Лика Русал
Дороги Нави

пролог

Что мы испытываем, прочитав сказку? Яркая обложка скрывает историю, которую мы узнали, а на душе остается след.

Порой мы долго не можем забыть историю, а порой рассказанное нам улетучивается из воспоминаний бесследно. В любом случае история заканчивается, и мы приступаем к следующей. Но что делать, если сказка не желает покидать нашу жизнь, оставаясь в ней, крепко переплетаясь с тем, что было до нее, перекраивая, меняя ход событий?

Моя сказка не была поучительной. Она не призывала к добру или крепкой дружбе. Напротив, показывала, что предательство может поджидать на каждом шагу и даже самые близкие люди готовы вонзить нож в спину. Я хотела избавиться от нее, покинуть ее, а вместо этого погрузилась еще глубже, захлебываясь той мощью, что не желала, но обрела.

Мечтая вернуться к нормальной жизни, я вынуждена продолжить свой рассказ, оставляя надежду на то, что моя сказка тоже подойдет к концу.

глава 1

– Госпожа Ника, так что мне передать господину Аристарху?

Я потерла переносицу, поднимая глаза на застывшего у дверей моей комнаты Алконоста. Обер-камергер упорно пытался донести до меня весьма настойчивое «предложение» хозяина резиденции о совместном ужине, который я была намерена пропустить.

– Фил, пожалуйста, передайте Аристарху, что я не смогу присутствовать и прошу меня извинить.

Позволив себе один мимолетный осуждающий взгляд, Алконост все-таки покинул мою комнату, плотно притворив за собой новенькую дверь, установленную уже после моего возвращения в резиденцию. Что стало со старой, мне рассказали весьма расплывчато, но, посмотрев в «честные» и «невинные» глаза Макса, я поняла, что он принимал в этом непосредственное участие.

Макс… – вот кто был далеко не единственным, но весьма значимым виновником моего плохого настроения. Вот уже как три месяца мы с ним не виделись, но это не мешало вездесущему черту занимать практически все мои мысли.

Я сильнее нахмурилась, припоминая минувшие события: перенеся меня и бессознательного Лестата в резиденцию, Лео и Макс вернулись в грот, чтобы забрать тела погибших девушек. Пытающуюся сопротивляться меня насильно ввели в сон, после того как поняли, что добровольно лежать без дела после своего чудесного воскрешения я не намерена.

Хлопотавшего все это время надо мной Эля я ненароком чуть не снесла потоком энергии, вырвавшимся у проснувшейся и злой на весь мир, как тысячи чертей, меня. Врожденная ловкость альва позволила ему избежать травм, но я еще долго не могла смотреть Элю в глаза, боясь увидеть в них страх или осуждение.

Все могло быть по-другому. Все должно было быть по-другому. – Грустная улыбка тронула губы. Мне тяжело давалось осознание того, что я стремилась найти источник энергии, но, избавившись от необходимости вытягивать силы из других, превратилась в монстра из забытой сказки, опасаясь саму себя из-за невозможности контролировать то, что заполучила в том проклятом гроте. Вырвавшаяся при ритуале сила была слишком велика для одной маленькой глупой Ведающей. – А являюсь ли я еще Ведающей? Кто я теперь?

Из раздумий меня вывел звук резко распахнувшейся двери. Пугливо прячущая глаза служанка, видимо, не вовремя проходившая мимо, старалась поскорее отойти с пути того, кто так рвался попасть ко мне.

– Маленькая госпожа и сегодня не почтит нас своим присутствием? – Ян клацнул зубами в сторону ускорившей свое бегство служанки и, довольно осклабившись, прошел в комнату. Мужчина, не дожидаясь приглашения, опустился в кресло, находящееся напротив моего, удобно устраивая руки на подлокотниках.

– А можно не запугивать так всех, кто попадается на пути? – я нехотя посмотрела на довольного собой черта. Его частые визиты раздражали, хотя я и признавала, что Ян являлся практически единственным моим собеседником с того момента, как Макс, Эль и Лео покинули резиденцию.

– Помилуй, – Ян обворожительно улыбнулся, примирительно поднимая руки вверх. – Тогда мое существование будет лишено всяческого удовольствия. Даже в своем общении ты упорно отказываешь. Приходится общаться с ними, – черт кивнул головой на закрытую дверь. – Скучно, но лучше, чем ничего.

– От твоего «скучно» служащие разбегаются в страхе, а служанки на утро красуются новыми синяками.

– Прошу заметить, что каждый свой синяк они получали с удовольствием.

Я закатила глаза. Старший черт был столь же невыносим, как и его брат, но, к тому же, питал слабость к довольно жестоким, на мой взгляд, развлечениям. Однако, справедливости ради, стоило заметить, что служанки хоть и боялись Младшего Господина, но покидали его комнату вполне довольными и лишь под утро.

– Ян, новых известий нет? – я вздохнула, признавая бесполезность продолжения спора о нравственности черта. И раз мужчина все равно не собирается оставлять меня в покое, то, возможно, у него хотя бы есть новости о парнях.

Тогда, три месяца назад, у парней и Аристарха случился весьма трудный разговор. Обсудив все произошедшее в гроте и тот прискорбный факт, что Стасу удалось скрыться, мужчины пришли к выводу о необходимости догнать беглеца. Леший, будучи хоть и тяжело раненым, но смог выжить, о чем сообщала разведка Лебединой страны, патрули которой заметили передвижение Стаса недалеко от их границ. Несмотря на то что Повелитель Святибор всячески пытался надавить на исполняющего обязанности Дьявола Нави, Аристарх упорно стоял на своем: «будущую невестку на суд не выдам». К соглашению на счет меня Высшие так и не пришли, но Повелитель альвов признавал необходимость поимки Стаса и всячески способствовал его розыску.

В итоге Макс вместе с Элем и Лихом, которого упорно не желал брать с собой до последнего, отправился в леса, расположенные близь Лебединой страны. Меня же они оставили прозябать в резиденции.

Последний наш разговор с Максом закончился оглушительной ссорой, после которой ремонтировали все левое крыло резиденции. Не привыкший контролировать свои эмоции и энергию черт и я, непонимающая, как управляться с новообретенным огнем, вспыхивающим каждый раз своими черно-фиолетовыми всполохами, стоило мне только потерять душевное равновесие, заметили учиненный нами вред, лишь тогда, когда взбешенный Аристарх вместе с посмеивающимся Яном растаскивал нас по разные стороны баррикад. Я не готова была оставаться в неведении их поисков, а Макс упрямо не желал подвергать меня опасности. Озлобленную меня в итоге оставили на попечительство семейства Аристарха, чему я была однозначно не рада.

Макс клятвенно обещал вернуться так быстро, как только сможет, но я, затаив обиду, даже не вышла провожать их троицу. Во всем этом я видела единственный плюс – нашу свадьбу ожидаемо пришлось отложить на неизвестный срок. После всего случившегося я не понимала, желаю ли так же, как и прежде, связать свою жизнь с этим невыносимым рогатым.

– Маленькая госпожа меня слушает?

Я вздрогнула, понимая, что Ян уже какое-то время что-то рассказывал погрузившейся в невеселые воспоминания мне. Переведя взгляд затуманенных глаз на мужчину, постаралась вернуть себе собранность:

– Прости, Ян, я задумалась, – неловко проведя по волосам, в попытке чем-то занять руки, уточнила: – Что ты говорил?

– Могу предположить, с кем сейчас твои мысли. – Мужчина понимающе усмехнулся, наблюдая за моей рассеянностью. – Я пытался донести до тебя довольно интересную новость – в резиденцию возвращается Главное Бедствие с посланием от Святибора.

– Лео уже в пути? – я невольно поежилась, вспоминая произошедшее с нами незадолго до моего исчезновения из резиденции. Боль истерзанных губ слишком глубоко отпечаталась в памяти.

От внимательных серых глаз черта не скрылась моя реакция, после чего Ян недобро сузил глаза с вытянувшимися по-змеиному зрачками:

– Ведь это был он?

– Не понимаю, о чем ты. – Я старалась говорить спокойно, но, видимо, мне не хватало мастерства, чтобы одурачить Главного Исполнителя Наказаний по седьмому кругу Ада.

– Не юли, Ника. – Вкрадчивый голос мужчины не обещал ничего хорошего. – Теперь я понимаю, что именно Лео требовал от тебя взаимности, хоть тогда и не придал этому должного значения. В любом случае я как старший брат твоего жениха буду присматривать за тобой и за ним, – переходя на шепот, Ян улыбнулся так, что по моей спине поползли мурашки страха. – И поверь мне, семья для меня не пустой звук. Если ты еще не знаешь, чего именно желаешь, то придется принимать решения за тебя.

Я смотрела на серьезного, так похожего на большого матерого хищника, мужчину и понимала, что снова оказалась в клетке. Только теперь моя темница не была бездушным камнем, она вселяла в меня страх, ведь обладала поистине извращенной фантазией и искривленным пониманием добра. Пусть и из благих целей, но Ян мог навредить. Не мне, на это он бы не пошел, искренне охраняя статус семьи, но вот Лео… Мне стоит тщательно следить за каждым своим шагом и словом, чтобы не подставить того, кто совершенно не думает о себе. Того, кому я причинила и так слишком много боли и чье сердце до сих пор стучит в моей груди, крепко переплетаясь с сердцем другого мужчины.

– Хорошо, Ян, я тебя поняла. – Я прикрыла глаза, стараясь успокоить дыхание.

– Я рад, что хоть в чем-то мы пришли к соглашению.

Наконец-то распрощавшись с незваным посетителем, я вернулась в гостеприимные объятия кожаного кресла, кинув взгляд на журнальный столик. На гладкой отполированной слугами поверхности красовался роскошный букет из темных, практически черных, лилий. Их аромат заполнял собой всю комнату, по неприятному стечению обстоятельств заставляя мою голову раскалываться от боли. Удушливая сладость больших бутонов мешала связно думать и добавляла лишней раздражительности. Не знаю, почему не выкинула цветы сразу же, как только обнаружила их появление утром, вероятно, всему виной был конверт, таящий в себе письмо от Макса, полностью завладевший моим вниманием.

Открыв конверт, я пробежала глазами по уже выученному тексту:

«Малышка, пишу, зная, что и это письмо ты сожжешь, так и не прочитав. Да-да, не удивляйся, в резиденции есть мои глаза и уши, хоть этот факт, скорее всего, только увеличит масштаб твоего недовольства моей скромной фигурой. – В конце этого абзаца, выведенного каллиграфическим почерком черта, я явственно чувствовала его улыбку. – Не проходит и дня, когда бы мои мысли ни обращались к тебе. Наверное, ты все еще злишься, считая меня чуть ли не тираном, но ради твоей безопасности я готов на все кары мира. Когда мне удастся избавить нас даже от тени врага, я вернусь к тебе, чтобы вымаливать прощение, ползая на коленях и целуя твои милые пальчики ног.

Дождись своего нахального черта, милая ведьмочка, и прошу, не проклинай слишком усердно, а то Ад может стать для меня не только местом работы.

Навеки твой М.»

Я знала каждую строчку, вчитываясь в глупости, написанные неугомонным хвостатым, но почему-то именно это письмо, в отличие от остальных, я не выбросила, а напротив, не только сохранила, но и бережно прижимала к сердцу.

Я представляла, как где-то в лесах альвов, сидя на очередном привале, Макс сочиняет очередное послание, пытаясь достучаться до меня. Он прекрасно понимает, что я не буду злиться вечно, но он не знает всего моего упрямства. Я не собираюсь оставаться в стороне, пока другие заняты делом.

Фиолетовые всполохи прошлись по моей ладони, энергия, чувствуя бурлящие внутри эмоции, пришла в движение, пытаясь выплеснуться наружу.

Подув на окутанные всполохами пальцы, я начала мысленно считать до ста, в попытке вернуть себе душевное равновесие. Сила, хоть и нехотя, но повиновалась, втянувшись обратно под кожу.

Решившись, я распахнула окно, выкидывая так раздражающий букет. – В следующий раз нужно будет предупредить прислугу по поводу моей непереносимости лилий…

Вновь ожившая энергия затронула сжатое в моей руке письмо, покрывая жадными язычками пламени бумагу. Осыпаясь серым пеплом, оно оставило тёмные разводы на моей ладони. Пора было действовать, если я не хочу сгореть подобно ему, медленно плавясь под неведением и сомнениями.

глава 2

Холодный дождь давно намочил чёрное платье, помогая пронизывающему ветру добраться до своей жертвы.

Стоя в отдалении от места похорон, я наблюдала за скромным прощанием с подругой, которое проходило возле небольшой церквушки на старом городском кладбище.

Тело Инги, подброшенное моими Высшими на ступеньки её дома, обнаружили утром соседи. Они же и вызвали полицию, сотрудники которой посчитали её ещё одной жертвой маньяка.

Грузная женщина в чёрном платке зарыдала, падая грудью на закрытую крышку гроба. Я отвела глаза, не способная больше на это смотреть. Слёзы застилали глаза, грозясь вот-вот пролиться, и я подняла руки, желая прикоснуться к щекам, но остановилась как вкопанная, рассматривая свои ладони. Кровь. Густая, тёмная. Она покрывала мои руки, расползаясь вверх по кружеву рукавов и вязко капала вниз, стекая с похолодевших от ужаса пальцев.

– Её кровь на твоих руках, – голос Стаса пропел над самым ухом. – Только на твоих.

Резко распахнув глаза, рывком села на кровати, судорожно хватая ртом воздух. – Сон, просто сон. Вернее, кошмар, вперемешку с воспоминаниями о похоронах Инги. – Поднеся к глазам трясущиеся ладони, я силилась разглядеть отсутствие крови на них, желая убедиться, что кошмар позади. Темнота комнаты и размеренный ход часов лишь добавляли нервозности моему состоянию. Душу сковал страх, протянув к ней свои костлявые пальцы.

Подойдя к столику, зажгла свечу, поддавшуюся только со второго раза, и оглядела комнату, по стенам которой расходился теплый свет пламени. – Так-то лучше. В темноте слишком неуютно.

Вернувшись в кровать, захватив по пути графин с вином и бокал, укрыла плечи одеялом, стараясь отогреться. После того ритуала в гроте мне часто снились кошмары: о подруге, о пытках и последующей за ними смерти, даже об Агате и Лестате, но еще ни разу мне не снился Стас. И хоть в сегодняшнем сне я и не видела лешего, но его голос и присутствие были словно реальными, я до сих пор слышала его слова, повторяющиеся в моей голове вечным укором. Почувствовав легкое покалывание на кончиках пальцев, постаралась дышать ровнее, с опаской наблюдая, как начавшие появляться язычки фиолетового пламени нехотя, но все-таки впитываются обратно в кожу. Самообладание давалось мне тяжело, и хоть приобретенная энергия своей хозяйке навредить и не могла, но я искренне не хотела опять смотреть во взбешенные глаза Аристарха, отчитываясь за очередной нанесенный резиденции ущерб. Перед мысленным взором опять встало бледное лицо подруги, с неестественной маской макияжа, что навели ей для проведения похорон. Я действительно была там, в тот день, смотрела, как гроб медленно опускают вниз, и не могла пошевелиться, словно боялась выдать свое присутствие малейшим шорохом. Но этот сон отличался от реальности, оброс пугающими видениями.

Почувствовав, как с новой силой задрожали руки из-за собирающейся выплеснуться энергии, решилась на поздний визит. В конце концов, Ян сам предлагал свою помощь в любое время дня и ночи, как он выразился, так что, понадеявшись, что чёрт помнит свои слова и не убьет меня на пороге, я выскользнула из-под одеяла.

Стучась в расположенную рядом комнату Яна, я плотнее запахнула поспешно накинутый халат. Ответа не последовало, но и возвращаться уже было поздно, я все настойчивее ощущала готовящуюся вырваться силу – яркие язычки пламени уже плясали по пальцам и запястьям, грозя разнести несколько ближайших помещений. Слегка приоткрыв дверь, проскользнула в лишённые освещения покои, пытаясь разглядеть хоть что-то.

– Маленькой госпоже настолько скучно, что она решила прийти в покои мужчины среди ночи?

Зажегшиеся в канделябре свечи слегка зачадили, освещая просторную спальню. Ян, с хитрой улыбкой неспешно покидал постель, на которой спала очередная полуголая служанка. Заметив мой взгляд, мужчина ухмыльнулся уголком губ:

– Как видишь, на сегодня моя постель уже занята.

– Мне нужна помощь. – Я сжала кулаки, стараясь делать глубокие вдохи через нос.

Заметивший мое состояние мужчина одним движением накинул на позабытую девушку одеяло и кивнул мне в сторону двери, ведущей в его кабинет. Я безоговорочно проследовала вовнутрь, а Ян с некоторой поспешностью захлопнул дверь, не забыв провернуть резной ключ в замке. Мужчина взял меня за пылающие уже до самых локтей руки, не заботясь о своей вмиг покрасневшей от жара коже.

– Молодец, что не побоялась прийти, – Ян говорил убаюкивающе, плавно растягивая гласные. – А теперь смотри мне в глаза, не отрывайся, Ника. Смотри и думай о том, как энергия плавно перетекает ко мне. Не противься этому, просто отдай то, что просится наружу.

– Постараюсь…

Я заглянула в вытянувшиеся зрачки чёрта, стараясь расслабиться, ослабить тот узел, что сейчас ощущала в районе солнечного сплетения и который так жёг, прося выхода. Тонкой струйкой энергия потекла по рукам мужчины, медленно скользя по ним, словно змея.

– Вот так, молодец, не отвлекайся, – похвалил меня Ян. – Еще немного.

Громко выдохнула, ощущая, как последняя капля покинула мое тело. Отпустивший мои ладони Ян сжал кулак, формируя внутри него небольшой плотный шарик фиолетового цвета. Лицо мужчины было сосредоточенным, подобно мраморной статуе, эмоции застыли, но капелька пота, скатившаяся по его виску, выдавала, каких усилий это ему стоило.

– Открой окно, – слова, сказанные сквозь сжатые зубы, убедили меня поспешить с выполнением просьбы. Как только ставни были распахнуты, мимо меня пронёсся с силой запущенный Яном полыхающий шар, взорвавшийся где-то в отдалении, освещая ночное небо миллионами ярких искр. – Ну вот и всё, – устало прикрыв на секунду глаза, Ян вернул на лицо привычную ухмылку самоуверенности. – Полагаю, спать сегодня ты уже не планируешь?

Я кивнула, подтверждая его догадку. Сон окончательно улетучился, да и после привидевшегося кошмара желания оставаться одной совершенно не было. Неуверенно посмотрев на Яна, только сейчас поняла, что мужчина стоит передо мной в одних легких штанах, явно предназначенных для сна, а не приема гостей.

– Прости, я пришла не вовремя.

– Могло быть и хуже, – чёрт подхватил халат, накинутый на кресло. – Приди ты, скажем, часом ранее. А так я просто не высплюсь, что вполне в силах перенести.

Я вспомнила служанку, оставшуюся в спальне, и покраснела. Щёки начали гореть, выдавая мое смущение. – Действительно, если бы я пришла раньше, так бесцеремонно ворвавшись в комнату без спроса, то могла бы помешать намного больше.

– Еще раз прости. – Я указала на кресло около рабочего стола. – Присяду?

– Располагайся, – чёрт едва повёл смоляной бровью. – И так, рассказывай, что довело тебя до подобного всплеска силы? – Закуривший сигарету Ян выпустил струйку дыма в окно, задумчиво наблюдая, как догорают последние всполохи устроенного нами импровизированного салюта.

Я посмотрела на сигарету, зажатую в длинных пальцах чёрта, попутно с удивлением отмечая, что после своего воскрешения совершенно не испытываю тяги к подобному роду «удовольствия». Вот уже три месяца я даже не вспоминала о яде, ранее помогающем сдерживать нервное напряжение, чему я была несказанно рада.

– Кошмар приснился, – отмахнулась я.

– На подобие того, про грот? – мужчина вытянулся по струнке, словно волк, почуявший запах крови.

Конечно, за всё это время, проведённое с ним в резиденции, мы успели обсудить и мои прошлые сны, насылаемые мне Стасом, и все остальные события, предшествующие нашему появлению в их резиденции. Поэтому его моментально проснувшаяся заинтересованность была мне понятна.

– Нет, – я покачала головой, вспоминая неприятное сновидение. – Про похороны Инги, но знаешь, голос Стаса там тоже был, он твердил, что её кровь на моих руках. И это всё было очень реалистично. – Я поежилась, подтягивая ноги на кресло, обхватив колени озябшими руками, посмотрела на обдумывающего мой рассказ Яна. – Ты тоже так думаешь? Это я виновата в её гибели?

– Что за бред! – Ян раздражённо выругался, затушив сигарету. – Сумасшедший возжелал получить силу, устроил жертвоприношения, отправил тебя к Пряхе Судеб, а ты собралась винить в этом себя? – Чёрт наклонился, взяв меня за подбородок, вынуждая поднять на него глаза. – Маленькая госпожа слишком слабая… и слишком добрая. Если бы Максимилиан не был моим братом, я бы присмотрелся к ней внимательней.

Я хлопнула Яна по плечу, высвобождая своё лицо из цепких пальцев.

– Шучу, Ника, шучу, – Ян расхохотался, отстраняясь от меня на два шага. – В отличие от братца, я не грежу созданием семьи. – Кстати, об этом, – тон мужчины стал серьёзным, а серые глаза потемнели. – Ты всё ещё не простила его?

Я опустила глаза на сцепленные в замок пальцы, боясь, что Ян сможет разглядеть в моем взгляде то, чего я и сама пока опасалась. Слишком сложно у нас всё было с его братом. Без него сердце болело, но и с ним рвалось на части, желая избежать этой клетки, что выстраивал собственник с багровыми глазами. И еще… сердце Лео, его половина, что каждый раз болезненно ныла в моей груди, стоило мне хоть на мгновение прикоснуться к другому, не давало покоя, а лишь рождала страшное понимание того, что эта пытка будет продолжаться для нас двоих вечно.

– Ян… – я не знала, с чего начать, но ожидающий ответа мужчина не собирался сдаваться.

– Скажи, как есть, – чёрт упрямо сложил руки на груди, выжидательно сверля меня взглядом. – Возможно, я смогу помочь.

– Уже поздно, я пойду к себе, – я поднялась с кресла, отступая к двери кабинета. – Прости ещё раз, и давай отложим этот разговор на потом? – Умоляюще посмотрев на недовольного моим бегством Яна, я выскользнула за дверь.

Поспешно пересекая спальню, старалась не кидать взгляд на находившуюся в беспорядке смятую постель мужчины. И только лишь вернувшись в свою комнату и прислонившись затылком к холодному дереву двери, смогла выдохнуть, сбрасывая скопившееся напряжение. – Когда же это всё закончится? Как вернуть себе покой?

Нет, это все не то! – я отложила в сторону очередное платье, принесенное мне служанками на выбор к продолжающейся, вопреки всему, свадьбе. – Зачем это все? Возможно, и не пригодится… – я окинула равнодушным взглядом несколько ларей, полных украшений на любой вкус и цвет, что стояли сейчас недалеко от входа на балкон.

Бессонная ночь легла густыми тенями под моими глазами, придавая болезненный вид лицу.

Ворвавшиеся утром веселой гурьбой служанки застали меня сидящей перед зеркалом и молча всматривающейся в отражение. Пытаясь хоть как-то расшевелить новую хозяйку, они прибегали ко всем известным им ухищрениям, заваливая меня пестрыми отрезами кружев и осыпая драгоценными нитями бус. Моя апатия отступала под их напором нехотя, медленно, но я выходила из оцепенения ночного кошмара.

Суетящиеся девушки и подгоняющий их обер-камергер кружились вокруг меня цветной стайкой, напоминающей райских птиц, так же, как и я, запертых в этой клетке.

Заметив среди служанок ту, что я видела ночью в спальне Яна, пригляделась к ней: вокруг стройной шейки был повязан шелковый платок, однако темные следы на запястьях все равно были видны из-под рукавов ее форменного платья. Я поморщилась, вспоминая кошачью улыбку старшего черта. – Это не мое дело. Если девушек все устраивает, то и меня не должно никак волновать…

– Госпожа, – голос Фила вывел меня из задумчивости. – Госпожа, обратите внимание хотя бы на один из нарядов. Хозяин будет недоволен, если мы снова вернемся ни с чем. – Алконост умоляюще сложил руки, нервно подрагивая краем оперения.

– Да, хорошо, Фил, – я, не глядя, указала в сторону одного из разложенных передо мной платьев, признавая правила этой навязанной мне игры. – Пусть будет это. Остальное можете уносить.

– Благодарю, госпожа. – Обер-камергер поклонился, вместе с тем указывая служанкам на выход.

Поспешившие покинуть покои девушки наскоро подхватили принесенные наряды и украшения, весело переговариваясь между собой о красавице-невесте и молодом господине.

Фил недовольно прицыкнул на них, переводя на меня извиняющийся взгляд:

– Прошу за них прощения, госпожа Ника, прислуге не терпится погулять на празднике.

– Все в порядке, – я прошла к входу на балкон, рассматривая через зашторенное тюлью стекло просторы, усыпанные вереском. – Я понимаю… – Где-то там, далеко за границами Нави, сейчас парни прочесывают леса. Все ли хорошо с ними? Все ли хорошо с ним?

Алконост продолжал задумчиво сверлить мне спину, храня при этом молчание, но и не покидая комнаты. Надоев испытывать его взгляд, начавший физически ощущаться между моих лопаток, я решила прервать затянувшуюся тишину:

– Ты что-то хотел, Фил?

Мужчина слегка повел едва светящимися сейчас крыльями, словно разминая их. Алконост не испытывал смущения, впрочем, как и других чувств, ему, как мифическому созданию, не были знакомы ни страх, ни сострадание, но почему-то мне казалось, что он не так уж и бездушен, как хотел бы показаться. Словно опомнившись, Фил опустил глаза, доставая из кармана своего идеального светло-бежевого костюма небольшой конверт.

– Утром к Хозяину прибыл один из разведчиков Лебединой страны. Это, – Фил указал взглядом на свою протянутую ко мне руку, с лежавшим на ней посланием, – было адресовано Вам, от молодого хозяина.

– Фил, я думала, ты знаешь, как я с недавних пор отношусь к подобным подаркам. – Я натянуто улыбнулась, вспомнив «подарок», переданный мне Агатой и перенесший меня в логово Стаса. Очередное письмо каждый раз воскрешало во мне тот день, отчасти из-за этого я и не была рада посланиям черта.

– Не смейте беспокоиться, – мужчина покачал головой. – Послание проверили лично сам Хозяин и Господин Ян. Оно абсолютно безопасно для Вас.

Подумав, приняла из рук застывшего Алконоста конверт. Довольный выполненной службой мужчина оставил меня одну, неслышно закрывая за собой дверь.

Присев на край кровати, надорвала бумагу, доставая небольшое сложенное вчетверо письмо и серебряное колечко в виде свернувшегося в несколько раз змея. – Интересный выбор украшения от того, чьи глаза периодически напоминают змеиные, – я мысленно улыбнулась, вспоминая, что таким Макс бывает только в бешенстве, и начала читать письмо:

«Малышка, даже если ты все еще злишься на меня, то надеюсь, что хотя бы не сожжешь мой подарок. Это кольцо я выменял у местной ведьмы. Честное слово: она жива! Хоть и не хотела с ним расставаться… На этом украшении защитный оберег, он поможет лучше контролировать твою энергию.

Я люблю тебя, Ники, и очень скучаю. Твой М.»

Отложив письмо в сторону, с улыбкой подумала, что черт, как всегда, в своем репертуаре. Остается лишь надеяться, что он сказал правду, и бедная ведьма действительно не пострадала от его настойчивого желания заполучить это кольцо. Повертев вещицу в пальцах, решила не надевать его на руку, а, продев в цепочку, оставила висеть на шее. Непонятное желание спрятать подарок от чужих глаз заполнило сознание. Переведя взгляд на большие напольные часы, с досадой поняла, что пора собираться на обед с Аристархом. Я могла пытаться вечно отвечать на его приглашения отказом, но, в сущности, это ни к чему хорошему не приведет. Зачем злить Дьявола, находясь в его доме? Спрятав письмо Макса под подушку, я покинула комнату, направляясь дальше по коридору в сторону малой хозяйской столовой.

Толкнув массивные двери, поспешно прошла к столу, занимая свое место рядом с лениво потягивающим вино Яном. Черт отсалютовал мне бокалом, обозначив на губах еле заметную улыбку. Улыбнувшись в ответ, я перевела взгляд на восседающего во главе стола Аристарха. Дьявол, как обычно, был в идеальном деловом костюме, всем своим видом излучая силу и власть. Даже будучи в кругу семьи, этот Высший никогда не позволял забыть, кто он такой.

– Надеюсь, я не сильно опоздала, – я неловко разгладила салфетку на коленях, приступая к одному из предложенных вмиг подскочившим слугой блюд.

– Мы рады твоему присутствию, Ника, – Аристарх благосклонно наклонил голову, не отрываясь от трапезы. – Надеюсь, что теперь наши совместные обеды войдут в привычку, – с явным намеком произнес он.

– Разумеется, – согласилась я, мысленно добавляя про себя: – Раз решила, Ника, быть хорошей девочкой, то играй роль до конца.

– Ян рассказал о твоем недавнем всплеске энергии. Я рад, что ты доверилась моему сыну в этот момент, – Дьявол отложил приборы, беря в руки бокал. – Но, понимая нрав Яна, могу предложить так же и свою помощь, – он немного замешкался, подбирая слова, – если визиты в его комнату начнут тебя… смущать.

Ухмыльнувшийся Ян подмигнул мне, видимо вспомнив те обстоятельства, при которых я его застала накануне ночью. Казалось, черта вся ситуация неимоверно забавляет, по крайней мере, ни тени смущения или недовольства по этому поводу я в нем не замечала.

– Благодарю, – стараясь быть вежливой с Аристархом, я начинала чувствовать напряжение от приклеившейся к моим губам неискренней улыбки. Да, мужчина принимал меня в своей семье как равную, дал крышу над головой и свою защиту, но я не могла избавиться от желания покинуть резиденцию. Все в этих стенах давило на меня. – Помощь Яна не вызывает чувство дискомфорта.

Ответивший мне легким наклоном головы Дьявол вернулся к молчаливому созерцанию жидкости на дне своего бокала, медленно покачивая тот, держа его за длинную витую ножку.

Хранивший до этого молчание Ян неожиданно вышел из-за стола. Взгляд мужчины был направлен на запертую дверь столовой, казалось, что черт чем-то заинтересован, чем-то, что скрыто от меня за мореной деревянной поверхностью. Хвост мужчины отбивал размеренный ритм по его ноге, накаляя атмосферу глухим набатом. Остановившись за моей спиной, Ян наклонился к уху, прошептав:

– Сдается мне, что наши встречи станут чаще.

Я непонимающе подняла на него глаза, чтобы тут же посмотреть в сторону открывающихся дверей: спрятав руки в штанах светлых джинсов, уверенной походкой к нам приближался Лео. Глаза Лихо потемнели, когда мужчина заметил Яна, наклонившегося ко мне непозволительно близко, отчего у меня зародилось нехорошее предчувствие. Я надеялась, что до его визита еще есть некоторое время, но, видимо, Пряха Судеб снова подшутила надо мной, закрутив свою пряжу именно таким образом.

Остановившийся напротив нас Лео поприветствовал вставшего из-за стола Аристарха, возвращая свое внимание ко мне:

– Ника, рад встречи, – он преднамеренно игнорировал Яна, все еще державшего руки на моих плечах. – Надеюсь, я не сильно потревожил своим визитом.

Открывшую было рот меня перебил искренне рассмеявшийся черт:

– Нисколько! Теперь в нашем скромном жилище станет веселее.

глава 3

Главный Демон Южного округа мерил шагами кабинет, чеканя каждый шаг, словно на плацу. Нервно пульсирующая жилка на шее мужчины выдавала его состояние, сейчас далекое от безмятежности. Остановившись около секретера и порывисто открыв его, мужчина вытащил старую выцветшую фотографию, с которой на него смотрела молодая улыбающаяся женщина. Ее темные волосы развевались на ветру, а за спиной возвышался раскидистый куст сирени.

– Лестат, перестань так убиваться, ведь все обошлось! – Яга всплеснула руками, недовольно смотря на напрягшуюся от ее слов спину мужчины, затянутую в ткань дорогой, отдающей серебром рубашки.

– Обошлось?! – развернувшийся к Главной Ведающей демон гневно сверкнул глазами. – Есть жертвы, виновник не пойман, а я, словно беспомощный мальчишка, провалялся в том гроте, даже не в силах помочь собственной дочери! – удар кулака по дверце резко захлопнул её.

Нисколько не смутившись, Яга неторопливо поправила выбившийся из прически локон.

– Ты и раньше ей не сильно-то помогал, – женщина забрала снимок из рук застывшего Лестата. – Девочка даже не знала о вас с Верой. Ты слишком хорошо скрывал от неё эту тайну, а теперь пожинаешь плоды, что тут удивительного?

– Не ты ли сама мне это советовала?! – мужчина взревел, сжимая кулаки и прожигая свою гостью ненавидящим взглядом.

– Советовала, но лишь после того, как ничего лучше не оставалось, – спокойно согласилась та, нисколько не впечатлённая его выпадом. – Ты знаешь, что я предлагала вариант, при котором всего этого и не произошло бы.

– Да, убить её, ещё не рождённой!

– Всегда приходится чем-нибудь жертвовать. – Яга прошла к столу, положив снимок на гладкую поверхность изображением вниз. – Зачем ты хранишь это фото? Тебе мало боли, что содержит твоя память?

Главный Демон взглянул на единственный снимок, что остался у него от любимой. – Вера никогда не любила фотографии. Он признавал, что Яга была в чём-то права, возможно, даже во многом, но упрямо не желал принимать её точку зрения, по крайней мере, не озвучивая это вслух. Все эти годы он наблюдал за Никой, так, чтобы сама девушка не заметила даже взгляда с его стороны. Он хорошо помнил свой ужас, когда в первый раз увидел её в обществе нечисти. Молодая Ведающая, о способностях которой раньше никто и не подозревал, уверенно держалась в окружении народа Нави, умело скрывая свои переживания. А он проклинал себя за то, что не виделся с ней ранее и не смог распознать наличие у девочки этого дара. – Не могу даже представить, что пришлось пережить ребёнку, обладающему такой силой. Этот дар сродни проклятью, если нет того, кто смог бы объяснить и подарить свою защиту… – Мысли мужчины уносили его дальше по волнам самобичевания, но, отвечая Яге, он старался выровнять дыхание, возвращая голосу спокойное звучание:

– Когда живёшь бесконечно долго, память даёт слабину. А я не хочу забывать ни единой её черты.

– Вот твоя слабость, старый друг, – Ведающая осуждающе покачала головой. – Смотри, чтобы никто больше не воспользовался ею. Ты знаешь, где сейчас Ника? Что с девочкой?

– Она под защитой Аристарха. Он клятвенно обещал защитить её. К тому же, – мужчина недовольно нахмурил брови, из-за чего лоб расчертила глубокая морщина, – она скоро войдёт в их семью.

Неожиданно звонко расхохотавшись, Яга хлопнула в ладоши, словно сказанное им очень позабавило её.

– Как я посмотрю, будущий зять тебе не мил? – хитрый прищур Ведающей не сулил скорого окончания беседы. Ей нравилось докапываться до самой сути переживаний собеседника, выворачивая душу, как старый тулуп, вывешенный под морозным ветром хозяйственной прачкой.

– Мальчишка несерьёзен. Я знаю его много лет и не такого мужчину хотел бы видеть со своей дочерью. – Почему-то в компании Яги откровения всегда давались Лестату легко, он будто бы разговаривал не с ней, а вёл беседу с самим собой.

– То же самое мог бы сказать отец Веры о тебе, – назидательно протянула Ведающая. – В любом случае, это её выбор, ты вряд ли сможешь что-то изменить. К тому же, я слышала, что Максимилиан не менее упрям, чем твоя дочь, готовая дать фору всем его подопечным чертям, так что они, в некотором роде, идеальный союз.

– Сложно что-то изменить, если дочь даже не хочет со мной общаться.

– Подожди немного, жизнь переменчива, уж я-то знаю.

Раздавшийся стук в дверь кабинета Главного Демона заставил прервать неприятный разговор. Стремительно ворвавшийся в помещение секретарь Лестата передал тому пухлый конверт.

Бегло пробежав взглядом по многочисленным донесениям с границ округа, Лестат заметно побледнел, вызывая беспокойство Яги:

– Что там? – женщина нетерпеливо пыталась заглянуть в документы.

– Чёрный Мор… – демон поднял на Ягу кажущиеся сейчас абсолютно безумными глаза. – Чума выкашивает поселения.

Решив сегодня позавтракать на уютной кухоньке, предназначенной для прислуги, я ни разу не пожалела о своём решении. Во-первых, главная кухарка, попросившая называть её тёткой Марфой, пекла шикарные пироги с рыбой, яйцом и зеленью, а во-вторых, тут никто ничего от меня не ожидал и не пронизывал взглядом, позволяя спокойно насладиться вкусом еды.

Забежавшие за утренними закусками для господ служанки лишь мимоходом улыбнулись мне, предпочитая не начинать разговор с нелюдимой хозяйкой, чему я была даже рада. На кухне, помимо меня и тётки Марфы, расположился только лакей Орлик, активно нахваливающий кисель из вишни, что главная кухарка заботливо подливала в его кружку. Молодой демон каждый раз смешно дул на тёмную кучерявую чёлку, спадающую до самого носа непослушными завитками.

– Госпожа, а вам какие булочки больше нравятся? – парень сидел на стуле, подобрав одну ногу под себя, а второй беззаботно раскачивая в воздухе. Его мальчишеская улыбка придавала образу взбалмошности, делая её обладателя совсем юным.

– Можно просто Ника, – я улыбнулась, невольно заражаясь его внутренним светом. – С вишней, они самые вкусные.

– Взаправду говорите? А с косточкой аль нет? – Орлик задавал вопросы, не забывая шустро расправляться с угощением, поставленным перед ним на стол.

– Отстань от госпожи Ники! – окрик кухарки, донёсшийся от печи, стоявшей чуть поодаль, совершенно не смутил любознательного парнишку, продолжавшего вопросительно всматриваться в меня.

Я задумалась, такой простой, житейский вопрос, особенно на фоне всего пережитого, ввёл меня в ступор, но я всё-таки постаралась ответить ожидающему Орлику:

– Без косточки есть проще, а с косточкой вкуснее, они более сочные получаются.

– Вот так и с людьми… – парень удовлетворенно кивнул мне, принимая ответ. – С кем-то просто, но вкуснее с теми, с кем приходится повозиться.

Я окинула парня удивлённым взглядом: такой весёлый, взлохмаченный, перепачканный сейчас вареньем из надкусанной булочки, а рассуждает о серьёзных вещах, при этом сравнивая, казалось бы, абсолютно несовместимые понятия.

– Орлик, а ты давно тут служишь?

Глаза пацаненка испуганно округлились, когда тот посмотрел мне за спину. А я почувствовала чужую энергию, тяжёлой, тёмной волной нависающую сзади. На ум пришло лишь одно слово – «Бедствие».

Лео остановился сбоку от меня, отвечая вместо замолчавшего парня:

– Видимо, не очень давно, раз не знает, что с Госпожой нельзя общаться как с равной. – Интонация Лиха была сухой, но по стягивающимся с углов теням я понимала, что их хозяин не в духе.

Нервно сглотнув и поспешно отставив недоеденное угощение в сторону, Орлик поспешил покинуть утратившую свою гостеприимность кухню, плотно закрывая за собой дверь.

С сожалением посмотрев ему вслед, я поставила чашку с киселем на стол, собираясь последовать примеру перепуганного лакея.

– Постой, Ник. – Лео преградил путь, вынуждая практически облокотиться на стол, чтобы увеличить мизерное расстояние между нами. – Мы так и не поговорили с тобой после всего, что случилось. – Разноцветные глаза смотрели с неожиданной мольбой, от которой я растерялась.

А нужно ли нам говорить? – я оценивающе всматривалась в черты сурового лица мужчины и не могла понять, что испытываю к нему. В разные моменты нашего пути Лео показывал себя абсолютно разным. Он то был официально сухим, то дразнил непонятными намеками, а потом удивлял неожиданной нежностью, но перечеркнуло все его нежелание понять очевидное – я не могла быть с ним. Его упорное стремление доказать мне обратное пугало, напоминая, что рядом со мной не просто Лео, а Главное Бедствие Человеческое, Демон, наделенный огромной силой, чья половина сердца сейчас так предательски ныла в моей груди, прося поддаться его напору.

– Я ищу способ разрушить нашу связь. – Я опустила глаза на грудь мужчины, стараясь не встречаться с ним взглядом. Желая избежать этого разговора, я мысленно повторяла это сама себе бесчисленное количество раз. – В библиотеке Аристарха много старинных свитков по магии, я найду, как вернуть тебе сердце.

Затянувшееся молчание со стороны мужчины заставило меня нервничать. В ушах слышался шум крови от участившегося пульса, а на кончиках пальцев появился знакомый зуд. Кольцо, спрятанное сейчас под футболкой, слегка нагрелось, сдерживая пока слабый всплеск энергии. Подняв руку, чтобы дотронуться до подарка черта, резко выдохнула, когда пальцы перехватила мужская рука, прижимая мою ладонь к своей груди.

– А если я этого не хочу? – хриплый голос Лео отдавал вибрацией по телу, а размеренный стук его сердца вторил моему. – Если я еще храню надежду?

– Надежду на что?! – я не выдержала, отдернув руку, высвобождая ее из-под горячей ладони Лео. И совершила ошибку, все-таки подняв лицо.

Смотрящие на меня два черных бездонных провала вместо глаз не выражали эмоций, но и так слишком красноречиво говорили об утратившем всяческий контроль их обладателе. Шагнув ко мне, Лео сократил расстояние между нами, заставляя меня упираться руками о крышку стола, чтобы не потерять равновесие. Нависнув сверху, подобно глыбе, мужчина упер свои ладони по обе стороны от меня, закрывая пути к отступлению. От кривой гримасы боли, исказившей его красивое лицо, у меня поползли ледяные мурашки, вынуждая поежиться.

– На что? – шепот Лиха казался сейчас оглушающим, хотя я понимала, что даже тетка Марфа, хлопотавшая в примыкающем к кухне подсобном помещении, не сможет нас услышать, что уж говорить про других обитателей замка. Лео наклонился еще ниже, практически касаясь моих губ своими. – Я чувствую твои эмоции точно так же, как и ты мои, Ника. И я знаю, что небезразличен тебе, а также то, что любовь Макса тебя душит. Вот и посмотрим, что окажется сильнее.

– Зачем ты все портишь? Я же сказала, что найду способ сделать тебя свободным. – Мои губы тряслись от страха, что Лео сейчас вызывал во мне.

– Мне не нужна свобода! – кулак справа от меня проломил деревянную столешницу, выпуская накопившуюся в Лео злость. – Даруй ее другому, раз так желаешь кого-то облагодетельствовать!

На разнесшийся от удара шум из подсобки выпорхнула тетка Марфа, поспешно вытирая руки от муки о белоснежный фартук. Глаза женщины округлились от ужаса, когда она заметила нас:

– Ой, да что же тут делается-то… – всплеснув руками, прижимая их к румяным щекам, женщина готова была заголосить, когда ее жестом оборвал Лео, нехотя выпускающий меня из плена своих рук. Закрывшая рот женщина с сочувствием посмотрела на меня, но выступить против Высшего не решилась.

Лео прикрыл глаза и, сделав несколько глубоких вдохов, посмотрел на меня уже нормальным взглядом, в котором, однако, все еще плескалась накопившаяся злость.

– Пожалуй, нам следует закончить разговор позже. – Он деланно поклонился, завершая разговор на официальной ноте, и покинул кухню, хлопнув на прощание дверью.

Оживившаяся Марфа подскочила ко мне, запричитав что-то про «охальников окаянных», но я не вслушивалась в ее слова, в голове медленно, но верно вырисовывался план. Мне нужно было покинуть резиденцию, и чем скорее, тем лучше. Повернувшись к суетящейся кухарке, я придержала ее за руки:

– Марфа, скажите, где комната Орлика?

глава 4

– И ты хочешь сказать, что Святибор уже издал указ? – Аристарх поднял взгляд на собеседника, ожидая подтверждения.

В кабинете исполняющего обязанности Дьявола Нави сегодня было как никогда солнечно. Весеннее солнце светило по-особенному ярко, проникая из Яви даже в этот, казалось бы, застывший уголок природы, освещая цветущие поля своим мягким светом. Расположившийся в соседнем кресле Лихо Южного округа вот уже час рассказывал Аристарху о результатах их разведки, периодически кидая задумчивый взгляд за окно.

– Да, указ подписан. Повелительницей Лебединой страны станет Айви. Дело осталось за малым – найти ей достойную партию, желательно до коронации, но… – Лео потер подбородок, словно обдумывая дальнейшие слова. – Как мне кажется, они не будут тянуть с передачей власти, а найдут консорта уже после.

– Занятно… – Аристарх нахмурился, стараясь припомнить подобные прецеденты. – А как же ваш друг, гостивший у нас не так давно? Эльвион – я правильно запомнил? Как я помню, он является старшим ребенком Святибора, к тому же наследник мужского пола всегда был в приоритете.

Лео знал семью Повелителя с самого детства, так же как и видел взаимоотношения между всеми ее членами, но объяснить это стороннему наблюдателю было весьма затруднительно, поэтому мужчина решил ограничиться официальной версией, которая, однако, не являлась единственной причиной:

– Принцесса обладает даром видеть Нити Жизни, вероятно, по этой причине, как отличающуюся большим могуществом, Повелитель и избрал ее преемницей.

– Логично, но примут ли подобное решение все наши?

Аристарх помнил принцессу еще маленькой, и уже тогда она была поистине взбалмошным, проблемным ребенком, вводившим всех в заблуждение своим ангельски очаровательным личиком. То, что будущая Повелительница будет держать весь народ альвов железной рукой, он не сомневался, но будет ли то благом как для ее страны, так и для других рас? – на этот вопрос мужчина не знал ответа. – Лишь время покажет, а его у нас с избытком.

– Примут со временем. – Казалось, что Лиху наплевать на этот вопрос, его отрешённый тон говорил, что мужчина мыслями находится сейчас очень далеко.

Заметивший это Аристарх некоторое время молча рассматривал профиль собеседника, устремленного взором куда-то за горизонт. Дьявол чувствовал, что между его гостем и племянником пробежала черная кошка, но не знал причины их конфликта, однако, судя по реакции Ники на появление Лиха сегодня в столовой, начал догадываться, в чем тут дело.

– Скажи, Лео, – хозяин резиденции решил нарушить тишину первым, посчитав, что темы для разговора еще не закончены, – есть еще какие-то новости с границ? Я вижу, что ты чем-то обеспокоен.

Лео вздрогнул, словно выходя из оцепенения, медленно переводя взгляд на говорившего:

– Есть, и нам предстоит довольно сложный разговор.

– Что ж, я слушаю.

– Разведывательные отряды альвов начали сообщать о появившейся в расположенных на границе поселениях болезни.

– Болезни? – Аристарх давно уже не слышал, чтобы какая-то хворь беспокоила народ Нави, а что до людей, до них не было никакого дела. – Что это за болезнь, сумевшая напугать бесстрашных природных духов? – мужчина усмехнулся, представляя эту нелепость.

– Чума.

Улыбка медленно покидала лицо Дьявола.

Я стояла перед небольшой дверью в крыле для прислуги, в нерешительности занеся над ней кулак, до конца еще не понимая, правильное ли решение я приняла. – Если мой план сработает, то нужно будет еще каким-то образом уговорить Озерного Духа перенести меня с земель, принадлежащих Аристарху, в леса Нави. Осталось найти способ перенестись из Нави обратно в свой мир, а после двигаться на Юг, в сторону Лебединой страны.

То, что план, вернее, его жалкое подобие, трещит по швам, я прекрасно понимала, но и сидеть без дела, находясь взаперти в резиденции, к тому же с прибывшим Лео, было невыносимо.

Набрав в легкие побольше воздуха, словно перед погружением на глубину, решительно постучала в дверь, надеясь, что хозяин комнаты сейчас на месте. Через несколько томительных минут, в течение которых я уже начала отчаиваться, дверь все-таки приотворилась, показав взлохмаченную голову Орлика. Парень с недоумением смотрел на меня, застывшую посреди пустого коридора, и, казалось, размышлял: а не ошиблась ли я комнатой?

– Орлик, впустишь? – я оглянулась за спину, переживая, как бы нас кто не увидел. – У меня к тебе просьба.

Потоптавшись с ноги на ногу, демоненок застенчиво улыбнулся, показывая появившиеся ямочки на щеках, и все же освободил для меня проход, жестом приглашая вовнутрь.

– Спасибо, Орлик. – Я старалась не показывать свою нервозность, но фальшивая улыбка, приклеившаяся к моему лицу, выдавала меня с головой.

– Госпожа Ника, что-то забыли на кухне? Вас проводить? – парень задвинул носком ботинка лежавшие на полу книги под кровать, с возрастающим смущением оглядывая творившийся в его комнате беспорядок. – Господин Лихо Вас не обидел? – он смотрел на меня с сочувствием, видимо, лакей действительно был впечатлен нежданным визитом Лео.

– Нет, нет, все хорошо. А ты? Он сильно напугал тебя?

Орлик нахохлился, став похожим на маленького воробья. Судя по всему, мое предположение обижало юного лакея, пытающегося казаться храбрым. Парень непринужденно повел плечом, словно отмахиваясь от угрозы в лице Великого Бедствия, но нервно дернувшийся кадык не ускользнул от моего взгляда.

– Я не напуган. Просто не видел Господина Лихо в таком настроении раньше. До того Вашего исчезновения он был… благодушнее.

Я кивнула, понимая, что Орлик имеет в виду события до моей смерти и нежданного воскрешения. Действительно, тогда все было даже проще, по крайней мере, Лео не так настойчиво требовал внимания к себе. Возможно, он опасался Макса, а может, причина совершенно в чем-то другом.

– Да, ты прав. Наверное, сегодня просто так сошлись звезды, – я пожала плечами, стараясь замять неудобную тему и перевести разговор в нужное мне русло. – Но, знаешь, мне нужна твоя помощь в другом деле.

– Слушаю. – Приобретя серьезное лицо, Орлик смотрелся забавно, словно ребенок, подражающий взрослому, но я понимала, что он, скорее всего, единственный, кто сможет мне помочь, хотя бы с самым началом моего плана.

Я решила не тянуть с долгими объяснениями, поэтому выпалила честно, на одном дыхании:

– Мне нужен комплект твоей сменной рабочей формы.

Демоненок удивленно округлил глаза, силясь понять, по какой причине Госпоже в голову пришла такая блажь. Парень неосознанно перешел на заговорщический шепот:

– Могу я спросить: госпожа задумала что-то плохое?

Ну, вот и все, вряд ли лакей придет в восторг от правды. Быть соучастником в побеге мало кто захочет. Решив, что это не вариант, я все-таки решилась на обман, от которого, возможно, тоже будут проблемы, но уже не у Орлика, а у меня:

– Понимаешь, – я поджала губы, борясь с желанием отвести взгляд в сторону, и понизила голос, как если бы хотела посвятить парня в тайну. – Форма нужна не мне, а вашему Младшему Господину.

– Господину Яну? – Орлик сначала нахмурился, но после в его глазах промелькнула тень догадки. Что именно себе надумал паренек, я, честно говоря, знать не хотела, но примерно подозревала. – Хорошо, раз так… – парень достал из шкафа сложенные стопкой вещи. – Берите, только… – слегка покраснев, он начал нервно пожевывать нижнюю губу. – Можете не возвращать потом, я попрошу, чтобы мне выдали новый комплект.

Поблагодарив Орлика, я выскользнула за дверь, стараясь не терять ни минуты. Пробираясь пустыми коридорами назад, в свою комнату, и прижимая к груди раздобытую форму лакея, я даже думать не хотела, в какое бешенство придет Ян, узнав, что я приплела его к этой истории. Уже практически дойдя до своей комнаты, я услышала звук приближавшихся шагов и веселые голоса служанок, что-то обсуждающих между собой. Решив затаиться за одной из мраморных колонн, постаралась даже дышать через раз.

– Люси, ты не знаешь, когда возвращается самый Младший Господин? – одна из девушек несла корзину с фруктами, которую сейчас бережно прижимала к груди, мечтательно прикрыв глаза.

– Максимилиан? – ее товарка шла налегке, лишь с небольшим букетом цветов, видимо для одной из комнат господ. – Наши молчат, вероятно, и Хозяин еще не в курсе. В любом случае, до свадьбы успеет, – девушка заливисто захохотала, прикрывая рот ладошкой.

– Может, и не будет еще никакой свадьбы, – первая девушка нахмурилась, показывая свое отношение к предстоящему мероприятию. – Невеста не сильно-то рада приготовлениям, да и хилая она совсем, словно из могилы только встала.

Ох, знала бы ты, как права. Мой внутренний голос был полон сарказма, да и то, в каком ключе они обсуждают моего черта, мне абсолютно не нравилось. Вот же бабник! Знала же, что он ни одной юбки не пропустит!

– Т-с-с, тише, – служанка с букетом замахала на свою неосторожно высказавшуюся подругу. – Если кто услышит такое, худо будет.

Девушки скрылись за поворотом, и я лишилась возможности расслышать дальнейший разговор, но уже то, что было сказано, не добавляло никакого настроения. Я только сильнее уверилась в необходимости своего побега, желая расспросить черта с особым пристрастием и настучать по его рогатой голове чем-нибудь тяжелым.

Поспешно добравшись до своей спальни, я спрятала свою поклажу под матрас, прикрыв сверху пледом так, чтобы никто точно не заметил. Теперь осталось дождаться подходящего часа и желательно раздобыть еду на первое время. Как именно буду уговаривать Озерного Духа, я пока не придумала, но даже не это видится самым сложным – труднее будет найти способ выйти из Нави. – «Итак, пора подумать о следующем шаге».

глава 5

С наступлением вечера резиденция погружалась в полумрак, освещаемый лишь теплым светом свечей. Да, в особняке было и привычное для людей освещение, невесть как работающее в Нави, но его обитатели предпочитали использовать его крайне редко.

После ужина, проведенного в компании будущей «семьи» и угрюмого Лео, я, наскоро попрощавшись со всеми до утра, первая покинула столовую, собираясь успеть с задуманным до того момента, как остальные соберутся расходиться по комнатам. Мне были нужны покои Яна, расположенные совсем рядом с моими. Именно туда, пробираясь как мышка, я и спешила, старательно избегая встреч с редко проходящими по коридорам слугами. Подойдя к массивной деревянной двери, я еще раз возблагодарила Пряху Судеб и всех других богов за то, что черт никогда не запирал свои покои, прекрасно осознавая, что никто из слуг не отважится войти в них без разрешения сурового хозяина.

В комнате было темно, плотно зашторенное окно не пропускало даже редкого света звезд, из-за чего мне пришлось оставить дверь слегка приоткрытой, чтобы в небольшую щель просачивалось скудное освещение из коридора. Решив начать свои поиски с секретера, как с самого подходящего места, с досадой подергала запертую дверцу, попутно отмечая, что даже самоуверенный Ян решил в чем-то, но перестраховаться. – Что ж, ищем дальше. Осмотрев комнату, приметила еще большой шкаф, утопленный в нишу стены, и две прикроватные тумбочки, к досмотру которых сразу же и приступила. Примерно через десять минут безрезультатных поисков, с нарастающей нервозностью я подумала, что скоро обитатели резиденции начнут расходиться по своим комнатам, покидая столовую, а мне нужно будет не только найти искомое, но и успеть незамеченной вернуться к себе. Бегло оглядев стопки аккуратно сложенных вещей и несколько деловых костюмов на вешалках в шкафу, поняла, что тут мне делать нечего. – Ну же, Ника, он должен быть где-то в комнате!

Где-то в конце коридора послышались приглушенные голоса. Слуги то были или сами хозяева, я не знала и проверять это желания абсолютно не было. Пора ускоряться, если я не хотела уйти ни с чем. Спустя еще пару минут, уже отчаявшись окончательно, попятилась было к двери, чтобы вернуться обратно и попробовать в следующий раз, но неловко зацепила плечом угол висящей репродукции, не заметив картину в темноте. Короткий щелчок и последовавший за ним тихий звук приоткрывающегося тайника побудили остановиться, чтобы осмотреть свою находку. Внутри небольшого углубления, сделанного в стене, лежало несколько золотых безделушек, стопка перевязанных лентой писем и то, что я искала – сфера-перенос, именно она и позволит мне покинуть Навь и начать свой путь уже по лесам тонкого плана.

Я с облегчением выдохнула, пряча сферу в кармане широкой юбки. Выскользнув за дверь комнаты Яна, бесшумно затворила ее за собой, устремляясь в сторону своей.

Фу-у-у-х, самое сложное позади. Прислонившись лбом к прохладному дверному косяку, постаралась сбросить скопившееся напряжение, протяжно выдыхая. Задвинув ногой небольшой холщовый мешок с принесенной с кухни провизией и бурдюк с водой под кровать, поспешила в ванную. Мне оставался небольшой штрих до того, чтобы подготовка к моему сумасбродному побегу считалась завершенной окончательно.

Взяв с полочки аккуратные серебряные ножнички, в последний раз посмотрела на свои отросшие за эти месяцы волосы. Кажется, только вчера я выходила из салона в своем городке, радуясь новой стрижке и волнуясь о предстоящем путешествии, и вот, уже столько всего позади.

Первый локон полетел на пол с тихим шелестом, а за ним и остальные, отстриженные уже более уверенными движениями руки, так как обратной дороги не было. Проведя по взлохмаченному «ежику» рукой, показала своему отражению язык. – Интересно, а у чертей бывает инфаркт миокарда? – я усмехнулась, представив лицо Макса, когда он меня увидит. – Волосы не зубы, отрастут еще краше, – мысленно подбодрила сама себя, возвращаясь в спальню. Нужно было поспать хотя бы пару часов, заодно дождаться, когда вся резиденция надежно укроется сонным одеялом. Наткнуться на ее обитателей во время своего побега мне совершенно не хотелось.

Обняв подушку, какое-то время размышляла, стоит ли попросить покровительства в молитве. Перед глазами всплывало ледяное лицо Пряхи, невидяще сверлящее меня бельмами глаз. Невольно хмыкнула, подавив смешок, мысль о том, как именно воспримет богиня мою просьбу, почему-то не была радужной, скорее всего, Пряха вывернет все в своей манере, желая последить за тем, как Двоедушник будет барахтаться в проблемах, словно муха в паутине… – Нет, Ника, молитвы тут не помогут, будем рассчитывать только на себя!

Дождавшись, пока старинные напольные часы отобьют два часа ночи, я выскользнула из своих покоев, поправляя на ходу темный плащ, скрывающий под собой форму лакея. Ночной ветерок, попадающий в просторные коридоры резиденции, приятно холодил шею и трепал короткие пряди оставшейся шевелюры. С новой стрижкой я могла сойти за мальчишку, спешащего по поручению хозяев.

Холщовый мешок слегка оттягивал плечо, напоминая о том, что хоть я и взяла припасы на первое время, но в пути придется их пополнять еще не раз.

Выбравшись из здания, я повернула на аллею, ведущую к воротам. Луна серебрила дорожку, проходящую через небольшой сад с хурмой и мандаринами. Я давно перестала удивляться красотам этого места, да и мысли обычно были заняты совершенно другим, заставляя разум блуждать в проблемах насущных, но сейчас было настойчивое ощущение сказки. Пробираясь через низко склонившиеся от крупных плодов ветви деревьев, я представляла, словно иду по райскому саду, и такое место совершенно не вязалось с обителью Дьявола.

Где-то за спиной хрустнула ветка. Обернувшись, я слегка пригнулась, натягивая капюшон плаща ниже. Чуть в отдалении, на соседней аллее, были заметны две фигуры мужчин, по всей видимости принадлежащих охране резиденции. Мужчины тихо переговаривались, патрулируя вверенные им территории. Бросив короткий взгляд в мою сторону, один из них остановился, видимо, намереваясь подойти к незадачливому лакею ближе, но был остановлен своим товарищем:

– Пошли, Ганс, этот мальчишка из лакеев, я видел его на кухне.

Неужели мне повезло, и он принял меня за Орлика? Я споткнулась о не вовремя подвернувшийся камень, но поспешила продолжить свой путь, слыша, как охранники смеются, предполагая, куда может спешить посреди ночи совсем молодой парень. От довольно скабрезных предположений я усмехнулась, понимая, что все-таки доставила Орлику определенные проблемы, по всей видимости, на утро по резиденции будет гулять слух о его любовных похождениях. Оставалось только надеяться, что о нем быстро забудут, когда появится более свежая новость о сбежавшей Ведающей. – Прости, Орлик, обещаю, что постараюсь компенсировать твои неудобства, когда вернусь в следующий раз. Если вернусь…

Не отвлекаясь более на периодически раздающиеся то тут, то там ночные шорохи, я спустилась с холма, подходя вплотную к водам озера, таящего в себе переход. Опустившись на колени около кромки воды, опустила руку, выпуская небольшую струйку энергии вглубь, прошептав:

– Озерный Дух, прошу, открой проход.

Несколько томительных минут ничего не происходило, воды озера оставались такими же спокойными и темными, словно сама ночь. Выпустив еще одну струйку энергии, я проследила, как фиолетовые всполохи растворяются под толщей воды, утопая в ней. Встав с колена, отряхнула его от налипшего песка, пытаясь задавить в себе чувство нарастающей безысходности. Если своенравный Дух не соизволит появиться, то весь мой план разрушится, не успев даже начаться в полной мере. Замахнувшись носком ботинка, пнула камень, попавшийся под горячую руку. Глухой «бульк» нарушил приозерную тишину.

– Да что ж мне так не везет-то! – в сердцах процедила я, сжимая кулаки.

– Даже не знаю, миледи, возможно, вам стоит искать везение в другом месте.

Вскинув взъерошенную голову, я уставилась на Озерного Духа, насмешливо оглядывающего меня с головы до ног. Мужчина стоял в воде по пояс, скрестив руки на обнаженной груди, и выглядел абсолютно не удивленным моим поздним визитом.

– Приветствую тебя, прости, не знаю твоего имени… – я разжала напряженные ладони, стараясь выдавить из себя приветливую улыбку.

Мужчина ухмыльнулся, на мгновение посмотрев куда-то за мою спину, но тут же перевел взгляд своих синих глаз на меня, слегка покачав головой:

– Его никто не знает, даже я.

Я опешила, пытаясь переварить услышанное. Конечно, народ Нави сильно отличался от людей практически во всех аспектах жизни, но о безымянных существах я еще не слышала.

Мужчина усмехнулся, как если бы мог прочесть мои мысли, и указал подбородком в сторону резиденции:

– Сбегаете? Неужели обидели?

– Нет, – я закусила губу. – Вернее, да, сбегаю, но не обидели, – запутавшись сама, я просительно сложила руки перед грудью. – Пропусти через озеро, прошу. Я буду там более полезной, чем тут, в четырех стенах.

Дух задумался, проводя по длинным волосам рукой, медленно произнося на распев:

– В ответ на небольшую услугу, миледи.

– Конечно! – обрадовавшись, я даже не подумала о том, что цена услуги может быть для меня слишком высока. – Что от меня требуется?

– Самая малость, – он поманил меня рукой, приглашая зайти в воду. – Дайте мне имя, миледи. И я открою переход.

– Имя? – остановившись рядом с мужчиной, я посмотрела в его глаза, сохранявшие холодность, несмотря на улыбку, играющую на его губах. – Любое?

– Совершенно.

Рука духа легла на мое плечо, оставляя на ткани плаща мокрое пятно от воды, капающей с пальцев мужчины. Прохладный ветерок трепал мои волосы, в то время как Дух оставался полностью недвижим, словно древняя статуя. Его светлые длинные волосы обрамляли точеный бледный профиль, при взгляде на который вспоминались или ангелы, или безумцы. – Что ж, это действительно «малость», по крайней мере, я думала, что уговорить его будет сложнее. Подумав, я произнесла:

– Тогда я прошу тебя, пропусти, Рафаэль.

Дух рассмеялся, закинув голову назад, а вокруг наших фигур вода начала вздыматься пеной, подсвечиваясь исходящим из глубин нежным голубоватым сиянием.

– Проходите, Ника, не смею больше задерживать, – в глазах мужчины блеснул огонёк. – Ни Вас, никого-либо ещё. – И мужчина резко надавил на моё плечо, заставляя уйти под воду с головой.

Вскрикнув от возмущения, я, не успев даже набрать в лёгкие воздух, почувствовала, как холодная толща сходится над моей головой, оставляя в полной темноте.

глава 6

– Эль, тебе не кажется, что нам пора повернуть обратно? – черт задумчиво рассматривал лес, простирающийся вокруг, сейчас едва посеребренный светом луны. – Дальше лишь совсем глухие земли, да и последний из отрядов разведчиков уверял, что видели следы Стаса южнее.

Альв кивнул, соглашаясь с доводами друга, следующего рядом. Природному духу и самому уже хотелось изменить их маршрут, однако он не решался спорить с непреклонным в своих действиях чертом. Он понимал Макса: с одной стороны, ему хотелось бросить все и вернуться в резиденцию дяди, где его дожидалась обиженная на них Ника, но с другой стороны, желание отомстить застилало другу глаза, разжигая в его огненной натуре ненависть к лешему, пока что успешно скрывающемуся от них.

– Согласен. Давай встанем на привал, а утром, с рассветом, в обратный путь. Можем по пути заглянуть к Повелителю.

– Ты уверен, что он будет нам рад? – черт ухмыльнулся, вспоминая тот погром, что они устроили во дворце альвов несколько месяцев назад, когда им пришлось вызволять Нику из темницы. – Не думаю, что твой отец любезно пригласит нас на чашечку чая.

– Хоть с нами и нет Лео, но не забывай, что и ты официально еще не женат, – поддел его альв. – А Айви все еще нужен консорт.

– О нет, уволь! Если меня не сведет со свету твоя сестрица, то это обязательно сделает Ника, не забыв припомнить мне и все остальные слухи о моих похождениях.

Разжигая костер рядом с разложенными спальными мешками, Макс не мог отделаться от навязчивого чувства нервозности, непонятно откуда взявшегося сейчас. Иногда парень не мог контролировать свои чувства, они словно появлялись извне, и, хотя черт и догадывался о том, что испытывает отголоски чувств своей невесты, но изредка путал границы, где пролегало его предчувствие, а где уже были эмоции Ведающей. – Почему она сейчас нервничает? Что может беспокоить ее в этот час? – Подняв взгляд на звезды, Макс устало потер переносицу, подкидывая еще дров в медленно разгорающийся костер.

Забравшийся в свой спальник альв с интересом наблюдал за нахмурившимся товарищем, примерно понимая, где сейчас витают его мысли.

– Брат, тебе не идет хмурый вид. Теряешь образ балагура и повесы.

Макс встрепенулся, с трудом выходя из тяжелых раздумий:

– Он никому не идет, если уж на то пошло.

– Я уверен, что Ника тебя уже простила и ждет с нетерпением нашего возвращения, – Эль лучисто улыбнулся, пытаясь подбодрить поникшего товарища. – Тем более она в безопасности и окружена сильными демонами, даже Лео уже, скорее всего, добрался до резиденции.

– Это тоже повод для беспокойства.

На кинутый Элем удивленный взгляд Макс предпочел не отвечать, молча устраиваясь в своем спальном месте. О том, какие разногласия связывали его и Лихо, черт не говорил никому, даже Элю, хотя природный дух был довольно проницательным малым и, кажется, сам строил подозрения на этот счет, но весьма тактично не лез с расспросами. То, что Лео отбыл в резиденцию раньше них, одновременно и пугало, и злило. Зная упрямство и Лиха, и его Ники, черт абсолютно не сомневался, что их встреча не пройдет гладко, но больше он переживал не за сохранность владений дяди или за психическое здоровье их обитателей. Макс больше всего боялся того, в чем сам себе не хотел признаваться: что Лео все-таки удастся склонить чашу весов в свою пользу. И этот страх ядом недоверия разъедал душу, впуская в сердце острые когти ревности. Он верил Нике, уверял себя каждый раз, что она будет только с ним, отгоняя другие мысли, но… понимал, как ей тяжело сейчас, и насколько он неидеален для нее. Его любовь, местами переходящая в манию, душила девушку, лишая свободы. Полюбила ли она его искренне, либо это случилось, как и говорил Лихо, действительно, только под действием тех обстоятельств, что соединили их?

Даже когда он уезжал из резиденции, Ника так и не вышла попрощаться, тая на него обиду. Макс чувствовал, как сжимается обидой и болью сердце, но чьи это были чувства, его или девушки? Он никогда бы не заставил ее испытывать подобное, стараясь оградить от всех бед, но понимал, что остановить Стаса нужно как можно быстрее. Его нежелание взваливать подобное на чужие плечи, обусловленное больше недоверием к другим, чем альтруизмом, и сыграло с ним злую шутку, заставив покинуть возлюбленную на неопределенный срок. – А теперь Ника в компании упорно добивающегося ее любви Лео… как она там? Если он тронет ее хоть пальцем, то, клянусь, на одного мертвого демона станет больше!

Альв, так и не сумевший вывести черта на откровенный ответ, примирительно произнес:

– Хорошо, друг, давай спать. Завтра новый тяжелый день, в котором мне снова придется тебя терпеть, – от брошенной в его сторону шишки парень уклонился, заливисто захохотав в ответ на хмурый взгляд кинувшего ее черта. – Ну вот, так ты мне нравишься намного больше!

Подавив приступ кашля, я выбралась на берег. В этот раз переход через озеро оказался менее приятным, чем в первый. И хоть мои волосы и одежда остались сухими, но чувство нехватки кислорода и неприятные удушающие спазмы я прочувствовала сполна. Отдышавшись, я сняла капюшон плаща, ослабляя завязки под горлом. Ночной лесной воздух пьянил, заставляя вдыхать его полной грудью. Самое сложное, по моему наивному мнению, было позади, теперь оставалось только двигаться вперед, по возможности избегая неприятных встреч с возможными обитателями здешних территорий. Запустив руку в мешок, достала шарик артефакта переноса, собираясь быстрее оказаться как можно дальше от входа в резиденцию, но застыла, увидев, как из мешка, вслед за вынутой мною вещицей, на песок падает небольшой листок бумаги, исписанный мелким угловатым почерком.

Подняв письмо, которое я определенно туда не клала, вчиталась в его содержимое, попутно с чувством выругавшись:

«Ты в очередной раз меня позабавила, маленькая госпожа. Хотя, признаюсь, то, что ты задумала, мне не нравится, но вместе с этим я с удовольствием предвкушаю реакцию своего братца, жаль, что мне не удастся полюбоваться на его лицо в тот момент, когда ты достигнешь своей цели. Впредь будь искуснее в своих интригах, на этот раз мне пришлось слишком многим закрыть глаза на твой „маленький променад“. Кстати, это уже второй раз, когда ты мне обязана, запомни это, я обязательно спрошу по счетам.

Артефакт я настроил так, что ты перенесешься в безопасное место, всего в трех днях пути от Лебединой страны, к моему старому знакомому. Он поможет. Удачи, маленькая госпожа».

Вот же черт! – Я с досадой представила, как Ян расчищал мне дорогу, запугивал слуг и, возможно, даже договорился заранее с Озерным духом, в тот момент, когда я так глупо и самодовольно играла в великого махинатора, на самом деле проколовшись уже на начальном этапе, раз о моих планах было известно старшему черту. Мне несказанно повезло, что Ян обладал своей собственной, не совсем понятной для меня моралью, только этот искусный интриган мог не только отпустить меня, но еще и посодействовать в своей манере.

Повертев в руках артефакт, заранее настроенный мужчиной, я невольно улыбнулась, понимая, что Ян может быть даже заботливым, в некоторой степени, когда захочет, конечно. Всего три дня пути до Лебединой страны – это несказанное везение для меня! Я-то уже успела настроиться на несколько недель переходов по лесам, а тут такой подарок свыше. Упомянутый чертом «старый знакомый» интриговал, я искренне надеялась, что это не очередная уловка Яна, и меня действительно ждет настоящая поддержка в походе. Хороший проводник никому не помешает.

Зажав артефакт переноса в руке, я сконцентрировалась и выпустила в него небольшую струйку энергии, стараясь сделать все аккуратно, как учил Ян. Шарик щелкнул, освещая своим светом ночной лес, а в следующий момент, едва переборов головокружение и подкатившую тошноту, возникшую от неумелой работы с энергией, я уже смотрела на изменившийся пейзаж. Лес стал менее массивным, не было причудливо изогнутых стволов и ветвей, что так присущи Нави, луна светила все так же ярко, но на этот раз освещала не только деревья, но еще и небольшую избушку, уютно стоящую посередине практически круглой поляны.

Подойдя к двери, я постучала, но, так и не дождавшись ответа, решила приотворить дверь, надеясь, что хозяин жилища, и он же знакомый Яна, не будет злиться на мою небольшую наглость, как непрошеной гостьи.

Внутри было сухо и тепло, камин призывно потрескивал дровами, над которыми был установлен небольшой котелок, исходящий паром. Посмотрев по сторонам, я не заметила ни единой живой души, но, судя по оставленному вареву, хозяин где-то поблизости. Скинув плащ, пристроила его в небольших сенях, проходя поближе к огню. Над потолком висели многочисленные пучки высушенных трав и целые гирлянды из грибов, разносящие свой землистый аромат по всей избе. От пережитого напряжения и позднего часа мне безумно хотелось спать, веки сами собой начали закрываться, и я с огромным усилием подавила зевок, практически с любовью посматривая на застеленную несколькими шкурами кровать, стоящую в углу комнаты. – Нет, Ника, до уровня Маши из сказки ты опускаться не будешь, еще не хватало на чужой кровати полежать, чужой каши поесть, а потом огребать за это все от страшного медведя. – Прикрыв глаза, я закрыла лицо ладонями, стараясь привести мысли в порядок. – Надеюсь, Ян отправил меня сюда не на съедение.

– Я не питаюсь юными девами.

Со стороны сеней раздался звук с шумом закрывшейся из-за сквозняка двери, после чего я различила и шаги хозяина избушки. Высокий мужчина стоял в сенях, опираясь одной рукой на стену. Лицо, скрытое капюшоном мехового плаща, я разглядеть не могла, но голос казался молодым и даже мелодичным. Только сейчас я поняла, что мужчина ответил на мои невысказанные мысли, что заставило меня неприятно поежиться. – Он что, мысли читает?

– Да. Привыкай. – Короткий сухой ответ со стороны хозяина избы неприятно разрезал тишину, видимо, с ним будет так же нелегко, как и с его другом, которого я оставила в резиденции.

Вспомнив, что так и не поздоровалась с неприветливым хозяином, я поспешно вскочила на ноги, пытаясь пригладить всклокоченные волосы:

– Доброй ночи! Прошу прощения за вторжение, Ян отправил меня к вам, как к своему старому знакомому.

Мужчина прошел к очагу, небрежно кивнув в ответ на мои слова. Протянув руки к огню, он будто хотел отогреть замерзшие пальцы, хотя на улице было не так уж и прохладно: летние ночи начали потихоньку вступать в свои права. Подбитые мехом рукава натянулись, оголяя тонкие бледные запястья и по-аристократически длинные пальцы.

– И кто же ты? Принцесса? Царевна? Или, может, воительница? – мужчина с усмешкой повернул ко мне голову, скидывая капюшон.

Я застыла, рассматривая хозяина избушки: совсем молодой на вид парень, с белоснежными длинными волосами, заплетенными в толстую тугую косу, перекинутую сейчас через плечо. Серые, практически бесцветные глаза парня смотрели с нескрываемой издевкой, видимо, их обладатель не только читал все мои мысли, но еще и ощущал мои противоречивые на данный момент эмоции, видя, какое впечатление произвел на растерянную гостью.

– Нет, – я, запнувшись, задумалась, кем в действительности сейчас являюсь. – Я… Ведающая, – решив не раскрывать всего, представилась как обычно. – Ника.

– Ведьма, значит, – парень казался довольным моим ответом. – Это хорошо, поладим, как коллеги. – Намек на улыбку появился на его тонких губах.

– Ты, то есть вы, – неуверенно начала я, не зная, как лучше обращаться к своему странному собеседнику, – колдун?

Короткий смешок вырвался из груди хозяина, а я с каждой минутой все больше ощущала себя забавной зверушкой, над которой парню было интересно потешаться.

Сняв с огня голыми руками дымящийся котелок, парень поставил его на стол, заставляя меня невольно поморщиться при мыслях о тех ожогах, что должны были бы остаться на бледной коже от подобного действия. Однако, когда парень начал разливать нечто похожее на чай или травяной отвар по глиняным чашкам, я с удивлением отметила про себя, что его руки совершенно не пострадали. Заметив мой интерес, он посмотрел на меня поверх своей чашки, уже поднесенной к губам, и, наконец, соизволил ответить:

– Колдун, в некотором роде. Но раз ты не очередная царевна или желающая помериться силой, то и бояться тебе нечего. Можешь называть меня Кир, но, скорее всего, ты слышала обо мне под другим именем, – бесцветные глаза слегка сощурились, когда Кир продолжил, одаривая меня зловещей улыбкой. – Кощей.

Ступая по узкой тропинке, я рассматривала широкую спину не очень-то разговорчивого Кира, шагающего впереди. Парень упорно кутался в свой меховой плащ и, казалось, напрочь игнорирует факт теплой погоды.

– Не думала, что бессмертные могут так мерзнуть.

– А ты отдай свою смерть Нави, тогда и ощутишь все на себе. – Я подпрыгнула на месте от неожиданной реплики парня.

Вот же! Надо быть с ним осторожнее, от его умения читать мысли одни проблемы!

– Я невольно чертыхнулась, расслышав тихий смешок Кира. – Опять подслушивал. – Обреченно отметила я, продолжая плестись следом.

– Мне со смертью не повезло, как ты уже знаешь. – Я поежилась, вспомнив свой нечаянный визит в чертоги Пряхи Судеб.

Ноги гудели нещадно, напоминая об оставленных позади километрах пути. Поправив мешок, висящий на плече, прищурила глаза на начавшее клониться к кронам деревьев солнце. Кощей шел без устали, не сбиваясь с ведомого одному ему пути, и периодически даже не реагировал на мои вялые попытки завязать разговор и попытку попросить привал. Все, что мне удалось узнать о необычном знакомом со вчерашнего вечера, было весьма скудно: Кир с Яном когда-то учились вместе, после чего, уже будучи старше, участвовали в нескольких человеческих войнах. Старые друзья поддерживали отношения и впредь, однако виделись теперь редко.

На кратко пересказанную мной историю, что произошла с нами осенью, Кир отреагировал весьма сухо, словно приняв все как само собой разумеющееся. Колдуна заинтересовал лишь факт того, что в моей груди теперь стучало не мое сердце, оставленное пронзенным в каменном гроте, а две половины сердец Высших. Парень даже обещал поднять старые фолианты на этот счет, но его рвение меня не обрадовало, наоборот, в глазах казавшегося юным колдуна блестел нехороший огонек безумца, желающего поставить очередной интересный эксперимент. Становиться подопытной мышью у меня желания не было, потому я постаралась увести разговор в сторону, не намереваясь открыто спорить с тем, кто согласился быть моим провожатым. Все-таки леса по дороге к Лебединой стране не самое безопасное место, а я еще плохо справляюсь со своей силой. Помощь Высшего будет как нельзя кстати, если я хочу добраться до Макса и Эля живой и здоровой.

Еще раз печально проследив ход начавшего уже окрашиваться в багровые тона солнечного диска, я протяжно выдохнула, потирая затекшую шею.

– Ты очень громко думаешь. И не менее громко вздыхаешь. – Кир остановился около огромного ствола дерева, скрещивая руки на груди. Объемные складки его плаща делали фигуру парня массивной. Уверенность и некоторая отрешенность колдуна не отталкивали, но вселяли некоторую опаску.

– Уж прости, – я подавила в себе детское желание показать язык привередливому колдуну. – Не привыкла еще, что в моей голове копаются.

Усмехнувшийся парень, приложив ладонь к лицу по типу козырька, посмотрел наверх, туда, где крона исполинского дерева терялась в стремительно темнеющем небе. Наблюдая за Киром, я только сейчас поняла, что именно меня так смущает в его поведении – его эмоции, они будто бы подернутые тонкой коркой льда, хоть и проявлялись на его лице, но были смазанными, неполными…

– Привал там сделаем, не хочу провести ночь на сырой земле.

– Там? – я с недоверием уставилась на все еще разглядывающего что-то в вышине дерева парня. – На дереве?

– Верно. Сама залезешь или помочь?

Да он издевается! – я стояла, не понимая, каким образом должна попасть на дерево, а главное, что именно не устроило Кира в ночевке на земле.

Парень осуждающе покачал головой, посмотрев на меня как на самое жалкое существо в жизни, и, прошипев сквозь зубы, принялся объяснять:

– Тут водятся Ночницы, они, как и духи умерших, привязаны к земле, в которой нашли последний сон. Меня они не тронут, но к тебе в телохранители я не нанимался. Да и не люблю я сырость, а там, – парень указал рукой куда-то вверх, – нам будет удобно и тепло.

– Удобно на дереве? – не сдавалась я.

– Так, либо ты делаешь так, как я говорю, – колдун начал медленно закипать, – либо остаешься тут одна, а я спокойно возвращаюсь домой. Думаю, ты понимаешь, что сон мне не нужен, да и усталости я не чувствую.

– Подстрахуешь? – я сдалась, прекрасно понимая, что этот спор мне не выиграть, а лишиться пусть и странного, но способного помочь путника было бы верхом глупости с моей стороны.

Кир оглядел мою фигуру с ног до головы и страдальчески закатил глаза, видимо давая нелестную оценку моей физической форме.

– Сделаем так, держишься за мою спину, а я взбираюсь наверх.

– А если…

– Не упадешь, – прервал колдун. – Магией подстрахую.

Начав подъем, я с пугливым интересом рассматривала открывающийся со ствола вид на погружающийся в сон лес, но после того, как внизу остались первые кроны более низких деревьев, решила закрыть глаза, начав ощущать легкое головокружение и появившийся, вопреки обещанию Кира подстраховать, страх упасть. Кощей, напротив, казалось, проделывает весь путь с далеко не легкой мной на спине довольно играючи, ловко взбираясь по стволу, словно по обычной лестнице.

Наконец, добравшись почти до самой верхней ветки, по своим размерам больше напоминающей довольно широкую аллею, Кир залихватски прищелкнул пальцами, убирая силки, поддерживающие меня все это время.

Коротко взвизгнув, я неуклюже плюхнулась на что-то мягкое, чувствуя, как затекло все тело. Вокруг меня в воздух поднялся пух непонятного серо-сизого цвета. Крупные пушинки размером с мою ладонь усеивали пространство, сопоставимое по размерам с моей кроватью в резиденции Аристарха, отличающееся разве что формой, которая по периметру была обрамлена более крупными и жесткими перьями иссиня-черного цвета.

– Это гнездо… – я завороженно провела рукой по необычной перине, устилающей его изнутри.

– Правильно, – Кир опустился рядом со мной, удобно устраиваясь лежа, закинув руки за голову. – Идеальное место для ночевки: тепло, сухо, и никто не посмеет сюда сунуться.

– Но, – я запнулась, смотря на то, как у колдуна разглаживается упрямая морщинка между бровями, вид безмятежно отдыхающего Кощея плохо вписывался в мое представление об этом сказочном персонаже. – А если прилетит хозяйка этого гнезда?

– Не прилетит. – Кир вновь нахмурился, возвращая лицу привычное недовольное выражение. – Тут жила Гамаюн. Лет триста уже ее не видел, то ли сменила место гнездования, то ли обидел кто… так или иначе, а перья у нее не простые, веками будут тепло сохранять, да низшую нечисть отпугивать. Спи, ведьма Ника, завтра еще дольше идти придется.

Уже прикрывая глаза, я все-таки проворчала себе под нос:

– Не ведьма я, контракт не заключала.

– Долго ли умеючи…

Колючие льдинки больно впиваются в промерзшие от ветра щеки, царапая кожу. Оглядываясь вокруг, я вижу лишь вьюгу, заметающую все пространство вокруг меня, и едва заметное свечение, словно маленький огонек, пытающийся пробиться сквозь бушующую непогоду, чуть впереди, на расстоянии нескольких метров. Стараясь прикрыть глаза от ветра, ступаю голыми ногами по пышным сугробам, доходящим мне до колен. Метель не прекращается, принося с собой все больше и больше снега.

Ступни промерзают, начиная неметь, когда я наконец-то добираюсь до своей цели. Небольшой светлячок, невесть как выживший посреди зимы, сидит на свежей могиле, трепеща крыльями от каждого порыва ветра. Грубо сколоченный крест покосился, съехав в сторону, а надпись на нем совсем стерлась, не давая возможности прочитать, чей последний приют я нашла.

Наклонившись к земле, я хотела подобрать крохотное насекомое, постараться спрятать от холода, но светлячок в последний раз моргнул тусклым светом и, словно дымка, растворился между моих озябших пальцев.

На мое плечо опустилась чья-то рука, вынуждая в ужасе отскочить в сторону и обернуться.

– Ну, здравствуй, подруга. – Я смотрю на то, как Инга кривит бледные губы в неприязненной улыбке, и чувствую, как внутри меня все холодеет. По светлому платью мертвой подруги растекаются пятна свежей алой крови, но девушка, словно, не замечает этого. Она со злобой в глазах, не отрываясь, смотрит на меня, ожидая чего-то. – Что же ты молчишь? – девушка подходит ближе, совсем как зверь, подкрадывающийся к добыче. – Как тебе живется за счет чужих судеб?

– О чем ты? – я делаю шаг назад, но путь мне преграждает могильный холм.

– Ну как же, – Инга наигранно вскидывает брови, искривляя губы в ухмылке, похожей на оскал. – Сердца у других отобрала, а у меня и жизнь украсть ухитрилась.

– Инга, ты ошибаешься, – я слышу, как мой голос дрожит. – Я хотела вас спасти, хотела, но не успела, это Стас…

Злой смех обрывает меня, не давая договорить. Инга запрокидывает голову, разводя руки широко в стороны, и кружится на месте, закручивая безумный вихрь из льдинок вокруг своей фигуры. Отсмеявшись, девушка резко останавливается, наставляя на меня палец с обломанным до крови ногтем:

– Ты! Это все ты виновата. Такие твари, как ты, несут смерть и разрушение. Ну, ничего, скоро все прибудут к Нави, скоро Черный Мор заберет всех! – бледные губы расплываются в улыбке, когда подруга толкает меня в грудь.

Не удержавшись на ногах, я падаю на могильный холм, чувствуя, как стылая земля холодит спину. Вокруг меня только вьюга и темнота с разносящимся повсюду хохотом.

Внезапно раскрыв глаза, я застываю в немом крике, прижимая руку ко рту, стараясь выровнять дыхание. – Сон, всего лишь сон… – сознание мечется загнанной птицей в силках, стараясь понять, где реальность, а где лишь ночной морок.

Рядом со мной раздается тихий шорох. Кир, сняв капюшон, внимательно изучает мое осунувшееся лицо, глаза молодого колдуна светятся холодным светом, отражая свет луны.

– Интересно, – голос парня, как шелест листвы, мне не сразу удается расслышать слова полностью. – Не думал, что они достанут тебя даже тут.

– Они? – я провожу по мокрому лбу рукой, стараясь стереть выступивший пот.

Кир молча указывает мне куда-то вниз, предлагая заглянуть за пределы гнезда.

Там, в темноте, между раскидистыми ветвями дерева движутся неясные силуэты. Их около двух десятков, но точно я сказать не могу, так как существа перемещаются быстро, то ли танцуя, то ли просто летая вокруг лесной поляны.

– Кто это? – я перехожу на шепот, боясь, что нас заметят.

– Ночницы. Я говорил тебе о них – духи девушек, нашедших свою смерть в этом лесу. Они насылают кошмары, ведьма. Судя по всему, до твоего разума они смогли добраться даже на такой высоте. – Парень опустил голову обратно на перину из пуха, расслабленно потягиваясь всем телом. – Вероятно, твое подсознание само радо кошмарам.

– Они ему как родные. – Я выдавила кислую улыбку, отрывая взгляд от творившегося на лесной поляне сумасшедшего танца. – Кир, я вряд ли смогу снова заснуть в такой компании. – Присев рядом с вольготно устроившимся парнем, я поджала под себя ноги. – Расскажи о себе.

– С чего вдруг? – парень удивленно вскинул брови, на миг приоткрывая на меня заинтересованные глаза. – Мало сказок читала?

– Сказок много, – послушно согласилась я, все еще не повышая голос с шепота. Я понимала, что хотела не столько узнать о новом знакомом, сколько отвлечься от пережитого кошмара и Ночниц, наславших его. – Например, расскажи, ты, правда, похищал всех тех царевен? Ты, помнится, у меня при встрече спрашивал, не одна ли я из них.

Кир засмеялся, привстав на локтях. И хоть смех разносился серебряным колокольчиком, но глаза Кощея оставались холодными, неживыми:

– А сама как думаешь?

– Думаю, что это ложь, – я серьезно посмотрела на опасно сузившиеся глаза собеседника. – Зачем тебе столько девушек? От одной проблем много, а тут целая толпа. – Кир, не мигая, смотрел на неловко пошутившую меня, пока я не сдалась под этим взглядом, отпуская свою напускную серьезность, и не улыбнулась той нелепице, что сама же до этого и произнесла. – Ну, действительно. Просто злые слухи, – я попыталась высказаться более обтекаемо. – Да и в твоей избушке я не заметила ни одной прекрасной девы.

– А может, я их уже всех извел? – Кир приглашающе похлопал рядом с собой, после чего слегка притянул меня ближе, позволяя удобно устроиться в складках его теплого плаща. – Спи, давай, маленькая ведьма, – парень вздохнул, досадливо покусывая губу. – Так и быть, закрою тебя своей энергией, чтобы больше ничего не снилось.

– А как же царевны? – я боролась с сонливостью, желая узнать ответ.

– Бегали одно время за мной, – парень прыснул от смеха, обдав мою шею горячим дыханием. – Еле отвадил.

глава 7

Ян прислонился к стене около окна, рассматривая утренние лучи солнца, пробивающиеся сквозь стекло изящного бокала, наполовину наполненного тягучим красным вином. Мысли мужчины были далеки от стен резиденции, от вечно цветущих, утопающих в зелени полей, там, где грань Нави и Яви стиралась, плавно переходя в человеческие леса. Где-то там, одна маленькая взбалмошная девчонка пыталась пройти свой собственный путь, доказывая себе и окружающим не пойми что, только больше утопая в своем упрямстве и запутывая ход игры.

– Маленькая госпожа предпочитает творить историю своими руками, загребая самый сильный жар. Остается лишь надеяться, что на этот раз ты, Ника, вернешься к нам самостоятельно, а не на руках моего безутешного братца.

Раздавшийся стук в дверь ничуть не удивил мужчину, он давно ждал этого гостя. Напротив, Яна даже забавляло, что визитер решился на разговор только сейчас, спустя практически сутки после побега Ведающей.

Отворившаяся, не дожидаясь ответа со стороны хозяина комнаты, дверь гулко ударила о косяк, выказывая нервозность гостя. Ян отставил в сторону бокал, спрятав руки в карманах брюк, беседа обещала быть не из приятных.

– Смотрю, лишними манерами ты себя не утруждаешь.

Застывший напротив Яна Лео с раздражением сжимал кулаки, оставляя красные полосы от ногтей на натянувшейся в напряжении коже, понимая, кто мог стать помощником для неожиданного исчезновения Ники.

– Тебе нужны мои манеры? – Лихо шагнул вглубь комнаты, отмечая про себя наличие нескольких пустых винных бутылок на прикроватном столике и смятую постель. – Ты ведь знаешь, где Ника. – Мужчина не спрашивал, а скорее утверждал, смотря в казавшиеся абсолютно отрешенными глаза старшего черта. – Не зря меня выбешивает вся ваша порода!

– Предположим, – Ян слегка повел плечом, обозначая свою незаинтересованность темой разговора. – Это повод врываться ко мне на рассвете?

– А какой повод был у тебя, когда ты помог ей уйти! – взбешенный Лео требовал ответов, плохо контролируя заливающую глаза тьму. – Она сейчас одна, где-то в лесах, полных нечисти и диких зверей!

– Почему же одна? – черт позволил себе намек на улыбку, но глаза оставались колючими. – У нее есть прекрасный провожатый. Да и Ника довольно самостоятельная девочка, пора тебе уже смириться с этим, Главное Бедствие, – насмешка в тоне Яна физически наполняла пространство между мужчинами. – Смириться, как и с тем, что ты не имеешь никакого отношения к ее жизни и решениям.

Лео, напряженно сжав зубы, усилием воли втянул обратно под кожу тени, начавшие было расползаться по комнате. Контроль всегда плохо ему давался, а с недавних пор, после знакомства с совершенно обычной, на первый взгляд, девушкой, мужчина окончательно потерял голову. За короткие месяцы этой, ранее не значащей ничего для бессмертного Высшего, человечке удалось перевернуть его жизнь, внеся вместе с собой все те эмоции, что мужчина раньше так старательно прятал под маской холодного руководителя. Сейчас же даже одна мысль о том, что Ведающая может подвергать свою жизнь опасности, сжимала его душу в стальных тисках. А после слов Яна о каком-то «провожатом» к коктейлю из страха и неразделенной любви прибавилась еще и ревность, испытываемая Лихом до сего момента лишь в присутствии Макса.

Стараясь прийти в себя, практически справившись с потоками энергии, норовящими окутать тело своего хозяина, Лео уставился на ухмыляющегося черта:

– Кто с ней и куда она идет?

– Ну раз тебе это так важно… – Ян намеренно испытывал терпение Лео, растягивая слова, словно большой довольный кот. – Я решил, что ей будет полезно познакомиться с моим старым другом, она с Кощеем, – видя облегчение, промелькнувшее в глазах Лиха, черт продолжил: – Да, можешь выдохнуть. Этот аскет и ледышка совершенно равнодушен к женским прелестям. Хотя знаешь, Ника девушка необычная, может, у нее и получится оживить этого мертвяка. – Ян хохотнул, представляя, какой занятный исход может быть у данной истории. – В любом случае, опасаться стоит моему дорогому братцу, ведь он ее жених, а не ты.

Опасно сузившиеся глаза Лео проследили за тем, как Ян наполняет очередной бокал, осушая его одним глотком. Мотивы этого черта всегда было трудно предугадать, иной раз казалось, что Яну просто приелась жизнь в целом, а всех на своем пути он считал не более чем фигурами на шахматной доске, с которыми он управлялся то с азартом маньяка, а то с ленцой и неохотой стороннего наблюдателя. Вот и сейчас черт всячески пытался вывести Лео из себя, подталкивая на эмоции и наслаждаясь его реакцией. Такого удовольствия Лихо не хотел ему доставлять.

– Ты не ответил: куда Ника направляется?

– Да? – наигранно удивленный тон плохо соответствовал хитрому огоньку в глазах Яна. – Действительно… как некрасиво с моей стороны. В пункте назначения маленькой госпожи нет никакого секрета, сам как думаешь, Великий и Ужасный? Куда молодая невеста может стремиться больше всего? – Ян намекал на желание Ники увидеть жениха, испытывая удовольствие от вспыхивающей злости собеседника, хотя и знал, что причина побега девушки была не в этом. Просто импульсивная Ведающая желала свободы, и Ян понимал ее, как никто другой, он и сам предпочитал не засиживаться в отчем доме больше положенного.

Стараясь не вестись на явную провокацию со стороны черта, Лео направился к выходу из комнаты:

– Благодарю, – сухо обронил он за спину. – Я понял, где ее искать.

Захлопнувшаяся с прошедшей по стенам вибрацией дверь отдалась в багровой жидкости бокала едва заметным всплеском.

– Некоторым лишь бы имущество портить. – Ян вернулся к созерцанию рассвета, разгорающегося с каждой минутой все ярче. – Жаль, что не увижу всего своими глазами, когда они встретятся в Лебединой стране, – мужчина улыбнулся своим мыслям, представляя картины затеянной им игры. – Как бы там ни было, а вино в этом году бездарно. – Поморщившись, Ян щелкнул пальцами, вызывая на их кончиках небольшой огонек призыва.

Появившийся посреди комнаты в ответ на зов хозяина обер-камергер поклонился:

– Господину что-то угодно?

– Да, Фил, – старший черт задумчиво потер подбородок, пытаясь придумать, чем разогнать вернувшуюся после закончившегося разговора скуку. – Передай Стеше, что я желаю ее видеть. Немедленно.

– Служанка с кухни, Господин? – уточнил алконост, пытаясь припомнить, кто именно сейчас в фаворитках у молодого хозяина.

– Именно.

– Будет сделано, Господин.

Растаявший в воздухе обер-камергер оставил после себя лишь легкое сияние от перьев, которое, впрочем, тоже быстро пропало, предоставляя мужчину полному одиночеству.

Ян посмотрел на смятые в беспорядке, успевшие остыть простыни.

– Вино и женщины – единственное, что доступно даже в аду, – горькая усмешка исказила точеные черты лица. – Твое счастье, маленькая госпожа, что я не пал жертвой твоих глаз, как эти мальчишки. Играть с собой я бы не позволил.

– Ки-и-и-р, ну, Ки-и-и-р.

– Чего тебе, маленькое наказание? – колдун беззлобно огрызнулся, вероятно, показывая тем самым степень того, как он успел устать от моего присутствия.

Покинув гнездо Гамаюн, мы продолжили свой путь, спеша до заката дойти до старой сторожки, которую, по словам Кощея, он заприметил в свой последний визит в ту часть леса. Как я поняла из редких фраз неразговорчивого парня, Кир промышлял в основном охотой, живя в своей избушке в уединении с природой. Парень изредка совершал вылазки в Навь, но от светских раутов и общения с остальными сородичами отказался практически полностью. Иногда я замечала в неживых, застывших глазах парня отголоски эмоций, которые пытались пробиться сквозь его броню. Чувство страха так и не смогло победить мое любопытство, поэтому я продолжала свои попытки выведать о жизни Кощея больше подробностей.

– А почему ты согласился мне помочь? Я ведь вижу, как тебе неприятно чье-либо общество.

– Должок у меня перед твоим покровителем, – молодой колдун отмахнулся от предложенного яблока, которое я на ходу достала из своего мешка, заметно уменьшившегося за эти сутки, и продолжил: – Ян знал, что я не откажу, когда посылал тебя ко мне. Одного не пойму, – Кир слегка нахмурил брови, смешно сморщив нос. – Что за игру он затеял на этот раз?

– Игру? – я откусила еще раз от наливного бока, стараясь делать несколько дел одновременно: есть, идти и пытаться разговорить попутчика, что было весьма неудобно, но вредный парень упрямо не давал времени на полноценный привал, уверяя, что заданный моей нерасторопностью темп и так слишком медленный.

– Да. Я знаю Яна очень давно и могу сказать с уверенностью, что этот Высший – искусный манипулятор. – Кир забрал мешок с провизией, закинув его себе за спину, чем вызвал у меня удивление. – Он мог настроить артефакт так, что ты попала прямиком в Лебединую страну, но по каким-то своим причинам он этого не сделал.

А ведь действительно… – здравая мысль, только сейчас пришедшая мне в голову, зародила сомнение по поводу бескорыстности помощи старшего черта. – Почему он отправил меня не к своему брату, куда я и собиралась, а за три дня пути прямиком на порог к Кощею?

– Вот и я о том же, ведьма, – в очередной раз прочитав мои мысли, Кир ответил так, словно я задала эти вопросы вслух, вызвав мое недовольное сопение. – Он чего-то добивается, знать бы чего именно…

Я и сама терялась в догадках наравне с подметившим очевидную уловку черта Кощеем. Конечно, я была уверена в том, что Ян не будет действовать мне во вред, но эти игры Высшего вводили в замешательство.

Завидев чуть поодаль небольшое озеро, я вспомнила о другом водоеме, в самом начале нашего пути, где невольно подслушала разговор Лео и Макса, значение которого я тогда не понимала или только не желала понимать. И как потом все завертелось, стремительно меняя друзей и врагов местами.

Невольно вспомнились все ночи, проведенные с Максом, предательский внутренний голос твердил, что я безумно соскучилась по невыносимому рогатому, хоть и не понимала до сих пор, готова ли терпеть его всю оставшуюся жизнь.

Кир рядом хмыкнул, показывая подобие улыбки:

– Ведьма…

– Да не ведьма я! Сколько можно говорить!

– Не важно, – парень отмахнулся от моих слов, словно от назойливой мошкары. – Ведьма ты или нет, но думай тише, а лучше вообще избавь меня от подобных фривольных подробностей твоей жизни. Нет никакого желания знать о твоем любовнике, пусть он и брат моего друга.

Щеки загорелись, чувствуя, как покраснели, кажется, даже кончики моих ушей, я поспешно прогнала из памяти образ Макса на простынях, старательно припоминая текст детской песенки и думая о розовых летающих слонах.

– Смешная ты, – Кир указал в сторону озера. – Пошли, умоешься и воды наберешь. Таких приключений, как с другими твоими спутниками, не обещаю, – колдун улыбнулся одними губами, продолжая сверлить меня ледяным взглядом. – Их сердца ты смогла забрать, но у меня сердца нет, оно давно принадлежит лишь Нави.

В тронном зале Повелителя альвов было на удивление пусто. Лишь двое Высших стояли перед троном, на котором восседал уставший и заметно постаревший, будто бы не на один век, Святибор.

– Что ж, хоть поиски и не увенчались успехом, но я всегда рад видеть вас своими гостями, – Святибор сдвинул кустистые брови. – Несмотря на наши недавние разногласия.

– Благодарю, отец, – Эль вспомнил недавно отстроенное крыло дворца, через которое им пришлось добираться на аудиенцию к Повелителю. В нем не было раскаянья за причиненный ущерб, альв был полностью уверен, что тогда поступал правильно, идя против воли родного отца. – Как поживает моя сестра? Готова ли она к коронации?

Святибор не спешил с ответом, медленно прокручивая массивный золотой перстень на пальце. Мужчину занимают тяжелые думы, а упоминание дочери лишь усугубило и без того не радостное настроение. Наконец, оторвавшись от своего занятия, Повелитель альвов удостоил беглого сына взглядом.

– Айви с предвкушением ждет, когда бремя власти опустится на ее хрупкие плечи, – мужчина прикоснулся ко лбу, словно пытаясь прогнать начавшуюся головную боль. – Она еще молода и не ведает, сколь тяжелый груз я собираюсь ей передать.

– Повелитель, – черт, сделавший шаг в сторону трона, обратил на себя внимание Святибора. – Позвольте спросить: известия о Чуме подтвердились? Что доносят ваши отряды?

Взгляд Святибора почернел, сжавшиеся пальцы с хрустом обхватили подлокотники трона. Повелителя страшили мысли о болезни, начавшей так стремительно распространяться, не щадя ни людей, ни народ Нави, и Высших, и низших, уравнивая всех перед бледным ликом смерти. Тем сложнее ему было смириться с тем, что он вынужден передать корону своей единственной дочери, так опрометчиво желающей заполучить ее.

– Да, Максимилиан. Я уже отправил несколько писем с докладами от разведчиков Аристарху, а также в Ведомства нескольких округов. Мор продолжается, собирая дань многими душами. Полагаю, его природа неестественна, эта болезнь определенно выпущена кем-то в мир, и я думаю, что вы найдете виновного там же, где и своего врага. Если разыскиваемый вами Станислав и не причастен к этому, то определенно что-то знает. Лешие, обладающие его силой дара, чувствуют такие изменения, как никто другой. – Повелитель хлопнул в ладоши, позволяя эху разнести гулкий звук по пустому залу. В открывшихся дверях показался мужчина в строгой форме камергера. Почтительно склонившись в поклоне, вошедший замер, не разгибая спины, в ожидании приказа. – Родомир, проводи нашего гостя в приготовленные для него покои, – переведя взгляд на своего сына, Святибор продолжил: – А ты, Элион, останься, нам есть о чем еще потолковать.

Дождавшись, когда за слугой, сопровождающим вышедшего из зала друга, закроется дверь, Эль вопросительно приподнял брови, обращаясь к отцу:

– И о чем же Повелитель хотел побеседовать?

– Оставь титулы, – с плохо скрываемым раздражением Святибор спустился с трона, подойдя к сыну ближе, но все еще сохраняя дистанцию. – Твоя сестра сильно изменилась, это волнует меня.

– Неужели? И в чем состоят эти изменения? – усмешка в словах Эля вырвалась случайно, хотя он и пытался не выдавать того, что уже давно знал все отрицательные качества в характере сестры.

– Она стала доставлять много проблем, – Повелитель выглядел немало удивленным переменам в поведении дочери, которых он ранее не замечал, закрывая глаза на некоторые ситуации. – Ты говорил с Лео о ней?

Эль понимал, чего хочет добиться отец – Лео был бы идеальным консортом, да и к тому же Айви была влюблена в него с раннего детства, однако альву даже не нужно было начинать разговор с Лихом, чтобы понять, что тот не согласится на этот брак.

– Он не сможет принять подобное предложение. Вам, отец, придется подыскать другую кандидатуру.

– Жаль, я возлагал на него большие надежды. Его отец был бы рад, узнав, что наши семьи породнились, – Святибор заложил руки за спину, неспешно проходя мимо сына. Остановившись чуть поодаль, он указал на плотно закрытые двери. – А этот? Он не наследник, но из древнего рода, и я хорошо знаком с его дядей. Как ты смотришь на счет Максимилиана в роли будущего брата?

Не выдержав, Эль рассмеялся, но быстро спохватившись под гневным взглядом отца, откашлявшись в кулак, подавил даже намек на улыбку.

Святибор всегда недолюбливал сына, слишком слабого, слишком мягкосердечного, как он считал. Эль напоминал свою мать, так рано покинувшую этот мир. Она так же была добра к окружающим и так же своевольна, как и мальчишка, не достойный, по мнению Повелителя, занять трон и управлять целой страной. То ли дело его возлюбленная дочь Айви, вместившая в себя не только красоту и умение беспрекословно следовать наставлениям и воле отца, но и обладающая единственным в своем роде даром – видеть Нити Судеб. Вот, кому Святибор всегда мечтал передать свое бремя, пока дочь не начала печалить его думы изменившимся поведением и дерзкими речами. Что могло стоять за этими метаморфозами, оставалось лишь гадать и надеяться, что после замужества все успокоится, так или иначе, либо сладкими речами, либо железной рукой ее мужа.

– Я сказал что-то смешное, сын?! – гневный возглас громом обрушился на осознавшего свою ошибку альва.

– При всем уважении, но Макс не тот, кто захотел бы принять руку моей сестры, даже будучи свободным, а у него скоро назначена свадьба. Если ты не помнишь, отец, то в прошлый раз стены дворца пострадали именно при нашем освобождении его невесты. – Альв хорошо помнил ту ночь, как они покидали дворец, что он называл долгие годы своим домом. Как с грохотом обрушивались стены, открывая зияющие провалы, и как раздавались над головой взрывы, освещая своими всполохами всю округу. Надо быть безумцем, чтоб допустить возможность отказа Максом от чувств к его Ведающей.

– Двоедушник, помню-помню… – протянул Святибор, возвращаясь к трону и устало опускаясь на него. – Признаюсь, я надеялся, что эта проблема решится, но упрямства Аристарху не занимать, хотя девчонка еще не стала частью их семьи, но он уже отстаивает ее как родную. Подумать только, это даже смешно! Какая-то смертная и столько шума… что ж, я устал и хочу уйти на покой, пока Вечность не призовет меня. Коронация твоей сестры – дело решенное. Если не удастся найти ей достойную партию за это время, то так тому и быть.

– Отец, это все, что Вы хотели обсудить со мной?

– Пожалуй… – Святибор встрепенулся, выплывая из своих мыслей, надежно завладевших им еще минуту назад. Посмотрев на запыленный дорожный костюм сына, он запоздало отметил и уставший, потухший взгляд синих глаз, так похожих сейчас на глаза его покойной супруги. – Ступай, отдохни. Нам всем стоит отдохнуть перед тем, как начать думать о следующем шаге.

глава 8

Низко наклонившись к прохладной глади лесного озера, я смыла дорожную пыль со щек и лба, с наслаждением подставляя лицо солнцу. Капли, стекающие за ворот жакета, приятно холодили кожу.

Устроившись на траве чуть в стороне от меня, Кир задумчиво поглядывал на проплывающие мимо кучевые облака. Хоть мой невольный спутник и пытался казаться хмурым и безучастным, но даже такие мелочи, как ночевка в удобном гнезде и остановка около озера, на которое я поглядывала с такой надеждой, явно указывали, что в парне еще осталось немало человеческого.

Потянувшись, я с болезненным удовольствием вытянула затекшие, уставшие ноги. Впереди нас ждало еще чуть более суток пути, а я, признаться честно, была уже вымотана. Наполнив небольшой бурдюк водой, спрятала его в свой мешок, отвоеванный обратно у Кира, который тот с завидным упрямством нес всю дорогу, бурча себе под нос что-то о глупых ведьмах и тяжестях. Его неловкая забота даже умиляла, то, как парень старательно прятал любое проявление чувств, вызывало во мне теплую улыбку. – Ничто человеческое Кощею не чуждо…

Сноп брызг, окативших меня из-за спины, заставил взвизгнуть:

– Черт! – мокрые волосы неприятно обдул еще по-весеннему прохладный ветер. Со стороны озера раздался заливистый смех, но, обернувшись, я успела заметить только расходившиеся по воде круги. – Большая рыбка тут плещется. – С раздражением проведя по волосам, я увидела несколько больших темных силуэтов, стремительно удаляющихся под водой.

– Русалки. – Приблизившись, Кощей забрал мешок, закидывая его за плечо. – Играют.

– Когда-нибудь я привыкну, что ты читаешь мои мысли. – Возмущаться не хотелось, но и факт вторжения в личное пространство мне не нравился, поэтому я продолжала бурчать, но лишь себе под нос.

– Мы попрощаемся раньше, чем это случится.

Повторная волна из брызг накрыла уже нас обоих, прерывая начавшийся разговор. На утопленные с одной стороны берега корни большой ивы выбралась девушка, старательно отжимая длинные светлые волосы от льющейся с них воды. Заметив нашу мокрую парочку, русалка наградила меня надменным взглядом водянистых глаз, но стоило ей внимательно рассмотреть моего спутника, как ее голова испуганно вжалась в плечи. Русалка заметалась, пытаясь найти укрытие, обхватив себя руками.

Слегка оскалившийся в подобии улыбки Кир не дал ей скрыться, сделав какой-то едва уловимый жест рукой, парень с удовольствием наблюдал за толстой коркой льда, появившейся на поверхности озера и перекрывающей девушке доступ к спасительной воде.

– Ну что ж ты, красавица, – голос Кира был обманчиво ласковым, как мед, в котором должна была утонуть несчастная пчелка. – Заскучала, поди, раз не смотришь, с кем шутки удумала шутить?

Девушка в страхе поклонилась, приложив тонкие, лишенные цвета руки к обнаженной груди. Извинения озерной красавицы звучали тихо, как ручеек:

– Прости, Кощей, не признала сразу.

– Прощу, – парень указал движением головы на скованное озеро. – Зачем ты мне сдалась. Только расскажи вначале, что слышно со стороны Лебединой страны? Есть новости?

– Расскажу, непременно расскажу! – энергично закивавшая головой девушка начала перечислять все, что слышала, загибая пальчики. – Коронация скоро, сестры говорили, да жениха не сыскали еще, на гостей знатных надеялись, так они отказом ответили, не приняли руку принцессы, только наших всех по лесам распугали, ищут не весть что, – надув губки, пожаловалась она.

Звучит очень похоже на рогатого и Эля. – Мысленно улыбнулась я. – Значит, Святибор и Макса сватали к этой стерве блондинистой?

Всплеснув руками, русалка поспешно воскликнула:

– Вот еще! Говорят, что в дальних селениях Мор страшный начался, косит и наших и людей, без разбору и устали, – озерная дева с интересом посмотрела на молча слушавшего ее рассказ Кира. – Не хворь ли лечить вы идете с невестой своей?

Тяжелая рука заботливо хлопнула по спине, когда поперхнувшаяся от предположения русалки я зашлась сиплым кашлем.

– Не с невестой, с коллегой. – Кощей строгим взглядом смерил зарумянившуюся русалку, осознавшую свой промах. – И своим всем передай, что эту ведьму трогать нельзя. Злая она слишком, похлеще Мора будет, – усмехнулся нагло потешающийся надо мной, шокировано раскрывшей рот в данную секунду, колдун. – Так что не советую больше так шутить.

– Поняла я все, батюшка! – елейным голоском русалка принялась просить: – Отпусти к сестрам? Ни тебе, ни ведьме твоей больше на глаза не попадемся даже.

Проделав тот же пасс рукой, парень молча развернулся спиной к озеру, собираясь покинуть это место. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним, слыша сзади лишь радостный возглас и всплеск воды от погрузившейся в родную стихию русалки. В воздухе стало заметно теплее от развеявшихся ледяных чар.

Вернувшись на выбранную тропку, Кир, не обращая внимания на возмущенно сопящую сзади меня, направился вперед, насвистывая что-то себе под нос.

Примерно через полчаса пути, проведенного в молчании, я не выдержала, поравнявшись с Кощеем:

– Слышал про Мор? Как думаешь, что это?

– Придем, узнаем. Какой толк сейчас гадать? – парень, даже не посмотревший в мою сторону, снова отвечал так, будто и говорить со мной не хотел.

Нет, ну почему мне всегда достаются самые невыносимые попутчики? Где я так нагрешила-то? – Я, споткнувшись об очередной корень, попавшийся на моем пути, остановилась, смотря на удаляющуюся спину Кощея, негодуя, почему мне хоть раз на всем пути не могла попасться какая-нибудь добрая фея или, на худой конец, колдун, но добрый и понимающий, а не черти, Лихо, русалки с искаженным чувством юмора и прочие депрессивно-маниакальные личности.

– «Подобное притягивает подобное». Слышала такое? – потешавшийся над моими мыслями Кир махнул рукой, требуя не отставать от него. – Поэтому я предпочитаю одиночество.

– А как же все царевны и богатыри? В прошлый раз ты так и не рассказал подробности.

– Не стоят они внимания, – колдун отмахнулся. – Одни возомнили себя вершителями справедливости, зло искоренять собрались. Да только что такое «зло»? Почему смерть одних – это зло, а других – благо? Молчишь… – Кир хитро прищурился, в ответ на мою растерянность. – Вот и я не знаю. Как бы там ни было, а со временем перевелись охотники за приключениями, перестали ко мне захаживать. То ли ума набрались, то ли друг друга самостоятельно извели.

– С царевнами, я полагаю, тоже не все так просто?

– А то! – Кир засмеялся, вспоминая что-то ведомое только ему. – Этим, наоборот, жениха надобно, да такого, чтоб исправлять его и непременно к свету вести. А если жених привык к своей тьме? Да и вовсе не хочет женихом становиться?

– А в сказках пишут, что ты их сам похищал и жениться хотел. – Я заговорщицки наябедничала на весь народный фольклор, надеясь на большую информацию в ответ.

– Врут твои сказки, – голос парня стал тише, из него пропала вся веселость. – Отвадил всех, на порог не пустил даже. Это Ян любитель покуражиться, а мне спокойствие дороже. К чему мне девка, коль я не чувствую ничего? Но и они, к моей радости, перестали со временем искать дорожки к моей избушке, лишь ведьмы иногда за советом приходят, да нечисть низшая.

– И не одиноко совсем одному? – мне стало жаль колдуна. Хоть Кощею и был ни один век, а выглядел он до сих пор как совсем юный парень, только в глазах безжизненное поле, словно вьюгой занесенное. Как бы ни говорил Кир, что нравится ему такая жизнь, но я упрямо продолжала считать, что и его одиночество, хоть изредка, но съедает.

– Может и одиноко, – парень согласился, не желая спорить. – Не знаю. Не чувствую этого. Вот с тобой общаюсь, что-то новое узнаю, – Кир задержал взгляд на моем лице, но после лениво отвел глаза в сторону, возвращая былое безразличие. – Ян знал, что общение пойдет мне на пользу, слишком давно я не говорил ни с кем, даже его не видел уже больше десятка лет. Видимо, в этом и состоял его план.

Я притихла, пытаясь обдумать услышанное. – Как так вышло, что Кощей утратил свою смерть и способность чувствовать? Почему при этом остался верным другом и, по сути, заботливым проводником? Может, не все эмоции его покинули? Значит, есть еще возможность что-то исправить?

Кир достал из мешка кусок вяленого мяса и после того, как я отказалась от предложенного угощения, надкусил его сам. Медленно прожевывая кусочек, колдун хранил молчание, его взгляд стал потерянным, словно обращенным куда-то вглубь него самого.

– Даже вкус еды уже не помню, – выплюнув так и не проглоченный кусок, парень вытер рот тыльной стороной ладони. – Бессмертие – интересная вещь. Мне не нужно есть, не нужно спать, но я по привычке продолжаю это делать. Даже дышать – нет необходимости, но мышцы привыкли делать вдох, двигая пустую оболочку.

Лес стал редеть, не переходя ещё в равнину, но уже понемногу отдавая свои права. Поднявшись на небольшой холм вслед за опять замолкшим Киром, я увидела громаду простирающихся впереди гор. Их верхушки, скрытые облаками, сливались с небом. Насколько я могла судить, до цели нашего путешествия оставалось не так уж и далеко. Растительность плавно менялась, всё чаще попадались папоротники и можжевельник. Природные духи не зря выбрали эти земли. С таким климатом они были ближе всего к лету, так обожаемому ими.

– Кир?

– М-м-м? – колдун вскинул голову, выходя из задумчивого состояния. – Что тебе, маленькая неприятность?

– А ты знаком с Повелителем?

– Знаком. У нас с ним давнее соглашение.

– А что ты будешь делать потом, когда мы дойдём до цели? – мне не хотелось прощаться с моим хмурым спутником, хотя я и не собиралась признаваться в этом вслух.

Ухмыльнувшийся Кощей, видимо снова прочитавший отголосок моих мыслей, посмотрел на меня, как на мышку, которая по собственной воле идёт на ужин коту. От этого взгляда по моей спине прошлись неровным строем мурашки, противно холодя кожу.

– А какая у тебя цель, ведьма Ника?

Я была уверена, что Кир спрашивает про что-то большее, а не просто пункт моего назначения в этом пути. – Встречу я Макса и Эля, а что потом? Хотела ли я просто вырваться из клетки или желала чего-то большего?

Подумав, я нашла лишь один верный вариант:

– Остаться живой. Во всех смыслах.

Прозрачные глаза отозвались неожиданным пониманием. Одобрение, промелькнувшее во взгляде Кощея, было мимолётным, но я успела уловить его.

– Достойная цель.

С первыми лучами заката, как и предрекал Кир, мы дошли до небольшой сторожки. Крохотная избушка была довольно обветшалой, но, на удивление, чистой. С какой-то стороны меня даже умиляло настойчивое желание колдуна ночевать в исключительном комфорте. Кир упрямо отказывался от мысли провести ночь просто на земле, при этом каждый раз неприязненно ёжась от одного ему ведомого холода. Как так вышло, что ничего не чувствующий бессмертный вздрагивал от мороза посреди жаркого дня, я не понимала, но, видимо, ответ крылся в его прямой связи с Навью. – Её мерзлота словно заняла место его сердца.

Галантно отдав мне право спать на маленькой кровати, притаившейся в углу за старенькой ширмой, Кир расположился на полу, застелив его меховым плащом.

Наскоро поужинав остатками провианта из мешка, я с грустью уставилась на его пустое дно. Завтра нам предстоял ещё день пути, и если я не хотела проделать его на пустой желудок, то с утра пораньше нужно подумать о том, где добыть еды. Завернувшись в свою накидку, я поджала к животу гудящие от напряжения ноги. Мозоли, образовавшиеся за двое суток, успели слегка огрубеть, уже не причиняя того дискомфорта, что был в самом начале, однако всё равно не доставляли удовольствия.

Со своего места я слышала, как ворочается Кир, пытаясь удобнее устроиться на твёрдых досках пола. Из-за разделяющей нас ширмы мне был виден только размытый силуэт колдуна, тенью отбрасываемый от единственной свечки, которую нам удалось найти в ветхом буфете. Смотря на то, как смешно Кощей взлохмачивает белые пряди, падающие на лоб из растрепавшейся косы, я невольно улыбалась, вжавшись в подушку. Мне было жалко этого парня, так упорно лелеющего своё одиночество.

Вдруг тень резко остановилась, силуэт сделал движение головой в мою сторону, а я запоздало вспомнила о способностях моего провожатого, стараясь чертыхаться и переводя мысли от колдуна на ничего не значащую чепуху о цветочках и радуге.

– Поздно, ведьма, – голос за ширмой был пропитан вековой усталостью. – Конспиратор из тебя весьма посредственный. Не стоит меня жалеть.

– Прости… – я почувствовала, как вновь мои щёки заливает краска стыда.

– Извиняться тоже не стоит.

Воцарившаяся тишина начала угнетать. Ощущение уюта было утрачено окончательно. До боли зажмурив глаза, я мысленно выругалась, проклиная свою неосмотрительность. Мне никоим образом не хотелось обижать Кира. И хоть он и уверял в своей бесчувственности, я видела, как тяжело ему иногда бывает. Что-то тёмное плещется в его глазах, отголоски старой боли, которую я невольно вызывала своими мыслями и вопросами.

Вымученный вздох заставил меня зажмуриться ещё сильнее.

– Ника, ты когда-нибудь заснёшь или так и продолжишь мнить из себя спасительницу всех сирых и убогих?

– Знаешь, я даже боюсь представить, что ты чувствуешь, читая чужие мысли, – сама от себя не ожидая, вопреки просьбе-вопросу колдуна, я решилась на этот разговор. – Должно быть, это очень непросто. Я иногда чувствую что-то… не знаю, как правильно объяснить. Словно мои эмоции не мои, а двух других людей…

– Людей?

– То есть Высших, тех, про кого я тебе рассказывала. – Я вспомнила, как чувствовала боль, живущую в глазах Лео, и то щемящее чувство тоски, что иногда раздирало моё сердце, скорее всего, тоже принадлежало не мне, а черту, которого я отпустила, так и не попрощавшись и не простив.

– Ничего удивительного, – тенор Кира плыл в темноте сторожки, его мягкие переливы действовали на меня убаюкивающе. Он, как Кот Баюн, не говорил, а рассказывал сказку, чтобы потом расправиться со своей спящей жертвой. – Ты живёшь за счёт их сердец. И хоть я и не слышал о подобном, но раз так вышло… – колдун усмехнулся. – Знаешь, мне даже их жаль.

– Потому что они остались без половины сердца?

– Потому что они чувствуют тебя так же, как и ты их. И рано или поздно один из них, обезумев от ревности, убьёт соперника, а после будет смотреть, как и ты умираешь на его руках, лишившись жизненной энергии одной из половин. Я помню свою человеческую жизнь. Не всё, далеко не всё, но то, что запомнилось, я мечтал бы вычеркнуть из своей памяти, поэтому понимаю, как должно быть им сейчас.

Неожиданная догадка засела у меня в голове, и я решила пойти ва-банк:

– Как её звали?

– О ком ты? – дрогнувший голос колдуна говорил о том, что я попала точно в цель.

– Ту, чью смерть ты не можешь забыть? Или даже… – я запнулась, боясь, что этим предположением разрушу хрупкий мир между нами. – Убил сам?

Последовавшие минуты тишины грозили затянуться. Я слышала лишь шум разыгравшегося после заката ветра да тихий шорох копошившихся где-то за дровяной печкой мышей. Не надеясь уже на ответ, я развернулась лицом к стене, стараясь успокоить мечущиеся мысли и заснуть хотя бы на несколько оставшихся до рассвета часов. Тем неожиданней для меня стали тихие слова, прорезавшие тишину:

– Маришка. Её звали Маришка.

Я молчала, не зная, что говорить дальше. Спросить о смерти или о том, что их связывало «До»? И стоит ли лезть в душу к и так излишне замкнутому парню.

Короткий злой смешок Кира стал неожиданностью. Он насмехался то ли над собой, то ли над тем, что собирался откровенничать с незнакомым человеком, как бы там ни было, тяжело сглотнув, он продолжил:

– Она была дочерью мельника. Простая девушка, не ждущая от этой жизни особой милости, – я не видела колдуна, но мне казалось, что он улыбается. Тон парня уносил по волнам его памяти, мягко обволакивая. – Ты бы видела её улыбку! Так улыбаются только ангелы. – Парень говорил через силу, учащённое дыхание его застывшего в веках тела ускоряло мой пульс. Ощущалось, что слова даются ему нелегко. – Я был в учениках у местного знахаря, мнил себя знающим, выше необразованных, погрязших в заблуждениях людей в деревне. Учитель часто был недоволен, ругая мою ветреность и ночные вылазки на озеро, – колдун рассмеялся низким грудным смехом, наполненным болью. – Представляешь, ведьма, хоть и не царевны, но деревенские девки меня тогда заботили больше любых наук знахаря.

Я молчала, боясь прервать Кира, а он и не нуждался в моём отклике, старательно вытягивая каждое слово из своей памяти:

– Маришка была особенной, только понял я это поздно. После нескольких наших встреч, проведённых тайно на том самом озере, она пришла к моему порогу, прижимая руки к животу…

Она плакала, но глаза её светились счастьем и надеждой, что я приму её и нашего ещё нерождённого ребёнка.

Я закусила кулак, чувствуя отрезвляющую боль под зубами. Не хотелось, чтобы Кир испугался своих откровений или моих мыслей, поэтому я затаилась, внутренне собравшись в тугую пружину. Перед глазами стоял образ той девушки, и я хотела и в то же время страшилась узнать продолжение этой истории.

– Я испугался, Ника. Знал, что старый знахарь прервёт моё обучение. Ему был нужен последователь, а не отец семейства. Да и я грезил совсем другой судьбой, далёкой от избы и сельского быта. Со знаниями наставника передо мной открывалось множество путей, даже стольный град не казался уже таким недостижимым, поэтому… я выгнал её, обидел, не признал ребёнка своим.

Кир прервал рассказ. Время длилось, казалось, бесконечно, а колдун больше не произносил ни слова. Вой ветра за стенами сторожки понемногу стихал, оставляя нас в полном безмолвии. Сон не шёл, как я ни старалась. Слова Кощея не давали мне покоя. Он был молод, совершил ошибку, а теперь раскаивается в ней уже не одно столетие своей бессмертной жизни. – Об этом он говорил, когда сравнивал себя и Высших, случайно связавших свою жизнь с моей? И что было дальше с той девушкой? – отвернувшись от стены, я увидела, что силуэт за ширмой сидит. Кир не мог заснуть или не хотел этого делать, по сути, не нуждаясь во сне вовсе. Парень сидел без движения, низко опустив голову и спрятав лицо в широких ладонях. Не выдержав, я решилась спросить:

– Что было дальше?

Силуэт встрепенулся, и я поняла, что парень повернул голову, смотря сейчас прямо на меня. Физически ощущая взгляд его странных глаз, я сглотнула подступивший ком.

– Отец выгнал её из дома, как опозоренную. А через некоторое время охотники нашли её тело, растерзанным в лесу. Видимо, звери порезвились, сочтя её слабой добычей. – Колдун произносил страшную правду так, словно зачитывал сухие факты из новостной колонки, отстранённо, ровно, как будто повествование никоим образом не касалось его лично, но я отчего-то ощущала, что за этим видимым безразличием, где-то там, в глубине, кроется гноящаяся рана вины. – Подобные истории были не в новинку в те времена. И я мог бы забыть, отмахнуться, но я помнил… Я понял, что любил её, только тогда, когда потерял.

– Кир, послушай, мне очень жаль Маришку и то, что вы двое испытали, но как это связано со мной? У нас с Максом и Лео совсем другая ситуация.

– Ошибаешься, ведьма, – тень Кира удручённо покачала головой. – В моей истории тоже замешана Пряха Судеб, а она никогда ничего не делает просто так. Если древняя Богиня и решила вмешаться в чью-то судьбу, то это всегда исключительный случай.

– Пряха Судеб? – я дрогнула, услышав о Богине. Приподнявшись на локтях, я пыталась разглядеть своего собеседника, укрытого преградой из плотной ткани и ночного сумрака. – Ты видел её?

– Я видел её следующей зимой, после смерти Маришки. Не признал в своём невежестве. И лишь узрев её силу, рухнул на колени в сугроб, лишившись возможности стоять.

– Это она сделала с тобой? – я помнила все сказки, прочитанные в детстве про Кощея Бессмертного, в них злой колдун сам запечатал свою смерть, желая остаться непобедимым, но я уже давно поняла, что в сказках слишком мало правды, а подчас они лишены её вовсе.

Кир измождённо опустился на свою импровизированную лежанку, видимо, всё-таки собираясь заснуть:

– Она сказала, что теперь я смогу познавать так любимые мной науки бесконечно, но не узнаю более никаких чувств, кроме холода приближающейся смерти, с которым столкнулись две невинные души, обрёченные мною на погибель. – Тень парня отвернулась от меня, задувая и так практически догоревший огарок свечи. – Спи, маленькое наказание. Доставим тебя к твоему полюбовнику, а там будем думать, что делать дальше.

По тёмной чаще разнёсся болезненный рык, прервавшийся на высокой ноте. Большой серый зверь лежал на толстом ковре из хвойных иголок, опустив морду на передние лапы. В ясных, человеческих глазах застыли слёзы.

– А, ты всё лежишь, – приблизившийся к зверю уверенной поступью мужчина окинул его брезгливым взглядом. – Скажи спасибо, что я смог залечить практически все раны. Так бы давно уже сдох.

Зверь с трудом повёл мордой, смотря на человека снизу вверх.

– Не смотри на меня так! – с раздражением выплюнул его собеседник. – Я сам ещё не полностью восстановился, а энергии нужно много, слишком много. – Напряжённо проведя рукой по лицу, мужчина прикрыл на мгновение лиловые глаза. – Серый, так и будешь молчать и сидеть в этой шкуре? Ответь же мне, наконец-то, зачем полез спасать девчонку от суккубов, не для того ли, чтоб она смогла дойти до меня?! Не молчи! Мы заодно, или ты забыл?!

Волк с шумом выдохнул через нос, дёрнув порванным ухом, отвернувшись от собеседника, показывая тем самым своё полное нежелание беседовать с кем-либо.

– Прекрасно! Как хочешь, – мужчина направился в сторону небольшой мшистой пещеры, служившей ему пристанищем в последние месяцы. – В следующий раз на мою помощь можешь не рассчитывать.

глава 9

Оставляя горный перевал позади, я с восхищением рассматривала море. В прошлый раз, когда я шла этим путем с моими Высшими, было совершенно не до красот природы. Мысли тогда были полностью заняты неизвестным злодеем, пропажей, как я думала, друга и надеждой на помощь Повелителя Святибора, которой не суждено было оправдаться. Сейчас же я передвигала ногами бездумно, с совершенно пустой головой, не имея ни четкого плана, ни цели. Да, Стас в бегах и, возможно, не прекратит своих попыток добраться до меня, но сейчас о нем ничего не слышно, а близкая встреча с дорогими для меня людьми пьянит не хуже вина из погребов Аристарха.

– Идем прямиком во дворец или ты знаешь, где твои друзья находятся?

Я обернулась на плетущегося сзади Кира. После нашего ночного разговора парень был еще мрачнее, чем обычно, и хранил молчание на протяжении практически всего дня. Услышав его вопрос, я даже обрадовалась возможности расшевелить колдуна.

– Не хотелось бы идти во дворец, Повелитель, мягко говоря, меня не жалует, – хоть Кощею и была известна моя история, но я поведала ее вкратце, опустив такие незначительные моменты, как разрушение дворца…

– А что так? – колдун прищурился, елейным голосом продолжив: – Неужто и его вопросами про прошлое донимала?

Перед мысленным взором всплыло лицо Святибора, когда он велел заковать меня в кандалы, то, с каким противным лязгом закрылась за мной железная дверь камеры, и как я пыталась не сойти с ума, проведя в темноте и одиночестве почти месяц своей жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.