Константин Ходин
Ядерный апокалипсис

Пепельное небо

Мир больше не знал тишины. Даже теперь, спустя годы после последнего взрыва, землю охватывал неестественный гул – эхо разрушений, глухой шёпот ветра, несущего пепел в каждом порыве. Небо, однажды синее, стало серым, как старый порох, а солнце больше не грело, лишь угрожающе светилось за мутной пеленой облаков.

Райан пробирался через груды обугленных останков города, который некогда назывался «домом». Теперь от него остались лишь безмолвные скелеты зданий, среди которых гнездился холодный ветер. На плечах Райана висел рюкзак – его единственная ценность. Внутри – две бутылки воды, остатки сухарей и маленький, почти исписанный блокнот, где он записывал свои мысли.

«Выжившие где-то есть, – напоминал он себе каждый день. – Должны быть».

Но правда была жестокой: шансы встретить другого человека уменьшались с каждым годом. Те, кто не погиб в огне, нередко падали жертвой радиации или, что ещё хуже, друг друга. Никто больше не доверял никому.

Вдалеке раздался странный звук – скрип металла. Райан замер. Его рука сама собой потянулась к ножу на поясе. Звук повторился, и на этот раз он был ближе. Кто-то или что-то двигалось в руинах.

Райан медленно прижался к стене, стараясь не выдать себя. Он сделал глубокий вдох и на мгновение закрыл глаза, проклиная себя за то, что осмелился подумать, будто это мог быть человек. Здесь, в пустошах, звуки редко приносили хорошие новости.

Райан сжался, сдерживая дыхание. Скрип металла звучал все громче, и теперь он отчетливо слышал шаги – не торопливые, а настойчивые, будто кто-то знал, что делает. Противник, если им действительно был кто-то, подходил слишком близко. Приняв решение, Райан отскочил в тень ближайшего здания, держа нож в правой руке.

Тень на полу была длинной, деформированной, как отпечаток тени, оставшийся от прошедшего времени. В этот момент его сердце застучало быстрее, но его тело продолжало двигаться бесшумно, как тень. Он был давно научен выживать в этом мире, где каждый шаг мог стать последним.

Внезапно из-за угла появился человек, его фигура была неясна в тумане пыли и радиационного мрака. Он двигался медленно, не заметив Райана, будто не спешил никуда. В его руках был странный металлический предмет, похожий на оружие, но его силуэт сливался с разрушенной городской средой.

«Променяй курс, парень, не стоит привлекать внимание», – тихо сказал себе Райан, затаив дыхание.

Он наблюдал. Этот человек был явно из тех, кто выжил, возможно, такой же, как и он. Но внешность была обманчивой. У человека не было того блеска надежды, что когда-то горел в глазах, – только тяжёлое, пустое выражение. Ушедшие в прошлое были до боли похожи на роботов, автоматически выполняющих свою работу.

Райан тихо перебрался через обломки, двигаясь вдоль здания. Он знал, что эти пустоши часто скрывают за собой не только выживших, но и тех, кто оставил за спиной последние остатки человечности. В этом мире не было места для слабых.

Звуки шагов приближались. И вот, когда до того незнакомца оставалось всего несколько шагов, Райан не выдержал. Прежде чем тот успел заметить его, он выскочил из тени, резко приставив нож к его горлу.

– Не двигайся, – прошептал Райан, сжимая оружие.

Человек замер. Лицо его было скрыто под капюшоном, и только глаза оставались открытыми. Он казался спокойным, даже не испугался. Его взгляд был пустым, будто он уже слишком много пережил, чтобы бояться чего-либо.

– Ты кто? – спросил Райан, не убирая нож.

Мужчина вздохнул, не спешив с ответом. Его губы чуть изогнулись в полуулыбке, но в его глазах не было ни радости, ни страха.

– Я – ничто. Ты должен это понять, парень. В этом мире мы все стали ничем.

Райан нахмурился, чуть ослабив хватку на ножнице. Человек явно был из тех, кто наблюдал за концом мира и привык к его тирании.

– Я не ищу проблем. Я просто иду. – ответил Райан, отпуская его, но всё ещё не доверяя этому чуждому существу.

– Ты, как и все, ищешь одно. – сказал незнакомец, по-прежнему не убирая руки с оружия. – Надежду. Только её не существует. Она была уничтожена ещё до нас.

Райан внимательно посмотрел на этого мужчину. Он не знал, был ли тот прав, или это просто результат многих дней одиночества. Но что-то в его словах заставляло сердце сжаться.

– Что ты знаешь о том, что там, за горизонтом? – спросил Райан.

– Там? – повторил мужчина с лёгким смехом, глаза его сверкнули. – Там ты только найдешь ещё больше руин, ещё больше мёртвых. Только у мёртвых есть смысл, парень. Они не спрашивают, не ищут. Они просто уходят. Мы остались, чтобы понять, почему.

Райан не знал, что ответить. Он видел пустые города, пережил разрушения, но всё равно верил, что есть место, где всё будет по-другому. Где можно вновь стать человеком, не потеряв себя.

Внезапно мужчина сделал шаг назад, не смотря на угрозу. Он как-то странно улыбнулся, и его лицо стало более открытым. На миг Райан увидел в его глазах боль, настоящую человеческую боль, и понял, что этот человек, несмотря на свою циничную философию, всё ещё остаётся живым.

– Ты прав, – сказал Райан, убирая нож. – Но я всё равно верю, что где-то есть место для нас. Даже если я ошибаюсь.

Мужчина стоял и смотрел на него, будто взвешивая каждое слово.

– Ты ошибаешься. Но ты ещё молодой. Тебе нужно пережить гораздо больше, чтобы понять, что мир забрал не только людей, но и саму надежду.

Райан молча повернулся и пошел прочь. Молчание сопровождало его, как призрак. Но в глубине души он всё ещё верил, что где-то, за горизонтом, есть ответ. И даже если это только ложь, это была его ложь.

Райан шёл по развалинам, чувствуя, как ногти на руках сжимаются в кулаки. Он не знал, сколько ещё ему предстоит пройти, прежде чем снова найти надежду. Но одно было ясно: в этом пустом мире всё, что у него было, – это шаги вперёд и мысли, которые он ещё не успел забыть.

Вокруг него тянулись мёртвые города – обломки. Каждое здание когда-то было живым, каждое окно отражало мир, который не был готов уйти в небытие. Теперь они лишь молчаливые свидетели человеческой глупости, накапливающие в себе следы разрушения и боли.

Райан спустился в туннель, когда увидел его вдалеке. Этот туннель был одним из тех, что использовались ещё до войны – часть старой метрополитенской сети. Он знал, что под землёй чаще всего можно найти не только укрытие, но и запасы. Может быть, здесь он найдёт то, чего так не хватало в пустых городах: воду, еду, или хотя бы кусочек прошлого.

Далеко в туннеле вспыхнули огни. Райан замер, прислушиваясь. Он знал, что это может быть опасно – свет в этом мире всегда привлекал внимание. Здесь никто не оставался незамеченным, и многие, кто поднимал огонь в ночи, делали это не для того, чтобы согреться.

Он осторожно подошёл к источнику света, замедляя шаги. В тусклом свете он различил несколько фигур. Тень человека, склонившегося над картой. Другой – старый, с длинной бородой, сидящий у костра. Казалось, что они не заметили его, но Райан не хотел рисковать.

Он присел за бетонной колонной, наблюдая. Мужчины внизу говорили о чём-то важном, судя по их жестам и напряжённым лицам. Райан не мог расслышать, но по интонации сразу понял – это были выжившие, и они, вероятно, знали что-то, что могло изменить его поиски.

– Мы не можем задерживаться, – сказал один из них, парень лет двадцати, с красными глазами, как у человека, долго не спавшего. – Завтра будет ещё хуже. Они придут за нами.

– Я знаю, – ответил тот, кто был постарше, с бородой, – но мы всё равно не можем оставить их. Мы обязаны попытаться.

Райан остался в тени. Он не знал, кто эти люди и что они имеют в виду, но у него было предчувствие, что это не просто случайное совпадение. Возможно, это были те, кто оставался живым не только физически, но и морально. Но их разговор был слишком настороженным, и Райан не мог рисковать.

Он двинулся дальше, скрываясь в темноте туннеля, пока не оказался в полной тишине. Пепел, как и прежде, окружал всё вокруг, а воздух был насыщен чем-то, что оставляло вкус металла на языке. Это место казалось заброшенным, но Райан чувствовал, что в этих руинах ещё скрыта жизнь, ещё можно найти людей, которые искали того, что не исчезло в этом мире.

Когда он наконец выбрался на поверхность, время уже близилось к ночи. Райан устроился на ночлег в укромном месте, его мысли не давали покоя. Он знал, что в этих пустых землях нет того, что можно было бы назвать домом. Но было что-то в разговорах тех людей, в их жестах, что подсказывало ему – возможно, они знали, куда идти.

Или, может быть, он сам знал, что за горизонтом скрывается нечто большее, чем просто очередной миропорядок разрушений. Надо было двигаться вперёд.

Райан свернул клочок картона и написал на нём слова, которые стали для него напоминанием:

«Мир может быть мёртв, но всё ещё есть шанс».

Время ушло, но его вера в это не угасала. Завтра, может быть, он встретит тех, кто откроет ему путь в будущее. Или, может быть, он сам станет тем, кто поведёт за собой.

Райан взглянул на звездное небо, которое было всё таким же, как и в том мире, где ещё несколько лет назад люди смотрели на него с надеждой.

Райан проснулся от едва слышного треска веток. Холодная ночь пустошей оставляла свои метки на теле – руки затекли, дыхание казалось паром, который мог выдать его присутствие. Он тут же потянулся к ножу, лежащему рядом, и замер, прислушиваясь.

Звук повторился. Кто-то осторожно двигался в его направлении. Он быстро оглядел место, где ночевал: остатки разбитого дома, полуобрушенная стена, пара обугленных балок. Укрытие не было идеальным, но до этого момента служило достаточно надёжным.

Райан пополз к ближайшей тени, прижимаясь к земле. Сердце гулко стучало в ушах, и каждый вдох казался слишком громким.

В темноте мелькнул силуэт. Он был невысокий, двигался с осторожностью, но не так, как хищник. Скорее как человек, боящийся попасть в ловушку. Райан напрягся, пытаясь понять: это одиночка или разведчик группы?

Человек приблизился, и Райан заметил, что тот держит в руках странный металлический предмет. Не оружие, а что-то больше похожее на прибор, возможно, устройство для измерения радиации. Это был новый тип устройства, который он ещё не видел.

Когда незнакомец оказался достаточно близко, Райан вскочил и рывком схватил его за руку, выдернув прибор и прижав нож к его горлу. Незнакомец вскрикнул, но не сопротивлялся.

– Кто ты? Что тебе нужно? – резко спросил Райан.

– Подожди! Я не враг! – быстро заговорил человек, голос его был высокий, почти подростковый. – Пожалуйста, не убивай!

Райан чуть ослабил хватку, но нож не убрал.

– Тогда объясни, что ты здесь делаешь.

– Я искал… искал это, – незнакомец кивнул на прибор, который Райан сжимал в левой руке. – Это детектор. Он ищет… активные сигналы.

Райан нахмурился.

– Какие сигналы?

– Электричество, – выпалил парень. – Ты не знаешь? Где-то тут есть работающая станция. Люди говорили, что её запустили снова. Возможно, там выжившие.

Эти слова застряли в голове Райана, как удар молнии. Электричество. Это слово было почти мифическим в мире, где технологии превратились в бесполезный хлам. Если станция действительно работала, это значило, что кто-то нашёл способ вернуть жизнь.

– Ты уверен? – спросил Райан, пристально глядя на парня.

– Да, я слышал от группы кочевников. Они говорили, что видели свет в ночи. Я просто хотел проверить…

Райан отпустил парня и шагнул назад, оставаясь настороже. Тот тяжело дышал, потирая горло.

– Если это правда, – продолжил Райан, – тогда почему ты один? Где твоя группа?

Парень опустил взгляд.

– Они не поверили мне, – сказал он тихо. – Сказали, что это ловушка. Что свет всегда привлекает смерть.

Райан задумался. Он тоже знал, что свет в этом мире редко обещает спасение. Но мысль о работающей станции не давала ему покоя.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Калеб, – ответил парень. – А тебя?

– Райан.

Калеб осторожно сделал шаг вперёд.

– Послушай, я знаю, как найти это место. Но мне одному не справиться. Если ты поможешь, мы можем найти его вместе.

Райан молчал, оценивая его. Парень выглядел молодо, неопытно, но в его голосе была решимость. Возможно, слишком наивная для этого мира, но всё же настоящая.

– Если это ловушка, ты понимаешь, что мы оба умрём? – хмуро сказал Райан.

– Если мы ничего не сделаем, мы тоже умрём. Просто медленнее, – ответил Калеб, глядя ему прямо в глаза.

Эти слова напомнили Райану его собственные мысли. Сколько раз он сам говорил себе то же самое?

Он кивнул.

– Ладно, – сказал Райан. – Показывай дорогу.

Калеб улыбнулся – редкая, искренняя улыбка, которая выглядела так странно в этом мире.

– Спасибо. Я обещаю, это того стоит.

Они собрали свои вещи и двинулись в путь. Свет будущего – миф или реальность – звал их за горизонт, где воздух был густым, а каждый шаг мог стать последним. Но теперь Райан не был один.

И в его сердце вновь зажёгся огонёк надежды.

Дорога к предполагаемой станции была долгой и напряжённой. Ветер, приносящий с собой запахи гари и химии, постоянно напоминал Райану, что мир не забыл о своих шрамах. Калеб шёл впереди, держа в руках прибор. Его лицо, хоть и скрытое грязным капюшоном, иногда выдавало искру внутреннего беспокойства, но он старался казаться уверенным.

– Ты всегда был один? – спросил Райан, чтобы прервать тягостное молчание.

Калеб замедлил шаг и оглянулся. Его глаза, глубокие и карие, на мгновение блеснули, как у зверя, привыкшего к охоте.

– Нет, – ответил он, пряча взгляд. – Я… Я был с семьёй. До… до того как всё это началось.

– И что случилось? – Райан понимал, что спрашивать о прошлом опасно. Но он должен был знать, можно ли доверять Калебу.

Калеб хмыкнул, но это был скорее горький смех.

– Они были… хорошие. Мы держались вместе как могли. Мой отец… он всегда говорил, что главное – это сохранять разум. Никогда не становиться… как те, кто забыл, что значит быть человеком.

– И? – Райан заметил, как Калеб напрягся.

– И это не помогло, – сказал он, опустив голову. – Пустоши не прощают. Мы наткнулись на группу людей. Казалось, они тоже выживали, как и мы. Но когда дело дошло до еды…

Он замолчал, будто слова застряли в горле. Райан не стал давить, но взгляд Калеба говорил больше, чем слова.

– Они… взяли всё. – Калеб стиснул зубы. – Отца убили первым. Потом мать. А меня оставили. Сказали, что дети бесполезны, если не могут работать.

Райан почувствовал тяжесть в его голосе. Эти слова были пропитаны болью и виной.

– Сколько тебе тогда было?

– Четырнадцать, – тихо сказал Калеб. – Они думали, что я не выживу. Но я выжил. Голодал, воровал, прятался. Год за годом.

Райан кивнул, стараясь не показывать жалости. Калебу не нужна была жалость, это было очевидно.

– Ты сказал, что слышал о станции. Почему ты так уверен, что она существует? – спросил Райан, меняя тему.

– Потому что видел её свет, – ответил Калеб, неожиданно оживившись. – Это было ночью. Я пытался найти воду и забрёл в ту сторону. Там, далеко на горизонте, я видел огни. Это не мог быть костёр. Слишком ровное сияние, как раньше, до войны.

– Но ты не пошёл туда?

– Нет, – Калеб пожал плечами. – Я был ранен, и у меня не было сил. Но потом… я услышал разговоры. Люди говорят, что это место настоящее. Что там есть группа выживших, которые знают, как восстановить технологии.

Райан молчал. Эта история казалась слишком хорошей, чтобы быть правдой, но в голосе Калеба было что-то, что заставляло его верить. Или, возможно, он просто хотел верить.

– Ты говоришь об этом, как о чём-то большем, чем просто станции, – заметил Райан.

Калеб улыбнулся, но в этой улыбке не было радости.

– Это большее. Это шанс. Я… я не хочу умирать, Райан. Не хочу быть, как те, кто просто сидит и ждёт конца. Если это место реально, то, возможно, у нас ещё есть возможность.

Райан задумался. Этот мальчишка, несмотря на свои потери, всё ещё держался за крошечную искру надежды. Но он знал, что такие искры могут быть опасны. Они могли ослепить, увлечь в ловушку.

– А если это ловушка? Если там ничего нет?

Калеб посмотрел на него и ответил с неожиданной решимостью:

– Тогда, по крайней мере, я попробую. Лучше умереть в поисках чего-то, чем сгнить, ничего не делая.

Райан не ответил, но внутри себя он понимал, что слова Калеба резонируют с его собственными мыслями. Мир был разрушен, но у некоторых всё ещё хватало силы искать свет в бесконечной тьме.

Они продолжили путь, но теперь Райан смотрел на Калеба с другим чувством. Этот мальчишка не был просто наивным. Он был выжившим, таким же, как и он сам.

Дорога к предполагаемой станции становилась всё более трудной. Руины и выбоины сменялись странными конструкциями из обгоревшего металла. Райан и Калеб заметили, что здесь природа словно замерла: деревья стояли мёртвыми, покрытые пеплом, а воздух был странно плотным, как будто в нём что-то скрывалось.

– Ты говорил, что станцию снова запустили, – начал Райан, нарушая тишину. – Но кто это сделал?

Калеб остановился и задумался, его взгляд блуждал по пустоши.

– Есть слухи. Кто-то говорит, что это группа учёных, которые пережили войну в подземных комплексах. Они якобы нашли способ восстановить часть инфраструктуры. Другие говорят, что это армия. Те, кто выжил из старого мира, собрали остатки технологий и теперь строят что-то вроде нового порядка.

Райан хмыкнул.

– Армия? Учёные? Слишком красиво звучит.

– Может, и красиво, – согласился Калеб, глядя на прибор в руках, – но кто-то должен быть там. Никто не оставляет свет просто так.

Райан понимал, что Калеб прав. Свет – это энергия, а энергия – это жизнь. Те, кто обладал такими ресурсами, могли диктовать свои условия. Но что это за условия?

– А есть другие версии? – спросил Райан.

Калеб не сразу ответил, его голос стал тише:

– Есть… менее приятные. Некоторые считают, что станция – это ловушка. Что её запустили радиационные культы. Они заманивают выживших, чтобы использовать их как жертв. Говорят, что они поклоняются разрушению, как высшей силе.

Райан прищурился. Такие рассказы он уже слышал. Радиационные культы действительно существовали. Люди, потерявшие всякую надежду, превращались в фанатиков, видящих смысл в конце мира. Они собирались в общины, чтобы поклоняться разрушению, и для них человеческая жизнь ничего не значила.

– Ты веришь в это? – спросил он.

Калеб покачал головой.

– Я не знаю. Но я знаю одно: те, кто боится, никогда ничего не найдут.

Райан молча кивнул. В этом мальчишке действительно была странная смесь наивности и твёрдости.

Когда они приблизились к месту, где, по словам Калеба, могли находиться огни, их окружение резко изменилось. Вместо хаотичных развалин появились старые, но удивительно хорошо сохранившиеся строения. Металлические конструкции торчали из земли, их поверхности были покрыты мхом и пылью, но всё ещё казались прочными.

– Мы близко, – шепнул Калеб, останавливаясь.

Райан тоже почувствовал это. Воздух здесь был другой – напряжённый, почти заряженный. Он напоминал ему те дни, когда грозовые тучи нависали над городами, готовые обрушиться дождём.

Вдалеке виднелась башня. Её верхушка была едва различима сквозь пыльный воздух, но Райан заметил мигающий свет.

– Вот она, – сказал Калеб, и в его голосе послышалась смесь страха и возбуждения.

Но Райан оставался настороже.

– Давай осмотримся, прежде чем подойдём.

Они двигались медленно, стараясь оставаться в тени. Чем ближе они подходили, тем больше деталей открывалось. Станция была окружена высоким забором из металлической сетки, явно добавленной позже. На воротах висел символ – треугольник с молнией внутри.

– Электростанция, – пробормотал Райан.

Калеб кивнул.

– Возможно, её построили ещё до войны. Если они смогли её запустить, это объясняет свет.

Райан осматривал территорию через бинокль, который он всегда носил с собой. Внутри периметра он заметил движение: несколько фигур в защитных костюмах и с оружием.

– Охрана, – тихо сказал он.

Калеб выглядел напряжённым.

– Это плохо?

– Зависит от того, кто они, – ответил Райан. – Но если у них есть оружие, значит, они готовы защищаться.

Он продолжал наблюдать и вдруг заметил нечто странное. Одна из фигур тащила кого-то – человека, закованного в наручники. Тот сопротивлялся, но быстро был повален на землю.

– Калеб, – позвал Райан. – Ты говорил, что это может быть ловушка?

– Да. А что?

– Кажется, ты был прав.

Калеб посмотрел в бинокль и побледнел.

– Что они делают с ним?

Райан не знал ответа, но у него было плохое предчувствие. Эти люди явно были не просто выжившими. Возможно, они контролировали станцию, но какой ценой?

– Мы не можем просто так войти, – сказал Райан. – Надо найти другой способ.

Калеб сжал прибор в руках.

– Но если там есть что-то важное… мы не можем уйти.

– Я и не предлагаю уходить, – ответил Райан, убирая бинокль. – Но мы должны быть готовы ко всему.

Они начали искать обходной путь, оставляя за спиной видимость безопасности. Теперь их путь вёл к центру этой таинственной станции, и ответы, которые они найдут, могут быть куда мрачнее, чем они ожидали.

Ночь опустилась на пустошь, окрашивая мир в оттенки серого и чёрного. Райан и Калеб пробирались вдоль забора станции, стараясь оставаться в тени. Райан заметил, что Калеб, обычно уверенный и решительный, сейчас выглядел встревоженным.

– Ты что-то знаешь об этом месте? – спросил Райан, когда они нашли временное укрытие за полуразрушенной стеной.

Калеб помедлил, затем выдохнул.

– Я слышал о культах, которые действуют в этих краях, – сказал он тихо. – Их называют «Дети Ядерного Света».

Райан нахмурился.

– Звучит не слишком обнадёживающе.

– Это не обнадёживает, – признался Калеб. – Они верят, что ядерный огонь был не концом, а началом. Что это был знак свыше, очищение.

– Очищение? – Райан хмыкнул. – Удобное оправдание для убийств.

– Они думают, что лишь те, кто примет радиацию как благословение, достойны выжить. Остальные – «осколки прошлого», которые должны быть уничтожены.

Райан молчал, обдумывая услышанное. Он уже сталкивался с подобным фанатизмом, когда группы отчаявшихся людей искали смысл в хаосе. Но идея, что эти культы могли контролировать технологию, была особенно тревожной.

– Ты думаешь, они здесь? – наконец спросил он.

Калеб кивнул.

– Их символы повсюду. – Он указал на треугольник с молнией. – Это их знак. Они называют его «Знак Возрождения».

Райан нахмурился. Этот символ действительно казался знакомым. Он видел его раньше, в одном из старых убежищ, оставленных людьми, которые пропали без вести.

– Они используют технологии? – уточнил Райан.

– Да, – ответил Калеб. – Они верят, что только технологии могут помочь им «воссоздать мир». Но не для всех. Только для тех, кого они считают «избранными».

– Остальные?

– Остальных они называют «материалом». – Калеб отвёл взгляд.

Райан почувствовал, как его желудок сжался. Он знал, что «материал» мог значить только одно: рабство, эксперименты или даже что-то хуже.

Когда они обошли половину территории станции, Райан заметил ещё одно странное явление: свет исходил не только от башни. В нескольких местах на земле были установлены источники света – лампы или прожекторы, которые, казалось, указывали путь внутрь.

– Они хотят, чтобы их нашли, – тихо заметил он.

Калеб посмотрел на него.

– Или это ловушка.

– Скорее всего, и то, и другое.

Райан вдруг заметил что-то, что заставило его напрячься: в земле, прямо перед светом, виднелись углубления. Ловушки. Их знали все, кто выживал в пустошах. Однажды наступишь – и даже не успеешь понять, что случилось.

– Они заманивают сюда людей, – сказал Райан, указывая на ловушки. – Выжившие приходят за светом, а потом…

Калеб побледнел.

– И что они с ними делают?

– Если эти культы действительно верят в свою философию, они не оставляют никого в живых. Кроме тех, кто может быть полезен.

Калеб крепче сжал прибор в руках.

– Тогда нам нужно быть осторожнее.

– Нам нужно больше, чем осторожность, – ответил Райан. – Если они так опасны, у нас почти нет шансов прорваться внутрь и выйти живыми.

Калеб молчал, но его лицо выражало внутреннюю борьбу.

– Райан, а если… если там есть те, кто не принадлежит к культу? Те, кто попал туда и теперь в плену?

Райан вздохнул.

– Мы даже не знаем, сколько их там. Может, десятки. Может, сотни.

– Но что, если они удерживают людей? – настаивал Калеб. – Мы не можем просто уйти.

Райан хотел возразить, но что-то в голосе Калеба заставило его замолчать. Этот мальчишка потерял всё, но всё ещё цеплялся за идею спасения. Даже если это означало риск для их жизней.

– Ладно, – сказал Райан. – Но если мы войдём туда, у нас должен быть план.

Калеб кивнул.

– Я знаю, как можно обойти ловушки.

Райан взглянул на него с удивлением.

– Откуда?

Калеб замялся, но потом ответил:

– Когда-то я видел, как этот культ действует. Они используют одинаковую стратегию: ловушки у входа, охрана внутри, а потом длинные коридоры, ведущие к главной зоне. Если мы сможем найти способ обойти их охрану, мы доберёмся до центра.

– И что там?

– Это мы и узнаем.

Райан посмотрел на Калеба, и в его глазах мелькнуло что-то, что он не хотел признавать: доверие.

– Ладно. Тогда веди.

Они двинулись вперёд, оставляя за спиной последние сомнения. Станция могла быть мифом, ловушкой или чем-то ещё более ужасным. Но ответы ждали их внутри, и отступать было уже поздно.

Тишина внутри заброшенной станции была почти оглушающей. Райан и Калеб проскользнули через дыру в ограждении, избегая ловушек, о которых предупредил Калеб. Чем ближе они подходили к основному зданию, тем больше становилось заметно, что здесь не просто выживают. Здесь действовали.

Огни, установленные вдоль периметра, освещали странные символы, нарисованные на стенах: треугольники, круги, завитки, напоминающие атомы. В центре каждого символа – череп, вписанный в круг света.

– Это точно они, – прошептал Калеб, его голос дрожал.

Райан стиснул зубы. Он уже понял, что «Дети Ядерного Света» контролировали это место, но пока не знал, что они здесь делали.

– Тише, – сказал Райан, останавливаясь.

Они укрылись за металлической конструкцией, напоминавшей обломки старой турбины. Впереди была площадка, освещённая слабым, мерцающим светом. Там стояли несколько человек в тёмных, пропылённых плащах. На их головах были капюшоны, под которыми угадывались примитивные маски, сделанные из кусков металла и обгоревшего пластика.

– Это они? – тихо спросил Райан.

Калеб кивнул.

– Да. Это их лидеры. Обычные члены редко носят такие маски.

В центре группы находился мужчина, стоящий на небольшом возвышении. Он был выше других, а его маска была украшена странными символами, похожими на молнии и спирали. В руках он держал посох с привязанным к нему ядерным знаком – жёлтый треугольник с чёрной символикой.

– Братья и сёстры, – проговорил он громким, звучным голосом, – ночь принесла нам новых путников. Огонь осветит их путь.

Райан и Калеб напряглись, услышав эти слова. Огонь, по мнению культистов, никогда не означал ничего хорошего.

С другой стороны площадки показались двое культистов, тащивших пленника. Это был мужчина средних лет, истощённый и покрытый грязью. Его руки были связаны за спиной, а на шее висела странная цепь с кулоном в виде того же ядерного знака.

– Ещё один отвергший Свет! – прокричал лидер.

– Они собираются убить его, – прошептал Калеб.

Райан покачал головой.

– Нет. Я думаю, это ритуал.

Они наблюдали, как пленника поставили на колени перед лидером. Тот поднял посох и громко заговорил:

– Вы все видели, как ядерный огонь очистил этот мир. Он сжёг ложь, разрушил слабость и дал нам новую жизнь! Но этот человек отказывается принять истину! Он отвергает Свет, который дарован нам всем.

Толпа культистов, собравшаяся вокруг, начала выкрикивать слова на странном, искажённом языке. Их голоса становились всё громче, перекрывая даже завывание ветра.

– Мы должны что-то сделать, – сказал Калеб, сжимая кулаки.

– Тихо, – приказал Райан. – Нас слишком мало.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.