Мирра Соковицкая
Пять моих любимых мужчин

Пять моих любимых мужчин

Мой первый любимый мужчина

Любовь на всю жизнь.

Мужчина, который готов ради меня на все. И я это точно знаю. Да, были обиды и ссоры. Страшные скандалы. Тяжело описать отношения с ним. Находиться рядом дольше одной недели становится очень тяжело, но на расстоянии я скучаю за ним до безумия. Я его люблю.

Он творил необъяснимые вещи. А в детстве я его вовсе не понимала, но он всегда старался оправдать мое доверие и заслужить прощение. Я желаю ему здоровья. Я люблю его.

Он меня разочаровывал. Эти обиды я забыть не смогу. Я простила его давно. Я не злюсь на него. Но забыть не получится. Хотя, может это и есть любовь. Зная и помня все плохое, я не прекращаю любить его.

Я знаю, что он всегда со мной. Мы редко созваниваемся и мало общаемся, но я знаю, он любит меня, он переживает и всегда поддержит. Это так важно, знать, что твои тылы прикрыты. Знать, что твои планы, даже самые нелепые, получат поддержку. Были случаи, когда я боялась звонить родителям, боялась рассказать им какие-либо новости или изменения. Новости бывали не совсем хорошие и идеи были очень своеобразные. Мама размышляет над моими словами, и я слышу в трубке телефона: «Она так решила? Значит, пусть делает. Я, если что, помогу. Пускай не боится». И мама соглашается с его словами. Он наша опора, наша стена.

Я видела его слабость, я знаю его силу, его радость и гнев, его мудрость и заботу. И пусть он обычный мужчина. У него, как и у всех есть огромные минусы, пороки и трудности характера. Но я люблю этого мужчину всем сердцем. Это мой отец.

Мой второй любимый мужчина

Не все сказки и истории начинаются как моя. Но все же.

Я совсем не ветреная, даже наоборот. Мой любимый мужчина, моя любовь, мое счастье, моя радость и моя мечта. Мое чудо, в которое я и не верила, я даже не могла мечтать, что такое может произойти. Мой любимый. Я встретила его, когда была замужем.

Мне было 24. Я была замужем уже как 2 года. Моего мужа зовут Алан. Он очень любит меня, но как обычно, у всех бывают свои проблемы.

Мы познакомились, когда мне было 16, а ему 18 лет. Для нас обоих это была первая настоящая влюбленность, первые чувства, первый опыт. Когда мы развивали серьезные отношения, наши друзья расходились со своими возлюбленными, сходились с новыми, а мы были такой себе стабильной парой, на которую все ровнялись. Но меня всегда волновало одно. Ему ведь захочется узнать другую женщину? Ведь все парни делились своим опытом, а Алан не имел с чем сравнить. Мы наверно слишком рано встретились. А может, так было нужно. Существуют такие пары, которые буквально предназначены друг другу судьбой. Они редко ссорятся или, если ссорятся, то быстро мирятся. Они понимают друг друга с полуслова или всегда находят общий язык во всех вопросах, вот такая пара – это мы.

Мы были вместе, нам было хорошо и пусть мы не сходили с ума от страсти, но все же парили в своеобразном розовом облаке нежности.

Пожениться мы решили тоже просто так, после института. Вот так решили. И все было хорошо, мы строили свои карьеры, пока…

Карьера моей лучшей подруги Кэти резко пошла в гору. Теперь она переехала в Лос-Анджелес.

Была веселая и печальная вечеринка по случаю ее отъезда. Но главное, моя Кэти переезжала в город, где жил мужчина моей мечты. Ни больше, ни меньше. Не больше, потому что кроме восторга, я не могла питать к этому человеку ничего большего. Остальное бред и нереальная фантазия, тем более, я замужняя дама и люблю своего мужа. Не меньше, потому что он был моим идолом, хотя нельзя творить себе кумира. Но именно это я испытывала – трепет. Я не могла даже мечтать, что смогу хотя бы раз в жизни увидеть его вживую.

Да. Нолан Перри. Я любила его с самого детства. Я помню, мне было около 8 лет, а он уже занимал высокую должность в известнейшей юридической компании. И я, еще маленькая девочка, следила не за мультяшными героями, а за будущим сенатором, как пророчили ему. Подумать только, родители ругались, говорили, что я смотрю американский бред, но мне было все равно. Я влюбилась в него.

В свои годы, а на тот момент ему было сорок. Он успел поразить мир своим неуемным пылом и оптимизмом. Он защищал жителей Америки, руководствуясь лишь голым энтузиазмом, и у него получалось.

Дело против газодобывающей компании, громкое дело о депортации пятнадцатилетнего мальчика, борьба с выселением и ущемлением жителей одной из провинций. Огромная куча дел, за которые он не брал платы. Столько судебных тяжб, за которые не брались здравомыслящие адвокаты, дабы не испортить свои карьеры. А он эти дела выигрывал. Я видела, Мистер Перри переживал за каждого своего клиента, пропускал через себя эмоции целых семей.

И его заметили. Его репутация теперь работала на него: он говорит правду, он борется за справедливость, он не врет. Единственное, я переживала за то, чтобы великие корпорации не соблазнили такого светлого человека, не сломали его веру в простых людей. И он меня не подводил.

Дело жизни мистера Нолана повлияло на выбор моей будущей профессии, тут я даже не раздумывала. Международные отношения, юрисдикция. Я хотела быть как он. А он такой красивый, такой молодой. Да, я любила Нолана Перри с самого детства. Когда девочки собирали журналы и картинки со звездами эстрады, я собирала информацию о будущем сенаторе. Никто даже не знал кто он, а я с ума сходила. Знала, когда и какую премию он получил, когда стал губернатором, когда боролся и за что. Я страшно переживала, когда он проигрывал. Даже на этом важном посту он уделял время обычным гражданам, всегда общался со всеми желающими лично. Люди его любили. Только постоянная шумиха возникала вокруг его личной жизни и никогда ничем хорошим не заканчивалась.

Я никогда у Кэти ничего не просила, хотя она сама довольно часто предлагала свою помощь. Я не могла. Ну как это? Она ведь рисковала, многое пережила, добилась всего своим трудом и упорством. А я работала над своими проектами и училась не далеко от дома. Я не прошла такой тернистый путь к успеху, и не пыталась пользоваться ее заслугами. Я не хотела быть обузой для моей лучшей подруги. Но на этот раз я не смогла отказывать Кэти. Она знала о моих стремлениях и предложила мне стажировку в Лос-Анджелесе.

Я не виделась с Кэти уже почти год. Мы лишь созванивались в интернете. Поначалу ей было очень сложно. Трудности с жильем, документами, работой и соседками. Кет плакала, а я пыталась ее успокоить. Но теперь она обжилась и знает что, да как.

Раз в год их компания принимала стажеров, и Кэти сразу же похлопотала о моей персоне. Это был огромный шанс для меня. Это была лучшая возможность получить зарубежный опыт. А все потому, что моя лучшая подруга знала меня, как свои пять пальцев и понимала, что я не откажусь от такой возможности.

Я узнала, что буду проходить стажировку в здании мэрии. Я буду в непосредственной близости от него. Хотя бы какое-то время мы будем работать над одним делом. И конечно же, хотя бы краем глаза увижу его в реальной жизни. О чем ещё можно мечтать?

Всего полгода. Не катастрофический срок. Конечно Алан впал в депрессию. Отпускать меня не хотел.

–Надюх, как ты себе это представляешь? Я без тебя не выдержу. Я не привык без тебя, не могу провести и пары дней, а тут полгода!

Он не мог поехать. Мой муж имел достаточно хорошую работу, да и денег нужно было слишком много на такой-то срок. Но такой шанс выпадает не часто. И я поехала.

Я не надеялась на встречу с мистером Ноланом Перри. Я была готова к тому, что не увижу его. Я себя не обнадеживала понапрасну. Чтобы не разочароваться. Я очень боялась этого.

Все было так абстрактно. Что-то вело меня или я сама выстраивала себе дорогу из желтого кирпича к нему, посвятив свою жизнь тому, чем горел он. Может быть, я делала все это подсознательно, чтобы быть хотя бы на каком-то отдаленном уровне с ним. Это были мои сны, мысли, фантазии. А как часто бывает, именно наши туманные сны формируют наши действия в реале.

Как? Как я могла мечтать о встрече, если мы совершенно из разных миров, разных континентов, говорим на разных языках, не говоря уже об остальных мелочах. Я и не мечтала.

Смена зоны комфорта на неизвестное пространство огромного мира – это, пожалуй, привилегия бесстрашных людей. Я – домашняя девочка – переживала за все. Я тогда еще не понимала, как мне повезло. Кэти все знала. На какое время брать билеты, где они будут дешевле, что брать с собой, ведь в Лос-Анджелесе всегда тепло, а главное, где я буду жить.

–Конечно у меня! – Заявила Кэти. – Ты представить себе не можешь, как тяжело найти себе нормальное жилье. А зарплата у тебя будет самая минимальная. И что за глупости?! У тебя есть я! Наконец смогу избавиться от своей ужасной соседки. Я уже предупредила ее, чтобы она съезжала. Неряха еще та. И мы будем жить, как мечтали в студенческие годы, вместе, целых полгода. Я уже даже о таком не мечтала! Будем пить вино, говорить ночи напролет и гулять по городу. Я покажу тебе свои любимые кафешки и пойдем на пляж! Я все тебе покажу! А когда твоя стажировка закончится, найду себе новую соседку. Поверь, желающих полно.

Кэти встречала меня в аэропорту. Моя голова после долгого перелета была чумная, еще этот многолюдный аэропорт. Я бы потерялась. Но я шлепала за общим потоком людей со своего самолета, а когда толпа немного разбрелась, то увидела знакомое лицо. Высокую брюнетку с ярко красными губами тяжело обойти мимо.

Кэти смеялась и обнимала меня. Мы не виделись почти год.

Миллион вопросов, она забирает мои вещи. Я ведь устала. Подруга не отпускает мою руку. Я чувствовала ее восторг и сама испытывала его. Я вспомнила школьные годы, когда мы все свободное время проводили вдвоем. Я так скучала за нашими девичьими разговорами, ее острыми шутками и нравоучениями по любому поводу.

–Я тебя быстро в люди выведу. Ты у меня станешь самой успешной! Знаешь, как я старалась, чтобы выбить это место!

–Спасибо тебе. И я сама в состоянии нести свои сумки.

–Ладно, вот эту возьми. – Она отдала мне сумку через плечо. Вещей я брала не много, но все равно получился достаточно внушительный запас. Кэти почувствовала, что ей тяжело и все-таки отдала мне часть. – Можешь не говорить «спасибо». Я рада сделать для тебя то, что в моих силах. Тем более, мы целых полгода будем вместе. А может и больше. – Подмигнула она мне.

Конечно, моя подруга надеялась, что я хорошо устроюсь, и мне предложат постоянную работу здесь. Это был ее тайный план, поэтому она и стремилась устроить меня в самый лучший, юридический отдел. Она верила, что я буду работать здесь и после стажировки, а Алану некуда будет деваться, он тоже приедет сюда. И мы будем с ней. Совсем близко. Моя отчаянная подруга считала, что Америка – самый лучший вариант для молодых людей. Здесь есть возможность развиваться и получать хорошие деньги.

–Спасибо, но я не думаю… – Пыталась объясниться я, чтобы Кэти не обнадеживала себя лишний раз.

–Надюх, здесь прекрасно! Всегда тепло. Американская мечта! Ну, помнишь, как мы раньше фантазировали себе? А самое главное, – моя красавица-подруга остановилась и хитро заглянула мне в глаза. – Совсем близко океан. Круглый год! – Ах, она знала на что нужно давить.

Мы расхохотались и постучали колесиками тяжелой сумки к выходу. Пусть мечтает, я ещё успею ей поднадоесть за пол года-то.

Огромный город! Просто огромный! Ночью он только оживает и переливается самыми яркими гранями.

Я не отлипала от стекла такси. Впитывала в себя новые чувства, новые непривычные звуки, ощущения. Я в Лос-Анджелесе. Все не так как дома. Начиная от теплого сухого ветерка, что встретил меня, только я покинула аэропорт и заканчивая разнообразнейшими людьми. Как это модно сейчас? Фрики. Их образы сумасшедшие, их одежда кричащая. Да, нынешняя молодежь слишком много времени и денег тратит на обложку.

Кэти рассказывала мне разные истории, показывала магазины и кафе, что мы проезжали. Делилась всем, что успела изучить сама.

–Вот здесь самый лучший кофе. А тут, вот посмотри, тут мы собираемся с друзьями выпить пиво. А это! – Она скривила носик. – Я не знаю, ни разу не была. Вот мы с тобой как-нибудь туда наведаемся! А это, вот смотри-смотри, самый большой бутик, куда ходят знаменитости! Представляешь, они арендуют его на ночь, чтобы прийти и выбрать вещи для себя и чтобы никто их не фотографировал. Столько денег отваливают. Ты не представляешь какая проблема у нынешних звезд с папарацци. А обычные люди. – Возмущалась она. – Они же как сумасшедшие, бросаются на бедняжек со своими смартфонами. Хотя некоторым известным личностям это нравится. – Раздумывала она, видимо припоминая собственные «интервью».

Квартира, которую арендовала моя подруга, мне очень понравилась. Правда здание было больше похоже на какой-то склад или техническое помещение, но внутри оказалось достаточно уютно. Маленькая прихожая из красного кирпича. Большая комната с огромным окном. Тут же кухня. Из большой комнаты дверь вела в первую спальню. Это была спальня Кэти. Чуть дальше еще один небольшой коридорчик. Дверь налево, вот еще одна комната. А если пройти пару шагов дальше, там ванная комната. Интерьер явно девичий. Яркий вязаный плед на диванчике. Чайный столик завален штуками для плетения картин. Милые картинки на стенах и кричащие плакаты. Пестрые шейные платки на одних плечиках висели прямо на стене. Деревянная рамка картины, внутри сережки и прочая бижутерия.

Главное, нас встречал холеный ленивый кот с грустными глазами. Бенжамин.

Мой первый рабочий день. Кэти успокоила меня, сказала, что все будет хорошо, что люди приветливые и именно этот, мой будущий юридический отдел, непосредственно близок к Нолану Перри. Сюда напрямую поступают все распоряжения. И я реально когда-нибудь смогу его удивить. Хотя Кэти предупредила меня, что в офисе он бывает крайне редко и застать его хотя бы пробегающим по коридору – большая удача.

–Я слышала, сотрудники рассказывали, что довольно часто с ним болтают, просто о жизни. Он очень добрый и приветливый. – Порционно выдавала информацию моя подруга.

Я содрогнулась от предвкушения того, что когда-нибудь так же дружественно он заговорит и со мной.

Языковой барьер – это не проблема. Поговорив со мной минут 15 на английском, моя лучшая подруга удостоверилась, что все отлично. Но я переживала. Не могла уснуть всю ночь. Я смогу его увидеть! Его! Увидеть! Это что-то невообразимое. Я буду работать в его штате. Это счастье. Настоящая удача! Как же мне уснуть, если он так близко? В моей голове родились мысли и фантазии.

Сама же Кэти очень далека от юрисдикции, но ее связи все-таки действительно помогли мне.

Первый день! Как же это? Я никогда не работала с американцами. Какие они? А пойму ли их я? А что одеть? Ох, так много вопросов.

Проснулась я в 6 часов, точнее, еле дождалась утра. Сон был беспокойным, коротким и каким-то бредовым. Я помнила ощущение, что все тряслось, вибрировало, словно при землетрясении. Может так я отходила от длительного перелета. Толковать свои сны я не стала, мне некогда об этом думать. Я собиралась. Первый рабочий день. Я должна составить о себе приятное впечатление.

Кэти смеялась и отвлекала меня всю дорогу. Объясняла, как добираться на общественном транспорте. Я так и не запомнила, она ведь не всегда будет меня провожать. Ах, столько эмоций!

Вот я в огромном здании городской администрации. Люди носятся туда-сюда. Главное, запомнить куда идти.

Офис мне понравился, я еще никогда в жизни не работала в таком продуманном, удобном и организованном для работы помещении. Я боялась выставить себя дурочкой, я ведь привыкла работать совсем по-другому. У нас в стране проще относятся к комфорту работников. Меня успокаивало то, что, если даже я и опозорюсь, то работать мне здесь не более полугода. Это и радовало, и придавало горечи.

Коллеги мне в основном очень понравились, тем более они, узнав, что я русская, задавали миллион вопросов, смеялись с моих шуток и рассказов. Я старалась не привыкать к ним, так как понимала, что мы все же скоро расстанемся. Как назло коллектив здесь был очень приятный. Не все мои новые коллеги были достаточно умными, но радостными и отзывчивыми были практически все. Запомнила я только охранников, они очень общительные, Дженифер – главный менеджер юридического отдела, Кортни – так же стажер и еще несколько ярких личностей, которые первые шли на контакт.

Я оглядывала помещение каждые две минуты. Я думала, что вот-вот он где-нибудь появится, и я увижу его вживую. Мой учитель, эталон и просто настоящий мужчина. Я знала о нем много, даже знала о плохих сторонах его характера. Но это мне не мешало. Я возвышалась его. Я уважала его. Я трепетала при упоминании его имени.

Но Нолана Перри нигде не было.

А я по-прежнему осматривалась. Я была готова увидеть его. Сердце уже замирало в порыве возможного восторга. Свою надежду и тревогу я прикрывала любопытством, словно изучала новую обстановку. Заметила небольшую доску, где разместился коллаж из фото. Подошла посмотреть. Фото сотрудников, смешные и серьезные, а главное, здесь мистер Перри. Я поняла, что он любит портить фото. Везде, где фотографируются его коллеги, он становился сзади и благодаря своему высокому росту всегда попадает в кадр. Строит рожицы или всевозможные рожки. Я тихонько, сама себе засмеялась. Он такой милый.

Так же, незаметно начиная тему «Бос» я узнала, что его хобби – делать сумасшедшие, смешные опечатки в тексте или добавлять в фото редакторе забавные детали, а потом отдавать документы своим подчиненным и ждать их реакции. Некоторые ведь пытались культурно подсказать, что, мол, здесь не совсем корректно. Кто-то старательно умалчивал промахи начальства. Тогда мистер Нолан задавал компрометирующие вопросы. «Ну как? Ты думаешь, этот текст пройдет одобрение?» Или, «я выбрал эти фото для презентации. Отдай в типографию и предупреди, чтобы ничего не меняли». А там какой-нибудь котенок среди схем будущего здания школы.

Я слышала от многих, что Мистер Нолан Перри очень забавный. Его можно часто застать в своем кабинете. Он закидывает ноги на стол и пьет чай, или бросает дротики, или еще что угодно. Никогда не угадаешь, что он придумает в следующий раз.

После общего ознакомления меня ввели в курс основных обязанностей. Половина заданий ввела меня в панику, потому что я думала, что не справлюсь или не успею. Другая половина веселила меня, потому что по сравнению с теми обязанностями, с которыми я справлялась дома – это было все равно, что собрать детский пазл.

И все же, на протяжении первых двух недель и с первой, сложной половиной, я справлялась на «Ура». Но тут появилось одно «но». Моя, так сказать начальница, Дженифер заметила мои умения и понемногу, но уверенно подкидывала мне все новую и новую работенку.

Что я могу сказать? В отличии от нас, в Америке еще больше всяких бюрократических бумажек. Много работы, ненужной и монотонной, но не каждый может с ней справиться. Мои знания оказалась на вес золота. Единственное, что тормозило меня, это все-таки язык. Термины и всевозможные обороты речи давались мне довольно трудно.

После первого рабочего дня я пришла домой, сняла неудобные туфли на среднем каблуке. Фе, это же ужас! Туфли должны быть на шпильке, а если же нет, то лучше носить обычные балетки. Кэти тут же запрыгнула ко мне на диван. Кот следом за ней и тут же принялся нагло заставлять нас гладить себя.

Мы долго обсуждали как прошел день. О том, что на меня навалили, о том, что я могу не делать. Теперь моя подруга могла посплетничать обо всех своих коллегах и новых стажерах. Правда, я почти никого не запомнила.

–Вот что было бы, если бы мы выбрали для себя одинаковое образование? А то это твоё «я буду юристом, буду на законных основаниях помогать людям». – Кривляла меня Кэти. – Хм, я журналист и я действительно помогаю людям узнавать обо всем, что от них скрыто. – Она обняла меня. – Мне тебя так не хватало. Все эти годы, эти телефонные разговоры и никакого тепла. Мы столько пропустили. Сколько ужасных лишних подруг мы впустили в свои жизни, а так были бы вдвоем и нам никто бы ни был нужен.

–Мы бы убили друг друга еще на первом году обучения. – Я знала, что говорю.

–Неправда! – Возмутилась Кэти и отпрянула от меня.

–Правда. – Улыбнулась я. – Ты – слишком несносна, а я – взрывоопасна.

–Но теперь мы повзрослели и будем умнее. – Убеждала меня она.

–Думаешь? – Подколола ее я. Потому что знала, что ее буйный нрав только усугубился с годами. Кэти слегка толкнула меня в плечо и улеглась мне на колени. – Расскажи мне, какой он. Ты же его видела. – Попросила я украдкой.

–Ах, Надюха, ты все о том же!

Месяц, прошел уже почти месяц! Я привыкла. Да, было сложно, но я справилась, и была уже своя среди своих. К нам приходили новенькие и я не чувствовала себя самой младшей в коллективе. Но было грустно. Я все время оглядывалась, а самого мистера Перри так и не видела. Уже вошло в привычку оглядываться и высматривать. Но ведь я и находилась в правом крыле здания, на 4 этаже, а он, если и появлялся, то восседал на последнем, 37. Ландо, я привыкла и уже наверно даже боялась встретиться с ним лицом к лицу.

У меня появилась новая проблема. Алан. Когда он скучал, то приступал к скрупулезному мотанию моих нервов. Он хотел внимания, я понимала это. На работу я ходила с большим удовольствием, но новые сообщения в интернете портили мое солнечное настроение. Алан перестал писать, что скучает за мной и всякие романтические вещи, теперь он ругался и обвинял меня, что я совсем не думаю о нашей семье, что его знакомые девушки вечно спрашивают: «а вы случайно не расстались?», «как она могла оставить такого красивого молодого супруга одного!» и все в этом роде. Меня злили такие замечания. Я не стала ничего отвечать, потому что знала его слишком хорошо и понимала, что из любого моего ответа Алан раздует скандал.

Меня отвлек шепот среди коллег. Сегодня объявили сбор всех отделов. Собирали даже стажеров в круглом кабинете. Будет он. Я его увижу. Быть может, он меня не увидит, но я его увижу собственными глазами, совсем близко! Хорошо, что предупредили всего за час, иначе бы я извелась от ожидания.

Ох, как мне быть? Я покраснела, забыла обо всем, вещи валились у меня из рук. Мои коллеги, кто долго работает здесь, хлопали по плечу, говорили, что все хорошо. Мистер Нолан очень-очень хороший, он все понимает. Он очень добрый и не стоит бояться таких сборов. Да, я это знала. Я знаю, что он человек с большим сердцем, но это все на экране, а какой он в жизни? Не могла же я никому сказать, что для меня он больше, чем просто бос. Он идеал, он канон! Я была воодушевлена мистером Перри с самого раннего детства. Я не хотела, чтобы он меня разочаровал. Я полагала много надежд. Слишком много. Я мечтала, что научусь у него всему, тем более буду работать на него. Но это всего лишь мечты, я нафантазировала. Не будет Нолан Перри уделять свое личное драгоценное время какому-то стажеру и учить меня чему-то.

Но я решила, что хочу просто сказать ему, что он меня очень вдохновляет, и свой диплом я пишу по его предложениям к законопроектам. Я хотела это сказать. Я хотела, чтобы он знал, что его дело – правое и простые люди, как я, в него очень и очень верят. Теперь мой мозг лихорадочно придумывал эти самые слова. Как изложить все свои мысли правильно, ведь его время слишком дорого стоит, и он не будет ждать пока я, заикаясь и смущаясь, буду выговаривать по слову.

Меня втолкнули в кабинет, потому что я катастрофически боялась шагнуть через порог. Я сама себя не понимала. Нельзя так нервничать, он ведь обычный человек, нельзя его так идеализировать.

Вот кабинет заполнился людьми. Некоторых я знала, но большинство составляли незнакомые лица. Гулкий шум стих, в кабинет уверенно и достаточно быстро вошел он.

Высокий, он очень высокий, метр девяносто с чем-то. В телевизоре я никогда не замечала, что он такой высокий. Выправка выдает строгого и уверенного человека. Модная стрижка. Волосы каштановые, в основном зачесаны назад, седины нет. Он достаточно худой. Его лучезарные глаза выдают безумно доброго и переживательного человека, хотя выражение лица суровое. Две вертикальные морщинки между бровей. И две возле рта демонстрируют, что человек очень много улыбается, и к сожалению, вынужденно.

На нем был темный сдержанный костюм, светлая рубашка, с расстегнутой верхней пуговицей, галстука не было, он видимо уже снял его, и дорогие классические туфли. Видимо, будущий сенатор только вернулся с какой-то важной встречи.

Он стал в центре зала, лицом ко всем. Я видела его глаза, удивительно яркие глаза. И мой мир сузился до размеров этой комнаты, потерял краски, единственное, что осталось неизменным – это его светло карие глаза. Сердце замерло и в груди разлилось тепло. Вот он! Я не ожидала такой реакции со своей стороны.

Мистер Перри осмотрел всех и о, ужас! Его взгляд остановился на мне. Всего на секунду, так же, как он посмотрел на многих, но он на меня посмотрел! Я встретилась с ним взглядом. Для меня это много значило, слишком. Мои колени подогнулись, я чуть не упала. Нет, сознание я не теряла, но земля под ногами поплыла. Я устояла, схватившись за парня, такого же стажера, как и я. Парень взглянул на меня с непониманием и тут же отвернулся. Я старалась дышать ровно. Не хватало еще распластаться на полу от переизбытка чувств.

Все хлопали и стали рассаживаться на свободные мета. Когда наступила тишина, мистер бос строго заговорил:

–Вы че, уселись уже? – Вся толпа напряглась, затаила дыхание, присутствующие начали пересматриваться. А вдруг кто-то снова встанет. Но шеф тут же продолжил. – Я хотел, чтобы вы все мне еще хлопали. – Его хитрая раскосая улыбка тут же влюбила в себя почти всех новеньких. Мы с облегчением засмеялись.

Нолан говорил. Я слушала его голос. Он такой, как я слышала по телевизору. Приятный, теплый, успокаивающий. Ах, в этом человеке столько светлой энергии. Я не удивлена, что люди верят ему. Он станет сенатором. У него получится.

Ох, какие же умные вещи он говорил. Как тепло приветствовал новеньких, говорил, что помнит практически всех своих работников и интересуется делами каждого. Это значит, что он общается с простыми людьми, которые работают на него. Я еще больше прониклась к этому человеку. Но также я заметила, что в нем есть некая язвительность.

«Я понимаю, что вы безумно серьезные, вы – выпускники и хотите себя показать, – сдвинув брови, говорил он. – Готовите свои дипломные проекты и вообще думаете о светлом будущем. Бросьте! – На лице нашего непосредственного боса, появилась хитрая улыбка. Какая же у него живая мимика! – Вы же такие молодые, еще будет время погрузиться в проблемы. Сейчас вы должны пропускать через себя информацию, отфильтровывать. Вы выбираете свой жизненный путь, поэтому ваше сердце должно быть открытым. Прислушайтесь к нему. Что оно хочет? Несчастным быть легко и только 5 % из вас будут любить свою работу. Я хочу, чтобы вы все определились. Мы сделаем предложение по работе только одному из трех лучших претендентов. А вас здесь много. Но я все равно желаю вам не отчаиваться и не грустить. Вы найдете другой путь, если не найдете подходящее место в нашей компании, и он будет не хуже».

Мистический характер его речи заставил меня замечтаться, но я быстро отогнала эти мысли. Мне надо держать себя в руках, иначе я не смогу подойти к нему и поблагодарить, что за то, что он делает. Сказать, что он очень важен, что я очень уважаю его работу. Ведь другого шанса может не быть.

А так же я узнала только сейчас, что в будущем одному из нас предложат работу здесь. Вот это да!

Будущий сенатор говорил о том, что рад приветствовать новеньких в нашем коллективе, что к нему можно обращаться по любым вопросам. Он долго рассказывал о том, как важна наша работа. Мы все боремся за права тех людей, которые в этой коррумпированной стране не могут постоять за себя и свою семью. Что вместе мы добьемся многого. Важен каждый.

Гладкая речь парила по залу. Он преувеличивал и украшал. Не всегда поймешь, правду он говорит или шутит. Ему задавали вопросы и его ответы удивляли.

«О да, я так хорошо выгляжу. Понимаете, мой ребенок родился, когда мне было 14. Теперь, в свои 37, я уже дедушка. Но сохранился-то отлично? – Все поддержали его улыбками и легкими аплодисментами. Каждый ведь знал, что мистеру Нолану уже далеко за пятьдесят. – Я чувствую себя мужиком! – Он сдвинул брови, нахваливая себя. – Я такой мужик, такой мужик, что могу… – покрутил головой, рассматривая комнату. – Выбить ногой дверь! Да я могу все двери выбить! – Мистер Перри показал смешной прием руками. – У него получилось разрядить обстановку, теперь даже молодые стажеры могли не стесняясь задавать свои вопросы. Все задавали много вопросов.

«Не думайте что я монстр, который наслаждается вашим адреналином. У вас такой дикий, запуганный взгляд. Я не собираюсь напрыгивать на вас. Я вас не съем. Я люблю пиццу». – И все смеялись.

Он очень скромный. Я видела это по его поведению. Вся его строгость напускная, но на многих это действует. По сути Нолан Перри – сердечный человек, который не любит обижать людей. Но в ходе работы ему приходится быть жестким.

Его движения резкие, речь быстрая. Он хотел сказать много, он хотел подружиться со всем коллективом. Как такие разные качества характера уживаются в одном человеке? Как люди не замечают его грусть, и пусть скрытую, но все-таки неуверенность в себе?

«Теперь вперед! Мы победим любого! Все в этой жизни можно решить, обо всем договориться и мы будем делать нашу работу честно».

Когда собрание закончилось и все стали расходиться, я осталась стоять на одном месте. Страшно боялась. Я крайне уважаю этого человека. Он вдвое старше меня, он в тысячу раз умнее меня, он могущественный, добрый и я хотела убежать, чтобы не пришлось говорить с ним, но и уйти не могла. Хотела побыть с ним еще секундочку, чтобы удостовериться, что он настоящий. Он так близко.

Мистер Перри остался говорить с одним из стажеров, который задавал вопросы не только по работе. Неподалеку осталось двое мужчин, я знала – это охрана, я не обращала на них внимания. Эти люди умеют быть тенью.

Вот будущий сенатор, наконец, освободился, и я решилась подойти. Это был мой шанс, который бы потом я вспоминала с улыбкой. Поджилки тряслись. В руках не унималась дрожь. Я забыла все английские слова и сказала «простите» на русском языке.

–Не за что. – На ломанном русском проговорил он и встретил меня дружелюбно улыбкой. Я тоже улыбнулась. Какой же он милый. Я перешла на английский без страха, умеет же он сглаживать нелепые углы. Хотя я заметила выражение лица «я так и знал». Я не обратила на это внимания. Слишком переживала. Во рту перестало, но я продолжила:

–Простите. – Он смотрел на меня сверху вниз, да я ему до плеча еле достаю. – Меня зовут Надя. Я стажер.

–Я – Нолан Перри. Конгрессмен. – Он протянул мне руку, я пожала ее. Дрожь прошла по коже, словно электрический ток. Только все это было приятно. Он смотрел мне в глаза. Ему было интересно, что я скажу. Его глаза блестели, ему было интересно! Это чудесное умение слушать простых людей, искренне интересоваться их делами – так нужно уметь. И он умеет.

–Я просто хотела сказать… – Запнулась, как маленькая девочка. – Что вы меня очень вдохновляете. И я пишу свой диплом о ваших предложениях к законопроектам. Я очень рада, что могу пройти стажировку здесь. Спасибо вам.

Он улыбнулся.

–Я польщен. И на какую тему?

–Запреты на объекты газодобывающей промышленности вблизи жилых массивов. – Отчеканила я.

–Вы такая юная, – он сдвинул брови, словно осуждая. – А тратите время на эти несбывшиеся проекты. Они ведь не прошли. – Я видела, что ему не слишком приятно говорить на эту тему и опечалилась. Я не хотела расстраивать его. Видимо, я затронула какие-то неприятные воспоминания. Конечно. Я же знала, что тогда он проиграл.

–Но вы хотели как лучше! И я распишу подробно, почему они отклонили их. Ох, поверьте, это очень важно для меня.

Он секунду помолчал, обдумывая мой ответ, и видимо одобрил его.

–Я могу передать вам некоторые материалы. – Неожиданно для меня предложил он. – Может они вам помогут раскрыть тему. – Настроения мистера Нолана по-прежнему оставалось каким-то сумрачным. Я не понимала, почему мои слова так на него подействовали. Этот законопроект провалился, но это не единственное его дело, которое правительство не одобрило. Быть может, там была какая-то своя история. Ах, да! Может ему не понравилась тема моего диплома, потому что я русская! Вот в чем дело. Ой-ой, эти тяжелые отношения между нашими государствами. Да, это большая проблема. И я об этом не подумала.

–Спасибо большое. – Я не могла сдержать свою улыбку. Он ведь все-таки хотел мне помочь. Мне – никому не известному маленькому выпускнику. – Буду ждать. Я даже не думала, что вы захотите помочь стажеру. Спасибо. До свиданья. – Он кивнул головой в ответ и больше ничего не стал говорить. А я выбежала из кабинета.

Я улыбалась весь вечер. Как объяснить это чувство? Ты всю жизнь идеализируешь человека, мечтаешь, что вырастешь и добьешься такого же статуса, будешь такой же умной и все такое, а он в жизни оказывается еще лучше! Он еще лучше! Ну и пусть, с другими он говорил как со старыми друзьями, а со мной так неприветливо. Это всего лишь из-за моей национальности. Меня это не слишком тревожит. Сейчас между нашими странами, правда, большие проблемы. Но он, как настоящий учитель, все же хотел мне помочь.

Кэти целый вечер пыталась меня успокоить. Я летала по комнате и рассказывала, как я счастлива была увидеть его. Я благодарила подругу, за то, что она предоставила такой шанс. Кэти улыбалась и выслушивала весь мой возбужденный бред. Она-то не имела такого чувства к нашему общему шефу, но знала о моем отношении с самого детства.

–Я просто рада, что ты чувствуешь себя счастливой. – Она прижала меня к себе, а я без устали рассказывала ей о своих эмоциях. Какой он хороший. Самый лучший бос!

Следующий день я порхала словно бабочка. Мне хотелось быть красивой, хотелось хорошо работать, хотелось радоваться жизни. А когда после обеда я прочла имейл, о том, что должна подняться на 37 этаж к Мистеру Перри, я чуть не запела от счастья. Он сам передаст мне нужные материалы. О таком я даже не мечтала. Я еще раз увижу его. Я буду работать с теми же бумагами, которые подготовил он сам. Пусть в Америке этот законопроект растоптали, в России мой диплом будет принят на ура.

Даже мои коллеги заметили столь разительные изменения в моем поведении. Я сияла и парила по кабинету, словно, не исполняла свои обязательства, а как золушка работала с поющими вокруг меня птичками. И все у меня получалось. Я поняла что влюбилась. Да, вот так, с первого взгляда или с самого детства. Я полюбила самой преданной первой любовью, как могут полюбить своего учителя.

И тут я упала на стул. Так нельзя! Вообще так нельзя. А в этой стране, так тем более нельзя. Даже если я пошучу и скажу кому-нибудь, что я просто влюбилась в мистера Перри, что это такое преувеличение, шутка, выражение моего счастья и благодарности. Что я просто в восторге от своего учителя. Да меня засудят! В Америке такие шуточки не пройдут. Я постаралась уговорить себя, что это просто эйфория. Я рада помощи, я рада дружелюбному знакомству, я счастлива, что меня радушно приняли и не больше, что все пройдет, но не могла себя убедить.

Я посмотрела в монитор. Больше ни от кого не было ни одного сообщения.

Я сняла обручальное кольцо и положила его в карман. Не спрашивайте меня, зачем я это сделала. Это было на подсознательном уровне. Я просто это сделала. Я часто не носила его. Когда обижалась на своего супруга. Вот как сейчас. Мы вчера поссорились и он до сих пор мне не писал. Обиделся и таким образом наказывал меня. Или просто пальцы наливались от жары, и мне стало неудобно. Не важно. Я сняла кольцо.

Мне было немного больно, что я так далеко уехала, а Алан даже на таком расстоянии диктует мне свои правила и портит настроение. У меня ведь все получается! Я работаю, для меня это очень важно, эта стажировка хорошо скажется на моей карьере в будущем, да и просто, мне нравится сейчас здесь работать. Это отличный опыт. Ну почему не может быть все идеально? Почему он сейчас заставляет чувствовать меня виноватой? Это же полгода. Это не смертельно и мы не пара в конфетно-цветочном периоде. Мы давно привыкли друг к другу и нам нужно немного отдохнуть. Соскучиться, взбодрить отношения. Но он не дает мне поскучать за ним. Своими детскими выходками Алан просто портит мое настроение. Я закрыла свой профиль и занялась работой. И больше я это кольцо не одевала.

Через час я поднималась со своим новеньким блокнотом, который мне выдали в первый день пребывания здесь, на 37 этаж. Никто из моих коллег не мог догадаться, что я поднимаюсь на этаж мистера Перри. И я никому об этом не сказала. Даже Кэти. Я сдерживала торжествующую улыбку. Внутри я ликовала. Но теперь я знаю, что в это развитой Америке камеры находятся везде, и стояла в лифте, не двигаясь с места, чтобы не показать свое счастье и не выставить себя дурочкой перед охраной, которая увидит мои танцы на мониторе.

Дверь открылась, и я оказалась в его кабинете. Панорамное окно во всю стену. Коричневый стол и супер стильный интерьер. Все в сдержанных тонах. Большой монитор супер современного компьютера. Дорогие блестящие аксессуары. Какие-то новинки, я не знала для чего и как они применяются. Единственные яркие пятна в этой строгой роскоши были смешные фотографии. Да, не сравнить с моим рабочим столом, где бардак начал твориться уже с первого рабочего дня.

Мистер Перри поднялся с места и прошел ко мне, пожал руку. Я покраснела и наклонила голову. Я заметила, что он задержал рукопожатие на долю секунды, лишнюю долю секунды. Ах, снова этот электрический разряд. Этот взгляд. Я надеялась, изо всех сил надеялась, что он не заметил этого. Что это только моя фантазия, иначе я бы провалилась от стыда. Я не хотела, чтобы он узнал, что я вот так нервничаю. Я не хотела, чтобы он знал о трепете в моей груди.

–Добрый день, стажер Хоуп. Надежда. – Со смешным акцентом проговорил он, чтобы я понимала, что он знает перевод моего имени.

–Добрый день, мистер Нолан. – Ух, как он смотрел на меня. Как-то хитро и уверенно.

–Добрый день, мистер Перри. Я даже не думала, что вы захотите помочь мне. Я просто хотела вчера сказать вам, что для меня очень важно то, что вы делаете для обычных людей, которые не могут защитить себя от больших корпораций. Что это очень важно для многих. Пусть на первый взгляд это не видно. Это доброе дело.

Он подошел к своему столу, пододвинул ко мне пальцами стопку бумаг. Провел взглядом по траектории движения стопки и перевел взгляд на меня. Что-то мне не понравилось в этом взгляде. Нет, он ничего не хотел в замен. Это было что-то другое. Словно он раскусил шутку. Да только я не шутила ни разу. Он снова обошел свой стол, засунул руки в карманы брюк своего дорогущего черного костюма. Молчал. Он такой красивый в этом образе. А еще темная рубаха без галстука добавляли лишней сексуальности в этот образ. Точеная фигура. Ничего лишнего.

–Спасибо большое. – Я замялась. – Простите, я что-то не то сказала? Или сделала? – Взяла бумаги и прижала их к груди, словно закрываясь от этого прожигающего взгляда.

–С чего вы взяли? – Мистер Нолан приподнял одну бровь.

–Что-то не так? – Я по-детски сдвинула брови, потому что не могла объяснить эту свою догадку.

Он молчал. Не предлагал мне присесть. Сам же уселся за свой стол, прижал пальцы к губам, раздумывая. Я молчала. Во рту все пересохло, я точно сделала что-то не так, но не знала что. Может я нарушила устав или какое-то правило поведения. Ах, эти сложности. Точно напортачила. Я так и стояла с бумагами в руках и сходила с ума от догадок. Выставила себя дурой.

–Вы сняли кольцо. – Проговорил он тихо.

–Простите, что? – Я сделала маленький шажок навстречу, чтобы расслышать правильно ли я поняла.

–Вы сняли обручальное кольцо. – Серьезно произнес он, убрав руку от губ и четко проговаривая каждое слово. Словно приговор. – Зачем вы это сделали? – Какой коварный ход.

Я опешила. Я пребывала в шоке, что он вообще заметил это. Мне было стыдно из-за того что он мог подумать. Я посмотрела на правую руку и не знала что сказать. Я, правда, растерялась, не знала как объяснить свое действие. Я понимаю, что сделала это бессознательно и необоснованно. Как я могу объяснить это ему? Да и зачем собственно я должна объясняться?

–Я не всегда его ношу. – Что смогла, то и ответила. Ну, и это была правда.

–Давайте начистоту. – Ах, все эти американские серьезные разговоры начинаются шаблонно. Это меня немного разозлило. Почему я должна перед ним отчитываться? – Я знаю о вас все. Вы замужем. – Он поднялся из-за стола и стал приближаться ко мне. Очень медленно. Вот тут будущий сенатор мне уже не казался добрым и милым. – Вы родились в Украине. Приняли гражданство России. Приехали сюда на стажировку. Полгода – уточнил он. Дома вы пытались попасть в военную структуру. – Я опустила голову, хотя не понимала, за что меня пытаются наругать. – Вы очень симпатичная девушка. – Тут я подняла голову, мне было лестно слышать от него такое. – Да, вы очень милая и интересная девушка. Вы тут же нашли подход, как познакомиться со мной. Впервые как увидели. Заинтересовались проектами. Теперь являетесь ко мне без обручального кольца. – Он подошел совсем близко. Вот совсем близко. Мне стало жарко. – Теперь объясните мне, пока я даю вам такую возможность. – Нолан Перри строго смотрел мне в глаза. – Вы – российский шпион? – Меня поразил ступор. Что это вообще за догадки? Быть может, был бы он помладше, я бы высказала ему свое глубочайшее недовольство, но я уважала его, поэтому грубить не могла. Но от такого умозаключения мои глаза округлились. Такого я не ожидала. – Вы очень умная. – Он снова замолчал. – Ваше задание подорвать мою репутацию? – Я была ошарашена. – Кто вас нанял? Какая ваша цель? Чего вы хотите? – Его глаза, ах, его прекрасные карие глаза, блестели холодными искрами. Мороз пробежал по моей коже.

–Извините, но что вы такое говорите? – Я не могла возмущаться, но нужно было объясниться. – Я… я … меня никто не присылал. Мне предложили стажировку здесь. Я с 8 лет нахожусь под впечатлением от вашей работы. После того выступления на площади, которое я видела по телевизору с переводом. Только маленький короткий момент. И я поняла кем хочу быть. Я хотела стать как вы, так же бороться за великие дела, защищать людей. Вы для меня учитель, вы для меня гуру. Я выбрала специальность, чтобы так же как и вы отстаивать права людей и мне предложили пройти стажировку в городе, где живет человек, который оставил такой огромный отпечаток на моем сознании. Понимаете, в 16 лет подростки были фанатами рок групп и актеров, а я штудировала конспекты и учила английский, потому что… потому что мечтала стать такой же умной как вы. Такой же настойчивой. А вы говорите, что я какая-то шпионка. Простите, но это не так. – Я чувствовала, что мне не хватает воздуха. Слишком быстро я выдала эту речь и слишком уж была возмущена.

Он сощурил глаза. Сеточка морщинок покрыла кожу около век. Сейчас он выглядел еще старше. И более расстроенным.

–У меня есть информация о каждом работнике. Это и помогло мне дожить до этих самых пор, и до сих пор баллотироваться в сенат. У меня идеальная репутация, потому что я осторожен. А здесь появляетесь вы. Вы же замужем. И у вас столько пробелов в биографии, столько нисхождений. Теперь появляетесь здесь, такая красивая и что я должен подумать? Еще и кольцо сняли. Сейчас происходит переломный момент в моей карьере. И я не позволю такой мелочи подорвать мою репутацию. – Гневно сверкнули глаза.

Да что же это такое происходит?! Что он вообще такое вообразил? Мания преследования? Хотя чего ожидать, он, правда, должен быть осторожным. Но, что же он думает себе, что я какая-то обольстительница? Бред. Полнейший бред!

–Что же, я не могу снять кольцо? – Я смотрела ему в глаза и не понимала. Он считает меня опасной? Почему?

–Вы это сделали намеренно. – Односложно ответил он, не отводя холодного взгляда. Я готова была выложить всю правду. Но вот в чем проблема. Это и так была правда. А больше мне рассказывать нечего.

–Намеренно. – Вздохнула я. – Но необоснованно.

–Зачем? – Я заметила в его взгляде непонимание. Словно в нем зародилось подозрение, что я говорю правду. И в таком случае, он совсем не понимал моего поведения.

–Я не знаю. Я сама не знаю. – Я отвела взгляд, не могла с ним бороться и покачала головой.

–Я знаю. – Проговорил он уверенно и пожал плечами. – Вы хотели соблазнить меня и построить с моей помощью прекрасную карьеру. Или разрушить мою. – Мистер Перри отошел к столу и все так же прожигал меня металлическим взглядом. Мне нужно было оправдать себя, чтобы он ничего такого даже не думал. Я не собиралась оставаться здесь дольше, чем того требует моя стажировка. Не думала я, что из-за моей маленькой мечты просто увидеть его, разрастется такой скандал. Моё сердце трепетала, а гнев внутри клокотал с неистовой силой. Во мне боролись противоречивые чувства, а руки предательски дрожали.

–Я просто… я просто. – Не знала что сказать. А он профессионально провоцировал меня.

–Что? – Мистер Нолан снова приблизился так близко, я слышала аромат его туалетной воды. Такой взрослый, сдержанный, мужской. Он наклонился, чтобы видеть мою реакцию. И я заговорила. Я говорила то, что даже не успела осмыслить.

–Я слишком хорошо воспитана что … в общем, у меня огромное количество правил и я понимаю, что все, что я сейчас скажу – это неправильно, но только сейчас я поняла… – я замолчала. Ну как я могу такое сказать человеку, который мне в отцы годится. Который даже старше моего отца. Хотя чего там уже бояться, после всего этого диалога, который уже между нами был и того стыда, который я только что перенесла, и поняла, какое страшное недоверие этот умнейший человек испытал ко мне. Он меня проверял и ни капельки не поверит мне. После этого я не смогу работать в непосредственной близости от него. Я многое поняла сама для себя. И остановиться уже не могла.

–Что вы поняли? – Мистер Перри требовал ответа.

–Я сняла кольцо только из-за своих ничем не обоснованных фантазий и мыслей. Имея такое строгое воспитание как у меня, я бы переступила через правила, заметив хоть минимальное внимание с вашей стороны! – И тишина зазвенела в моих ушах. Я сказала это вслух. Да как я могла?!! Своему наивысшему босу! Будущему сенатору. Да это политический скандал! Меня сегодня же выпрут из страны. Неожиданное признание для меня самой. Мне казалось, что я вся красная и свечусь, и все узнают, что именно я это сказала и это больше не секрет. Сразу же стало стыдно после сказанного.

Нолан только оперся о стол и снова потер губы пальцами, размышляя над моими словами. Глубокие морщины, покрывшие его лоб, отображали тяжелые мысли. Он не понимал всей этой ситуации. А мои слова шокировали его. Моя откровенность разбила в прах его логическую цепочку. Единственное, что слегка оправдывало меня, это то, что я доказала неправоту его рассуждений. Страсти накалялись. Воздух в огромном кабинете вибрировал вокруг нас, словно сейчас произойдет последнее напряжение, и вся эта энергия разобьет огромные стекла этого дурацкого кабинета. Вот сейчас все взорвется.

–Что вы имеете в виду? – Снова на его лице ни одной эмоции. Ну почему я не провалилась под землю в этот момент? Почему высшие силы позволили мне произнести эти слова вслух? Я никогда даже сама себе не призналась бы в этом.

–Простите, простите меня. Я глупая девчонка. Я не должна была так говорить. – Я шагнула в его сторону, но тут же поняла, что я не его подружка, что он не поймет такой фривольности от своей подчиненной и остановилась. – Это просто мысли, которые бы я не стала воплощать в жизнь. – Оправдываясь прошептал я и больно прикусила губу, чтобы больше ничего не сказать.

–А я думаю, что это все-таки ваше задание. И оно провалилось. – Пробурчал он, сдвинув брови. Никакой он не добряк. Заставляет меня так нервничать. – То есть, вы хотите сказать мне, что я обычный параноик. Может, все-таки вы отлично подготовленный работник спец служб?

–И как же я могу вам доказать обратное? – Я наклонила голову и поняла, что опозорилась – перед своим наставником, учителем и так далее. – Я перейду в другой отдел. Я не буду попадаться вам на глаза. – Я смотрела в пол, мне было ужасно стыдно. Я просто ждала, когда закончится это мучение, и он отпустит меня.

–Не рассказывайте мне сказок. – Разозлился он. Ну вот, хоть какие-то эмоции. – Здесь нет никакого другого отдела, чтобы вы смогли заниматься вашей карьерой, чтобы вы смогли пройти по конкурсу. Выше вашего юридического не перепрыгнуть. – Бросил суровый взгляд, от которого у меня в горле вовсе возник горький ком. Так хотелось расплакаться и убежать.

–Я не собиралась выезжать на вашем приглашении и выстраивать здесь карьеру. Я сделала то, что хотела – познакомилась с вами. А свой диплом я закончу и без вашей помощи. Я перейду в канцелярский отдел, доработаю как планктон в вашем королевстве, и вы забудете, как меня зовут. Так же вы вправе уволить меня хоть сейчас! Я не стану вас уговаривать. Я получила то, что хотела с самого детства – познакомилась с вами, и поверьте мне, это знакомство меня разочаровало. – Положила его документы на стол. – Приятного вам вечера. – И поспешила к лифту. Там мне пришлось постоять, как дуре, некоторое время, пока он поднимался на 37 этаж. Нельзя было сделать ситуацию еще нелепее.

«Ну, давай же, давай же быстрее!» – Подгоняла я бездушный лифт. А мистер Нолан продолжал смотреть на меня, не произнеся ни слова. «Ну, когда же сработает этот дурацкий лифт?» – И лишь двери открылись, я влетела в кабинку и нажала кнопку.

Я была счастлива, что весь этот ужас закончился. Я тяжело дышала. Колени подгибались от страха и разочарования. Все мое тело дрожало мелкой неприятной дрожью, словно я проиграла в смертном бою. Я хотела исчезнуть, испариться, чтобы никто меня не видел, а сейчас придется столкнуться лицом к лицу с коллегами, но я знала, что меня уже ничего не остановит. Я хотела в этот момент броситься домой, собрать вещи, купить билет и улететь подальше от этого места. Это разочарование убивало меня. Я всю жизнь верила в него, а он такой жесткий и бессердечный. Я хотела, чтобы все закончилось! Вся эта стажировка. Такой позор. А завтра об этом узнают все. Все будут смеяться и показывать на меня пальцем, а то и вовсе, я даже не хотела думать, что может быть.

Но я не могла так все бросить. Мой побег будет только очередным подтверждением его выдуманной истории. И Кэти так старалась. Я подставлю ее. Нет, я так не могла поступить. Я переведусь в другой отдел, спрячусь за кипой бумаг и, если он уволит меня, тогда поеду домой. Но сама бросить все это я не могла. Придется терпеть. О, ужас! У меня осталась только надежда, что все обойдется.

Я спустилась на свой этаж. Путаясь в коридорах, доплелась до кабинета. Сердце выстукивало свой дикий ритм. Уже практически все разошлись по домам. Но Дженифер еще была на месте. Я схватила лист бумаги, ручку и подошла к ней.

–Скажи мне, пожалуйста, что нужно написать, чтобы меня перевели в какой-то другой отдел? – По моему всклокоченному виду она поняла, что произошло нечто невообразимое.

–Что случилось? Почему?! – Конечно она не хотела отпускать меня.

–Мистер Нолан Перри принял такое решение. – Без единой эмоции выпалила я.

Глаза главного менеджера округлились, такого еще наверно никогда не было.

–Но в других отделах зарплата намного меньше и никакого карьерного роста. Ну, менеджер средней ступени и все. А конкурс?! – Она воодушевилась, потому что поняла, как сможет остановить меня. – Как же конкурс?! Если ты хочешь получить постоянное место работы здесь, ты должна работать с нами, иначе тебя даже в тройку не войдешь. – Дженифер увидела мое выражение лица. Я была бледна и напугана. Но я была уверенна. – Ну, разве только в канцелярию. – Грустно проговорила она.

–Вот туда меня. Я все равно еще совсем немного здесь побуду и уеду. Я не собираюсь оставаться здесь.

–Я поговорю с мистером Перри. Ты наверно что-то неправильно поняла. Он очень редко злится. Быть может, что-то случилось. Что-то испортило его настроение. И когда это вы уже успели пообщаться? И как же так? Ты лучший стажер! Мы делали на тебя ставку. Все наши уже решили, что ты получишь эту вакансию! Мы успели привыкнуть к тебе. Мы хотим, чтобы ты осталась с нами.

–Но Мистер Нолан не хочет. – Я была непреклонна.

После долгих уговоров и угроз, в конце концов, мы написали заявление.

За неделю до этого

Мистер Нолан – будущий сенатор – не был параноиком, но в свободное время имел привычку посещать кабинет охраны, просматривать некоторые оставленные для него видео. Его опытный взгляд сразу определял людей. Кто нечист на руку, кто лентяй, кто подставляет сотрудников. Не единожды Нолан вычислял подставных лиц, которые пытались выудить информацию и перепродать ее. Были в его жизни ситуации, когда излишняя внимательность к деталям спасала не только его репутацию, но и жизнь. Все охранные службы были предупреждены и знали, что конкретно интересовало конгрессмена. Подозрительные люди, необычные ситуации, нестандартные поступки. Но на этот раз будущий сенатор обратил внимание на другое.

–Привет, ребята! – Улыбался он самой открытой улыбкой, потому что эти охранники были его хорошими приятелями. – Патрик, Марк, как семья? Как дети?

–Да все отлично, шеф! – Бодро отвечали они. Полные мужчины средних лет, которые до сих пор работали здесь только с подачи Нолана.

–Ох, пора вам работу менять. Уже животик не позволит гоняться за негодяями. – Подшучивал он.

–Так пенсия совсем близко! Уже досидим. – Все рассмеялись.

–Что там у нас новенького за месяц? Кто провинился? – Часто бывало, что будущий сенатор приносил пиццу, и они втроем общались, ели угощение и хохотали над некоторыми работниками, которые не подозревали, что за ними наблюдает камера, попадали в нелепые ситуации. Кто со стула упадет, кто копирует чужие файлы, чтобы сделать свою работу быстрее, кто обливается горячим кофе, кто оценивает красивых сотрудниц. Но бывало, что попадались такие экземпляры, которых приходилось сразу же увольнять. Подставные работники вели поиск тайных документов в архивах, случалось, подставляли кого-то и многое другое. Кто-то скажет, что это работа охраны и службы безопасности, но Нолан Перри помимо всего вышесказанного, изучал поведение своих приближенных, чтобы знать, чего ожидать в будущем и кому можно доверять.

–Да все по-старому. Вот только стажеры новые. – Охранники включили бесцветные записи и дали время босу прокрутить их по-быстрому. Но тут Нолан перевел взгляд на другой монитор, который показывал настоящее время. В холле стояли две девушки. Они ждали лифт, говорили, смеялись. Будущий сенатор присмотрелся. Одна из девушек точно новенькая. Память на лица у мистера Перри просто замечательная.

И тут, именно в этот момент, девушка стала демонстрировать какие-то смешные па. Что за поведение? Это позабавило мистера Перри. Он улыбнулся и продолжил смотреть. Девушки что-то живо обсуждали, а новенькая тарахтит без умолку и что-то показывает, но вдруг, видимо вторая девушка указала, что тут везде камеры. Та, смешная девчонка, подняла голову вверх и пристально посмотрела в объектив. Какой-то странный интерес вызвал у нее глазок этой камеры. Мистер Нолан подошел к монитору. Охранники переглянулись, не стали мешать.

Он долго смотрел на девушку, та, словно отвечая на его взгляд, с интересом изучала объектив.

–Приблизьте, пожалуйста. – Скомандовал бос.

Девушка смотрела на безмолвного свидетеля ее комических сценок. Смутилась. Двери лифта раскрылись, она опустила голову и вошла в кабинку.

–Найдите мне ее. – Не отводя взгляда от многочисленных мелких экранов, скомандовал он. Нолан хотел узнать на каком этаже она выйдет из лифта. Охранники поспешили и поочередно выводили в столбик на экран все новые и новые видео.

–Ага, 4 этаж. – Пробубнил себе под нос Нолан Перри.

Несколько раз конгрессмен задерживал кадр на девушке. Такая смешная. Небольшого роста, с шоколадными, будто выгоревшими на концах волосами. Она отличалась от большинства работающих здесь дам. Одежда, поведение, да и сама внешность. Что-то более славянское. В общем, она не типичная американка.

Небольшой нос, округлый на конце, пухлые губки, изящные скулы и аккуратный подбородок.

Вот он остановил на том месте, где девушка что-то объясняет коллеге, вот она с Дженифер, та закрывает дверь, а эта новенькая говорит и говорит, документы выпадают из ее рук, она собирает их с пола и продолжает говорить. Верхняя стопка документов снова падает на пол и все бумаги рассыпаются. Охранники переглянулись, не заметив в этих действиях ничего предосудительного.

Вся разговорчивость шефа испарилась.

Вот он снова перекрутил видео и снова остановил на девочке. Смотрел, как она общается с парнем. Она не флиртует, ничего такого не делает, что могло бы натолкнуть Нолана на какие-либо подозрительные мысли. Тут, пытается состроить гримасу, тут, успокаивает коллегу по работе, а вот она с мальчишкой из соседнего отдела. Вот одна сидит, работает за своим компьютером. Охрана совершенно ничего не понимала. А их шеф улыбнулся.

–Личное дело вот этой девушки. Пожалуйста, подготовьте к собранию. Спасибо парни! – Дружественно постучал по плечу каждому. – Отличная работа!

После того, как Надежда покинула кабинет Нолана Перри.

Он остался один в оглушающей пустоте своего кабинета. Нолан с силой провел руками по лицу и волосам. Он не любил обижать людей, тем более перед ним была девушка. Но она шпионка, подосланный агент и скорее всего, продемонстрированные ею чувства были не настоящие. Это роль, с которой она очень хорошо справляется.

Мистер Нолан оперся о стол. Тяжелые мысли засели в голове. Она такая милая. Ее глаза честные, добрые. Ну разве может эта девочка быть агентом? Может. Нолан на своем веку видал и не таких. Но как же… это все-таки больно. Эта девушка ему очень понравилась. Очень.

А что же она такое говорила! Невообразимо. Как она такое могла сказать? Мистер Перри чувствовал, как внутри накатывает волна нежности.

"Она смелая, сказала такое". – Жалко, что он почти поверил. Жалко, что это все не правда. Для будущего сенатора это немыслимая роскошь, вот так открыто получить искреннее признание в любви.

Но она тут же призналась и в разочаровании. Что же это все такое было? Ну зачем ему нужны эти новые проблемы? Но не думать об этой ситуации он уже не мог, тем более его обоняние воспроизводило в памяти аромат нежных экзотических цветов и ванили.

Конгрессмен оттолкнулся от стола, прошел по кабинету, улыбнулся, вспоминая ее слова: «…минимальное внимание с вашей стороны…». Уселся на свое место, открыл нижний ящик, достал файл, снова стал листать бумаги.

Ну вот же все написано. Родители, образование, смена гражданства, предложения по работе. Не каждому предлагают место юриста в отделе безопасности. Ну как предлагают? Она проходила там собеседование. Написано, что не прошла. Но все не так просто. Вот дальше друзья, рекомендации, муж. Ах, да – муж.

–Так. – Вздохнул он. – Нужно вывести эту девчонку на чистую воду. – Или. – Снова задумался. – Или извиниться. – Мистер Перри нахмурился. Набрал отдел внутренней безопасности. – Информацию по Катерине Герцевой.

Через три минуты в кабинет постучал сам начальник охраны.

–Да, мистер Нолан. Вот, пожалуйста. Катерина работает у нас больше года, в отделе связи с общественностью. Журналист. Зарекомендовала себя, как хороший специалист. В посторонней деятельности не замешана. – Мужчина, с явной военной выправкой, положил на стол папку с бумагами.

Нолан пробежал глазами по предоставленным документам.

–Значит так. Все очень серьезно и секретно. Никакой огласки. Даю вам неделю. Мне нужна вся возможная информация на Надежду Павлову и Катерину Герцеву. Вся. Личная и профессиональная. Все связи, знакомства, даже оценки.

–Вы подозреваете, сер? – Мгновенно отреагировал мужчина.

–Да. – Серьезно ответил Перри. – Вся информация с камер слежения, все данные из компьютеров. Я чувствую, вам придется провести разговор с Катерной.

–А как же Надежда?

–Нет, только с Катериной. Но без пристрастия. Это просто мои догадки. – Уточнил конгрессмен.

–Будет сделано! Вы подозреваете Надежду?

–Да, поэтому Катерину опросить о ее подруге и объясните, что это должно остаться в тайне. Надежда не должна ни о чем догадываться, и я еще раз отмечу, без пристрастия, просто разговор. Я серьезно. – Строго посмотрел в глаза военному.

–Будет сделано.

Следующий месяц

Месяц наблюдений прошел. Мистер Перри должен был собрать достоверную информацию. Его интерес разгорался с каждым днем.

И что же он увидел на камерах? Надежде было тяжело укрыться от вездесущего ока, и точно было видно, что скрывается она только от одного человека. Он четко видел, как девушка его избегает.

Надя, с улыбкой на лице, вышла из комнаты прессы. А вот и сам Нолан проходит по коридору, разговаривает с Дженифер. Да, в тот день он не видел девушку, но Надя, заметив его издалека, забежала обратно в комнату, спряталась за дверью.

Нужно было сопоставлять несколько видео, чтобы отследить ее поведение. Это заняло довольно много времени.

Вот снова возможная встреча, но на этот раз Надя прикрыла лицо бумагами и прошла за толпой людей, чтобы не столкнуться с ним в холле. А вот парень стажер флиртует с ней. Нолан несколько раз пересмотрел эти кадры. Девушка не отвечает на откровенное заигрывание. Даже без звука конгрессмен уловил суть диалога. Она смеется, но не принимает прикосновения и откровенный флирт. А еще Нолан заметил, что кольцо она так на палец и не одела.

Его тревожило одно. Девушка все-таки перевелась в другой отдел. Она это сделала. Она ведь должна понимать, что в канцелярии она не станет тем единственным студентом, которому предложат здесь работать в дальнейшем. Нолана мучила совесть. Это его вина. Что, если девчонка не агент, не шпион, а просто обычный стажер? А он, из-за того что его самого жизнь ломала, и не один раз, не доверяет никому. И ни за что обидел ее.

Личное дело. Он сотый раз пролистывал ее файл. Хоуп не прошла собеседование в российской военной организации. Причина: физические данные. Хм. Что за бред? Это еще ничего не значит, там ведь тоже не дураки сидят. Эти русские могут преподнести любые данные, их спецслужбы могут завербовать кого угодно. И девочка на самом деле прошла серьезную подготовку. Тогда почему же ведет себя так искренне? Смущение, стыд, нервозность. Она же откровенно избегает его!

Нолан недолюбливал русских агентов. Они действуют крайне профессионально, что бы там о них не говорили, но действуют жестоко. Еще в самом начале своего политического пути он столкнулся с русскими. Спец агенты просто ждали его дома. Они пришли поговорить с ним. Какая наглость! Агенты предлагали сливать им информацию и действовать под их дудку. Не договорились. Всю подслушку нашли только через полгода. Пришлось сменить свою старую квартиру, машину, номер телефона, коды на сейфах и так далее. Еще и отчитываться перед властями штата. Да, он поплатился за свою неаккуратность. В течении года ему пришлось отказаться от нескольких больших дел, где он мог помочь людям. Просто потому что власти, воспользовались этой ситуацией, повернули ее в свою сторону. Слишком уж мистер Перри стал популярным. Его репутация была блестящей. В любом суде знали, что если за дело берется Нолан Перри, то это благое дело.

Хотя нельзя было назвать Нолана неаккуратным или невнимательным. Русские службы в любом случае получили бы от него всю информацию. Добровольно или не очень.

Буквально девять лет назад в одной из европейских гостиниц с ним произошел еще один крайне неприятный случай. С Ноланом уж очень хотела познакомиться привлекательная женщина. Но тут уже мистер Перри был на стороже. Он знал, что ей было нужно.

Нолан Перри прибыл в Прагу, чтобы встретиться с информатором. Получил от него документы, подтверждающие российский след в одном из его дел. Как оказалось, небольшое химическое предприятие пострадало от невнимательности работника. Произошел взрыв. Естественно обвиняли погибшего инженера. Негласно же, в ту ночь произошла такая ситуация. Инженер был русским информатором и сливал секретные сведения своим. ФБР вычислили его и пришли к нему с ордером. Произошла перестрелка, и последовал взрыв. Один из агентов ФБР погиб на месте, а научный сотрудник исчез.

Что же показало следствие? Что инженер погиб на месте. ФБР вообще не причем. Иск же подала супруга погибшего инженера. Она претендовала на страховку, но Нолан, распутав этот клубок, решил, что получит документы, удостоверится в их подлинности и будет пытаться уговорить жену «погибшего» забрать иск. Потому что тяжба может привести к самым плачевным последствиям. Вот только как убедить женщину, не раскрыв государственную тайну, он еще не знал.

Нолан вернулся в отель с доказательствами. Тут же появилась шикарная брюнетка, которая будто случайно споткнулась около него. Она флиртовала и, по-видимому, была готова на все. Мистер Перри не отреагировал на ее игры и поднялся в свой номер. Изучил доказательства, убрал их в сейф. Не было ничего необычного, но на утро сейф оказался пуст. Как это произошло? Что случилось? Никому неизвестно, но документов нет, а кто их выкрал, Нолан точно знал.

Ах, как же он не любил этих русских агентов. В отличие от американских, которые были оснащены самыми современными технологиями, у которых были самые лучшие специалисты, отличные психологи и многое другое, русских было не победить в находчивости и проворности. Русский мог с помощью проволоки и бинокля проникнуть в белый дом, да еще и в придачу ко всему завести там пару тройку новых друзей.

Мистер Перри не любил русских, но уважал их смекалку, настойчивость, а иногда справедливость.

Прошло больше месяца

Я снова привыкала к новому отделу, новым людям, новым обязанностям. Теперь у меня было больше свободного времени. Но Дженифер находила меня и здесь. Время от времени подкидывала мне задания, которые, как она утверждала, могу выполнить только я.

Я была удивлена, что мистер Перри не поднял бучу и не потребовал моего увольнения. Моя стажировка продолжалась, будто ничего не случилось. Но изменилось то, что я стала чаще видеть его в стенах офисного здания. Как назло. Я надеялась, что ближайший месяц его не будет, но нет. Поездок у него пока не предвиделось. Это я узнала, так как завела много полезных знакомств. И как только я замечала его издали, меня пробирала дрожь, сердце замирало, а перед глазами всплывали картинки моего признания, его удивленного выражения лица, его недоверия, моего позора. Как же мне было плохо. Это будет мучить меня еще почти 4 месяца. Мне казалось, я этого не переживу.

Ах, как же мне было плохо и стыдно. Мне хотелось поделиться с кем-то, рассказать, объяснить, что я не виновата ни в чем. Но так стыдно было даже просто прокручивать сложившуюся ситуацию у себя в голове. Может, пока я молчу, то можно считать, что ничего и не произошло.

Но раз он ничего не сделал, я в свою очередь, должна выдержать эти месяцы здесь, чтобы доказать ему, что мистер бос не прав. Хотя, со всей его занятостью, он уже наверно и думать забыл о таком маленьком для него инциденте. Да как у него язык повернулся назвать меня шпионкой! Хотя я сама виновата. Когда я заполняла анкеты, указывала минимальное количество информации. Ну, зачем им собственно, нужна информация, почему мне отказали на прошлых собеседованиях, и почему я не согласилась на какие-то другие вакансии. Но судя по всему, они и так нашли все недостающие элементы моей жизни и, сложив воедино, решили, что я очень много скрываю.

В общем, я со всех сил старалась не попадаться на глаза тому человеку, ради которого пошла на все это. О да, я его увидела, теперь сама страдаю. Надо же, как все нелепо получилось.

Мои мысли прервали. Всех стажеров собрали в большом кабинете, и Дженифер поясняла правила нашей программы. Я слушала без особого энтузиазма. Все это мне не интересно, и я все равно не попаду в тройку претендентов, да мне это и не особо нужно. Что ж тут переживать? А моя бывшая начальница продолжала.

–Как все знают, наша программа делится на несколько этапов. Первый вы уже прошли. Адаптировались. Все остались, но некоторые, попробовав свои силы, решили заняться немного другим. – Ох, какой обидный укол. Она склонила голову на бок и взглянула на меня. Этот мне американский юмор. Меня очень раздражают их шуточки. И так каждый знает, что я, будто бы не справилась со своими обязанностями, и перешла с отдела юрисдикции в обычную канцелярию. Хотя, такие переходы случаются часто, в основном, действительно из-за того что стажер ну вовсе не справляется со своей работой. Но со мной был совсем другой случай. Пусть думают что хотят, главное, чтобы никто не узнал об истиной причине. – Следующий этап – вы зарекомендовали себя. Вы работаете над своими проектами, исполняете непосредственные обязательства, берете дополнительные задания. – Она снова взглянула на меня. – Мы отобрали троих стажеров, которые будут бороться за вакансию в нашей компании. Остальные же в дальнейшем будут учиться у нас, и заниматься непосредственно научной деятельностью, которая позволит вам найти достойную работу в будущем. Знайте, что каждый из вас уже победитель! Не каждому дано попасть в нашу команду! Это прекрасный опыт. – Все зааплодировали. – Я сейчас объявлю трех лучших стажеров. И только один из них, в конце программы, получит рабочее место в нашей компании. В пятницу пройдет прием, куда и будут приглашены претенденты. Вы познакомитесь с самыми высокопоставленными людьми и заведете новые связи! И так, – хитро посмотрела на нас. – Кто же эти счастливчики?!

И так…

Первый претендент. Джереми Вуд. Не очень высокий парень, который выделялся среди других своей подтянутой спортивной фигурой. Его мать американка, отец выходец из Китая. Поэтому парень имел достаточно яркую азиатскую внешность. Он всегда был в центре внимания. Красивый, безупречный, как это часто бывает среди метисов, настоящий красавец. Слегка раскосые глаза, белоснежные зубы. Одевался он безукоризненно стильно. Нрав его очень располагающий и веселый, он всегда привлекал внимание своими шутками. Девушки любили Вуда, его всегда окружала целая куча поклонниц, но Джереми не отличал ни одну из них. Он наслаждался вниманием, но у него не было ни постоянной подружки, ни любовниц. По крайней мере, никто об этом не знал. Представляете, такой себе свободный лакомый кусочек.

Второй претендент. Сабрина МакКирк. Девушка из достаточно богатой семьи. Не очень красивая, типичная американка. Блондинка с продолговатым лицом, в которое вложено немало средств. Не слишком умная, но знает себе цену.

И я. Третий претендент. Все аплодировали, а я смотрела на своих коллег с неподдельным удивлением. Я? Да как такое может быть? Джереми и Сабрина были из юридического отдела, а я… Как так получилось, что выбрали меня? Я чувствовала довольный взгляд Дженифер, а значит, вот она причина моего выхода в финал. Ах, ну зачем?

Меня поздравляли и обнимали, кто-то недовольно бормотал, кто-то расстроился, но в основном нас поздравляли все. Джереми не был удивлен, а Сабрина, словно королева красоты, благодарила каждого и улыбалась своей голливудской улыбкой. Да, нам завидовали. Не только потому что кто-то из нас получит прекрасную работу, но и потому что нам выдали пригласительные на торжество, потому что сам Мистер Нолан Перри заедет за нами, чтобы подвести, потому что мы имеем возможность увидеть все сливки общества. Это просто невообразимо! А вот я была недовольна. Я боялась и не знала как себя вести. Я снова встречусь с Ноланом Перри лицом к лицу. Да я же сгорю от стыда!

Я набрала смс Кэти. И тут понеслось: «Нам надо купить платье, туфли, сумочку. Мы пойдем в салон красоты! Ты будешь самой красивой! Уже сказала родителям? Они будут тобой гордиться!»

Я: «Кэти, я не собираюсь претендовать на эту вакансию! Я не собираюсь оставаться здесь. Мне это не нужно. Меня ждет Алан»

Тут мне стало грустно. За последний месяц наши отношения претерпели больших изменений. Что же будет дальше? Еще 4 месяца. Он уже позволяет себе гулять с друзьями целую ночь. Кто знает, что они там делают. Почему, когда я дома, мы не отрываемся в клубах целую ночь? Он объяснял это тем, что ему без меня скучно и плохо, поэтому он отвлекается от своей печали как может, а меня мучает ревность. Его друзья никогда не признаются ни в чем, даже если он и сделает что-то плохое.

Кэти: «Это не важно. Знаешь, на такие приемы кого-попало не приглашают. А у тебя есть возможность! Меня тоже пригласили. Я ведь уже год отработала здесь, поэтому мы будем вдвоем! Можешь ничего не бояться, трусишка) Мы будем блистать!» – Не могла угомониться моя подруга.

Сегодня был такой день. Сегодня я была одной из фаворитов. Я понимала, что не выиграю, но мне было приятно быть среди победителей. Я гордилась тем, что нахожусь здесь и сейчас. Но, не смотря на все это, Алан закатил мне очередной скандал.

–Да как ты можешь думать о таком?!! Ты что, не хочешь ко мне вернуться? Ты хочешь остаться там?

–Нет, Алан, я просто горжусь собой, и благодарна Кэти, что у меня появилась такая возможность познакомиться с важными персонами, увидеть звезд, какие будут выступать сегодня. Я не претендую на это место. Я просто рада, что мне выпал такой шанс побыть в высшем обществе, это так интересно. Меня заметили – это так приятно. Значит, я достаточно умная.

–Что же это происходит? Ты меня не любишь! Ты все время действуешь мне на нервы своими воздыханиями. Почему ты не можешь быть нормальной женой? Сидеть дома, рядом со мной. У тебя ведь и так все есть. Я могу обеспечить твою жизнь. А ты ищешь приключений. Мы женаты, мы должны быть вместе всегда, а я сижу, жду тебя. А ты там развлекаешься. Только и думаешь о себе. Вот зачем мне такая жена? – Я понимала, что он горячится, но слышать такое было совсем неприятно. Я нажала кнопку и выключила ноутбук.

Я стояла на улице. Не буду же я самого Нолана Перри заставлять себя ждать.

Шикарное платье чуть ниже колен. Черное, ровное. Все, как говорила великая Шанель. Тонкая шаль на плечах. Высокие шпильки. Я совсем разучилась ходить на каблуках. Чувствовала себя довольно нелепо. Я тряслась от страха и высматривала, когда же подъедет авто.

Я держала, как осиновый лист, при том, что на улице было очень тепло. Озноб пробирался моё тело. Как мне себя вести? Вот совсем скоро я встречаясь с ним лицом к лицу! Что говорить? Хорошо, что с нами будет Джереми, у него рот не затыкается, и я надеялась, что говорить будет он. Я решила, что мне просто нужно держаться в тени и все обойдётся. Я посильнее укуталась в лёгкую шаль.

Подъехал небольшой, роскошный лимузин. Да, именно что-то такое я и ожидала увидеть. Блестящая черная машина с тихим шорохом припарковалась около меня. Вышел охранник, открыл толстую дверцу, мужчина подал мне руку и помог усесться в бронированный автомобиль.

Я оказалась внутри дорогущего салона. Бархатный запах роскоши ласкал мое обоняние.

Возле меня сидел сам будущий сенатор. Внутри огромного авто мы были одни. Одни! Ни Сабрины, ни Вуда!

Я чувствовала его аромат, я попала под волну его шарма, и никто меня здесь не мог спасти от его неотразимости. Я боялась смотреть на него, потому что могла увидеть, что он не забыл нашей прошлой встречи. Но я собралась с мыслями и взглянула на него.

Он смотрел на меня, и по его выражению лица я поняла – ему нравится то, что он видит. То есть, выгляжу я неплохо. Мне стало не по себе, приятно и страшно. Я чувствовала себя букашкой, а еще я была возбуждена. Мне хватило одного взгляда, чтобы завестись. Он на меня действует необыкновенно. Я до сих пор не верила, что Нолан Перри так близко. Я скрестила ладошки. Он молчал и пристально смотрел на меня. Его глаза улыбалась.

Я не знаю, что подействовало на меня. Может это его яркие, сверкающие глаза, может хитрая улыбка, может образ солидного, такого себе, хозяина мира, но ощущение реальности покинуло меня.

–Добрый вечер. Вы прекрасно выглядите. – Соблазнительно промолвил мистер Нолан.

–Добрый. – Чуть слышно прошептала я, не узнавая собственный голос. Он дрожал и был мне неподвластен.

Мы были близко, очень близко и казалось, в воздухе засверкали искры. Сердце мое трепетало, как маленькая птичка над цветком, а его улыбка лишь превратилась в раскосую обворожительную полу ухмылку. Он слегка подался вперед. Не знаю зачем, но я тоже сделала это. Наши губы слились в поцелуе. Перехватило дыхание.

Мое сердце ликовало! Если быть честной, я ни о чем больше не думала. Не думала, что поступаю неправильно, я не думала ни о ком, только о его губах, которые ласкали мои в страстном танце. Я чувствовала как он напряжен, я чувствовала его желание. Но Нолан был нежен и аккуратен, ни одного лишнего движения. Он лишь провел своими длинными пальцами по моему плечу, обнажив его. Моя накидка спала и я поняла, что прижимаюсь к нему, и не хочу это прекращать. Он провел рукой по моей спине и нежной ткани платья. Мистер Перри не хотел меня отпускать. А я молилась про себя, чтобы это не прекращалось никогда. Поцелуй становился все жарче, мы не могли отдалиться друг от друга. Я не могла отстраниться, не хотела. Его губы были для меня всем. Его тепло, его страсть поглощали мой разум. Его пальцы настойчиво, но очень аккуратно ласкали мою шею. А большего он себе не позволял. Я не знаю, откуда во мне взялась эта смелость, но понимала, что могло бы произойти в этом авто, за закрытой перегородкой, если бы машина не стала сбавлять скорость. Я поняла, что мы доехали к дому следующего стажера.

Мы оба не знали сколько прошло времени. Но я резко отстранилась. Посмотрела на него. Мне было стыдно, что я позволила себе такую вольность, но я абсолютно не сожалела. В его взгляде я прочла удивление, но раскаяния не увидела. Я прикоснулась пальцами к своим губам и услышала, как шофер открыл свою дверку. Мозг от страха стал работать в сто раз быстрее. Я увидела на губах мистера Нолана маленький след от моего блеска для губ и непроизвольно протянула руку к его губам, быстро вытерла след от нашего поцелуя. Вот теперь мистер Перри выглядел ошарашено и взял мою ладошку в свою руку.

Мы услышали быстрые шаги. Я резко отпрянула от него, убрала руку, поправила свое платье, прическу, шаль, чтобы не осталось ни единого следа от проявления наших чувств. Нолан лишь медленно провел рукой по своей идеальной прическе и поправил бабочку. Ему не нужно было приводить себя в порядок, он и так выглядел бесподобно.

Дверца отворилась и я, от неожиданности, резко повернула голову в сторону. Я боялась, что по моим зардевшим щекам и раскрасневшимся губам кто-то поймет что произошло. Хотя, как они поймут? О таком даже никто подумать не мог. Нолан Перри поцеловал меня! Или я его? Или… Хотя это уже не важно.

В машину шумно усаживался Джереми Вуд. Новый стильный костюм, достаточно зауженный и приталенный, чтобы подчеркнуть его идеальное тело, аккуратная прическа, голливудская улыбка. Аромат его модной туалетной воды заполнил все пространство автомобиля.

–Добрый вечер! – Просиял он белоснежной улыбкой, и они с Ноланом крепко пожали друг другу руки.

–Добрый вечер. – С загадочной улыбкой поздоровался мужчина моей мечты. Это были его первые слова после нашего поцелуя, и его голос даже не дрогнул, не то что я, не то что мое тело. Я дрожала, как травинка на холодном ветру. Вуд протянул мне руку, я поддержала его в ответ, моя рука так же дрожала. Он прижал мою дрожащую руку к своим губам и пронзительно посмотрел мне в глаза. Мистер Перри неотрывно следил за этим действом.

Джереми прищурил глаза, отпустил меня, раскинулся на кожаном кресле, перевел взгляд с меня на мистера Перри. Он заметил мой возбуждённый вид.

–Мистер Нолан, раскройте нам тайну. – Он выдержал паузу, а я замерла от ужаса. Неужели он понял? – Кто сегодня победит? – Продолжил он, как ни в чем не бывало. Значит, либо он решил, что не стоит задавать провокационных вопросов, либо объяснил мою взъерошенность каким-то реальным поводом. Ну не мог он догадаться, что сам конгрессмен поцеловал меня.

–Все в конверте. Мне не ведомо. – Уверенно улыбнулся мистер Перри.

–Я лучший! – Веселился парень. – Прости меня, Надя, но я стану победителем! – У Джереми было прекрасное настроение.

Разговор принял дружеский характер, и я смогла немного расслабиться.

Вскоре машина остановилась. Мы забрали Сабрину. На ней было, по-моему, уж слишком роскошное платье. Длинное, золотистое с яркими, то ли стразами, то ли камнями. Теперь салон машины наполнился чириканьем и шутками восторженных молодых людей. Нолан веселился, словно сам был стажер, а не будущий сенатор.

Нас встречала красная дорожка и миллион журналистов. От вспышек болели глаза. Кто-то подал мне руку, чтобы я выбралась из машины. Сабрина шла под руку с мистером Перри и улыбалась во все зубы. Джереми предложил мне свою крепкую руку, я приняла этот жест и следом за будущим сенатором мы проследовали в зал.

Хорошо, что Джереми придерживал меня, я не видела дороги, перед глазами прыгали зайчики, поэтому я не сразу смогла оценить шикарную обстановку огромного зала собраний. Тысяча костюмов, смокингов и всевозможные платья. Джереми вел меня так, словно уже сотню раз бывал на подобных вечеринках. А я не смела на него взглянуть, мне было некомфортно и стыдно, а вдруг он что-то понял и просто вежливо молчит об этом. Но парень не подавал вида.

Чувствовала я себя нелепо и не в своей тарелке. Сабрина и Джереми знакомились с сильными мира сего, а я не могла сконцентрироваться. Память воспроизводила картинки произошедшего в машине. Я пряталась от посторонних людей за бокалом шампанского. Мне надо было подумать.

Он меня поцеловал! Как же забыть это? Я погрузилась в свой мир фантазий. Я вспоминала и будто снова ощущала его прикосновения. Дрожь по коже. Это действительно было? Почему произошёл поцелуй? И как же это было прекрасно!

Но тут я очнулась. Кети позвала меня. Конечно она уже здесь. Я осмотрелась, Нолана нигде не было. Это хорошо, иначе я не знала бы как смотреть ему в глаза, не то что говорить на светские темы.

–Я же говорила, что твои туфли очень подойдут к этому платью! – Моя подруга неподдельно восторгалась моим внешним видом. Вы представить себе не можете, как мне было тяжело убедить ее, что я могу купить изящное и недорогое платье, что туфли у меня есть, что прическу и макияж я могу сделать сама. Кэти же хотела сделать из меня королеву. Но мои доводы сработали. Теперь она присвоила себе заслугу выбора туфель.

–Конечно! – Улыбнулась я. Мне сейчас так было нужно видеть близкого человека в этом светском, чужом для меня обществе. Я думала, что мне будет весело, но сейчас мне хотелось убраться подальше от всех и осмыслить все, что произошло. Совесть. Совесть страшно мучила меня. – А шаль просто невообразима! – Дело в том, что эту персиковую шаль дала мне именно Кетти, потому что платье немного обнажало мою спину, а свое тату я не хотела демонстрировать этому высокопоставленному миру.

Мы расцеловались с Кетти, она пригубила шампанское со своего бокала и по-хозяйски окинула взглядом весь зал.

–Сегодня будет весело!

–Да. Мне интересно кто же победит. Уж точно не я.

–А чего ты хотела? – Сурово взглянула на меня подруга. – Ты сама решила перейти в свою канцелярию. Я вообще удивлена, что после этого тебя пригласили сюда даже в роли претендента. – Подруга до сих пор сильно злилась на меня из-за этого поступка. Я ей сказала лишь, что слегка повздорила с мистером Ноланом из-за дипломного проекта. Но после того, что случилось сегодня, я вообще не могла говорить об этой ситуации. Смущение, стыд, муки совести и безмерное счастье. Такие разные чувства. Поэтому я только сказала:

–Спасибо тебе большое, моя дорогая. – Я взяла ее за руку. – Но так было нужно. – Я улыбнулась как можно приветливее, чтобы она не стала задавать мне вопросов. Но не сработало.

–Так объясни почему?!

–Мы повздорили с мистером Ноланом. – Спокойно ответила я.

–Да как такое вообще может быть?!! Ты видела самого мистера Смешного парня, – так его называли за глаза. – Он ведь самый добрый человек на земле, он никогда ни на кого не кричит! Как тебе удалось? Ты же любила его всю жизнь, сколько я тебя знаю!

Я опустила глаза, не буду же я рассказывать о той глупейшей ситуации. Мне было стыдно, тем более после нашего невообразимого поцелуя. Я почувствовала, как мои щеки залила яркая краска. Я лишь хотела, чтобы никто больше не услышал её слов.

–Эй, детка, что случилось? – Моя подруга заметила это изменение поведения.

–Наверно, он считает, что я какой-то русский террорист. – С горькой усмешкой пояснила я.

Кети рассмеялась от души.

–Тогда я понимаю, почему меня допрашивали службы безопасности. – Без удивления произнесла она.

–Допрашивали?! Почему ты не говорила?!! – Мои глаза расширились от ужаса. Это уже совсем не шутки.

–Да я думала, это стандартная процедура, ведь я дала тебе рекомендации, вот они и узнавали все о твоей семье, образовании и так далее. Не переживай это мелочи. – Небрежно махнула рукой. – Я держалась молодцом! – Она снова рассмеялась. Я любовалась ее необычной красотой. Большими зелеными глазами, округлым лицом, пухленькими губками и идеально ровным носом. Она высокая, у нее красивая фигура, хотя выглядит она немного старше, наверно из-за темного цвета волос. Но в любом случае, она неотразима. Кэти ухоженная, шикарная женщина, которая умеет себя подать. Как же мне не хватало ее уверенности.

–Как ты думаешь, кто победит? Кому предложат место? – Решила я перевести тему.

–Ты больше всех подходишь для этой вакансии. – Заявила она таким тоном, будто и так все понятно. – Ты самая умная! Я не знаю и половины того, что знаешь ты. Поэтому тебя пригласили даже от канцелярии. – Кэти скривилась, демонстрируя свое разочарование моим поступком.

–Я думаю, победит Джереми.

–Почему ты так думаешь? – Кэти оглянулась и закусила губку. – Он милый мальчик, очень старательный, но…

–Он очень умный! Мы работали вместе, Сабрина и в подметки не годится! – Я постаралась проследить, куда же смотрит моя подруга. Как же хорошо, что она со мной. С ней мне не страшно. Никогда не было страшно.

В эту секунду к нам подплыл Джереми, со своей угрожающе соблазнительной улыбкой, подарил каждой из нас самый обещающий взгляд и схватил бокал у проходящего официанта. Двигался он, как дикий тигр, грациозно, мягко, уверенно. О да , парень знает, что он нравится женщинам и нагло этим пользуется. Джереми приподнял свой бокал.

–Милые дамы, давайте выпьем за начало потрясающей карьеры одного из нас. Вас, Кэтрин, я не беру в расчет. Вы уже счастливица. – Ох, перед ним нельзя устоять. И вообще, с чего это он такой дружелюбный? Раньше мы редко общались.

Он взял руку Кэти, поцеловал и мы чокнулись бокалами. Да уж точно, он победитель и знает это. Такие всегда побеждают. Кэти не смутилась, приподняла свой подбородок и свысока посмотрела на парня.

–Моя Надежда – лучше всех, и я это знаю! И не смотря ни на что, верю в нее. – Ах, ее вера в меня порой пугает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.