Зеркала вашей мечты
Простые и понятные стихи
Ольга Гусарова

© Ольга Гусарова, 2025

ISBN 978-5-0065-3206-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

День с утра не задáлся, испорчен…
День с утра не задался… Испорчен
И в душе намечается буря,
В луже новый ботинок подмочен.
Это всё ретроградный Меркурий.
Ты зарплатой своей озабочен,
И, ссутулившись, топаешь хмурый.
Сон приснился про ужасы ночью.
Это всё ретроградный Меркурий.
А Меркурий летит и не знает,
Что виновен в зарплате и буре.
Он небесным движением занят
Плавясь в солнечной температуре.
Оптимистам же ведомо точно,
Что не надо от грусти микстуры.
Даже если ботинок подмочен-
Не виновен бедняга Меркурий…

Я создаю вокруг себя

Я создаю вокруг себя
Тот мир в котором жить прекрасно!
Где птицы белые летят,
Где небо людям безопасно.
Там океан шумит с утра,
Там на песке следов цепочка…
Нет старости и не пора
В любви и счастье ставить точку.
Я не читаю новостей,
Я от политики за стенкой.
А кофе для своих друзей
Сварю с душой и с пышной пенкой.
Зловещее не для меня,
Люблю я всех собак на свете.
Меня дороги вдаль маня́т,
Пусть в уши дует свежий ветер.
Заразна я своей мечтой
И заражу вас непременно,
Когда вы встретитесь со мной…
А это будет. Несомненно.

Синдром отложенной жизни

Синдром отложенной жизни-
Диагноз, увы, непростой.
Мы, обходя компромиссы,
Бывает кривим душой.
Себе говорим: «Вот завтра…»
А жизнь всё спешит и спешит.
Замедлить—пустая трата.
Нам надобно просто жить.
Родителям, если живы,
Скажи всё о чём промолчал,
Да разгреби-ка архивы
Всех дел, о которых мечтал.
В горы поехать? А как же!!!
О море мечтал? Поезжай.
Лишней не надо поклажи.
Палатка. Гитара. Дерзай.
Кота завести хотелось,
Ступай поскорее в приют.
И, пусть появится смелость,
Бери без сомнений, все ждут.
Английский хотел освоить?
Да кто же тебе не даёт?
Учить всегда его стоит,
Не знаешь, как жизнь повернёт.
Синдром отложенной жизни-
Диагноз, увы, непростой.
А жизнь от тебя зависит
И это диагноз не твой.

Счастье меняет свои оболочки

Счастье меняет свои оболочки:
Вот мне три года. Я ещё дочка.
Мама приходит по воскресеньям.
Маму увидеть-это везенье.
В доме у бабушки я проживаю.
Счастье лишь в том, что я ожидаю.
Школа. И счастье учиться на пять.
Маме оценки свои показать.
Вечером падать в кроватку без силы:
Это и значит считаться счастливой.
Бал выпускной. Все девчата, как феи.
Белые платья. К чёрту портфели.
Ночью мосты над Невой разводили.
Мы бесконечно счастливы были.
Мой универ. Два ребёнка. Работа.
Счастлива? Нет? Грущу отчего-то.
Годы промчались, как быстрые реки…
Много ли надо-мне человеку?
Много. Безмерно. Бездумно. Без края.
Сказки и мифы в желанья включая,
Я понимаю, что жить-это счастье.
Я принимаю в этом участье.

Питер

Мой любовник сегодня Питер!
От истоков до новизны.
Слёзы радости ветер вытер
Ну, а городу нет цены!

Запах улиц, Невы и храмов
Наполняют души сосуд.
Стены старых домов, их шрамы
Не напрасно к себе зовут.

Ветер трогает дух столетий,
Гонит листья по мостовой.
Здесь историю можно встретить
И она поспорит с тобой.

Я сдаюсь. Мне домов колодцы
Подсказали, что спор-пустяк.
Даже в дождь здесь легко живётся,
Несмотря на толпу зевак.

Ниеншанцкой крепости флаги
Дали Питеру сделать вдох.
И большой истории знаки
Отворили дверь средь эпох.

Снег устал на боку лежать

Снег устал на боку лежать,
Ему встать бы и побежать
С городских окраин в леса
И росою взмыть в небеса.

Грязь стряхнуть от колёс машин,
Да добраться бы до вершин,
А со склонов горной рекой
Грохотать, забыв про покой.

Снег устал. Он солнышка ждёт.
Пусть оно теплом припечёт.
Все бока уже отлежал,
Поскорей бы апрель настал.

Городская жизнь нелегка,
Вот в лесу снег белый пока
И ему совсем не понять,
Как же можно апреля ждать?

Я на ставке кариатиды

Я на ставке кариатиды,
На плечах семейства бюджет:
Кухня, кот, белья пирамиды,
Холодильник, счета за свет,
Воду, мусор, вай-фай и радость,
Что квартира, всё таки, есть.
Оплатить с лихвою стараюсь,
Сбита временем в жизни спесь.
Плечи к вечеру, как магниты.
Тянут к полу. Земля зовёт…
Сдать бы ставку кариатиды,
Но боюсь, что всё упадёт.
Всех обычаев башня рухнет,
Паутиной затянет дом.
С голодухи кот мой опухнет,
Неуютно станет кругом.
Разобьётся семья на части:
Не собрать и не сколотить.
Значит мне, как энтузиасту,
Надо кариатидой быть.

Я кота своего люблю

Я кота своего люблю,
В трёх тарелочках утром корм.
Я подушку ему уступлю,
Если вздумает лечь здесь он.

Почешу шерстяной живот,
Загляну с пристрастьем в глаза.
Кот по сну большой чемпион…
Спит в местах, где дремать нельзя:

На двери, на окне, в шкафу,
На журнале, очках, на мне.
Знать мохнатому существу
Снятся кошки в приятном сне.

Дёрнув лапой, ухом, хвостом,
Он во сне по тропе бежит,
Чёрным маленьким сыном-котом
И ему ещё жить и жить.

А на деле уже старик,
Год одиннадцатый пошёл.
Он с бумажкой играть отвык
И не прыгнуть уже на стол.

Но любовь моя всё сильней,
И растёт в душе моей страх.
Я хочу, чтобы много дней
Кот дремал на моих очках.

Мамочка

Мамочка, опять второе марта…
День рубежный: свет померк в глазах.
Открываем звёзд большую карту…
Ты теперь живёшь на небесах.
В белых облаках, средь туч печальных.
Смотришь свысока на мир большой.
Мы твоим окутаны молчаньем,
Убаюканы твоей душой.
Песнями наполнены твоими,
Присказками, сказками полны.
Письмами короткими, простыми
И проникновеньем в наши сны.
Помним всё. Мы сберегли в архиве
Чаепитий светлые часы.
Всё для нас родное в сердце живо,
Вплоть до этой чёрной полосы.
Твой немой укор перед уходом.
Незнакомый блеск усталых глаз.
День, когда из тела на свободу
Душенька, как птица сорвалась.
Без тебя мы ходим по планете,
Строим планы, день идёт за днём,
А в душе твои мы, мама, дети.
Только без тебя теперь живём.

Освоить бы основы ченнелинга

Освоить бы основы ченнелинга…
Увидеть мир во всех ипостасях.
Вписаться в душу викингов, эллинов,
И по земле бродить в длинных рясах.

К истоку рода тайно приблизится,
И подглядеть сквозь щёлку столетий
Какое небо в мире их высится,
О чём толкуют деды и дети.

Тропою менестрелей отправиться,
Ботинки на плече. В сердце радость.
И песнями своими прославиться.
Да думать-жизнь подарок и благость.

Освоить бы основы ченнелинга,
Все мысли отпустить, пусть гуляют…
Да наблюдать за волнами с берега
И знать, что люди не умирают.

Бог женщину создал

Бог женщину создал, чтоб светом драгоценным
Путь осветить в ночи. Адаму дать детей.
Чтоб говорить могли о самом сокровенном,
Вселенскую печаль вновь разделяя с ней.
И свет её души мерцает над кроваткой,
В ней крепко малыши сынки и дочки спят.
И свет плывёт с утра на кухоньку украдкой,
Где женщина поёт, пьёт кофе. Её взгляд
Скользит по облакам за стёклами окошка,
Она там ищет всех, кто в небеса ушёл
И молится за тех, кто утром по дорожке
Пойдёт в соседний сад и в школу, и под стол.
Вот свет её летит уже над всей планетой,
Чтоб было нам теплей. Не грустно поутру.
И благодарны мы всем женщинам на свете
За то, что без врачей прогонят прочь хандру.
А женщина полна своим простым сияньем
«Спасибо» говорит великому творцу,
За мужа, за детей и за своё созданье
И плачет иногда. Хоть это не к лицу.

Вдохнув ноздрями тонкий запах прели

Вдохнув ноздрями тонкий запах прели
С нюансом мяты или чабреца,
Смотрю в окно на звонкий стук капели.
Живу. И этой жизни нет конца.

Небесный свод стал выше и яснее,
А тучки – так… Не тучки. Облака.
День растянулся, зримо стал длиннее,
Но валенки не уберу пока.

Карельская зима-она хитрюга,
Сдавать свои не хочет рубежи.
Она серчает, но из нас испуга
Не выдавить. Нам март не отложить.

Мы ждём скворцов. Их лёгких, первых трелей.
Подснежник ждём в проталине лесной.
Душой мы в тёплом месяце апреле.
Весна идёт. И это не впервой.

И кем бы ни был волевой мужчина

И кем бы ни был волевой мужчина:
Пиратом, мореходом, королём,
Благодарить вселенную причина
У них одна. И знают все о том.
Дана им жизнь, они глаза открыли
И закричали в утренний рассвет.
А кто-то в ночь, где звёзды в небе плыли
И мама улыбнулась им в ответ.
Бродяги, менестрели и министры,
Священники, певцы и повара,
Ораторы, спортсмены-медалисты
И просто дядьки с нашего двора,
Несут, как знамя, как почётный вымпел,
Как кубок свою к женщине любовь.
И, только март снега ветрами вымел,
Спешат с цветами к своим милым вновь.
Я радуюсь весны ажиотажу
И у меня все вазы при цветах,
Но непонятно этим дядькам даже,
Что можно выражать любовь в словах.

В списках необходимого

В списках необходимого

Наряду с гречкой и солью

Сортом кофе любимого

И музыкой в ля бемоле

Держу путешествий массу,

Встречи, порой случайные,

Разрушенные, классные

Замки необычайные.

В списках необходимого

Рядом с рисом и спичками,

Есть разговоры длинные

С милой моей сестричкою.

В запасах кладовки ветер,

Музыка восьмидесятых

И все тропинки на свете

И вы… у школы ребята…

В списках необходимого

Не деньги. Не вещи. Люди.

Мной навсегда любимые.

С вами мне скучно не будет.

Чёрный пепел кружи́т над столицей

Чёрный пепел кружи́т над столицей,

Над землёй, над моей головой.

Почернели от горечи лица.

И уже не вернутся домой

В день весенний невинные души,

Оторвавшись от тел в страшный час.

Ветер марта теперь не потушит

Тех свечей, что зажглись прямо в нас.

Пламя жжёт изнутри и торопит,

Рвёт на части сердца… Голосит…

И пока человек силы копит,

Зло ползёт по земле. Зло не спит.

ВЕсна… Снесло в часах кукушку

Весна… Снесло в часах кукушку,

В кровати вспучило подушку.

Коты орут всю ночь на крыше,

А солнце ярче днём и выше.

Весна… Бегут ручьи бурливо

И верба зацвела красиво.

Все девушки запахли мятой

И цедрой. Стали так приятны

Их лица, кудри-завитушки

И на носах вразброс веснушки.

А каблучки, как стук сердечка!

Вот по асфальту в бесконечность

Ведут, как компас за собою.

Мужчины все готовы к бою,

Но в первый миг уже сдаются.

У ног чудесных остаются.

Весна… Какая же по счёту?

Вновь первая и небосводу

Не жалко быть синей и выше.

Я вновь люблю тебя. Ты слышишь?

иллюстрация Ольга Махно

Грустно. Сердце в пятках или ниже

Грустно. Сердце в пятках или ниже,

Снег подтаял. Превратился в жижу.

Нет снеговикам уже спасенья,

Надо уезжать, без промедленья.

По пятам весна бежит за ними,

Все дороги сделались сырыми.

У снеговиков бока просели,

Лица чуть поблекли, посерели.

Головы уменьшились. Морковка

Наклонилась вниз. Ах! Как неловко!

И ведро великовато стало…

А зимой-короной восседало

На макушке белоснежной гордо.

Едет в лес снеговиков когорта…

Там под лапой ельника прохладно,

Снег ещё красивый и нарядный.

Там в тени от солнечного света

Будет песня о зиме допета.

Зайцы будут грызть морковку долго,

Вёдра грибники найдут под ёлкой…

Картина художника Андрея Шатилова

Коты

Ждут коты, сейчас придёт

Наша мама из работ.

Даст покушать каши, щей…

А кому-то даст люлей.

Смотрят из окна коты:

Фонари из темноты,

Чуть качаясь, шлют привет.

Только мамы нет и нет.

Грусть. Печаль. И есть пора.

Вон собаки из двора

Кость с помойки волокут,

А коты всё маму ждут.

Вдруг раздался лязг ключа…

По прихожей топоча

Куча лап бежит к двери.

«Мама! Мама! Посмотри,

Отощали мы за день.

Рыбов нет и нет пельмень,

Ты нам кушать принесла?»

«Да, коты. С работы шла,

Вам купила кренделей…

А кому-то дам люлей!

Кто тут метил по углам?

Кренделей тому не дам!»

Опечалились коты,

К мискам понесли хвосты.

А глазах слеза блестит:

Может мама их простит?

Чуть можжевельник раздроблен скалкой

Чуть можжевельник раздроблен скалкой

Для аромата. И мне не жалко

Побольше зёрен для кофемолки.

Жужжит родная и на осколки,

Зерно размелет. На микро-части,

На крохи утра и брызги счастья.

Корица пылью над туркой вьётся,

Ещё немного и день начнётся.

Колдую с чашкой и ароматом,

Рецепт подслушан был мной когда-то.

И солнцу тоже с утра неймётся,

На стол, на стены оно крадётся.

И хоть не скучно на небосводе,

Оно на кофе ко мне приходит.

И не смущаясь ныряет в чашку.

А я бросаюсь спасать бедняжку,

Хватаю ложку. Безрезультатно.

Пью кофе с солнцем. Невероятно

Напиток вкусен. Весна в оконце.

На сердце радость. И кофе с солнцем.

Варенье из сосновых шишек

Варенье из сосновых шишек

И можжевельник в чашке кофе…

С утра зима в окошко дышит,

На тополе, как на Голгофе,

Распят скворечник. Птиц не видно.

Скворцы ещё не прилетели.

Мне за весну чуть-чуть обидно,

Пропали звонкие капели.

Зима решила не сдаваться,

Весь город снегом завалила.

И мне бы разочароваться,

А я вновь кофе заварила!

Дух можжевеловый и дерзкий

Придал душе бунтарства свойство

И я окно открыла резко

Да крикнула: «Весна! Не бойся!»

Кажется старое дерево

Кажется старое дерево

Помнит себя зерном.

И в это легко поверю я,

Ведь, кольцо за кольцом,

Память баюкает песенки

Под метроном лесной.

Ветки на кроне, как лесенки…

Как нотный стан, как строй.

А птицы на них бемолями,

Нос-крещендо остёр.

Как часто страдает болями

Дерево с детских пор.

Вьюги, пожары и засухи…

Ветер штормит и дождь.

Вот белки в дупле с запасами,

Как от них отдохнёшь?

Дятел. Видать стоматологом

Был назначен в лесу.

Как перфоратор уколами

Колет коры красу.

Корни подрыты зверюшками,

Норы их дом родной.

Многоэтажной избушкою

Служит весь ствол зимой.

И дереву очень хочется

Долго в лесу стоять,

А не доской в одиночестве

В стенах век доживать.

Все песенки птиц подслушивать,

Дятла стук уважать.

И белкам орех подсушенный

До зимы сохранять.

Вот так: украсила себя камнями

Вот так: украсила себя камнями,

И кучера послала за конями,

Из тонкого сафьяна сапоги

Удобно стремя для моей ноги.

В седло вскочила, пулей полетела

И нет мне до царей и власти дела.

Скачу полями. Лес. Река. Кусты.

А там деревня… Кузница… И ты!!!

Там солнце ярче светит, там водица

В реке такая, просто не напиться.

Как мёд она сладка и как нектар.

А выпьешь и в груди горит пожар.

Стук в кузнице я слышу за лесочком,

И сердце ненасытным голубочком

Уже метнулось из моей груди.

Ну, что ж ты медлишь, милый. Выходи.

Я поцелуй отдам тебе прекрасный,

К тебе с утра спешила не напрасно.

У нас в запасе час. И всё. Домой.

Чтоб не хватился граф-супружник мой.

Он под покровом ночи меня выкрал,

Из деревеньки милой с корнем вырвал.

Без титула жена ему досталась…

И свадьба в тот же вечер состоялась.

Венчали в церкви. Золотая клетка

Захлопнулась. Ну, всё! Попалась детка!

Раз в месяц можно быть с любимым рядом.

Пропала жизнь. И есть лишь миг в награду.

Метеорный поток Лириды

Метеорный поток Лириды*

Он опять долетит до нас.

Удивят людей габариты-

Ведь экран всё небо сейчас.

Шоу звёздных частиц начнётся,

Выходи смотреть, не зевай.

Шанс тебе Вселенной даётся

Нахватать чудес через край.

Почему Лириды? От Лиры,

Всем так кажется, дождь идёт.

Метеоры парят в эфире.

А увидит лишь тот, кто ждёт.

Полнолуние помешает

Разглядеть активности всплеск.

Я увидеть тот дождь мечтаю,

Ощутить метеоров блеск.

Оказаться в центре потока

И с Лиридами закружить,

Чтобы не было одиноко

Падать им… и в ночь уходить.

*Лири́ды – метеорный поток в апреле, метеоры которого кажутся вылетающими из созвездия Лиры.

Астрономы устали метаться

Астрономы устали метаться,

Отодвинув Плутон в уголок…

Где планета девятая, братцы?

Может кто-то её уволок?

Пояс Койпера может ответить

На единственный этот вопрос:

Где девятая бродит планета,

Потерявшая путь между звёзд?

Аргумент перигелия близок

К единице, нет… даже к нулю.

У планеты шенгенская виза

Знать закончилась я говорю.

На устойчивых бродят орбитах

И Уран, и Нептун, и Земля.

А Юпитер* девятую выпер,

Ведь кому-то мешала. Не зря.

Астрономы всё спорят и спорят,

Мир живёт и не знает о том,

Что огромное звёздное море

Загрустит о девятой потом.

*Если Юпитер выкинул Девятую планету на вытянутую орбиту на достаточно ранних стадиях миграции планет, можно узнать дополнительные факты об истории Солнечной системы. В частности, в начале марта 2016 года группа учёных из Гарвард-Смитсоновского центра астрофизики и университета Мичигана на основе моделирования методом Монте-Карло предположила, что за 4,5 миллиарда лет существования и развития Солнечной системы была 10—15-процентная вероятность вылета Девятой планеты за пределы Солнечной системы при условии близкого прохождения другой звезды. Это значит, что за всю историю планетарной системы она сама не приближалась достаточно близко к массивным объектам.

Ноты

Волшебны ноты и прекрасны,

Все их названья не напрасны:

Do – Dominus – Господь. Над нами.

Не рассказать о нём словами.

Re – rerum. Тут материй масса.

Но не вещей. Другого класса.

И атом, и фотон-частицы,

Материи большой крупицы.

Miraculum, а значит чудо…

Вот нота Мi пошла откуда!

Fa-центр Вселенной. Мирозданья.

Проникла сразу в подсознанье.

Семья планет для ноты этой

Familias. Найдём ответы.

И planetarium поможет

В системе солнечной нам тоже.

Sol – solis – Солнце. Жизнь. Светило.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.