Василий Митрохин
Дело не в трубке

Слезы Ганеши

***

Так случилось, но история с слезами Ганеши случилась незадолго до нашего знакомства с Холмсом. Мне ее рассказал сам Холмс, когда мы с ним расследовали одно небольшое дельце, связанное с ночными грабителями, промышлявших в не очень подходящим для грабежей районе – Хакнее. Чтобы скрасить бессонную ночь в засаде, я попросил Холмса рассказать что-либо любопытное из его практики. Памятуя о недавно законченном деле с Белым Кроликом, он решил мне поведать историю своего знакомства с Чарльзом Кинтсли и Алисой.

К моему сожалению, я не смог ее тогда записать и мне пришлось ее восстанавливать по памяти. Но оказалось, что мои воспоминания об этом рассказе довольно точны. Холмс, прочитав мою версию истории о слезах Ганеши, был неожиданно доволен некоторым неточностям и простил их мне, заметив при этом, что не все, что он рассказывает мне, можно рассказать другим.

Повествование в этой истории идет от лица Чарльза Кинтсли, предприимчивого малого и очень добропорядочного джентльмена.

***

Встав из-за стола и в очередной раз пройдясь по кабинету, я с легким сомнением посмотрел на карту, висевшую на стене позади стола. Я очень боялся, что моя очередная затея будет провальной. Не скрою, среди своих как компаньонов, так и конкурентов, я слыл за чудака и мечтателя. Но пусть их. Отчасти именно благодаря своим «безумным» идеям я более чем успешен.

В торговле тот, кто не ворует и не обманывает, обычно остается ни с чем. Я, Чарльз Кинтсли, не из таких. Воровать, как и лгать, я не был приучен благодаря воспитанию моих глубокоуважаемых родителей, но работал себе в минус, часто отдавая последнее своим людям, чтобы хоть как-то расплатиться с ними.

Дела у меня в недавно начавшемся году шли довольно хорошо. Но, как я уже успел сказать, недостаточно, чтобы покрыть расходы, как бы мне этого ни хотелось. Но если с моей новой затеей согласятся мои торговые компаньоны, в особенности лорд Эскот, то я мог рассчитывать на баснословные прибыли в случае успеха.

Мои размышления прервал шум внизу, и Хелен, моя жена, заглянула ко мне в кабинет.

– Что-то случилось, дорогая? – спросил я, обернувшись к Хэлен.

– Внизу тебя ждет один из твоих моряков. Он чем-то сильно взволнован, – тихим голосом ответила она.

Вздохнув, я прошел к двери и, пропустив вперед Хэлен, вышел в коридор. Наверняка этот морячок, как мне в тот момент подумалось, прибыл сюда за деньгами. Как мне ни жаль это делать, но придется его огорчить. Выйдя к лестнице, я увидел стоявшего внизу Милларда Хейа, боцмана со шхуны «Чудо».

– Мистер Кинтсли!.. Алекс… Он… Его… – заметив меня, сбивчиво закричал он.

– Что случилось, мистер Хейа? – обеспокоенно хмурясь, я спустился по лестнице. Мне очень сильно не понравился вид моего боцмана: он тяжело дышал, по обычно красному, но сейчас бледному лицу стекал обильно пот, а его борода, всегда ухоженная и опрятная, выглядела так, словно в ней решили свить гнездо ласточки.

– Я… это… На верфь с утра пошел… А там… – начал было говорить мистер Хейа.

– А что вы забыли на верфи? – мягким тоном спросил я, перебив его. Вообще я очень спокойный и добродушный человек и редко когда сердился. Да и в этом случае я не видел пока, что так взволновало Милларда Хей, что уже порядка пяти лет служил на моих кораблях боцманом.

– Да вы не подумайте чего, мистер Кинтсли! Просто ночную вахту сегодня нес Алекс Хампти, мой друг. Я и решил зайти. Мы часто с ним играем в шахматы… Кого угодно спросите! Так вот, я поднялся на палубу… А там…

– Значит, вы, Миллард, решили заглянуть в доки, чтобы скрасить последние часы вахты своему другу и сыграть с ним партию? Это похвально. Но что могло такого произойти, что вы примчались сюда? – задумчиво спросил я.

– Так я ведь и говорю, мистер Кинтсли… Алекса убили! Я к нему на шхуну «Чудо» зашел – он обычно по утрам там сидит у носа, – а он посередь палубы лежит, и вокруг него все в цветах и крови.

– В цветах? – удивленно и немного обескураженно переспросил я. – Каких еще цветах?

– Розы, кажется, – почесал затылок Миллард. – Я особо не приглядывался…

– Так, мистер Хейа, собирайтесь! Мы вместе с вами возвращаемся в Вулидж, – после недолгих раздумий и приняв решение, произнес я. – Нужно посмотреть, что все-таки там произошло. Вдруг мистер Хампти вас просто разыграл? Насколько помню, у него довольно своеобразный юмор…

– Ну нет, такое провернуть у Алекса ума бы не хватило, – развел руками Миллард. – Вы сами все увидите, мистер Кинтсли! И я вам так скажу – это ни разу не шутка!

– Конечно, мистер Хейа, конечно, – кивнул я. – Хелен, пригляди за Алисой, она опять плохо спала ночью, – обернувшись на тихий скрип ступенек, сказал я спустившейся со второго этажа супруге.

– Чарльз, что-то произошло? – обеспокоенно спросила миссис Кинтсли.

– Да вот Миллард говорит, что нашел Алекса Хампти мертвым на палубе «Чудо», – покачал я головой. Миссис Кинтсли едва слышно ахнула. – Я пока сам точно не знаю, что произошло, – успокаивающе произнес я. – Съезжу, посмотрю. Надеюсь, это все-таки просто глупая шутка…

– Конечно, езжай. За Алисой я присмотрю, – нашла в себе силы мягко улыбнуться миссис Кинтсли, ласково погладив меня по плечу.

– Мистер Кинтсли, – обратился ко мне Миллард сразу после того, как мы вышли из особняка и направились к воротам, где нас уже ждал ландо. – Вы уж простите, но я туда больше ни ногой. Даже увольте меня, все равно не пойду. Мне на всю жизнь и одного раза хватило!

– То есть вы отказываетесь возвратиться со мной в Вулидж, так? – только сейчас мой голос приобрел строгие нотки.

– Да. Категорически, вот! – быстро закивал Миллард.

– Ну что же, будь по-вашему. Я неволить вас не стану, – задумчиво произнес я. – Но позвольте один вопрос?

– Конечно, мистер Кинтсли, – воскликнул Миллард, сильно обрадованный, что возвращаться в Вулиджские доки, а особенно на палубу «Чудо», ему не предвидится. – И кстати, один вы все же не поедете! Я перед вашим домом встретил Мэда Хэттера, он вам компанию и составит.

– Хорошо, Миллард, а полицию вы вызвали? – позволив себе мягко улыбнуться, хоть и история, что мне поведал Миллард, была довольно пугающей, спросил я.

– Сразу же! Я еще когда шел к шхуне, неподалеку заметил констебля, а после того, как увидел, что сотворили с бедным Хампти, тотчас кинулся за ним…

Спустя несколько минут я в сопровождении ничего не подозревающего мистера Хэттера, который, возможно, на свою беду пришел в это раннее утро к моему дому, чтобы узнать, когда будет следующий рейс его корабля – он служил боцманом на барке «Елена», – отправились в Вулидж, где встали на якорь корабли моего торгового дома. В том числе и шхуна «Чудо», где по словам Милларда, в которых я немного, но сомневался, ночью произошло убийство Алекса Хампти.

Приехав в Вулидж, я сразу же заметил полицейского неподалеку от входа на верфь, что наверняка ожидал меня.

– Здравствуйте, мистер Кинтсли, – подойдя ко мне, когда я выбрался из ландо, сказал он. – Грегори Лестрейд, Скотланд-Ярд.

– Здравствуйте, инспектор, – кивнул я. – Мне сообщил мой боцман, Миллард Хейа, что на палубе моей шхуны нашли мертвого Алекса Хампти…

– Это не совсем так, мистер Кинтсли.

– Что вы хотите этим сказать, инспектор? – удивленно посмотрев на полицейского, спросил я.

– Давайте поднимемся на палубу, и вы сами все увидите, – ответил инспектор Лестрейд, делая приглашающий жест.

Спустя минуту я остановился у трапа к шхуне «Чудо» и повернулся к сопровождавшему меня инспектору:

– Может, вы все-таки объясните мне, что произошло? – слегка раздраженным тоном спросил я у полицейского. Мне все больше казалось, что это происки моих конкурентов или очередная шутка моего давнего компаньона – лорда Эскота. Происходящее сейчас вокруг меня было совершенно в его духе.

– Конечно, мистер Кинтсли, но могу ли я узнать у вас еще кое-что? – вопросом на вопрос ответил инспектор.

– И что же?

– Мне интересно, кто этот человек, что приехал вместе с вами и сопровождает вас от ландо? – бросив взгляд на кого-то у меня за спиной, спросил инспектор Лестрейд.

Я оглянулся. Позади меня, нахмурившись и с удивлением смотря на снующих вокруг полицейских, топтался на месте начисто позабытый мной Мэд Хэттер. Я обернулся к инспектору и сказал:

– Это мой боцман, с барка «Елена», Мэд Хэттер.

– Хм, – задумчиво произнес инспектор Лестрейд. – Насколько я помню, а на память мне грех жаловаться, по описанию о произошедшем рассказал дежурившему в это утро на верфи констеблю совершенно другой человек.

– Действительно, это так, – кивнул я. – Но человеку, который сообщил о убийстве моего боцмана полиции и мне, стало плохо, и я счел за благо оставить его в Лондоне. Если вам нужно, я дам вам его адрес. Думаю, он не скоро отправится в плавание, – с грустью вздохнул я. – Как, впрочем, и все мои корабли. Не так ли, инспектор?

– Да, именно так. На время расследования ни один корабль не только вашего торгового дома, но и всех, что здесь швартуются, не покинет Вулвиджа. А по поводу вашего боцмана, того, что вам рассказал об убийстве… Конечно, вы напишите нам его адрес. У нас к нему обязательно возникнут вопросы.

– В этом я не сомневаюсь, – я позволил себе улыбнуться. – Вы позволите мне переговорить с моим человеком? Я хочу его отослать. Думаю, ни вам, ни мне не к чему лишние глаза.

– Конечно, – кивнул инспектор.

Я повернулся ко все еще молча стоявшему позади меня Мэду Хэттеру и произнес:

– Мистер Хэттер, нам нужно поговорить.

– Что-то случилось, мистер Кинтсли? – сразу же спросил Мэд, будто только и ждал, когда наконец на него обратят внимание.

– Ничего страшного, Мэд, – покачал я головой и, взяв его под локоть, отвел в сторону. – Как мне кажется, мистер Хейа не рассказал вам цели моего визита в Вулидж…

– Нет, он просто намекнул, что вы можете мне рассказать, когда будут деньги, если, конечно, я буду вам полезен.

– Даже так? Мне жаль, но я ничего не могу вам сказать насчет денег сейчас, мистер Хэттер…

– Так что все-таки произошло? У вас какие-то неприятности, мистер Кинтсли? – спросил Мэд.

– С чего вы взяли, позвольте узнать?

– Ну как же, Миллард был какой-то заполошный, и здесь, на верфи, полно полиции. Я человек, может, и недостаточно умный, но все же видеть не разучился. Да и вы, мистер Кинтсли, прошу прощения, ведете себя довольно странно…

– Что ж, – вздохнул я и достал из внутреннего кармана сюртука чековую книжку, – напомните, сколько я вам должен, мистер Хэттер?

– Мистер Кинтсли! – возмущенно воскликнул Мэд. – Какие деньги? У вас неприятности, а вы о деньгах! Лучше скажите, чем я могу вам помочь? Хотите, я позову наших, и мы быстро уберем всех бобби от вашей шхуны, да и с верфи?

– Я буду вам очень признателен, мистер Хэттер, если вы меня подождете в ландо, – слегка дрогнувшим голосом ответил я. Меня сильно тронули слова моего боцмана, приятно было осознавать, что мои люди служат мне не только ради денег.

– Хорошо. Но если все-таки решитесь, только скажите, – улыбнулся Мэд и, что-то фальшиво насвистывая, пошел в сторону выхода с верфей.

Я же вернулся к инспектору.

– Теперь вы мне можете все объяснить? – попросил я.

– Если бы я хоть что-то понимал сам… – неожиданно произнес инспектор Лестрейд.

Довольно долго, по крайней мере так мне показалось, я молчал, пытаясь понять последнюю фразу инспектора Лестрейда, и очнулся только после того, как он заговорил вновь.

– Мистер Кинтсли, мне очень неприятно это признавать, но на данный момент я бессилен. И сейчас мне, а не вам требуются разъяснения случившегося, – вздохнул он. – Чтобы вы поняли, думаю, нам стоит все-таки подняться на палубу.

– Конечно, я уже давно хочу это сделать! – поддержал я его предложение.

– Принесите, – остановил он за локоть проходящего мимо полицейского. Спустя всего несколько секунд ему передали в руки ведро.

– Надеюсь, оно вам не пригодится, – произнес Лестрейд в ответ на мой недоуменный взгляд. – Пойдемте!

Проследовав за ним, я поднялся по шаткому трапу на верхнюю палубу «Чудо» и замер.

– Что… Что это там, на шкафуте? – едва не сорвавшись на крик, воскликнул я, схватив инспектора Лестрейда за плечо и встряхнув.

– Вот про это я и хотел с вами поговорить, – произнес инспектор, мягко убирая мою руку с его плеча. – Пойдемте, – повторил он. И сам первый пошел вперед.

Ноздри наполнил тяжёлый запах. Я замедлил шаг. Шкафут был весь залит кровью. Она приковывала взгляд. Черное пятно, от которого веяло холодом. С трудом сглотнув и на мгновение прикрыв глаза, я остановился рядом с застывшим у грот-мачты инспектором Лестрейдом. Он с довольно бледным лицом озирался вокруг. Не удивлюсь, что я выглядел не лучше, если даже повидавшему всякое детективу Скотланд-Ярда было сложно совладать с собой.

Я осмотрелся по сторонам и вздрогнул. В нескольких футах от меня лежали отсеченная голова и рука, вырванная по плечо с белеющим суставом, усыпанные лепестками роз.

Александр Хампти. Или все, что от него осталось. Кто-то несомненно безумный отделил его конечности от туловища и раскидал их по палубе, украсив этот жуткий натюрморт белыми розами и аккуратно сложенными в круг кишками моего бедного боцмана.

– Что здесь произошло? – выдохнул я.

– Как мне ни жаль, но я не имею малейшего понятия, – повернулся ко мне инспектор Лестрейд. – На первый взгляд это очень похоже на ритуальное убийство.

– Ритуальное? – удивленно переспросил я.

– На текущий момент это пока основная версия, – покачал головой инспектор.

– Если есть основная, то есть и другие, не так ли? – спросил я.

– Да. Но в наших интересах я не могу вам их рассказать, – поморщился инспектор Лестрейд. По всей видимости, наш разговор перешел в неприятное для него русло.

– Что вы хотите этим сказать? – я сам не понял как, но мой голос приобрел суровые нотки.

– Думаю, вы и сами все прекрасно поняли, мистер Кинтсли, – ответил инспектор Лестрейд. – Вы – подозреваемый.

– Что? Какая глупость! Зачем мне убивать Хампти? – воскликнул я.

– Вы будете удивлены, мистер Кинтсли, но тому есть несколько причин, – произнес чей-то голос позади меня.

Я обернулся. Рядом со мной и инспектором Лестрейдом стоял молодой человек, одетый во все серое. Его уверенный взгляд безо всякого отвращения рассматривал страшную, тошнотворную картину на шкафуте.

– Мистер Холмс? – воскликнул инспектор Лестрейд, удивленно уставившись на этого молодого человека. – Как вы здесь оказались?

– Пришел, – кратко ответил тот, а потом, к нашему удивлению, спокойно ступил в огромную лужу крови, нагнулся и макнул в нее пальцы руки.

– Что вы делаете? – воскликнул я, с трудом сдерживая тошноту.

– Изучаю, – этот молодой человек был на удивление краток.

– Мистер Холмс, это место преступления! – инспектор Лестрейд был вне себя от злости. – Я требую, чтобы вы покинули его незамедлительно!

– Не соглашусь с вами, – покачал головой в ответ мистер Холмс. А потом поднес свою руку, измазанную в крови, к лицу и старательно обнюхал. А также, как мне показалось, даже лизнул.

– Господи… – простонал я. Меня тошнило. Но хоть ведро, которое прихватил с собой инспектор Лестрейд, было при нем, я не позволил себе выхватить его у него и поделиться с ним своим еще не конца переварившимся завтраком.

Мистер Холмс удивленно посмотрел в мою сторону, а потом, рывком поднявшись на ноги, шагнул ко мне.

– На самом деле кровь… Интересно, – произнес он, остановившись рядом с останками Хампти.

– Мистер Холмс… – медленно произнес я, уже догадываясь, что он хочет сделать.

В ответ тот, как я и предполагал, нагнулся и поднял с палубы руку Хампти, после чего подошел ко мне.

– Взгляните, мистер Кинтсли, – произнес он, нисколько не обращая внимания ни на возмущение инспектора Лестрейда, ни на мой оторопевший вид и демонстрируя мне руку Хампти.

Я не выдержал, и меня стошнило прямо на палубу.

– Мистер Холмс, я требую, чтобы вы покинули место преступления! – вновь воскликнул инспектор Лестрейд.

– Это не место преступления, инспектор, – сказал мистер Холмс.

– Как это? – удивленным тоном спросил инспектор Лестрейд.

Мистер Холмс подал мне платок и неожиданно улыбнулся:

– Мистер Кинтсли, вы неплохо держитесь, – произнес он.

– Благодарю, – кивнул я, вытерев подбородок. – Вы позволите, если я присоединюсь к недоумению инспектора Лестрейда. Я тоже не могу понять, почему для вас вот это, – я указал на залитый кровью шкафут, – не преступление…

– Доказательство тому перед вами, – ответил мистер Холмс.

– Рука? – давя рвотные позывы, воскликнул я.

– Могу вам принести и голову, – пожал плечами мистер Холмс, после чего повернулся к инспектору Лестрейду. – Как я понял, вы не удосужились осмотреть останки до приезда мистера Кинтсли?

– Да, – кивнул инспектор Лестрейд.

– Это и было вашей ошибкой, инспектор, – усмехнулся мистер Холмс. – Если бы вы это сделали…

– Не смейте указывать, мистер Холмс, что мне делать, – воскликнул инспектор Лестрейд. – Если вам удалось несколько раз помочь Скотланд-Ярду, то это не значит, что вы смеете указывать…

– Я понял вас, инспектор, – спокойным тоном оборвал его отповедь мистер Холмс. – Но мне кажется, что мистер Кинтсли тоже хочет что-то сказать. А в данном случае общение с ним будет больше информативным.

– Я хотел бы узнать, кто вы такой и что здесь произошло по вашему мнению, – произнес я.

– Думаю, вам это знать обязательно, – кивнул мистер Холмс. – Как уже сказал инспектор Лестрейд, меня зовут Шерлок Холмс, и я действительно несколько раз оказывал некую помощь Скотланд-Ярду в раскрытии некоторых довольно запутанных преступлениях…

– Хорошо, я понял, что вы – скорее всего, детектив, – сказал я. – И весьма успешный, если к вам в частном порядке обращается Скотланд-Ярд…

– Позвольте, я продолжу, мистер Кинтсли? – спросил мистер Холмс и, получив в ответ мое согласие, начал объяснять дальше. – По мнению инспектора Лестрейда, здесь произошло убийство…

– Но вы с ним не согласны, не так ли? – спросил я.

– Да, – кивнул мистер Холмс. – Мистер Кинтсли, я попрошу больше вас не прерывать меня. Не сомневайтесь, я все вам объясню. Просто чем чаще вы будете задавать вопросы, тем меньше я смогу вам что-то рассказать, прежде чем инспектор Лестрейд арестует вас по подозрению в причастности к якобы убийству, произошедшему здесь.

– Что? – повернулся я к инспектору Лестрейду.

– Это так, мистер Кинтсли, – медленно произнес инспектор Лестрейд. – Как это ни прискорбно, но существует вероятность того, что именно вы убили своего боцмана, Александра Хампти, преследуя только вам известные цели…

– Да, да, инспектор Лестрейд, это чрезвычайно интересно, но ваши умозаключения смехотворны, – перебил его мистер Холмс.

– Вот именно, – подтвердил я.

– Раз так, вас не затруднит ответить на несколько моих вопросов? – спросил меня инспектор Лестрейд.

– Надеюсь, мистер Кинтсли, вы не будете против, если на эти вопросы отвечу я. Так будет быстрее, – улыбнувшись, повернулся ко мне мистер Холмс.

На пару мгновений я замешкался. В целом, у меня не было причин доверять мистеру Холмсу, я едва его знал, но в тоже время его спокойный вид все-таки внушал мне некую надежду, что этот молодой человек знал, о чем говорит. И хотя слова о том, что шкафут, залитый кровью, – не место преступления, вызывал у меня вопросы о его здравомыслии, мне почему-то хотелось положиться на его мнение. Возможно, потому, что я и сам хотел, чтобы то, что я сегодня увидел, было чьей-то злой шуткой. Даже не учитывая то, что в произошедшем полиция подозревала меня.

– Хорошо, – наконец, собравшись с мыслями, кивнул я. Инспектор Лестрейд встрепенулся и только было открыл рот, как я договорил: – Рассказывайте, мистер Холмс.

– Благодарю вас, мистер Кинтсли, – произнес мистер Холмс. – Инспектор Лестрейд, я не раз вам давал советы в последнее время, и вы всегда меня слушали. Надеюсь, так будет и сегодня…

– Если вы все мне объясните, – ворчливо откликнулся инспектор Лестрейд. – Вы выдающегося ума молодой человек, мистер Холмс, но порой вы полагаете, что умней всех на свете…

– Не сомневайтесь, я все подробно расскажу, – улыбнулся мистер Холмс. – Это в моих интересах, а также моего возможного клиента.

– То есть вы полагаете, мистер Холмс, что я найму вас, чтобы расследовать произошедшее? – задумчиво спросил я.

– Нет, я знаю, что вы так и сделаете, мистер Кинтсли. Но давайте вернемся к нашей истории.

– Да, да, – кивнул я. – Пожалуйста, объясните, почему вы считаете, что это не место преступления? Разве здесь не произошло зверское убийство?

– Все выглядит именно так, – спокойно ответил мистер Холмс. – Но я еще раз вас прошу взглянуть на эту руку…

Поглощенный разговором, я и забыл, что мистер Холмс зачем-то несколько минут назад уже пытался продемонстрировать мне оторванную или отрезанную кем-то руку бедняги Хампти. И мистер Холмс вновь решил это сделать…

С невероятным трудом собравшись с духом, я стал рассматривать руку Хампти, которую держал мистер Холмс. Пару секунд спустя ко мне присоединился инспектор Лестрейд.

Это было жуткое зрелище… Для меня было необъяснимо, как мистер Холмс так спокойно держит её в своих руках… Лишь от одного взгляда на белую кость, торчащую из мяса, меня вновь замутило. Инспектору Лестрейду, насколько я смог заметить, было тоже не по себе.

– Может, все-таки принести сюда голову? – произнес мистер Холмс.

– Нет, не надо, – сдавленно ответил я. Инспектор Лестрейд молча покачал головой, не в силах говорить.

– Думаю, сейчас вы не способны дать ответ, мистер Кинтсли, не так ли? – спросил мистер Холмс. – Вы позволяете эмоциям владеть вами, а чтобы понять, что здесь все-таки произошло, нужно иметь холодную голову.

– Я надеюсь, что вы объясните мне происходящее, а особенно то, зачем вам понадобилось мучить останки бедняги Хампти, – произнес я, подняв голову и посмотрев мистеру Холмсу прямо в глаза.

– Все, что вы видите… Лишь фальсификация, подделка. Не более того, – сказал мистер Холмс.

– Что за бред? – воскликнул инспектор Лестрейд.

– Инспектор, а вы объясните произошедшее всего лишь ритуальным убийством? Разве это не бред? – усмехнулся мистер Холмс.

– Не более, чем ваше предположение. Вынужден отказаться от той точки зрения, мистер Холмс, что вы достойный уважения, умный молодой человек, – ответил ему инспектор Лестрейд.

– Тогда предъявите хоть какие-либо доказательства к вашей рабочей гипотезе, инспектор, – мистер Холмс был на удивление спокоен.

– Что ж, я могу и поделиться, если вы поделитесь своими, – задумчиво произнес инспектор Лестрейд.

– То есть у вас все-таки есть сомнения?

– Да вот! Вот они доказательства! – указав на лужу крови и останки Хампти, воскликнул инспектор Лестрейд. – Зачем еще нужно так издеваться над убитым? Разве убийца не желал принести жертву? Мне только это на ум приходит…

– Поэтому вы порой и попадаете впросак, инспектор Лестрейд, – спокойным тоном заметил мистер Холмс. – Кому мог принести жертву мистер Кинтсли, раз вы подозреваете его? Посейдону? Нептуну? Тритону? Вряд ли бы кто из них сподобился помочь мистер Кинтсли в его финансовых проблемах. Обычно богам нет дела до таких мелочей…

– Я католик, – мрачным тоном произнес я.

– Совершенно не важно, – отмахнулся мистер Холмс. – Инспектор, ну почему вы не можете, точнее, не хотите принять то, что вас искусно водят за нос?

– Почему же? – неожиданно усмехнулся инспектор Лестрейд. – У вас это вполне неплохо получается.

– У меня – несомненно, – с некоторой гордостью ответил мистер Холмс. – Но преступник играет с вами.

– Вы продолжаете утверждать, что здесь произошедшее нечто большее и иное, чем убийство? – спросил инспектор Лестрейд.

– Да. И раз вы не хотите этого принять, то я вам докажу! – мне показалось, или у мистера Холмса наконец начало иссякать терпение.

– Каким же образом? – спросил я.

– Да вот же! – воскликнул мистер Холмс. – Доказательство у вас перед глазами! Что не так с этой рукой? – спросил он.

– Ну… – поморщился я. – Она какая-то неестественная. Ее словно вырвали, а не отрезали…

– Именно! Неестественная! – засмеялся Холмс, перехватил руку Хампти обеими руками, напрягся… раздался мерзкий хруст, и он сломал ее пополам. – Она искусственная!

Я закашлялся, с трудом сдерживая новые рвотные позывы. На инспекторе Лестрейде тоже лица не было. А мистер Холмс изумленно смотрел на нас. Мне даже показалось, что мистер Холмс не понял, что он сейчас сделал.

Он разломал руку бедняги Хампти пополам. Над моим уже мертвым боцманом и так поиздевались преизрядно, но то, что совершил мистер Холмс… Это просто не укладывалось у меня в голове. На какой-то миг у меня даже возникло подозрение, что именно мистер Холмс причастен к произошедшему на шкафуте моей шхуны. Потому что он, без сомнения, был безумен. Только такой человек, по моему мнению, мог поиздеваться над телом убитого без малейшего сожаления.

– Наверняка вы сейчас думаете, что я безумен? И совершенно лишен человеческих эмоций? – неожиданно спросил меня мистер Холмс.

Я не нашелся, что ответить и просто молча кивнул.

– Мистер Холмс, прекратите. Иначе мне придется вас арестовать… – в отличие от меня, у инспектора Лестрейда было что сказать по поводу поведения мистера Холмса.

– И на каком же основании? – едва ли не веселым тоном поинтересовался мистер Холмс у инспектора Лестрейда.

– Да хотя бы вандализм по отношению к умершим. Или же проникновение на место преступления…

– Второе – соглашусь, было, – кивнул мистер Холмс, – но ваши констебли были немного заняты, любой мог пройти беспрепятственно…

– В каком смысле? – удивился инспектор Лестрейд.

– В самом прямом. Если вам заблагорассудится выглянуть на территорию верфи, то вы найдете своих констеблей, инспектор, связанными.

– Кто посмел? – воскликнул инспектор Лестрейд.

– Едва вы с мистером Кинтсли поднялись на борт, с вашими подчиненными завели светскую беседу несколько моряков. Один из них, как я понял, приехал вместе с мистером Кинтсли. Как и я, впрочем…

– Хэттер… – вздохнул я, но потом до меня дошел смысл последней фразы мистера Холмса. – Постойте, как это вы приехали со мной?

– Мало кто обращает внимания на кучера, мистер Кинтсли, – ответил мистер Холмс.

– Позвольте узнать, зачем вам было это нужно? – спросил инспектор Лестрейд.

– Позволяю, – кивнул мистер Холмс. Мне он определенно нравился все больше и больше.

– Мистер Холмс, отвечайте на вопрос. У меня нет времени на игры в слова.

– Заметьте, у вас не нашлось времени хотя бы хорошо осмотреть место преступления до прибытия мистера Кинтсли. Инспектор Лестрейд, быть может, вы и один из выдающихся детективов Скотланд-Ярда, но у меня нет нужды отвечать на ваш вопрос. Как и желания. Просто потому что он составлен совершенно неверно. Не имеет значения, зачем я переоделся кучером ландо, в котором ехал мистер Кинтсли. Ни малейшего! Сейчас главное – где мистер Хампти…

– Это очень хороший вопрос, – задумчиво произнес я.

– Мистер Холмс, ваш трюк с рукой был очарователен. Также и омерзителен. Но неужели вы полагаете, что я вам поверил? Здесь произошло убийство, а вы отказываетесь отвечать на мои вопросы! – вспылил инспектор Лестрейд.

Мистер Холмс словно и не слышал инспектора Лестрейда. Он застыл, задумчиво потирая подбородок и смотря на лужу крови. Молчание затянулось, и я не вытерпел:

– Что-то не так?

– Нет, – очнулся мистер Холмс. – Скажите, мистер Кинтсли, ваш боцман, мистер Хампти, был бородат?

– Нет, – покачал я головой. – А к чему этот вопрос?

– Есть пара предположений. И отсутствие бороды о многом мне говорит, – произнес мистер Холмс.

– И о чем же? – спросил инспектор Лестрейд.

– Взгляните на куклу. Лестрейд, прошу, не спорьте! Это кукла, не человек. В этом вопросе вы можете мне довериться. Если же нет – осмотрите труп сами и вы в этом убедитесь.

– Ладно, я вам поверю, – бросив взгляд на останки Хампти, произнес инспектор Лестрейд, – но, конечно же, обязательно осмотрю труп позднее, чтобы удостовериться в ваших словах…

– Советую это сделать сейчас, – усмехнулся мистер Холмс.

– Постойте… – вгляделся я. – Он бородат!

– Именно! – воскликнул мистер Холмс. – И это уже наводит на мысль, что пред нами не боцман Хампти.

– Но тогда кто? – криво улыбнулся инспектор Лестрейд. – Кукла, манекен?

– То, что это кукла, было и так понятно, – отмахнулся мистер Холмс. – Даже будь он с бородой или без. Это не существенно. Мой трюк, как вы выразились, с рукой давно был должен это вам доказать. Я не имею привычки ломать чьи-то руки пополам, если они не деревянные. У меня нет таких сил, – под конец скромно заметил он.

– Хорошо, мы ходим вокруг да около, – заявил инспектор Лестрейд. – Думаю, нам нужно все обстоятельно обсудить.

– Несомненно, – кивнул мистер Холмс. – Но, быть может, мы это сделаем не на палубе? Царящий здесь запах не способствует беседе…

– Как я рад, что вы это предложили! – воскликнул я и, не дожидаясь своих собеседников, поспешил к мосткам. Я не сомневался, что они последовали за мной с той же поспешностью. Запах и правда на палубе шхуны был удручающим. Это если не говорить о сломанной деревянной кукле в луже крови с плавающими в ней цветами. В том, что это была именно кукла, а не мой боцман Александр Хампти, я очень хотел верить мистеру Холмсу. Просто потому что это давало мне маленькую надежду на то, что мистер Хампти жив.

Едва мы втроем спустились с палубы шхуны «Чудо», к нам подошел мистер Хэттер. Первым делом он обратился не ко мне, а неожиданно к мистеру Холмсу.

– Мистер Холмс, вот, сделали все, как вы просили, – он рукой указал на констеблей, что связанными сидели неподалеку под охраной нескольких вооруженных как револьверами, так и дубинками, моряков.

– Ох, – вздохнул мистер Холмс. – Конспиратор из вас, мистер Хэттер… Вот ваши деньги. И развяжите, пожалуйста, констеблей.

– И как это понимать? – вкрадчивым тоном спросил инспектор Лестрейд, едва мистер Хэттер повернулся к своим товарищам.

– Мне нужно было попасть на палубу. Констебли меня не пускали… Поэтому я купил услуги боцмана Хэттера и еще нескольких моряков, что ошивались здесь неподалеку, – пожал плечами мистер Холмс.

Констеблей развязали, моряки получили несколько фунтов от мистера Холмса, и мы наконец смогли поговорить более спокойно, без довольно отвратительной и страшной картины перед глазами. Я имел в виду то, что ждало сейчас констеблей, поднимающихся на борт «Чудо», на шкафуте, а не лица моих собеседников, конечно же, или больше выглядящую болотом, нежели рекой, Темзу.

– Мистер Холмс, все-таки поведайте нам, как и зачем вы оказались здесь, на верфях Вулиджа? – спросил я.

– Надо полагать, у вас тоже имеются подозрения на мой счет? – осведомился мистер Холмс.

– Не совсем, но ваше появление на палубе «Чудо» выглядит довольно неожиданным и странным. Согласитесь, это подозрительно, не так ли? – произнес я.

– В ваших словах есть толика логического мышления, – задумчиво сказал мистер Холмс. Я удивленно на него посмотрел. – Примерно также, как и у инспектора Лестрейда, с его версией о том, что в убийстве мистера Хампти виноваты вы, мистер Кинтсли.

– Мистер Холмс, вы уже несколько раз оскорбили Скотланд-Ярд в моем лице, – спокойным тоном произнес инспектор Лестрейд. – И не предоставили ни одного доказательства в том, что вы правы.

– Мне это не требуется, – усмехнулся мистер Холмс, указав рукой на «Чудо».

Мы с инспектором Лестрейдом повернулись туда. Как раз в именно этот момент у края палубы показался один из констеблей и сбежал к нам по мосткам.

– Инспектор Лестрейд, – воскликнул он, остановившись рядом с ним.

– Что случилось, Майкл? – спросил инспектор Лестрейд.

– Там деревянная кукла! Кукла! Представляете? – едва ли не закричал Майкл.

– Господи, неужели и ты? Майкл, я был лучшего о тебе мнения, – вздохнул Лестрейд.

– Инспектор, неужели вы не верите не только мистеру Холмсу, но и своему констеблю? – удивился я.

– Видите ли, мистер Кинтсли, инспектор Лестрейд, применяет мое же правило в расследованиях, но чаще всего неверно, – произнес мистер Холмс.

– И какое же это ваше правило я использую?

– То, что обычно самое простое объяснение – верно, инспектор Лестрейд. Судите сами. Вы обнаружили нечто, больше всего похожее на труп – значит, произошло убийство. Далее, это произошло на шхуне мистера Кинтсли, значит, скорее всего, виноват именно он. В целом второе утверждение не лишено смысла, даже если, как оказалось, никакого убийства не было…

– Мистер Холмс! Вы меня обвиняете? – воскликнул я.

– Ни в коем случае. Но позвольте вопрос?

– Хорошо, – недовольным тоном произнес я. Моя вера в людей сильно пошатнулась после последних слов мистера Холмса.

– У вас имеются финансовые трудности, мистер Кинтсли? – спросил мистер Холмс.

– К моему прискорбию, но есть. Поэтому…

– Для вас жизненно необходимо, чтобы ваши корабли поскорее вышли в море. Морская торговля этим живет, – закончил за меня мистер Холмс. – Но, – неожиданно продолжил он, – убийство, даже поддельное, также один из вариантов, чтобы обосновать задержку выплаты денег вашим людям. Ведь на время расследования преступления не только ни один из ваших кораблей не покинет верфи, но и все финансовые операции вы сможете совершать только с разрешения Скотланд-Ярда…

– Думаю, без последнего мы сможем обойтись, – заметил инспектор Лестрейд. – Если, конечно, мистер Кинтсли будет сотрудничать с нами и даст ответы на наши вопросы.

– Конечно, я буду сотрудничать, – кивнул я. – Но все же для начала я хочу услышать вашу историю, мистер Холмс.

– Хорошо. Как бы глупо это не было. Ведь мы теряем самое важное – время. Но раз вы хотите услышать сейчас, а не позднее, то я вам все расскажу, – заверил меня мистер Холмс. Он немного подумал и начал говорить: – Так уж получилось, но сегодня утром я был в Вулидже по своим делам. Помогал инспектору Перкинсу в его проблеме…

– Инспектор Перкинс… Я знаю его, – произнес инспектор Лестрейд.

– Да, насколько я понял, именно вы посоветовали ему в сложных случаях обращаться ко мне, инспектор Лестрейд, – кивнул мистер Холмс. – Я не особый любитель прогулок, но дело, которое предложил инспектор Перкинс, показалось мне довольно интересным. Именно так я оказался неподалеку от Верфи именно в тот момент, когда один из ваших моряков, мистер Кинтсли, обнаружил труп на палубе шхуны «Чудо»…

– Мистер Хейа, – кивнул я.

– Довольно необычное имя, – заметил мистер Холмс. – Так вот, увидев мистер Хейа, бегущего к констеблю, я решил немного помочь ему. И когда мистер Хейа начал искать ландо, я за небольшую сумму, предложенную кэбмену, сам им стал. И, конечно же, предоставил свои услуги мистеру Хейа, а впоследствии и мистеру Кинтсли с сопровождающим его мистером Хэттером…

– Почему вы так сделали? – спросил я.

– Мне показалось любопытным поведение мистера Хейа, тем более краем уха я услышал про мертвеца на палубе. А так как дело мистера Перкинса я уже раскрыл, то я не преминул воспользоваться шансом расследовать еще одно дело. И, как оказалось, не зря. Дело довольно необычное. Преступник, кто бы он ни был, очень интересный человек. Использовать манекен. Подделать убийство…

– Как вы поняли, что это манекен? – спросил я. – Ведь вы это поняли практически сразу, не так ли?

– О, очень просто, но об этом как-нибудь в следующий раз. Я удовлетворил ваше любопытство? – осведомился мистер Холмс.

– Не совсем, – покачал я головой. – Мистер Холмс, вы поможете мне разобраться, что здесь все-таки произошло?

– С превеликим удовольствием, – кивнул Холмс, улыбнувшись.

– Даже если я вам это запрещу? – поинтересовался инспектор Лестрейд.

– Инспектор, вы полагаете, вам это поможет? – отозвался мистер Холмс.

– Черт с вами, Холмс, только постарайтесь не сильно попадаться мне на глаза, – махнул рукой инспектор Лестрейд.

– Буду счастлив, – засмеялся Холмс. – Мистер Кинтсли, – повернулся он ко мне. – Думаю, наше с вами присутствие здесь излишне. Давайте предоставим Скотланд-Ярду свободу действий, а сами пока займемся расследованием произошедшего.

– Если вы так думаете, то конечно, – кивнул я. – У меня единственный вопрос…

– Говорите, мистер Кинтсли.

– Кто поведет ландо? – засмеявшись, спросил я…

Ландо ехало по дороге. Ехавшие в нем пассажиры хранили молчание, больше обдумывая то, что произошло, чем любуясь открывающимися им из окон ландо пейзажами.

Кэбменом ландо любезно согласился побыть мистер Хэттер, а мистер Холмс на этот раз сел вместе со мной в повозку. Изредка я поглядывал на него, дожидаясь, когда он продолжит нашу неожиданно прерванную беседу. Все же после лицезрения шкафута моей шхуны, залитым кровью и засыпанным останками манекена, переодетого в мистера Хампти, на душе у меня было мерзко и тоскливо, несмотря даже на то, что это было лишь очень хорошо сыгранной постановкой. А также меня беспокоил вопрос, который уже задал мистер Холмс и который теперь я бесконечно задавал сам себе: куда на самом деле все-таки делся Александр Хампти, вместо которого мы увидели сломанный манекен.

Но мистер Холмс молчал. И это молчание было наполнено такой силой спокойствия, что я невольно залюбовался им и задался еще одним неожиданным для себя вопросом: зачем такой достойный молодой человек занимается таким неблагодарным делом.

В окне промелькнуло и исчезло в пыли дороги поместье Эскотов, и это вновь напомнило мне о том, что я все еще не разобрался с финансовыми трудностями, а в свете последних событий о встрече со своими компаньонами можно было забыть. Наверняка больше половины из них откажется от моих услуг и отзовет контракты сразу же после того, как в газетах всплывет эта история. Странно, что я не заметил ни одного газетчика поблизости от Вулиджской верфи. К местам, где работают полицейские Скотланд-Ярда в большом количестве, они стекаются загодя, словно уже заранее зная о том, что где-то что-то случилось сверхординарное. Конечно, мне бы не хотелось именно такого внимания от газетчиков, но все же их отсутствие неподалеку от шхуны «Чудо» выглядело по меньшей мере необычно.

Немного поразмыслив об этом, я решил кое-что уточнить у мистера Холмса, тем самым разорвав затянувшееся молчание:

– Мистер Холмс, – обратился я к своему спутнику. – К моему прискорбию, я не лгал о том, что финансовое состояние моей компании выглядит удручающе…

– То есть вы хотите сказать, что у вас нет денег, чтобы оплатить мои услуги? – спросил спокойным тоном мистер Холмс.

– Нет, что вы, – воскликнул я. – У меня есть некоторые сбережения…

Мистер Холмс вздохнул. Его взгляд, брошенный на меня, был полон неожиданно как печали, так и смеха. Неужели этот человек смеялся над моими нелепыми попытками оправдаться? Я прервался и с удивлением посмотрел на мистера Холмса.

– Скажите, мистер Кинтсли, вы любите море? – неожиданно спросил он.

– Несомненно, – немного поразмыслив, кивнул я.

– И поэтому вы занимаетесь морской торговлей? Ведь дело это хоть и довольно прибыльное, но также и убыточное, не так ли?

– Да. Сейчас морская торговля крайне неприбыльное дело. Хоть море и не перестает кормить. Но все же…

– Видимо, вы не понимаете, к чему я веду, – усмехнулся мистер Холмс. – Насколько я знаю, вы сами, мистер Кинтсли, начинали когда-то капитаном торгового судна… И до сих пор выходите в море, хотя вам это уже не нужно. Из этого я могу сделать простой вывод – вы любите море. И любите свое дело. Я слышал ваш разговор с Мэдом Хэттером. Моряки, что служат на ваших суднах, несмотря на ваши долги перед ними, тоже вас любят и уважают. Вы хороший человек, мистер Кинтсли. Но я не поэтому у вас не возьму ни пенни за расследование этого дела…

– Что? – воскликнул удивленно я.

– Так же, как вы любите море, я люблю сам процесс расследования. Для меня нет более лучшей оплаты, чем стать участником новой, необычной загадки, которой ваше дело, между прочим, безусловно является. Мистер Кинтсли, я люблю разгадывать загадки. И крайне редко беру за это деньги. Мне также не нужна и слава. Обычно, когда я помогаю Скотланд-Ярду, а я это уже делал много раз, газетчики ничего не знают обо мне, и все лавры достаются полиции. Это меня устраивает. Мне достается лишь само расследование, исследование лабиринтов ума преступников и в конечном счете – разгадка. И это все, что мне нужно. Вы готовы дать мне это?

– Конечно, мистер Холмс, – заверил я.

После неожиданного заявления мистера Холмса в ландо вновь воцарилось молчание. На тот момент мы ехали практически по берегу Темзы, из окна виднелся Собачий остров. Позднее я заметил краем глаза знаменитую на весь мир Королевскую обсерваторию, а также постройки Рена – когда-то богодельни моряков, а теперь Королевский военно-морской колледж.

Я действительно говорил правду мистеру Холмсу о том, что я люблю море. Даже тогда, когда я его ненавидел, я не мог не восхищаться им. Море дало мне все, что я имел сейчас. Даже Хелен и мою Алису. Ведь с Хелен мы познакомились на берегу одного маленького острова в Уэльсе. А Алиса была зачата на пляже в Сингапуре.

Море. Порой безмятежное и нежное, а порой безумное и яростное. Море. Больше его меня влекло порой небо. Потому что там в облаках скрывались огромные возможности для человека, и я мечтал когда-нибудь его покорить.

Мечты мои очень часто становились явью. Да, мне приходилось трудно, даже невыносимо, но многое, о чем ранее я только мог мечтать, – было уже моим. И я не собирался останавливаться. Даже сейчас. Когда все было против меня. Я не скажу, что я верил в себя, но я верил сейчас в мистера Холмса. Потому что он был крайне спокоен. И только глаза поблескивали от радости встречи с новой загадкой. Совсем как мои, когда я видел море у моих ног.

– Мистер Кинтсли, мистер Холмс, мы приехали, – произнес мистер Хэттер, открывая дверь. За размышлениями я не заметил, как подъехали и остановились возле моего дома.

– Спасибо, Мэд, – обратился я к мистеру Хэттеру, выбираясь из ландо. – Мистер Холмс, – повернулся я к детективу, – добро пожаловать в мой дом.

– Премного благодарен, – кивнул Холмс, оглядевшись вокруг. – Пойдемте, мистер Кинтсли?

– Можете звать меня Чарльз, – произнес я и первым зашагал к дому.

– Надеюсь, у вас есть дома тихое местечко, где мы сможем все обсудить и где я смогу подумать? – спросил мистер Холмс, пока мы шли к крыльцу. На какой-то краткий момент он неожиданно нагнулся к земле, что-то подхватил с нее и, затолкав это в карман пиджака, продолжил идти рядом со мной как ни в чем не бывало.

– Конечно. Мой кабинет, надеюсь, вас устроит в этом плане, – ответил я, не став пока задавать вопросы о том, что такого интересного он углядел на дорожке к моему дому.

– Не сомневаюсь, Чарльз…

Уже на входе в дом нас ожидала Хелен.

– Чарльз, что там произошло? – обратилась она ко мне.

– Не думаю, что вам это нужно знать, миссис Кинтсли, – сказал ей мистер Холмс. – К чему вам лишние волнения?

– Как я понимаю, вы полицейский? Из Скотланд-Ярда? – неожиданно спросила Хелен, повернувшись к мистеру Холмсу.

– Нет, я частный детектив, – ответил мистер Холмс. – Ваш муж любезно согласился использовать мои услуги.

– Хелен, милая, я все расскажу тебе чуть позже, – заверил я свою жену. – А сейчас нам с мистером Холмсом нужно обсудить то, что произошло в Вулидже.

– Хорошо, дорогой, но не забудь о вечере. У тебя назначена встреча с лордом Эскотом.

– Думаю, ее нам придется отменить, – вздохнул я.

– Неужели все так плохо? – спросила Хелен.

– Миссис Кинтсли, Чарльз, – вновь вмешался мистер Холмс в наш разговор, – если вы хотите знать мое мнение, то вам не нужно отменять встречу с компаньонами. То, что произошло на палубе вашей шхуны «Чудо», конечно, может испортить эту встречу. Но вам лучше сыграть на этом.

– В каком это смысле? – удивился я.

– Вы можете подать эту историю так, чтобы она играла на вас. Чтобы сложившаяся ситуация была выгодна для вас.

– Возможно, – задумался я. – Но это не будет честным по отношению к бедняге Хампти.

– Не волнуйтесь, Чарльз, ваш боцман, насколько я могу предположить, на данный момент в лучшем положении, чем вы.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил я изумленно.

– Мистер Хейа бородат, не так ли? – спросил меня в ответ мистер Холмс.

– Да, – протянул я.

– Очень хорошо. Картинка складывается.

– Вы можете посвятить меня? – спросил я.

– Не сейчас, – покачал головой мистер Холмс. – Немного подождем. Для начала, Чарльз, расскажите мне, не случалось ли с вашим предприятиям необычных происшествий за последние месяцы?

– Исключая последнее? – переспросил я.

– Да, – дал краткий ответ мистер Холмс.

– Знаете, мистер Холмс, а ведь у нас на верфи участились кражи. И именно с кораблей и складов моей компании. Поэтому Хампти был именно там.

– Значит, кражи? А почему вы не обратились в полицию?

– Брали по мелочи, я хотел разобраться своими силами…

– Просто прекрасно, – усмехнулся мистер Холмс. – Позвольте также узнать, когда вы лично в последний раз выходили в море?

– Совсем недавно вернулся из Индии и плавал я на «Чудо».

– Все сходится, – покивал сам себе мистер Холмс. – Чарльз, вы все же пригласите меня в свой кабинет?

– Да, да, конечно, – заверил я и повернулся к супруге. – Хэлен, пожалуйста, сделай нам чаю.

– Дорогой, – неожиданно поморщилась она в ответ, – чай будет немного позже. На кухне Алиса…

– И что же? Разве это тебе помешает? – удивился я.

– Ты сам знаешь, в какие порой она игры играет.

– Хорошо, – вздохнул я. – Позже так позже. Мистер Холмс, вы не против?

– Конечно же. И прошу вас, Чарльз, называть меня Шерлоком или же просто Холмсом, без «мистер».

– Прекрасно, Шерлок, пойдемте.

Мы поднялись на второй этаж и прошли в мой кабинет, где Холмс сразу же облюбовал себе место у окна. Он оглядел мой кабинет и тихо произнес:

– Да, вы действительно любите путешествовать.

– Это моя страсть, – признался я.

– Скажите, а что это? – обратил внимание Холмс на статуэтку, стоявшую на столе.

– О, это подарок одного раджи. Ганеша, его бог-покровитель…

– Мне кажется, но здесь чего-то не хватает, вы не находите?

Прошло не так уж много времени, прежде чем я понял суть вопроса Холмса и внимательно осмотрел свой стол. По моему мнению, все находилось на своих местах. О чем я сразу же объявил Холмсу.

– Я так не думаю, Чарльз, – покачал головой Холмс.

– Но вы же никогда прежде не бывали в моем кабинете, – удивленно произнес я.

– Это не значит, что я не могу утверждать об отсутствии каких-либо вещей на вашем столе. Взгляните, ваш стол, кроме места, где вы кладете бумаги, покрыт пылью. Также ее нет там, где стоит статуэтка Ганеши. Насколько я могу судить, вы не держите прислугу, которая убиралась бы у вас…

– Почему вы так думаете? – спросил я.

– Это очень просто. Ваша супруга, встречая нас, держала в руках тряпку. Осмелюсь предположить, она убиралась. Не так ли? Также, насколько помню, у вас сейчас довольно затруднительное положение с финансами. Вы не можете заплатить своим командам с кораблей. А нанять горничную было бы излишним расточительством. Я могу судить лишь по отзывам моряков с Вулиджской верфи… Они вас любят и уважают, Чарльз. Вряд ли бы вы не стали оплачивать им их гонорар, но наняли горничную. Но даже если так, вы не допустили бы ее в свой кабинет.

– Это еще почему?

– За время вашего отсутствия здесь скопилось много пыли. То есть ни ваша жена, ни горничная, если бы она у вас была, не заходили в этот кабинет. Иначе пыли было бы меньше. Теперь о пропаже. Думаю, это было блюдце. Слишком ровный отпечаток.

– Боже. Слезы Ганеши! – воскликнул я, только сейчас поняв, что все-таки пропало из моего кабинета.

– Расскажите мне о них.

– Это камни, драгоценные. Ими было инструктировано блюдце, на котором стояла статуэтка Ганеши. Сама статуэтка не стоит ничего, для меня это лишь память об интересном приключении. А вот блюдце… Оно стоило огромных денег.

– Кто знал о ней? Хотя не отвечайте. Наверняка все.

– Да, – кивнул я.

– Очень хорошо, – воскликнул Холмс и, пройдясь по кабинету, обратился ко мне: – Больше нам нечего пока здесь делать. Не желаете прогуляться?

– Довольно неожиданное предложение. Вы не хотите мне объяснить, что все-таки происходит?

– Думаю, вы и сами все прекрасно понимаете, Чарльз. Мне будет неловко, если ваш ум совсем не таков, каким я его считал.

– Если вы хотели меня назвать идиотом, то прошу, не стесняйтесь. Я совершенно ничего не понимаю.

– Заметьте, не только вы. Инспектор Лестрейд точно также ничего не понимает. Только он не признает себя идиотом, – Холмс поднялся с кресла и, пройдя к двери, повернулся ко мне. – Вы идете?

– Куда? – удивленно спросил я.

– На прогулку. Вам будет полезен свежий воздух. Пыль не способствует мышлению.

Едва мы вышли из кабинета, на лестнице показалась Хелен:

– О, мистер Холмс, вы уже уходите? – удивленно воскликнула она, обращаясь к моему спутнику. – А я приготовила вам чай.

– Премного благодарен, миссис Кинтсли, мы с вашим супругом обязательно попьем чаю, но чуть позже. Мне крайне нужен чистый воздух…

– В Лондоне? – удивилась Хелен, пока я удивленно смотрел на Холмса – он солгал моей жене, ведь едва ли не минуту назад он утверждал, что глоток чистого воздуха нужен мне.

– Несомненно, вы правы, миссис Кинтсли, нынче в Лондоне не подышишь, но такова моя привычка. Я не могу без вечернего воздуха Лондона…

– Хорошо, только возвращайтесь поскорей, – кивнула Хелен.

Мы с Холмсом спустились по лестнице и прошли к входной двери. Хелен шла вслед за нами, скорее всего, она и поднималась только ради того, чтобы предложить нам чаю. С кухни внезапно послышался грохот, и Хелен поспешила туда.

Холмс удивленно оглянулся на меня.

– Это моя дочь, Алиса. Играет, – кратко осведомил его я, не вдаваясь в подробности. Мне хватало, что Холмс знает меня как чудака и немного идиота, но мне бы не хотелось, чтобы он узнал о некоторых странностях моей семьи.

– Интересные у нее игры, – заметил Холмс и открыл дверь.

Едва мы оказались на пороге моего дома, как Холмс повернулся ко мне.

– Я прошу простить меня за довольно необычное поведение, но то, что происходит вокруг вас… Это довольно опасно. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, о чем мы с вами говорим. Даже ваше жена.

– Неужели вы могли предположить, что Хелен… – начал было говорить я, медленно закипая от возмущения, но Холмс перебил меня:

– Ну что вы, Чарльз, ваша жена здесь совершенно ни при чем. Просто я бы не хотел, чтобы ей угрожала какая-либо опасность.

– Опасность? – воскликнул я и огляделся по сторонам.

– Тот, кто украл Слезы Ганеши, смог проникнуть к вам в дом и уйти незамеченным. Думаю, он мог повторить это еще раз, если вдруг смог хотя бы предположить, что вашей жене что-то известно.

– Тогда и Алиса в опасности! – больше всего я опасался, несомненно, за дочь.

– Простите, Чарльз, за нескромный вопрос и, если хотите, можете на него не отвечать. Ваша дочь нездорова, так?

– С чего вы взяли? – каждый раз, когда у моих компаньонов или знакомых возникали такие вопросы, это выводило меня из себя.

– Я не хотел вас оскорбить…

– Думаю, я не нуждаюсь в ваших услугах, мистер Холмс.

– Послушайте меня, Чарльз, я прекрасно понимаю, что говорю о вашей дочери. Но что я мог о ней еще подумать? Грохот на кухне, нежелание вашей жены пускать нас туда, когда там Алиса… Это наводит на мысли. Именно поэтому у вас сложные отношения с людьми, Чарльз.

– У нее… у нее просто живое воображение и чудесные сны. А они… Они говорят, что она психически больна. Мальчишка Эскот предлагал отдать Алису в Кэйн Хилл…

– Я так не считаю, Чарльз. Я вообще не склонен судить кого-либо вне своей практики. Тем более если это относится к маленькой девочке. Мне важно было услышать ваш ответ только затем, чтобы узнать, а могла ли Алиса зайти в ваш кабинет без спроса.

– Боже милостивый… Неужели… Вы считаете, что это Алиса украла то блюдце? Да пропади оно тогда пропадом.

Холмс неожиданно улыбнулся и открыл передо мной дверь в дом.

– Вы прекрасно сыграли, Чарльз, – шепнул он мне, пока я, изумленно смотря на него, вошел в дом.

– И что все это значит? – воскликнул я, едва дверь закрылась за Холмсом.

– Пусть если кто-то наблюдает за вашим домом, думает, что мы с вами два полнейших идиота.

– Вы считаете…

– Возможно. Пожалуйста, подождите меня в гостиной, мне нужно еще кое-что сделать.

Холмс вышел за порог, а я в полном недоумении прошел в гостиную.

Хелен была там, хлопотала за столом.

– А где мистер Холмс?

– Сказал, что сейчас вернется. Алиса все еще на кухне, дорогая?

– Да. Она пьет чай. С зайчиком.

– Ясно, – улыбнулся я. – Прости, но в мое отсутствие сегодня Алиса заходила в мой кабинет?

– Нет, – покачала головой Хелен. – Я это строго-настрого запретила.

– А раньше? Раньше она там бывала? Без меня?

– Да, не так давно я нашла ее в твоем кабинете, она сидела над картой… Ума не приложу, как она туда попала, ведь ключ есть только у тебя.

– Да, это интересно, – задумчиво произнес я, но не успел хорошо об этом поразмыслить, как вернулся Холмс.

Войдя в дом, он извинился передо мной и Хелен за задержку, и мы вместе присели к столу.

– А где ваша дочь, Алиса? – осведомился Холмс.

– Не думаю, что это будет удобно… – начала было оправдываться Хелен, но я ее перебил:

– Хелен, дорогая, позови Алису. Скажи ей, что папа тоже хочет выпить с ней чаю.

– Хорошо, – кивнула мне Хелен и удалилась на кухню.

– Признаюсь, Чарльз, я вам немного завидую… – заметил Холмс. – Даже не могу понять, почему вас так тянет в море.

– Спасибо, Холмс, – улыбнулся я.

Спустя минуту молчания в гостиную вошла Алиса. Она подошла к Холмсу и, сделав немного неловкий книксен, произнесла:

– Здравствуйте, мистер…

– Холмс, – подсказал ей Холмс с улыбкой.

– Вы хотите попить чай с моим зайцем? – она продемонстрировала Холмсу свою любимую игрушку – тряпичного зайца в шляпе и сюртуке.

– С удовольствием, – кивнул Холмс.

– Тогда… Тогда я буду звать вас Шляпником.

– Я благодарен вам за оказанную честь, – как мне показалось, Холмс не играл. Он действительно был благодарен моей дочери за данное ему прозвище. Одновременно я вздохнул с облегчением – у моей дочери была невероятная интуиция на хороших людей – и практически всем из них она давала свои прозвища.

– Алиса, прошу присаживайся. Заяц может сесть с тобой рядом, – попросил я дочь. – Мне с мистером Шляпником нужно обсудить одно важное дело.

– Это приключение? – нисколько не стесняясь Холмса, спросила Алиса у него.

– Да, – подтвердил Холмс.

– Это из-за бородатого дядьки без бороды?

– Кого-кого? – переспросил я.

– Тот дядька, что приходил утром. И ты уехал. А он вернулся в дом и что-то искал у тебя в кабинете.

– Миллард? Но как такое возможно? – воскликнул я.

Так и не закончив рассказа о Милларде Хейа, который что-то искал в моем кабинете в мое отсутствие, Алиса убежала наверх. Холмс, как и я, проводил ее взглядом и, удовлетворенно кивнув сам себе, произнес:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.