Агата Богатая
про счастье

про будни

Большую часть своей жизни я имела статус госслужащей. Тогда я только устроилась работать по специальности и очень радовалась тому, что получила в своей жизни стабильность. До этого мне приходилось пробовать себя в качестве продавщицы или официантки. Это немного обижало.

Зачем мне два высших образования, размышляла я? В очередной раз сетуя на то, что никак не могу найти себя в нашей провинции, где есть море. Но разве оно может все исправить, если в моей жизни все так скучно? И есть неопределенность.

Мне нет и двадцати пяти, но я уже разведена и вернулась в родительский дом. И совершенно разочарована в любви и вообще в жизни, что свойственно многим молодым и даже довольно пожившим людям.

В общем, тривиальная история, ничем не примечательная. Немного унылая.

Бесконечные собеседования. Депрессия. Невыносимая обстановка в доме, где никто тебе не рад, но все усиленно делают вид, что готовы тебя понять и принять. Хотя ты и не оправдала ожиданий. Не стала порядочной женой и не подарила внуков.

Но все еще бесконечно прелестна, свежа и миниатюрна. Но что это решает?

Единственным выходом из всей этой ситуации для меня стал запрос на поиск престижной работы. Снова выйти замуж я не то, чтобы не планировала, я поняла, что у меня нет шансов найти себе нормального мужа.

Если уж мой бывший, который в буквальном смысле носил меня на руках, оказался предателем, то чего ожидать от других мужчин? Нет. Им нельзя верить, была убеждена я.

И с удовольствием вышла на работу, когда от центра занятости населения меня отправили поставить штамп на листе бумаге о том, что им не требуются специалисты. Но вышло все так, что я буквально на следующий день должна была приступить к обязанностям.

Наверное, мне повезло. Я нашла то, что искала. Но повезло ли? Оклад мне предложили смешной. Коллектив состоял из женщин, которые тут же меня возненавидели только за то, что я выглядела не так, как они.

Мне не удалось ни с кем подружиться, хотя я старалась. Я вообще всегда была исполнительной и послушной. Покупала всем хорошие конфеты и делала комплименты. Причем, от души.

Коллегам не понравилась моя внешность – в то время я была просто обворожительной. Воздушной, невесомой, фигуристой. Блондинкой. С невероятно узкой талией и совершенными ногами. Мне завидовали, это я всегда на себе ощущала.

Липкие взгляды и мерзкие пересуды. Отвратительного вида шеф тут же стал за мной ухлестывать. Но ему я отказала, поставив крест на своей карьере и добавив к плохим отношениям с сослуживицами еще и эту проблему.

На меня свалили много ненужной и обезьяней работы, чтобы мне досадить. Сначала все это меня угнетало. Но потом я поняла, что сколько бы ни задерживалась с рутиной, меньше документов не становится.

Поэтому приняла решение выходить в обед гулять в одиночестве. И облюбовала кафе, которое почему-то стало популярным местом у влюбленных, поскольку носило название, напоминающее о трепетных чувствах типа "Два сердечка".

Никакого дискомфорта по поводу того, что меня никто не сопровождает на прогулки я не испытывала, наоборот, нашла свое общество для себя самым приемлемым. Не со злыднями же обедать или пить кофе!

про маленькие радости

В тот день я снова отправилась в "Два сердечка", понимая, что нет смысла себя изнурять в офисе. Как только я заканчивала с одним, мне несли ворох бумаг, которые я не успевала проверять как ревизор. И чувствовала себя самой настоящей Золушкой, только без крестной, которая предоставила бы мне изумительное платье и хрустальные туфли, чтобы отправить на бал.

В кафе я всегда заказывала себе легкий салат, поскольку летом есть практически не хочется. В нашем курортном городке большую часть времени стоит удушающая жара, а зимой так сыро, что холоднее, чем на Севере. Из-за ветра с моря.

В обед в этом кафе всегда было пусто. Это вечером маленькое заведение набивалось влюбленными парами, которые ели мороженое и делали друг другу романтические подношения. Я несколько раз пробовала после работы заходить в это как сейчас бы сказали атмосферное место.

Но разочаровалась в том, что ощущала каждый раз при виде молодых пар очередной укол в сердце. Мне не повезло. Мой развод был болезненным и душераздирающим. А на глазах кто-то целуется и держит друг друга за руки. Ну такое себе.

Я приняла решение выгуливать себя только в рабочий перерыв. И садилась всегда за столиком на веранде у большого каштана, так, чтобы меня не могли заметить коллеги.

Они тоже выходили на прогулку группами и подходили ко мне, могли что-то такое сказать, что мне испортило бы настроение на весь день.

В кафе подавали зеленый чай в узкой чашке, закрытой крышкой и с ситечком. Что меня всегда приводило в неописуемый восторг! Даже рисунок на посуде до сих пор сохранился в моей памяти. Это была райская птичка с лимонным брюшком среди изумрудной зелени, сидящая на веточке.

Коричневый сахар в виде сердечек лежал в прозрачной сахарнице, и его можно было класть в чай изумительными щипчиками, напоминающими серебряные. Все эти манипуляции со столовыми приборами мне так нравились, что до сих пор я обожаю не сам напиток, а чайную церемонию.

Все составляющие, которые присутствуют при этом древнем ритуале.

Круглый хрупкий столик был всегда накрыт белоснежной скатертью. На нем стояла небольшая вазочка с летними цветами – незабудками, пионами, ромашками, герберами.

Разные цветы радовали глаза своими оттенками – розоватыми, пестрыми или нежными сиреневыми, красными, синими. Мне хотелось тут же написать натюрморт, настолько все вокруг отображало ту эстетику, к которой тянулось все мое существо художника.

Ведь когда-то я брала частные уроки живописи у настоящего мастера!

Вместо изумительного, спасающего меня от жары чая я могла купить себе бокал молочного коктейля с ванильным или малиновым сиропом, хорошо взбитого в отличную пену, и потягивать через трубочку, наслаждаясь мозайкой вкусов.

Если была пасмурная погода, то я оставалась внутри кафе и рассматривала картины, которые висели на уровне моих глаз. На нах были изображены восхитительные леди в шляпках, вуалях, боа, у ног которых непременно красовались джельтмены, влюбленные, с цветами, элегантные.

Незнакомки казались мне божественными. Настоящими женщинами, которые были какими-то недосягаемыми, волшебными, очаровывали стилем, изысканностью.

Я всегда придерживалась более классического образа, так как этого требовал мой статус – юбки-карандаши, облегающие мои узкие бедра, батистовые белоснежные блузки. Но по пятницам у нас были послабления в дресс-коде, и можно было надеть какое-нибудь крепдешиновое платье с палевыми розами в рисунке, которое я перешивала из маминых запасов одежды. Подбрала к нарядам бижутерию и туфли.

Да. Туфли я себе приобретала всегда на каблуках. В тот день это были босоножки с тонюсенькими белыми ремешками, украшающими мой высокий подъем стопы!

Сидя в одиночестве и без ненужного гула голосов своих соседок по кабинету, я ощущала то самое неописуемое счастье! Но должна была, конечно, горевать.

Меня отверг тот мужчина, который клялся в вечной любви. Надежды на повышение тоже не осталось. Да и возвращаться домой не хотелось!

Но я лелеяла тот восхитительный момент, в который сама себя погружала! Клянусь вам, я имела на это право! На маленькие радости, которые разрешила себе подарить.

еще один способ создать настроение

Еще одной радостью во времена одиночества и тяжелого развода у меня были книги. Где-то я читала, что люди, у которых есть невыносимый стресс, предпочитают либо спать, либо уйти в мир фантазий, проживая другую красочную жизнь со своими героями.

Работу я нашла не сразу, а перед этим долго стояла на учете в центре занятости населения. В провинции невозможно устроиться куда-либо без связей и протекции. Даже уборщицей.

А у меня было два высших образования и хотелось проявить себяв качестве толкового специалиста.

Целыми днями я бродила из одной организации в другую, предлагая свою кандидатуру. Но мне не везло до тех пор, пока я не нашла место госслужащей.

Когда у меня оставалось свободное время, я брела на пляж, прихватив с собой томик Саган или Ремарка. В выходные дни я садилась на автобус и через весь наш небольшой городок ехала в центральную библиотеку, где было много глянцевых журналов с советами и интересными историями. И книг!

Процесс погружения в книги меня отвлекал. Я перечитала всю русскую классику, зарубежную литературу, потом снова перечитывала то, что на меня произвело громадное впечатление.

И забывала о своем положении неудачницы, представляя себя главной героиней какой-нибудь исторической саги, которую обязательно спасает пресловутый Принц.

Книги меня насыщали. Библиотека находилась в старинном здании с высокими потолками и лепниной. Расположившись с вырезками из газет прямо у раскрытого окна, я наслаждалась своим хобби.

И, уходя, прихватывала несколько томиков с собой, чтобы устроиться вместе с ними на пляже, если погода стояла хорошая.

Уединение. Шум моря. Мой маленький мир. Все это исцеляло.

Вечером, появившись в родительском доме и наспех перекусив, я продолжала погружаться в фантазии, уже лежа в постели и отрешившись от будничной суеты, которая меня окружала.

На неурядицы я перестала обращать внимание, а о том, что в моей жизни не происходит ничего занимательного, забыла. Забыла о своей тоске по неудавшейся любви, которая съедала меня изнутри.

Наоборот, стала присовокуплять и себя к какой-то занимательной истории с хорошим концом. И даже начала вести дневники, записывая свои мысли, появляющиеся у меня по ходу прочтения художественных произведений.

Мое состояние отрешенности можно было бы назвать одним словом – счастье. Настолько уютно мне было в мире гармонии, который я сама себе придумала.

как вернуть себе гармонию

Когда у меня начинались сложные времена, я выработала в себе привычку искать хотя бы одну маленькую ежедневную радость. Казалось бы, никакой надежды на то, чтобы справиться с отчаянной ситуацией, нет! Но и в эти моменты я фокустировалась на приятном.

Когда мы покупали с мужем квартиру ( в о время я вышла второй раз замуж), так случилось, что образовалась какая-то волокита с документами. Сплошные проволочки или ошибки в бумагах заставляли меня нервничать и срываться на некомпетентных специалистов.

В тот день было все, как обычно. Сделка затягивалась, условия менялись, на работе у меня и вовсе образовался аврал из-за того, что я постоянно отпрашивалась по личным делам.

Суеты стало много. Определенность исчезла.

Накричав почему-то на персонал агенства недвижимости и на мужа, я почувствовала себя виноватой. И от досады вышла в дамскую комнату, чтобы привести себя в порядок.

Мне хотелось плакать от того, что все идет не по плану. И от усталости, наверное. Но я не смогла себя накрутить так, чтобы дойти до истерики.

Умыла лицо прохладной водой. Руки тщательно намылила мылом, выдавив из дозатора прозрачную жидкость, которая отлично пахла. И, несмотря на дурное настроение, уловила этот нежный ромашковый шлейф.

Потом промокнула салфетками чистые руки и лицо, посмотрев на себя в зеркало. Подкарасилась. Выдохнула. Достала из сумочки свой любимый тюбик крема для рук с нежной текстурой и чудесным запахом той же ромашки и календулы. Помассировала свои пальцы, чувствуя, как расслабляюсь.

И вышла в фойе, чтобы снова ждать сделку. Наша риэлтор любезно предложила мне и мужу латте в стаканчиках. Я сделала глоток этого напитка, который оказался очень даже неплохим. И постепенно начала успокаиваться.

В панорамном окне был виден весь наш город, который тонул в миллионах огней. Было уже темно, и перед новогодними праздниками все вокруг выглядело наряднее, чем обычно.

Снег. Он медленно падал крупными хлопьями, как в популярной рождественской игрушке. Мне даже показалось, что рисунок каждой снежинки можно рассмотреть, как в детстве.

Какое-то умиротворение стало медленно меня обволакивать. Постепенно мое раздражение растворилось. Оно сменилось внутренней гармонией.

Я продолжала сидеть на кожаном диване, потягивать очень густой и горячий напиток и смотреть в окно, испытывая забытое чувство, очень похожее на счастье.

И вся эта суета и люди, которые продолжали озабоченно бегать по коридорам офиса, разговоры и телефонные звонки, несостыковки в документах и провалы наших встреч перестали иметь значение.

Казалось, что есть только этот фантастический миг какой-то невероятной сказочной красоты, которая открылась прямо перед моими глазами в зимнем пейзаже. Теплый кофе. Мои руки, пахнущие летом. И не такое уж и томительное ожидание.

Зачем я так переживаю по поводу этой чертовой сделки, вдруг задала вопрос самой себе я? Зачем я выгляжу такой загнанной и уставшей, когда можно расслабиться и довериться моменту? И Вселенная позаботится обо мне.

Ведь мои нервозность и натужность не дали никакого результата. Зря я так надрывалась.

Мысли мои потекли плавно. И напряжение, которое доводило меня до панических атак, отступило. Я позволила себе наслаждаться тем временем, которое как будто специально кто-то выделил для меня, устроив такой длительный перерыв.

про ресурсное состояние

На приеме у психолога мне пришлось вспоминать свое ресурсное состояние. И я долго не могла выудить из памяти счастливые моменты из жизни. Тревоги и отчаяния было много. А радость исчезла.

– Когда вы были безмятежно счастливы? – Спросил у меня доктор Ахмад, когда я пыталась собрать себя по частям.

– Как это? – Задала ему глупый вопрос я.

– Ну вот что вам приносит абсолютную радость? Дети? Питомцы? – Стал помогать он мне. – Вернитесь в это состояние.

Психолог стал гипнотизировать меня, а я понимала, что это бессмысленно. У меня панические атаки и ОКР. Непроходящая тоска. И утрата интереса к жизни.

И вдруг из моей памяти выплыл незначительный эпизод. С мужем как-то раз мы заскочили в сетевой магазин, чтобы купить корм для кошки. Нам вручили какие-то бесполезные игрушки в качестве бонусов. Кассирша насильно впихнула мне в руки целый ворох шелестящих упаковочек с пластмассовыми безделушками, которые я машинально положила в карман пальто.

Когда мы подходили к дому, на детской площадке я увидела школьниц. Они разложили на лавочке уже распакованные фигурки мультяшных героев. Я подошла к ним и высыпала им в руки целую гору разноцветной дребедени.

– Вау! – Закричали дети. – Как круто! Откуда у вас их столько? Ой. Спасибо! А мы их собираем!

Столько неподдельной искренней радости я давно уже не встречала. Девочки были в полном восторге и стали выхватывать друг у друга смешных человечиков и зверюшек, пританцовывая от восторга.

И снова благодарили меня за подарки, бросаясь на шею.

Вдруг вот эта самая волна необъяснимого счастья передалась и мне, как будто я заразилась этим восторгом! Мне захотелось сделать что-то еще, чтобы подарить другим людям радость.

Вот как выглядит умиротворение, подумала я. Это когда другим даришь что-то ценное для них – подарки, внимание, кусочек радости.

– Я вспомнила. – Ответила я, пока доктор Ахмад ждал в повисшей тишине моего ответа.

И стала перессказывать в подробностях тот самый вполне обычный случай с детьми. Я не совершила ничего грандиозного – просто от души отдала то, что у меня было. А ведь сначала все эти обычные фантики я хотела выбросить в урну.

– Как только вас будет одолевать беспокойство или та самая безнадежность, о которой мы говорили, возвращайтесь мысленно на ту самую детскую площадку и вспоминайте это состояние. – Посоветовал доктор.

Выйдя из кабинета, я решила, что не нужно мысленно искать то, что уже прошло – можно повторить это снова. И как только ко мне пришло это намерение, мне предоставился сам случай.

В магазине у кассы я увидела опрятную пенсионерку, которой не хватило денег на молоко из-за того, что она покупала дорогой корм для кошек и шоколадку для внука. Так она растерянно объясняла свою оплошность кассиру, которая посоветовала убрать из чека лишний товар.

Я предложила добавить денег на покупку. На что интеллигентная старушка отреагировала самыми настоящими словами благодарности и прослезилась.

И снова мне стало вдруг хорошо и приятно от того, что я хоть на минуту стала кому-то полезной. Моя разъедающая душу тоска на некоторое время исчезла.

про состояние гармонии

Мое одиночество было со мной все время. И даже среди большого количества людей я всегда чувствовала какую-то свою неуместность и неуклюжесть. Как будто пришла на праздник без приглашения.

Вот были бы у меня настоящие друзья, мечтала я. В каждом городе, на планете, в любой точке земного шара. Почему мне везде как будто не к месту? Ну почему так?

Страдала ли я от того, что должна остаться синим чулком? Страдала. Но заставила себя привыкнуть. Что бы я ни делала, со мной не хотели дружить. Вернее, не так. Дружили ради выгоды. Я ведь старалась быть хорошей. Заслужить любовь. А потом моя воображаемая подруга находила себе что-то новое и без объяснения исчезала из моей жизни.

Или какой-нибудь воздыхатель, навешав мне лапши на уши, разрывал отношения.

Я спрашивала у самой себя – что я сделала не так? Только повзрослев, я перестала фантазировать на тему всеобщей любви. Меня не полюбят. Ну и что из этого? Значит я сама себе буду другом, решила я.

И мне стало в этом знании очень комфортно. Настолько, что вечные поиски любви отвалились сами собой. И я принялась просто жить. Здесь и сейчас, как сформулировали бы психологи.

И настолько к этому состоянию привыкла, что перестала задавать себе вопросы – а правильно ли я делаю сейчас то, что делаю? Что подумают обо мне мои близкие и те люди, для которых я хочу стать лучшей версией себя?

Нет. Не исчезли эти вопросы. Они остались. Но они перестали быть назойливыми и мучительными. И такими меня уничтожающими.

Пришло состояние гармонии. И даже в моменты какого-то упадка сил или уныния я приучила себя к той мысли, что и это временно. Это как когда стоишь на горе. А все внизу кажется песчинками.

Однажды это осознание отчетливо пришло ко мне, когда мы с группой туристов забрались на самую высокую гору. Я посмотрела вниз и ....задохнулась от волны чего-то необъяснимого.

Разве могла я разглядеть людей, которые отстали от группы? Или животных, пасущихся на склонах гор, которые превратились в какие-то точки?

Все, абсолютно все – суета из сует, тогда решила я. И мне пришлось миллион раз убедиться в этом, спустя годы.

Зачем я все время рефлексирую, все время задавала вопросы я? Зачем жду удобного момента и боюсь всего, за что бы ни взялась? А что произойдет, если у меня не получится?

Ничего ведь не изменится. Просто придет новый опыт и все. Так стоит ли всю жизнь провести в этих вечных мучениях о том, что в моей жизни было так много неприятностей и несчастий?

Да. Они были. И я не могу отменить этот факта. Но я могу изменить отношение к тому, что меня так изводило. И перестать беспокоиться об этом.

про одиночество

Самым идиотским был период, когда после развода я не смогла снова построить отношения. Мертвый призрак той самой любви все еще летал надо мной. Я ждала, что все изменится. Что мой бывший муж осознает, кого потерял. И вернется.

Так, кажется, делают все женщины.

Я старательно не влюблялась в других мужчин. Но мой возраст холостячки стал критическим. Это невыносимо, когда каждая соседка по подъезду смотрит на тебя вопрошающе – ну когда? Замуж. Дети.

Я уже молчу про родственников и маму с их вечным фантазиями на тему внуков. Мне тридцать. А потом уже тридцать пять. А я все еще разведена и одинока. И стараюсь загрузить себя работой, чтобы не вспоминать о том, что мне не повезло. И, скорее всего, не светит. То самое женское счастье.

У меня мучительный развод. И опять расставание накануне новой свадьбы. Не судьба.

Только съемные квартиры с безумными соседями. Чужие истории, до которых мне нет никакого дела. Неопределенность. Вечная мерзлота того города, куда меня забросила сама жизнь.

Так размышляла я, возвращаясь в свою комнату обычной хрущевки и собираясь на ужин напечь себе сырников, принять душ, немного повозиться с рукоделием и лечь спать.

И по ходу движения снова заглядывая на сайты знакомств, чтобы прочитать послания от мужчин. Одного и того же содержания – хочу тебя, давай встретимся. Нет. Не нужны мне эти мимолетные романы. Да и лень снова собираться, краситься, судорожно искать чулки, очаровывать. А потом утвердиться в мысли – не мое. Ошибочка вышла.

Обойдусь без свиданий. Набрасываю пуховик на плечи и выхожу на балкон покурить. Темнота. Морозно. И фонари, как у Пастернака в стихотворении. Все, как всегда.

Этот пронизывающий холод. И деревья, стоящие в охапках снега. Почти черное небо с миллионами звезд. Которые похожи на россыпь бриллиантов.

Быстро заскакиваю в комнату, ухая и согреваясь уютом. А ведь и правда в тепле лучше, чем на улице, размышляю про себя. Да. Комната съемная. Но я сделала ремонт, нашла маленький изумрудный диванчик. И постельное белье себе купила с разнотравьем по простыням.

Какая же это прелесть – уснуть в свежей постельке! Розовый дивный комплект с травой по краю. И много-много цветов, как в деревне у бабушки – ромашки, васильки, бессмертники.

Зажигаю палочку с благовониями. Иду на кухню, чтобы заняться сырниками. Их получается много. Ужин у меня будет легким. С зеленым чаем. И сахар я специально купила рафинированный в виде фигурок мишек. Они меня умиляют. С ними мне не так одиноко.

И в ванне можно полежать подольше, потому что живу я пока одна. Квартиранты съехали, и теперь есть ощущение, что двухкомнатная квартира – моя. Она крошечная, но милая и чистая. Занавески с оборочками. Белая скатерть на столе. На подоконнике в горшке моя роза. Я похожа на Маленького Принца, который выращивает свой любимый цветок.

Сажусь ужинать, радуя себя красивой сервировкой. Для этой цели я приобрела фарфоровую тарелочку и чашку. На посуде есть бутоны таких же роз, как и те, которые мне удалось вырастить в горшке. Снова я наслаждаюсь блаженством есть из такого восхитительного набора. Завтра на работу. Немного повышиваю и лягу спать. Нужно выспаться. Это главное. И это возможно. Мне никто не мешает. Не тревожит мой сон. Вокруг тишина. Пахнет сандалом. Горит торшер.

А в стареньком кресле с иголкой в руках и с мулине устроилась я.

Я разведена. И отношения у меня не складываются. Никого из родных и близких рядом нет. Квартира съемная и временная. На работе, как обычно, суета и аврал.

Но почему и отчего я так счастлива? Немного устав, я выхожу покурить на балкон. Падающий медленными хлопьями снег меня завораживает. Белоснежные деревья кажутся сказочными. И хочется увидеть настоящего Деда Мороза.

А на душе хорошо.

Одиночество не может быть страшным. Когда есть счастье. Оно просто есть. Без дополнений и размышлений.

С этой мыслью я засыпаю.

про цветы

Будни были одинаковыми. Серыми. Безликими. С длинной зимой. Каким-то застывшим холодом и невозможностью согреться. И белоснежными бескрайними пейзажами тайги. Тогда я начинала вспоминать то море, у которого родилась.

Безмятежное. Волнующееся. Теплое. Обволакивающее. Оно все исправляет. С ним безмятежность. Юность. Беззаботность. И вечное лето. Мой день рождения и охапки ромашек. Мне их дарили почему-то всегда. Я – Лев по гороскопу. Но должна была родиться под созвездием Рака.

Что-то пошло не по плану. Моя беременная мама перехаживала все сороки. В полдень в стареньком роддоме с высокими потолками появилась я. С трудом. В присутствии толпы практикантов. Студенты изучали роды почему-то на мне и на маме, которая истошно орала и возненавидела свою дочь тут же, как только меня из нее извлекли.

Я заставила маму мучиться и страдать. Она поклялась, что больше никогда не повторит этот печальный опыт. Но не сдержала своего обещания, а, наоборот, облачилась в амплуа многодетной матери.

В городе вечной мерзлоты, куда я выслана из родительского дома, нет ромашек. Есть только срезанные розы, но они живут в вазах недолго. Из-за климата.

Моя подруга Анечка подарила мне розу с кусочком земли. Я специально купила для цветка горшок и стала выращивать его на подоконнике, не надеясь на чудо. Но чудо свершилось.

Однажды я с удивлением обнаружила несколько разных бутонов. Это были нежные розовые и белые цветочки, растущие одновременно на одном кусте! Разве так бывает?

От радости я стала разводить только цветущие растения. И поняла, что хотела бы быть садовником. Не флористом, работающим с мертвыми цветами. А настоящим садовником, у которого есть целая оранжерея и миллионы клумб с цветами!

Это и в самом деле счастье – возиться с растениями! Цветы покрывают все, даже могилы. С этим утверждением я более, чем согласна.

про работу

После долгих поисков работы я устроилась в один из отделов бюджетной организации с хорошей зарплатой. Но коллектив оказался гнилым. Меня совсем не удивило то, что специалисты оттуда увольнялись буквально через неделю. Процветала травля молодых сотрудников и интриги.

Атмосфера была ужасной. Я стала задыхаться от спертого воздуха в кабинете, битком набитого озлобленными женщинами, бесконечно судачащими друг о друге.

Тут же проявилась моя мигрень, тошнотворная, липкая, мучительная. От того, что мне не удалось справиться с кучей документов, в которых царил бардак.

Начальство было лояльно ко мне, но что это меняло? Через несколько месяцев я осознала, что не могу и не хочу больше заставлять себя возвращаться в этот ад. Но мне не хотелось терять большую зарплату и социальную вовлеченность.

И чувствовать себя неудачницей. Я снова не смогла проявить себя как в профессионал, рефлексировала я, хотя и пыталась быть компетентной в своей професиии.

Опять был вечный дедлайн и аврал. И очередная моя попытка не быть лузером. Не получилось.

Устав от бессмысленной борьбы, я решила позволить себе перерыв. И, бросив бесконечные таблицы из цифр, вышла на улицу. На календаре обозначился апрель, но вокруг все еще лежали кусочки рыхлого снега.

Зато солнце выглядывало из-за тонких деревьев, на которых я заметила свежие листья. Почему я раньше их не замечала, удивилась своему открытию я?

А ведь уже весна. Пахнет, кстати, свежестью и новизной. Очень хорошо пахнет. Я стала дышать часто, втягивая в себя прохладный воздух. В кабинете всегда было душно – воняло прокисшей капустой и оговорами.

Как же хорошо на улице, вдруг осознала я. Люди, которых в тот день было много в сквере, радовались жизни и отличной погоде. Они разговаривали друг с другом, смеялись, мамы возились с малышами, молодежь пила кофе в стаканчиках и прогуливалась стайками по аллеям.

Кедры и сосны сохранились зелеными. И их отчетливое благоухание обдало меня приятным ароматом – я стала дышать глубоко, отчего у меня закружилась голова. Моя мигрень приутихла – свобода меня потихонечку приводила в чувство.

Зачем я изнуряю себя этой пыткой и до сих пор не уволилась, вдруг спросила у самой себя я? Здесь свежий воздух и теплое солнце. И весна, которую я чуть не пропустила. А за ней придет лето. И осень. А я могу просидеть в этой темнице всю жизнь, в сырости, плесени, в чужом раздражении и пренебрежении.

Снова и снова мысленно я возвращалась в то убогое пространство с несвежим ремонтом и пылью, с засохшими цветами в горшках, с ругающимися людьми, клеветой, подлостью, с туалетами, в которых всегда стоит вонь и шныряют крысы, где сломаны краны и крадется плесень.

Где всегда заперты грязные окна и подоконники завалены кучей хлама, а женщины угрюмы, агрессивны и некрасивы – в жутких кофтах, на которых катышки и оторванные пуговицы, и с немытой головой.

Зачем я там, а не здесь, снова задала самой себе вопрос я?

Детский крик малышей показался мне таким пронзительным и живым, а запах кофе, идущий от небольшого передвижного кафе – ароматным и настолько вкусным, что я тут купила себе стаканчик этого бодрящего напитка. И обычный хот-дог с хрустящей посыпкой, вкусный, аппетитный, свежий.

И снова вернулась к лавочке, стала дышать. Наблюдать, как парк заполняется пенсионерами с собаками, влюбленными парами и школьниками – у них как раз закончились уроки.

Люди живут, а я существую, подумала я, откусывая невероятно вкусный бутерброд, чего раньше никогда не делала. Несколько месяцев подряд я насильно тащила себя по темноте в офис. И возвращалась домой тоже по темноте. У меня нет выходных и праздничных дней, потому что нужно снова переделывать отчеты и что-то считать. До бесконечности.

Целый день я пытаюсь понять, как свести эти цифры, которые намеренно перевирают коллеги. И не могу их в этом уличить – эти стервы решили таким образом выжить меня из коллектива, как и остальных новеньких.

Да что там выжить! Одного специалиста они довели до суицида, другая попала в больницу с инфарктом, третья так торопилась на работу, что упала с лестницы и сломала обе руки, но ее все равно лишили премии.

Список людей, которые сгорели на этой чертовой работе, выстроился перед моими глазами ровными колонками. Но ведь и я могу оказаться в этом ряду, вдруг дошло до меня! Могу, но не хочу!

С удовольствием доев свой нехитрый обед, медленно побрела я в офис, зашла в отдел кадров и написала заявление по собственному желанию.

– Как ты можешь вот так взять и уйти? – Удивились коллеги, которые еще несколько дней назад изводили меня интригами. – А как же мы? Мы что и твою работу теперь будем тащить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.