Софья Маркелова
Грибной сад

На лестничной клетке мерцала грязная лампочка. Спрятавшись от её назойливого света на площадке между этажами, он задумчиво курил, поглядывая в распахнутую форточку на дом напротив.

В терпком мареве ночи эта многоэтажка казалась изъязвлённым исполином, чью страдающую плоть изнутри разъедали личинки. Они ползали в тёплых дырочках, извиваясь, пульсируя жизнью и обещая в скором времени рассыпаться прахом, так ни во что и не превратившись. Загорались и гасли пятна света в окнах, но взгляд Ильи был прикован к одному-единственному чёрному провалу, где ничто не нарушало безмятежного покоя.

«Скоро, совсем скоро…»

Окружив себя молочно-белой пеленой сигаретного дыма, он терпеливо ждал, изредка бросая взгляд на циферблат наручных часов. Едва стрелки застыли в нужном положении, Илья выкинул тлеющий бычок в пасть ночи и бесшумно вынырнул из клубов дыма.

Гулкий подъезд дома напротив встретил его напряжённым молчанием, и на четвёртый этаж, до обшарпанной двери без номера, он добрался крадучись, не издавая лишних звуков.

Знакомое сладостное предвкушение разлилось в груди, когда Илья сорвал с ручки свой маячок, дешёвую рекламку, и ласково, как любовник, ввёл инструменты в чрево замка. Задрожали пружины штифтов, сердечник поддался на дразнящие прикосновения и повернулся, пуская постороннего за порог.

В квартире витал слабый землистый запах, который моментально исчез, стоило принюхаться. Аккуратно затворив дверь, Илья обратился в слух. Как и ожидалось, в анфиладе комнат властвовала тишина. Через мгновение свет налобного фонаря рассёк тьму, и она брызнула в стороны, прячась в углах и под потолком.

Бетонная коробка бесстыдно обнажила свою внутреннюю пустоту.

Илья сперва не поверил собственным глазам, после с нарастающим чувством досады обошёл комнаты, но всюду его сопровождали лишь голые стены. Многообещающая наводка оказалась жалкой пустышкой, не стоившей потраченного времени.

Только в последней, дальней из комнат, свет фонаря внезапно ярко блеснул и очертил силуэт человека. Илья вздрогнул, не ожидав повстречать здесь постороннего, и фигура, увенчанная короной света, вздрогнула вместе с ним, в точности скопировав движение.

Луч выделил из мрака тусклую золочёную раму на стене, вязь орнамента, запылённое зеркальное полотно, в котором в полный рост отражался застывший на пороге Илья. Подойдя ближе, вор оценил антикварное изящество неожиданной находки. Высокое зеркало – единственный предмет во всей квартире – сияло внутренней благородной красотой даже под слоем пыли.

Илья примерился к раме, раздумывая, как вызволить это старинное сокровище из квартиры. За неимением иной добычи отказываться от такого трофея он не собирался, пусть транспортировка до машины и обещала быть трудоёмкой. Однако вместо искомых креплений его пальцы нащупали рычажок – тот с щелчком опустился, и зеркало отодвинулось, распахнув чёрный проход.

В бетонной стене между двумя квартирами была пробита брешь. Оскалившийся рваный зев пролома уводил в темноту, откуда сочился землисто-грибной дух.

Илья заглянул в дыру, окунаясь в тёплый застоявшийся воздух. Другая квартира встретила его тишиной подземного некрополя, никогда не знавшего звуков поверхности. Поколебавшись, вор всё же переступил высокий порог и сделал пару шагов вперёд, озадаченный находкой.

Под ногами зашуршала полиэтиленовая плёнка, и когда незваный гость отвлёкся на неё, за спиной с мягким щелчком вернулось на место зеркало. Проход можно было открыть и с этой стороны, в чём Илья сразу же убедился, но возвращаться пока не стал: завёрнутая в полиэтилен квартира с магнетической силой манила его. «Я всего-навсего немного осмотрюсь», – решил он.

По правую руку часть стены была завешена грязной драпировкой; Илья заглянул за край ткани, и его взору предстало заложенное кирпичом окно. Во время слежки он мало внимания уделял другим квартирам, но теперь ему отчётливо вспомнились наглухо заклеенные фольгой и газетами окна по соседству. Вот и тайна, что они скрывали.

Аккуратно ступая по полиэтилену, сопровождающему каждый шаг шуршащим шёпотом, вор углубился в неосвещённый коридор квартиры, пустой, как и её соседка. В тупике ему встретилась входная дверь, тоже замурованная чьими-то стараниями. Это место явно скрыли от всего мира, и попасть в него можно было, лишь перешагнув обманчивую грань зеркала, словно кэрролловская Алиса.

Игнорируя растущую тревогу, Илья заглянул в единственную жилую комнату. «Может, хотя бы здесь найдётся объяснение всем этим странностям?» Яркий свет его фонаря вмиг стал неуместным из-за потустороннего зеленовато-жёлтого сияния, разлитого в воздухе.

Сияние испускал грибной сад, любовно взращённый неизвестным творцом в самом сердце бетонной многоэтажки.

Гифы, полупрозрачные тонкие нити мицелия, стелились под ногами, покрывая плёнку. Комната утопала в колонии мелких, тесно растущих грибов. Будто мириады светлячков, их купольные шляпки на хрустальных ножках разгоняли полумрак, льнули к стенам, тянулись к потолку, образуя труднопроходимые джунгли. Густой влажный воздух неохотно проникал в лёгкие, и Илья, едва схлынул первый шок, мучительно закашлялся.

Не успев толком отойти от увиденного, вор отчётливо расслышал приближение беды. В окружающем безмолвии щелчок двери, открывающей потайной ход, прозвучал для него приговором. Потратив несколько мгновений на раздумья, он погасил налобный фонарик и нырнул под прикрытие податливой грибной плоти. Осторожно поправив шляпки вокруг себя, отчего ладони оказались усеяны, как сверкающей звёздной пылью, мельчайшими спорами, Илья замер в ожидании хозяина сада.

Он не был готов к этой встрече. За всё время слежки владелец квартиры без номера ни разу не явил себя – теперь же пришёл в самый неподходящий момент. Но роптать на изменчивую удачу было бессмысленно, а вот многолетний опыт подсказывал, что лучшим решением будет просто затаиться и поменьше думать о безнадёжности своего положения.

Судя по шуршанию, по коридору тащили что-то тяжёлое. Илья насторожился. Сперва на пороге показалась согбенная спина в белом защитном комбинезоне, затем – скрытое под маской и респиратором лицо, а уже после – волочимый труп женщины.

Пока Илья не мог оторвать взгляд от покойницы, незнакомец уложил её на полиэтилен и принялся за работу: скальпель из ниоткуда возник в его руке – один взмах, второй, третий – и плоть разверзлась под опытными прикосновениями. В тесное нутро он пересадил отдельные грибы, со всей заботой расправив длинные гифы.

Илья со смесью страха и неверия наблюдал за происходящим, невольно подмечая каждую деталь процесса: ровные края среза, влажный блеск внутренностей и опытные руки мастера, трамбующие кишки в животе. Даже чувствуя накатывающую волнами дурноту, вор всё равно не смел закрывать глаза, чтобы быть наготове, если вдруг его заметят.

Едва вид изуродованного тела наконец устроил хозяина, он оттащил труп в сторону, под сень грибных крон. И только в тот момент Илья впервые сосредоточил внимание на почве, на которой и рос сад.

Здесь не было ни земли, ни мха, ни субстрата. Лишь десятки человеческих тел, ставших питательной средой для колонии. Иссушенные трупы, в чьих глазницах, ртах и животах так густо проросли грибы, что их было не отличить от трухлявой потемневшей древесины.

Стараясь сохранять спокойствие, Илья скосил глаза на ближайшее к его лицу скопление зеленоватых грибов. Шляпки тянулись ввысь, но ножки произрастали из человеческого праха: вплотную к Илье сидело, сгорбившись, увядшее тело мужчины, облачённое в посмертный наряд из грибов.

Инстинкт самосохранения комом встал у вора в горле, мешая закричать. Впервые в жизни боязнь быть пойманным оглушила его. Ведь в сложившейся ситуации неизбежным уделом стала бы вовсе не тюрьма, а нечто в тысячу раз хуже – превращение в грибной компост. «Едва ли этот безумец, вырастивший свой сад на мертвецах, захочет отпустить проникшую в дом крысу!» А крысе очень хотелось жить. И потому она сидела дальше в укрытии, не смея шелохнуться, пока хозяин заканчивал дела.

Время тянулось непозволительно медленно, но всё же настал тот момент, когда незнакомец покинул скрытую обитель. Зеркало щёлкнуло замком, однако Илья из осторожности выждал ещё четверть часа, прежде чем распрямить затёкшие ноги. Весь в испарине, задыхаясь от нехватки свежего воздуха, он выбрался из сада, чувствуя на теле липкую плёнку слизи. Его била крупная дрожь. Всё увиденное казалось нереалистичным кошмаром.

И Илья предпочёл поступить с тайной замурованной квартиры, как и с любым дурным сном: запереть на тысячу замков в памяти и не выпускать до самой смерти, а может, и дольше. Ведь даже если бы он признал это явью и проболтался, в силу правосудия вор, как и всякий человек его профессии, искренне не верил.

***

Остаток ночи Илья провёл у себя дома в компании сфинкса Милы. Но ни безмятежность убежища, ни тёплая кошка под боком не спасли от мучительной бессонницы. Он не сомневался, что полная трупов комната неделями будет стоять перед его внутренним взором.

Даже дома Илью преследовал насыщенный грибной запах, которым он пропитался насквозь. Щётка с мылом не могли справиться с этой проблемой, а смердевшая одежда, сваленная кучей в углу спальни, и вовсе была приготовлена на выброс. Туда же Илья планировал отправить и контакт, давший наводку на квартиру без номера, а теперь не выходивший на связь.

К неприятным последствиям вылазки вскоре прибавились симптомы простуды: кашель драл горло, не замедлила появиться мокрота. Следующим вечером Илья стоял в ванной комнате, брезгливо разглядывая комок мерцающей зелёной слизи, выхарканный им в раковину. Впервые его посетила мысль, что споры грибов, которыми он надышался, были не так уж безвредны. Пожалуй, только это опасение и заставило Илью поехать туда, где он мог рассчитывать на помощь и где его совершенно не желали видеть.

– Какого чёрта ты тут забыл? – не скрывая раздражения в голосе, поинтересовалась у Ильи самая обольстительная из женщин. Её настроение испортилось ровно в тот миг, как она распахнула дверь и увидела на пороге незваного гостя из прошлого.

– О, Ева, прошу тебя, не надо злиться, – невольно улыбнулся вор при виде сердитого румянца, вспыхнувшего на её щеках. Он мог поклясться чем угодно, что она была столь же неотразима, как и в день, когда вышвырнула его из своей жизни.

– У тебя имеется достаточно веская причина, чтобы я сейчас же не захлопнула дверь?

– Несомненно. Ты ведь не забросила своё призвание за годы нашей разлуки?

– Частной практикой я всё ещё занимаюсь, если ты об этом, – хмуро процедила она, скрещивая руки на груди.

– Я рад. Потому что мне нужна твоя помощь.

Ева медлила, ощупывая гостя внимательным взглядом, хотя нездоровый вид Ильи она подметила в первое же мгновение их встречи.

– Ладно, – через несколько секунд сказала она и нехотя отступила в сторону. – Проходи.

Илья перешагнул порог роскошной двухэтажной квартиры, где каждый уголок и предмет мебели был ему отлично знаком, и проследовал в гостиную за Евой. Она ступала, кутаясь в короткий шёлковый халатик, небрежно прикрывающий её загорелые упругие бёдра, и вор не мог оторвать взгляда от столь эстетичного вида, чуть не позабыв о цели своего приезда.

«Может, я всё же зря сюда явился? – засомневался он. – Не думал, что визит к ней окажется тем ещё испытанием на стойкость…»

Очередной приступ кашля скрутил его на глазах Евы. Она задумчиво намотала каштановый локон на палец, без сочувствия наблюдая, как корчится бывший любовник.

– Садись и рассказывай.

Он рухнул на кремовый диван, тут же проглотивший его и не оставивший ни шанса когда-либо освободиться из этого мягкого плена.

– Вчера я… мм… кое-где побывал, – тщательно подбирая слова, начал Илья. – И неожиданно для себя обнаружил там множество грибов. Знаешь, прямо-таки настоящий грибной сад… Так вот. Я, видимо, надышался их спорами, потому что теперь у меня в груди такая тяжесть, даже вздохнуть нормально нельзя.

У Евы сверкнули глаза. О, Илье замечательно было известно, что именно означал этот опасный блеск: акула почуяла кровь и уже кружила рядом, планируя нападение.

Вкатив в гостиную тумбочку с необходимыми инструментами, она надела медицинскую маску и принялась за работу: холод стетофонендоскопа ожёг кожу на груди Ильи, потом в ход пошли шприцы и пробирки. Напоследок Ева за волосы жёстко запрокинула его голову и проникла в горло длинной палочкой с тампоном на конце. Обретя полный контроль над жертвой, Ева приблизила лицо и вкрадчиво спросила:

– Так значит, ты тоже ещё не забросил своё «призвание»? – последнее слово она выделила особенно, вложив в него всё презрение, на которое была способна.

Из-за зонд-тампона Илья ответить не мог. Он лишь прямо взглянул в кофейно-карие глаза, затмившие для него весь мир. Совсем как тогда, целую вечность назад, когда он впервые оказался на пороге у Евы и понял, что без остатка растворился на дне этих пылающих зрачков.

– Значит, не забросил, – мрачно резюмировала она и достала палочку, напоследок неприятно чиркнув пациента по горлу. – Ну, конечно. Другого от тебя я и не ждала. Всё такой же упрямец, верный своему образу жизни.

– Ева, я, как и ты, не могу просто взять и отказаться от привычного мне ремесла. Я занимаюсь этим много лет…

– Не надо. Не хочу слушать твои оправдания, тем более что ты не сочинил ничего нового за два года отсутствия. – Она отстранилась, завернувшись в кокон надменной холодности.

Илья подался вперёд, раздосадованный её словами, но почти сразу захлебнулся кашлем. Пока он боролся за глоток воздуха с застрявшим комком мокроты, Ева подсунула пациенту пустой стаканчик. Зеленоватая склизкая масса с прожилками крови плюхнулась в тару, и Ева её осмотрела.

– Это я, пожалуй, тоже заберу. Подожди тут, пока я изучу образцы.

Захватив пробирки, она удалилась в отдельную комнату, оборудованную под лабораторию. Илья в это время перевёл дыхание и с большим трудом покинул манящие объятия дивана. Организм требовал дозы никотина, но дома у Евы курить не стоило. Она прежде всегда корила любовника за эту пагубную привычку. Впрочем, она и воровское ремесло считала чем-то вроде пагубной привычки, отравляющей жизнь, но при этом список её постоянных клиентов составлял весь криминальный цвет города.

Правда, Илье единственному удалось проникнуть глубже, перестать быть для неё простым пациентом. Может, именно потому Ева всегда и старалась изменить его, вылепить из любовника то, что было ей по нраву. А не добившись результатов, бросила это безнадёжное дело. И любовника тоже бросила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.