Иман Кальби
Стамбул-Москва. Я тебя не отпускал

1. Я тебя не отпускал

Захожу в конференц-зал нашей туристической компании и реально спотыкаюсь на ровном месте.

Несколько раз моргаю.

Еще несколько раз – щипаю себя за руку.

Нет. Без ошибки. Это Он.

Серкан.

Мой Серкан.

Мой горячий турецкий любовник. Он же – мой гид и водитель яхты, приставленный меня развлекать во время небольшого отдыха в Турции, который спонтанно случился месяц назад.

И сейчас этот турецкий бог сидит в кресле главы нашей туристической компании в идеальном сером деловом костюме с иголочки. Словно бы он вообще только такие костюмы всю жизнь и носил…

Он поднимает на меня свои горячие синие глаза. Гвоздит к полу.

Порочные губы только для меня расползаются в жесткую усмешку.

Это так остро, осязаемо и авторитарно, что у меня ноги отнимаются.

Сажусь в первое попавшееся кресло и пытаюсь справиться с диким сердцебиением. Щеки неистово горят.

Не может быть… Как я могла так опростоволоситься…

Ведь все, что произошло в Стамбуле, должно было остаться в Стамбуле…

Когда в зал заходит Вера Петровна, наша начальница- владелица туристической компании, и садится по правую руку от него, меня начинает бить мелкая дрожь…

Может это все-таки сон? Ужасный и опасный…

Как?! Как простой турок- экскурсовод, с которым я весело провела вик-енд, оказался властным пластилином, перед которым заискивает сама «железная Вера», как мы за спиной прозвали начальницу…

–Господа, вы, наверное, удивлены сегодняшней незапланированной сходкой… Но у нас внезапные и очень важные перемены в компании… Признаться честно, планы о них вынашивались давно, но сама сделка состоялась только вчера.

– Да какая же сделка, скажите, наконец?– спрашивает в нетерпении один из наших топ-менеджеров. Ему тоже волнительно… Еще бы. Не каждый день ты находишь в кресле руководителя компании иностранца с внешностью стриптизера…

– Меня зовут Серкан Отар,– произносит мой аниматор на прекрасном русском, от чего меня обдает холодным потом, а потом добивает окончательно,– я владелец группы компаний «Мамлюк Лакшери Сервисес». Ваша туристическая компания теперь входит в мой холдинг.

В моих ушах сейчас словно бы что-то взрывается. Я морщусь и не верю ни одному слову.

Может сегодня первое апреля? Нет, за окном только начало зимы…

Шуток не предвидится… Да и кто я такая, чтобы меня вот так разыгрывать…

«Мой- не мой» турок между тем продолжает говорить и прожигать лишь меня глазами.

В этом взгляде такой триумф, сатисфакция…

И… О, ужас! Жажда мести!

Да почему?!

Мы ничего друг другу не обещали…

Просто затмение, просто яркая вспышка страсти…

И вообще, не спешите меня судить за вольность нравов. Вообще-то я это заслужила…

Я настолько правильный образ жизни всегда вела, что даже обидно, что именно я так попала…

Наивная простота. Так обычно и бывает. Со всяких ушлых бабенок как с гуся вода, а таким, как я- отдуваться…

Стоило только один раз ошибиться…

Настолько поглощена в свои мысли, что даже не замечаю, как в зале все шокированно перешептываются. Им, конечно, всем волнительно. Ха. Знали бы они, что я чувствую… Персоналу только предстоит понравиться новому руководству, а я это самое руководство видела в таких позах… И он такое со мной делало… Капец. Просто капец… Это конец света…

Турок авторитарно поднимает руку, призывая к молчанию.

– Господа, прошу всех успокоиться. Я не собираюсь ломать систему работы компании. Меня устраивает и доходность, и клиентура. Так что переживать не о чем. Зарплаты останутся на прежнем уровне. Постараемся их индексировать и даже расширить социальный пакет.

Все облегченно выдыхают.

– Единственное кадровое решение, которое я бы хотел принять прямо сейчас,– вдруг ломает облегченные перешептывания он, а потом смотрит на меня,– Ольга Быстрикова, да? Правильно произнес?

Я киваю, нервно сглатывая и невольно опуская глаза в пол.

Что он сейчас скажет?

Что-то из серии: «Коллеги, а вы знаете, что мы с ней трахались?»…

Но нет.

Совершенно бесстрастным лицом он выдает…

– Вы уволены с должности директора по маркетингу, Ольга Быстрикова…

Теперь уже никто не шепчет. Просто гробовое молчание вокруг.

В моих ушах нарастает звон.

Даже железная Вера в шоке.

Лицо горит.

Как он мог так подло? После всех лет, которые я потратила на эту компанию? За что?! Словно я клофелином его напоила и обокрала… Да и разве было что воровать?! Вообще-то Серкан предстал передо мной скромным стамбульским парнем, селф-мейд и хард воркинг, что называется… Хард воркинг в нашем случае, надо сказать, звучало двусмысленно, потому что он так… таааак старался…

Перевожу отчаянный взгляд на Веру, но она тут же отводит глаза.

Предательница. А я столько лет вкалывала на нее без повышения зарплаты, пока она развлекалась со своими многочисленными ухажерами…

Да, Оля. Разгребай результаты своего блуда сама…

Собрание заканчивается через пару минут. Я встречаю сочувственно-шокированные взгляды и ухожу от них тем, что имитирую копошение в сумке. Давая себе возможность немного отдышаться, потому что в разговоры с коллегами сейчас точно вступать не хочется… Сейчас они все выйдут- и я унесусь прочь. Надо прямиком в кадры, хоть узнать, сколько у меня неотгулянного отпуска… Конечно, потерять работу именно сейчас, в моем положении- это просто полное попадалово…

Совершенно пока не понимаю, что делать дальше…

Искать новое место в преддверии зимы, еще и с моей должностью- почти нереально… Туркомпании только-только закрыли самый жирный летний сезон, от всех нерадивых сотрудников уже избавились, другие- крепко сидят на премиях и никуда не подвинутся… По крайней мере, о нынешнем уровне дохода точно придется забыть…

Разворачиваюсь на каблуках и иду в сторону выхода.

–Ольга, я Вас не отпускал,– слышу жесткое в спину и застываю, как истукан.

2. Тот, кто берёт.

Воздух в легкие. Руки в кулак.

–Вы вообще-то только что меня уволили. Я свободна и потому не обязана подчиняться…– так непривычно говорить с ним на русском… Вот же плут, а? Заставил претворяться…

– Нет,– осекает меня Серкан, решительной походкой подходя ко мне,– Вы неправильно меня поняли. Вы и правда уволены с должности Директора по маркетингу. Но я не говорил, что я отпускаю Вас из фирмы. Вы переводитесь на должность моей личной помощницы.

От поднимающегося в груди раздражения я даже дышать не могу.

Как он смел? На что намекает?!

Представляю, как будут злорадствовать коллеги! Какое понижение! Какое унижение!

Стискиваю зубы. Пытаюсь звучать хоть немного адекватно. Говорят, тогда противники чувствуют твою силу и сами ретируются…

– Я не секретарша, моя компетенция намного шире.

Еще один решительный шаг ко мне.

Теперь Серкан совсем близко.

–О, да… Твоя компетенция намного шире, Ольга, усмехается он и втягивает ноздрями воздух возле меня. Это действие просто шокирует!

– Вы что себе позволяете?!– мой голос даже сипнет от нарастающего гнева. И какого хрена его русский такой идеальный?! Только слегка заметный акцент выдает в нем иностранца… – Немедленно отойдите от меня, Вы нарушаете мою зону комфорта! Я сейчас же напишу заявление об увольнении и даже не рассчитывайте, что я уйду без финансового парашюта. У меня отпусков на полгода накопилось! И вообще, когда в компанию будет звонить мой следующий работодатель и спрашивать отзывы, то я рассчитываю, что…

Он не дает мне договорить, нагло кладет свой большой палец мне на губы и жестко усмехается.

– Этот рот сейчас растрачивает энергию не на то, что нужно, Татлим (турецк.– моя сладость). Все намного проще… Не будет никаких парашютов и новых работодателей. Потому что ты не сможешь никуда уйти…

–Еще как смогу!– вскидываю подбородок- и снова натыкаюсь на его жесткую усмешку.

–Наивная-наивная, Татлим… Я не только выкупил эту туристическую компанию… Так сказать, сделал и другие инвестиции в России, раз уж мне придется здесь теперь так много появляться… Вчера я оформил сделку по квартире с твоим бывшем мужем.

–В смысле?

– Он продал мне свою долю в твоей квартире. Как я понимаю, у тебя денег ее выкупить нет…

–Да, но…

– Заключим договоренность. Ты полгода работаешь на меня в качестве личной помощницы- и я дарю тебе эту долю. Откажешься- завтра же я устрою в своей части общежитие для турецких гастарбайтеров, которые с удовольствием разделят жилплощадь с такой аппетитной, сладкой блондинкой…

–Ты… Ты… Да ты…– от шока и возмущения мне даже слов не хватает!

Ну, как так?! Как так-то?!

– Вы, Ольга! Не забывай про субординацию. Я приказываю, а ты подчиняешься… Я выше тебя… Где ты, а где я, так ты мне сказала, помнится?

От неверия в происходящее я даже делаю пару шагов назад, отступая от него. Надеясь, что он сейчас растворится в воздухе, как джинн…

В голове сейчас, как назло, звучит наш последний разговор в Стамбуле…

«– На что ты рассчитываешь? Произошедшее ночью было просто развлечением. Мы здорово поиграли. И не надо на меня так смотреть. У нас нет будущего, Серкан, ты ведь понимаешь? Где ты, где я…»

– Ты мстишь, да? Мстишь за то, что я тебя бросила?

Он хмыкает.

–Бросила, Ольга?! Не смеши меня. Ты меня не брала, чтобы бросать… Вопрос в другом…

Он берет меня за талию и резко на себя дергает. Его горячее дыхание опаляет.

– Просто мне было с тобой очень сладко, Татлим. А я имею свойство брать себе все, что доставляет мне удовольствие. Так что это я беру, а не ты, наивная…

От беспомощности и злости мне хочется визжать!

А ведь все так безобидно начиналось месяц назад!

3. Развод за чужой счет

– Ольга, ты так в конец себя загонишь!– слышу от начальницы,– иди уже домой. Одиннадцатый час! Мы ж не «днем и ночью у мартеновских печей» ради Родины, а в лайтовом режиме… Так что ты себя так не жалеешь?

Прекрасно она знает, что это я себя так не жалею… Все в офисе знают. Тема моего позорного развода, вернее сказать, позорной измены моего бывшего благоверного- это притча во языцех вот уже второй месяц.

На их месте я бы тоже за спиной обсуждала, а потом сочувствовала. С таким столкнуться и еще головой не двинуться- большое достижение. Одно дело узнать, что муж от тебя гуляет. Или, например, признать после долгих лет брака, что вы охладели друг к другу и ваш брак потерпел фиаско, но… У меня ведь все как по Мольеру… тривиально, вульгарно, обыденно…

Муж изменил в моей же постели с моей же лучшей подругой… А застала их за этим прекрасным занятием ни кто иной, как я сама… Вот такая суровая правда. Нелепая, беспощадная и уродливая…

Дальше было больше. Он не просто был застукан за изменой. Он не задумываясь, начал высказывать мне в лицо, что я из себя представляю в его понимании, обвиняя в своем прелюбодеянии меня. Ну а как иначе? Конечно же, дороги дамы, это мы всегда виноваты в их изменах! Ведь это я не интересная, уставшая, потерявшая искорку в глазах…

И это все, стоит сказать, было официально озвучено в процессе натягивания подштаников на моей же постели, на которую я потратила львиную долю одной из своих не очень маленьких зарплат. Сами посчитайте, ортопедический фирменный матрас, который я долго и любовно выбирала для нашей новой квартиры, итальянское постельное белье из сатина на основе селективного египетского хлопка. Я вообще заказала этот комплект через клиентку из Рима и ждала почти шесть месяцев. И одеяло невесомое из лебяжьего пуха, и подушки анатомические…

Господи, ну как?! Как он просто взял и разрушил мой сладкий мирок, который я так долго и упорно создавала?! Я хотела, чтобы эта постель стала своего рода символом крепости нашего брака. Какие бы ни были периоды, как бы мы ни подустали друг от друга, что естественно за годы, прожитые вместе, мы единое целое… И вот, одеяло у нас общее, лебяжее, и матрас сделан под нас, с эффектом памяти…

А сейчас эта память хранит оргазмы, которые на нем получала Иришка… Правда, зная скромный размер и «оперативность» моего благоверного, в правдоподобность её восторгов, которые я имела счастье самолично услышать у входной двери, а через пару мгновений после услышанного- и увидеть, вызывала сомнение…

Вот эти мысли меня и терзали, когда муженек продолжал свою женоненавистническую тираду, натягивая барахло, будучи застуканным. Оказывается, и пару набранных за зиму килограммов на мне очень сильно видны. Их, конечно же, можно было бы и «простить», как он выразился, если бы только не тотальная утрата женского интереса с моей стороны к его драгоценной персоне.

«Баба, замужем за работой, не нужна никому!»

Вот с таким умозаключением он съехал с нашей квартиры, оставив меня один на один с разбитым семейным кораблем и ортопедическим матрасом, который теперь хотелось выкинуть.

– Ольгааа, ау, ты меня слышишь?– вырывает из хаотичных воспоминаний Вера Степановна,– домой когда?

У нас очень хорошие отношения с начальницей. Еще бы. Я ее главный и лучший менеджер по продажам, верховожу остальными. Никто так мастерски не втюхивает богатеньким буратинкам люкс-путевки во все концы света. Я это и правда умею. Мне кажется, заставь продавать меня туры в Афганистан, я и то справлюсь на ура…

–Не хочу домой…– искренне отвечаю я,– на работе хоть немного ухожу от реальности…

На самом деле все далеко не просто. Мой муженек, гордо подобравший свои в страсти скинутые трусишки, сначала ушел с голым задом, а потом вдруг опомнился. Иришка, судя по всему, не зря так рьяно имитировала оргазмы. В бой так в бой, до победного конца… Понять отчасти даже можно, хоть какой-то конец в этой истории ведь должен быть победоносным… Так что спустя две недели мой Пашенька, явно по науськиванию своей полюбовницы, материализовался на пороге с судебным иском на раздел имущества. До последнего носка решил делить совместно нажитое, упырь.

А мне больно… Больно, что половина вложенного в эту квартиру – это мои премиальные, которые идут мимо белой кассы из-за предприимчивости Веры Степановны, ужасающейся размерам налогов всякий раз, как месяц подходит к концу и она подсчитывает заработанные легкие миллионы в том числе и на моем горбе. Нет, я не жалуюсь. Премии у меня всегда были хорошие, вот только доказать то, что это мои деньги в суде, я не могу… И что я их вкладывала в квартиру- тоже… Для суда он вложил больше… Мне полагается не более тридцати процентов стоимости. Я не хочу лишаться квартиры, которая может уйти за копейки, но… и таких денег выкупить у меня долю идиота-муженька тоже нет!

А еще я просто не могу принять тот факт, что любимую квартиру, которую я так долго и упорно строила, в которую вложила столько себя, придется разменивать и съезжать… И главное, куда съезжать?! Тридцати процентов хватит на паршивую однушку в самом непрестижном районе города…

Самое обидное, что даже если бы я выиграла сегодня лотерею, козел из вредности не дал бы мне возможности выкупить свою долю…

– Бывший совсем закрутил гайки… Наверное, с квартирой все-таки придется расстаться…– вылетает из меня тяжелое признание,– прихожу туда каждый вечер- и больно становится… Сердце кровью обливается, что придется расстаться с главным детищем своих трудов за столько лет…

Вера Степановна глубоко вздыхает. Подходит к высокому офисному шкафу с глухими дверцами и среди вороха папок достает хорошо всем известную заначку. Десятилетний армянский коньяк, преподнесенный нам месяц назад одним богатеньким клиентом из солнечного Еревана.

В знак благодарности, так сказать, за доверительное и плодотворное сотрудничество. Еще бы- сначала мы благополучно отправили (сплавили) отдыхать на лучший курорт Таиланда его жену с тремя детьми, а днем позже организовали восхитительное романтическое путешествие-вик энд для него и его юной гурии-секретутки в Монако. Так сказать, чтобы не плакал в тоске по женушке, греющей обабившиеся телеса под влажно-пряным солнцем Пхукета.

–Тебе отдохнуть надо по-хорошему, Оль… Загнала себя. И этот паразит из тебя все соки повыжал… Середина ноября- в таком состоянии гадкое межсезонье в Москве встречать нельзя-сломаешься…

–Да какой отдых, Вер,– перехожу на дружеский лад, зная, что в офисе уже только мы вдвоем,– мне квартиру новую искать надо, на мне кредит за машину. Маме регулярно деньги отправляю. Где у меня сейчас возможности на отдых? Короче, нет… Лучше я тут как-нибудь пережду конец зимы, а на майские в Плес рвану…

–Так Плес тебе на майские дороже встанет, милочка моя… – Вера задумывается. Заговорщицки поглядывает на меня. Усмехается,– слушай, есть такая тема… Честно говоря, для себя и моего нового хахаля приберегала, но тебе нужнее…

–И что за тема?– устало спрашиваю я, протирая щиплющие глаза от многочасового монотонного смотрения в монитор. Скорее для вида. Уже зная, что я по-любому откажусь…

–У меня после последней турвыставки контракт заключен с одной турецкой компанией, которая занимается организацией вип- туров. Это селективная история. Отели для избранных. Туда даже простые богатые поехать не могут. Так вот, поскольку ценник там космический, по условию контракта перед тем, как продавать туры нашим випам, у нас есть возможность съездить в такую поездку самим, так сказать, продегустировать. Да, там, конечно, не две недели, а всего лонг вик энд, но извини меня, оно того стоит!

Я удивленно смотрю на начальницу, которая хоть баба и мировая, но не сказать, чтобы шибко щедрая… И любовник у нее молодой, активный… Ей много работать нужно, чтобы держать на плаву их хрупкое счастье… Вернее, под углом сорок пять градусов.

–Что смотришь, Ольга? Все ты правильно поняла. Давай- ка ты у нас слетаешь на рекогносцировку и все изучишь. Заодно и отдохнешь немного, переключишься…

Подозрительно смотрю на Веру.

–Что-то здесь не чисто… Это когда ты такой щедрой и добродушной была?

Она усмехается и отмахивается.

– Не перегибай, Ольчик. Мой Димон бывший мент. У него выезд за границу закрыт, ну а тебе я давно обещала повысить зарплату. Не получится, к сожалению. Так что считай это легкой компенсацией… С учетом стоимости тура нехилой такой компенсации…

–За чужой счет…

–Ну да, за счет богатенького турка, рассчитывающего сорвать куш на русских туристах класса вип, но так… Все равно ж… Твой ведь шанс…

Я задумываюсь… Прикусываю губу. Отвожу глаза на льющий стеной уже который час дождь за окном… Опять все дороги в лужах… Впереди долгая-долгая зима, которая истерично перейдет в холодную весну… Вера права. Вырваться бы из этого мнгомесячного плена- хотя бы перезагрузка…

–А давай,– произношу я судьбоносные слова, запустившие в моей жизни такоооое…

4. Здравствуй, море! Привет, наташиии…

Все же как много все-таки значит солнце, когда долго его не видишь… Кажется, что каждая твоя клеточка оживает. Невольно подставляешь лицо горячим лучам, жмуришься от восторга, как кошка, которой чешут за ухом, улыбаешься без причины.

Может потому люди, живущие на юге, всегда такие добрые и расслабленные. А что им напрягаться? Перегрелся- охладись. Устал- поспи… Они никуда не спешат, ничего и никому доказать не пытаются. Просто наслаждаются жизнью…

ВИП-пакет включал не просто проживание в лучшем отеле Анталии. В аэропорту меня неожиданно встречает Майбах с водителем. Мы едем медленно, потому я могу спокойно разглядывать этот небольшой городишко, превращенный за несколько десятков лет в туристическую Мекку.

Смотрю по сторонам- а все и правда красивые! И я не про туристов. Те-то как раз разные. Отдыхают, расслабились, ослабили ремешки на животиках. Кроме русских девушек, конечно. Эти не сдаются- все на каблучищах на брусчатке и под жару в тридцать пять градусов… Про красоту- это я про турков. Словно бы они сейчас специально дефилируют по ухоженным тротуарам. Как на подбор, на любой вкус- черные, белые, красные. Ходят и манят… Интересно, это часть отдыха или воображение каждой русской женщины, попавшей на турецкий курорт, сразу становится очень уж богатым и разыгравшимся…

На входе меня уже встречает одна из менеджеров-девушек с помощником. Мне протягивают какой-то вкуснейший велкам-дринк, быстро оформляют документы и ведут к астрономически-футуристическим лифтам.

– Мы взяли на себя смелость и сделали Вам апгрейд до люкса, Мисс Олга,– говорит она и, изящно проведя картой по сенсору у высокой двери, запускает меня в… настоящий дворец…

Огромная кровать размером с футбольное поле, о королевском величии спящего человека на которой должен свидетельствовать палантин из легкой органзы. Изящная, но эффектная и я бы даже сказала, дерзковатая мебель в стиле Филип Плейн… Здесь нет золота эмиратской роскоши, нет европейского аскетизма, здесь элитная Турция- черные тона, дорогие лощеные фактуры, много темного дерева и бархатно-парчовые тяжелые ткани в стиле гранж-шика…

Ночь была какая-то муторная и беспокойная. На поверку огромная шикарная кровать показалась мне слишком уж мягкой. Я привыкла к жестком матрасу (да, тому самому ортопедическому, на которой подруженция испытывала лже-оргазмы с моим бывшим благоверным)– и потому с утра чувствовала, как беспощадно болят мышцы, которые я отлежала.

А еще мне полночи снился этот самый бывший. Мы то ссорились, то мирились, то вспоминали прошлое…

Черт, вот совсем ведь не хочу о нем думать!

Вообще, нехороший сон…

Помните, примету: «сплю на новом месте- приснись жених невесте»… А тут как-то и жених протух, и невеста уже не невеста…

Сказать, что я сильно убивалась по нему? Едва ли. Давайте быть честными, с вами-то хотя бы я могу быть самой собой… Паша никогда не был для меня принцем на белом коне. В свое время мы познакомились в институте. И ведь даже не нравились друг другу сначала. Просто ходили на одни пары под одному институту в одни аудитории. А потом вдруг бац- и свадьба.

Потому что почему бы и нет? И вот это самое страшное, когда потом припрет и ты оглядываешься назад и понимаешь, что тур на отдых некоторые подбирают более тщательно, чем ты мужа… Только одно дело испорченный отдых, а жизнь?

Смотрю на улицу и невольно таю от вида моря. Ладно, оставим в стороне переживания реальности. За окном солнце, я, наконец, скину с себя струпья осеннего авитаминоза и окунусь в живительное тепло морюшка… И пускай кому-то уже не сезон и вода холодная. Нас, горячих россиянок, пуганых лютыми морозами, градом посреди лета и снегом в сентябре, не остановить какими-то там двадцатью двумя градусами по Цельсию!

Чтобы не терять времени зря, бегу вниз, натянув на себя купальник, парео и шляпу. Солнцезащитный крем, любовный роман и очки уже в сумке… А что, берег тоже нужно «протестировать»…

– Добрый день, я бы хотела позавтракать. Проспала буфет…

А сервис тут правда неплохой. Уже спустя минуту красавица-менеджер уверенно ведет меня за собой, чтобы «накормить». При том локацию мне было предложено выбрать самой.

–С видом на море,– безапелляционно заключаю я и следую за красоткой наружу через утопающую в зелени и ароматных розах колоннаду…

Проходим вдоль бассейна. Менеджер немного впереди. Я слышу, как пищит телефон- и потому слегка от нее отстаю, когда копаюсь в необъятной пляжной сумке в его поисках. И вдруг сбоку прилетает на ломанном русском…

–Зачетная попка, Наташааа!

Дергаюсь. Чувствую, как злость резко подскакивает диким градусом в крови.

Я, конечно же, не Наташа. И попа у меня оставляет желать лучшего. По крайней мере, по версии почти бывшего мужа.

И вообще, я приехала на море, чтобы просто забыться после гадкой измены благоверного, а не выслушивать нелепые комплименты местных самцов…

– Это возмутительно!– кричу я вслух самой себе, чувствуя, как закипает кровь внутри, а в висках начинает яростно пульсировать. Разворачиваюсь на каблуках (ну, допустим, каблуков не было, были шлепки на ровной подошве, но все же я привстала на цыпочки…), тут же мечу, словно бы стрелами, взглядом в наглого козла, который стоит напротив и осмелился мне это сказать.

Я ему кто? Он вообще где?!

И это сервис пять звезд?!

Яростно подлетаю к мачо в белом поло и темно-синих шортах. Хочется в буквальном смысле надавать ему пощечин за то, что вот так на ровном месте просто взял и унизил меня перед другими туристами, мирно отдыхающими у бассейна.

– Ты что себе позволяешь, баран?!– начинаю злобно рычать на русском. Когда вижу, что его глаза округляются и он явно меня не понимает, раздраженно хмыкаю,– успел выучить только одну тупую фразу?! Местом работы не ошибся, кочегар?! Поворачиваюсь к сопровождающей меня менеджеру, трясясь от ярости и уже на английском выдаю,– немедленно отведите меня к начальству и сообщите мне имя… этого…

Девушка почему-то очень бледная и испуганная.

Что-то блеет невнятное.

На самом деле, на ее месте я бы тоже труханула. Ну а как?

Ты тут пытаешься представителю ведущей российской туркомпании впарить свой отель как образчик люкса и респектабельного комфорта, а все усилия портит какой-то говноработничек по найму из глухой турецкой деревни, который словно бы в первый раз в жизни видит белую женщину, не умеющий держать ни язык за зубами, но другие длинные (ну, я почему-то так решила, что они обязательно должны быть длинными) органы.

Повисает неловкая и неопределенная пауза.

Баран, к слову сказать, природа которого явно не обделила эффектной внешностью, пусть и отыгралась на мозгах, продолжает удивленно на меня взирать. С длинной, судя по фактурности синих шорт, тоже, видимо, все и правда в порядке… Невозмутим. Улыбчив. Туповат на вид. Ну, как все красавцы…

А я только еще сильнее бешусь от этой его реакции, потому что на его лице ни грамма испуга или сожаления, а какое-то даже веселье. Нет-нет, он не улыбается, но ему явно смешно! Смеется он, козел!

Ничего! Еще посмеется!

– Вы оглохли?!– снова раздраженно поворачиваясь к менеджерше,– приведите сюда кого-то из начальства или я немедленно съезжаю из отеля с соответствующими отзывами!

На нас сейчас, кажется, смотрит весь бассейн. Кто-то высовывает любопытные, намазанные солнцезащитным кремом мордашки, из синей глади воды. Кто-то приподнял свои сверкающие маслом с каротином спинки и выгибается, чтобы созерцать очередное «шоу с участием русской». И в этот самый момент со стороны ближайшего от нас шезлонга, на котором развалился пузатый мужик, похожий на тюленя, держащий в руках телефон, я слышу «классная попка, Наташшааа»…

5.Позорище

Господи. Вот теперь я точно знаю истинный смысл выражения «провалиться под землю». Так стыдно, что щеки вспыхивают таким пламенем, словно бы я полдня жарилась под солнцем без уф- фильтра…

С чего вообще я решила, что это меня должны одарить таким «комплиментом»? Только за то, что мое парео полупрозрачное и видно купальник? С чего вообще я решила, что моя немаленькая пятая точка заслуживает особого внимания? Идиотина… Какая же идиотина…

Этот тюлень, и как оказалось, русский, просто видео смотрел и ржал, а я… Я устроила тут балаган. Господи…

– Экскюз ми,– прокашливается, наконец, несчастный молодой мужчина, на которого я обрушила свой нелепый гнев,– хав кэн ай хэлп ю?

Господи, он спрашивает, чем он может мне помочь, а я стою вся опозоренная… Кажется, сейчас все смотрят на меня и угорают…

Дура, дура… Вечно витаю в своих мыслях и ничего не вижу дальше собственного носа…

Чем помочь?

Прикопать меня в песке. Желательно, чтоб голова не торчала. Стыдоба и позорище. Впору съезжать из отеля…

– Сорри…– шепчу я, подняв руки с сигналом капитуляции.-Сорри…

Хочу сбежать отсюда побыстрее. И есть пропало любое желание…

Снова разворачиваюсь на умозрительных каблуках и теперь уже сама несусь обратно к зданию отеля мимо сопровождающей меня недоумевающей менеджерши.

– Спасибо, но я забыла таблетки в номере- говорю я ей и молниеносно ретируюсь в номер, когда она-таки смогла меня догнать.

Мне понадобилось не менее трех часов, чтобы преодолеть стыд и снова явить свою физиономию миру. Немного позагорала на большой террасе в номере- хоть какой-то заряд витамином Д. Но не смогу же я отсиживаться здесь все выходные? Надеюсь, мое позорище забыто и оставлено в прошлом. Кто хотел- уже посмеялся, а кто не понял- прошел мимо.

Предусмотрительно напялила на лицо самые большие свои солнцезащитные очки и соломенную шляпу с гигантскими полями- и понеслась на пляж. Инкогнито. Без ревизирского апломба.

А что, так тоже полезно. Одно дело, когда они будут расшаркиваться передо мной, а другое-посмотреть на реальное положение дел. Нежданчиком…

А каким может быть положение дел в пятизвездочном отеле после отвратительной серости моих суровых будней? Конечно же, восхитительным.

Вода в море прохладная и освежающая. Все-таки сейчас не особо сезон, но мне все равно классно. Я не сижу, как большинство туристов, в подогреваемых бассейнах, а предпочитаю большую воду. Мы в детстве с девчонками в деревне в речке и в более холодной купались.

Что уж говорить про солнце. Даже в час-пик оно сейчас просто восхитительно. Мне хорошо, спокойно, сладко и приятно… Упоительно и умиротворяюще. Исцеляюще.

Все уже начинает налаживаться, пока не слышу звонкий женский смех со стороны бара у пляжа, куда автоматически перевожу глаза и застываю… Тот самый мачо- сотрудник отеля. Сиди в обществе двух отдыхающих девиц, а они медом перед ним растекаются. Фу, аж тошнит! А он что, не работает вообще? Его за что тут держат? Для того, чтобы миловался с богатыми туристками?!

Расслабленность как рукой сняло.

Все, не могу больше купаться. Набираю воздуха в легкие и вылезаю из моря на берег.

Иду к жезлонгу и чувствую, как тело жжет. Он смотрит на меня! Могу поклясться, что смотрит! Даже на расстоянии, которое нас отделяет, я чувствую исходящую от него притягивающую энергетику…

Прямо на мокрое тело поскорее натягиваю парео и несусь в сторону отеля. Хватит на сегодня плавательных экзерсисов…

–Мадам Олга, надеюсь, Вам все нравится на отдыхе?– внезапно у лифта появляется та самая менеджерша.

Я искренне улыбаюсь и киваю.

– Возникло недоразумение… Хотела бы принести извинения от лица нашего отеля Вам. В знак нашего уважения руководство просило бы вас выбрать на ближайшие два дня развлечения из списка, который мы предлагаем вип-гостям. Там экскурсии и прогулка на катере…

– Что вы… это я должна извиниться,– тут же краснею я.

–Нет-нет,– девушка категорична,– как бы ни было, мы позиционируем свой отдых как камерный и эксклюзивный и ничто не должно нарушать спокойствие отдыхающего. Прошу Вас, как будете спускаться на ужин, подберите интересующую вас программу. Я отвечаю за это поручение перед руководством, госпожа Олга.

Её умоляющий взгляд говорит о том, что чем бы я ни была не довольна, в глазах турецкого руководства отеля виновата будет все равно она.

И потому, после душа, переодевшись и спустившись вниз, перед ужином я подхожу к стойке и выбираю себе развлечения на ближайшие дни. Глаза сразу приковывает многообещающая поездка в Стамбул… Её я и забиваю на послезавтра, а для завтрашнего дня выбираю прогулку на катере. Я еще не насладилась морюшком, чтобы так быстро с ним расставаться…

С утра, вооружившись хорошей солнцезащитой, той самой широкополой шляпой и новым стильным вязаным костюмом для пляжа, заказанным на Алике, но у проверенного продавца с хорошими рекомендациями- и потому выглядящим на люкс, я спускаюсь в марину к обозначенному времени.

Каково же мое удивление, когда у катера меня дожидается тот самый мужчина, которого я незаслуженно обругала, а он даже не понял- за что…

– Вы?– спрашиваю растерянно и снова краснею.

Он выше меня головы на две. Темные волосы слегка подернуты светлыми бликами- выгорели на солнце. Глаза… Господи, у него такие бездонные голубые глаза, что марина отдыхает! Улыбается…

Улыбается мне, хотя должен гоготать над тем, какая я все-таки нелепая вчера была…

– Хеллоу,– обращается дружелюбно на хорошем английском,– меня зовут Серкан и я буду вашим сопровождающим во время прогулки…

Сопровождающий, блин…

6. Лучший из лучших

Знала бы я тогда…

Вот точно бы просидела в номере до конца «ревизорской командировки»…

Это даже не катер, а небольшая яхта. Мы только вдвоем. Это одновременно пугает и щекочет нервы… в целом в качестве мести он может меня притопить…

Я завороженно смотрю на то, как Серкан управляется с судном. Плавно и в то же время, контролируя все происходящее.

Мы выходим из гавани и он начинает свой легкий и непринужденный рассказ.

– Вы уже знаете, куда именно мы идем?

– Мне сказали, это просто экскурсия по побережью…

–Не совсем. Наше место назначения- остров Сулуада. Его еще называют турецкими Мальдивами за белоснежный песок и лазурный цвет воды. А еще на этом острове живут занесенные в Красную книгу черепахи каретта. Обычно туристы направляются туда из порта Адрасан, но у нашего отеля очень глубокая марина и мы организовали прямой переход. Это существенно экономит время на транспорт из отеля до порта. Морем расстояние до острова составляет не более десяти километров.

Я слушаю его мягкий бархатный голос, подставляя лицо нежным ноябрьским солнечным лучам. У Серкана восхитительный английский и вполне себе неплохой рабочий русский- и он, кажется, совершенно не испытывает ко мне антипатии за вчерашнее. Но мне все равно хочется извиниться, ведь накануне я это толком так и не сделала…

– Серкан, простите за вчерашнее недопонимание… Я… приняла грубый голос на видео того мужчины за гадость в свою спину и обрушила гнев на Вас, так как…

Да не знаю, почему на него… Больше турков поблизости там не оказалось…

Он сосредотачивается на мне взглядом. Пристально смотрит, но не зло. С каким-то интересом что ли. Азартным.

–Все нормально… А что было на том видео?

Я тушуюсь и краснею.

– Нелицеприятная фраза в сторону русской девушки, явно сказанная турком… Так вы обычно обращаетесь к русским девушкам, которые неприлично ведут себя на отдыхе…

– И как обращаемся?

Он откровенно потешается.

Улыбается своей обворожительной улыбкой и снова заставляет меня краснеть…

– Наташии…

–Разве это не красивое русское имя?

– Но не в таком исполнении,– морщусь я…

Он снова смотрит на меня и улыбается.

– Вообще, у нас не зря так любят говорить «Наташа» на красивую русскую девушку. В этом нет никакого оскорбления. Дело в том, что для турецкого языка это имя крайне благозвучно- «естественная любовь». Так его можно перевести дословно, если прислушаться к произношению его слогов. Кажется, что оно состоит из двух турецких слов – Нат и Ашк.

–Ооо, так это меняет дело,– усмехаюсь я. Он тоже отвечает смешком.

Мне удивительно легко с ним. И невольно волнительно.

Даже одергиваю себя сейчас внутренне, что реально веду себя как какая-то типичная «Наташа» с отпуска.

– Имя Ольга- очень красивое…

Я невольно облизываю губы и отвожу глаза.

Ну, началось…

Только почему-то сейчас меня вот эти сладкие речи не раздражают.

Эх, дуреха…

–Спасибо. Серкан- тоже красивое имя. Что оно означает?

–Лучший среди лучших…– говорит он невозмутимо,– зе бест оф зе бест.

Я невольно прыскаю.

Он игриво поднимает бровь.

–И это правда,– в его голосе столько уверенности, что даже торопеешь. Мне вообще сейчас удивительно, как в простом аниматоре или инструкторе, как там его, столько мужской внутренней доминантности…

Не, ну ясное дело, что в людях я разбираться не умею- по крайней мере, по моему фиаско с мужем это понятно. Но не почувствовать исходящую от этого Серкана мощную энергетику не могу…

Я улыбаюсь и снова отвожу глаза. А ведь давно уже никто меня не смущал. А этот «сопровождающий» смущает…

– Поверю на слово…

Дальнейший диалог утопает в моем восторге от открывающейся картины. Просто потому, что еще вчера в моей жизни была гнусная грязная дождливая осень, а сегодня вот это вот всё! Вода под нами и правда становится лазурно-прозрачной. Остров имеет форму конусообразной песчаной горы. В этот час тут не так много лодок и катеров.

Но Серкан все равно предлагает не швартоваться.

Кидает якорь. Откидывает лесенку прямо в воду.

– В смысле?– пораженно смотрю я в бескрайнюю пучину под нами.

–Будете купаться,– это не вопрос, а словно приказание.

Я тушуюсь.

Люблю плавать, но когда касаюсь дна или как минимум знаю, что коснусь при желании. А тут и правда голубая бездна…

– Нет, боюсь,– искренне говорю ему,– сколько под нами?

–Восемьсот метров,– совершенно бесстрашно отвечает он, а я округляю глаза.

–Ни за что…

Серкан снова заговорщицки улыбается, а потом его лицо становится серьезным и решительным.

–Снимай с себя эту тряпку, -говорит он так, что, черт… Мне реально нужно в воду… А то будет видно, что я уже намокла… Без воды…

Как… Вот как я завожусь от одной нелепой фразы? Серкан совмещает английский и русский, оба его языка несовершенны, но… Это вообще ничего не означает… Потому что моя внутренняя голодная женщина говорит с ним на каком-то совсем другом языке…

В это время нахал совершенно невозмутимо стягивает с себя поло, оголяя шикарный пресс. За верхом следуют и шорты.

–Что… что Вы…

–Пойдем…– решительно тянет меня за руку,– снимай с себя одежду…

И опять это «снимай с себя одежду». Черт, я представляю, как он говорит мне это в другом антураже и при других обстоятельствах… Властно, страстно, заставляя капитулировать…

–Да вы что…– начинаю было возмущаться я, но натыкаюсь на решительный взгляд мужчины. И он почему-то меня парализует и даже усмиряет. Впервые в жизни испытываю такое. Обычно вот такое вот решительно-брутальное и категоричное поведение мужа меня сильно выбешивало, а тут… Откуда-то просыпается зачем-то взявшаяся кротость…

– Я боюсь…

Он смотрит на меня все так же решительно.

–Помогу. Не бойся. Будешь бояться- полжизни потеряешь…

Руки трясутся, когда я повинуюсь его приказу.

Жмурюсь, подходя к лестнице. Чувствую горячую руку в своей руке.

–Открой глаза, Ольга, -опять приказ, который выше меня. Пересекаемся глазами,– женщине нужно доверять мужчине. Отдай контроль. Так будет намного легче…

Да уж, черт возьми, намного легче… Только вот в реальной жизни фиг так получается… Стоит тебе кому-то довериться, и пиши-пропало… Уже доверилась муженьку…

Только и успеваю, что втянуть много воздуха в легкие- как он тянет меня за собой в прыжке вниз. Взвизгиваю, хватая ртом воду, чувствую, как слегка ухожу вниз, а потом тут же всплываю. Он страхует. Держит зрительный контакт.

– Не думай о том, что под тобой. Думай о том, что ты наверху… Ты победила… И страх, и стихию…

Прохладная вода нежно ласкает кожу. Пережитый укол адреналина теперь подтягивает за собой еще и всплеск эндорфина. Мне радостно и хорошо. Наслаждаюсь. Растворяюсь в моменте. Забываю обо всем. Мир вокруг кажется таким красивым и приятным. И дело не только в синем небе надо мной и не менее синей глубиной под. Я уже и на свои московские проблемы смотрю с легкостью и непринужденностью… Мир подождет. Я здесь и сейчас. Живу. Наслаждаюсь. Могу затормозить и остановиться.

Серкан вальяжно плавает рядом и улыбается.

–Что такое?

–Нет ничего красивее женщины, поверившей в себя и отдавшей контроль мужчине…

Мы зависаем глазами друг на друге дольше, чем стоит.

Внутри что-то дребезжит. Приятно покалывает внизу живота.

Вот на самом деле его слова бесить должны, а я…

Облизываю соленые от моря губы и вижу, как его голубой взгляд темнеет, концентрируется на них.

А потом сползает вниз… Так красноречиво, так осязаемо… От маленьких волн, бьющихся о корму, мое тело то немного оголяется, то снова погружается в воду. И тут я в ужасе опускаю глаза и понимаю… что мой купальник, тоже выгодное приобретение под люкс с Алика, намок и теперь так явно демонстрирует ему восставшие, как пика Килиманджаро, соски, что хоть иди камнем на дно…

Резко прикрываю руками груди.

Слегка ухожу под воду и глотаю соленую воду. Этот глоток отрезвляющий.

И это ты, Ольга?! Та самая умница-разумница, кто не совершает глупостей и не лезет на рожон, кто не попадает под влияние аферистов и глупостей.

Что я творю? Бултыхаюсь посреди моря. Подо мной километр, а я глазки строю какому-то экскурсоводу-аниматору? Спустя час знакомства?

Ольга, очнись! Должно же быть какое-то уважение к самой себе!

Ты же не какая-то там «наташшшааа», а нормальная респектабельная женщина, карьеристка, и лет тебе не семнадцать…

Отгоняю от себя волшебство момента, как наваждение.

Прихожу в себя.

А с возвращением к реальности появляется и страх.

Я чувствую, как легкие сковывает откуда-то взявшаяся паника. Руки коченеют и… я начинаю каким-то странным образом уходить вниз. Хлебаю воды, паникую. Теряюсь…

Сильные руки тут же подхватывают меня.

Когда оказываюсь на твердой поверхности пола катера, остается только раздражение и злость.

То ли на себя, то ли на него.

Что зачем-то вогнал в этот сладкий ступор, заморочил голову…

А турок продолжает нагло смотреть. Соленые капли с его каменного нависающего сверху тела прыгают на меня, рука проходится по шее и спускается к груди. Он словно бы не касается, но касается.

–Отодвинься немедленно!– прихожу в себя я.

–Что это было?– удивленно восклицает Серкан, чей голос сейчас сиплый, а я яростно отталкиваю его руку и хватаю с дивана полотенце.

Животное. Типичное… Невоспитанное…

– Возвращаемся в отель! Прогулка закончена!– категорически заявляю и ухожу в себя, предпочитая больше не разговаривать с мужчиной… и уж тем более не смотреть в его сторону.

Доказано-затягивает.

Не хватало еще, чтобы я ему…

В тот день черепах из «Красной книги» мы так и не увидели. Но я не сильно на эту тему расстроилась…

7.Милфа…

Всю ночь мне снится море и глаза Серкана и я даже не знаю, какая бездна более пугающая и манящая одновременно.

Просыпаюсь я на этот раз пораньше и уже не пропускаю завтрак.

Впереди большие планы.

Сегодня намечена прогулка по Стамбулу, вечному городу, где я мечтала побывать много-много лет.

Вещей у меня в принципе немного, потому я предусмотрительно решаю взять с собой почти все- тем более, что в Стамбуле у меня запланирована ночевка в одном из отелей сети, принадлежащей тому же владельцу. Это тоже тестирование формата гостеприимства. Отель камерный, бутиковый, с большим спектром спа-услуг. А почему бы и не сходить в хаммам и на массаж, ведь я так давно этого себе не позволяла…

Прощаюсь с менеджером на ресепшн вежливо и сердечно. Она большая молодец. В целом отель классный, что бы я там ни вредничала. Если еще и экскурсионный тур от отеля окажется крутым, то это направление точно будет излюбленным для наших вип-клиентов.

Когда сажусь в авто, которое должно доставить меня до аэропорта, под ложечкой екает. Вчера я почти сбежала от Серкана, даже не поблагодарив за увлекательную экскурсию.

Закрываю глаза и снова вспоминаю его глаза, крепкое тело и руки…

Хватит. Наваждение… Отступи…

Не стоит забывать, что Серкан- работник сферы услуг. Сколько таких тридцатилетних туристок с баблом он видел за свою жизнь? Наверняка одинокие приезжающие на отдых девушки с возможностями ждут от таких волооких красавцев в поло с прессом сразу чего-то более близкого…

Его нельзя винить в том, что он слишком смело и рьяно переходил черту за чертой. Просто это я немного не из той оперы. А зря. А жаль…

Вот что ни говори, а есть между женщинами две большие разницы. Одни смело и с головой сразу ныряют в приключения, а другие- как я. Цепляются за правила приличия, принципы и прочие отягощения. И остаются на берегу. Или на яхте. Не прыгают в лазурную пропасть…

Перелет занял два с лишним часа. Неблизко… Прям как до Сочи из Москвы… А кажется, что Турция совсем небольшая… А она- целый мир. И очень разнообразный. Я все больше влюбляюсь в эту страну и ее людей. Рейс внутренний- и потому помимо туристов у нас на борту полно местных. Какие же они все разные и очень красивые. Какие-то совсем европейкой внешности, какие-то жгучие восточные красавцы и красавицы. Мне приятен их тягучий язык, который вроде бы и нежный, но совсем не женственный. Приятно, как ненавязчиво солнце заигрывает с идеальными, почти сказочными облаками за окном. Я пытаюсь уйти в чтение книги, но меня все больше поглощает окружающий мир. Я словно бы открываю для себя Турцию изнутри. И уж точно рада, что решила посвятить последние два дня поездке в Стамбул.

Крутизна сервиса определяется еще и умением принимающей стороны быстро и безболезненно адаптироваться под твои резко меняющиеся планы. Ребята с турецкой стороны отработали на все сто. Так что… наша начальница встретит от меня однозначно только самые высокие отзывы об их сервисе и работе!

Быстро выхожу из кишки наружу. Миную все формальности, связанные с таможенным контролем и быстро направляюсь в зал прилета, где меня должен ждать гид и…

Цепенею, когда вижу прямо у входа, сразу после раздвижных дверей Серкана!

-Это что за прикол?– недоуменно и немного даже враждебно выдаю я, так как внутренние инстинкты срабатывают явно не в мою пользу.

–И тебе здравствуй,– невозмутимо отвечает парень, который не изменяет своему стилю и сегодня надел очередную белую футболку и джинсы. Хорош, гад. Все это видят и оглядываются на него с жадным интересом. При том, даже местные женщины…

– Вообще-то я ждала гида-историка, а не морского волка…– за грубоватым сарказмом скрываю тотальную панику. Это что, два дня мы будем с ним наедине в этом городе?! А я еще говорила что-то хорошее про сервис принимающей стороны…

И снова этот блеск в глазах. Азартный. Сейчас я, наконец, нашла ему определение- властный блеск, мужской. Хозяина положения… Если бы я тогда знала, что это он развлекался так со мной… В кошки-мышки играл…

– Я же сказал тебе, что Серкан означает лучший из лучших, Ольга… Я буду твоим гидом. Я в этом лучший… Давай лучше свои вещи сюда.

Молча протягиваю ему небольшой чемодан.

Хмыкаю саркастично.

–А твое руководство, по ходу, экономит на обслуживающем персонале, да? Мне просто интересно, что ты можешь мне рассказать о Стамбуле… Я вообще-то, если ты до сих пор не понял, не какая-то там жаждущая горячих приключений милфа, а хорошо разбирающаяся в истории женщина, которая вообще-то приехала инспектировать ваш сервис…

Серкан начинает открыто хохотать, сверкая своими шикарными зубами.

Разворачивается и игриво кивает мне, приглашая следовать за собой.

– Милфа? Это забавно!– хохочет он в голос,– ты не милфа!

– Вот именно, что я не милфа!– возмущаюсь я. Понятия не имею, что именно значит это странное слово, но слышала его пару раз от семнадцатилетнего младшего брата и его друзей. Так они обозначают женщин за двадцать пять. Они, конечно же, кажутся им уже неимоверно старыми…

Серкан подводит меня к чистенькому новехонькому Мерседесу-кабриолету. Неплохой такой сервис. Закидывает чемодан в багажник. Пораженно смотрю на то, что сам садится за руль. Сажусь сзади на пассажирское сидение. Он усмехается.

– Тебе интереснее будет спереди, Ольга…

Я было суплюсь, но внутренне соглашаюсь и пересаживаюсь. Или опять во мне срабатывает эта странная и пресловутая кротость в его присутствии…

Мы выезжаем с парковки. Стамбульский аэропорт гигантский. И его масштабы ощутимы. Как наверняка и масштабы огромного города…

–Милфа, Ольга- это на английском. И значит эта аббревиатура «Мазер оф май френд зет ай вонт ту фак»…

Я замираю…

Тут же краснею до кончиков волос…

«Мать моего друга, которую я хочу…»

– И ее используют обычно в порно. Для обозначение возрастного порога героини…

Поджимаю губы.

– А ты, я смотрю, знатные эксперт порно? Много смотришь?

Он смеется.

–Смотрел, конечно… Как и все. Когда студентом был. У нас сложно с сексом, если ты молодой и безденежный. И потому многие хотят быстрее жениться, чтобы было, с кем…

– И ты женат?– не унимаюсь я, войдя в какой-то идиотский кураж.

– Нет, не женат, -продолжает улыбаться и откровенно рассматривать меня.

– Потому и такой знаток порно?– усмехаюсь.

–Взаимосвязь?– не понимает он.

– Ты только что сказал, что у молодых и безденежных сложно с сексом…

Он понимает мои слова теперь и долго и весело смеется.

– Нет, Ольга, если ты об этом, с сексом у меня нет проблем…

– А, ну, да, -продолжаю я,– русские туристки дают…

Черт, я перегибаю палку. Зачем? Вот куда лезу.

Он вскидывает бровь и перестает смеяться.

– Ты права. И русские туристки, и не только… Ну что, мы продолжим обсуждать мою сексуальную жизнь или все-таки займемся Стамбулом? Нет-нет, если ты хочешь заняться чем- то еще, я…

–Я не из таких!– резко осекаю его я.

В очередной раз хочу провалиться под землю. Не получается.

Отворачиваюсь к окну.

– Расслабься,– снова слышу его бархатный голос,– я родом из Стамбула. Это мой родной город и лучше, чем я, его не покажет тебе никто… Пошутили- и хватит. Теперь давай знакомиться с городом…

8.П.И.В.О.

-Ну… И какая у нас программа?

– Классика,– пожимает он плечами,– покажу тебе все те достопримечательности, что вы, русские девушки, так любите после того, как насмотрелись турецких сериалов…

–Я не такая,– снова фыркаю я,– в смысле, как ты уже заметил, не обычная русская туристка, к которым ты…– делаю многозначительную паузу, – привык.

И почему, вся наша перепалка имеет четко выраженный двоякий подтекст? Вот эти вот все его «классика», «я не такая»… Черт, с учетом того, что минуту назад мы с ним обсуждали порно… Рука-лицо. Вот просто рука-лицо… Не поездка, а какой-то сплошной провал…

–О, да! Я это уже понял! – Серкан продолжает сохранять эту свою абсолютную безмятежность. Удивительно!– То есть тебе неинтересно, где снимался ваш любимый «Великолепный век»? И даже не хочется посмотреть на гарем Сулеймана Великолепного?

Я колеблюсь, взвешивая ответ.

–Ладно… Хочется… Но… пусть это будет… нетривиально…

Серкан гортанно смеется, закатывает глаза.

– Женщина… Есть такая легенда-анекдот про Стамбул. Ты ведь знаешь, что город поделен на Восточную и Западную части проливом и между ними мост. Так вот, согласно легенде, когда Стамбул был все еще поделен на две части, один бедняк выловил в этих самых водах лампу Алладина. Из нее вылетел джинн и пообещал исполнить любое желание нового хозяина. Тот попросил его связать два берега мостом. Джинн задумался и сказал, что это слишком сложно и долго, попросив его выбрать другое желание. Тогда новоиспеченный хозяин признался джинну, что на самом деле, мост ему нужен потому, что на другом конце города живет его любимая, но чувства его безответны. И его единственное главное желание- добиться этой любви. Джинн подумал- подумал, почесал за затылком и сказал, что лучше он сделает мост, ибо нет ничего сложнее, чем понять то, что в голове и на сердце у женщины…

Я улыбнулась и снова зависла глазами на мужчине. Какой же красивый. Даже слишком…

– Значит, ты родом из Стамбула? Хм… Интересно… То есть ты можешь рассказать и показать не только то, что доступно любому туристу…

Оборачивается на меня.

Какой там Кивач или Бурак, или как там их зовут. Вот он, передо мной. Горячий, реальный, живой во всех смыслах и… тот, о ком мне не следует думать вообще. ВООБЩЕ, Ольга. Вообще…

– Хочу увидеть настоящий Стамбул…– вдруг выдаю я очередную свою прихоть.

Серкан поднимает бровь в усмешке. Машину он ведет так же плавно и уверенно, как и катер. Интересно, он во всех сферах мастер на все руки. Даром, что «лучший из лучших»…

– То есть без гарема Сулеймана Великолепного?

–Нет, с гаремом, конечно. Желательно бы совместить…

–Будет сделано, ханым эфенди.

–Кто?

Смеется. Такой молодой и озорной в этот момент…

– Это местное обращение к уважаемой женщине в Турции.

–Женщине?

– Ну, ты же сама сказала, что милфа…– усмеется он.

Я тоже не выдерживаю и прыскаю…

***

Айя-София, дворец Топкапы, Истикляль, Сулеймайние, Галатская башня… Сейчас только шестой час, а мы уже успели столько посмотреть. А он- столько рассказать. Непринужденно, в меру интеллектуально и легко. А еще с большой любовью к своему городу…

Я очарована этим местом, моим гидом и просто этим днем.

В ногах приятная усталость, а на душе томительная нега.

Как же хорошо.

Мы слишком энергичны и заняты, чтобы концентироваться на неловкости.

И это радует.

Я больше не чувствую смущения перед Серканом, а просто наслаждаюсь его компанией, словно бы мы были просто двумя приятелями.

Он снова меня куда-то ведет. Предлагает освежиться и попить чаю.

Мы усаживаемся на фантастического вида террасе, фото и видео с которой я не раз видела в социальных сетях. Перед нами раскидывается совершенно фантастический вид на Айю-Софию. Наш столик угловой и низкий. Услужливый официант словно бы ждет нашего прихода. Несколько раз удостоверившись, что есть мы не будем, а есть мы не будем, так как, по настоянию Серкана, делать это стоит совсем в другом месте впереди нашего маршрута, перед нами ставят изумительной красоты пузатые стаканчики-армуды и покрытый расшитым бархатом металлический чайник с длинным носиком. Поднос с рахат-лукумом, обсыпанным пудрой, так и манит, но я воздерживаюсь.

Бывший муженек и так сказал, что моя попа стала большой. Я убрала из рациона хлеб и сахар. И пытаюсь придерживаться заданного курса. Пока с переменными успехами. Но перед Серканом хочется казаться принципиальной, строгой и непреклонной…

–Самый вкусный чай, который я когда-либо пила,– искренне говорю я, чувствуя, как ласкает язык и одновременно тонизирует этот крепкий бодрящий напиток. Разморена, довольна, расслаблена.

– Наслаждайся,– говорит он мне и тоже улыбается,– мы в Турции говорим, что наслаждение мужчины прежде всего в наслаждении женщины.

Опять эта томная двусмысленность, заставляющая по низу живота пробежать мурашкам…

В этот момент у Серкана звонит телефон и он просит отлучиться на пару минут.

Прикрываю глаза и немного отдаюсь моменту, оставшись в одиночестве.

Мне хорошо и спокойно…

Из легкой неги невольно вырывает шум за соседним столиком. Навожу фокус взгляда и вижу компанию «земляков». Двое шумных мужчин лет под пятьдесят. Тучные, потные и явно при деньгах. С ними две малолетки с избытком силикона и вычурным люксом. Профессиональная чуйка определяет точно- содержанки с папиками на выгуле на выходных. Сколько таких я отправляла сама в «вояжи», испытывая неприятный осадок…

Гогот и крики компашки моментально убивают всю эксклюзивность момента. Мне хочется встать и уйти, что мы собственно и сделаем в ближайшее время. Осталось только дождаться Серкана.

В этот момент один из грубых басов за столиком русо-туристо начинает вещать:

– Хотите поржать? Анекдот! Четыре женщины уезжают на отдых в Турцию. Одной двадцать, другой тридцать, третьей сорок, последней полтинник. Спустя три дня муж каждой получает сообщение от жены на вопрос как у нее дела: ПИВО. Читают, не могут понять, что бы это значило. А все просто…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.