Алина Углицкая
Первый курс для попаданки

Глава 1

– Тетя Таня! – я с радостным криком ворвалась в квартиру. – У меня высшие баллы по всем предметам!

В ответ донеслось бормотание телевизора.

– Тетя Таня! – вновь позвала. – Вы здесь?

Но никто не откликнулся.

Я бросила сумку в прихожей, быстро сменила кроссовки на розовые тапочки-зайцы и заглянула в гостиную. Убедилась, что диван перед телевизором занят котами, и протопала в кухню.

Моя приемная мать оказалась именно там. Она сидела за столом, уронив голову на руки, поэтому седой пучок ее волос смотрел прямо на меня, и то ли спала, то ли о чем-то задумалась. Рядом лежал конверт из плотной бумаги, со штемпелем. На плите стоял чайник.

– Теть Тань?

Она вздрогнула. Вскинула голову и уставилась на меня с легким недоумением. Потом моргнула, узнавая:

– Ох, прости, милая. Я тебя не услышала…

– Что-то случилось?

Лицо у нее было странное, словно она недавно плакала.

– Нет, что ты, все хорошо. А ты как? Получила документы?

– Ага! – я с довольным видом шлепнула перед ней диплом об окончании колледжа. – Все, отстрелялась! Могу поступать куда захочу!

От переполняющей меня радости хотелось прыгать на месте.

Но тетя Таня даже не улыбнулась.

– Тебе письмо пришло, – она подвинула конверт ближе ко мне.

– Из какого вуза? – я поспешно его схватила.

Надо же, не успела колледж закончить, как меня уже приглашают дальше учиться!

– Это не из вуза, – тетя качнула головой. – Оно от твоей мамы.

Я застыла, глядя на конверт.

Сердце болезненно сжалось, а затем рухнуло вниз.

Мать умерла, когда я была трехлетним ребенком. Я ее совсем не помню. Меня взяла к себе ее бездетная сестра. В то время тетя Таня еще была замужем, так что ей разрешили оформить опеку. Но спустя пару лет мы с ней остались вдвоем. Точнее, мы с ней вдвоем – и коты.

– От мамы? – переспросила я прерывающимся голосом. – Как такое возможно?

Сердце тревожно забилось.

– Смотри, дата на штемпеле пятнадцатилетней давности, – тетя Таня кивнула на конверт. – Та самая дата… А пришло только сегодня.

Теперь и я это видела. Письмо было отправлено в день маминой смерти. Внутри прощупывалось что-то помимо бумаги. Что-то круглое, выпуклое и твердое.

Но я не спешила вскрывать конверт. Покрутила в руках, прочитала адрес получателя. Вместо адреса отправителя стояли до боли знакомые инициалы.

– Это ее почерк, – хрипло произнесла тетя Таня.

Ее глаза увлажнились. Да я и сама шмыгнула носом.

– Знаешь, что странно, – продолжила она, – я нашла его не в ящике. Кто-то сунул письмо прямо в двери, но это невозможно.

– Почему?

– Потому что, когда я вышла за хлебом, его еще не было. А возле подъезда столкнулась с соседкой, мы с ней заболтались, и про хлеб я забыла. Вернулась – а в дверях конверт торчит. Ни один почтальон не полезет на девятый этаж, чтобы доставить обычное письмо. Посмотри, оно даже не заказное. Да и не было никакого почтальона, никто в подъезд не входил.

Я пожала плечами:

– Не само же оно тут появилось? К тому же и штемпель почтовый есть… Ладно, надо глянуть, что там внутри…

– Да-да, открывай.

Под пристальным взглядом приемной матери я вскрыла конверт.

Из него на стол упала желтая монета. Выпуклая с обеих сторон, с чеканным узором вдоль ребра. С одной стороны ее украшал вензель из переплетенных букв, увенчанный короной, а с другой – что-то вроде герба с крыльями.

Покрутив монету в руках, я поняла, что это медальон. Потому что у него была петелька для цепочки или шнурка. Узор на ребре оказался надписью, только прочитать я ее не смогла – это был незнакомый язык. Странный, похожий на арабскую вязь.

– Это золото? – тетя Таня смотрела на медальон с таким видом, словно перед ней был тарантул.

– Не знаю.

– Никогда ничего подобного не видела…

Я пошарила в конверте и достала письмо.

Пробежалась взглядом по строкам. Их было немного. Но чем дальше читала, тем выше поднимались мои брови от изумления.

– Что там? – поторопила приемная мать.

– Какая-то ерунда, – я зачитала вслух. – “Не верь драконам, не бойся своей силы, не проси помощи у богов. Мама”.

На последнем слове голос дрогнул. К горлу подступили слезы.

– Наверное, она написала его во время приступа, – тихо произнесла тетя Таня. – Перед смертью моя бедная сестра почти не осознавала, что происходит. Все твердила про драконов, фениксов и еще каких-то сказочных тварей…

Из меня вырвался предательский всхлип.

Эта тема была запретной в нашей семье. Мы избегали о ней говорить. Но я знала, что мама долго лежала в лечебнице. У нее постоянно были видения…

– Знаешь, лучше эту штуку убрать, – тетя Таня кивнула на медальон. – Она, наверное, очень дорогая.

– Наверное.

Я хотела вернуть украшение в конверт. Но стоило только подумать об этом, как оно обожгло мои пальцы.

– Ой!

От неожиданности выронила медальон. Он забренчал по столу, распространяя волны золотистого света. Закрутился юлой и упал.

Свет погас.

Мы с тетей испуганно переглянулись.

– Что это? – прошептала я.

– Не знаю.

Она с опаской потрогала медальон. На этот раз он не светился.

А я поспешно сунула в рот саднящий палец. Когда только умудрилась поранить его до крови?

– Похоже, просто свет из окна попал на него, вот он и засветился, – предположила приемная мать.

– Угу, – я посмотрела на палец.

Ранка была совсем незаметная. Но капелька крови все же набухла.

– Надо заклеить пластырем, – нахмурилась тетя.

– Ерунда. Само пройдет.

Нас отвлек свист закипевшего чайника. Я поспешила к плите.

– Ладно, отложим пока эту штучку, – вздохнула приемная мать, убирая медальон обратно в конверт. – Иди переоденься, и чай попьем.

– Нет, я лучше так, – улыбнувшись, я покрутилась в платье из струящегося кораллового атласа и поправила ленточку выпускника. – Хочу побыть в нем еще немного.

Это платье мы взяли напрокат для выпускного бала. Завтра его придется отдать. Я снова надену джинсы и худи. Но пока завтра не наступило, можно немного побыть принцессой.

– Какая ты стала красивая, – печально вздохнула тетя.

– Вот еще скажете, – от похвалы я даже зарделась. – Самая обычная.

Но она продолжала, будто не слыша меня:

– На мать свою очень похожа. Прямо одно лицо.

– Да ну, совсем не похожа. Она брюнеткой была, а я…

– Кстати, – тетя встрепенулась, – уже решила, куда будешь поступать?

– Куда на бюджет возьмут.

Я замотала раненый палец бумажной салфеткой, чтобы не испачкаться, и разлила чай по чашкам. Перенесла их на стол, поставила рядом вазу с печеньем.

– Может, все же пойдешь на дизайнера, как хотела? Я смогу оплатить учебу, не зря ведь столько лет собирала деньги.

– Теть Тань, все нормально, – сев за стол, я положила руку поверх ее морщинистой ладони. – На дизайнера можно просто курсы пройти. Вы лучше потратьте эти деньги на отдых. Ни разу ведь никуда не ездили.

– Да куда я от своих котов уеду?

Коты, будто услышав, что речь идет о них, тут же прибежали на кухню и начали ластиться.

Тетя Таня вновь погрустнела.

– Жаль, что твоя мама не дожила до этого дня. Она бы тобой очень гордилась.

Я молча кивнула и нагнулась над чашкой.

Мне и самой было жаль, что все так случилось. Что мама не видит, какой я стала. И что я не знаю, какая она была. Только то, что о ней рассказали другие.

Моя мама и ее сестра выросли в приемной семье. Их обеих взяли из детского дома, и обе никогда не знали своих настоящих родителей. Да и сестрами были только по документам.

Никто, увидев их вместе, даже не подумал бы, что они родственники.

Мама была брюнеткой с изящными чертами лица и большими зелеными глазами. Тетя Таня – сероглазая шатенка, хотя к пятидесяти годам совсем поседела.

Я ни цветом волос, ни глаз в мать не пошла. Похоже, и то, и другое досталось мне от неизвестного отца.

Никто не знал, от кого забеременела моя мама. Она никому ничего не сказала и забрала эту тайну с собой…

– Но медальон все же странный, – голос тети отвлек меня от раздумий. – Похож на старинный.

К этому времени чашки уже опустели, да и печенья в вазочке стало меньше.

– Может, сходить с ним в антикварный салон? – предложила я. – Там могут сказать, когда и где он был сделан.

– Это опасно! Вдруг от тебя потребуют подтверждающий документ? Чем докажешь, что мы эту штуку не украли?

– И то правда, – признала я.

Перевела взгляд на конверт.

Захотелось достать украшение и еще раз хорошенько его рассмотреть. Особенно меня интересовали буквы на вензеле. Они отличались от тех, которые опоясывали ребро медальона, как латиница отличается от арабицы.

Руки сами потянулись к конверту.

Я вытряхнула медальон на ладонь. Но едва это сделала, он ярко вспыхнул.

Мои пальцы охватило свечение. В мгновение ока оно распространилось по всей руке.

Жарко не было. Но появилось странное сосущее чувство в желудке. Словно я на сумасшедшей скорости несусь вниз с американской горки…

– Брось его! – закричала, вскакивая, тетя Таня. – Выброси!

Но я не могла.

Ни вскрикнуть, ни шевельнуться.

Лишь почувствовала, как свет поглощает меня, тело немеет, а внутри все сжимается…

Наконец свет залил глаза.

Последнее, что я увидела, это было перепуганное лицо тети Тани.

Толчок. Меня подкинуло вверх, да так, что дух захватило. Затем с силой швырнуло вниз.

Ноги подкосились. Я шлепнулась задом на что-то твердое. И это точно была не табуретка, на которой сидела минуту назад…

Глава 2

От страха я зажмурилась еще во время полета. А когда открыла глаза, то увидела, что сижу на земле. Точнее, на кочке, поросшей травой. В бальном платье, с лентой выпускника, приколотой на булавках, и в меховых тапках с заячьими мордашками.

Над головой – открытое небо, впереди – высоченные деревянные ворота, створки которых распахнуты настежь. А вокруг – народ в странных одеждах. Я такие наряды только в исторических фильмах видела. Ну, еще в фэнтези…

Онемев от изумления, оглядела толпу.

Людей было много – и девушек, и парней. По возрасту они выглядели моими ровесниками.

Сзади тоже толпа напирала. Я едва не свалилась с кочки, так что пришлось быстро вскочить.

Ладно, позже обдумаю свое странное перемещение. А сейчас нужно двигаться, чтобы не затоптали.

Толпа была очень плотной. Вынырнуть из потока не получилось. Он просто понес меня дальше, к воротам.

Когда я проходила прямо под ними, то машинально вскинула голову. Перед глазами мелькнуло что-то вроде радужной пленки. Воздух вокруг уплотнился, невидимые тиски сжали грудь. А затем я четко расслышала звук лопнувшей струны – и ощущение давления тут же исчезло.

Я оказалась внутри двора.

В ушах продолжало звенеть. Но тут, по крайней мере, толпа слегка рассосалась, позволив мне осмотреться.

Передо мной возвышалось огромное темное здание в готическом стиле. Высокие башни с остриями будто вспарывали небо, а каменные стены украшала резьба, которой я прежде не видела. На секунду эта резьба вспыхнула, стены окутал ярко-оранжевый свет, похожий на пламя. Но стоило мне моргнуть – и видение пропало.

На всякий случай я протерла глаза. Но нет, стены больше не светились.

Значит, все-таки показалось.

– Прочь с дороги, отребье! – раздался над ухом раздраженный женский голос. – Совсем страх потеряли!

А затем меня с силой толкнули.

Потеряв равновесие, я полетела носом вперед. Прямо в еще не просохшую лужу.

Шлепнулась наземь на четвереньки. Отбила колени и содрала кожу с ладоней. А в довершение еще и грязь вокруг разлетелась.

Из толпы донеслись смешки.

– Смотрите, она что, из цирка сбежала?

– Наверное, сняла платье с младшей сестры!

– Или они всем селом на него собирали!

– Да нет, она просто перепутала Академию с борделем. Эй, красотка, тебе не сюда!

Среди смешков раздался обидный свист.

Это они о ком?

Я потрясла головой, пытаясь справиться с болью. И только тогда заметила, что все смотрят на меня. Кто с жалостью, кто со злорадством, а кто с неприязнью.

Но были и те, кто смотрел с любопытством, будто ждали, что я сделаю дальше.

Я начала подниматься, уже понимая, что платье безнадежно испорчено, как и капроновые колготки. Одна из тапок совсем утонула в грязи.

Смешки стали громче, когда я вытащила то, во что она превратилась. А потом грянул хохот. Он, словно взорвавшийся фейерверк, заполнил воздух и обрушился на меня.

Оглушенная, потрясенная, покрытая грязью, я обвела взглядом толпу. Всем было весело. Словно для них это было обычное развлечение – толкнуть ближнего в грязь.

Я сжала зубы.

Похоже, меня толкнул кто-то из компании девушек, которые только что прошли мимо. Их лиц я не видела, но судя по обилию украшений на одежде и в волосах – они далеко не бедные. И что, это дает им право толкаться?

А толпа продолжала хохотать. Как зрители в цирке.

От унижения и ярости мое сердце забилось сильнее. К глазам подступили слезы. Я смахнула их грязной рукой, забыв, что испачкаю лицо.

Какие же они все… пустые!

И никто даже руку не подал.

Внезапно смех стих. Будто кто-то нажал выключатель.

В тишине прозвучал резкий голос:

– Эй, ты испачкала принца!

Я обернулась.

Взгляд зацепился за парня, который стоял в паре шагов от меня.

Высокий рост, широкие плечи. Алый китель, похожий на военный, с блестящими желтыми пуговицами. Точеные черты и темные волосы, небрежными рваными прядями обрамляющие лицо.

Таких красивых и надменных парней я еще не видела. Поэтому немного зависла, разглядывая его.

Наши глаза встретились.

Высокомерный взгляд оказался полон презрения. Он смотрел так, будто я – пыль под ногами.

Меня обдало холодом, и я поспешно опустила ресницы.

Как раз, чтобы увидеть на его сапогах капли грязи.

Рядом с незнакомцем стояли еще несколько парней примерно одного возраста, и все с пренебрежением смотрели на меня. Два блондина, еще один брюнет и рыжеволосый. Они были в такой же форме красного цвета.

– Как ты посмела, оборванка? – в мою сторону дернулся рыжий. Его глаза метали молнии. – Сейчас же проси прощения!

Судя по голосу, это он сказал про принца.

Я в полной прострации уставилась на него.

Что? Меня толкнули, испачкали, я тут пострадавшая сторона – и должна просить прощения у этого павлина в красном?

Да он явно не в себе!

– Оставь ее, – равнодушно бросил павлин.

– Но она… Она… – распалялся рыжеволосый.

– Неважно.

Павлин повернулся ко мне спиной и прошел мимо, будто меня тут нет. За ним – его свита. Только рыжий оглянулся, чтобы испепелить меня взглядом и чиркнуть большим пальцем поперек горла.

От этого мне вконец поплохело.

Что это за место? Кто эти люди? Что я здесь делаю?

Верните меня обратно!

Губы задрожали, глаза защипало от слез.

Ну уж нет, не дождетесь. Я не расплачусь.

– Вставай, – ко мне подскочила девушка, единственная, кто бросал в мою сторону сочувствующие взгляды. У нее были кудрявые каштановые волосы и большие карие глаза. – Ты упала.

Я протянула ей руку. Рывок – и я на ногах.

– Давай почищу тебя. Только заклинание вспомню, – кудряшка, как я ее про себя окрестила, подняла глаза к небу. – Сейчас, как оно там… А, кажется, так!

Она замахала руками у меня перед лицом.

– Издеваешься? – тихо спросила я. – Я не упала, меня толкнули. И все видели, кто это сделал.

Отступив на шаг, начала отряхивать одежду.

– Да нет, что ты, – кудряшка скуксилась, – я же помочь хочу, просто…

Совсем близко раздался щелчок.

Меня обдало жаром. Миг – и одежда стала чистой. Даже дырки на коленях исчезли!

Я дернулась от неожиданности. А мимо прошел тот самый парень в красном кителе. Его все так же сопровождала четверка друзей. Они будто слонялись по двору от безделья.

– Ух ты, тебя почистил кто-то из свиты принца, а может, сам принц! – восхитилась кудряшка. – Какой же он сильный! Они все очень сильные!

Она замерла, влюбленно глядя им вслед.

– Как тут воняет деревней! – процедил рыжеволосый, обжигая нас ненавидящим взглядом. – Когда вам уже запретят поступать в Академию?

Вопрос был риторический. Но от враждебного тона по моему телу промчалась дрожь.

– Он сказал, что от нас воняет? – повторила я, не веря своим ушам.

И хотела уже сказать ему вслед пару ласковых, как новая знакомая схватила меня за руку.

– Тише! – шикнула она. – Не связывайся с ними. Лучше скажи, как тебя зовут?

– Наташа, – машинально ответила я. – Или Таша.

– А я – Арика, – представилась кудряшка. – Приятно познакомиться. Ты только поступила, да? И уже в центре внимания. Принц тебя точно запомнит, не каждый день девушки обливают его грязью. Тем более такие девушки.

Она захихикала, прикрыв рот ладонью, и выразительно скосила взгляд на мои колени.

***

Я не обратила внимания на этот взгляд. Меня больше удивило другое.

– Какой принц? Что вообще происходит?

– А ты не знаешь? – Арика захлопала ресницами, глядя на меня. – Это же столичная Академия. Здесь учатся дети аристократов и наследники трона.

– Так, стоп. Подожди! – я сжала виски, пытаясь сосредоточиться. – Какие аристократы? Я из простой семьи.

– Ну… Если ты попала сюда, значит, у тебя большой магический потенциал.

Теперь уже я начала хлопать ресницами. Потому что услышанное не желало укладываться в голове.

– Магический потенциал?

– Ну да, это же Академия магии, – Арика обвела руками вокруг себя.

– И здесь учатся принцы?

– Ага, старший и младший. С младшим ты только что познакомилась.

Похоже, одной из нас срочно нужна помощь психиатра.

– Еще скажи, что и драконы здесь есть, – ляпнула я, вспомнив про видения мамы.

Ох, только не хватало, чтобы ее болезнь передалась мне по наследству! Может, все, что я сейчас вижу – это мне снится? А на самом деле я просто упала с табуретки и лежу в обмороке. А что, перенервничала, пока ждала свой диплом…

– И драконы, – Арика тряхнула кудряшками. – Будем вместе с ними учиться. Правда, здорово?

– Не-не, я пас, – пробормотала я, медленно пятясь.

А затем развернулась и со всех ног рванула к воротам.

Они по-прежнему были открыты. Поток людей уже иссяк. Только выйти я не смогла, потому что со всего разбега налетела на невидимую и упругую преграду.

Преграда спружинила, мягко откидывая меня назад.

– Что за?! – рявкнула я, восстанавливая равновесие.

– Это барьер, – рядом тут же оказалась Арика.

Она участливо спросила:

– Ты же на первый курс?

– Какой курс?! – в моем голосе уже пробивалась истерика. – Я даже не знаю, как попала сюда! И уж точно не хочу поступать!

– Ох, это печально, – она покачала головой.

Потом со вздохом добавила:

– Но выбора нет. Если ворота пропустили тебя, значит, в тебе есть магический потенциал. Считай, ты уже зачислена на первый курс и не сможешь покинуть Академию до конца учебного года.

– Бред какой-то.

Я попыталась снова пройти сквозь ворота.

И снова была мягко отброшена.

А за нами уже наблюдали зеваки, перешептываясь и обмениваясь смешками.

– Да ладно тебе, – Арика подергала меня за рукав. – Говорят, тут очень неплохо. Кормят, учат, одевают – для таких, как мы, все за государственный счет. Правда, надо еще распределение пройти…

– Какое распределение? – я напряглась.

– По факультетам. Как раз туда все новички направляются. Идем, а то будем последними.

Она потащила меня за собой.

Все еще не веря в происходящее, я с тоской огляделась.

Академия магии, значит. До конца учебного года не выйти…

И где я так провинилась?

Понимая, что выбора нет, я все же поплелась за Арикой. Первое, что удивило меня, когда мы вошли в здание, это барельефы на его стенах. Уж очень они напоминали странные буквы на том медальоне.

Кстати, а где он сам?

Помнится, я сжимала его в руке, когда возник тот загадочный свет…

– Эй, ты здесь? – Арика пощелкала пальцами у меня перед носом.

Я отмерла и только тогда поняла, что уже минут пять просто стою, открыв рот. И таращусь на стену.

– Идем. Еще успеешь насмотреться.

Но все же я не могла не разглядывать место, в которое меня занесло.

Насколько успела заметить, Академия снаружи была похожа на готический замок, состоящий из нескольких башен и корпусов. Внутри тоже было готичненько. Мозаика, барельефы, высокие сводчатые потолки…

А это что?

Я повела головой вслед за парящими под потолком сияющими шарами.

Летающее освещение?

На всякий случай ущипнула себя. Но надежда, что сплю, не оправдалась. Боль была настоящей.

Что ж, хоть и не хочется, но нужно признать: со мной случилось что-то фантастическое. Из ряда вон выходящее…

– Я так волнуюсь! – Арика нервно схватила мою ладонь. – Хорошо, если бы мы с тобой попали на один факультет. Или в одну комнату в общежитии.

– Ну да, неплохо, – подумав, согласилась я.

Она ведь единственная, кто мне помог. Вряд ли тут таких много.

– Давай дружить, если что?

– Давай.

Интересно, что она имела в виду под “если что”?

Заострять на этом внимание не хотелось. И так было о чем подумать. Например, о том, что если все происходящее – правда, то кто-то сильно ошибся. Я не Гермиона, не мальчик со шрамом, и у меня нет магических способностей.

На распределении наверняка будут взрослые. Вот, им все и скажу. Пусть отправят меня домой. Тетя Таня, диплом, коты, мои мечты о поступлении в вуз – мне нельзя здесь оставаться!

Я кивнула своим мыслям.

Арика решила, что этот жест относится к ней.

– Вот и здорово. Я так обрадовалась, что ворота пропустили меня. Очень переживала, что мой потенциал окажется меньше, чем нужно. А ты?

Я пожала плечами.

Мы присоединились к толпе будущих первокурсников. Они запрудили весь коридор, не давая пройти дальше. Пришлось нам остановиться и слегка отступить, чтобы не затоптали.

– И что теперь? – спросила я.

– Пока ничего. Видишь те двери? – Арика указала на высокие резные створки, украшенные резьбой. Именно перед ними сосредоточилась вся толпа. – Там приемная комиссия.

– Эм, ты же сказала, что нас вроде как уже зачислили?

– Ну да, – она посмотрела на меня, как на ребенка, который уже десятый раз спрашивает, почему трава зеленая. – Если ворота пропустили, значит, в тебе хороший магический потенциал.

– Достаточный, чтобы поступить, – раздался за спиной чей-то голос.

Я обернулась.

Позади нас стояли трое парней. Одеты они были, как и все, необычно, но их одежда отличалась простым кроем. Ни кружев, ни блестящих пуговиц, ни золотой вышивки, как у других.

– Привет, – сказал один из них, обводя меня многозначительным взглядом. – Я Сайрус.

Двое других с интересом пялились на мои ноги.

Подруга подергала меня за рукав и прошептала, бросая на парней настороженные взгляды:

– Лучше не говори с ними.

– Это еще почему? – нахмурилась я.

– А вдруг они будущие некроманты? Вон какие наглые.

– А вдруг ты – будущая некромантка? – усмехнулся Сайрус.

Похоже, в этой компании он был заводилой.

– Вот еще! – фыркнула Арика. – У меня в роду нет некромантов. Только травники и зельевары. Да и вообще, человек не может быть некромантом, только…

– Тише, не стоит их вспоминать! – Сайрус сделал большие глаза. – А то вдруг услышат?

Арика так резко замолкла, что клацнула зубами.

А я отвернулась.

Пока эти двое обменивались “любезностями”, втянув в свою пикировку и приятелей Сайруса, я разглядывала толпу. Чем больше смотрела, тем больше осознавала, что не эти люди выглядят странно, а я.

Глава 3

Я же так и не успела переодеться после выпускного. И сейчас нервно мусолила ленточку выпускника.

А вокруг не было ни одной девушки, у которой торчали бы из-под платья колени! У всех одежда была закрытой: длинные рукава, воротник-стойка, а длина юбки как минимум до середины икр. У многих из-под подола виднелись только щиколотки и изящные туфельки. Причем мои лохматые тапки-зайцы явно проигрывали последним.

Я внезапно почувствовала себя голой. Еще и парни вокруг постоянно поглядывали на меня с нахальными ухмылочками. А девушки – не скрывая презрения.

Потянув подругу ближе к стене, я прошептала:

– Арика, скажи, я странно выгляжу?

Она вдруг покрылась красными пятнами и опустила глаза:

– Ну… это…

– Да или нет?

Вскинув на меня умоляющий взгляд, Арика снова уставилась в пол:

– Да. Но ты не переживай, нам же тут выдадут форму…

– И что в моем платье не так?

– Оно слишком короткое…

– И?

Арика опустила голову еще ниже. Я едва расслышала то, что она прошептала:

– Такие носят только женщины в доме терпимости… и девочки до одиннадцати лет…

На пару мгновений я онемела. Но теперь стало понятно, почему надо мной все смеялись. А кое-кто, похоже, и вовсе принял за местную эскортницу.

– Слушай, – мне на плечо легла ладонь Сайруса, – давай дружить…

– Телами? – я резко дернулась, сбрасывая чужую конечность.

На лице парня отразилось удивление:

– Почему те…

Договорить он не успел, потому что толпа вдруг ахнула и хлынула в разные стороны, буквально вдавливая нас с Арикой в стену.

По очистившемуся коридору к дверям приемной комиссии шли несколько человек. Две женщины в узких темных жакетах и длинных, в пол, юбках и трое мужчин в камзолах с длинными фалдами. На нас они не смотрели, тихо переговаривались между собой.

Один из них привлек мое внимание. У него были серебристо-пепельные волосы, необычный цвет для молодого мужчины. Но меня привлек не цвет, а длина. Таких длинных волос у мужчин я еще не встречала.

Они были заплетены в аккуратную косу, схваченную простой черной лентой.

– Кто это? – шепнула я.

– Ректор! – так же тихо ответила Арика, делая большие глаза. – Все, скоро начнется.

Ректор в сопровождении свиты скрылся за дверями.

– Ох, надеюсь, я пройду на факультет Целительства! – моя подруга прижала руки к груди. – Тогда мне в наследство достанется тётина практика! Ни у кого из ее детей наследственный дар не пробудился. А целителем быть очень выгодно, они всегда нарасхват…

– А какие еще факультеты есть? – полюбопытствовала я.

Не то чтобы всерьез поступать решила. Просто интересно.

– Ты как будто с Эйнеры свалилась. Вообще ничего не знаешь и ведешь себя странно.

Очень хотелось спросить, что еще за Эйнера такая, но Арика уже зашептала, перемежая слова с восторженным придыханием:

– Это Высшая Академия магии, учрежденная самим королем! В центре столицы! Это огромная честь – попасть сюда. Только здесь твое будущее определяет магический потенциал, а не титул!

– А ты как сюда попала?

Вдруг сейчас скажет, что тоже перенеслась?

Но ответ Арики меня удивил:

– Приехала, как все. Наш деревенский староста как раз должен был в столицу ехать, налоги платить, ну и меня взял с собой. Правда, удачно? Не пришлось нанимать повозку, – она рассмеялась. – Он сказал, что в нашей деревне только раз в тридцать лет рождается маг с таким сильным даром, как у меня.

На нас стали оборачиваться.

– Кто сюда деревенщин пустил? – раздались пренебрежительные голоса.

Арика сжала кулаки.

– Так, спокойно, – сказала я ей. – Не нервничай. Мы уже поступили, так что этим снобам придется смириться.

Я решила подбодрить подругу. Хотя сама не знала чем.

Зато толпа постепенно образовала подобие очереди. В двери, за которыми исчез ректор и его свита, начали потихоньку заходить люди.

– Ой, это же та девица, которая наследника из лужи окатила! – донеслось сбоку жеманное хихиканье.

Я повернула голову. Там стояли те самые девушки, одна из которых толкнула меня. Кто именно толкнул, я не знала. Но судя по напыщенным лицам, любая была способна на подлость.

– Посмотрите, как она одета, – они даже не пытались скрыть, что разглядывают и обсуждают меня. Причем в третьем лице. – Какой позор! Голые ноги!

– Наверняка она из какого-нибудь борделя. Говорят, там у женщин часто рождаются дочки, и они их продают богатым мужчинам.

– Да нет, ее подруга сказала, что они из деревни.

– А что, в деревнях теперь атлас носят?

– Просто кошмар. Кто их сюда вообще впустил?

– Нас впустили ворота! – прошептала Арика. – Мы тут не одни такие.

– Скажу папе, пусть напишет жалобу королю, – вздернула нос одна из девиц. – Нам, благородным леди, придется учиться с этим сбродом. Как ректор мог подобное допустить?

На глазах у Арики заблестели слезы.

Я покачала головой:

– Забудь про них. Они того не стоят.

Мне были понятны ее чувства. Но влезать в разборки я не хотела. Это все не мое, чужое. Сейчас дойдет наша очередь, я войду и скажу, что случилась ошибка. Пусть отправят меня домой.

Да, именно так и поступлю.

Время шло. Наконец поток людей перед нами иссяк. Мы вошли в двери.

Внутри оказался огромный амфитеатр, набитый студентами. Он был разбит на цветные сектора, разделенные проходами, а на сцене стоял длинный стол, за которым сидела комиссия. Ректора там не было, только две женщины и двое мужчин.

Я крутила головой, изучая обстановку, пока меня не одернул строгий женский голос:

– Боевой факультет, кафедра Огня, красный сектор. Поздравляю, у вас отличный потенциал.

Я проследила за парнем, которому это сказали. Он с довольной улыбкой пошел к сектору с красной обивкой на сиденьях. Там уже почти все места были заняты. Кто-то набросил ему на плечи короткий красный плащ с пелериной.

Рука Арики в моей задрожала. Я перевела удивленный взгляд на подругу. Но та слишком нервничала и ничего не замечала.

– Прошу, проверьте еще раз! – послышался чей-то срывающийся голос. – Мои родители боевые маги, оба заканчивали эту Академию. Я не могу быть каким-то бытовиком!

– Вы подвергаете сомнению мои слова? – его перебил резкий ответ. – Я вижу ваши способности и потенциал. Ваше место на Бытовом факультете, кафедра Артефактов, серый сектор.

Я пискнула от того, как сильно сжала мою руку Арика.

– Ой, прости. Я просто очень боюсь, – призналась она. – Вдруг у меня тоже не тот дар, который мне нужен…

Я вздохнула.

Ну, у меня вообще никакого дара нет. Так что мне и переживать не о чем. Осталось потерпеть максимум десять минут – и я отправлюсь домой. Надеюсь, тут знают способ, как это сделать.

***

Подошла наша очередь. Арику вызвали первой. Она приблизилась к свободному стулу и села напротив женщины. Та глянула на нее сквозь пенсне с мерцающими голубыми стеклами.

Зрачки женщины резко расширились, вокруг радужки вспыхнуло свечение. Такое же, какое я увидела – или думала, что увидела – на стенах Академии. Но через миг ее глаза пришли в норму.

– Факультет Целительства, кафедра Травознавства, – произнесла женщина сухим тоном.

В глазах Арики вспыхнула радость. И женщина уже мягче добавила:

– Поздравляю, зеленый сектор.

Арика едва не затанцевала на месте от такой новости. Подмигнула мне и поспешила к зеленому сектору, где ее уже ждал мужчина, видимо, куратор, с зеленым плащом.

Я набрала побольше воздуха в грудь и шагнула к столу.

– Здравствуйте, – затараторила, пока никто не перебил, – я здесь по ошибке. Не могли бы вы отправить меня домой?

Женщина выразительно приподняла тонкую бровь. Окинула меня слегка брезгливым взглядом поверх пенсне и задержалась на открытых коленях. Затем кивнула на стул:

– Давайте быстрее покончим с этим.

Вздохнув, я села.

Она уставилась на меня сквозь пенсне. Ее зрачки вновь расширились, радужка засияла.

Значит, мне это не показалось.

Сейчас эта женщина поймет, что ни дара, ни потенциала у меня нет, и отпустит восвояси. Я почти успокоилась.

– Странно… – произнесла женщина совсем не то, что я ожидала услышать и протянула ладонь. – Дайте руку.

Я удивленно послушалась.

Ее кожа на ощупь была прохладной и гладкой.

Она сжала мои пальцы и снова впилась в меня пристальным взглядом. Ее глаза вновь полыхнули. Выглядело это так, будто по ним блики прошли.

Пару секунд больше ничего не происходило. Я уже хотела убрать руку. Но наши ладони вдруг окутало иллюзорное черное пламя.

Раздался треск.

Женщина отпрянула на спинку стула и отдернула руку. А затем подняла на меня ошарашенный взгляд.

Стекло в ее пенсне треснуло. Его прочертили зигзагообразные линии.

– Невероятно! – прошептала она, снимая пенсне. – У вас очень, очень сильный потенциал. Я такого еще не встречала…

Все вмиг обернулись в нашу сторону. Жар прилил к моим щекам. Я не ожидала подобной реакции.

В зале, полном народу, повисла тишина.

Вторая женщина из комиссии окинула меня изучающим взглядом, затем склонилась к коллеге:

– Может, она артефакт какой-то использовала? Что у нее за стихия?

– Я не смогла определить, – ответила та. – Ни стихию, ни специализацию. Ощутила только огромную мощь, скрытую в этой девочке…

– Хм, может, пусть она тогда сама скажет?

– Да, какая у вас стихия, студентка?

Я нервно сглотнула.

Стихия? О чем это они?

И как быстро записали меня в студентки. Я, вообще-то, четко сказала, что не хочу здесь учиться. Мне домой надо, там тётя ждет!

– Ну же! – поторопили они, явно теряя терпение.

Пришлось развести руками:

– Я не знаю, о чем вы говорите. Я вообще из другого мира. Может, просто вернете меня домой?

Их глаза изумленно расширились. Женщины переглянулись, затем та, у которой разбилось пенсне, раздраженно сказала:

– Хватит паясничать. Просто покажите, что вы можете. И не задерживайте, у нас еще сто с лишним абитуриентов!

– Что показать? Я ничего не умею. В моем мире нет магии.

Послышались возмущенные вздохи.

– Вот деревенщина! – со стороны желтого сектора долетел злорадный голос.

Я повернулась на звук. Там уже сидели девицы, которые обсуждали нас с Арикой.

– Девушка, других миров не существует, – женщина из комиссии забарабанила пальцами по столу. – Демонстрируйте быстрее ваши способности, или мне придется подвергнуть вас более глубокому анализу. А это очень неприятная процедура, поверьте!

Из всего этого я поняла только одно: других миров не существует.

Но как же так? Мой мир, моя жизнь – они ведь мне не приснились? Я ведь не выдумала тётю Таню, то письмо и тот медальон…

И это же наверняка из-за него я сюда попала!

– Ты же умеешь хоть что-то? – спросила вторая женщина.

Я помотала головой:

– Ничего.

Послышался гул. Стоящие позади начали возмущаться. В основном из-за того, что они, дети высшей знати, должны ждать какую-то оборванку, которая не соизволила даже колени прикрыть.

Один из мужчин поднялся со своего места и подошел к нам. Он хотел взять меня за руку, но едва коснулся, как мы оба тут же отпрянули. Между нашими пальцами проскочило статическое электричество.

– Хм, – мужчина внимательно осмотрел свою руку. – Потенциал зашкаливает. Судя по реакции, ее стихия противоположна моей. Но огня я не чувствую.

– И я тоже, – подтвердила та, которая меня проверяла. – Это может быть что угодно, но не огонь в общепринятом смысле.

– Послушайте, – к нам присоединился еще один, – может, она из Аливетской общины? Кажется, они официально отказались от магии, а их члены носят особые талисманы, которые не позволяют использовать природные силы.

– А, я слышала про этих фанатиков, – кивнула женщина. – И все равно их понтифики пользуются тем, что им дали мы – маги. Так что все эти сказки про отказ от силы во имя духовного просветления только для таких дурачков, как эта.

Она небрежно махнула в мою сторону.

Мне стало не по себе от пристальных взглядов. Зря вообще ляпнула про другой мир. Как бы еще не решили, что я сумасшедшая.

– Простите. Я действительно из общины, – быстро сложила руки в умоляющем жесте. – Просто никогда не покидала ее до вчерашнего дня. А у вас тут так людно… и шумно… Вот я и растерялась…

Под конец уже сама не знала, что несу. Выдавала первое, что стукнуло в голову. Но они смотрели так пристально, с таким ожиданием, что я просто не могла замолчать.

– И вы правы, у нас нельзя использовать магию…

– Вот, я же говорил, – мужчина щелкнул пальцами.

– Да, прошу простить меня, – я закивала, глядя на него с благодарностью. – Просто все это так неожиданно получилось.

– А как ты попала сюда? – прищурилась женщина.

– Ну… – в голове всплыла история Арики, – мы приехали в столицу на рынок, я пошла погулять, увидела, что все идут в какие-то ворота, и вот… тоже вошла…

А что, почти правда.

Надеюсь, рынки у них тут есть.

Я мысленно взмолилась, чтобы мне поверили. Конечно, врать нехорошо. Но я же не просила затаскивать меня в другой мир. Теперь буду действовать по обстоятельствам. Община так община, что бы там ни подразумевалось под этим словом.

– Что-то я сомневаюсь, – покачала головой вторая женщина.

– Так отпустите меня, – я ухватилась за нее слова. – А я домой пойду. То есть в общину.

– Не выйдет. Академия уже зачислила тебя на первый курс, – вздохнула она. – Теперь придется пройти обучение. Магам с таким высоким потенциалом просто опасно ходить по улицам. А вдруг ты кого-то покалечишь?

В горле образовался комок.

– Почему я должна кого-то калечить?

– Потому что не умеешь управлять своей силой. А мы научим. Для этого тут и сидим.

Глава 4

Я нервно заерзала на стуле.

– То есть вы меня не отпустите?

– Хватит задерживать очередь! – вновь послышались возмущенные голоса. – Сколько еще мы должны ждать эту сектантку?!

Вот сектанткой меня еще не обзывали.

Женщина с разбитым пенсне кивнула своим коллегам:

– Ладно, сейчас что-то решим. Займитесь остальными.

Затем перевела взгляд на меня:

– Нужно узнать твою стихию. Что ты чувствуешь внутри: жар, холод, тяжесть или легкость? Прислушайся к себе.

Я прислушалась. Так внимательно, что даже живот забурчал.

В спину донеслись смешки, а мне захотелось провалиться сквозь землю.

– Ну? – поторопила женщина, пряча улыбку.

– Ничего, – буркнула я.

Все, что чувствовала – это пустой желудок. И сосущую голодную боль.

– Совсем? – не поверила женщина.

– Совсем.

– Ладно, попробуем другой метод. Вытяни руку. Раскрой ладонь.

Я подчинилась.

– Теперь попробуй призвать огонь. Начнем с него, он легче всего откликается. Просто прикажи ему появиться, почувствуй, как он охватывает твои пальцы…

Она говорила низким завораживающим голосом. Словно гипнотизировала. Но у меня не возникло ни малейшего желания подвергать свою руку ожогам. Что за дурацкое задание?

За соседними столами сменялись абитуриенты. Получив направление, расходились по секторам. А я все таращилась, как идиотка, на свою руку. Пыталась вызвать то огонь, то лед, то кусок дерева, то металла…

Но ничего не получалось.

– Ладно, времени больше нет, – женщина с усталым вздохом откинулась на спинку кресла.

– Вы меня отпускаете? – я с надеждой уставилась на нее.

– Иди пока в серый сектор, к бытовикам. С остальным потом разберемся.

Она указала направление.

Я едва не вжала голову в плечи. Думала, все разрешится, но, похоже, снова ошиблась.

Пришлось идти в серый сектор. Там куратор накинул плащ мне на плечи и указал на галерку, где еще оставались места. Пока поднималась туда, кто-то с крайнего места дернул меня за плащ. Это был один из дружков Сайруса.

– Ну ты даешь! – тихо присвистнул он. – А у вас в общине все так одеваются?

И жадно уставился на мои ноги.

– Отстань! – я выдернула плащ из его рук и потопала дальше.

– Эй, а про другой мир зачем наплела? – спросил с любопытством кто-то еще.

Я даже задерживаться не стала, чтобы ответить. Добралась до галерки и уселась там, нахохлившись. Настроение было испорчено, еще и те, кто сидел рядом, теперь откровенно разглядывали меня.

Стало не по себе от их взглядов.

Вновь посыпались шепотки. Мол, это из-за меня задержали комиссию, и как хорошо, что принц уже прошел. Иначе задержка переросла бы в скандал.

Я же внезапно ощутила на себе очень пристальный взгляд. Это было странно, ведь на меня смотрели со всех сторон. Но именно от этого взгляда у меня по спине побежали мурашки.

Незаметно оглядевшись, я поняла, что смотрят на меня с противоположного сектора. Красного. Кажется, там находятся боевики и маги Огня.

Прошлась взглядом по рядам. Но все студенты сидели в одинаковых плащах, почти все – с накинутыми капюшонами. Не поймешь, где девушка, а где парень.

Наконец подняла глаза вверх, на галерку. Она была пуста. Почти. Только в самом центре сидела компания.

Мне даже не пришлось приглядываться, чтобы узнать Павлина, его рыжего секретаря и еще троих подхалимов.

Именно Павлин, не смущаясь, смотрел на меня.

Желая скрыться от его взгляда, я накинула на голову широкий капюшон и, сжав кулаки, засунула руки в карманы.

Возникло странное чувство.

Будто в левом кулаке что-то есть.

Что-то круглое, выпуклое, размером с медаль…

Ничего не понимая, вытащила руку. Раскрыла.

Перед моим изумленным взором сверкнул медальон.

А он здесь откуда взялся?

Удивиться и рассмотреть находку мне не дали.

Рядом послышался шорох, и на соседнее кресло плюхнулся парень, который был в компании с Сайрусом.

– Привет, давай знакомиться. Я Зигурт Гюрхерд, потомственный бытовик! – с широчайшей улыбкой затараторил он. – Так что будем вместе учиться.

Я хмуро глянула на него и быстро спрятала руку с медальоном обратно в карман.

Общаться ни с кем не хотелось. В ряду было полно свободных стульев, да и свободных ушей тоже. А этот Зигурт зачем-то уселся рядом со мной.

– А где твоя подружка? – спросил он, ничуть не смущаясь, что я молчу. – Ну та, кудрявенькая.

Пришлось кивнуть в сторону зеленого сектора.

– Целительский? – восхитился парень. – Ух ты! Туда Бруно зачислили. Ну, ты его с нами видела. А Сайрус попал к боевикам, здорово, правда? Он с детства армией грезит!

“Сбылась мечта идиота”, – вяло подумала я и на всякий случай отсела.

Зигурт не понял намека и подвинулся вслед за мной.

Наконец толпа внизу рассосалась, все первокурсники распределились по секторам и получили плащи. Члены комиссии тоже встали, собираясь покинуть свои места.

– Господа студенты! – объявил один из мужчин. Тот, который упоминал про общину. – Всех просим пройти в соседний зал. Ректор Саррах сделает для вас небольшое объявление.

Я вскочила едва ли не первой из всех. Чтобы просто избавиться от навязчивого соседа.

Но пока спускалась, у выхода образовалась толпа. Правда, на этот раз ловко контролируемая кураторами и узнаваемая. По цвету плащей можно было определить, где твой факультет, а где чужой.

– Таша! Я здесь! – донеслось сквозь галдеж.

Это была Арика. Она забралась на один из стульев в первом ряду и махала мне рукой. Я поспешила к ней.

– До сих пор не могу поверить! – она с воодушевленным видом бросилась мне навстречу.

– Во что?

– Как во что? Ты не понимаешь? Я же мечтала попасть на Целительский! – ее глаза блестели от счастья.

– Ага…

– А ты что, не рада?

Арика заглянула мне в лицо. Пришлось срочно натянуть улыбку. Правда, судя по озадаченному взгляду подруги, улыбка получилась кривой.

– Слушай, так это правда, что студентов в город не выпускают? – уныло спросила я.

– Не всех, только первый курс. Ты разве не знала? Это даже на воротах написано!

Ну да, написано. Только я не успела ничего прочитать и вообще не уверена, что смогла бы. Хотя… если спокойно понимаю местный язык и говорю, то и прочитать бы, наверное, сумела.

Если бы мне дали время подумать и осмотреться!

– А почему?

– Потому что мы еще не умеем контролировать магию, – назидательным тоном пояснила Арика. – А стены Академии гасят любые всплески.

– Интересно, а если я бы не прошла в ворота? Что тогда?

– Ну… – она призадумалась. – Если бы тебя ворота не пропустили, значит, у тебя потенциал ниже среднего. Ты могла бы обучаться на дому или в другой Академии, не в столичной.

– Нет, что если бы я со своим сильным потенциалом не захотела бы идти сюда?

– Да ну, – Арика взглянула на меня с изумлением. – Каждый маг мечтает здесь учиться! Это же так престижно!

– А если нет? – продолжила настаивать я.

– Тогда тебе пришлось бы идти к законникам на добровольное запечатывание сил, – сообщил мужской голос.

***

Я скривилась, узнав подошедшего Бруно.

– Или стать диким магом – преступником вне закона, – продолжил он. – А их отлавливают и запечатывают насильно. Это если они еще никому не успели навредить.

– А если успели?

Бруно сложил руки крестом на груди и закатил глаза под лоб.

Слова были лишними.

Я только вздохнула.

Похоже, выбор у меня небогатый. Либо учиться, либо лишиться своей загадочной силы, либо стать преступником с перспективой попасть на тот свет раньше времени.

Последнего вот уж совсем не хотелось.

Я сжала кулак и ощутила присутствие медальона. Странная штучка. То появляется, то исчезает, когда ему хочется…

– Идемте, – Бруно двинулся сквозь толпу, расчищая для нас дорогу.

– Как он тебе? – шепнула Арика.

– Обычно, – буркнула я.

Мои мысли были заняты другим.

Я пыталась осознать и принять то, что происходит.

Загадочный медальон – подарок мамы. Это он меня сюда перенес, больше некому. А в эту Академию может попасть только тот, в ком есть большой магический потенциал…

Я не сплю. Не сошла с ума. Все вокруг – моя новая реальность. И придется к ней привыкать.

Мы с Арикой шли за потоком студентов в соседний зал. Я почти не смотрела по сторонам, думая о своем. Пока внезапно не осознала: просто не будет.

Это сейчас, в плащах, непонятно, кто аристократ, а кто – нет. Поэтому в толпе не толкаются и не оскорбляют. Видимо, боятся случайно задеть какую-нибудь важную персону.

Но скоро нас поделят на группы, все перезнакомятся, узнают друг друга, и вот тогда…

Ох, лучше об этом не думать.

Сосредоточусь на хороших моментах. Я попала в другой мир, но нашла здесь подругу. У меня есть неведомая сила, но меня бесплатно научат управлять ею. А там, возможно, появится шанс вернуться домой.

То, что буду его искать – даже не обсуждается. Тётя Таня не заслужила на старости лет остаться одной. Может, как раз моя загадочная сила поможет? Ведь и сюда меня занесло с помощью магии…

Последняя мысль подняла настроение. Я даже начала улыбаться.

Пока мы не вошли в другой зал.

Там нам с Арикой пришлось разойтись, чтобы присоединиться к своим факультетам. Я снова оказалась среди серых плащей.

В отличие от предыдущего помещения, это было намного меньше и представляло собой полуамфитеатр. Здесь ряды кресел шли полукругом, а одну сторону занимали прямая стена и высокий помост. На помосте стоял одинокий стол, позади него виднелись двери.

Когда все расселись, стало понятно, что свободных мест нет. Похоже, первый зал был сделан так, чтобы вместить всех студентов Академии. А этот – только один курс.

Я вновь забралась на галерку, подальше от остальных. С обеих сторон от меня уселись незнакомые парень и девушка. Судя по лицам, у них не было ни малейшего желания общаться друг с другом. А плащи скрывали одежду, не давая понять, кто передо мной.

– Душно, – прошептала девушка своей соседке.

Достала веер из белых перьев, украшенный красными камнями, и начала обмахиваться. На ее пальцах сверкнули перстни.

Ну, ясно, аристократка – мысленно отметила я.

Воздух в зале и правда был душным. У меня самой кружилась голова и очень хотелось пить. А ожидание грозило затянуться надолго.

Внезапно двери распахнулись. Из них вышел ректор, подошел к краю помоста и остановился, обводя нас внимательным взглядом. Будто заглядывал каждому прямо в душу.

Теперь я могла рассмотреть его лучше, чем в коридоре.

Высокий, плечистый. Одет с изяществом, как сказала бы тетя Таня. Длинный камзол с серебряным шитьем облегает фигуру, на шее – белый платок с крупной брошью. Пепельные волосы аккуратно зачесаны назад.

С того ракурса, где я сидела, косу ректора было не видно. Но я помнила, что она очень длинная – ниже пояса. Странно видеть взрослого мужчину с такой прической. Хотя она ему очень идет…

– Драмиэль Саррах такой красавчик! – зашептались мои соседки.

– Ага, еще и завидный жених.

– Ой нет, матушка говорила, он прирожденный холостяк. Его любовница – это работа.

Они захихикали, прикрываясь веерами.

Но смех резко оборвался, когда внимание ректора переместилось на нас.

Я даже выпрямилась невольно, почувствовав его взгляд. У меня возникло стойкое ощущение, что на меня не просто смотрят, а изучают. Проверяют, испытывают. Ощупывают…

Только внутри, а не снаружи.

От пронзительного взгляда меня охватил озноб. Я передернула плечами – и пугающее ощущение исчезло. Зато мой сосед напрягся. Похоже, ректор теперь смотрел на него.

– Добро пожаловать в стены нашей Академии, – раздался глубокий и сильный голос.

Он эхом отразился от стен. Акустика в зале была потрясающей.

– Сегодня вы стали первокурсниками Высшей королевской Академии Магических искусств. Это огромная честь. Она дается не всем, а лишь тому, чей магический потенциал выше среднего. На распределении вам назначили факультет и кафедру, которые больше всего соответствуют вашим стихиям. После первого курса вы сможете самостоятельно выбрать вторую специальность. Учитесь прилежно. Служите на благо королевства. Ленорманн нуждается в ваших силах!

“Ленорманн, – пронеслось в голове, – королевство, которым правят драконы”.

Вокруг раздались хлопки, а я вздрогнула.

Вот откуда мне это известно?

И тут почувствовала, как руку обдало жаром. Сжала кулак, раскрыла ладонь. Медальон был там. Только он отчего-то нагрелся.

Я покрутила его в пальцах.

Чего хочет эта штуковина? Он и дома меня обжег!

Со сцены донеслось многозначительное покашливание.

Пришлось спрятать медальон и перевести взгляд на ректора. Тот поправил шейный платок и продолжил:

– Сейчас вы получите зачетки. Туда наши профессора будут выставлять оценки за экзамены и за сданные зачеты.

У меня едва глаза на лоб не полезли.

То есть у них тут то же самое, что и в нашем мире? Тоже зачеты, экзамены, оценки. Какой кошмар!

Ректор взмахнул рукой. И перед ним на столе появились аккуратные стопки тоненьких книжечек. У каждой стопки был свой цвет. Очень удобно. Смотришь на зачетку – и сразу видишь, какой факультет.

– Я буду называть ваши имена. Выходите и получайте зачетки.

Со стола взлетели сразу четыре книжечки – четыре цвета.

Странно, а факультетов ведь пять. Я точно помню, что в первом зале было пять секторов: красный, зеленый, серый, фиолетовый и… черный. Тогда я не обратила внимания, сидел ли хоть кто-то в черном секторе. Не до этого было.

А сейчас и вовсе не видно черных плащей…

– Радан Руанах! – ректор озвучил первое имя, даже не глядя в зачетки.

На помост спустился парень в фиолетовом плаще – стихийник.

За ним девушка в красном – боевик.

Девушка в зеленом – целительница.

Парень в сером – бытовик.

Снова парень. И снова девушка.

Ректор называл имена. Студенты выходили на помост, получали зачетки и возвращались на свои места.

Вскоре прозвучало имя Арики. Та едва не скатилась с лестницы, пока спешила к ректору. Схватила зеленую зачетку и прижала к груди, как сокровище.

– Эльсанир Ленорманн!

Мое сердце ёкнуло.

Интересно, это у кого же фамилия точь-в-точь как название страны?

Глава 5

Долго гадать не пришлось. Под шепотки восхищенных фанаток на сцену выплыл Павлин. Все взгляды были устремлены на него. Особенно девичьи.

Даже я сперва засмотрелась. Все же парень он симпатичный. Но потом вспомнила, как этот напыщенный гад смотрел на меня. Будто на грязь под ногтями.

И вновь разозлилась.

Надо было его не просто обрызгать, а толкнуть в ту же лужу. Чтобы поменьше нос задирал.

Зато мои соседки оживились при виде принца. Глазами в него стреляли только так.

Ректор протянул ему красную зачетку. Раздались аплодисменты. На это Эльсанир лучезарно улыбнулся и поднял руку.

Зал вмиг затих.

Принц поблагодарил ректора, послал в зал воздушный поцелуй, чем вызвал восторженный стон фанаток, и направился на свое место.

Вот позер. Похоже, привык к всеобщему поклонению. Наглый и самоуверенный тип.

Выдача зачеток продолжилась. Я сидела как на иголках, ожидая своей очереди.

Наконец раздалось мое имя:

– Наталья Синичкина!

Вздрогнув от неожиданности, я вскочила.

Откуда?! Откуда ректор знает, как меня зовут? Я ведь никому здесь не называла свое полное имя!

От изумления, смешанного со страхом, я не заметила чужую ногу в проходе. Запнулась и, наверное, полетела бы кубарем вниз. Но успела дернуться в сторону.

Послышались смешки.

Похоже, та нога появилась там неслучайно.

Обернувшись, я обожгла шутника ненавидящим взглядом. Смех оборвался.

То-то же!

Я двинулась дальше, уже внимательно глядя под ноги.

– Плебейка! – прошипели мне в спину.

Оборачиваться не стала. Только до боли закусила губу.

Похоже, придется непросто. Ну и пусть, я со всем справлюсь. Найду способ вернуться домой. И плевать на все остальное.

Я спустилась на помост.

Ректор глянул на меня и вдруг нахмурился. Обвел взглядом мое лицо и молча передал зачетку. Я потянулась за ней. Наши пальцы соприкоснулись. И в этот миг мою вторую руку обжег медальон.

Да что с этой штукой? Она убить меня хочет?

Ойкнув, я инстинктивно замахала обожженной ладонью. В ее центре словно взорвалась сверхновая, хотя самого медальона было не видно.

– С вами все в порядке? – напрягся ректор.

– Ой, простите, – я быстро спрятала пострадавшую руку за спину.

Огня вокруг нее нет – уже хорошо. А то я на секунду решила, что это моя магия решила проснуться в не самый удачный момент.

– Зачетку возьмите, – напомнил ректор.

– Спасибо, – я покраснела до корней волос.

Совсем про нее забыла. А она так и висит в воздухе передо мной.

Быстро схватив ее, я отвернулась от ректора и поспешила к лестнице, ведущей с помоста в зал.

В спину раздался знакомый голос:

– Это та самая девушка из Аливетской общины.

Я оглянулась.

Рядом с ректором стояла женщина из комиссии. Разбитое пенсне так и висело у нее на груди.

Ректор бросил короткий взгляд на меня.

– Вот как, – услышала я, спускаясь по лестнице.

– Да, в ней чувствуется хороший потенциал. Но она не смогла проявить свои силы.

– Что ж, возьмите ее на особый контроль, нам тут сюрпризы не нужны.

От последних слов у меня по спине побежали мурашки. Каких еще сюрпризов ждут от меня? И что за “особый контроль”?

Впрочем, кое-что хорошее все же было. Чем больше я отдалялась от помоста, тем меньше горела рука. А поднявшись на свое место, я снова почувствовала в кулаке медальон.

Вскоре оставшиеся студенты получили зачетки, и нас отправили в жилые корпуса.

– Что там было? – с любопытством спросила Арика, едва мы оказались с ней рядом.

– Где? – удивилась я.

– Когда ты на сцену спустилась.

– А? Ничего. Просто получила свою зачетку.

В ответ в руке кольнул медальон. Вот ведь вредная штучка! Как только вселюсь, закину его в самый дальний угол самой дальней полки в самом дальнем шкафу.

Выйдя на улицу, я поняла, что территория Академии куда больше, чем мне показалось вначале. И здание здесь не одно, а целый комплекс. Отдельно стояло общежитие для студентов – пятиэтажное, четырехкорпусное сооружение, с парком во внутреннем дворе.

Парк был украшен старинными фонарями и лавочками, между которых вились дорожки, выложенные белым кирпичом. Там прогуливались студенты. Кто-то с книгой в руках, видимо, заучивал сложную тему. Кто-то – просто с компанией. Все они были без плащей, но в форме по цвету факультета. Я даже замедлила шаг, стараясь их рассмотреть.

– Итак, общежитие делится на две части: мужскую и женскую, – объявил наш сопровождающий. – У каждого свой комендант.

И повел нас мимо общежития.

– Эй, а сейчас мы куда? – возмутился кто-то в толпе первокурсников.

– В столовую. Или вы не голодны?

На возмутителя спокойствия тут же зашикали. Похоже, не я одна устала, хотела есть и пить.

Наконец мы оказались в столовой.

Здесь стояли длинные столы, за которыми сидели студенты. И парни, и девушки были в форме. Причем ни у кого я не заметила каких-либо украшений. Ни заколок, ни запонок, ни брошей. Совсем ничего. Видимо, на это была причина.

Сопровождающий быстро рассадил нас за одним из таких столов. Мои соседи сбросили плащи и повесили на спинки стульев. Вот тогда и стало видно, кто есть кто.

Мы с Арикой сели вместе. Напротив нас оказался Бруно и еще один парень, которого я прежде не видела. Судя по кружевам, блестящим пуговицам на одежде и надменному взгляду, это был аристократ. Он брезгливо взглянул по сторонам, и я поняла, что не ошиблась.

– Что за помои здесь подают, – процедила девица, оказавшаяся рядом со мной. – Как это вообще можно есть?

Это была та самая, которая угрожала заставить отца написать жалобу королю.

Я пожала плечами.

Весь стол был заставлен различными блюдами, украшенными, как в ресторане. Мясо, салаты, рыба, сыры. Кувшины с водой и горячими напитками. В общем, разнообразие в меню было просто волшебным, особенно для меня.

– А мне все нравится, – отозвалась Арика, глядя на мясо перед собой горящими глазами. – Я такой вкуснятины дома даже по праздникам не видела!

Она радостно потерла руки и облизнулась.

– Что тебе подать? – спросил ее Бруно.

– Подай кувшин с водой, – встряла я.

Ну а что, надо пользоваться услугами, раз сам предложил.

Получив желаемое, я быстро наполнила чашку и так же быстро опустошила ее. Уж очень хотелось пить.

А вокруг уже стоял гомон. Первокурсники бурно обсуждали меню, причем аристократы брезгливо ковыряли блюда, выискивая недостатки. Студенты рангом попроще, наоборот, восторгались. Многие из них, судя по возгласам, мясо видели раз в году, а может, и реже.

– Хватит, – резкий окрик заставил меня подпрыгнуть.

Чашка в руках дрогнула, часть воды выплеснулась на лиф выпускного платья. По коралловому атласу расползлось пятно.

Чувствуя, что закипаю, я перевела взгляд на крикуна.

Это оказался Павлин. То есть принц Эльсанир. Он сидел во главе стола, по бокам – его свита.

– Хватит, – повторил он вполголоса. – Мы все пришли сюда ради учебы. В Академии неважно, какой у тебя статус. Аристократ ты или нищий – это уже не имеет значения. Важен только магический потенциал и умения. Мы все здесь, чтобы стать высшими магами на благо королевства.

Он говорил негромко, но каждое слово звучало очень четко в наступившей тишине. Весь зал молчал и смотрел ему в рот.

Даже я забыла, что должна злиться. Парень ведь говорил умные вещи! А с первого взгляда и не поймешь, что он такой гений.

– Брат, ты все еще думаешь, что одинаковая форма сделает всех равными? – послышалось с другой стороны.

Все головы синхронно повернулись в сторону говорившего.

Через пару столов от нас сидели старшекурсники. Один из них развалился на стуле, закинув ногу на ногу, и с насмешкой смотрел на нас.

Судя по красной форме, он был с боевого факультета. В петлице болталась золотая ленточка. Подобные ленточки, только разных цветов, были у всех старшекурсников.

– Да, Айзен, я так считаю. Тут все, кого Врата посчитали достойными. Какая разница, кем они были за стенами Академии? Теперь они – будущие высшие маги.

Тот самый Айзен поднялся со своего места.

В зале и так было тихо, а сейчас, казалось, не только голоса, но и чужое дыхание смолкло. Все перестали есть. Тишина стала зловещей.

***

Чеканным шагом Айзен направился в нашу сторону. Его сходство с братом было заметно, только он выглядел старше. Если Эльсанир смотрелся моим ровесником, то Айзену я бы дала двадцать три. Или чуть больше.

Его черные волосы были небрежно взъерошены, но в этой небрежности чувствовалась рука мастера. А еще они были чуть длиннее, чем у младшего брата.

Форма у принцев тоже была одинаковой. Старшего отличала лишь ленточка старшекурсника. Но именно этот факт заставил меня призадуматься.

Павлин… то есть Эльсанир, судя по всему, поступил сегодня вместе со мной на первый курс. Так почему же он и его свита щеголяют в форме боевого факультета, а нам с Арикой и остальным первокурсникам только плащи выдали?

Он ведь и за зачеткой уже в форме шел!

От мыслей отвлек старший принц.

Когда Айзен оказался рядом со мной, я почувствовала запах бадьяна и цитруса. Он стелился за ним, словно шлейф.

Не удержавшись, втянула носом. Арика тут же дернула меня за рукав.

– Эй, – возмутилась я. – Ну приятно ведь пахнет!

Аристократик, сидящий напротив меня, закатил глаза:

– Вот бестолочь!

А старший принц даже бровью не повел. Будто привык, что его все обнюхивают и восторгаются. Прошел мимо, обдав меня ароматом парфюма, встал рядом с братом и лишь тогда соизволил глянуть на тех, кто сидит за столом.

В его глазах застыл лед.

– Они нам не ровня, – процедил, не скрывая презрения. – Они наши подданные – и не больше.

– Ровня – не ровня, какая разница? – Эльсанир резко встал. – В Академии все равны. К тому же они не наши подданные, братец, а нашего отца. И мы, кстати, тоже!

Последние слова он произнес, глядя брату в лицо.

Парни, сидящие рядом с младшим принцем, тоже поднялись.

Только Айзен был уже не один. За его спиной неспешно выстраивались старшекурсники. Целая свита.

Мне стало не по себе.

– Надеюсь, они не собираются драться? – прошептала я в ухо Арике.

У той широко раскрылись глаза.

– Ты думаешь… – начала она испуганным голосом.

– Ну да, – перебил ее Айзен. Он сложил руки на груди и смерил компанию брата насмешливым взглядом, а затем кивнул в нашу сторону. – Вместо того, чтобы учить достойных, преподаватели будут тратить время и силы на этот сброд.

За столом кто-то громко икнул. У кого-то с вилки упала еда. Кто-то закашлялся.

Все эти парни и девушки были тем самым сбродом. Им, похоже, с рождения об этом напоминали. Сейчас они смотрели на принцев с благоговением и страхом. Как на богов.

А я себя сбродом никогда не считала, так что с аппетитом продолжила есть. Но с Павлина и его братца глаз не сводила на тот случай, если они все же затеют драку. Ведь тогда придется быстро бежать, чтобы и нас не задело.

– А как же мы? – возразил Эльсанир. – На нас тоже не надо тратить время и силы?

Ростом он лишь немного уступал старшему, но так напряженно смотрел в его глаза, что я даже залюбовалась.

– Мы здесь по праву крови, – по губам Айзена скользнула усмешка. – Напомню, если ты забыл: эту Академию создали драконы. Чтобы обучать своих детей, то есть нас.

У меня кусок в горле застрял.

Я с усилием проглотила его и вытаращилась на парней.

Они драконы? Он серьезно это сказал? Да нет, ерунда. Ничего в их облике драконьего нет. Парни как парни. Ну, может, слишком красивые…

Наверное, у них на родовом гербе дракон или что-то в этом роде.

Я переводила взгляд с одного принца на другого. В какой-то момент мне почудилось, будто их фигуры объяты призрачным пламенем. Пламя полыхало у каждого за спиной, словно крылья гигантской птицы.

Но стоило мне моргнуть – и странное видение исчезло.

А вот ссора разгоралась прямо на глазах.

– Все одаренные имеют право на обучение! – горячился младший принц.

Старший был издевательски хладнокровен:

– Да я не против. Только пусть свалят в Академию для людей. Им тут не место.

– Это не наше решение, брат. Так решил отец, мы не можем с ним спорить.

Как жаль, что на столе нет попкорна. Я бы с удовольствием закинула его в рот, пока наблюдаю за этими двумя. Старший ведь не просто против незнатных людей в Академии. Он против всех людей!

Хватило одного взгляда на потухшие лица моих однокурсников, чтобы это понять. Даже девица, обещавшая настучать королю, и то погрустнела. Вид у нее был очень кислый.

Похоже, в этом мире есть кое-кто выше аристократов.

Драконы? Хм… А что, это мысль. Может, так называет себя какой-то элитный орден…

И вообще, какая мне разница? Во рту опять пересохло, а ближайший графин с водой стоял за три человека от меня.

– Эй! – я легонько толкнула Арику. – Можешь передать воду?

Но та даже не заметила моего толчка. Она продолжала с открытым ртом смотреть на принцев.

Ладно. Если встать и потянуться… может, достану.

– Ты не можешь, – Айзен окинул брата оценивающим взглядом. – Потому что ты трус.

Сквозь зубы Эльсанира прорвалось рычание.

А я потянулась за графином с водой. По дороге задела чей-то стакан. Хорошо, что он был почти пустой. Но остатки красного напитка все же выплеснулись на платье блондинки, которая сидела прямо за Арикой.

Блонди с ненавистью глянула на меня. Я приторно улыбнулась:

– Ой, извините! Я нечаянно.

Это была та самая девушка, которая толкнула меня в грязь и смеялась над моим платьем. Точнее, одна из той компании.

Не замечая воцарившейся тишины, я села на место и наполнила свой стакан. Уже хотела отпить, когда Арика вдруг пихнула меня. Я возмущенно подняла голову и наткнулась на взгляды обоих принцев. Изучающе-насмешливый – Айзена и возмущенно-раздраженный – Эльсанира.

– Что? – пригубила воду и протянула стакан. – И вы хотите попить?

В глазах Айзена сверкнули колючие искры.

– Вот видишь, – сказал он, не сводя с меня взгляда, но обращаясь явно не ко мне. – Она даже не понимает, кому и что предложила. Ты собираешься учиться с этим сбродом, брат?

Эльсанир нахмурился. Его взгляд тоже скользил по моему лицу. Видимо, оценивал умственные способности, на отсутствие которых тонко намекнул старший принц.

– Что я должен увидеть? – резко ответил он. – Может, она из какой-то дальней деревни, где не знают наши обычаи?

– Так, может, научишь ее? – усмешка Айзена стала двусмысленной. – Хотя нет, тут можно найти объект поприятнее.

Его взгляд скользнул вдоль стола. Девушки-аристократки тут же приосанились, каждая выпрямила спину и выкатила грудь. Кое-кто даже незаметно повел плечами, чтобы пониже спустить и без того глубокое декольте.

И они еще насмехались над моим коротким платьем? Да у меня, по крайней мере, хоть грудь прикрыта!

– М-да, выбор так себе, – Айзен закончил осмотр и скривился. – Небогатый.

– Сюда не за красоту берут! – напомнил Эльсанир. – А за другие достоинства!

– Да-да, – махнул рукой его брат, словно отгоняя назойливую муху. – Половину из них еще на первом курсе отсеют.

– Не отсеют! Тут все сильные маги.

– Ага, особенно та, с большими… – он выразительно показал на себе выдающиеся округлости.

Глава 6

Весь стол синхронно перевел взгляды на девушку, которую Айзен имел в виду. Та сидела пунцовая от воротника до корней волос и нервно теребила край рукава. Она была самая пухленькая из всех поступивших. И грудь у нее в самом деле была выдающейся.

– Эй, – Айзен повысил голос, привлекая ее внимание, – прекрасная пастушка, или как там тебя. Хочешь горячей драконьей любви?

Он явно издевался над ней. Точнее, над своим братом. Ждал, что тот сделает дальше. Заступится за девушку, раз так защищает людей, или нет.

– “Тогда приходи, как стемнеет, на сеновал”, – некстати всплыла в моей памяти фраза из старого фильма.

Тетя Таня очень любила актера, который снимался там в главной роли. Мы так часто смотрели фильмы с ним, что я половину реплик запомнила.

– Зачем на сеновал? – теперь Айзен снова смотрел на меня.

Причем с недоумением.

Ой, кажется, я это вслух сказала…

– Да так, – пришлось изворачиваться, – за большой и чистой любовью.

Старший принц смерил меня изучающим взглядом.

– Видел, брат, кого ты защищаешь? – произнес с неприятной усмешкой. – Думаешь, эти девицы сюда учиться пришли? Да они же все спят и видят, как прыгнуть ко мне в постель.

– Ничего себе самомнение! – резко вырвалось у меня.

Арика тут же шикнула. Но я уже встала.

После тяжелого дня, полного сумасшедших событий и переживаний, уже не осталось терпения. Меня мучили злость, раздражение и досада. Очень хотелось сейчас закричать. Проораться на каком-нибудь пустыре, где никто не увидит, выпустить пар. А пришлось из последних сил держать все в себе.

Лучше уйду отсюда. Пока еще чего-нибудь не ляпнула со злости.

Я направилась к выходу.

– Эй, стой! Стой, я сказал! – меня схватили за плечо.

Это был брюнет из свиты Эльсанира.

– Как ты посмела поворачиваться к принцам спиной? – он резко развернул меня.

– Кажется, ректор сказал, что мы здесь все равны, – прошипела я, сбрасывая его руку.

– Не равняй себя с нами!

– А то что будет?

Я вздернула подбородок.

Дурная привычка, дурной характер, который не раз доставлял мне проблемы.

Тетя Таня говорила, что этим я пошла в мать. Чем больше на меня давят, тем больше стараюсь все делать наоборот.

Вот и сейчас во мне взыграло желание поставить этих парней на место. Да кто они такие? Подумаешь, принцы. Две руки, две ноги, одна голова – ничем, кроме раздутого самомнения, не отличаются от других парней за столом. Например, от того же Зигурта, который сидит почему-то зеленый.

Наверное, съел что-то несвежее.

– Ничего? – обвела всю компанию вызывающим взглядом. – Тогда я пошла.

Брюнет попытался снова схватить меня. Но его остановил Эльсанир.

А старший принц нехорошо улыбнулся.

– Дерзишь? – спросил Айзен.

Его глаза вспыхнули пламенем. Опасным таким, угрожающим.

Мне вдруг стало жарко. Словно воздух в зале за одно мгновение раскалился.

Я попятилась, но тут же уперлась спиной в чью-то грудь. Позади стоял парень из свиты Айзена. Как он там оказался – я не заметила. Но сразу поняла, что просто так меня не отпустят.

Не то чтобы я испугалась, все же мы не в лесу, а в помещении, где куча народу. Вряд ли принцы посмеют мне навредить при стольких свидетелях. Но дискомфорт внутри все же зародился. Странное, давящее чувство, которого я прежде никогда не испытывала.

Ноги вдруг стали ватными. Появилось желание склонить голову или вообще упасть на колени. Под пристальным взглядом Айзена это казалось единственно правильным.

Сопротивляясь наваждению, я инстинктивно сжала кулаки. Ногти вонзились в ладони.

"Что за ерунда! – вспыхнула сердитая мысль. – С каких это пор стоять на коленях – правильно?"

Я коротко выдохнула и потрясла головой.

– Хм… интересно, – произнес Айзен.

Он с задумчивым видом шагнул в мою сторону.

Я дернулась, собираясь сбежать. Но стоящий сзади парень не дал даже двинуться с места. Его пальцы железной хваткой вцепились мне в плечи.

Айзен неторопливо приблизился. Взял за подбородок и окинул лицо цепким взглядом.

Он так смотрел, что мне стало страшно. Словно биолог, обнаруживший неизвестный науке вид. Его взгляд буквально кричал, как сильно он хочет меня… препарировать!

– Так, значит, ты считаешь себя равной мне, наследному принцу? – по губам Айзена скользнула усмешка.

В горле образовался комок. Пришлось сделать усилие, чтобы не отвести взгляд и ответить:

– Какая разница, что именно я считаю? Есть правила Академии, ректор их ясно озвучил. Все студенты равны, независимо от пола, возраста, расы и титула.

Я боялась, что если повышу голос, то сорвусь на позорный писк. Но в тишине, окутавшей зал, даже шепот казался пушечным выстрелом.

Усмешка Айзена стала шире. Обнажились клыки. Самые настоящие! Как у льва или тигра.

Он с удовлетворением отметил, как изумленно распахнулись мои глаза, и произнес:

– А ты ничего так, с огоньком. Я получу удовольствие, дрессируя тебя.

– А я не собака!

Дернулась снова, желая избавиться от пугающего внимания принца. И снова была остановлена. На этот раз подельник Айзена перехватил мои руки за запястья и завел их мне за спину.

В глазах принца сверкнул азарт хищника, учуявшего дичь. Сытого хищника.

– Конечно, – он легко согласился. – Ты куда забавнее.

Это был явно не комплимент.

Меня захлестнула обида.

– Хотя, – протянул он, распахивая мой плащ, – фигурка у тебя ничего. Откуда ты там, из какой-то общины? У вас все так одеваются?

Его оценивающий взгляд прошелся по моим ногам.

Я сразу почувствовала себя голой. Захотелось натянуть подол ниже колен, прикрыться. Но парень сзади крепко держал мои руки, а дергаться, как червяк на крючке, я не собиралась.

– А ты хочешь в гости наведаться? – огрызнулась в ответ.

Это была реакция на страх, растущий внутри. Потому что я уже начала сомневаться, что принц не посмеет меня обидеть. Уж слишком красноречиво молчали и отводили взгляды другие студенты. Все, даже старшекурсники за соседними столами.

О поступивших со мной не стоило и говорить. Парни старательно делали вид, будто ослепли и оглохли. А девушки смотрели по-разному. Кто-то с сочувствием, а кто-то с откровенной злобой и завистью. Причем ко вторым относились аристократки. Пока я еще могла их отличить по богатой одежде.

– Приглашаешь? – двусмысленно мурлыкнул Айзен и надавил подушечкой пальца на мои губы, заставляя их раскрыться.

Я молча сжала зубы.

– Люблю дерзких, – продолжил он со странной улыбкой.

Его палец погладил губы, прошелся по подбородку и скользнул ниже, по шее, до кромки лифа.

Я задышала чаще, вжалась спиной в стоящего сзади парня, чтобы хоть как-то избежать прикосновений принца.

А мой мучитель нагнулся ко мне.

Его дыхание обожгло кожу. Низ живота наполнился странным жаром. От одуряющего запаха бадьяна и цитруса перед глазами все поплыло.

Я сама поплыла, завороженная золотистыми искрами в глазах Айзена.

И вдруг раздался его холодный, насмешливый голос:

– Но я не сплю со всяким отребьем.

***

Меня словно под дых ударили.

Вот гад! Да он вовсе не собирался меня соблазнять, как я на секунду подумала. Все это время он подбирал момент, чтобы побольнее меня оскорбить! Унизить у всех на глазах.

– Ну и прекрасно, – пробормотала через силу. – Ты тоже не в моем вкусе.

Инстинкт самосохранения кричал, что надо молчать. Здравый смысл бился в истерике. Но я все же закончила мысль:

– У меня аллергия на самовлюбленных нарциссов.

Лицо Айзена не изменилось. Он по-прежнему улыбался. Только глаза вдруг потемнели, а взгляд стал таким ледяным, что моя кожа покрылась мурашками.

Кажется, принц разозлился…

Нервы в желудке испуганно сжались.

Внезапно на помощь пришел Эльсанир.

– Брат, – он подошел к нам и положил руку на плечо Айзена, – она просто глупая девчонка…

– Отвали, – тот сбросил руку со своего плеча.

Холод, который я ощутила, усилился. Меня словно швырнули в сугроб.

– Послушай, тебе нужно успокоиться, пока сигналки не учуяли всплеск магии, – упрямо продолжил Эльсанир. – Ты же знаешь, чем это грозит.

– Плевать. Эта оборванка встала на моем пути. Ну что ж, первокурсница, тебе не стоило поступать так опрометчиво, – Айзен прищурился, пронзая меня убийственным взглядом. – Теперь твоя жизнь превратится в кошмар…

Он собирался сказать что-то еще, наверняка оскорбительное и злое, но замолк и резко обернулся к выходу. Я тоже машинально туда посмотрела.

Секунда – и дверь в столовую распахнулась. На пороге возникли люди из комиссии во главе с ректором.

Айзен будто знал, что они сейчас войдут. Или почувствовал.

Ректор обвел столовую пристальным взглядом. Шепотки тут же смолкли. В наступившей тишине стало слышно, как грохочет мой пульс в висках.

Взгляд ректора уперся в меня.

Я сглотнула.

Этот звук был таким громким, что Айзен брезгливо поморщился и тут же сделал шаг от меня. Его дружки тоже поспешили отойти.

– Что здесь происходит? – осведомился ректор.

Его голос звучал спокойно, но я ощутила волну напряжения, которая вмиг охватила весь зал. Даже Айзен напрягся. А вот Эльсанир и бровью не повел, будто его приход ректора вообще не касается.

Младший принц выразительно глянул на брата, затем обернулся к прибывшим.

А ректор все это время смотрел на меня. Причем так, будто и вопрос он задал лично мне.

– Студентка Синичкина? – ректор прищурился.

Я поспешно кивнула.

– Хотите что-то сказать?

Я быстро замотала головой.

Была мыслишка сдать венценосного козла с потрохами, но я запихала ее поглубже. Ябед нигде не любят. А с принцем сама разберусь. В конце концов, в младших классах мне не раз приходилось драться с мальчишками. Конечно, вряд ли Айзен опустится до драки с девушкой, все же нам не по десять лет, но кто знает…

– Студент Ленорманн? – взгляд ректора перешел на Айзена. – Может, вы расскажете, что здесь происходит?

Было заметно, что старший принц еще сильнее напрягся. Его спина стала прямой, словно палка, а на скулах обозначились желваки.

– Ничего особенного, господин ректор, – процедил он без особого почтения. – Просто общаемся с первокурсниками. Объясняем, что здесь и как.

– А магию концентрировали для наглядной демонстрации?

Ох, значит, Айзен и правда собирался использовать на мне свою магию? А я-то была о нем лучшего мнения!

Видимо, в моем взгляде, брошенном на старшего принца, что-то отразилось, потому что он тоже посмотрел на меня. Глаза у него были необычные, я это сразу заметила. Серо-стальные, отливающие серебром. До прихода ректора Айзен смотрел на меня с легким пренебрежением, а сейчас в его взгляде читалось предупреждение. Или угроза.

– Кажется, вы уже получили один выговор за применение магии в стенах Академии? – продолжил ректор. – Сегодня выписываю второй. Еще один – и ваши силы будут заблокированы до выпускного экзамена.

С этими словами он щелкнул пальцами. С них сорвался едва заметный дымок, сформировался в шарик, метнулся к Айзену и впечатался ему прямо в грудь. Причем с такой силой, что принц покачнулся.

Восстановив равновесие, Айзен прошипел что-то неразборчивое сквозь зубы и потер место удара.

Ректор удовлетворенно кивнул.

– Итак, – продолжил, вновь скользя по лицам студентов внимательным взглядом, – кто еще хочет получить выговор с занесением в личное дело?

Разумеется, все молчали. Старшекурсники, видимо, уже не впервые наблюдающие подобное, начали отводить взгляды. А вот мой курс, и я в том числе, смотрели с открытым ртом.

– Какой кошмар! – пропищал потрясенный женский голос за моей спиной. – Ректор Саррах, вы ударили магией наследника трона! Будущего короля!

– Студентка Дормер, – губы ректора растянулись в полуулыбке, – рад, что вы так беспокоитесь за будущего монарха. Но в стенах

этого заведения никаких наследников трона нет. Есть только студенты, чья обязанность чтить устав Академии, соблюдать субординацию и прилежно учиться. Это понятно?

Я оглянулась, чтобы увидеть побледневшую блонди. Ту самую, которую я нечаянно облила. Или чаянно. Это к ней обращался ректор.

– Не слышу, студентка Дормер!

От резкого окрика блондинка подпрыгнула. Да и все остальные тоже. Даже посуда на столах зазвенела.

– Да-да, господин ректор, – поспешно затараторила девушка.

– Отлично. Я рад, что мы понимаем друг друга. Значит, будем считать инцидент исчерпанным. Или кто-то еще хочет высказать свое ценное мнение? Может, вы, студент Ленорманн?

Глава 7

Голос ректора был обманчиво мягким, но сквозь эту мягкость сочился сарказм. Айзен моментально вытянулся в струнку, хотя, казалось, он и так стоял ровный, как палка. И отчеканил, точно солдат на плацу:

– Никак нет, господин ректор!

– Тогда повторите устав Академии. Зачем вы здесь? Для чего вам дана магия?

– Мы здесь для обучения и роста, – не задумываясь ни на секунду, ответил принц. – Магия дана нам свыше, чтобы служить королю и его подданным. Чтить свою страну, защищать, оберегать, поддерживать и не причинять вреда.

– Вот именно. Но вы, похоже, забываете об этом, – перебил его ректор. – А я напомню: когда-то только драконы владели магией и правили миром, но теперь времена изменились. Драконов уже не так много, а магия стала просыпаться в обычных людях. Это заставило короля Ортреда и Совет пересмотреть устав Академии. Теперь ее Врата открыты для всех желающих, независимо от титула и наличия денег. Единственный критерий отбора – уровень вашей магии. Врата пропускают только тех, кто способен стать высшим магом.

Говоря, ректор заглядывал в лица первокурсникам. И мне тоже не удалось избежать его внимания, тем более что я так и стояла там, где столкнулась с принцем.

– В Академии собрались разные слои общества, – продолжил ректор, – но вы здесь, чтобы обучаться и становиться сильнее. Статус не важен, когда дело касается магии. Запомните это.

Замолчав, он кивнул своим спутникам и направился к пустующим столам на возвышении. В отличие от нашего, те столы были накрыты белыми скатертями, и разместиться за ними могло всего четыре человека.

Напряжение спало. Зал как по команде облегченно вздохнул. Снова зазвенели приборы, студенты вернулись к еде.

Я тоже направилась к своему месту. Прежнее желание уйти испарилось, наоборот, после нервного диалога с Айзеном и появления ректора мне вдруг захотелось есть с новой силой.

Но стоило развернуться к столу, как в затылок уперся чей-то враждебный взгляд.

Я оглянулась.

Айзен не двинулся с места. Он продолжал в упор смотреть на меня. И по его лицу было ясно, что он просто так это все не оставит.

***

– Ты сошла с ума! – набросилась Арика, едва мы оказались наедине за дверями нашей общей комнаты.

После столовой нас разделили по общежитиям и выдали ордера на заселение. Причем ордера выдавали в случайном порядке, из-за чего начался вой. Никто из аристократов не хотел жить с простолюдином. А одна графиня вообще закатила истерику, когда ее соседкой оказалась та грудастая девушка. Стала вопить, что от бедняги воняет навозом, ведь ее отец конюх.

Фаселия, так звали пышку, тут же расплакалась и убежала. Из разговоров стало ясно, что она приехала из деревни и вообще не собиралась учиться. Просто так же, как я, зазевалась, засмотревшись на сверкающие шпили башен. И толпа первокурсников внесла ее сквозь Врата.

Впрочем, простолюдины, которых оказалось в два раза больше, тоже не горели желанием делить жилплощадь с аристократами. Но ректор был непреклонен:

– Если не сможете ужиться с соседом, то как будете учиться с ним в паре? Отрабатывать навыки, делать задания? Вы должны научиться командной работе!

Все сразу приуныли. А я с трудом сдержала облегченный выдох, когда глянула на свой ордер. Так назывался браслет-лента из гибкого материала, похожего на пластик. Стоило надеть его на руку, и он тут же сомкнулся в кольцо.

Мой браслет был синего цвета, как у Арики. А еще на нем стояла такая же цифра, как у нее. А это значило, что теперь мы соседки.

Благо, что комнаты рассчитаны на двух человек.

– Ты хоть понимаешь, что натворила? – продолжила Арика, хватаясь за голову. – Спорила с принцем, будто ты ему ровня!

– Э-э-э? – я удивленно заморгала. – А это разве не так? Ректор же сам сказал, что в Академии все равны.

– Забудь ты про этого ректора! Ему легко говорить! Он дракон из древнего рода, едва ли не древнее королевского! – Арика заломила руки. – Да, тут мы под защитой учителей, но что будет, когда выйдем отсюда? Наследник тебя со свету сживет!

– Ой, да забудь ты уже про него, – отмахнулась я и зевнула.

Все же день выдался сложный. За высоким окном постепенно темнело, и у меня стали слипаться глаза.

– Я-то забуду! – горячилась подруга. – Но забудет ли он?

– Он уже про меня забыл. Поверь.

– Забыл?! Он дракон! А драконы помнят даже то, что произошло тысячи лет назад!

Кажется, у Арики начиналась истерика. Только этого не хватало.

– Успокойся, ничего страшного не случилось. Вот увидишь, завтра он меня даже не узнает.

Я улеглась на постель и вытянула ноги. Матрас был упругим и мягким, даже лучше, чем дома. Сонная дрема начала понемногу овладевать телом, а в голове бродили вялые мысли: надо еще форму получить и расписание занятий. Только где? Как-то я этот момент пропустила. Может, Арика знает?

– Вот как ты можешь так спокойно лежать? – она продолжала метаться по комнате.

– Мне вскочить и побегать вместе с тобой? – снова зевнула я. – Ну в самом деле, хватит уже.

– Нет, так нельзя, – она вдруг остановилась перед окном и замерла, глядя в пространство. – Про старшего принца ходят страшные слухи! Говорят, он очень злопамятный! Из-за тебя и у меня будут проблемы!

А вот это уже что-то новенькое.

Я раздраженно села на кровати.

– В каком смысле?

– В таком! Принц узнает, что мы с тобой дружим, и начнет мне вредить!

– То есть он такой мелочный? – если б я умела, то присвистнула бы. – А в сказках принцы совсем другие… благородные…

Что-то этот Айзен уже не казался мне прежним красавчиком.

– Так они благородные! С дамами своего круга. С драконицами!

– А, ну да, мы же для них как пыль под ногами…

Вспомнилось кое-что из недавнего прошлого.

Я поступила в колледж на бюджет. Специально пошла туда, куда брали бесплатно, потому что не хотела, чтобы тетя Таня тратилась на мое обучение. А когда одногруппники хвастались дорогими гаджетами, брендовыми шмотками или каникулами в Париже, просто отходила подальше. Потому что чувствовала себя неловко. Мне нечем было похвастаться, кроме сданных зачетов.

С нами учился сын местного бизнесмена. На первом курсе он постоянно меня задирал. Потом вроде успокоился, но сегодня на выпускном балу начал странно поглядывать. Может, потому что впервые за последний год увидел меня в платье?

Когда нам раздали дипломы, он подошел и предложил переспать. Без всякой прелюдии. Мол, давай, не ломайся, отметим выпуск “по-взрослому”.

От такого предложения я на миг потеряла дар речи. Ведь он мне нравился. А потом оттолкнула его и сбежала. Глупо, конечно. Но ничего другого в тот момент не придумала…

Какой кошмар, это было сегодня! Буквально несколько часов назад.

До сих пор в ушах стоит его голос и мерзкая лопоухая рожа перед глазами…

И тогда я еще не думала, что окажусь в другом мире. Ну как вообще можно было такое подумать?

На глаза навернулись слезы.

Представила испуганное лицо тети Тани, и сразу захотелось домой. На душе стало грустно.

Я легла обратно в кровать и свернулась клубочком. Закрыла глаза.

Плевать на всех принцев. Пусть делают что хотят, я слишком устала. Может, сейчас усну, а проснусь уже дома, в своей кровати, и забуду этот сумасшедший мир и эту Академию как страшный сон…

Проваливаясь в дрему, я почувствовала нарастающее тепло. Это в моей сжатой руке отозвался медальон.

“Надо бы найти для него цепочку, – мелькнула сонная мысль. – И носить на груди…”

А потом я уснула. Но ощущение тепла никуда не исчезло. Оно окутало меня сияющим янтарным коконом, вокруг которого была чернота…

***

Проснувшись, я несколько мгновений нежилась в мягкой постельке. Потянулась, во весь рот зевнула и открыла глаза.

В тот же миг меня буквально снесло с кровати. Подпрыгнув, я вскочила на ноги и расширенными от ужаса глазами обвела вокруг себя.

Мамочки…

Где я?

– Чего кричишь? – на соседней кровати кто-то заворочался. Из-под одеяла на меня уставились сонные глаза. – Что-то приснилось?

– Нет, – я сглотнула, в полной прострации опускаясь на край своей кровати. – То есть да…

На глаза навернулись слезы.

Мой кошмарный сон продолжался. Я все еще находилась в Академии. В той комнате, в которую вчера заселилась вместе с Арикой.

Такого отчаянного чувства разочарования я еще никогда не испытывала. Внутри все сжалось, в горле образовался комок, а легкие словно сдавило тисками.

Что ж, видимо, придется привыкать и приспосабливаться. По крайней мере, пока не найду способ вернуться домой.

Хорошо, что ночью мне удалось отдохнуть. Сейчас я чувствовала себя выспавшейся и достаточно бодрой. Поэтому решила изучить комнату. Вчера вечером еле доползла до подушки.

Помимо двух односпальных кроватей с коваными изголовьями, здесь были две прикроватные тумбочки, два платяных шкафа, двойной письменный стол, стеллаж, большое зеркало на стене и чулан. Конечно, я сразу облазила все углы. Даже под кровати заглянула. А потом открыла чулан.

Странно, он был пустой. Только на полу светился красный круг около метра в диаметре.

– Интересно, а это что? – пробормотала, почесывая кончик носа.

Сунулась внутрь, но меня остановил резкий окрик:

– Стой! Туда нельзя! Ну, то есть можно, но не тебе.

Арика тоже вскочила и теперь с волнением смотрела на меня.

– Ты о чем? Что это такое? – я указала на круг.

– Бытовой очиститель! Очень дорогая штука. Это чтобы мы могли сами свои вещи чистить и чинить.

– Хм… а как он работает?

Ничего себе прогресс! Значит, в общежитии в каждой комнате есть своя магическая стиральная машинка? Очень удобно!

– Просто. Надо положить грязную одежду на круг и закрыть дверь. Через сутки забрать чистое.

– А эти сутки голым ходить?

Вопрос я задала с серьезным видом. Но Арика рассмеялась:

– Нет, конечно. Ты что, нам должны выдать два комплекта формы. Ой, кстати, перед завтраком ведь надо пойти получить! А который час?

Мы обе синхронно обернулись к часам, которые висели над рабочим столом. Возможно, здесь это устройство называлось как-то по-другому, но для меня это были часы: большой круглый циферблат, единственная стрелка и двенадцать цифр… ой, нет, секторов, в каждом из которых было что-то написано.