# Спарта. Спартанцы наших дней

Надежда Духова

Как выжить в мире поглощенном коррупцией и разбоем?

В данной книге описывается жизнь пятнадцатилетних парней призванных для обучения в специальный военный лагерь. Цель данного лагеря воспитать поколение бойцов способных защитить свою страну от дальнейшего падения, так сказать навести мир во всем мире.

В первой книги цикла "СПАРТА. Спартанцы наших дней" подробно описана судьба главных героев и их попадание в лагерь особого назначения. Рассказано через какие испытания им пришлось пройти и кем они стали в конце своего пути.

Пронзительный звон будильника разлетелся по комнате, заставляя спящего Павла открыть глаза, отгоняя от себя последние остатки сладкого сна. Лето уже во всю пестрит возможностями для отдыха, вот только ребятам буквально вчера закончившим школу и сдавшим экзамены хочется отоспаться за все девять лет недосыпа. Хлопком вырубив надоедливый источник шума, Паша сел на кровати и шумно потянулся.

Тяжело вздохнув, он окинул свою комнату ненавистным взглядом. Прямо пред ним зияла дыра в стене, именуемая окном, кое-как прикрываемая рванной шторкой. Потрескавшиеся стены украшали разве что выцветшие обои, да и те местами поеденные мышами и молью. С потолка от малейшего движения сыпалась штукатурка.

Комната была обставлена скудно: старая деревянная кровать буквально рассыпалась на глазах, на столько прогнили доски в её конструкции, на потолке висела подобие люстры, по сути, это одна тусклая лампочка, которая вот-вот перегорит. В самом углу небольшой комнатушки стоял комод, обшарпанный и прогнивший по основанию конструкции. Этот комод заменял Павлу, как и место хранения одежды, так и письменный стол.

Из мыслей его вырвал крик матери, оповестивший парня, что его ждут на телефоне. Наспех натянув на себя шорты и футболку, Паша сунул ноги в тапки и поплелся к выходу из комнаты. Подойдя к матери, он принял из её рук телефон и глухо выдохнул в трубку:

– Алло, слушаю.

– Сива́льцин Павел? – раздался в трубке бесцветный женский голос.

– Да, слушаю.

– Год назад по программе «Объединение общества» вы отдыхали в лагере «Дельта№8» и записывались в патриотический кружок. Как вы рассматриваете возможность вернуться в лагерь для прохождения патриотических курсов?

– Ну… – он потупил взгляд в пол. – Честно, не знаю. Это было давно, многое уже подзабылось. Да и как-то неожиданно.

– Мы понимаем вашу растерянность, но нам нужен ваш ответ, желательно прямо сейчас. Просто скажите «да» или «нет».

– Ладно, да. Я согласен.

– Очень хорошо. Ждем вас через два дня в лагере. Встреча в центральной столовой с семи до двенадцати утра.

– Постойте мне туда ехать….

Но тут послышались короткие гудки. «Класс» – подумалось ему. Он вернул телефон на его законное место и направился в сторону кухни.

– Кто звонил? – незамедлительно задала вопрос мать, как только Павел вошел в комнату.

– Из лагеря, в котором отдыхал год назад. Предложили приехать на курсы.

– Ой, как здорово! Видимо чем-то отличился раз позвонили? Через сколько сказали приехать?

– Через два дня должен быть там.

– Ой, так тебе уже выезжать нужно. Давай завтракай и на автобус.

Паша посмотрел на поставленную перед ним тарелку с комковатой кашей. Аппетита не прибавилось даже после отправленной в рот порции. На силу доев кашу, он отправился обратно в комнату собирать вещи. Откопав в закромах комода большую спортивную сумку, Паша принялся скидывать в неё все вещи, казавшиеся ему хоть немного приличными и пригодными для носки.

По итогу сумка была заполнена на половину. Закинув еще пару сменной обуви и куртку, Паша попрощался с матерью и вышел из дома, направляясь в сторону ближайшей автобусной остановки. Его путь пролегал через десятки таких же полуразрушенных и обшарпанных домов похожих на его. Эти дома по ощущениям повидали и их прапрадедов. Улицы были усыпаны хламом, гниющими остатками пищи и тех, кто её ел. А это еще не самый плохой район в его городе!

Пару раз ему приходилось менять свой маршрут избегая тех мест, где воришки могли запросто ограбить и избить его среди белого дня. Для такого города как его это было абсолютно нормально. Власти города занимались более насущными делами, такими как предотвращения новых ограблений государственных структур и покушений на власть. Так что до простого народа им не было дела. Да и крышевал каждый такой район человек со связями. Вся структура государственной власти с головы до ног прогнила коррупцией.

Добравшись до остановки и дождавшись своего автобуса, Павел уселся на самом дальнем сидении, оперся о стекло плечом и погрузился в свои мысли, крепко держа лямки своей спортивной сумки в руке. Он не грустил о том, что покидает родной дом, ведь понимал, что матери и так тяжело прокормить два рта. А так, без его присутствия, у нее появится дополнительные деньги. Да и свой район, как и весь город в принципе Павел ненавидел до скрипа зубов. Он всегда пытался сбежать из этого злополучного места, так что на предложение уехать в лагерь он отозвался с радостью в душе.

Его мысли снова были прерваны на середине знакомым ему голосом.

– Какие люди! Сива́льцин, какими судьбами?

Паша поднял голову и тут же встретился взглядом со своим старым знакомым Антоном Котовым. Они вместе отдыхали в лагере год назад, а теперь оказывается живут в одном городе. Паша горько усмехнулся, все же он был рад видеть Котова. Парень претерпел незначительные изменения. Лицо чуть вытянулось, в принце, как и он сам. Темные волосы здорово отросли в области челки. Так же изменился и огонек в его глазах. Он стал более холодным, готовым изменить этот мир в лучшую сторону.

– Здаров, Антох. Тоже в лагерь?

– Как видишь. Не мне одному получается позвонили?

– Выходит не тебе одному.

– Да так даже интереснее, хоть со скуки не помрем пока едем. Как вообще твои отреагировали на предложение поехать на сборы?

– Вполне нормально, даже скорее с некой радостью. А твои?

– Ты думаешь они знают?

– Ну ты как обычно.

Оставшуюся часть поездки парни провели за дружеской беседой. Наконец автобус остановился на остановке возле автовокзала и парни, сгребая сумки в охапку, вывалились из салона. Ступая по раздробленному асфальту, они торопливо добрались до здания вокзала. Заприметив расписание транспорта на дверях, парни начали выискивать нужным им автобус.

– Чёрт, дело дрянь.

– Какое именно? То, что автобусов нет? Или то, что пока ты расписание рассматриваешь у тебя сумку, воруют?

– Что?

Котов указал в сторону сумки Паши, которую медленно, но методично подтягивал к себе неизвестный.

– Вот гад! – Паша быстрыми шагами направился в сторону своей сумки и успел выхватить её прежде, чем незнакомец вцепился в нее мертвой хваткой.

– Теряешь хватку, Сива́льцин!

Паша резко повернулся в сторону говорившего и увидел не незнакомца, а Андрюху.

– Тага́нов, блин! Опять за старое, Вор?

– Ну извините, от привычек сложно избавиться. Особенно когда они тебя кормят. – он самодовольно улыбнулся, сунув руки в карманы. – А что вы тут кстати делаете? Не уж то вас тоже обратно в лагерь позвали? Я думал, что являюсь единственным отличившимся.

Андрей мало чем изменился, из-под капюшона показалось правильное мальчишеское лицо с парой шрамов. Темная длинная челка закрывала один глаз. Слегка скошенная воровская ухмылка. К этому моменту к парням подошел Антон и тоже вступил в диалог:

– Слышь, Андрюх, звезда вселенского масштаба, на землю опуститься не хочешь?

– Да ну тебя.

Парни несколько секунд пристально смотрели друг другу в глаза, после чего на их лицах засияла радостная улыбка и они по-дружески обнялись, радуясь воссоединению.

– Ну так, что парни, покатили?

– Андрюх, если ты не заметил автобусов нет. Куда мы поедем?

– Пока вы тут языком трепали, думаю Петька уже пятую машину раздобыл. Пойдемте.

– Мехна́дов тоже здесь? – удивился Антон, перехватывая лямки своей дорожной сумки поудобнее.

– Да это что такое? Тут что все наши что ли?

– Согласен, Паш. Видать вся команда собирается. Раз даже Мéха здесь.

Ребята усмехнулись и направились к месту встречи, о котором Андрей договорился с Петром. На обговоренном месте парней поджидал Ме́ха, стоявший возле полусгнившей, но еще вполне рабочей колымаги. Среднего роста с прямыми короткими темными волосами. Город сделал из него взрослого человека. Пётр похудел, но из-за объемной рабочки это было мало заметно.

– Ооооо, Си́ва, Кот, ждали-ждали.

– И мы рады тебя видеть, Мéха.

Парни, все так же радуясь встрече обняли старого друга.

– Так ладно время, едем.

Парни залезли в машину, Мéха занял место водителя, Кот занял место штурмана, а Сива и Та́га были отправлены на задние сидения. Поймав волну на старом салонном радио, парни отчалили в сторону лагеря, иногда разбавляя поездку разговорами.

Сама дорога до лагеря прошла без происшествий, за исключением редких поломок «ведра» на котором ехали парни. Да и то это было скорее незначительное неудобство, благодаря Мехна́дову и его любви к машинам, а иногда на помощь приходил старый, но проверенный пинок ногой.

– Ме́ха, судя по картам мы уже подъезжаем. Думаешь рационально будет маячить возле лагеря на угнанной машине?

Посмотрев на Котова, все сидящие в машине запротестовали идти оставшийся путь пешком, да еще и посреди ночи. Но уже через мгновение машина оказалась в кювете, а парни дружно продолжали свой путь пехом, ступая по обочине дороги.

Оставшийся путь занял около сорока минут. Подходя к воротам лагеря парням в спину начало светить восходящее солнце. Его лучи лениво осветили свежевыкрашенные ворота лагеря с висящей на них деревянной табличкой с названием лагеря. Слегка выцветшие, но еще видимые буквы гордо возвышались над парнями.

– Зря мою машину в кювет скинули, могли бы еще поспать. Может хоть зайдем внутрь?

– А вдруг ворота под напряжением? – Котов закинул сумку на плечо и кивнул в сторону ворот.

– Ну так проверь!

Послышался знакомый голос за спинами парней. Через минуты две к ним подошли еще трое.

– Пашка, ты ли это? Не узнал сразу! В прошлый раз мы с тобой были одного роста, сейчас ты даже чуть выше меня. Постригся?

– И я тебя рад видеть, Эмиль. Есть немного, а ты гляжу решил волосы, наоборот, отрастить.

– Семен Семеныч, никак собственной персоной! Возмужал, небось всех ворюг на районе гоняешь своим видом?

– Да ну тебя, Котов.

– Каким был таким и остался, вытянулся, да вот только искры в глазах такими же и остались.