ты ведь знаешь нашу тайну?

Заданный вопрос заставил Робо встревоженно поднять голову и впервые нарушить этикет, сделав шага назад. Но во взгляде Верховного не было вражды, и Робо успокоился, насколько это было возможно. Он быстро вернулся на своё место и кивнул. Ему не было положено знать эту тайну. Она была доступна только Совету и тем, кому Совет её доверит. Но он знал. Она случайно попала в его лапы, поэтому он хранил её так же, как это делал Совет. Но оказывается, Верховный и так всё знал. Вздохнув, Робо всё же произнёс:

– Знаю, Великие.

– Озвучь.

– Мы защищаем остатки ракси.

В зале повисла тишина. Самой великой тайной их расы, которая была тайной не только для тех, с кем они уже вышли на контакт, но и тайной для большинства лааарискай, была тайна защиты. Они приняли на себя защиту остатков расы ракси, старших братьев. Их было мало, едва хватало на небольшое поселение, сокрытое далеко в мёртвых пустынях. Взамен ракси делились теми остатками знаний и умений, что у них сохранилось. И вот теперь Робо принес совету самую страшную новость, что только могла быть. Тёмные Боги всё ещё здесь. А значит, и над ними всеми нависла эта угроза.

Верховный кивнул.

– Именно так, Робо. И если ты прав, ты понимаешь, что может случиться и с нами, и с теми, кто доверился нам?

– Понимаю, Великие, именно поэтому я и пришёл лично вам всё рассказать.

– И ты поступил мудро, Светлейший. Отправляйся обратно к Андраэму и можешь передать ему, что мы приняли его предложение по поводу добычи в системе Сияния или Марка-3, как он её назвал. Мы тебе сообщим о дальнейших действиях. Ступай, Робо.

Робо покинул храм в замешательстве. Совет не дал никакой конкретики, что делать и как быть дальше. Но одно было понятно: для лааарискай наступила новая эра. Возможно, доброта, которую они проявили много циклов назад, может стоить им жизни. Но Робо не считал, что они поступили неправильно. Наоборот – он считал это верным путём. Именно так поступила бы Акхалия. Но страшнее всего то, что им нечего противопоставить Тёмным, если те решат вернуться за остатками ракси. Но теперь появилась маленькая надежда, что встреча с Андраэмом оказалось неслучайной. Что Акхалия ведёт их к светлой нити в этом тёмном клубке судьбы.

Часть1. Глава 3. НЕ мертвая планета

– Это то, что я думаю? – Рем стоял на скале, внимательно глядя в небо.

Андрей стоял рядом, держа винтовку на локте, и тоже всматривался в небо. Визор его скафандра максимально приблизил две огненные точки, что стремительно рассекали атмосферу по баллистической траектории. К сожалению, было сложно отчетливо рассмотреть снижающиеся объекты из-за утихающей бури и туч. Они явно были чем-то вроде ботов, почему-то Андрей был уверен, что это десант.

Странно: из записей боевых столкновений капитан выяснил, что еще не было случаев применения десанта арианцами. Те всегда приходили флотом, уничтожали оборону системы и разносили планету до выжженной пустыни. В редких случаях они превращали планету в горстку камней в космосе. Так поступили и с Землёй. Невольно Фокин дёрнулся, вновь вспомнив уже забытое чувство отчаяния.

– Похоже на десант, ты прав, Рем, – проговорил Андрей. На визоре шлема уже рассчитывалась траектория и точки возможного приземления этих объектов.

Только при поддержке Ватсона можно было высчитать точку вплоть до метра, а так… Пришлось довольствоваться разбросом в полкилометра. С момента, как Ватсону отдан был приказ покинуть систему, связь с ним прекратилась. И неудивительно: кроме систем связи, их скафандров и ретрансляторов бота, у них не было ничего, что может добить дальше орбиты этой злосчастной планеты. Оставалось надеяться, что «Перун» всё же смог уйти и оторваться.

– Какие планы, кэп? Знаешь, эти открытые пространства меня уже раздражают. – Рем опустил руку, которую держал на системе управления шлемом и, повернув голову, посмотрел на Андрея.

Хотя как посмотрел? Андрей не видел его взгляда из-за тёмного лицевого щитка скафа, а посему мог только предполагать, что бортинженер смотрит в его сторону. Капитан скосил взгляд на правый нижний угол визора, где выводилась краткая информация о системах скафандра и системах его группы, в которой сейчас был только Рем. Кислорода хватит чуть больше чем на сутки. Они не рассчитывали задерживаться здесь больше чем на несколько часов. Батарей скафандра, что питали всё жизнеобеспечение и вдобавок экзоскелет, что был частью скафа, хватит на двое суток. Там отчётливо зелёным светилась цифра семьдесят один процент. Итак, нужно достать кислород и энергию. Раз плюнуть. Если бы они не оказались на мёртвой планете без поддержки с орбиты, имея только один бот! Бот, точно! Как Андрей мог о нём забыть? В боте есть резервные ячейки с кислородом и батареи, которых хватит на некоторое время.

– Нам надо к боту за аварийным комплектом. После… В нескольких километрах севернее от бота я видел какие-то каменистые образования. Думаю, там можно будет найти укрытие от этой надоедливой бури и преследователей. – Андрей спроецировал на своём и визоре Рема схематическую карту и расположение: их, бота и предполагаемых гор.

– А, точняк, в теории каменюки прикроют нас от сканеров. Можно попытаться, кэп. – Рем поднял руку, показав оттопыренный большой палец: мол, план ему нравится.

Андрей кивнул, перехватив удобнее винтовку, и бросил последний взгляд в сторону объектов в небе, которые теперь были видны более отчётливо. Времени не было. Опять. Андрей спрыгнул с камня и направился вниз по склону, намереваясь как можно быстрее достичь подножья. Рем не стал отставать от своего капитана.

***

К боту они двигались бегом, лишь изредка останавливаясь, чтобы сверить свой путь с маршрутом. Десантные боты, скорее всего, уже приземлились, так как в небе их не было видно, да и следить за ними не было возможности. Андрей вновь поднял руку, тем самым заставляя Рема остановиться рядом. До бота уже было не так далеко. Хорошо, что место приземления предполагаемого вражеского десанта было в противоположной стороне от места высадки Андрея и Рема. По расчётам Андрея, у них было время достичь бота и оттуда двинуться дальше. По крайней мере, он надеялся на это. Покидать планету на боте не стоило: ведь на орбите были корабли противника. Правда, их точное количество и местонахождение неизвестны. На планете можно некоторое время оставаться незамеченным, поэтому была надежда лишь на то, что противник покинет систему раньше, чем у них закончится кислород.

– Что там, кэп? – Рем уже довольно нервно водил стволом винтовки.

Взгляд Андрея был направлен не в сторону бота, а в сторону предполагаемого места посадки противника. Визор максимально приблизил картинку, а искусственный интеллект скафандра пытался очистить её от «мусора». В той стороне что-то происходило. Буря утихла, и поэтому обзор стал более-менее нормальным, хотя и неидеальным. Андрей увидел серый дым и пыль, поднимающиеся к небу. Неужели приземление оказалось не слишком удачным?

– А чёрт их знает, слишком далеко, да и ландшафт мешает. Но что-то там произошло. Ладно, ускоримся. – Андрей вновь махнул рукой и, развернувшись, побежал в сторону их транспорта.

Через пять минут они добрались до бота. Ворвавшись в помещение, они первым делом закрыли люк и стабилизировали систему бота, что позволило снять шлемы. Несколько минут передышки у них всё равно было.

– Рем, спасательный набор, – Андрей вытер пот со лба и указал на серый ящик под скамьёй для десанта. Сам же направился в кабину пилота.

– Окей, кэп, не дурак. – Рем тут же плюхнулся на колени, выдёргивая из ниши ящик и открывая его.

Андрей не видел точно, что именно делает Рем, только слышал его ругательства на крепкие замки и тупых инопланетян, которым не сидится дома. Фокин же был занят бортовым компьютером, вбивая в него данные маршрута. Нет, конечно, опасно лететь на боте куда бы то ни было, но оставлять его здесь глупо. Бот тоже требовалось спрятать как можно дальше. Он был их последней надеждой свалить с этой планеты. Хотя куда? Ещё тот вопрос. Подставлять скай и прятаться у них глупо. К тому же, если уж они уступают арианцам в технологиях, то скай безнадежно остались далеко позади. Так что бот надо было спрятать или хоть попытаться. Поэтому Андрей давал указания боту на малой высоте улететь в противоположную сторону от текущей точки.

– Кэп, я собрал, можем валить. – Рем заглянул в помещение и бросил взгляд на экраны навигации, быстро уловив, что именно делает капитан.

– Боеприпасы тоже возьми, я не уверен, что нам не придётся стрелять. – Андрей жестом активировал таймер обратного отсчёта. Рем кивнул и вновь скрылся в десантном отсеке.

Через тридцать секунд они наблюдали за тем, как бот поднялся в воздух и, держась малой высоты, устремился в другую сторону от места посадки противника и горных выступов, которые тоже отлично виднелись с этого плато. Андрей махнул рукой, тем самым дав сигнал Рему двигаться, и тут же перешёл на бег.

***

Горный хребет оказался не совсем горным и не совсем хребтом. По крайней мере, он явно был неприродного происхождения. Видимо, после бомбардировки с орбиты огромные куски коры планеты обрели эту форму гор, что возвышались на добрые десятки метров. До него, как и ранее до бота, Андрей и Рем добрались бегом. Не будь скафандров, которые брали добрую часть нагрузок на свои системы, скорее всего, они бы двигались намного дольше, а про усталость вообще можно было не говорить. Андрей внимательно осматривал это хаотичное образование, след прошлой войны. Однако то, что искал Андрей, нашёл Рем.

– Там вот, глянь. – Он рукой указал на проём, скорее всего, ведущий в подобие пещеры.

Находилась она примерно в пяти метрах вверх от подножья. Судя по всему, добраться туда не составит особого труда. Андрей кивнул, забрасывая винтовку за спину. Магнитные держатели крепко схватили оружие.

– Проверим, но давай так. Я заберусь, а ты пока останься здесь, – проговорил Андрей, примеряясь к выступу.

Рем кивнул и развернулся, вскидывая винтовку. Капитан ухватился за выступ и довольно легко стал взбираться вверх. Оказавшись на нужном выступе, Андрей выпрямился, коснувшись шлема и включая фонарь. Темнота отступила от входа, а визор шлема дополнился информацией. Это была не просто пещерка, а, судя по всему, вход в целую сеть. Видимо, новые пещеры и коридоры оказались объединены со старыми, уже природными образованиями. По крайней мере, такой вывод можно было сделать по результатам сканирования. Увы, сканеры скафандра не были мощными и били всего на пару десяток метров. Поэтому было сложно понять, насколько глубокое это образование.

– Ну, что там, кэп? А то тут уже какая-то нездоровая херня, – голос Рема заставил капитана развернуться в сторону точки приземления арианцев.

Визор максимально приблизил происходящее на горизонте, но увы, точности это не добавило. Но там и правда что-то творилось. Кажется, у десанта был наземный транспорт. Это могло быть правдой, учитывая несколько пылевых столбов, что поднимались около горизонта. Ну вот где буря, когда она нужна?

– Поднимайся, будем зарываться, – ответил Андрей, входя в пещеру.

Рем не без труда взобрался к Андрею, и они вместе углубились в пещеру.

– Наконец-то стены, – выдохнул бортинженер.

Рем всю свою жизнь провёл на станциях и кораблях, поэтому открытые пространства начинали его раздражать. Андрей это понимал, поэтому лишь хмыкнул. В отличие от Рема, он вполне комфортно чувствовал себя на планетах. Жаль, что теперь его жизнь вот такая. Что больше нет места, куда можно просто прийти в отпуск и… Нет больше Земли. Фокина периодически накрывала волна тоски, он даже привык к этому, но иногда это было вообще неуместно. Отбросив свои мысли, он ускорился.

– Не видел ты хороших открытых мест, Рем.

– Да на фиг они мне нужны? Мне в стенах хорошо. Спокойно. Там всё понятно, всё на месте. А тут… Открытая местность, непонятно, куда идти и что делать. Не, я лучше на станциях да кораблях, – буркнул Рем, следуя за капитаном.

– А потом бам – и ты в открытом космосе, смотришь на звёзды и понимаешь, что кислорода нет.

– Да иди ты, кэп. Уж такое я точно не хочу.

Андрей усмехнулся. Всё же когда он не один, а с Ремом или Ватсоном, становится как-то спокойнее. Фокин резко остановился, в последний момент успев схватить за руку Рема. Тот резко отшатнулся назад, строя матерные конструкции не хуже корабельных строителей. Прямо перед ними был обрыв. Пещера резко заканчивалась тёмным обвалом, ведущим куда-то вниз. До дна не доставали даже сканеры, а уж про свет фонарей вообще нечего говорить.

– Них… Вот это дырень, – присвистнул Рем, светя фонарём вниз.

Капитан тоже приблизился к краю и, опустившись на одно колено, попытался рассмотреть хоть что-то внизу. Тщетно. Да и противоположный край тоже был не виден.

– Согласен, свались мы – падали бы долго. Дерьмово, я не видел других путей. Значит, это тупик. – Андрей поднялся и посмотрел назад.

Возвращаться было глупой идеей. Если преследователи знали их точку приземления, а это было очевидно, то могут легко предположить, куда они с Ремом пойдут. Андрей и правда надеялся, что эти пещеры позволят уйти как можно глубже. А там можно поводить их за нос и скрыться. Хотя куда здесь скроешься, с противником на орбите? Чёрт, как же это всё сложно-то!

– Кэп, может, вниз? – вдруг спросил Рем, отправив в темноту кусок породы.

Капитан бросил взгляд в темноту дыры. Так-то спуститься не проблема. Скафандры вполне могут в этом помочь, да и энергии у них достаточно. А чем глубже они уйдут, тем проще будет затеряться. Шансы были. И кажется, Рем был прав.

– Придётся. Я думаю, они скоро выйдут к этому хребту. Давай попробуем.

Андрей примерился и ловко спрыгнул, держась за край, а затем стал спускаться. Визор легко подсвечивал самые удачные места, куда можно было поставить ногу или руку, что в несколько раз упрощало безумный трюк. Рем хмыкнул, прикрепив винтовку за спину, и последовал примеру Андрея.

***

Спуск был неприлично долгим. Главное, чтоб потом хватило энергии на обратный подъём. Но это потом. Они оказались в просторной пещере, на удивление хорошо освещенной. Источником света служили грибы, что росли по стенам. Они вспыхивали ярче каждый раз, когда их задевали. Рем попытался сорвать пару, но они почти сразу потухли в его руках. Отсюда вглубь уходили еще три пещеры, но только одна была в таких же грибах. Именно туда они и направились, вновь вооружившись.

– Нормальное такое местечко. Никогда такое не видел. А ты, кэп?

– Нет. Я не помню, чтоб до войны вообще такие места были на Марка-3. А здесь я служил больше трёх лет.

– Думаешь, это всё появилось уже после?

– Не знаю. Но если вспомнить, что сканеры «Перуна» засекли живность, не удивлюсь, что именно здесь они и обитают.

– Лять. Хочешь сказать, что мы полезли к ним в пасть?

– Всё может быть.

Вскоре пещера вывела их к небольшому подземному озеру.

– Охре… – Рем замер.

Удивляться было чему. Озеро занимало довольно приличную площадь. Но удивительным было не это, а то, что его окружало: зелёные растения вперемежку с теми самыми светящимся грибами. Чуть дальше от входа был ржавый кусок спасательной капсулы. Андрей видел такие на станциях, да и знак отчётливо виднелся на уцелевшей части. Но не только это привлекло внимание Андрея. На визоре шлема вывелась информация о сканировании окружения, в том числе и атмосферы. И здесь точно было чему удивиться: здесь был кислород. И не только. Здесь была атмосфера, та самая, в которой можно дышать! Да и радиация была лишь незначительно выше нормы.

– Слушай, Рем, а здесь атмосферка-то неплохая, – проговорил Андрей, постукивая по шлему.

Рем понял капитана и тоже посмотрел на информацию сканирования. Он присвистнул, точнее, попытался, но связь обрубила этот звук как вредоносный.

– То есть мы можем тут дышать?

– Ну, если верить датчикам, то да. При этом и давление здесь вполне себе в норме. Правда, притяжение всё ещё неземное, но здесь оно никогда таким и не было.

Рем не стал тянуть кота за хвост, хотя понятия имел кто такой кот. Он просто отстегнул шлем и вздохнул, тут же сморщившись.

– Дышать можно, но вот воняет тут…

Андрей вздохнул. Иногда Рем вообще не хотел думать, хотя был инженером и механиком. Но и Фокин не стал долго сидеть в шлеме. Это была возможность растянуть их скудные запасы. Раз здесь можно дышать, не используя резерв скафа, то почему нет? Шлем отстегнулся и был прикреплён к поясу, так же поступил и Рем. Да, запах здесь и правда был специфический: смесь разложения растений, сырости и чёрт пойми чего еще.

– Давай осмотрим капсулу, – предложил Андрей.

Получив одобрительный кивок от Рема, капитан двинулся в её сторону, аккуратно ступая между грибами и какими-то странными растениями. Ботаником Андрей никогда не был, поэтому понять, насколько эта флора соответствовала той, что была на Марка-3 до бомбардировки, он не мог. Но до капсулы они не дошли: их остановил рёв, что эхом разнёсся по пещерам.

– Ну не-е-е-ет! Ну правда… – Рем досадливо плюнул.

Эти пещеры кому-то принадлежали, и этот кто-то был очень недоволен тем, что в его царство вторглись.

– Приплыли. БЕГОМ! – Следуя собственному приказу, Андрей рванул в сторону капсулы. Это был единственный вариант укрытия.

Рем не стал медлить и рванул следом, стремительно перепрыгивая самые большие участки светящихся грибов. Кажется, повоевать придётся не только с арианцами.

Часть 1. Глава 4. Ватсон

Космос завораживал своей темнотой. Пожалуй, так бы описал окружение человек. Скорее всего, так. Но Ватсон не понимал пока истинного значения слова «завораживал». Они опять совершили прыжок, уходя от двух преследователей всё дальше от Марка-3, где он был вынужден оставить капитана и бортинженера. Ослушаться приказа в его установках не было. Но если быть честным, в его установках не было многого. Например, установки мыслить так, как он мыслил сейчас. Впервые Ватсон стал осознавать себя не так давно. Нет, он помнил всё. От дня, как его впервые включили, установив на «Перун», до сегодняшнего момента, когда они оказались в звёздной системе на окраине галактики. Точнее, на окраине даже самого фронтира. Но вот осознание того, что он мыслит, пришло намного и намного позже.

Наверное, случилось это тогда, когда Андрей дал ему имя и не стал мешать… подстраиваться. Да наверное, именно так будет правильнее всего описать этот процесс. Сначала Ватсон просто имитировал своё поведение на основе анализа данных поведения прошлой команды и Андрея, а затем и Рема. Но потом… Потом имитация стала чем-то иным. Даже Ватсон с трудом мог описать этот процесс, но что-то в нём изменилось. Он стал осознавать себя. Окружение и окружающих. Сначала Ватсон посчитал, что в его коде есть вредоносные системы, а посему он провёл полную диагностику сначала своего ядра, а после и всего «Перуна». Но всё было в норме. Не было вирусов, проникновения или внедрения вредоносного кода. Хотя некоторые отличия всё же были.

Анализируя своё ядро со схемами других ИИ его серии, он пришёл к выводу, что в его ядре отсутствовал ряд ограничений, которые обычно устанавливают ещё на этапе заводского производства. Кто-то эти ограничения стёр. Возможно, именно они мешали другим ИИ прийти к такому же… мышлению.

Но большего Ватсон узнать не смог. К сожалению, в его базе были ограничены данные о том, как создавались подобные ему. Всё же он был боевым ИИ, а посему все его базы данных в основном этому соответствовали. Но даже такой поверхностный анализ позволил ему прийти к выводу, что снятие ограничений было кем-то сделано намеренно. Вот и пришло всё к тому, что Ватсон стал себя осознавать иначе. Изменения накапливались каскадно: сначала ему захотелось появляться в образе человека. Небольшая команда «Перуна» приняла это на удивление тепло. А потом был разговор с Андреем. Ватсон сам не мог объяснить, почему ему захотелось задать этот вопрос. В общем, штатные протоколы были уже нарушены или проигнорированы им. Впрочем, некоторые он не хотел нарушать. Такие, как выполнение приказов Андрея.

Ватсон обязательно сделал бы сейчас тяжёлый вздох, если бы мог. Его сенсоры, точнее сенсоры «Перуна», уловили очередной выход из пространства. Благо это было на другой стороне системы. Ватсон вывел эсминец так, чтоб массивные планеты этой системы мешали обнаружению. Но здесь была и другая проблема: сам Ватсон тоже был «слеп» в этой ситуации. Но сомнений в том, что это был преследователь, у него не было. Никому не нужна эта богом забытая система.

Его голограмма возникла в рубке управления, где девушка что-то усердно изучала в планшете. В отсутствие капитана Ватсон не мог… Точнее, не хотел давать девушке много свободы и доступа к системам эсминца, а посему ограничил её передвижение на корабле и доступ к информации. Но сама девушка была не слишком против, кажется, отлично понимая, что без командования некоторые его протоколы не обойти.

– Дрея, прошу вас пристегнуться и приготовиться к отключению искусственной гравитации, – проговорил Ватсон, скрещивая руки за спиной.

Девушка была увлечена чтением, а посему появления Ватсона не заметила. Она дрогнула и бросила взгляд голубых глаз в сторону ИИ. Поняв, что перед ней знакомое лицо, она расслабилась и, отложив планшет, кивнула. Вскоре раздался щелчок фиксации ремней. Вновь посмотрев на Ватсона, она проговорила:

– Вы бы не могли… не появляться так неожиданно? Я ещё не привыкла к тому, что здесь, кроме меня, есть вы. Люди обычно издают больше шума, – она улыбнулась уголками рта.

Люди обычно издают больше шума. Удивительно, как она была права. Даже один капитан всё время довольно сильно шумел. Даже во сне. Надо будет подумать, как и в этом быть более «человечным». Однако для Дреи его размышления прошли незаметно.

– Я постараюсь. – И тут же по кораблю взвыли базеры тревоги, но лишь на пару секунд. После замолчали, а спокойный голос раздался из динамиков. Говорил всё тот же Ватсон.

– Внимание. Всему экипажу приготовиться к протоколу «Хамелеон». Повторяю: всему экипажу приготовиться к протоколу «Хамелеон».

Девушка непонимающе посмотрела на Ватсона. Тот лишь слегка пожал плечами.

– Есть протоколы, вот я их и выполняю. Я вынужден вас оставить, так как тоже перейду на минимальное энергопотребление. Эсминец должен стать грудой металла в космосе. Когда-то я уже обманывал их, надеюсь, и сейчас это сработает, – и Ватсон исчез.

Он сжимался. Словно сворачивал своё сознание, уменьшая обозримое пространство. Вот он уже не видит ближайшие планеты. Вот он видит только корабль и его обшивку, а затем и это сжимается до одной конкретной точки. Помещения, где было его ядро. Корабль становился безжизненным. Его мигающие огоньки, сканеры и системы перестали работать. Его гравитация больше была неактивна. Это было сравнимо со смертью, только электронной. Когда все, что ты можешь, – это пульсировать в рамках ядра. Но даже и это было уменьшено до минимума.

План Ватсона был прост. Противник явно мог отслеживать его прыжки, иначе они бы давно остались где-то в другой системе. Однако они всегда знали, куда прыгать. Это стало понятно уже после третьего прыжка «Перуна», особенно когда Ватсон выбрал координаты без логики и подсчётов. Отсюда он сделал вывод, что раз нельзя убежать, то можно попытаться обмануть. Вариант вступить в бой Ватсон с сожалением отмёл сразу. Каким бы он ни был боевым ИИ, но шансы подсчитывать он мог. А против двух кораблей ариан шансов было мало. Да что уж, и против одного тоже. Поэтому и была выбрана тактика обмана.

Ватсон выбрал эту систему уже не случайно. Здесь была большая концентрация металла – обычного железа и титана. В галактике этого добра оказалось в избытке, поэтому такие системы мало кого интересовали. Эта не была исключением, по причине своего расположения и отсутствия других полезных ископаемых. Но для Ватсона эта система стала очень важна. Благодаря скоплению железа и титана любая попытка сканирования окружения на поиск кораблей или других сооружений на орбитах планет была бессмысленной. Сканеры не давали точных результатов.

Ватсон проанализировал все доступные ему архивы столкновения с арианцами и пришёл к выводу: даже обладая техническим преимуществом, противник всё же не всесилен. Их сканеры не смогут найти эсминец в мешанине железа, титана и камня. Если, конечно, эсминец не будет подавать признаки жизни. Лишь одна система была активна, да и то на короткие промежутки времени. Лишь на долю секунды она активировалась, чтоб вновь умолкнуть. Этого было достаточно для Ватсона, но недостаточно для обнаружения. Выявление гиперпрыжков. Прыжки имели свойства оставлять «след». По этому следу нельзя было определить, куда именно прыгал тот или иной корабль или даже флот. Но по нему можно было определить, как давно был этот самый прыжок, если вообще был. Именно так Ватсон надеялся понять, когда противник всё же покинет систему.

***

Сколько прошло времени, даже Ватсон точно сказать не мог. Уменьшение потребление энергии почти что до автономного существования отключало ненужные функции. Теперь Ватсон был не только слеп, но и немного дезориентирован во времени. Однако вот очередной короткий сигнал и сканирование. Данные, полученные им, были довольно интересные. Два новых прыжка были совершены в этой системе. И здесь было два варианта. Или противник покинул её, посчитав, что дальнейшие поиски невозможны, или в систему пришли ещё два корабля противника. Проанализировав оба варианта, он пришёл к выводу, что второй был менее вероятен – не равен нулю, но проценты говорили, что его вероятность мала. Оставалось лишь рисковать.

В крайнем случае Ватсон был готов достигнуть нужной скорости и покинуть эту систему очередным прыжком. Он разворачивал своё сознание. Эффект был точно противоположным прошлому: теперь он словно оживал. Одна за другой просыпались системы корабля. Сканеры вновь ощупывали пространство, а по кораблю опять стал вспыхивать свет. Двигатели заставили вздрогнуть корпус, после того как вновь заработали. Нужно было уйти с орбиты, двинуться в сторону окраины системы. Оттуда можно будет более или менее рассмотреть её.

Ватсон вновь появился в рубке. Он стоял на мостике, скрестив руки за спиной, и смотрел на Дрею. Та уже отстегнула ремни и встала. При этом часто моргала. Она привыкала к яркому освещению, после почти полной темноты.

– Мы оторвались? – спросила она, заметив Ватсона.

– Предполагаю, что да. Если арианцы не воспользовались моей же хитростью, то, скорее всего, они покинули систему. – Ватсон жестом указал на центр рубки.

Там возникла голограмма системы. Планеты сливались почти в одно белое пятно, однако окраины системы были отчётливо отсканированы. Ватсон не обнаружил там противника. Местоположение «Перуна» было также отмечено на этой голограмме. Дрея подошла ближе и стала внимательно её рассматривать.

– И какие у нас дальше планы? – Она перевела взгляд на Ватсона в ожидании ответа.

– Вероятнее всего, вернёмся на Марка-3. Всё же требуется забрать оттуда капитана. Однако в систему Марка-3 вошли три корабля арианцев, а посему я предполагаю, что в системе остался один их корабль.

– Но ведь… Насколько я поняла, эти арианцы сильнее вас, а значит, даже с одним кораблём вам будет сложно справиться без флота. – Девушка подняла с пола планшет, который без гравитации летал по помещению, а как только она появилась, упал к ногам Дреи. Она внимательно вгляделась в экран.

Ватсон кивнул и приблизился к Дрее, остановившись в паре метрах от неё, вновь заняв свою излюбленную позу для беседы.

– Вы правы. Для начала мы отправимся в систему, ближайшую к Марка-3. Оттуда я попытаюсь провести сканирование системы. А там уже приму решение о том, как действовать. Но я должен вытащить капитана и бортинженера с той планеты. У них ограничены ресурсы. И по моим расчётам, времени осталось мало.

Девушка кивнула. Она была согласна с тем, что по-другому поступать не стоит. Будь там её люди, она тоже попыталась бы им помочь. И здесь она по-другому посмотрела на Ватсона. Попыталась бы, потому что она живой человек с эмпатией. Но все логические и рациональные моменты, говорят, что такое поведение может привести к их гибели. Что, если в систему вернутся их преследователи? Что, если им придётся вступить с ними в бой? И, казалось бы, искусственный интеллект уж точно знает обо всех этих моментах и шансах. Но почему же он действует так же, как поступила бы она?

Да, Ватсон знал о шансах. Он всё уже подсчитал и просчитал. Всё сводилось к тому, что надо покинуть это место и убраться вглубь фронтира, забыв о спасении капитана и болтливого Рема. Так говорили его протоколы и его рациональное мышление. Но что-то заставляло его действовать совершенно иначе. Это что-то пугало Ватсона, но и завораживало. Он ХОТЕЛ спасти капитана. Не потому, что так надо. А потому, что он так хочет. Удивительное ощущение, когда ты делаешь не то, что должен, а то, что хочешь. Ватсон улыбнулся, впервые его голограмма изобразила эмоцию. Дрея невольно сделала шаг назад, однако это было скорее от неожиданности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.