Виолетта Винокурова
Заснеженная юдоль

Заснеженная юдоль

1. У подножья

Наследник императорской семьи Касьи – Солар, по счёту в роду девятый, направлялся в составе делегации в город-государство Накс, расположенный на одноимённой горе.

Оф-Накский хребет являлся единственным препятствием и разделением империи Бимы на западе и царства Óхвота на востоке, чьи политические отношения в последнее десятилетие становились всё более нестабильными и склонялись в сторону разрешения конфликта военными действиями.

Миссия делегации заключалась в укреплении союза с граничащей столицей и возможностью разместить на её территории свои войска. Солар не сомневался, что Охвот уже направил или планировал направить свою делегацию с аналогичными требованиями, но, поскольку Накс дал добро на аудиенцию, можно было предположить, что либо Охвот ещё не заявился, либо ему отказали, либо Накс принимает обе конфликтующие стороны и решает, с кем альянс принесёт бóльшие блага государству.

Несмотря на то, что страны на протяжении нескольких веков соседствовали друг с другом, никто не пытался прибрать Накс себе, поскольку его независимость и отстранённость в политических вопросах Бимы и Охвата представляли гарант мира.

Накс был лишь точкой, связующей запад и восток.

Солар считал, что его отец – действующий император, Норбум Десятый, поступал опрометчиво, поддавался на провокации и сам способствовал разжиганию конфликта, который можно было затоптать, как вспыхивающую искру в пепле.

Полторы недели на баджах и Солар в составе советников, с ремесленниками и стражей прибыли к подножью Накса, которое окружал Малый Накс – одна треть города, находящаяся на низине. Её функциональное назначение – разведение скота и выращивание урожая. Несмотря на прохладный климат, земли здесь плодородные, а равнины обширные. Они обнесены высокими лесами, которые способствуют созданию собственного климата в Малом Наксе, хотя с горы идут холодные ветра. Поэтому лето здесь короткое и чаще всего совсем нетёплое.

Две трети города, куда предстояло добраться делегации, – Большой Накс, расположены непосредственно на горе. На какой высоте, Накс данных не предоставлял, однако сам город расстилался на несколько километров ввысь, и, даже учитывая эти километры, до пика горы предстоял огромный путь.

Около пропускного пункта Солару и делегации пришлось задержаться на день. Не потому, что у них не было разрешения на подъём или их не ждали. Ждали, но не предвидели, что Бима придёт раньше времени. Их должен был встретить представитель государя Вила́ша, его правая рука, и провести до Накса, однако он рассудил верно, прикинув, что, поскольку климат в двух частях разнился, у Бимы может напросто не быть необходимого снаряжения для горной, заснеженной местности.

Этим Накс и был известен – вечной, суровой зимой, которая летом становилась несколько мягче. Снег там никогда не таял и не сходил. Возможно, это было лишь одно из чудес света, как Пять Вечностей, о которых в детстве читал Солар, но он предпочитал думать, что дело исключительно в высоте и температуре.

На следующий день Касья встретился с представителем Вилаша и был поражён его возрастом. Перед ним стоял молодой человек лет семнадцати-восемнадцати, с бледной кожей, чёрными раскосыми глазами и запечатанной лилейной улыбкой. По сравнению с солдатами Солара на вид он был тощим и слабым, он буквально тонул в огромной меховой шубе, которая являлась обязательным атрибутом каждого жителя Накса. Мех принадлежал известному в их краях хищнику – семисоткилограммовому лику.

– Искренне приветствовать рад вас я, – произнёс представитель Вилаша на языке Бимы, держа ладони в рукавах шубы и поклоняясь. – Имя моё Ва́ши. Быть для меня вашим провожатым честь.

Он использовал диалект высшего сословия Бимы, поэтому его слова звучали торжественно и высокопарно. Лучший выбор для того, чтобы произвести впечатление на наследного императора, который даже не ожидал, что законный представитель государя будет говорить с ними на одном языке. Для этой роли с делегацией прибыло три переводчика из Румы. Язык наксов такой же таинственный и недоступный для изучения, как территории его собственного государства.

– Наследный император, Солар Девятый. – Касья протянул руку, на что Ваши удивлённо воззрился. – В честь приветствия мы пожимаем друг другу руки.

– Истинно так. – Ваши заулыбался сильнее, доставая голую руку и протягивая её Солару. – Читать доводилось мне об этом, но избегают наши обычаи… излишних прикосновений.

Рука Ваши была меньше руки Солара: пальцы тоньше и короче, ногти миниатюрнее и имели квадратную форму, кожа была прохладной и сухой – грубой и жёсткой. Свою ладонь Ваши даже не сжал, а Солар, боясь перебрать, сжал свою совсем легко.

Когда рукопожатие окончилось, Солар позволил себе ещё раз рассмотреть лицо правой руки Вилаша. Молодой, совсем молодой – Ваши спрятал ладонь в рукавах, – в его стране рядом с императором в правительстве могли сидеть мужчины не младше тридцати лет. Лицо у Ваши было детским, однако следы Накса на нём закрепились уверенно: обветренные губы, красные щёки, белая – будто прозрачная кожа. Солар читал об этом – в Большом Наксе большую часть времени преобладает пасмурная погода и солнца наксы почти не видят, но, складывалось впечатление, что это их мало волнует, иначе бы они давно перенесли своё поселение на низины.

Что ещё было занимательно во внешнем виде Ваши, так это бусины в его чёрных, вьющихся волосах. Солар не мог определить, что это за материал: внешним видом он напоминал дерево, а шероховатостью – камень. Однако при большом количестве камни могли быть слишком тяжеловесны. Стоило ли украшение дополнительного веса? В Биме украшения для волос делались исключительно из лёгких материалов, поскольку дозволялись даже солдатам. Чаще всего это были разноцветные перья грумов, которых разводили для декоративных целей.

– Подниматься будем мы два дня, – заговорил Ваши. – Если есть у вас дела в Малом Наксе или же насладиться хотите видами богатых равнин вы, задержаться вправе мы.

– Дел у нас нет, – ответил Солар.

– Тогда собираться предлагаю медленно. Переодеться нужно вам. Помогут наши люди… – Ваши задумался. Не так скоро Солар понял, что он подбирал слово. Наследный император заострил внимание: несмотря на то, что «ш» в исполнении Ваши звучало на грани с «ц», его язык был почти беглым. – Помогут с вещами. Закрепить нужно будет на тахтах их.

Для перемещения по горной местности наксы использовали более безобидного сородича лику – тахта, способного нести на своей спине до тонны дополнительного веса. Ни лику, ни тахтов Солар прежде не видел, и вид огромного зверя не вызывал спокойствия. Трудно было поверить, что тахт – лишь менее агрессивная версия лику, но звери без намёка на враждебность мирно лежали в загоне или хлебали воду. У них был густой белый мех, морда сплющена, уши короткие и прижаты к голове, хвост висел кисточкой. Глаза, привлёкшие внимание Касьи, были глубокого синего цвета. Когда один тахт зазевался, Солар увидел, что у него отсутствовали зубы – наксы, по всей видимости, предпочитали перебдеть. Когда Солар закончил с осмотром, он понял, что тахтов не больше пятнадцати штук. Учитывая, что даже если на каждом будет по три человека, их не хватит, чтобы перевезти всех людей Бимы.

– Истинно так, – поклонился Ваши. – Тахтов не так много, как хотелось бы нам, выводить не позволяет большую их часть ради приветствия государь, поэтому оставить придётся нам часть ваших людей в Малом Наксе. Возьмите необходимых для того, чтобы не остаться без охраны.

Без охраны Солар не остался бы в любом случае. Даже тех людей, которые поедут с ним, достаточно, поэтому он согласился с таким раскладом дел.

Когда вещи были загружены и стало определено, сколько людей можно взять с собой, делегации выдали шубы, сапоги, шапки и варежки. Солар никогда ещё не одевался так тепло и одежда ещё никогда не была такой тяжёлой. Он удивился тому, как Ваши легко расхаживал в своём одеянии и какими плавными были его движения.

– Наследный император, – обратился к нему Ваши, – поехать изволите со мной? – Раскосые глаза сощурились, а улыбка стала более лилейной.

Солар не видел причин отказываться. К кому-то присоединиться в любом случае пришлось бы, почему бы этому человеку не быть представителем государя? Тем более что с ним можно поговорить на те темы, которые обсудить с рядовыми сопровождающими нельзя. Например, темы, которые касались Охвота.

Ваши помог Солару взобраться на тахта. В отличие от седла баджей у седалища тахта не было стремени, хвататься нужно было за рукояти и подтягивать руками тело. Самое сложное состояло в том, чтобы перекинуть ногу в длинной шубе. Неуклюжая попытка Солара и слегка взбеленившийся неаккуратному обращению тахт рассмешили Ваши. Он смеялся секунду, а потом закрыл себе рот, виновато поднимая глаза на наследного императора.

– Искренне… прошу прощения, – сказал он.

Солар улыбнулся, поудобнее устраиваясь в седле.

– Я представляю, как выглядел. Можете посмеяться ещё.

Это был первый раз, когда Ваши не улыбался. Он был удивлён, но лишь мгновение, в следующее позволил себе несколько выразительных смешков.

– Так вы, – Ваши почесал тахта за ухом, на действие тот немного склонился влево, и Ваши взялся за рукояти, подтянул тело и перекинул ногу, усаживаясь в седло, – добрый император?

– Так его можно было попросить наклониться? – решил подковырнуть Касья с загадочным выражением, взирая на правую руку государя. Ваши засмеялся.

– Искренне прошу прощения, всегда любопытно, как обращаются с тахтами люди.

– А часто доводится видеть? – Солар прикинул, что Накс сам по себе – территория закрытая, навряд ли там уж так часты гости как в той же Биме, которая была богата своими белыми пляжами и лазурными водами.

Ваши поднял руку, подал сигнал впереди стоящим тахтам.

– Нет, не часто, как понимать можете вы. – Тахт дёрнулся и начал неспешное движение. – Но есть у нас всегда кто-то, кто учиться начинает только-только. – Под ногами Солар чувствовал, как мышцы зверя перекатывались, как он дышал и как билось его сердце. – Это всегда событие.

– А их зубы?.. – начал Солар. – Вы их вырываете, верно? И когти тоже?

– Истинно так, – кивнул Ваши. – Несмотря на то, что более миролюбивы, остаются хищниками они, но, взамен на их орудия, предоставляем им необходимое питание мы. Ведь охотиться забрали их возможность, значит, быть должны в ответе за их обеспечение мы.

Они несли ответственность за тех, кого приручили. Солару нравился такой подход. Если бы его отец ещё мог нести ответственность за Биму в полной мере, возможно, присутствие Солара в Наксе было бы напрасным. Он бы хотел, чтобы так было. Тахт вздрогнул и фыркнул, Солар неосознанно взялся за рукоять крепче.

– Ш-ш, – зацыкал Ваши, протягивая руку к голове тахта и поглаживая его. – Миаре, Наш, – сказал он на накском.

– Миаре – кличка тахта? – спросил Солар.

Ваши обернулся, на лице была не сходящая мягкая улыбка.

– Наш, – поправил Ваши. – «Миаре» – аналогично вашему «тихо-тихо».

– Вот как, миаре… – распробовал нежное слово на вкус Солар. Оно понравилось ему больше «тихо-тихо». – Я могу кое-что спросить?

– О чём угодно, наследный император.

– К вам… уже приходил Охвот?

– На-а, – протянул Ваши. – Перешли к политическим вопросам мы, – его голос звучал спокойно, – истинно так, посещали нас охвотцы.

– И, если не секрет, что вы решили?

– Не решали ничего мы. – Ваши кивнул. – Сохранить хотел бы нейтралитет государь. Однако понимаем мы: что бы ни решили, пострадать можем мы. Если ничего не решим – победит тот, кто доберётся до Накса первым, если решим – станем перевалочным пунктом и первой точкой, которую атакуют. В западне мы. Совсем крошечный… по сравнению с Бимой и Охвотом Накс. Нет и тридцатой доли вооружения у нас, которое есть у ваших государств… Искренне прошу прощения, у империи и царства. – Солар улыбнулся. – Это не наша война, но… – Ваши замолчал, и Касья почувствовал: это не от того, что он не может подобрать слово.

– Она вас затронет, – с сожалением закончил он и уставился на сиденье, на серый мех лику на своём теле.

– Истинно так.

– Я не поддерживаю эту идею, – честно сказал Солар. – Я не считаю, что война что-то решит. Единственное, что она даст, – завоевание земель. Но ни Бима, ни Охвот в этом не нуждаются… И, как мне известно, ресурсов хватает и там, и там…

– Наследный император, в этом и есть дело: «Как мне известно», а значит, быть может и так, что нуждается остро в ресурсах кто-то. Или землях. Или… в чём нуждаться могут жители низин?

«Жители низин» – чужеземцы для наксов. А в чём они нуждаются… от наксов это далеко, потому что это государство, которое обеспечивает себя самостоятельно. Это город, который жил сам в себе и всего лишь оказался на неудачном расположении между двумя державами.

– Но подсказать могу я, – начал Ваши, – что именно будет нужно в случае войны государю.

– А ничего, что вы мне расскажете это?

– Скажет вам сам об этом государь, поэтому есть ли смысл раньше или позже?

– То есть это условия, которые он ставит и Биме, и Охвоту?

– Истинно так.

– И каковы же они?

– Первое – обеспечить безопасность в случае начала войны жителям Накса. – Ваши наклонился к Наш и почесал тахта за ухом, на что зверь повёл головой влево, и Ваши с Соларом завернули в поворот. – Если начнётся война, станет местом сражения Накс, и на чьей будет стороне он, будет неважно. Второе – ресурсы на восстановление, покидать не планируем родные места мы. Навряд ли, пригодимся где-то ещё. Третье – независимость. Война – хороший способ прибрать к рукам и Оф-Накский хребет, понимает это государь, но отдавать не собирается ничего он, даже в случае разрухи.

– Это… всё?

– Истинно так.

Скромные, но логичные требования. Лучшего бы Солар не попросил. Бима в состоянии это дать так же, как и Охвот. Как тогда будет выбирать Вилаш? Кто даст больше почестей сверху? Кто задарит землями? Ресурсами? Ремесленниками? Норбум Касья считал, что ремесло решает – поэтому отправил с делегацией несколько представителей. «Пустые трепыхания», – подумал Солар. То, что нужно Наксу, – это мир. Вот чью сторону они примут – ту, которая его пообещает, ту, у которой больше возможности быстрее закончить войну и свести жертвы к минимуму.

Тахт зафыркал.

– Наследный император, смотрите. – Ваши указывал вправо, в сторону деревьев. – Видите, белое пятно?

Солар пригляделся. На низине Накса ещё произрастали трава и цветы, поэтому вычленить белое, среди зелёного и коричневого было задачей простой. Он увидел шустрый комок с длинным хвостом.

– Что это? – спросил он.

– Всего лишь местный грызун. Но что удивительно в нём, так это окрас. Белый – не свойственен для низин, особенно клёнком. – Это слово Солар знал, на накском оно означало период от начала цветения первого листа до момента увядания последнего. – Застали чудо мы, сказать можно.

Даже не видя лица Ваши, Солар отчётливо представил себе улыбающиеся раскосые глаза.

2. Большой Накс

За первый день они прошли предполагаемую половину пути, сделали два привала и добрались до шнёка – границы, где снег вступал в свои права. Из зелени над делегацией возвышались только многовековые ели, зачастую укрытые белыми шапками. Под лапами тахтов скрипел снег, температура воздуха значительно понизилась. Решение одеться заранее было верным. Наксам лучше известны их собственные земли. На ночь устроили привал, утром позавтракали и собрались в путь, но перед этим Солар заметил, как Ваши ублажил Наш в желании покувыркаться в снеге. Тахт, как огромный косматый ребёнок, носился по склону горы взад-вперёд, прыгал в сугробы и тёрся спиной о землю, подкидывая в воздух белый рассыпчатый песок. Ваши бегал за тахтом, пусть и отставал, но всё равно он перемещался быстрее, чем Солар в шубе из лику. Когда Касья дошёл до Ваши и Наш, Ваши тоже уже был весь в снегу, сидел рядом с тахтом и звонко смеялся. Волосы растрепались и открывали обмороженные уши – не хватало половины.

– Наследный император! – прикрикнул Ваши, поднимая руки. – Как утро ваше? Замёрзли?

Солар подошёл к Ваши. Руки свои держал в рукавах, как представитель государя.

– Ваши одежды – настоящее чудо, – ответил Солар.

Ваши показал зубы.

– А думали что вы? Гордимся только их тяжестью? – Ваши был очень доволен, что изделие его собратьев пришлось по душе чужеземному императору. Он встал на ноги, Наш пыхтела рядом, зарываясь в снег. Ваши отряхнулся, помотал головой, поправил волосы и прикрыл обглоданные морозом уши. – Отправляемся скоро, – сказал он. – Будем к вечеру в Большом Наксе.

– А вам не холодно без шапки? – поинтересовался Солар, втягивая сопливым носом воздух.

– Уже привычное дело. Останетесь у нас подольше, быть может, привыкнете сами?

– Нет, спасибо, – Солар улыбнулся с досадой, – мне по душе родные моря и пески.

Ваши почесал Наш за ухом, и та перевернулась на лапы, отряхиваясь от снега и мотая своим телом в разные стороны. Белый мех ходил ходуном. Ваши погладил плоскую морду и взялся за поводья. Они направились к лагерю.

– А море… оно ведь солёное? – спросил Ваши.

– Да, – кивнул Солар. – Солёное и лазурное.

– Как равнины на низинах Накса?

– Не-ет, – протянул удивлённо Солар. – Скорее, как отражение равнин в озере.

Ваши засмеялся:

– Знаю я, как выглядит лазурный. Ничего подобного у нас нет, только… есть одно, но оно другое. Укладываются все цвета Большого Накса в ряд от белого до чёрного.

– А деревья?

– Увидите, – Ваши и Солар дошли до лагеря, большая часть которого уже была собрана, – из Накса всё кажется белым и чёрным.

Солару показалось, что от этого Ваши стало грустно, но на его лице, как и прежде, была запечатлена улыбка.

Через пятнадцать минут они отбыли. Дорога по мере приближению к Наксу становилась более крутой и заснеженной. Тахты проваливались в снег, но упорно шли вперёд, не замечая препятствий. Солар поразился выдержке этих зверей, ведь они шли второй день, таща на себе и путников, их поклажу и провизию и не выказывали ни капли усталости. Возможно, они были натренированы должны образом или это их природные показатели – высокие выносливость и работоспособность. Ни дыхание, ни сердцебиение Наш не сбивались, несмотря на то, шли они по равнине или поднимались в гору. Иногда окружающий лес исчезал, и Солару открывался вид на продолжение хребта или панорама на близлежащие земли Малого Накса – всё это казалось далёким и невозможным: людей было не различить, их убранства – едва ли, виднелись только квадраты и прямоугольники полей. А затем делегация поворачивала и снова укрывалась в лесу, где царила неестественная тишина, в которой отчётливо было слышны пыхтение тахтов, их передвижение по свежему снегу и редкие переговоры на бимском и накском.

– Наследный император, – обратился Ваши, – как чувствуете себя вы? Довольно высоко мы.

– Всё в порядке, – ответил Солар, сверяясь со своим состоянием: голова не кружилась, воздуха доставало, в ушах не шумело.

– Славно. – Ваши звучал мягко и, будто бы для подтверждения, обернулся, и подарил Касьи заботливую улыбку.

Солар смутился. Только няни и учителя одаривали его такой улыбкой. В Наксе так принято? «Непредвиденные обычаи чужой страны», – подумал Солар, опуская взгляд и в очередной раз цепляясь за серый мех.

В следующий раз, когда делегация вышла из леса, над головами стояло тяжёлое светло-сиреневое небо, предвещающее снегопад. Однако беспокоиться было не о чем, заверил Ваши, до Накса оставалось полтора часа. Солару показалось, что, прежде чем он увидел алые огни на периферии, прошло порядка сорока минут. Возможно, Ваши соврал осознанно, чтобы удивить уставших от дороги путников. Когда дорога оказывается короче предвиденного, испытываешь больше радости, раньше времени достигнув цели.

Накс был таким, каким Солар его представлял себе: город-государство с серокаменными домами с узкими дверьми, которые ступенями возвышались друг над другом и поднимались всё выше и выше, кажется, вплоть до вершины Накса, но Солар знал, пик стоял неприкаянным, до него ещё нужно добраться. Самая дальняя обжитая точка – дворец государя, что дальше него, чужеземцы не знают.

Местные жители, все в огромным толстых шубах с интересом следили за процессией тахтов, и Солар неожиданно понял, до города сорок минут, а до дворца государя, в котором их примут, ещё сорок. В лучшем случае. Он горько улыбнулся и посмотрел вперёд перед собой. Голова Ваши казалась выше обычного, и, присмотревшись, Солар понял, представитель государя сидел ровно с поднятой головой. В Наксе он второе лицо Вилаша, он должен держать марку, но, как показалось Солару, держал он её слишком напряжённо. Хотелось сказать, что Ваши может расслабиться, что, скорее всего, это то, что лучше сделать, но Солар не был чьим-то советником, другом подавно, его советы абсолютно ни к месту, поэтому, прикусив язык, тоже расправил плечи и вздёрнул подбородок, вглядываясь в красные огни фонарей, пламя которых танцевало на тёмных домах.

Они прошли главную площадь имени Иигуса Второго, которая была украшена животными, вырезанными изо льда, мимо помпезной библиотеки, колоннады которой были выполнены так же изо льда и в которой, по словам Ваши, были собраны манускрипты первой летописи истории Накса и нескольких других, ушедших из жизни городов-государств, таких как Джахина или Зира – Солар о таких никогда не слышал. Также по пути им встретился театр с огромной купольной крышей и храм, украшенный живыми цветами. Цель его предназначения – венчать людей. И через час они стояли перед дворцом нынешнего государя – Вилаша камо Иигуса.

Их встретила прислуга. Делегация вошла через главный вход, вещи оставили разбирать снаружи. Ваши пообещал, что всё занесут, как только тахты будут разгружены. Прямо на входе он снял с себя шубу: на нём был светло-коричневый свитер, из-под которого торчала, по всей видимости, белая рубашка, на ногах были кожаные штаны, но то, что больше всего удивило Солара, это пара небольших топоров, которые закреплялись ремнями к бёдрам. Ваши не мог пропустить мимо пристальный взгляд Касьи.

– Не думали же вы, что совсем безоружный я? – лилейно улыбнулся он, на что Солар лишь в мирном жесте поднял руки и вскинул брови.

– Мне сказать нечего. – У него самого на поясе висел меч.

Ваши повеселел.

– Проводит вас в ваши покои прислуга, после отведёт на ужин. Буду там тоже я. Не будет, увы, государя. Окончен его ужин, ныне в покоях он, и не беспокоить лучше его. Намечены все дела на завтра, – сообщил Ваши и после поклона удалился.

Шубу Солара взяла девушка в длинном сером платье и с белым головным убором, за которым нельзя было угадать, какого цвета у неё волосы, какой они текстуры и длины. Все девушки выглядели одинаково, кажется, убор изменял даже формы их лиц, но глаза – глаза были у всех разные, пусть и раскосые как у Ваши, но у кого-то они были уже, у кого-то шире, у кого-то чёрные, а у кого-то светло-серые, чуть ли не белые. Так их и отличал Солар. Та девушка, что взяла его шубу, обладала узкими голубыми глазами.

Главный вход был невыразителен и скромен, не создавалось впечатления будто это дворец, будто в нём живёт государь. Солар был готов поспорить, что дома наксов изнутри выглядели так же, только меньше по масштабам, всё остальное: стены, потолки – это серый камень, настенные лампы и люстры – аналоги масляных ламп, которые редко уже встречались в Биме, ковры отсутствовали, картины тоже. Не было бахвальства оружием и доспехами. Всё, что должно быть спрятано от глаз врагов, спрятано надёжно. Скорее всего, это было связано со сдержанным характером, которым были знамениты наксы, и отсутствием роскоши в их крае. Они ни с кем не торговали, ни перед кем не хвастались, никого у себя не принимали – демонстрировать своё превосходство им не было нужно. Этой детали Солар позавидовал.

Его родная Бима только и делала, что пыталась угодить соседям. Отец говорил, что они демонстрируют силу и богатство, тем самым закрепляя своё превосходство и разницу в ресурсах, но всё, что видел Солар, было лишь попыткой не упасть в чужих глазах, показать, что на самом деле Бима чего-то да стоит.

В отличие от неё, Накс сам определял свою цену.

Несмотря на то, что Касья был императорским сыном страны, на которую, возможно, Наксу придётся положиться, Солара поселили, не разбираясь в происхождении, не обращая внимания на его статный вид и длинные алые волосы и такого же цвета глаза, которые были единозначимым показателем представителей семьи Касья. Возможно, только в Биме. В Наксе это было неважно: какие у тебя волосы и глаза, какой на тебе дорогой, обшитый золотом и топазами выходной костюм, какое обилие на твоём теле украшений: серёг, колец, браслетов, ожерелий. Солар улыбнулся, когда осмотрел свою небольшую комнату, наполнение которой включало в себя лишь односпальную кровать, шкаф, зеркало, письменный стол и стул.

Прислуга повесила шубу в шкаф, поклонилась и вышла. Солар подошёл к окну. Зато вид был замечательный: под ним рассыпался зигзагом весь Накс, освещённый красными огнями. Небо посерело, но Накс поглощала тьма. С чем это могло быть связано? С тёмными домами? Пафосным трагичным освещением? Низким расположением? Примыкающими лесами?.. Нет, лес стоял далеко. Тайна Накса.

Солар осмотрел комнату. На стене находилась труба, от неё шло тепло, которое с помощью рычага можно было регулировать. Система отопления отлажена. Поэтому в домах было тепло, несмотря на минусовую температуру за окном. Солару захотелось поскорее узнать у Ваши, кто за это отвечает и кто этим занимается.

Прислуга зашла через полчаса. Провела делегацию в банкетный зал, где был накрыт стол. Солар первым делом отыскал Ваши и занял место рядом с ним.

– Наследный император, при параде вы, – сощурился лукаво Ваши. Свитера на нём не было, только рубашка и кожаный жилет.

– Полагал, что увижусь с государем – не повезло.

– Миаре, – проворковал Ваши – его звучание совсем отличалось от того, что недавно выдавил из себя Солар. – Увидитесь завтра, но, сказать могу сразу, что неважно государю, во что одеты вы. Важно, что скажете вы. – Солар кивнул. – После завтрака, – тон Ваши посерьёзнел, – выслушает вас государь. Собраться обсудить предлагаю после ужина в читальном зале этот вопрос вам. Пробудете в Наксе ещё три дня вы, но решит всё первый. Понимаете, наследный император? – Ваши заглянул в глаза Солара.

Касья сглотнул. Быстро, решение нужно принять быстро, но и оттягивать его незачем – либо они покажут то, что убедит Накс принять их сторону, либо это уже сделал Охвот.

– А вы… на чьей стороне вы хотите быть? – спросил Солар.

– Вы – это… Накс? Или государь?

– Нет, вы – Ваши. Чего хотите конкретно вы?

Ваши моргнул пару раз, а потом прикрыл глаза.

– Увы, не даст мне ни Бима, ни Охвот того, чего желаю я. Но это не проблема, получу это сам я, но тогда, – Ваши посмотрел на Солара, – пойдёт наперекосяк всё.

– Что вы имеете в виду?

Ваши положил локти на стол и подпёр лицо.

– Секрет. Но скоро, если останетесь подольше вы, расскажу я. Хотите, покажу вам после собрания усыпальницу? Это первое, что увидеть изволят люди, которые посещают Накс. Если вообще посещают его, – посмеялся Ваши.

Всё, что слышал Солар об усыпальнице, – это то, что в ней собраны все государи Накса. Их тела запечатаны в нетающем льде. Имена и даты жизни выбиты там же. Навряд ли какое бы то ни было ещё государство могло похвастаться коллекцией вождей в их первозданном виде. Трупы Солара не привлекали, но компании делегации он заранее предпочёл компанию накса, который привлекал намного больше мужчин старше тридцати.

– Сходим, – согласился Солар, как перед ним поставили тарелку с жирным наваристым супом.

– Славно, – ответил Ваши и взял ложку, – заняться будет чем. – Он помешал бульон и сделал глоток. – Попробуйте обязательно вырезку, – Ваши указал на мясо перед ними, – и скажите мне о ваших впечатлениях. – Солар с вопросом взглянул на Ваши. – Любопытно, вкуснее ли вашего оно.

Солар кивнул.

– А что Охвот говорил?

– Не спрашивал… у него ничего я, – довольно отозвался Ваши, делая очередной глоток. – Скажу только вам, – Ваши склонился к уху Касьи, – импонируете мне более вы, – а потом рассмеялся. – У Охвота слишком серьёзные рожи.

Солар не растерялся, принял эти слова за комплимент.

3. Завтрак

Вечер и ночь ушли на собрание в читальном зале. После того, как Солар рассказал о требованиях Накса касательно предстоящей войны, мужчины старше тридцати высказали свои первые сомнения: может быть, это проверка? Всё-таки Ваши – правая рука государя Вилаша, они вполне могли разыграть юного господина Касью. Второй вариант – это могла быть откровенная ложь исключительно одного человека – Ваши. Ради чего? Ради собственного развлечения. Серьёзно в это никто из делегации не верил, но вариант сохранили. Сам же Солар выступал за третий – Ваши сказал правду и Вилаш ждал от них решительных действий по защите Накса. Большая часть делегации была с этим согласна. Началось жаркое обсуждение того, что Бима могла предложить городу-государству.

Реда – первый советник императора Бимы, мужчина в возрасте с проступающей сединой в рыжих волосах, рассматривал варианты о налаживании торговых отношений, например, обмен соли и специй на рукодельные изделия из меха зверей. Солар подставил бартер под сомнение: наксы непривередливый народ, их специи – это травы с низины, остальное они даже не пробовали, поэтому они и близко не страдают от того, чем больны в Биме: зависимостью от остроты и сладости. Встал вопрос – на что можно обменяться? И имеет ли это смысл? Захотят ли сами наксы продавать свои изделия? Нужно выбрать то, что находится в повседневном обиходе.

Сиха – специалист по малым и исчезнувшим народам Оф-Накского хребта, предложил ориентироваться на то, что связано с едой, вооружением или мелким ремесленным делом.

Специи: нужно показать, как наксы могут использовать соль для засаливания продуктов. Они сохраняют продукты с помощью копчения, возможно, засолка так же им подойдёт. Остальные специи первое время можно давать на пробу, а там наксы сами решат, нужно им это или нет.

Вооружение: несмотря на то, что Накс находится на приграничной зоне внутри Бимы и Охвота, периодически на низины совершаются набеги диких племён, отчего страдают пастбища и поля; иногда племена взбираются на Накс в надежде перебраться с запада на восток и обратно, и из-за этого под удар попадают уже мирные жители Накса; дикарям так же, как и всем людям, нужно пропитание. Климат в горах суровый и неподготовленные могут его не вынести, но те, кто вынесут, готовы глотки разорвать ради тепла и уюта. Оружие в Наксе холодное, огнестрельное даже для Бимы до сих пор является редкостью, поставляемой из стран, не желающих делиться секретом пороха. Бима может лишь предложить поставку необходимого количества холодного вооружения: мечей, копий, щитов, доспехов – возможно, этого будет достаточно, поскольку сэкономит ресурсы Накса.

Мелкие ремесленные дела: Накс народ простой и там, где более развитые государства уже используют станки, Накс обходится собственными руками, как в том же процессе шитья. Можно было бы поставить Наксу пару станков и ремесленников, которые расскажут, как их изготовить, и покажут, как с ними работать. Также, Сиха добавил, поправляя очки, бесполезно покупать наксов драгоценными металлами и камнями, для них эти материалы не имеют практической значимости, следовательно, бессмысленны и пусты.

Солар покивал, принимая предложение. Его клонило в сон, и он надеялся, что остальные делегаты более вовлечены в процесс – по крайней мере так казалось, по их разгорячённым обсуждениям. Как он заметил после того, как выпал из дрёмы, Ласаб всё записывал, ничего не вычёркивал, лишь ставил рядом крестики, а значимые моменты обводил.

Солар опустил голову и скрестил руки. Не было смысла в том, что он находился здесь, отец отослал его лишь по одной причине – необходимо было продемонстрировать имперское лицо. Пусть от всего лица были лишь алые волосы и глаза. Солару даже не было необходимости говорить о том, чем с ним поделился Ваши. Услышав это заявление завтра из уст Вилаша, делегация бы сама со всем разобралась точно так же, как и сейчас.

Солар перестал качать правой ногой и посмотрел на свою обувь – на дорогие по бимским представления золотые туфли с инкрустированными голубыми топазами, – здесь он примерно по той же причине, что и эти туфли на нём: чтобы не упасть лицом. Всё, что от него требуется, иметь соответствующий императорский вид, держать плечи расправленными, а грудь выпятить вперёд, как делал Ваши, оказавшись в Большом Наксе. Играть роль. Играть представителя. В этом было нечто разочаровывающее и подавляющее.

Солару в этом году исполнилось девятнадцать. Если бы отец умер, он бы стал следующим императором незамедлительно, но всё, что императорского было в его жизни, – это уроки теоретического и практического значения. Он мог назвать все значимые года сражений Бимы, её соратников и врагов, причины становления того и другого, мог читать на языках Охвота, Паттана и Сбилии, умел отлично фехтовать и выстраивать стратегии в условиях ограниченного времени, но без реальной пробы он не ощущал, что обладает этими навыками. Он умеет это, но что дальше? Как долго ещё придётся сидеть на месте без дела? Когда отец даст добро на первый поход? Когда даст попробовать хоть что-то? Даже в Накс он его отправил, потому что это безопасно и делать там ничего особо не надо.

Солар не испытывал злости, лишь чахнущую уверенность в себе и своих силах. Он закрыл глаза.

И завтра всё будет то же самое.

На завтрак делегацию пригласили после того, как государь занял своё место. Справа от него сидел Ваши и взглядом чёрных глаз провожал каждого пришедшего. Солар не остался без его внимания – ему он подарил более раскрытую и искреннюю улыбку. Солар смутился – снова она была похожа на те, что ему дарили няни и учителя.

Он занял место недалеко от государя, с левой стороны, и мог разглядеть того как следует. Примерно таким он и представлял себе правителя сдержанного по многим меркам государства: суровый, грозный, с холодными раскосыми глазами. У него были короткие чёрные вьющиеся волосы, в отличие от Ваши без бусин в прядях. На лице густая растительность: борода средней длины и аккуратно подстриженные усы. Уши – или то, что осталось от них, – «надкусаны». Глаза узкие: правый – чёрный, левый – белый: в белке словно плясала маленькая точка, которая расширялась и сужалась в такт эмоциями государя. На теле, возможно, выходной наряд тёмно-серых тонов: рубашка, застёгнутая под горло, жилет и, хоть Солар не видел, штаны и высокие сапоги – предположил он это, оценивая внешний вид стражи, которая стояла около дверей. Не было никаких блестящих пуговиц, пряжек, украшений, а в существовании наград Солар засомневался.

По левую руку от государя Вилаша сидело двое мужчин, одетых так же скромно и сдержанно, но в уже более светлых тонах. Ваши сидел по правую руку, и он выделялся как никто – светло-бежевый наряд был ослепительно ярким, чуть ли не белым, но, кажется, никто этому не придавал значения. Рядом с ним сидела молодая женщина тридцати лет, с собранными в пучок чёрными волосами. Все наксы, которых Солар видел, за исключением прислуги, были брюнетами. Иногда в их волосах проглядывались белые волосинки, словно часть волос решила несвоевременно поседеть. Однако даже несмотря на разброс цветовой гаммы правительства Накс, делегация Бимы выглядела как залетевшие случайно в холодные края пёстрые грумы. Чего только стоил наряд наследного императора: длинная рубаха обшитая золотыми нитями во всевозможных закручивающихся спиралях, пуговицы и запонки которой выполнены из хризолитов, турмалинов и шпинелев, турмалин как соединяющее звено, позволял одному цвету перейти в другой; свободные штаны так же обшиты золотом, как и туфли с закрученными концами. В комплекте с длинными алыми волосами – наследный император выглядел как нарядная танцовщица, на почтенном празднике Бимы – Литколи, когда танцует вся страна.

Солару было бы стыдно за свой вид, если бы от наксов отличался только он один, однако все представители делегации были одеты «цветасто», пусть и так не богато, как Касья, зато ярко и в дворце Накса – безвкусно: все в традиционных выходных костюмах, таких же, как у Солара, отличались только цвета. У Реда костюм был нежно-голубого оттенка, у Сиха – оливкового, у Ласаба – огненно-оранжевого, и так далее. Кажется, Солар начал понимать, что имел в виду Ваши, когда говорил, что Накс чёрно-белый. На его фоне, делегация Бимы выглядела как радуга в отражении лужи.

Солар пытался сдержать вздох разочарования. Хотя, в чём он точно был уверен, видя перед собой безразличное лицо Вилаша, так это в том, что государю нет дела до того, в чём перед ним сидят чужеземцы: в его глазах нет ни интереса, ни восхищения, ни порицания, ни отвращения. Он занимается тем, за чем пришёл в банкетный зал – трапезничает, и количество гостей за столом его не смущает. Солар хотел бы относиться к собственному присутствию здесь с такой же отрешённостью и поэтому он пытался переключиться на вкус непривычной еды.

Вчера он не смог сказать Ваши, было бы ли копчённое мясо вкуснее свежеприготовленного в Биме, потому что не разобрался во вкусе и текстуре. Было что-то привлекательное в протяжных нотках на языке, но оно совершенно отличалось от того, что ощущал Солар в Биме.

Когда завтрак был окончен и тарелки собраны со стола, Вилаш, не привлекая к себе внимание излишними действиями, заговорил. Его голос отражался от холодных стен и звучал внушительно и громко, хотя он даже не пытался перекричать говорящих до этого бимов:

– Приветствую, кхм, дорогие гости. – Он тоже говорил на бимском, однако его язык в разы уступал беглости Ваши, так же он использовал более простой для изучения язык среднего сословия. – Не хочу тянуть со, кхм, вступлением, все мы знаем, по какой причине здесь находимся, поэтому, кхм, передаю слово стороне Бимы. Скажите, – он протянул мощную руку вперёд, указывая на собравшихся, а Солар перевёл дыхание, – что вы можете нам предложить.

Ваши сидел рядом и с интересом глядел на членов делегации, выискивая того, кто заговорит первым. На Солара он даже не посмотрел, словно знал: наследный император здесь не для распаляющих сердца речей.

Реда поднялся со стула, обращая на себя внимание государя и его советников. Выглядел он и звучал как тот, кто не пустит слова на ветер – у него была природная сила убеждать людей в правильности своих решений, и сейчас, этим природным даром, будто его в нём запечатали, он пользовался на полную – Бима не могла отдать в руки Охвота Накс, не могла поступиться территорией и не желала проигрывать до начала войны. Реда назвал преимущества от альянса с Бимой, которые они проговаривали сегодня ночью, даже не заглядывал в записи Ласаба, смотрел он исключительно в разноцветные глаза государю, а Солар смотрел на Ваши – улыбка сошла с его лица, но любопытство играло в глазах, и, когда Реда закончил, он захлопал в ладоши.

Вилаш прикрыл глаза, а затем повернул голову к правой руке, позвал по имени и что-то сказал на накском. Ваши заулыбался, произнося: «На-а, Вилаш циони». В этот раз «ц» звучала без примеси «ш». Возможно, обращение по статусу. Несмотря на строгий тон, не было похоже, что Вилаш зол на своего представителя за лишние слова, возможно, он лишь сделал ему предупреждение, однако по реакции Ваши – этой его лилейной улыбке, нельзя было сказать, что это предупреждение из себя представляло.

Вилаш развернулся к делегации. Думал он не дольше мига:

– Благодарю за ваше предложение. – В этот момент Солар подумал, что они всё потеряли – так безапелляционно звучал государь. – Оно будет рассмотрено в ближайшее время, как и предложение Охвота, и вам будет дан ответ. Кхм. Вы остаётесь здесь ещё на три дня, верно? – спросил он у делегации, но ответил Ваши. – Тогда желаю, кхм, хорошо вам пронести время. – С этими словами он удалился из-за стола. За ним подтянулась стража.

Никто в составе делегации не проронил и слова. За государем последовали двое мужчин и женщина, один Ваши, встав из-за стола, поспешил к Касьи.

– Наследный император! – Солар вздрогнул от неожиданности, хотя прекрасно видел перемещения правой руки Вилаша, и перестал качать ногой. – Искренне прошу прощения! – тут же извинился он, поклоняясь. – Подумал, что видели меня вы… Выглядите… неважно.

Касья поднялся из-за стола.

– Спасибо за беспокойство, – сказал Солар. – Как долго государь будет рассматривать наше предложение?

– Не ведаю, – ответил Ваши. – Не меньше, чем неделю. Безусловно, отправит ответ он, но… затянуться может это. Нужно время.

– А на ваш взгляд, – не унимался Солар, – на ваш взгляд… как мы?.. Лучше Охвота? Хуже? – Только на этих словах Касья понял, что он находился в окружении делегации и что каждый её член хотел услышать ответ на этот вопрос. Ваши присутствовал на обоих собраниях, он являлся правой рукой государя, его слова – ближние к мнению Вилаша.

– Обнадёживать не хочу вас, – начал Ваши, склоняя голову и оголяя ухо-огрызок, – но… только на мой взгляд, которому импонируете вы, – сделав ударение, Ваши посмотрел в глаза Солара, – у вас шансы выше.

Солар пропустил вдох. Внутренне он заликовал. Он услышал, как с облегчением выдохнул Реда, как делегаты начали обсуждать избранный вариант и прикинули, что они могли бы добавить от себя ещё. У них есть три дня в Наксе, за это время, они могут подкрепить свои слова новыми предложениями.

– А теперь, – сказал Ваши, окинув взглядом делегатов, – посетим усыпальницу?

4. Усыпальница

Солар рассчитывал, что он будет с Ваши, однако Реда и Сиха с переводчиком из Румы решили присоединиться вместе со стражей. Держались они поодаль, не поспевая за темпом наследного императора и правой руки государя, так что их положение вполне можно было считать за «наедине». Солар был доволен, и словами Ваши, и предоставленной возможности обсудить некоторые вопросы. Касьи не так часто доводилось разговаривать с одногодками и погодками, поэтому выпавшим случаем он хотел воспользоваться в полной мере, к тому же его очень интересовало устройство Накса. И, если раньше Солар не представлял, что находится за дворцом государя, то теперь знал – та самая знаменитая усыпальница. Доступ к ней был не у всех наксов, и не каждый мог получить право на посещение даже ради того, чтобы почтить память предков.

– Наследный император! – позвал Ваши. – Как вам погодка?

Солар ступал с трудом, мелкий снег колол кожу, озверевший ветер терзал лицо, он бы ещё и волосы спутал, если бы они не были спрятаны под шапкой и шубой, зато волосы Ваши изрядно страдали, развеваясь на ветру, из-за бусин их штормило в разные стороны, но на лице представителя государя было довольное выражение. Он понимал, насколько погода неприветлива, но не упустил шанс подтрунить над Касьей.

Солар лишь надменно улыбнулся:

– Погодка замечательная!

Ваши рассмеялся.

– Нам недолго идти! – пытался он перекричать ветер. – Ещё два поворота!

Солар выпучил глаза.

– Ещё два?!

Подъём на своих ногах занял двадцать минут, которые полностью выбили дух из Солара. В ушах гудело от ветра, лицо давно перестало чувствовать, в носу всё заледенело.

Врата усыпальницы представляли собой две огромные створчатые двери, облепленные снегом, и по всей видимости, сотворённые из такого же нетающего льда, что и «гробы» государей. Перед ними стояло четыре стражника. Ваши в представлении не нуждался, а вот Солара представить было необходимо, так же в накской речи Ваши проскочили имена Реда и Сихи. Перед ними отворили двери и пропустили внутрь. Было поразительно тихо и безветренно, но тем, от чего в ужас пришёл Касья, были прозрачные колонны. Он непроизвольно остановился. В них были люди, и это не спящие мирным сном государи, которых заморозили после того, как они почили. На их лицах, по крайней мере тех, которые находились ближе всего к Солару, застыло выражение мучительной смерти – в этом не приходилось сомневаться. Солар подошёл к колонне. Человек напротив него был варваром: его тело было расписано чёрными линиями, одежды по минимуму, но обязательный атрибут саванных равнин – кусок шкуры беярда бурого цвета присутствовал, – позволяя идентифицировать человека. Рот варвара был широко разинут, он кричал, во льду сохранились пузыри воздуха, которые он выпустил перед смертью, его глаза вылезали из глазниц, казалось, век у него нет совсем, а всё лицо было испещрено глубокими морщинами. Судя по позе, его поместили в цилиндрический сосуд, крышку которого он хотел выбить.

Солар услышал шаги Ваши, они эхом расходились по ледяной пещере.

– Считают, что знаменита наша усыпальница тем, что собраны в ней все государи, но истинная её ценность в том, что собраны здесь побеждённые нами враги.

– И это всё?.. – Солар оторвался от варвара и поднял голову: колонна возвышалась на четыре-пять метров, и составлена она была из таких же цилиндров, в одном из которых был заточён варвар, а таких колонн – Солар бросил взгляд вперёд – не меньше сорока. – Всё… люди?

– Истинно так, – с примирением ответил Ваши. Касья посмотрел на него. Почему-то сейчас улыбки он не ожидал, но она была запечатлена на лице правой руки Вилаша. – Это наша история. Это наши победы. Это наша, – Ваши взглянул в глаза Солару, – жестокость.

Касья отвёл взгляд.

– Наследный император, расстраивает вас это?

Расстраивало ли? Солар снова взглянул на колонну, на людей, заточённых внутри.

– Я не знаю, – его собственный голос скакал среди льда, – мы так не поступали с противником… никогда. Это кажется…

– Диким? – усмехнулся Ваши. – Не отрицаю. Это дико. Этим традициям много веков, отойти можно было от них. Можно было, но, – Ваши тоже развернулся к колонне и положил голую красную руку на лёд, – так помним о том мы, что забывать не стоит.

– А что вам не стоит забывать?

– Какими были сильными наши предки. Через что прошли ради нашего существования они. Через что прошли ради нашей нынешней истории, – Ваши кивнул на варвара, – эти люди.

– История стоит на трупах, да?.. – спросил Солар и развернулся.

Улыбка Ваши исчезла. Его раскосые глаза откинули радушное выражение.

– Истинно так, – пропел он.

Без лишних слов они прошли вглубь усыпальницы, Солар старался не рассматривать окружение. Большая часть «гробов» – льды в форме параллелепипедов со смирно лежащими внутри вождями, – стояла в шахматном порядке на полу и лишь семь стояли в стене. Ваши указал на того, что располагался в центре.

– Диан камо Кора – первый официальный правитель Накса. Или его низин. Что больше нравится народу.

Солар воззрился на него. Диан был стариком в почтенном возрасте, у него были длинные седые волосы, раскинутые паутиной. Лицо мирное, глаза закрыты. Он выглядел как человек, который может в любой момент проснуться и продолжить свои верховные дела. Трудно было поверить, что он умер несколько столетий назад, ведь он воспринимался таким живым – достаточно протянуть руку и разбить лёд. На теле у него была лёгкая мешковатая одежда тёмно-синего цвета, свойственная наксам низин. Вместе с ним в гробу был деревянный посох с шарами на верхнем конце. До Солара дошло, что он похож на пастуха.

– Я думал, что «камо» – это титул, – сказал Касья, – но он стоит внутри имени и… сегодня вы обратились к государю Вилашу иначе… Что означает эта часть?

– «Камо» означает «ребёнок». Диан ребёнок Кора. Вилаш ребёнок Иигуса.

– А вы? Чей ребёнок?

– Ваши.

– Вашего отца тоже звали Ваши?

– Нет, – засмеялся он, и смех разошёлся по всей усыпальнице. Солар поразился, как при такой угнетающей атмосфере, среди живых трупов, можно спокойно рассмеяться. – У меня нет ни отца, ни матери, поэтому я ребёнок сам себе. Называть ребёнка в честь родителя у нас нет традиции. А вы, – Ваши вытянул руку из рукава и заходил пальцем по воздуху, – Солар камо Норбума.

– Получается, что да, – улыбнулся Солар. – Я, к слову, был удивлён, – сказал он, – что вы знаете бимский.

– А бимский под запретом?

– Нет, что вы! Не ожидал…

– Бима – ближайшее к нам государство, не знать зазорно её язык. – Чего Солар не мог сказать про себя, его учили языкам, которые имеют стратегическое значение. – К тому же, чтобы быть представителем государя, знать обязан три языка я.

– Три? включая родной?

– Родной не считается.

– Итого четыре языка… Какие ещё вы знаете?

– Охвотский и ргусский.

– Ргусс – это страна на конце Оф-Накского хребта?

– Истинно так, – обрадовался Ваши. – А знаете хорошо это вы?

– Географию? – Ваши закивал. – Мог бы знать лучше, – признался Солар. – Получается, мы с вами, как представители разных народов, можем говорить на третьем языке и понимать друг друга.

– Охвотский? – приподнял одну бровь Ваши, скрывая рукавами рот и пряча лукавую ухмылку.

– Истинно так, – передразнил его Касья. Ваши снова рассмеялся.

– Наследный император, – произнёс Ваши, исподлобья поглядывая на Солара, когда в усыпальнице с другого конца открылись двери, – поделюсь по секрету, но учу и четвёртый язык я.

Касья лишь подумал: «Куда ещё больше?», но вежливо поинтересовался:

– Что-то из ближних стран?

Ваши повёл головой из стороны в сторону, а потом шёпотом произнёс:

– Карвин.

Солар задумался лишь на секунду, в следующую по усыпальнице занеслись голоса Реда и Сихи:

– Настоящие люди!..

Касья взглянул на смущённого Ваши, до сих пор прикрывающего нижнюю половину лица мехами.

– Но это… другой конец материка, – сказал наконец Солар.

– Это моя мечта, – затрепетал веками Ваши. – Там ведь… вместо земли песок, там море с трёх сторон. А ещё!.. – Ваши потянулся к Солару. – Говорят, нашли там чёрную воду! Она вязкая, как смола… А ещё не пригодна для питья… И она горит! Увидеть хочу своими глазами. А ещё говорят, жарко днём так, что хоть зарывайся в землю, а ночью холодно так, что впору надевать шубы из лику! Представляете? Как это возможно?

Интерес Ваши был искренним и детским. Он соответствовал его лицу, а мерцающий в глазах блеск оттенял тот факт, что вокруг них десятки трупов. Солар нежно улыбнулся.

– Если хотите, значит, побываете там.

– Придумать осталось только, как… – Ваши остановился на полуслове. Улыбка сошла с его губ. – Забыл я… – Ваши потянул Касью к себе за шубу. – Скажу вам я, как останемся наедине мы. Это очень важно.

Послышались шаги. Реда и Сиха в компании переводчика и стражи приближались. Ваши снова заулыбался.

– Дорогие гости! – позвал он их. – Как вам в нашей усыпальнице?

– Жутко, да и только! – отозвался недовольно Реда. – Это кощунство! Изголяние над людьми! Но претензия это не к вам, уважаемый Ваши, а тому, кто проделал это.

Ваши и глазом не повёл, улыбка осталась на законном месте.

– Спокойствие, советник Реда, – заговорил с ним Сиха. – Это не более чем старинная традиция. Когда сюда доставили… последнюю часть колонны? – обратился он к Ваши. Тот встрепенулся. Солар понял, он решал, говорить правду или соврать, чтобы выставить Накс в лучшем свете.

– Десять лет назад, – ответил он, и Солару было трудно рассудить: давно это или нет, – всё-таки «десять лет назад» означает, что столько времени не было набегов дикарей… что меньше всего походило на правду.

Реда и Сиха тоже не знали, как относиться к этой цифре, но Сиха решил взять ситуацию в свои руки, пока первый советник вычислял ложь.

– Скажите, это ведь запечатанный лёд?

– Истинно так, – кивнул Ваши.

– А двери усыпальницы? – Ваши снова кивнул. – Кто этим занимается?

– Священники. Как правило, выбирают их сроком на всю жизнь. Тратят её для поддержания льда они, а когда уходят, приходят на их место новые и накладывается очередная печать. Учитывая холод Накса, растает навряд ли лёд, однако служит и укреплением печать: не треснет ничего, не разобьётся, даже если оказано будет давление. Лёд в усыпальнице – самый крепкий материал в Большом Наксе.

– Крепче стали? – поразился Сиха, поправляя очки.

– Крепче, если не запечатана сталь.

– А отопление? – продолжал Сиха. – Оно же работает постоянно? – Ваши кивнул. – Тоже с помощью печатей?

– Истинно так. Находится под дворцом одна котельная, которая служит для обогрева дворца и прилежащих областей, в городе три собственные котельные. Поддерживаем с помощью печатей огонь мы, регулируем его температуру и воздействовать не даём ему на… климат Накса.

Управление печатями говорило об уровне подготовленности заклинателей государства. Сами по себе печати для поддержания состояния материала или природного явления не были сложными, можно сказать, они одни из базовых – это первые вещи, которым обучают заклинателей. Об уровне говорило то, что заклинатели могли поддерживать печати постоянно: каждый день, каждый час, каждую секунду своей жизни – сложно только представить, какое обучение они проходили, чтобы суметь достигнуть такого навыка, не говоря о том, что далеко не все люди могут стать заклинателями, далеко не все заклинатели могут филигранно использовать печати. Это безусловно поразило и Солара, и Сиху, и даже негодующего Реда.

– А как много у вас заклинателей? – спросил Реда.

Ваши прикрыл глаза и наклонил голову.

– Порядка… пятой части. – Он открыл глаза. – Только это те, которые пребывают в Большом Наксе, Малый – не в счёт, хотя есть и там заклинатели – оберегают скот и посевы они.

– То есть ставят защитные печати? – снова задал вопрос Сиха.

– В том числе и защитные. Управление ветром, солнцем, водой, землёй, укрепление собственных тел, скота.

– А скота зачем? – спросил Солар, Ваши взглянул на него.

– В первую очередь, чтобы выстоять перед хищниками. Много на равнинах намов – маленькие, но свирепые звери, с острыми когтями и зубами. Пережить их нападение сложно даже человеку. Охотятся стаей они, терзают свою жертву, потрошат, портят ядом мясо. Что не съедают, оставляют. Но толку от этого мяса человеку нет, сжечь остаётся только.

– Мы так печати не используем. – Сиха снова поправил очки. – Обычно мы используем их для укрепления орудий, в медицине, чтобы, например, останавливать кровотечение, и по всякой мелочи, но, похоже, устройство людей в Наксе совсем другое, раз позволяет им всю жизнь держать печать на льдах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.