Фима Серая
Ниран. Возмездие

Глава 1

Посвящается моей любимой падлючке II =^_^=

– Ты кто? О_О

– Я добрая фея ^-^

– А почему с топором?

– Вот видите – как мало Вы знаете о добрых феях!=)

Пролог

Величественное дерево раскинуло свои огромные ветви, оттесняя тенистый лес на край огромной поляны. Оно было таким древним, что помнило, как боги создавали и рассеивали живых существ по миру. Меж его переплетенных корней некогда находился прекрасный в своем исполнении храм. Его стены давно пали под натиском безжалостного течения времени. Лишь кое-где сломанными костями огромного животного из земли еще возвышались остатки светло-серых колонн. В центральном зале, где прежде собирались огромные толпы ради восхваления богини, уже ничто не напоминало о молитвах, возносимых к небесам. Слышны были лишь стрекотание насекомых и клекот ловящих их птиц. По заросшему мхом полу святилища, приминая длинные стебельки, прямо к алтарю, все еще хранившему благословение хозяйки разрушенного строения, уверенной походкой продвигался мужчина. Его белые, как снег на вершинах гор, волосы ниспадали до самой талии. На жемчужного цвета коже отсвечивали блики вспыхивающих брюшек светлячков, кружащих вокруг. Подойдя вплотную к небольшому мягко светящемуся камню на постаменте, водрузил на него руку. Произнеся всего одно слово «кинау», с огромной затаенной надеждой в сердце стал ждать отклик. Но лишь молчание стало ему ответом. Испытывая горькое разочарование, склонил голову, тихо поблагодарил богиню и направился из храма. Возле места, которое некогда было выходом, очень четко услышал то, ради чего проделал весь этот путь по непролазным дебрям: «У тебя нет своего кинау!» Боль затопила его сердце. Он мало на что рассчитывал, но такой ответ убил в нем последнюю надежду. Меж тем богиня произнесла то, что заставило веру в лучшее будущее высоко вскинуть голову: «Но может быть чужое!»

Глава 1

«После бутылки коньяка беседа превращается

в утечку информации».

Когти вурков громко и противно скребли по булыжной мостовой, вызывая у меня самой зубовный скрежет. Как остальные спокойно относились к этим звукам, не понимала. Периодически даже глаз подергиваться начинал и челюсть сводило. Хотя, может, это просто дело привычки, я на это очень сильно надеялась.

Несмотря на этот неприятный момент, Кристак оставлял о себе просто неизгладимое впечатление. Зрелище, представшее перед моими глазами, поражало воображение даже такого бывалого пользователя интернета, как я. Выложенные каменными кирпичами дороги и тротуары протянулись по длинным широким улицам, здесь спокойно могли разъехаться даже три ездовых ящера, не задев друг друга лапами. Стоящие повсеместно клумбы, пышущие разнокалиберными цветами, прекрасно вписывались в каменные джунгли. Дома были в основном одноэтажные, но встречались и в два, а то и три этажа. И каждый из них имел земельный участок, утопающий в зелени. Ощущение, что взяли город с викторианских полотен, расставили строения подальше друг от друга и засадили каждый свободный кусочек земли деревьями, кустарниками и прочими растениями. Но несмотря ни на что, серые кирпичи прекрасно гармонировали с зелеными насаждениями. Наверное, именно такими мне бы хотелось видеть города на Земле. Бетон, стекло и жизнь!

Лем аккуратно поддерживал меня, когда пыталась сверзиться с ящера, наклоняясь в разные стороны, чтобы получше что-то рассмотреть. Наверное, со стороны выглядела очень странно, как турист, впервые выбравшийся за границу. Но мне было как-то плевать, кто и что обо мне подумает. Тихо попискивала от восторга при виде архитектурных изысков, прекрасно сочетающихся с неподдельной природой.

Выехав на небольшую площадь, пришлось задрать голову повыше, разглядывая высокое полностью каменное здание. В глаза мгновенно кинулось не столь прекрасное исполнение украшений, как на древних зданиях. Скорее всего, оно появилось сравнительно недавно. Насчитала пять этажей, но высокие окна подсказали, что потолки в здании на бо́льшей высоте, чем в жилых помещениях. Резные колонны перед входом доставали до второго этажа, поддерживая громоздкий балкон, обрамленный красивыми балясинами. По ним, расцветая сиреневыми цветочками, вился темно-зеленого цвета плющ.

– Это дом просвещения, – не без гордости заявил Альвиэль.

Покопалась в памяти, припоминая, в первый день приезда наших гостей в Тинор мне рассказывали, что именно младший принц стал инициатором постройки этого здания. В нем располагались и творили великие умы вирао и угили. Непременно нужно будет навестить это величественное строение. Думаю, смогу помочь им с некоторыми аспектами изобретательства.

По левую сторону площади раскинулся невообразимой красоты парк. Невысокие деревья с перламутровой листвой склонившимися ветками доставали практически до самой воды небольшого кристально чистого озера. Ветер, играя с розовыми лепестками, срывал их и кружил в прекрасном танце, создавая подобие искристого снега в разгар лета. Дорожки из серого покрытия росчерками кисти неизвестного художника разлились по изумрудного цвета траве. Нежно-голубые цветы в высоких белых вазах водопадом свисали до земли. Весь сад содержал мягкие пастельные тона, создавая впечатление уюта и умиротворения. Даже с такого расстояния разглядела неторопливо плавающих возле самого берега красно-белых крупных рыб с вуалеобразными хвостами. Они плавно скользили небольшими стайками, иногда игриво выпрыгивая из воды, ловя падающие листики на лету. Именно эти яркие пятна подчеркивали нежность этого места.

По обе стороны дороги, идя по ровным и очень чистым тротуарам, периодически встречались местные жители. Эльфы и дварфы ходили иногда по одному, порой парами, но чаще всего разношерстными кампаниями. Одежды, которые были на них, пестрили разнообразными оттенками коричневого, зеленого и синих цветов. Туники до середины бедра, простые свободные штаны, сапоги или ботинки на невысоких каблуках, кое-кто из женщин щеголял в сандалях с высокой шнуровкой. На некоторых мужчинах надеты сюртуки, подчеркивающие тонкость талии крепость грудных мышц и силу рук. На фоне окружающих мой белый плащ и такие же берцы сильно выделялись из толпы. Именно они, а не моя внешность, привлекали к моей персоне много непрошеного внимания. Но больше всего интереса доставалось, что не могло меня не радовать, разумеется, правителю. Ему приветственно махали руками, кричали что-то ободряющее и радостное. Аникиэля явно любили, им восхищались, практически боготворили, что совершенно неудивительно. Именно при его правлении голод больше не нависал над теми, кто, собственно, были лучшими в выращивании пищи, но совершенно не готовыми к тому, что магия начнет стремительно исчезать.

Позади в отдалении раздалось шипение и грозный рык моего кота. Лем тоже взглянул в ту сторону и слегка напрягся. Вывернувшись чуть ли не восьмёркой и почти уронив нас с принцем со спины вурка, округлила глаза от увиденного. Вокруг грузового ящера, на спине которого, возлежа на корзине с провизией, находился Шарки, крутились натуральные саблезубые пумы. Их длиннющие клыки даже с такого расстояния рассмотрела и запаниковала. Задние лапы чуть короче передних, огромные когти, скрежещущие по мостовой, и длинные уши с кисточками. Они кружили вокруг спокойно топающего ящера и периодически, вставая на задние лапы, ставили передние на бок невозмутимого гиганта и тянули свои носы к моему котейке. Тот, не будь дурак, выгнул спину, распушил хвостяру и, грозно шипя, махал растопыренными лапами во все стороны. Сожрут ведь и не подавятся! Уже дернулась в попытке слезть и помочь ему, когда принц тихо засвистел, и огромных кошаков как ветром сдуло.

– Что это за хрень?! – обратила возмущение на ближайший источник информации.

– Кицы – потомки божественного зверя Рагрида, они смирные, но любопытные, – расслабившись, он усадил меня поудобнее.

– И что, у вас вот так свободно по городу шатаются саблезубые кисы размером с половину вурка?! – осмотрелась по сторонам и стала подмечать интересные детали, которые тут же озвучил принц.

– По городу, по крышам, по замку, по шахтам. Где хотят, там и ходят, кто им запретит?

С разных сторон торопясь и обгоняя друг друга спешили в нашу сторону серо-коричневые представители местного кошачьего населения. Считая их по длинным хвостам сбилась на шестнадцатом. Если это потомки такие здоровые, то какого размера родоначальник?! То одна, то другая новоприбывшая кица пытались дотянуться до Шарки и познакомиться поближе, но отхватив когтистой лапой по носу быстро отваливались. Продолжая наблюдать издалека, неспешно следовали за нашей процессией.

Город оказался довольно обширным, что совсем не показалось мне странным, ведь население предпочитало селиться в отдельных домах, и «пригород» был просто огромен. При этом промышленные районы оказались в удалении от спальных, на другом конце, и находились ближе к горам. Это действительно довольно удобно, учитывая, что добываемое из недр земли сырье везти далеко не приходится. Вдалеке увидела высокие трубы, из которых валил дым. Подъехавшие ближе братья указали на самые массивные, самодовольно поведав, что это их мануфактура. Им тоже было чем гордиться, обширнейшая сеть мастерских и лавок принадлежала семейству Црук.

Наконец, въехав в центр города, попали в натуральный лес. Правда, он оказался парком, окружающим довольно внушительный замок. Трехэтажное массивное здание, украшенное в точности как усадьба, в которой жила первый месяц своего пребывания на Ниране. Высокие колонны, стилизованные под водопады, резной, практически как живой плющ, ползущий по стенам до самой крыши и скрывающийся за водостоками. Множество различных видов птиц и ранее невиданных мной зверей располагались на свободных от листьев участках, создавая некий бестиарий. Колонна разделилась, легкие верховые вурки уехали вперед, грузовые медленно свернули куда-то влево, видимо, разгружаться им положено именно там. Шарки ловко соскользнул с насиженного места и, лавируя между огромными кошаками, пристроился с нами рядом. Мы же подъехали к высокой лестнице, ведущей ко входу. Статуи божественных животных, украшающие подъездную дорожку, проследили за мной каменным взглядом, заставив пробежать по спине пупырчатые мурашки. Ноги мои после долгого путешествия были не способны нормально передвигаться самостоятельно. Как только меня аккуратно сняли с вурка, еле-как дочапала до первой ступеньки и плюхнулась на нее отбитой задницей, вытягивая пострадавшие конечности. Пока ждала свои вещи, оказавшиеся в седельной сумке Лема, рассматривала ближайшие горшки с растениями. Красивые пурпурные цветы, похожие на астры, шевелили на ветру пушистыми шариками соцветий, привлекая разноцветных насекомых.

Мимо пролетела и села на край растения огромная оранжевая бабочка. Ее легкие, как пух, крылья оказались украшены кружочками, напоминающими глаза огромной кошки. Отведав нектара, она легко вспорхнула и улетела вглубь парка. Лениво проследив ее путь, перевела взгляд на старшего принца, который уже стоял рядом со мной с двумя сумками его и моих вещей. Приняла протянутую руку, кряхтя, как древняя старуха, поднялась и, поддерживаемая за талию рукой Лема, приступила к труднейшей задаче. А именно, преодолению лестницы! Этот подвиг дался мне очень нелегко, но когда поняла, что в самом замке придется подняться на аж второй этаж, начала активно протестовать, требуя бросить меня умирать прямо здесь! Благородный порыв не оценили, сумки были ловко перекинуты подошедшему младшему наследнику, а меня, водрузив на руки, понесли наверх. Глава семейства, идущий позади, только тихонько посмеивался, вот кто выглядел довольнее всех остальных.

Комната, куда меня занесли и аккуратно складировали на небольшой диванчик у окна, оказалась довольно просторной. Мой котейка в первую голову оценил размеры большой кровати с балдахином, украшенной резным изголовьем. В тон ей огромный шкаф, из того же гарнитура огромное зеркало во весь рост и стол с парой стульев. Трюмо с еще одним зеркалом и небольшим пуфиком обнаружилось в углу. Парочка небольших круглых столиков, расставленных по периметру, и две довольно массивные двери в разных концах помещения. Назначение одной было вполне понятно, а вот вторая оставалась загадкой. Куда ни глянь, везде горшки с комнатными растениями и вазы со свежими цветами. Через огромное окно в полстены в комнату заглядывали зеленые ветви ближайших деревьев. Какое интересное интерьерное решение.

Мой мешок с вещами Эль положил возле шкафа и вышел, но далеко не отошел, ждал брата, стоя в коридоре и поглядывая на нас.

– Ева, ты в состоянии сама разобраться, где тут что? Вон там умывальня, – он указал на одну из дверей. – Ужин принесут в комнату, мы все устали с дороги и очень хотим помыться.

– Разберусь. Если чего не пойму, где тебя искать?

– Да прямо за стенкой, – и этот паршивец указал на вторую дверь с противоположной стороны.

– Вот только начнешь о ком-то думать хорошо, как оказывается всё плохо! – не удержалась от подколки.

– Да ладно тебе, она закрывается с обоих сторон. Со своей точно щеколду задвину, – принц веселился за мой счет, но я была даже не против.

За время нашего путешествия у нас сложились очень странные отношения: мы то зло подкалывали друг друга так, что у некоторых уши краснели, а лица неприлично вытягивались. То флиртовали напропалую, практически доводя до исступления братьев-дварфов и младшего принца. Эта потрясающая игра не давала им расслабиться и нехило веселила нас с Лемом. Послав воздушный поцелуй удаляющемуся будущему правителю и сделав вид, что поймала ответный, кинула быстрый взгляд на Альвиэля. У него глаза, как всегда, округлились, а удивленно-обиженное выражение на лице заставило меня расхохотаться.

Какое-то время пришлось посидеть на месте, потихоньку двигая ногами, чтобы они хотя бы номинально пришли в форму. Поняв, что передвигаться уже сносно, но могу, поползла исследовать отведенные мне покои. Умывальня порадовала объемной ванной, в которой помещусь целиком и, возможно, даже немного смогу поплавать. Вода подавалась все теми же свисающими с потолка цепями, только камешков красных не увидела, зато трубы было две. Правда, без смесителя, да и какая разница, в ванне или ведре все равно смешается. По полочкам на стенах расставлены разнообразные пузырьки и флакончики. Перепробовав штук пять, выбрала самый приятный аромат. Проковыляла до комнаты, открыла шкаф. Обнаружив в нём полотенца, захватила парочку. Распотрошила свой мешок на предмет чистой одежды и поплелась обратно, наконец-то принимать долгожданную ванну.

Зависла на добрых два часа, периодически подливая горячую воду. Отмокала основательно, помылась на три раза, чтоб наверняка удалить всю дорожную пыль, периодически скрипящую на зубах. В небольшом оконце уже начал алеть закат, когда в дверь умывальни тихонько постучали.

– Лем, если ввалишься, я тебе голову откушу, и не посмотрю, что будущий правитель! – постаралась быть грозной, насколько позволяло расслабленное состояние.

– Ти Ева, простите, пожалуйста, я принесла ужин, – из-за двери внезапно раздался женский испуганный голос и уже тише добавил, – Но он, кажется, остыл.

– Минуту, сейчас выйду, – пришлось в срочном порядке поднимать ставшее тяжелым тело из воды, вытираться, одеваться и выползать на свет. Заняло это всё, разумеется, больше одной минуты.

В комнате обнаружилась молоденькая круглолицая дварфа очень приятной, какой-то домашней наружности. Картину портило то, что она взирала то на меня, то на Шарки, развалившегося на кровати, с благоговейным ужасом.

– Расслабься, я не кусаюсь. Ну, если, конечно, меня покормить во время, – попыталась пошутить, но та аж взбледнула.

– Простите, сейчас разогрею ваш ужин, только до кухни сбегаю, – она суетливо кинулась к столу, на котором стоял поднос с разными вкусно пахнущими блюдами.

– Оставить панику! – пришлось тормозить ее на подходе к вожделенной пище. – Греть не надо, так съем, сейчас совсем не до каприз. Тебя как зовут?

– Барви, ти Ева.

– Что Ева?

– Ти… Ева…

– Какое еще «ти»? – вообще не понимала, о чем она.

– «Ти» – это обращение к высокопоставленным особам, – начали обучать меня местным премудростям.

– Вот это новости, – пробурчала себе под нос. – Но мне не нравится, как это звучит, режет слух, можешь звать меня просто по имени.

– Но так нельзя.

– Льзя! – высказалась недавней цитатой моей подселенки. – А скажи, пожалуйста, какие еще правила этикета мне следует знать?

– К облеченным властью и выше по статусу следует обращаться вежливо, по полному имени и с приставкой «ти» для женщин или «тин» для мужчин, – выдала явно заученную фразу и замолчала, ожидая следующий вопрос.

– И всё? – была крайне удивлена. Барви непонимающе на меня смотрела. – У меня на родине когда-то было просто огромнейшее количество правил. Например, сервировка стола: пять вилок и десять ножей, у каждого свое предназначение. И только попробуй взять десертную ложку для супа – засмеют всем двором. Ну или леди заходят первыми в столовую, а садятся последними.

– Нет, что вы, ти Ева, у нас такого нет. Все действуют по обстоятельствам. Доброжелательность приветствуется.

Неожиданно приятно. Хвала яйцам, мне не придется учить три толстенных тома «Как быть леди, если у тебя напрочь отсутствует чувство самосохранения». Отпустила служанку и, подождав, пока уйдет, подошла к смежной двери и постучала. Почти сразу же щелкнул затвор с той стороны, и дверь открыл Лем. Он стоял в одном полотенце на бедрах, а по его роскошному телу с волос соблазнительно стекали капли воды, проделывая дорожки по кубикам пресса и меланхолично впитываясь в ткань.

– Признайся, ты ведь специально ждал меня под дверью в таком виде? – я невольно проследила за еще одной каплей, спустившейся по стальным мышцам. Этот паршивец поиграл мышцами на груди и многозначительно хмыкнул.

– Если все еще надеешься меня соблазнить на внешность, то пора бы уже оставить эти попытки, меня таким всерьез не заинтересуешь.

– Но тебе же нравится смотреть.

– Это да, но у тебя нет главного, что мне нужно!

– И что же? – улыбался крайне игриво.

– Мозги! – мой ответ заставил его лицо перекоситься.

– Ну вот опять обломала всё веселье.

– Нет-нет, ты не одевайся, поглазеть – это я всегда только за!

– Да ну тебя, – разочарованно махнув рукой, ушел в сторону гардеробной, – Ты чего приперлась?

– Привыкла за время путешествия трапезничать в твоей замечательной компании, присоединишься? – миленько похлопала глазками.

– Неси сюда, – вздохнул наигранно тяжело.

Быстро метнулась в свои покои, взяла поднос, на котором, о чудо, обнаружилась вилка вместо ложки, и вернулась с ним в комнату принца. Лем уже сидел за столом и неспешно ужинал. Поставив свою ношу, плюхнулась рядом с ним на поставленный для меня стул и принялась за еду. Сочный бифштекс был просто потрясающим на вкус и идеально сочетался с овощами, поджаренными на гриле. Правда, половину пришлось пожертвовать моему котофею, заскоблившему когтями по закрытой смежной двери. Вальяжно пройдя в чужую комнату, угостился предложенным мясом и пошел облюбовывать кровать еще больших размеров. Когда прием пищи был окончен и мы наслаждались прохладным морсом из местных ягод, решила поднять интересующую меня тему.

– Слушай, а сколько стоит купить дом где-нибудь поближе к центру?

– Тебе зачем?

– Ну как зачем? Чтоб в нем жить.

– Чем тебя замок не устраивает?

– Тем, что он не мой! – на недоуменный и возмущенный взгляд ответила, – Мне нужно свое собственное жилье, где я буду хозяйкой.

– Отец же сказал, что мы предоставим тебе жилье.

– Ты, выросший в правящей семье, считаешь этот замок своим домом. А мне нужен свой, где могу творить что захочу, хоть голой по потолку ползать.

– С удовольствием бы на это посмотрел, – произнес мечтательно.

– На, лучше руку мне посмотри, – протянула ему все еще замотанную ладонь.

Он встал, прошел до еще неразобранной сумки и выудил оттуда бинты с баночкой. Вернувшись, привычными движениями размотал, всё проверил, повертел пострадавшую конечность, подергал за пальцы, потребовал ими пошевелить и, нанеся мазь, забинтовал обратно. Рана на руке практически зажила, кое-где еще оставалась подсохшая корочка, но выглядело всё уже не так плохо, как в начале. Где-то в середине пути в Кристак Лем обнаружил неподалеку от одной из стоянок какое-то очень редкое, но крайне полезное растение. Помню, его крик тогда всех на ноги подкинул, а он довольный, как ребенок с леденцом, мчался в мою сторону с вырванным с корнями кустом. Воняло получившееся средство так, что слезились глаза, зато от шрамов практически не осталось следа. Ко всему прочему, растение на тот момент уже отцвело, и я аккуратно собрала с него семена, приведя наследного принца в дикий восторг.

– Так что насчет покупки дома?

– Моей семье принадлежит несколько поместий, можем их посмотреть, выберешь, какой понравится.

– Я тебя сейчас стукну!

– Ладно-ладно, не кипятись, – вот нравилось же ему меня злить, – Подпишем бумаги о продаже, о цене тоже договоримся. Будет твой личный и больше ничей дом.

Сидела и радовалась такому исходу разговора, тем временем в дверь громко постучали. Удивлённо переглянувшись, Лем пошёл открывать. На пороге внезапно обнаружился младший принц. Заглянув в комнату и увидев меня внутри, вздохнул с облегчением.

– Ко мне пришла Барви, сказала, что ти Ева пропала, – я в недоумении приподняла бровь, – Она принесла сменную одежду и, не найдя тебя в покоях, рванула докладывать. Хорошо, что сперва не к отцу пошла.

Келемион отодвинулся от двери, пропуская брата внутрь. В коридоре позади него заметила быстро взглянувшую в комнату дварфу с очень вытянутым от удивления лицом. Она непонимающе быстро переводила взгляд между принцами и мной, когда дверь захлопнулась перед ее любопытным носом.

– Да куда я денусь с подводной лодки? – озвучила, совсем не подумав.

– С чего, прости? – с энтузиазмом ухватился Альвиэль за мои слова.

Следующие полтора часа ушли на объяснение сего чудно́го аппарата, его строения и принципа действия. Лем даже полслова вставить не успевал, хотя эта тема была ему совсем не интересна, но сама возможность добывать полезные для медицины растения на дне водоемов его крайне вдохновила. Под это дело решили малость расслабиться и отправили самого юного добывать шмэковские подарки из бренчащей корзины. Эль расстарался на славу, притащив сразу три бутылки, а я принесла подаренный мне набор разноцветных стопок. Старший наследник вальяжной походкой отправился на кухню и добыл нам хороший такой поднос закусона. Сначала выпили за удачную, по их мнению, поездку, потом за мой будущий дом, который в глаза еще даже не видела.

Мой пострадавший за время поездки зад требовал срочно снять с него лишнюю нагрузку. Нагло подвинув спящего Шарки, взгромоздилась на постель хозяина комнаты, прихватив с собой стопочку и немного закуси. Небольшой столик подтащили ближе ко мне и перенесли на него бутыли и поднос с едой.

Когда ночь опустилась на Кристак, мы все еще сидели у Лема в комнате и обсуждали важные для нас медицинские темы. Я сидела на его кровати, прислонившись спиной к подголовнику и подложив под спину подушки. На моих коленях мирно покоилась голова спящего младшего принца. Не стала возражать, когда во время разговора он склонился и прилег на мое бедро. Как-то по наитию стала нежно поглаживать его по голове, и он незаметно уснул с довольной улыбкой на лице. Старший лежал у меня в ногах на боку поперек огромной кровати, подперев согнутой рукой голову, и кривовато вел записи на бумаге. Идея составить анатомическую энциклопедию вдохновила охочего до лекарского дела молодого вирао. Записывая в список всё новые идеи, принесенные мной с Земли, довольно покрякивал на самых инновационных или недоверчиво хмурил брови, если не понимал, для чего нужен тот или иной термин. На троих в нас булькатало полторы выпитых бутылки очень оборотистого спиртного, и незаметно, под тихие разговоры, всех сморил крепкий сон.

Глава 2

«Всякий уважающий себя шизофреник обязан время от времени обсуждать с собой, любимым, текущие проблемы.»

Утро началось с внезапного слишком громкого «А-ах!» со стороны двери. Нехотя разлепила глаза и приподнялась на локте. Открывшаяся картина пояснила, чему так удивились пришедшие служанки. Посмотреть и вправду было на что. Видимо, по пьяной лавочке мы устроили переползушки, и я оказалась зажата между двумя братьями, причем находилась к лежащему на спине Лему лицом, закинув на него ногу и обнимая поперек торса. Его рука мирно покоилась на моей талии. Младший же раскинулся звездочкой, застолбив мое бедро в качестве своей подушки. На его груди, никого не стесняясь, свернулся клубочком и беззаветно дрых Шарки. Как Эль не задохнулся под его тяжестью – непонятно. Громкий возглас разбудил не только меня. Мои собутыльники тоже начали подавать признаки жизни. Служанок как ветром сдуло, и уже меньше чем через минуту в покои ввалился правитель. Осмотрев нашу развеселую похмельную компашку и оценив масштаб выпитого на столе, решил устроить головомойку, причем почему-то мне.

– Ева, какого ракха происходит? – вопросил строго глядя на меня.

– А я что? А я ничего! Не шалю, никого не трогаю. Примус починяю! – простонала, поднимаясь и хватаясь за стучавшие от такой дерзости виски́.

– Оно и видно, – на незнакомое слово не обратил внимание, за время поездки привыкнув к моим странностям. – Почему мне с утра пораньше докладывают о непотребном разврате в покоях будущего правителя?

Внимательно осмотрела принцев и себя, не найдя ничего предосудительного, решила уточнить.

– О каком именно разврате идет речь?

– Вы втроём в одной постели! – повысил голос Аникиэль, нас дружно перекосило лицами в ответ на громкий звук голоса.

– Ну выпили вчера немного, с дороги уставшие – развезло сильнее. Где энциклопедию по анатомии составляли, там и уснули, – на этой фразе наследник встрепенулся и кинулся собирать разбросанные по покрывалу листы. – А в чем проблема, собственно? Мы все одетые, даже одеялом не укрытые.

– Ладно вы с Лемом – два сапога пара, куда еще и Эля потащили? – такое сравнение обидно, между прочим.

– Не виноватая я, он сам пришел! – младшенький кивнул головой в подтверждение, за что моментально поплатился приступом боли где-то в затылке.

– По комнатам разойдись! Умыться, одеться, быть готовыми к выходу! – злой правитель раздавал команды таким тоном, что мы моментально повиновались.

Как могли быстро расползлись по своим покоям. Даже старшенький кинулся было в сторону, но тут же вспомнил, что он, собственно, уже на месте. Выйдя в свою спальню, обнаружила поднос с едой и небольшой кувшин на столе. Есть не хотелось, а вот попить не откажусь. Дикий сушняк был залит вкусным рассолом, очень напоминающим огуречный.

– Ти Ева, – в комнату постучавшись заглянуа Барви.

– Ты принесла? – подняла наполовину выпитый графин.

– Я, – неуверенно начала она.

– Ты ж моя золотая! Спасибо огромное! Спасительница! – дварфа расцветала солнечной улыбкой, пока я вливала в себя вторую половину оживляющей жидкости.

Закончив мероприятие по восстановлению кислотно-щелочного баланса, направилась в умывальню, где долго держала на моське охлажденное ледяной водой полотенце. Сидела на полу, прислонившись к ванной и тихонько постанывала. Выползла немного посвежевшей и даже смогла чуть-чуть поесть. Зато Шарки был доволен, ему досталось практически всё жаркое из моей тарелки.

– Барви, не могла бы ты принести немного сырого мяса для моего кота?

– Может, его на кухню увести?

– Не стоит, он потом еще куда-нибудь рванет, где мне его тогда искать?

– Хорошо, ти Ева, сейчас всё будет, – она тихо выскользнула наружу.

Через минут десять в дверь постучали, но никто не вошел следом. «Значит, это не служанка», – подумала и пошла открывать. На пороге обнаружился правитель собственной персоной. Он скептически осмотрел меня с ног до головы и, сказав «Идем», развернулся, уходя дальше по коридору. Там уже ждали оба немного помятых принца. Мысль, что выгляжу чуток лучше, грела душу.

Минут через пять блужданий по коридорам поняла, что идем куда-то вниз, в недра земли под за́мком. Теперь главное не отстать, сама отсюда в жизни не выберусь. Надеюсь, меня не ведут, чтобы прихлопнуть по-тихому за спаивание будущего правителя и его брата. В какой-то момент кирпичные стены превратились в каменные, по бокам которых горели небольшие масляные лампы. Мы шли по очень узкому тоннелю, уходящему вниз, периодически поворачивая то налево, то направо, пока он не начал расширяться. Впереди разливался призрачный свет, непонятно было только, откуда он шел. Мы прошли мимо небольшого пучка светящегося мха розового цвета. Такие островки стали появляться всё чаще, пока наконец мы не вышли в огромную пещеру. Весь пол, стены и даже свод были покрыты толстым слоем пурпурного цвета люминесцентных лишайников. Вдобавок повсюду торчали прозрачные, будто из хрусталя, кристаллы. Некоторые были ростом выше меня, другие совсем маленькие, но в них обязательно россыпью миллиардов звезд отражалось сияние от светящейся растительности. Поражающее воображение зрелище. Светлячки, вспыхивающие брюшками то тут, то там, добавляли зелёных красок в этот розовый хоровод.

В центре пещеры на невысоком постаменте увидела натуральный стеклянный гроб, в котором лежала очень бледная эльфийка. Так и подмывало спросить: «А где семь гномов потерялись?», но, увидев опечаленные лица всего семейства, удержалась от комментариев. Подведя меня ближе к гробу, Аникиэль нежно провел ладонью по крышке, там, где была голова девушки. Хотя скорее женщины, рассмотрев ее поближе, все же решила я. Черные, как у всех вирао, волосы и брови с пушистыми ресницами, нежные черты лица, чуть пухлые губы, тонкий аккуратный нос. Она была прекрасна, хоть и бледна как полотно.

– Здравствуй, Сильвиэль, – правитель тихо заговорил с лежащей. – Прости, что долго не приходил. Я привел ту, что владеет слезой Шатар, теперь всё будет хорошо.

Он повернулся и с надеждой посмотрел на меня. Я же стояла и ни черта не понимала. Обернулась к братьям, вопросительно на них посмотрев, но те, похоже, сами ничего не соображали.

– А, собственно, что происходит?

– Здесь лежит наша мама, – начал Лем печальный рассказ, – Когда она родила Эля, ей стало плохо, лекари ничего не могли сделать. Всей магии, что была на тот момент в нас, не хватало на лечение, она угасала на глазах. Чтобы сохранить ей жизнь, отец принес сюда и запечатал заклинанием. Саркофаг – это своеобразный накопитель. Кристаллы поддерживают внутри подобие существования, собирая по крохам остатки магической энергии. Но, как ты знаешь, ее с каждым годом всё меньше.

– А я здесь вообще при чём?

– Когда в первохраме я задал вопрос Шатар «кинау», – голос правителя звучал глухо, – Она ответила двумя словами: «Моя слеза». Но слёз уже давно ни у кого не было. Не понимал пророчества, пока моя любимая не попала сюда. Она – моя жизнь! Мое сердце отказывается биться без нее. Но как спасти ее, если магия пропадает, а простые лекари бессильны? Ответ пришел спустя много лет с земель графа – нишас, получившая благословение! Именно в момент, когда отчет о тебе лег на мой стол, я понял значение моего «кинау». Ты спасешь Сильвиэль!

– Я, на минутку, человек! У меня магии вообще нет! Чем могу ей помочь?

– А это нам еще предстоит выяснить.

Ну раз Шатар сказала, что спасение в ее даре, ею и воспользуюсь. Подходя к гробу по мягкому розовому ковру из мха, вытащила подвеску из под рубахи, сняла с шеи и положила на крышку гроба. Зеленый камешек весело поблескивал в такой необычной обстановке, но никаких признаков больше не подавал. Обернулась на эльфов, неопределенно пожала плечами и, накрыв рукой амулет, прижала посильнее. Услышала дружный вздох удивления за спиной, а сама почувствовала головокружение. Такое понятное и уже знакомое, как при встрече с божественными зверями. И ровно так же от моей ладони побежали привычные белёсые неоновые ручейки, быстро обволакивая гроб со всех сторон. Из меня будто стержень вынули. Ноги подкосились, и я мешком полетела на пол. Уже предвидела, как мой лоб встречается с торчащим рядом острым кристаллом, как траектория падения резко изменилась, а в голове услышала радостное «Поймала!».

– Спасибо, Касси, – прошептала еле слышно, находясь на грани сознания.

Тут же почувствовала, как меня бережно подхватили сильные руки и удобно уложили на мягкий мох, пристроив мою голову на возвышении. Какое-то время лежала, совсем не слушая, кто и что говорит вокруг. Тупо пялилась в потолок, рассматривая танец потрясающих розовых звезд. Апатия накрыла до такой степени, что если здесь появится Джонни Депп и начнет стриптиз верхом на слоне показывать, даже голову не соизволю повернуть. Сколько так пролежала, понятия не имею, зато это прекрасно осознавала затёкшая пятая точка и ноющая спина. Согнула руку, поднимая вверх, и она тут же оказалась в захвате чьих-то ладоней. Взглянула туда и обнаружила правителя, на щеках которого рассмотрела дорожки от слёз. Это отрезвило, попыталась встать, но не смогла сделать это самостоятельно. Меня поднял Лем, подхватив со спины за талию. Стояла с трудом, будто марафон пробежала без подготовки, ноги натурально дрожали.

Зато теперь понимала, почему Аникиэль в таком состоянии. Его любимая выглядела более живой, чем когда ее только увидела. На щеках появился легкий румянец, губы уже не были смертельно бледными, и, если приглядеться внимательнее, можно заметить трепетание ресниц. Мы все смотрели на нее через стеклянную крышку. Лем, все еще поддерживающий меня, крепче сжал в объятьях, его отец мою руку так и не отпустил, зато Эль пристроился с другой стороны и тоже взял меня за ладонь. Как же я их понимала. Всё, что у меня есть, отдала бы за шанс восстановить бабуле её светлый ум. Вернуть того человека, которым она была. А еще поняла, почему Эль, несмотря на то что у нас мало что общего, привязался ко мне. Он не знал материнской любви и пытался таким образом её компенсировать. Например, накануне, заснул на моих коленях, когда гладила его по волосам. Наверное, так же бы поступила, будь у меня сын или младший брат.

Еще немного полюбовавшись произошедшими улучшениями, мы двинулись в обратный путь. Сначала храбрилась и честно топала сама, но скоро стало понятно, что такими темпами и за неделю не дойдем. Совсем не протестующую меня поднял на руки Лем, когда он устал, как переходящее знамя передал Элю. Бесконечные коридоры наконец закончились. К этому моменту я восседала на руках самого правителя. Чему ошеломительно удивились слуги, увидевшие нашу процессию. И если мне было немного некомфортно от их взглядов, то мужчинам из правящей семьи было откровенно плевать. Меня донесли до моих покоев и бережно, как хрустальную вазочку, опустили на кровать. Ни о каких поездках в город для осмотра домов не могло быть и речи. Вся ситуация основательно вымотала. Попросив оставить меня одну, немного подождала, пока обеспокоенные эльфы не вывалятся из комнаты, и принялась за допрос.

– Уркасси!

«Твою мать, так и знала, что не успокоишься».

– Я тебя внимательно слушаю!

«А я ничего не зн…»

– Касси! – взревела, не вытерпев, – Не будешь говорить – перекрою кислород!

«Не надо закрывать доступ к воспоминаниям! Я скажу, что смогу!»

– Первое, что меня интересует, – у меня есть магия?

«Технически есть», – копаясь у меня в голове, она неплохо так поднаторела в земных терминах.

– Это как?

«Ну, ты… Как же это слово на твоем будет? Вспомнила – аккумулятор. Вырабатываешь ее в пространство вокруг себя, но у самой к ней доступа нет».

– То есть я источник магии?

«Верно мыслишь».

– Получается, божественные звери и саркофаг под за́мком от меня подзаряжались?

«И не только они! Не зря же графа тебя звали Икин. Ты на всех окружающих влияешь, они к тебе тянутся, как растения к солнечному свету. Только не все умеют поглощать».

– А мне это как-то вредит? Ну там, может, жизнь укорачивает или старею быстрее? – задала очень волнующий вопрос.

«Устаешь – да, но не более. Отдавая себя Нирану, наоборот, продляешь свои годы. Ты постоянно вырабатываешь потоки магии, вон источники в Тиноре зарядила на столетия вперед, вурков напитала, что карски появились».

– Это ты про птеродактилей, что ли? – быстро пришла к выводу, – Так они уже когда-то были на Ниране?

«Конечно, были. Я сама на таком воевала. Правда, в нынешнем состоянии они только себя в воздух поднять смогут. Летали и грузы поднимали в основном на магии, не стало ее – не стало карсков».

– За что Шатар подарила мне слезу?

«Без комментариев».

– Тебя ко мне зачем подселили на самом деле?

«Без комментариев».

– Я в мир попала случайно или меня боги сюда затащили ради каких-то своих планов?

«Без комментариев».

– Вот же заладила! Ладно, раз больше из тебя ничего не вытянешь, можешь скрыться обратно. И спасибо, что спасла.

«Моя основная задача в любой ситуации – сохранить тебе жизнь. Между прочим, тоже твою магию поглощаю, становясь сильнее. И помни, я всегда одним глазком приглядываю за обстановкой».

Уставший мозг отказывался формулировать новые вопросы, так что оставила свою подселенку в покое. В комнату через открытое окно по толстой ветке ловко взобрался Шарки. Всё-таки нашел, как смыться отсюда. Ну раз вернулся, значит, уже не потеряется. Он мягко запрыгнул ко мне на кровать и протопал поближе, оставляя глубокие следы на пушистой перине. Присел возле моего бока, складывая передние лапищи мне на живот, и громко заурчал, когда погладила его по мягкой шёрстке на голове.

– Не привыкай сильно. Скоро у нас появится свой дом, вот там и будешь осваивать территорию, отвоевывая её у киц.

Тихое «мр-раф» было ответом, не требующим продолжения разговора. Еле слышный стук в дверь, скорее как предупреждение, чем дозволение войти, и Лем открывает дверь, аккуратно заглядывая.

– Я думал, ты спишь, – в его руках находился поднос с тарелками.

Он пронес его мимо, но восхитительные ароматы заставили меня приподняться и проползти повыше, облокачиваясь на изголовье. Привычно пододвинув один из круглых столиков ближе к кровати, водрузил свою ношу на столешницу и приставил к нему кресло с другой стороны. Руки еле слушались, но от еды не в силах была отказаться. Потрясающие даже на вид фаршированные помидоры с сырной корочкой сверху моментально заставили рот наполниться слюной. Непривычным оказался цвет – фиолетовый в жёлтую полоску. Великолепное сочетание вкусов окунуло в блаженство, хотя, может, сказывался дикий голод после опустошения магического резерва. Быстро смела всё, что было на тарелке, и потянулась за бокалом с ягодным морсом. Всё это время старший принц внимательно меня изучал и, дождавшись, когда закончу трапезу, решился заговорить.

– А я всё никак не мог взять в толк, для чего ты понадобилась отцу. Поначалу шокировала своим поведением. Потом ввела в ступор постоянными отказами. Просто выбила дух отповедью после нападения палача. И пригвоздила сверху доверием, когда поранила руку и позволила мне её обработать. За какой-то месяц ты стала мне верным другом, чего за всю мою жизнь не случалось ни разу. Я всегда чувствовал подвох или скрытый смысл, если со мной кто-то пытался сблизиться. Но не от тебя, ты всегда была искренна и говорила только правду, хоть и горькую. А теперь еще и шанс есть, что спасешь мою маму. Ты и правда поцелована богами.

– Ага… Даже больше, чем хотелось бы. Быть источником магии – то еще удовольствие.

– Значит, наши догадки были верными, – пробормотал под нос, но я услышала. Растянул улыбку до ушей, – А меня всё устраивает!

– Ну тебе-то со всех сторон хорошо, а мне как быть? Если узнают, чем являюсь, как долго прохожу на свободе?

– Ты под защитой семьи. Отец с братом сейчас в лаборатории создают для тебя отслеживающий артефакт, который в критическом случае накроет тебя непроницаемым щитом и оповестит ближайшего Динру. А учитывая, что ты сама можешь его заряжать, опасаться будет нечего. Да и мы не дураки, распространять такую информацию точно не станем.

– Еще бы вы стали. Сами будете нещадно эксплуатировать. В рабство там, на цепь, в подвал, все дела, – шутила, конечно, но опасения оставались.

– Чтоб нас боги прокляли? – почему-то мои слова вызвали у него смех. – Спасибо, обойдемся, их подарки полагается ценить, любить, холить и лелеять!

«Расскажи это палачу!» – вперед меня высказалась Касси, но мысли наши были созвучны.

– Если ты меня будешь вот это всё перечисленное, я скопытюсь! Знаю, КАК ты умеешь любить!

– Ты еще даже не пробовала! – завел он привычную волынку.

– Спасибо, воздержусь! Мне и так неплохо!

– Зря отказываешься, – он так соблазнительно на меня посмотрел, что я даже почти поверила.

– Не мы такие, жизнь такая! – философски закончила спор.

Провалявшись до самого вечера в кровати, вставала только чтобы сходить в уборную. Зато успели обсудить некоторые интересующие Лема медицинские темы. Конечно, все пять лет вуза и еще несколько лет ординатуры быстро не перескажешь, так что мысль все знания систематизировать в книги казалась очень здравой. Когда уже совсем стемнело, в дверь, предварительно постучав, ввалились остальные члены правящего семейства. Выглядели оба уставшими и замученными, но в крайней степени довольными. Правда, когда мне торжественно преподнесли в дар обещанный обережный артефакт, я честно думала, что запущу им в дарителей.

– А ничего умнее не придумали? – мой голос так и сочился издевкой.

– А что тебе, собственно, не нравится? – еле как сдерживая хохот, спросил старший принц.

– Внешний вид!

– Да ладно тебе! И от опасности оберег, и от мужиков! – всё-таки не выдержал и расхохотался Лем.

Я же сверлила недовольным взглядом всех троих по очереди. С одной стороны, понятно, что делали как лучше – хочешь что-то скрыть, выстави на видное место. С другой – валенком их всех пришибить хотелось. Но делать нечего, пришлось брать и надевать на левое запястье защитный артефакт в виде, мать его, брачного браслета. Ну я вам это еще припомню!

Кудяп! Дорогие читатели, не забывайте вляпывать автору лайки, сердечки и прочую приятную атрибутику ╰(▔∀▔)╯И конечно же подписываться и добавлять книгу на свою виртуальную полочку

Глава 3

“Почему в сказке про трёх поросят дунул волк,

а крышу снесло поросятам?”

На следующий день почувствовала себя достаточно неплохо, чтобы выбраться с Келемионом из дворца на поиски моего нового жилья. Накинув свой любимый белый плащ и берцы, подаренные Татисом, захватила свой мешочек с камнями, и мы отправились в город. Чтоб быстрее добираться от одного места назначения до другого, ехать решили на вурке. От истошного скрежета когтей периодически подергивалась щека, но это всё равно было лучше, чем топать пешочком. До первого дома добрались практически сразу же, как только выехали из парка и завернули за поворот. Двухэтажный старинный особняк расположился на довольно обширной территории. Я сразу решила, что для меня это многовато, но захотелось осмотреть само помещение изнутри.

Холл встретил нас великолепными картинами, развешанными по задрапированным синим бархатом стенам. Стиль написания что-то напоминал, но никак не могла вспомнить, где уже такие видела. На полу, развалившись кисточками во все стороны, лежал круглый ковер с потрясающим орнаментом. Практически произведение искусства, на которое даже наступать было жалко. Само напольное покрытие было искусно выложено небольшими квадратиками паркета. Рукой мастера был создан узор огромного ветвистого древа, а ковер был частью этой задумки, врываясь в коричневые тона зеленой листвой посередине шедевра.

Пройдя через небольшой коридор, попали в обширный бальный зал с окнами во всю стену, увитыми с внешней стороны плюшем по периметру. С внутренней проемы обрамляли изумрудного цвета лоснящиеся золотыми звездочками шторы. Стены, как при входе, были обшиты бархатом в тон гардинам. В дальнем углу заметила знакомую картину, на которой были очень правдоподобно изображены два дерущихся ауска. Так вот откуда у моих воспоминаний ноги растут – картины из дома в вечном лесу! И только сейчас до меня дошло, что лисоли физически не могли их нарисовать. Изображения пестрели красками, а у них зрение черно-белое. Получается, всё, что тогда увидела, было сотворено художниками вирао. Лем, взяв на себя роль риэлтора, рассказывал историю этого особняка, пока мы не спеша прогуливались по комнатам. Подметила добротную мебель, накрытую простынями от пыли. Видимо, тут давно никто не жил. Насчитала шесть спален, столько же умывален и еще два обеденных зала, один побольше, второй скромнее размером. Кухня была поистине исполинских размеров, что меня нисколько не порадовало. Жить нам с Шарки предстоит вдвоем, он с уборкой точно не поможет – у него лапки! Значит, всё это «богатство» мне одной драить? Ну на фиг!

– Классный музей, но жить здесь, конечно же, не буду.

– Я так и понял по выражению твоего лица, но попытаться всё же стоило, – вздохнул печально.

– Да-да, твое желание поселить меня как можно ближе уже вылилось в смежную дверь наших покоев, – уличила его в корыстных мотивах.

– Зато смотри, как удобно, я в случае необходимости всегда у тебя под рукой.

– А может быть, всё было наоборот? – не удержалась от подколки.

Ничего не отвечая и лишь загадочно улыбаясь, он направился на выход, предварительно подставив мне локоть, за который с радостью ухватилась. Сама из того лабиринта точно без навигатора не выберусь.

Следующий пункт в списке просмотров оказался на достаточном отдалении от замка в густонаселенном районе жилой части города. Небольшой домишко ютился на совсем крохотной территории. Перспектива все время жить за закрытыми шторами, чтоб любопытные соседи не подглядывали, не обрадовала. Внутри дом оказался еще меньше, чем виделся снаружи. Из небольшого холла было сразу три дверных проёма: в крохотную спальню, где даже Шарки будет тесно. Второй проем вел на небольшую кухоньку, где мы с Лемом вдвоем еле поместились. Пришлось чуть ли не в обнимку обследовать шкафчики и печь. И третья дверь вела в умывальню два на два метра, что меня вообще не вдохновило. Быстро покинули строение, подходящее своими габаритами разве что лисоли.

Еще один дом стоял на окраине и громадой трех этажей возвышался над низенькими, неказистыми одноэтажными строениями поблизости. Интересно, что курил архитектор, создавая этот скворечник в таком месте? Воображение – сцуко бессердечное – нарисовало скрюченного старикашку в синей рясе с желтыми звездочками, остроконечном колпаке и огромной бородавкой на носу. Он, шаркая тапочками с закругленными концами, бродил от одного окна к другому на верхнем этаже и прицельно плевался на макушки мимо проходящих соседей. Хрыкнув от неожиданно забавной картины, появившейся в голове, решила, что даже заходить смотреть не хочу. Окинув мою кислую физиомордию, Лем что-то прикинул и предложил:

– Мне кажется, я понял, что тебе нужно, правда, есть парочка НО.

– Куда ж без них. Жги!

– Дом за разломом, практически в промышленном районе.

– Разлом?

– О-о-о, а про него-то мы и забыли рассказать. Увидишь сама, – выдал предвкушающе. – Но сначала заглянем пообедать!

Таверна, куда Лем бодро направил вурка, оказалась очень уютной. Столики с изящно вырезанными ножками и накрытые клетчатыми скатертями красно-белого цвета заставили почувствовать себя как дома. Удобные стулья с высокими спинками, поддерживающими поясницу, были обшиты в тон прочей мебели. И всюду по периметру помещения кадки с высокими растениями светло и темно-зеленых тонов. Молоденькая вирао, испуганно стреляя глазками на нашу колоритную парочку, быстро приняла заказ и смылась от греха подальше. Выбрать для себя обед позволила принцу, всё же он лучше знает местное меню. Появилась разносчица буквально через десять минут с полным подносом ароматнейшей еды. Закончив трапезу и посидев какое-то время просто наслаждаясь компанией друг друга и этим чудесным местом, мы наконец отправились смотреть «дом моей мечты».

И лишь увидев этот самый разлом, я поняла, о чем говорил Келемион. Огромный раскол в земле, наискосок разделяющий город на районы, отделяя промышленный с кусочком спального от остальной части. Начался он как крохотная трещинка, закрытая каменными перекрытиями. Всё больше расширяясь она вышла из-под красиво оформленного моста, убегая вдаль. Через неравные промежутки виднелись подвесные либо арочные мосты разной длины, украшенные каждый на свой манер. Сам разлом бодренько уходил куда-то в сторону гор. Проезжая верхом по одному из таких переходов, глянула вниз, чтобы рассмотреть, что там на дне. А его, собственно, не было видно. Глубина такая, что солнечный свет не проникал, окутывая черной непроглядной дымкой пучину.

– Откуда он тут? – не удержалась от вопроса.

– Когда первое поселение угили основалось неподалеку, он уже был здесь. Как получился, никто не знает. Когда город начал разрастаться, впоследствии превратившись в столицу, разлом был просто поглощен. Вокруг него настроили домов, а впоследствии и фабрик. Ты видишь лишь малую его часть. Если проехать по его краю, он становится только шире, а потом снова сужается, заканчиваясь в центре горы.

«Да-а-а, Шатар тогда сильно разозлилась», – а вот это уже интересно, надо будет потом не забыть поинтересоваться, что она имела в виду.

Бездонная пропасть под нами закончилась, и вурк ступил на твердую булыжную мостовую. Буквально сразу же мы свернули к утопающему в зелени участку, в глубине которого виднелся одноэтажный дом. К нему вплотную подступили деревья, практически касаясь кронами треугольной крыши. Находясь на небольшом выступе разлома, усадьба граничила с соседями только с одной, самой дальней стороны. От самого провала его отделял высокий решетчатый забор, весь увитый почему-то сиреневым плющом с белыми цветочками. Расположение мне уже нравилось: густые заросли создадут завесу тишины, плотные кустарники по периметру отгородят от любопытных глаз, а массивные ветви невысоких деревьев создадут приятный полумрак.

– Этим местом давно никто не занимался, парк зарос, но это поправимо. Садовники из замка приступят к восстановлению, как только подпишем бумаги.

– Ты так уверен, что я выберу именно этот дом?

– Более чем! – объявил торжественно, и почему-то очень хотелось ему верить.

Мы спешились с ящера, и Лем, помахав каким-то амулетом перед забором, приоткрыл калитку, пропуская меня вперед. Сад хоть и был запущен, но выглядел потрясающе. Разнообразные фруктовые деревья, ягодные кустарники и даже грядку с желтого цвета ягодой, очень похожей на клубнику, успела заметить. Даже я, ни разу не огородник, была впечатлена содержимым небольшого огородика. А какая потрясающая, хоть и запущенная многоярусная клумба нашлась перед входом, не вышепчешь. Сбоку от нее заметила большую подвесную качель под небольшим полукруглым тентом из плотно растущей травы. С другой стороны цветника обнаружился крохотный водяной фонтанчик. Стилизованный под миниатюрный водопад, он прекрасно вписывался в общий фон.

Краем глаза уловив непонятное движение, быстро туда посмотрела. С крыши на меня, лупая огромными глазюками, смотрела темная, практически черная, кица. Она вальяжно развалилась на небольшой плоской площадке, будто специально для нее сооруженной.

– Каа уже был, получается, – пробурчала под нос и уже громче добавила, – Здравствуй, Багира!

Кица моргнула, встрепенулась и, ловко перебирая лапами сначала по толстым веткам, потом по стволу, принялась спускаться на землю по ближайшему дереву. Грациозно спрыгнув с последних пары метров на траву, прошествовала в нашу сторону. Обнюхала мою протянутую ей ладонь и зачем-то лизнула шершавой тёркой языка. Приветственно потерлась о бедра, практически уронив, и вернулась тем же путем, откуда пришла. Разлеглась на небольшом пятачке солнечного света, проступающем сквозь густую заросль, и свернулась клубочком. В общем, местный обитатель принял меня вполне дружелюбно. Теперь можно и внутри осмотреться.

В момент, когда мы вошли, поняла, что всего за какой-то месяц Лем изучил меня лучше, чем кто-либо. Иначе я никак не могла объяснить, почему он так уверен в моем выборе. Так иногда бывает: ты приходишь первый раз в какое-то место и чувствуешь умиротворение и покой. Проходя по помещению, разглядывала стены, обитые деревянными панелями, имитирующими брус. В глаза бросились продолговатые следы от жизнедеятельности короеда. Простой паркетный пол без изысков был уложен елочкой, хотя кое-где пришел в негодность. Небольшая прихожая, обрамленная с обеих сторон нишами с большими пока что пустыми кадками, переходила в длинный коридор и упиралась в П-образную лестницу на второй этаж. Слева арка, пройдя через которую мы попали в уютную гостиную со старинным камином, украшенным лепниной. Перед ним, укрытые защитной тканью, находились диван, два кресла по бокам и низкий кофейный столик между ними. По левой стене шли открытые стеллажи с разнообразными книгами с пыльными корешками, от чего пришла в дикий экстаз. Благодаря стараниям Вайды я быстро выучила местный алфавит и научилась читать. Правда, у орков книг было раз-два и обчелся, зато здесь есть где разгуляться! Мою реакцию подметил Келемион и только весело хмыкнул, как бы в подтверждение своих слов.

Противоположная от библиотеки стена тоже была арочной и открывала вид на кухню, совмещенную со столовой. Здесь всё говорило о том, что готовить прежние обитатели этого дома очень любили. Много разнокалиберных шкафчиков, полочек и подвесных конструкций для различной утвари. Огромная каменная раковина и дровяная печь на две конфорки сразу, что в обычных домах было редкостью. Нашелся и духовой шкаф, приведя меня в неописуемый восторг. Я наяву ощутила запах рыбного пирога с рисом и картошкой, который по праздникам готовила бабуля. А главное, меня научила всем премудростям своего фирменного блюда. Аж руки зачесались скорее приготовить его именно в этом доме, чтоб он наполнился такими родными ароматами. Не удержалась и погладила по каменному боку очаг.

Выйдя обратно в прихожую, прошли в правую часть дома через небольшой закругленный проем, ведущий в еще один коридор. Слева было две двери, справа одна, за ней находилась большая хозяйская спальня. Огромная кровать с высокими резными балясинами для подвешивания балдахина. Небольшой диванчик и пара кресел объединены одним ансамблем перед очагом камина. Потрясающей работы низкий комод выполнял функцию подоконника. Шкафа для одежды не было, зато нашлась дверь в просторную гардеробную. Вторая вела в шикарную умывальню, наверное, ее даже можно было назвать будуаром. Выточенная будто из сплошного куска дерева огромная ванна, стоящая на изящно украшенных ножках являлась венцом творения неизвестного мастера. Круглый пуфик задвинут под трюмо с трехсторонним зеркалом прямо рядом с большим завешенным пыльной тюлью окном. И каменная овальная раковина на деревянной основе. По стенам в хаотичном порядке развешаны пока что пустые полочки для различных косметических средств. И огороженный от общей комнаты плотной занавеской туалет. Мне безумно нравилось гармоничное расположение мебели, чувствовалось, что именно женщина здесь жила и всё обставляла по своему вкусу.

Напротив хозяйской спальни расположились две гостевые. Убранство в них было, конечно, поскромнее, но тоже создавало впечатление уюта и тепла. Полутороспальные кровати, небольшие тумбочки в головах, резные шкафы для одежды и пара аккуратных комодов. Комнаты были точным зеркальным отражением друг друга. Закралась мысль, что здесь жили двойняшки или близнецы. Разница была лишь в дверях в уборные, которые расположились посередине, разделяя пространство жилых комнат.

Поднимаясь по лестнице на мансарду, никак не ожидала увидеть здесь натуральный рабочий кабинет. Письменный стол с очень удобным стулом, за которым сидеть будет одно удовольствие. Множество шкафчиков со стеклянными дверками, полок и стеллажей. А самое главное, что меня заинтересовало, это балкон. Его я заприметила еще с улицы и сейчас могла общупать основательно. Он занимал примерно треть пространства, и, видимо, для утепления потолка первого этажа, пол был приподнят, сюда вели две небольшие ступеньки. Множество пустых горшков, кашпо, мешков с землей и прочей садовой атрибутики подсказали, что когда-то на этом месте выращивали важные и нужные растения. Представляя, как все преобразится, когда рассажу семена, что привезла из путешествия, сама расцвела в улыбке.

Облокотилась на перила и безмятежно наблюдала за течением жизни в этом потрясающем месте. Сбоку выглянув с крыши, забавно фыркнула чёрная кица и скрылась обратно. Крохотные птицы, быстро махая крыльями, спешили по своим очень важным делам. Цветастые бабочки, облюбовавшие клумбу, перелетали с места на место, лакомясь нектаром. Лем совсем неслышно приблизился со спины и положил руки на парапет слева и справа от меня, заключая в объятья.

– Я же говорил – ты будешь в восторге, – тихо, чтобы не разрушать момент, прошелестел мне в волосы.

– Как ты понял?

– Это место похоже на тебя. Уютное и безопасное. Здесь ощущаешь тепло, как будто домой вернулся после долгой поездки, а тебя встречает с распростертыми объятиями мама, – прошептал грустно.

– Тогда почему сразу сюда не привел? – решила повозмущаться, чтобы отвлечь от печальных мыслей.

– Чтоб ты оценила разницу.

– Прохвост! – не удержалась от улыбки.

– Документы уже подписаны на твое имя, тебе осталось только заплатить за дом.

– Сколько? – подвох точно был, осталось понять, где он.

– Чуть больше половины мешочка, что ты бережно хранишь во внутреннем кармане плаща.

– Откуда ты знаешь, сколько там? – стремительно развернулась к нему, все еще находясь в кольце рук.

– Не я. Эль, у него глаз наметан, всё же он отвечает за добычу и транспортировку до сокровищницы этих самых камней.

– А ты мне о цене не врешь, часом?

– Я? Как ты могла такое подумать?! – настолько деланно возмутился, что уверилась в своих подозрениях.

– Келемион Динру! Немедленно выкладывай, где собака зарыта?!

– О какой соб… – он осекся под моим взбешенным выражением лица. – Ладно, остынь. Этот дом никогда не предназначался для продажи – он принадлежал моей бабушке.

– Может, тогда не стоит мне его продавать?

– Именно тебе и стоит, Ева. Ты вдохнешь в него новую жизнь, мы все верим в это.

Пройдя в мансарду к рабочему столу, Лем смахнул пыльного кролика со столешницы, вытащил из внутреннего кармана свернутый в трубочку документ. Я отсчитала сколько нужно камней, обменялись, расписались и довольные пошли к выходу, чтобы уже завтра перевезти сюда моего кота и сумку с пожитками. Интересно, как отреагирует местная жительница на нового низкорослого соседа?

– Скоро стемнеет, хочешь сразу в замок поехать или заглянем на праздник? – вот знал же, как меня заинтересовать.

– Праздник? – новость сразу оживила.

– Сегодня у приезжих мастеров был базар, он всегда заканчивается гуляньями.

– И почему мы до сих пор тут?

Ярмарка оказалось довольно масштабным событием. Вся огромная площадь в производственном районе по периметру оказалась заставлена лотками, палатками и прочими витринами с разнообразными изделиями. Громко кричали зазывалы, пытаясь под веселое настроение распродать остатки товара. У меня глаза разбежались от обилия красивых подвесок, резных шкатулок, изящной металлической кухонной утвари. Хотелось скупить всё и сразу, останавливало только, что со всем этим добром далеко не уйдешь и всё остальное не оценишь. Одну вещь я оттуда все же унесла. Лем, уверенно рассекая толпу, протащил до небольшой лавки, продающей оружие и подобрал для меня небольшой легкий кинжал с красивыми ножнами на пояс. Как он выразился, «нож-бабочка – это отлично, но на ремень не прицепишь».

Огромное количество народа перетекало от одного интересного занятия к другому. Ближе к центру площади ряженые актеры давали яркое театральное представление. Неподалеку от них расположились исполнители с непривычными для меня музыкальными инструментами. Хотя играли очень слаженно, льющаяся мелодия заставляла публику пританцовывать и хлопать в ладоши. В другом конце несколько вирао затянули немного печально звучавшую песню.

Но оживленнее всего оказалось чуть поодаль, где кучка угили, весело наяривая на разнообразных барабанах, заводила толпу на ритмичный дружный танец. Движения были очень просты и понятны, не долго думая, схватила наследного принца под локоть и потащила на танцпол. Посопротивлявшись для вида, он бодренько включился в общее разгулье. Если и ошибалась в каком-то месте, то Лем тут же оказывался рядом и, приобняв за талию, направлял в нужное русло. Народ вокруг нас, естественно, испуганно косился. Мало того что заносчивый высокомерный принц снизошел до простого люда, так он еще и неизвестно кого в наряде лисоли с собой притащил. Только вот нам было глубоко все равно, кто и что про нас думает, мы от всей души веселились, скидывая напряжение. Вдоволь натанцевавшись решили пройтись по лавкам с закусками. Чего там только не было: и леденцы в форме местных животных, и пирожки со странной, совершенно непонятной начинкой. Выбирать доверила принцу, и он не подвёл, набрал полный кулёк мясных конвертиков и несколько булочек со сладким повидлом.

В замок вернулись уже заполночь, довольные, сытые и, несмотря на хмурый взгляд правителя, очень даже трезвые. На его строгий вопрос: «Опять напились?» ответила: «Зачем нам пить, когда от жизни прёт?». Сначала не понял, зато потом очень даже понял. Ох как он орал, провожая бегущих нас до покоев и следя, чтобы на этот раз точно разошлись по своим кроватям и больше, как он выразился: «Не перемешивались!»

Глава 4

«Я промолчу, с какой хлеборезкой я промолчал!»

На следующий день пришлось ждать до самого обеда, пока кто-то из принцев освободится, чтобы сопроводить до моего дома. Меня слегка ошарашило, когда пришел Альвиэль, но повел не к центральному входу, а к заднему. Там уже стоял оседланный вурк и в ожидании скреб когтями по камням, в очередной раз вызывая у меня приступы тика.

– Я взял на себя смелость позвать к тебе мастера, – деловито начал младший принц. – Усадьбой давно никто не пользовался, только убирались иногда. Пусть оценит фронт работ.

– Лишь бы у меня денег хватило на этот ремонт, – в ответ мне загадочно улыбнулись.

Но еще больше удивилась и даже разозлилась на Келемиона, когда поняла, что мой дом буквально в десяти минутах пешего хода, но с обратной стороны замка! Все-таки исполнил свою мечту поселить меня поближе, вот же гадский!

Переехать в собственное жилье не вышло ни в этот день, ни на следующий день, ни вообще в ближайшие несколько месяцев! Приглашенный мастер, ждавший нас возле калитки, после тщательного осмотра выкатил небольшой список, чего нужно починить прямо сейчас, и огромный, что можно оставить на потом. У меня глаза на лоб полезли от перспективы перекладывания каминов и замены нескольких сгнивших от времени стропил. Это ж сколько грязи, пыли и времени требуется на такие изменения. Но доля истины все равно была. Очаги в доме старые, дров будет уходить много, а тепла мало. Перспектива зайти в гости с мансарды напрямую в кухню тоже не обрадовала. Надо всё переделывать по новым технологиям. Эль помог с расчетами стоимости ремонтных работ и заверил, что денег у меня точно хватит, еще и останется. Как всегда закрались сомнения, что они втихую приплатят за моей спиной недостающую сумму. Но раз им так нравится быть меценатами, спорить не стану. Мой и без того похудевший кошелек жалобно потрескивал камушками за пазухой. Надо бы наведаться к братьям Црук, наладить, так сказать, партнерство. С этими мыслями вышла на крыльцо и нос к носу столкнулась со свежеупомянутыми дварфами. Оба брата-акробата стояли на моей дорожке, подпирая с двух сторон заросшую клумбу.

– Привет, соседка! – хором проскандировали, натягивая улыбку до ушей.

– Чо? – некрасиво вылупила на них глаза.

– А Лем не сказал? – кажется, Вупер махнул рукой в сторону единственного соседствующего особняка. – Это наше поместье!

– Да! – подхватил брат. – Очень удобно получилось.

– И вам здрасте… Соседи… – очень быстро оценила перспективы расположения своего дома между правящим семейством и двумя развеселыми угили. – Я ж сопьюсь!

Дружный хохот сорвал с места птиц в моем саду. На шум из помещения показались принц с мастером. У последнего глаза на лоб полезли при виде звезд местного разлива.

– А вы, собственно, по какому делу? – обратилась к Пуперу.

– Тебя поприветствовать и немножечко украсть, – подойдя ближе, дварфы по очереди галантно поцеловали мне руку.

– Вы ее главное потом верните в том же состоянии, в котором забирали. Уж я-то вас как облупленных знаю! – наигранно возмутился Эль.

– Всё будет в лучшем виде, шеф!

– Не извольте беспокоиться, шеф! – ответили нестройным хором Цруки.

Мнда-а-а, научила на свою голову. Этому и еще множеству разнообразных премудростей, цитат, анекдотов и прочих интересных вещей. Ребятки схватывали налету, и порой даже объяснять долго не приходилось. Зато с ними всегда было весело и интересно.

Как все-таки удобно расположен мой дом. И до дворца рукой подать, соседей уже знаю, оказалось, и мануфактура в пятнадцати минутах пешком. Надо будет Лему еще раз сказать спасибо и смачно чмокнуть в щечку ну и не забыть пнуть за подставу. Накинула себе на плечи любимый плащ, повесила сумку на плечо и, пообещав младшему принцу постараться не встревать в неприятности, отправилась на осмотр будущего места подработки. Пока шли до пункта назначения, братья, взяв на себя обязанности гидов, наперебой рассказывали истории тех или иных домов. Стоило только указать на какой-либо особняк, мне тут же давалась краткая справка: кому принадлежит, кто живет, чем занимается, холост или женат. Последнее преподносилось явно с намеком, но стойко делала вид, что ничегошеньки не понимаю и вообще меня это не касается. Была я в этом вашем «замуж», нет там ничего хорошего.

Всё больше углубляясь в промышленный район, заметила, что число магазинов и разнообразных лавочек выросло. Витрины пестрели самыми разнообразными товарами, начиная с продуктов, заканчивая оружием. Все они шли вперемешку, и это показалось нерациональным.

– Мальчики, – дварфы дружно обернулись, – Вам не кажется соседство бакалейной лавки с магазином удобрений неправильным?

– Да вроде нет.

– А запахи не смущают? Вот пришла я за хлебом, а там навозом воняет! Точно бы побоялась что-то покупать. Антисанитария, все дела.

– Анти что?

– Есть такая вещь, как товарное соседство. Недопустимо хранить пищевые продукты, например, с бытовой химией. Вот вы бы стали есть колбасу, которая лежала рядом с коровьей лепешкой? – те отрицательно замотали головами. – Ну вот и я о том же. В Кристаке везде такая мешанина из магазинов?

– Ну, – помедлив, ответил Пупер, – Да. Мы как-то и не задумывались. Кто как может, тот так лавку и открывает. Где по цене сговорится подешевле, туда и притыкается. Рынок еще есть, но то для совсем бедных, там вечная толкотня, грязь и вонь. А у тебя, видимо, есть какое-то конструктивное решение из твоего мира?

– Молл! Это такое большое просторное здание, разделенное стеклянными или деревянными панелями на небольшие отсеки. И обязательно разграниченное на отделы. Например, пищевой отдельно, бытовой отдельно, и лучше на разных концах помещения, чтоб запахи не смешивались. Ювелирные, книжные, оружейные можно разместить между ними. Каждая лавка берет в аренду столько площади, сколько позволяет бюджет. Посетителям очень удобно выбирать все нужные товары в одном месте, а не наматывать между продавцами километры в поисках нужной вещи.

Братья переглянулись, почесали макушки и, кажется, постарались это всё представить. И чем дальше воображали, тем просвещеннее становились их лица.

– Если продукты расположить в дальнем конце строения, то покупатели по дороге могут заглядывать и в прочие лавочки! – начал Вупер.

– Главное здание найти в центре спального района, чтоб клиентам ходить было ближе! – не отставал от него Пупер.

Ни на секунду не усомнилась в их маркетинговой хватке. Весь путь до мануфактуры во всех подробностях рассказывала, как устроены огромные торговые центры на Земле. Братья обрадованно заявили, что есть подходящее помещение в нужном для этих целей месте. Правда, оно давно заброшено, но кто нам помешает его купить и сделать ремонт? Сходить до него решили после посещения их фабрики. А еще, посовещавшись, решили, когда дойдем до места, заключить со мной письменный контракт. Так я была споро принята на должность штатного «тырителя» земных идей. От статусного «изобретатель» сама отказалась, слямзить и рассказать – это одно, а вот создать – это вообще не ко мне.

Само предприятие оказалось даже больше, чем представляла. Монументальное здание с высоченными окнами для экономии на освещении. Пройдя через небольшую дверцу в массивных створках ворот, попали в сам цех. Работа тут кипела, одетые в защитные костюмы из толстой кожи угили носились туда-сюда с заготовками, тигелями и огромными клещами. В дальнем конце рассмотрела громадную доменную печь, плюющуюся искрами и раскаленным металлом. За одними рабочими столами что-то отливали, за другими обтачивали чем-то вроде напильников. У наковален очень мускулистые кузнецы махали кувалдами.

– Эх, вам бы сюда Вэкра, вот кто железо как тесто месит, – вспомнила я наше первое знакомство с ним и улыбнулась.

– Зазывали мы его, – вздохнул Пупер. – Да куда графа со своей земли уйдет?

– Раньше и у нас так было. Мастера с даром, не особо напрягаясь, творили неописуемую красоту, – продолжил Вупер. – Некоторые детали настолько мелкими делали, что без лупы и не рассмотришь. А как магия иссякать начала, пришлось плавильню ставить, приспособились понемногу. Отец наш еще это дело начал, а мы подхватили и расширили.

Они провели меня безопасными путями до своего кабинета. Сразу было понятно, что женской руки тут очень не хватает. Всюду мятая бумага, куски металла хаотично разбросаны по всем горизонтальным поверхностям, включая пол. Кое-где на пыли были записаны «важные телефонные номера». Рабочие столы братьев расположились напротив друг друга в разных концах помещения. А посередине стоял огромный монументальный остров с каменной столешницей. На нем грудой свалены чертежи, заготовки, линейки, несколько чернильниц и птичьи перья. Вспомнив свои страдания с этой писчей принадлежностью, обрадовалась, что такое же, но стеклянное, всегда было при мне. Совместно состряпали контракт, по которому мне полагалась часть от прибыли «стыренных» мной изобретений. Поставив подпись на двух бланках, сунула свой экземпляр в сумку, скрутив трубочкой. А затем освободила себе самый незанятый край на островке и подтянула поближе большой чистый лист бумаги и линейку. Достала свою хрустальную прелесть и на глазах ошеломленных братьев принялась составлять чертеж молла, вид сверху.

– Размеры здания? – уточнила у прилипнувших взглядом к кончику пера дварфов, но меня проигнорили. – Аллё, гараж!

– Это тоже из твоего мира изобретение? – спросил Вупер, и у меня аккуратно вытащили из пальцев ручку. Вертели во все стороны, рассматривая.

– Потом порефлексируете, – отобрала у них диковинку. – Длина и ширина у заброшенного строения какая?

Получив наконец нужные данные, приступила к примерному составлению планировки. Здание оказалось одноэтажным и практически квадратным, строили его как складское помещение. Когда купец разорился, никто не захотел выкупить неказистое и непонятно для чего нужное в спальном районе сооружение. Периодически копаясь в памяти, вносила некоторые поправки в первоначальную задумку. Так на бумаге появились несколько пожарных выходов. По периметру, разделяя линиями, нанесла отделы. В центре оставалось свободное место. Я мало представляла реальные габариты здания, но на предложение сделать там закусочную мне воодушевленно помотали головами. Оказалось, что дальняя часть имеет пристройку в виде второго этажа, но с отдельным входом. Возможно, там были «офисные» помещения. Пока обстоятельно объясняла, где и почему должны быть размещены отделы, Вупер достал из-под своего стола большую корзину и вытащил несколько кусков хлеба с нарезанным мясом. На сытый желудок дело пошло гораздо быстрее и добрее. Примерный план был уже готов, оставалось обговорить некоторые детали и добраться посмотреть вживую.

Склонившись втроём над одним чертежом, настолько азартно спорили над концепцией стеклянной крыши, что не заметили появление в кабинете ещё одного действующего лица. Я находилась спиной к двери и обратила на него внимание только когда Пупер, глядя мне через плечо, громко поздоровался.

– Эллидин! Приветствую! Принес? – второй брат тоже поздоровался.

А я никак не могла вспомнить, где же слышала это имя раньше. Повернулась, чтобы рассмотреть гостя, и зависла. Вот прям в синий экран смерти. Секунд десять ушло на осознание, что же предстало перед моим взором. На меня с крайней степенью неприязни взирал высокий, широкоплечий, эльф с рельефной мускулатурой и абсолютно бесцветными кожными покровами. В длинных белоснежных волосах будто снег искрился, белые тонкие брови вразлет, густые ресницы такого же цвета и кожа прямо как у лилоси – жемчужно-перламутровая. Полное отсутствие окраски выливалось в абсолютно красную радужку. Он так гневно на меня смотрел, что казалось, глаза полыхают. Альбинос! Такого чуда среди вирао еще не встречала. Пока с интересом разглядывала его, он прошелся по мне полным отвращения взглядом сверху вниз и обратно. Вот те раз! Не понравилось мне, как он отреагировал. Интересно, с чего такое предвзятое отношение?

– Ты уже и здесь успела отметиться, – его прекрасное лицо перекосило, полностью испоганив первое впечатление.

Вот те два! Не припомню, чтобы мы где-то пересекались с этим поганцем. Я бы такого точно запомнила, закапывая по-тихому под деревом.

– У вас проблемы, уважаемый? – спускать такое, естественно, не собиралась, тем более давно не практиковалась в словесных дуэлях, а тут и оппонент сам нашелся. Братья как-то сконфуженно притихли и сделали пару шагов назад.

– Ты моя проблема!

– Когда это успела?!

– Как только эти двое, – он указал на Цруков, – Решили узнать, кто лампу сделал, ты стала моей головной болью!

– А я-то тут при чем?

– Да потому что ты повсюду! Правитель за слезу Шатар чуть ли не с твоей руки ест! В замке обосновалась как у себя дома! Принцев обоих сразу в койку затащила. Что там за таланты у тебя такие!? Ты, на минутку, нишас, но почему-то все об этом предпочли забыть!

– Ложь! Пиздёжь! И провокация! Принцы сами пришли!

– Ты… Даже не отрицаешь! – его возмущению не было предела.

– А что, надо? – вопросительно вылупила глазки. – Нет, ну если очень нужно, то я могу, конечно. Очень громко и даже нецензурно! Когда начинать?

– Испарись! – зло прошипел.

– Ты меня еще даже не разогрел, чтоб я испарилась! – знала, что звучит двусмысленно, но на то, собственно, и был расчет.

– Исчезни! – он начал закипать.

– Фокусы не практикую! Зато предвижу, что ты сейчас эту магию покажешь! Отдашь то, что принес, и свалишь в закат!

– А больше тебе ничего не надо? – это он зря, конечно, спросил. Хочешь кого-то переспорить – выбей из колеи. И мне это удалось на все сто!

– Разумеется, надо! Просто жизненно необходимо, чтобы вечером, придя домой, я нашла тебя голого, привязанного к спинке моей кровати!

– Да как ты сме… Что? – до кого-то явно не сразу дошел смысл сказанного мной. Он опешил и шокировано выпучил глаза.

– Долго соображаешь! Один ноль в мою пользу! – и так безумно-лучезарно улыбнулась, что он аж отступил.

Стоял и долгих пять секунд переваривал информацию, переводя взгляд с меня на братьев. Видимо, не придя ни к какому выводу и не придумав достойный ответ, вынул из-за пазухи конверт, бросил на стол и быстро удалился.

«А-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Так его! Чтоб не зазнавался!» – раскатисто заржала в моей голове Касси.

– Ева, ты бессмертная чтоли? – наконец отмер Вупер.

– Он первый начал! – вырвалось гневно, ибо еще не отошла от перепалки.

– Он сильнейший стихийный маг!

– Ну и флаг ему в руки! На меня магия один фиг не действует!

– Ты, конечно, меня вряд ли послушаешь, – пытался наставить меня на путь истинный Пупер, – Но настоятельно рекомендую не связываться с правой рукой правителя.

– Да хоть с левой пяткой! Я его первый раз в жизни вижу, а он мне ушат претензий и килограмм презрения. Пусть скажет спасибо, что легко отделался!

За стенкой что-то громыхнуло. Мимо открытого проема кабинета гневно пронесся беловолосый вихрь и скрылся из виду.

– Он еще и подслушивает! – проорала ему в спину.

– Ева, он руководитель разведки, работа у него такая, – Вупсень уже понял, что меня не переспоришь, но всё ещё пытался вразумить.

– А хамить незнакомцам – хобби?

Братья синхронно горестно вздохнули. Оставленный конверт вместе с подписанным мной контрактом перекочевал в скрытый за картиной сейф. Мы вернулись к обсуждению, которое некрасиво прервало это красноглазое хамло. Вот вроде мужик что надо, и должность при нем важная, и внешностью красив, тело опять же натренированное. А как вспомню его кривую физиомордию, сразу по ней утюгом двинуть хочется! Давненько меня из себя не выводили, так и хватку потерять недолго.

Сграбастав чертежи и быстро дожевав оставшиеся бутерброды, наконец направились осматривать помещение будущего молла. Придумать название предложила самим Црукам, они сначала не поняли, для чего это нужно, их вполне устраивало просто «Торговый центр». Пришлось объяснять, что такое заведение могут создать не только они, как их тогда различать? А как загорелись глаза от перспективы открыть такой же во всех крупных городах. На одной аренде можно нехило обогатиться. Оба брата потирали ручки и ехидненько хихикали. Кажется, я создала корпоративных монстров.

Шли мы так долго, что успела остыть и успокоиться. Еще порадовала экскурсия по другим улицам и новые справки про местных жителей. Близнецы даже пару сплетен донесли до меня, заговорщицки нашептывая на ухо. Дойдя до места, уже была заочно знакома с большей частью высокопоставленных горожан. На мое замечание «Болтун – находка для шпиона» дварфы только весело улыбаясь, пожали плечами.

Нужное нам здание увидела издалека. Очень уж оно выделялось своими габаритами среди простых жилых домов. Перекошенные огромные деревянные двери были обиты теперь уже проржавевшим железом. Кое-где выбитые окна очень большого размера, что уже радовало. Аккуратно проскользнули внутрь через жалобно заскрипевшие створки. Мн-да, работы непочатый край. Крыша сгнила в разных местах и вошла внутрь. Растения и мхи бодренько захватывали территорию, расползаясь по пятачкам солнечного света. Зато колонны, поддерживающие потолок, выглядели очень основательными. Не меньше полутора метров с каждой стороны, они торчали вверх, порой поглядывая в небеса. Остов здания был построен очень основательно, а всё остальное – это косметика, разве что с крышей придется повозиться.

Аккуратно огибая лужи и куски крыши, прогулялась до противоположного конца здания. По размерам оно идеально подходило для молла, осталось разобраться с пристройкой. В этой части тоже были двери, но, скорее, запасные, не такие массивные и тяжелые. Легонько толкнула и никак не могла ожидать, что от этого действия прогнившая древесина расстанется с петлями и с грохотом упадет на каменное крыльцо. Всё равно под замену. Выйдя наружу, развернулась к зданию лицом и осмотрелась. Пристройка, имея отдельный вход рядом с тем, из которого я вышла, широкой буквой Г заползла на основное здание и была довольно обширной. Двери в ней как таковой не было, и мы беспрепятственно вошли внутрь. Нас встретило довольно объемное помещение с широкой каменной лестницей у стены. Насчитала штук пять отдельных комнат на первом этаже, в которых, скорее всего, когда-то сидели клерки. Поднявшись наверх, приятно удивилась грамотной планировке. Большой холл и уходящий вглубь широкий коридор с дверьми по обеим сторонам, по пять комнат разного размера с каждой стороны. Закралась мысль по тихой грусти отжать эту часть здания под клинику. Надо подкинуть эту идею Лему, думаю, ему не вредно будет построить что-то практически с нуля. Учитывая его страсть и талант к медицине, а так же мои знания безмагического лечения, это будет иметь ошеломляющий успех. Тем более что брошенное некогда строение сейчас принадлежало правящей семье.

Вернувшись в основную часть и достав план, вносили корректировки в соответствии с реальностью. Кое-где придется снести часть несущей стены, без запасных пожарных выходов никак не обойтись. Межкомнатные перегородки тоже подлежали сносу, всё равно их сожрал короед. Ну вот, мало мне дома затеянного ремонта, еще и на работе предстоит пылью дышать. Было уже достаточно поздно, когда мы выбрались на свежий воздух. Как-то незаметно для себя стала партнером на треть ставки, при этом вкладывая исключительно идеи. Наперебой обсуждали будущее нашего совместного предприятия. Все финансовые траты брали на себя братья, у меня же было очень важное и первостепенное задание – как можно дешевле выклянчить само здание у правителя.

Проводив меня до ворот замка, дварфы привычно облобызали мою руку и скрылись из виду в ночном парке. Пройдя мимо стражников при входе, приветственно кивнула им головой. Решила дела в долгий ящик не откладывать и направилась напрямую к кабинету правителя. Постучавшись и подождав дозволения войти, нацепила широченную улыбку, вплыла в помещение и уселась в кресло напротив рабочего стола. Аникиэль определенно был отличным управленцем, он раскусил меня с порога.

– Что задумала на этот раз? – поинтересовался, мило улыбаясь, будто ждал, что я уже где-то нашкодила.

– И вам здрасте, – даже немного стушевалась, но быстро взяла себя в руки. – Планируем с братьями Црук открыть торговый центр. Мы присмотрели заброшенное здание в жилом квартале. Зашла узнать его цену.

– Ну, это же явно не все твои аргументы? – не зря он занимал свой пост, ох не зря.

– В дальней части здания есть пристройка с очень грамотно выполненной планировкой. Я хочу открыть там клинику.

– Клинику и…? – вот как он понял, что это не последний довод?

– Предложить Келемиону поучаствовать в строительстве, управлении и в дальнейшей работе в ней.

– И ты думаешь, он согласится? – спросил с надеждой.

– Вы плохо знаете своего сына, полагаю, он вперед меня побежит.

Правитель задумался, потом резко встал и подошел ко мне. Поднял из кресла и крепко по-отечески обнял. И надо же было именно в этот момент в кабинет без стука ввалиться Эллидину. Взгляд, которым он меня наградил, мог прожечь дыру, не будь я столь толстокожей. Правитель, улыбаясь своим мыслям, мягко меня отпустил.

– Завтра обсудим подробности сделки, зайди ко мне с утра.

– Хорошо, спасибо! – назло вредному безопаснику поцеловала Аникиэля в щеку, от чего его улыбка стала еще шире.

Развернулась на выход и, проходя мимо пышущего гневом мужчины, изобразила нежный «чмок» губами в его сторону. У него аж глаз нервно задергался. Ох и весело же нам с тобой будет!

Глава 5

«Меня постоянно преследуют умные мысли, но я быстрее!»

– Плацебо – безвредное неактивное вещество, предлагаемое под видом лекарства. Используется при испытании эффективности лекарственных препаратов: одной группе пациентов дается плацебо, а другой – испытываемый препарат. Но пациенты обеих групп считают, что получают лекарство. После чего результаты, полученные в обеих группах, сравниваются между собой.

– Записал, дальше.

– Полиневропатия – заболевание, при котором одновременно поражены несколько нервов. Развивается при инфекционных болезнях, злокачественных опухолях, отравлениях, сахарном диабете, хронических заболеваниях печени и почек.

– Готово.

– Ремиссия – временное ослабление или исчезновение симптомов заболевания. Может наступить в результате лечения, активации защитных сил организма и в связи со специфическими особенностями развития заболевания.

Вот уже два месяца кряду мы с Келемионом составляли словарь медицинских понятий из тех, что я помнила. Если термин не имел аналога в местном языке, то фиксировался он на слух с русского, новых слов решили не выдумывать. Поначалу записывали вразброс, потом решили, что по алфавиту будет всё же правильнее. Да и вносить новое определение удобнее, их было так много, что сразу все и не упомнишь. Папка с исписанными бумагами с каждым днем становилась всё толще и скоро обещала взорваться, близко подойдя к критической массе. Эта идея пришла к нам неожиданно, когда, объясняя способы диагностики цирроза печени, выкатила Лему кучу абсолютно непонятных слов. Анатомическая энциклопедия была временно оставлена в покое, все три коробки рукописного текста сейчас бережно хранились стопочкой возле моего стола. С потолка прямо на голову посыпалась штукатурка. Странно, вроде свежая, недавно покрашенная.

– Они там что, вурка уронили? – зло прошипела, глядя наверх.

– Слышишь, как тихо стало? – хитро прищурился наследный принц.

– Ну.

– Это они поняли, что сотворили, и попрятались по углам. Знают, что сейчас прилетит разъярённая фурия и всех накажет пинками под зад!

– Да всего-то один раз было!

– Очень показательно, между прочим! – его это явно веселило.

– А нечего меня будить ни свет ни заря! Я вообще не очень добрая, когда не высплюсь. А тут эти, с абсолютно дурацким вопросом.

– Ну они-то про это не знали.

– Зато теперь знают и уважают.

– Скорее боятся до смерти! – всё же расхохотался этот гад.

В тот раз провозилась с бумагами практически до утра и устала настолько, что сон сморил меня прямо на удобном диванчике в одной из комнат на первом этаже еще недостроенной клиники. И всё бы было хорошо, не приди ремонтники раньше обычного. Как, а главное, нахрена им пришла гениальная идея разбудить мирно сопящую меня, одним богам известно. Но огребли тогда знатно все, кто попал под мою горячую ногу. Белые кусочки потолочного покрытия красиво посыпались уже Лему на голову.

– Слушай, а сходи-ка ты к ним, – на полном серьезе попросил, отряхивая гриву.

Послав ему воздушный поцелуй, встала из-за своего стола и направилась к лестнице. Основное строение ушло под торговые помещения, а оба этажа пристройки, оттяпанные у братьев, – под клинику. Как признался потом Аникиэль, его чрезвычайно обрадовала новость, что старшенький хоть в чем-то взялся за ум. В тот момент, глянув на вдохновенное лицо, могла с точностью сказать, что в грёзах он уже скинул все свои дела на Лема и укатил к морю отдыхать. Ну, мечтать, как говорится, не вредно. Мне ли не знать, как не хотел мой дорогой друг садиться на трон.

Поднявшись на второй этаж будущего медицинского заведения, довольно огляделась. Белые стены холла и коридора были выровнены с помощью ватерпаса, который на скорую руку я «стырила» из моего мира, получив за него неплохой гонорар. Все комнаты этого этажа решили отрядить под палаты для пациентов. В них как раз началась подготовка к покраске стен. В фойе будет стоять пост медсестры. Мебель для него уже заказали: большой стол с кучей ящиков, многоярусная картотека для медкарт и запирающиеся шкафы со стеклянными дверками под лекарства. Воображение ярко рисовало убранство: вот тут встанут удобные диванчики и кресла для посетителей пациентов. Здесь можно поставить аквариум с ленивыми рыбками, чтоб оказывал успокаивающий эффект. Сюда повесим несколько картин зеленых лесов.

Поток мыслей прервал тихий, но очень тяжелый звук удара. Примерно определив его направление, прошла до источника. Лем оказался прав, вся бригада попряталась кто куда. И лишь несчастный монул лежал распластанный по полу в мыльной луже. Видимо, он и стал причиной микро-землетрясений. Когда рекомендованная Цруками команда строителей впервые предстала передо мной, я чуть не повесила на лоб табличку «Ушла в себя, приду не скоро». В дружный коллектив вирао и угили затесался натуральный каменный человек. Голем, ей-богу. Он был ростом с хорошего орка, широкоплечий и будто в камень окунутый. Вот натурально кусок скальной породы взяли, хреново отесали, дали имя и выпнули в мир. Хотя характер у него оказался просто золотой. Обладая мягким бархатным голосом, он спокойно объяснял, где можно сделать то, что мы задумали, а где лучше не соваться с нововведениями. Он ни разу ни с кем не конфликтовал, защищал остальных от злющей меня, когда те косячили при строительстве, и прекрасно понимал мои шутки.

– Так! – громко и зло крикнула в коридор. – Таракашки мои, ну-ка выползли из щелей и помогли своему другу подняться!

– Кто такие таракашки? – неожиданно прозвучал вопрос с пола.

– Насекомые такие. Вредные, противные и страшные. Зато с отличным чувством самосохранения. Убегая от опасности, развивают нехилую скорость. Вот прямо как эти, – кивнула на остальных членов бригады, опасливо выглядывающих из проемов будущих палат.

– Но они же не страшные! – даже в таком положении Токт защищал своих.

– Зато я буду страшна в гневе, если мне на голову опять посыпется штукатурка! – посмотрев в коридор, рыкнула на виновато опустивших голову. – Быстро вытереть лужу и поставить монула на ноги! И чтоб не смели больше бросать товарища в беде!

Спускаясь по лестнице, увидела смеющегося Лема возле нижней ступеньки.

– Я же говорил, попрячутся! А еще у тебя при виде несправедливости такой голос командный появляется. Не думала в правители податься?

– Тьфу на тебя! Сам такой! – высказалась в ответ. Ржать он тут же перестал, вызывав чувство вины. – Прости.

Он мотнул головой, и мы вернулись в кабинет к очень медитативному занятию по заполнению терминов. Но мысль, что мой друг очень не хочет обременять себя властью, навела на размышления.

– Лем, – дождалась, пока допишет, – А когда создали закон, по которому трон обязан принимать старший ребенок?

– Около пяти тысяч циклов назад, – он прищурился, начиная догадываться, что не просто так спросила.

– А кто его написал?

– Правитель Сариэль, – ответил, не задумываясь.

А мне оставалось только подпереть ладонью щеку и наблюдать, как до него по немножечку, по чайной ложечке доходит настоящий смысл моих вопросов. Мягкая улыбка, блуждавшая по его лицу, внезапно исчезла, в глазах появился огонек понимания. Он резко выпрямился и задумался.

– А что, раньше никому эта идея в голову не приходила? – невинно поинтересовалась.

– Нет! – он наконец расцвел в сногсшибательной улыбке.

Вскочил на ноги, подлетел ко мне и выдрал из кресла, обнимая. Я, разумеется, тоже в долгу не осталась, скрестив руки на его спине. Как только его благодарность вылилась поцелуем на моей щеке, в кабинет опять очень вовремя и совершенно без стука ввалился Эллидин. С выражения его лица можно было писать картину «Я убью тебя, лодочник!».

– Ты за мной с секундомером, что ли, ходишь? – выдала в гневе. У него начала подергиваться верхняя губа, но когда меня это не останавливало? – Чё припёрся?

Лем сначала сжал меня в объятьях крепче, а затем попытался аккуратно спрятать за свою спину. Безопасник взял себя в руки, швырнул скрученный в трубочку документ на ближайший стол и, бурча под нос что-то нецензурное о моей несравненной персоне, развернулся к выходу. Чтобы я – да в долгу осталась? Сейчас прям!

– М-м-м, какая попка! – игриво кинула ему в спину.

Он резко затормозил, медленно развернулся. О-о-о-о, да-а-а! Вот оно – то самое потрясающее ощущение, когда ты кого-то бесишь до пара из ушей, а сама стоишь и ржёшь! Улыбалась ему во все тридцать два зуба. Он аж кулаки сжал до побелевших костяшек.

– Дин! – наши переглядки решил прервать будущий несостоявшийся правитель. – Не вздумай! Ты прекрасно знаешь, что она под защитой Динру! А ты, Ева, будь добра, прекрати доводить его до белого каления!

– Хрык, – ну как тут удержишься, когда собеседники сами шутки шутить изволят?

– Ева! – когда надо было, он мог быть очень грозным, жаль, на меня не работало.

– Не я это начала! – он перевел вопросительный взгляд на Эллидина.

– Возможно, при нашей первой встрече я немного погорячился, – сделал упор на первое слово этот гад.

– Немного? – не удержалась от возмущения. В ответ он только выдохнул через сжатые зубы, пытаясь взять под контроль гнев. Даже в состоянии бешенства красив, зараза.

– Как же с вами тяжело, – вздохнул Лем.

– Ладно, – буркнула, успокаиваясь. – Я готова пойти на уступки, если он смирится со мной как с неизбежным злом и извинится.

– Да ты… – начал было, но осекся.

– Я кто? Ну же, продолжай! Дай мне повод проехаться по тебе!

– Приношу свои глубочайшие извинения! – выдал таким тоном, будто уже засунул их мне в глотку и там три раза провернул.

– Смотри, с какими дилетантами мне работать приходится? – пожаловалась, развернувшись к старшему принцу.

За спиной раздался натуральный рык взбешенного бабуина.

– Я ему: «Мы встречались?», он мне: «Р-р-р». Я ему: «Извинись!», он мне: «Р-р-р!» – опять услышала рокочущий звук и ткнула в источник пальцем. – Вот видишь!

По комнате пролетел натуральный вихрь, поднимая в воздух исписанные листы и перемешивая их. Разозлившись, вернула внимание безопаснику.

– Собирать сам будешь!

– Довольно! – перешел на крик Лем.

Мы притихли, как нашкодившие котята. Ветер резко стих, а вокруг нас царил кошмарный беспорядок. Мы с Дином стояли напротив и сверлили друг друга злыми взглядами. В этот момент решила добить его окончательно. Я такая нелогичная, что стул, вода, корова.

– Что бы я, по твоему мнению, ни сделала, прошу за это прощение!

В моем голосе не было ни капли издевки или коварства. Эллидин опешил, такого поворота событий он совсем не ожидал. Ища подвох в моих словах, взглянул на принца, а затем снова на меня. Не найдя ничего подозрительного, заторможенно кивнул и присел собирать раскиданные по полу бумаги. Медленно выдохнув, тоже принялась за уборку. Хорошо, что папка с терминами кожаная и очень тяжелая, из нее почти ничего не разлетелось, зато остальные документы оказались чёрт знает где. В углу под дальним столом нашла скрутку, которую принес безопасник. Поднялась и, сделав пару шагов в его сторону, протянула листок. Посмотрев с подозрением, забрал из моих рук пергамент. Проверил печать на целостность, отнес принцу, тихо что-то сказал и наконец удалился.

– Ну вот за что ты его так? – как только он вышел, наехал на меня Келемион.

– Повторюсь, не я это начала!

– Думаешь, ему мало по жизни досталось? – не унимался Лем.

– К его злоключениям никакого отношения не имею!

– Он мой друг, Ева, и мне тяжело наблюдать, как два дорогих мне существа грызут друг другу глотки.

– Я уже извинилась. И, кстати, понятия не имею, за что!

Принц собрал последние бумаги, сложил их аккуратно стопочкой на столешницу, взял меня за руку и повёл к дивану, стоящему возле двери. Удобно расположившись, он решил пояснить.

– Эллидин воспитывал меня с малых лет. Папа весь был в работе, поднимал нашу землю с колен после исчезновения магии. На меня времени совсем не было. Мама тоже делала что могла, она была опорой правителя, пропадая в полях наравне с ним. И когда заболела после родов, это сломало нас. Отец по началу из кристальной пещеры выходил только чтоб принести пустые накопители и обменять их на заряженные. Тогда Дин взвалил на свои плечи управление Кристаком. Он этого не просил и не хотел, но сделал, несмотря на то что его мало кто слушался по началу. Одних силой, других шантажом, а кого и откровенным запугиванием заставил подчиниться и не позволил развалиться тому, что создали родители. Он всю свою сознательную жизнь посвятил служению правящей династии. И когда появилась ты, совершенно нелогичная и не вписывающаяся в его привычный мир, он растерялся. Дин ведь не в курсе, что ты источник, мы не сказали. Ему наверняка кажется, что раз ты нишас, то околдовала всех вокруг ради своих корыстных целей.

– В том-то и дело, что корыстные цели как раз у вашей семьи. Но это всё равно не повод вести себя как говнюк, – мотивация безопасника стала понятна. А вот методы мне не понравились.

– Он со всеми так, поверь. Его с самого рождения гнобили и презирали из-за проклятья.

– Да вы издеваетесь? Еще один на мою голову, – пробурчала под нос. – Что на этот раз?

– В смысле? – не понял моего тона Лем.

– Проклятье. В чем его суть?

– Ну… Ты же видела! – сказал, будто это совершенно очевидная вещь. В ответ помотала отрицательно головой. – Он же белый!

Я в полнейшем недоумении сидела и, глупо хлопая глазками, смотрела на эту личинку врача. Именно этим эпитетом нас награждали лекторы с первого по пятый курс медуниверситета.

– Что-то еще? – спросила с надеждой в голосе. Он явно не понял, о чем я говорю. – Ну, может, он кушает радугу и какает бабочками? Или летать умеет? В полночь превращается в попотолкубегающего лампожора?

– Н-нет, – теперь принц вылупился на меня в шоке.

– То есть всё его проклятье состоит в том, что у него кожа и волосы белые?

– И глаза красные, – добавил все еще не понимая, на что намекаю.

– Знаешь, чего я сейчас хочу? – ответа ждать не стала, сразу продолжив. – Подойти вон к тому столу, взять в руки очень толстую и увесистую папку с записями и как ТРЕСНУТЬ ТЕБЯ ЕЮ ПО ГОЛОВЕ!

– За что? – громко возмутился.

Я устало потерла лицо обеими ладонями, так и подмывало спросить у него: «Ты дурак или притворяешься?», вместо этого ответила совсем другое.

– Вытащи среднюю коробку с записями по анатомии, – дождалась, пока он сходит за ней и принесет к дивану. Откинула крышку. – Перейди раздел «Клетки». Молодец, теперь найди среди них «Меланоциты». Нашел? Читай вслух!

– Специализированные клетки кожи, вырабатывающие пигмент меланин.

– Умница, ищи меланин и тоже прочти, – желание стукнуть его папкой все еще не пропало.

– Высокомолекулярные пигменты. Меланины содержатся в коже, волосах, радужной оболочке глаза, могут иметь пониженную концентрацию и даже вовсе отсутствовать – у альбиносов. В противоположность отсутствию меланина его избыток приводит к полностью черным покровам – меланизм, встречается только у животных.

– И какой вывод мы делаем? – спросила строгим учительским голосом.

– К-какой?

– Что ты дурак! И это не лечится! Сам же писал под мою диктовку! – выбесил, зараза! – Эллидин – альбинос! У него в теле нарушена выработка меланина! Никакое это не проклятье.

– Но он же…

– Если ты сейчас скажешь «белый», я тебе голову откушу!

– Как лисоли, – закончил он другой фразой.

– Это как-то связано?

– В его семье по материнской линии идет это прок… – осекся под моим прищуренным взглядом. – Нарушение. Поговаривают, какая-то из предков загуляла с лисоли. Шатар прокляла род, и периодически появляются такие дети.

– Как же вы мне все дороги со своим мракобесием! – простонала в ладони, опять поднеся их к лицу. – Альбинос может родиться в единственном случае, если оба родителя в паре являются носителями этого отклонения. А может и совершенно нормальный ребенок появиться. И лисоли вообще ни при чем! Они потеряли окрас кожных покровов, потому что долгое время жили под землей без солнечного света. Меланин нас еще и от него защищает, не позволяя лучам оставлять ожоги.

– А мне казалось, тебе рассказал кто-то о проклятье, и ты поэтому на него взъелась.

– Я на него окрысилась, потому что нерв поднял первой же фразой. Вроде мужик такой статный и красивый, а как рот откроет, так придушить хочется, – все еще негодовала после неприятного происшествия.

– Вам не обязательно дружить, просто постарайтесь не цеплять друг друга.

– Ты это ему скажи!

– Непременно, – вот умел он улыбаться так, что имя собственное забываешь.

Встрепенулась, сбрасывая наваждение, посмотрела укоризненно и пошла к столу разбирать перепутанные бумаги. Вдалеке звякнул колокольчик, который висел над входной дверью. Странно, почему его не услышала, когда безопасник пришел?

– Есть кто живой? – узнала голос одного из Цруков и выглянула в коридор.

– Кто именно тебя интересует?

– Любой, кто остался жив после того, как отсюда вылетел сердитый Эллидин. Опять допекла его?

– Ну так, чуть-чуть совсем, – улыбалась, демонстрируя акулий оскал.

– А мы там чая заварили, – шаркая ножкой по полу, с намеком сказал дварф.

– С печеньками? – из-за моего плеча высунулся Лем.

– И мясными конвертиками! – выдал гордо Вупер.

Тут уж и я заинтересовалась. Быстро прошмыгнула из одного входа в другой через улицу и вошла в огромное помещение будущего торгового центра. Яркий солнечный свет падал через стеклянную крышу. Ох, сколько сил мы в нее вложили, пришлось подключать Альвиэля и его «научные умы» к расчетам несущей конструкции. Для этих целей было создано несколько прототипов, и после некоторых испытаний мы выбрали продолговатый купол в центре здания. По моей настоятельной рекомендации все стены были выкрашены в молочно-белый. Массивные колонны обшиты вкруговую досками из светлого дерева. Из них же были сделаны перегородки. Стеклодувы, работая над крышей, наловчились делать огромные прозрачные панели, которые мы приспособили при входах в каждый отсек. А за «тыринг» идеи рольворот мне отсыпали почти треть мешочка камней гонораром. В общем-то сейчас, пока нет торговцев, внутреннее убранство мало отличалось от земного молла. Продуктовые лавки, как и решили, разместили в дальнем конце от основного входа. Буквально грудью легла на амбразуру за идею стеклянных дверей центрального входа, чтобы посетители видели, есть ли кто с той стороны, и не сталкивались. Ступая по глянцевому светло-серому мраморному полу, была очень довольна собой. Раз нельзя вернуться домой, притащу на Ниран небольшие кусочки Земли.

Некоторые торговцы, прослышав о нашей задумке, приходили сами. Первым нашим арендатором стал вирао-пекарь. Немного подумав, предложила ему занять боковой, самый дальний отсек, чтобы было куда вывести вентиляцию и трубу от печи. Хорошо, что он пришел в самом начале строительства и не пришлось ломать свежеотремонтированную стену. В качестве комплимента он принес с собой корзину выпечки. Потрясающий аромат, от которого слюнки потекли, наполнил тогда еще недостроенный кабинет дварфов. Уже представив, как будут тянуться носами за этими запахами посетители, пообещала подкинуть ему земных рецептов. Продавая эксклюзивные товары, привлечет больше покупателей.

Цруки выделили себе под офис довольно просторный отсек у одной из стен здания. Над его входом красовалась надпись «администрация» на местном языке. Уж больно им это слово пришлось по душе. Я настояла, чтобы они отвели один из столов под чайно-плюшковые атрибуты. Его преимущества оценили очень быстро, частенько зазывая любимых соседей, то есть нас, на поболтать. В клинике тоже была небольшая кухонька, но она ещё не работала, и в дальнейшем нанятая кухарка будет готовить для пациентов и персонала. Весело дискутируя и наслаждаясь ароматным напитком, не подозревала, какую свинью мне готовится подложить судьба.

Глава 6

«Он принимал меня такой, какая я есть. И успокоительное».

Утро в тот злополучный день началось с ранней побудки. В комнату ни свет ни заря тихо поскреблась Барви с подносом еды. Пока я хмуро на нее взирала, она виновато промямлила, что правитель приказал разбудить и накормить. У него какое-то важное дело ко мне. Ну раз так, придется отскребать тушку от кровати и тащить её в ванну. Наскоро прожевав принесенный завтрак, сонно потирала глаза выходя в коридор. На ходу попивая горячий травяной чай и широко позёвывая, поплелась в кабинет Аникиэля. По пути напугала служанку, которая внезапно вылетела на меня из-за угла. В замке с самого рассвета царило нездоровое оживление. Все были нервными и постоянно куда-то спешили.

Сегодня даже вечно отсутствующий по разным важным делам секретарь был на месте. Он заспанно кивнул и сказал, что меня уже ждут. В кабинете правитель занимался важными государственными делами, что-то гневно чиркая в бумагах на столе. Увидев меня, оживился и подскочил.

– Ева, доброе утро. Идем.

Ничего не объяснив толком, он повёл меня запутанными коридорами. Всюду сновали слуги с вёдрами и тряпками. Вытряхивали в окна половички, таскали перины и тяжеленные шторы на улицу.

– Шэф, а что происходит?

– Незваные гости, – проворчал еле слышно.

– Так, может, их того?

– Которого?

– Ну, спровадить, в общем. А вы что подумали? – отвлекла его от тяжелых мыслей. Шутку оценил, даже улыбнулся немного.

– От этих, – тут он замялся, видимо, подыскивая цензурные слова, – Так просто не избавишься.

– Вы просто не умеете их готовить!

– Собственно на тебя вся надежда, – сказал очень загадочно. А я меж тем потихоньку узнавала коридоры.

– Мы идем к Сильвиэль?

– Да, обстоятельства требуют. Ты же не против? – он наконец соизволил спросить мое мнение.

– Нет, конечно, только как вы в одного меня обратно дотащите? Я, конечно, понимаю, что своя ноша не тянет, но и я не пушинка.

– Своими ногами дойдешь, – он задорно улыбался, – В прошлый раз артефакт был практически пуст. Сейчас он заполнен на две трети.

– А тогда зачем?

– Проверить. Если он заполнится до конца, надо будет искать повод спровадить гостей несолоно хлебавши.

– А можно меня не втягивать в подковёрные интриги?

– Какое интересное определение. Боюсь, у тебя нет выбора. Твоя помощь в этом деле будет просто неоценима.

– Ммм, сладкая лесть. Вы же понимаете, что я – фея? – он в полном непонимании на меня посмотрел. – Могу фейтануть, а могу и нафеячить!

Его хохот раскатом пронесся по коридорам, отражаясь от стен.

– Я не шучу! Вашего безопасника почти до нервного срыва довела, между прочим! Так что мне глубоко фиолетово – кто ко мне полезет, тот и огребёт!

– На то и расчет!

Так вот оно что! Хитропопый правитель решил моими ручками спровадить неожиданных приезжих. Ну что ж, вижу цель – не вижу препятствий!

Тем временем мы дошли до кристальной розовой пещеры. С прошлого моего визита здесь стало намного светлее. Мох сильно разросся, видимо, под воздействием напитанного магией артефакта. Да и сам хрусталь как-то подрос. Ну точно! Возле самого саркофага выступ, на который падала, был гораздо меньше. Разглядывая лежащую эльфийку, поразилась изменениям. Мёртвую она определенно больше не напоминала. Казалось, что просто крепко спит. Теперь можно было в полной мере оценить ее красоту, которую во всем великолепии унаследовал Келемион. На всякий случай Аникиэль встал за спиной и взял меня за талию. Помня неприятные ощущения от последней подпитки, немного помедлила, но пересилила себя и прикоснулась ладонями к крышке. Голову слегка повело, бело-неоновое сияние расплескалось по поверхности. Руки на моей талии предупредительно сжались, но падать в этот раз не собиралась. Получается, артефакт и правда в прошлый раз был очень голоден. Отвела ладони и немного отступила, разглядывая радужные ручейки.

– Спасибо. Ты даже не представляешь, что сделала для нашей семьи, – тихо заговорил Аникиэль.

– Да как бы очевидно: спасаю жену и мать.

– Ты еще многого не знаешь, – улыбнулся загадочно.

– Ну, дорога обратно долгая, вы мне непременно расскажете.

– Начнем прямо сейчас.

Он нежно погладил стеклянную крышку, прощаясь с супругой, и мы пошли к выходу. Рассказ получился не то чтобы длинный, но очень значимый. Когда Сильвиэль угодила в кристальную пещеру, магии на ее спасение всё время катастрофически не хватало. Из-за чего Аникиэль был вынужден обратиться за помощью к соседствующим правителям. Практически все помогали чем могли. В обмен на продукты или другие товары присылали заряженные накопители, которые смогли выкупить у лисоли. Но и этого было недостаточно, ведь те поселения не были хорошо развиты. Вся надежда была на город, лишь немного уступающий размером Кристаку – Сортэн.

Правящая семья оттуда занималась исключительно добычей драгоценных камней, на этой торговле и разросся город. Накопителей им перепадало намного больше, чем остальным. Их замок располагался практически на границе с землями лисоли в горах. Зная о беде, случившейся с Сильвиэль, они поступили как последние сволочи – выставили условие, что амулеты будут продавать или обменивать, только если Келемион женится на дочери из их семьи. Понятно, что таким образом надеялись посадить на трон Кристака свою королеву и расширить владения. Старший принц, не раздумывая, согласился, маму он очень любил. Помолвку сыграли быстро, а вот женитьбу откладывали как могли.

Но меньше месяца назад приехал посол с новой партией накопителей и правитель отказался их выкупать. Видимо, это насторожило семью Витэ, они решили больше не тянуть и спешно отправили дочь организовывать торжество. Собственно, из-за ее приезда и творился переполох, который ранее наблюдала. На мой резонный вопрос, почему просто не разорвать помолвку, получила ответ, что придется отдать половину земель. В договоре указан этот пункт об одностороннем расторжении. Условия мягко скажем конские.

– Ведь правильно понимаю, так как официально не являюсь членом семьи, но нахожусь под ее защитой, вы хотите, чтоб эту самую невесту со свету сжила Я?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.