Артем Демиденко
Память поколений: Как травмы предков влияют на нас

Введение

В нашем бесконечно изменчивом мире каждый из нас является не только индивидуальностью, но и носителем той истории, которая предшествовала его появлению. Каждое событие, пережитое нашими предками, может отозваться в нашем внутреннем мире, оставляя незримые следы, формируя реакцию на внешние вызовы и настраивая наш эмоциональный фон. Мы часто не задумываемся о том, насколько глубока и многослойна связь между поколениями, и как раны и достижения предшественников влияют на наше восприятие жизни. В данной главе мы стремимся осветить этот феномен, обрисовать контуры той невидимой, но прочной связи, которая связывает нас с родовой памятью.

Представление о травмах предков, передаваемых через поколения, нельзя недооценивать. Они могут влиять на наше мышление и поведение, выставляя свои требования к эмоциональной устойчивости. Исследования в области психологии показывают, что многие из психологических проблем современного поколения могут быть связаны не столько с нашими собственными переживаниями, сколько с теми, что испытывали наши родители, бабушки и дедушки. Эти травмы, формируя своеобразный психический код, преломляются через призму нашего опыта, создавая уникальную картину восприятия. На примере различных культур можно увидеть, как народные традиции и воспоминания активно влияют на коллективное сознание, формируя его ценности и убеждения.

Далее следует отметить, что память о травмах предков не просто перерабатывается; она может обретать новые формы и кардинально трансформироваться в соответствии с обстоятельствами текущей жизни. Например, переживая утрату, потомки часто наносят себе дополнительные раны, реагируя на неизжитую боль предков. Этот механизм передачи неосознанного страха или ощущения вины может проявляться даже в самых простых повседневных ситуациях. Например, семья, потерявшая кормильца в трудное время, часто испытывает страх перед изменениями, боясь утратить стабильность.

Однако следует помнить и о ресурсах, которые этот родовой опыт может предоставить. Память о тех, кто был до нас, может стать не только бременем, но и источником силы. Изучение истории своих предков, осмысление их деяний и переживаний помогают создать прочную базу для формирования идентичности. Осознав свои корни, мы можем лучше понять, как их решения и поступки формировали наши настоящие возможности. Благодаря этому мы обретаем возможность не только осознанно обходить болезненные участки, но и выбирать курс на исцеление и развитие.

Эта глава, как и вся книга в целом, направлена на то, чтобы побудить читателя не просто ознакомиться с концепциями, а глубже погрузиться в изучение собственных истоков. Мы обращаем внимание на пересечения личного и коллективного, на те незримые нити, которые соединяют нас с предками. Каждый из нас – это не просто продолжение линии: мы носим в себе множество психологических отпечатков, которые обуславливают наши реакции, решения и, в конечном итоге, стиль жизни.

Понимание механизма передачи душевных травм и ресурсов, которые могут быть извлечены из историй предков, открывает умный путь к исследованию себя. Это исследование может стать основой для внутренней работы, самопознания и, возможно, даже исцеления. Мы призываем читателя внимательно прислушаться к своей внутренней истории и задуматься: каким образом опыт предков формирует наше настоящее и куда ведет в будущее.

Роль памяти поколений в жизни человека

Память о предках – это не просто тотемы, хранящиеся в семейных альбомах или на кухонных полках. Она формируется через рассказы, традиции и обряды, передаваемые из уст в уста. Эта цепочка свидетельств, опытов и эмоций становится неотъемлемой частью нашей идентичности. Через память о своих предках мы открываем для себя не только их мужество, страдания и достижения, но и целый спектр особенностей, которые определяют нашу жизнь. Восприятие исторических событий, произошедших до нашего рождения, влияет на наше поведение, ценности и даже на наши физические реакции. Исследования показывают, что эмоциональные травмы могут передаваться через поколения, создавая своеобразные "психологические программы", которые могут болезненно отозваться в каждом новом поколении.

Отношение к памяти может быть двусторонним. С одной стороны, она может стать источником силы, позволяя человеку чувствовать себя частью чего-то большего. Память о героических деяниях предков формирует у нас чувство гордости и ответственности. Мы черпаем вдохновение из их историй преодоления, способствуя развитию собственных способностей. Например, если ваш дедушка пережил войну и стал успешным предпринимателем, его опыт может побудить вас справляться с собственными трудностями более смело. Оживленный разговор с родителями о таких событиях помогает не просто перенести знания, но и установить эмоциональную связь, вплетая этот опыт в ткань нашей жизни.

С другой стороны, память о травмах предков может проявляться в виде неосознанных комплексов и недостатков, таящихся глубоко в нашем подсознании. Постоянные страхи, привычки или даже заболевания могут быть связаны с пережитыми невзгодами и утратами, которые испытали наши близкие. Мы живем не изолированно, а в контексте огромного исторического и генетического фона. К примеру, современные исследования показывают, что люди, чьи семьи пережили холокост, нередко сталкиваются с тревожностью, даже если сами не испытывали никаких трагедий. Это происходит благодаря тому, что эмоциональная память может быть записана не только в словах, но и в нашем организме, влияя на здоровье и эмоциональное состояние.

Трансляция памяти о предках также осуществляется через культурные практики, которые объединяют поколения. Праздники, обряды, гастрономические традиции – все это факторы, способствующие укреплению семейных связей и отмечанию значимости предков в нашем существовании. Эти коллективные переживания создают своеобразный "фоновый звук" семейной жизни, который помогает понять, откуда мы пришли и куда движемся. Каждое совместное событие – будь то чтение сказок детям или празднование годовщины – становится своеобразным мостом между поколениями. Они не только укрепляют связи внутри семей, но и актуализируют память о тех, кто был до нас.

На уровне социальных структур память о предках служит катализатором для создания идентичности групп. Существуют целые народы, бережно сохраняющие свои традиции, формируя общность на основе исторического опыта. В нашей стране сохранение русских народных песен и обрядов усиливает чувство принадлежности к определенной культуре. Эта память о предках позволяет нам не забывать о корнях и формирует стойкость сообщества перед вызовами современного мира. Понимание своих исторических корней в значительной степени превращает группы людей в единую и мощную силу, способную изменить реальность.

Тем не менее, важно понимать, что память поколений – это не статичный архив историй, а динамичный процесс, который обогащается личными эпопеями каждого из нас. Мы продолжаем эту память в каждом новом поколении, и, в то же время, можем осознанно выбирать, какие элементы наследия предков взять с собой, а от каких, возможно, следует освобождаться. Это может быть самый радикальный шаг – пересмотреть свою связь с памятью, взвесить ее влияние и на этой основе строить свою жизнь на новых основаниях.

Таким образом, осознанное взаимодействие с памятью поколений и признание ее власти нарушает привычные механизмы восприятия как предков, так и самих себя. Мы не можем изменить историю, но обладаем силой изменить ее восприятие в настоящем, сделав ее активным участником нашей жизни. Отметив достижения и страдания предшественников, мы можем строить свое будущее на основе понимания, а не простого воспроизводства старых сценариев. Эта осознанность откроет двери к глубокому самоанализу и новым горизонтам для внутреннего роста, возвращая нам право быть архитекторами своей судьбы.

Понятие коллективной травмы

Память о предках сохраняется не только в личных историях, но и является частью более широкой концепции – коллективной травмы. Это явление охватывает группы людей, культуры и нации, запечатлевая негативный опыт и переживания, которые передаются из поколения в поколение. Коллективная травма формируется в результате масштабных катастроф, войн, геноцидов или других крупных конфликтов и несчастий, оставляя за собой глубокие эмоциональные и психологические шрамы.

Одним из наиболее ярких примеров коллективной травмы является Холокост. Эта трагедия оставила неизгладимый след не только в судьбе еврейского народа, но и в сознании всего человечества. Время и расстояние не способны стереть память о пережитом страхе и страданиях. Каждое новое поколение сталкивается с этим наследием, которое формирует их восприятие мира, отношение к жизни и другим культурам. В образовательных учреждениях, на социальных платформах, таких как «ВКонтакте» и «Одноклассники», активно обсуждаются темы, связанные с памятью о Холокосте, что свидетельствует о необходимости осознания этой травмы в общественном сознании.

К коллективной травме также относятся последствия колонизации и угнетения коренных народов. В таких случаях страдания предков не только сами по себе формируют восприятие и идентичность нынешних поколений, но и порождают культурные и социальные движения, стремящиеся к восстановлению справедливости. Например, многие коренные народы России до сих пор сталкиваются с последствиями колониальной политики, что приводит к значительным межпоколенческим конфликтам и внутренним противоречиям. Такие исторические раны нуждаются в внимании и понимании, чтобы дать возможность следующим поколениям восстановить связь со своей культурной идентичностью и переживаниями.

Обсуждая коллективные травмы, невозможно обойти вниманием тему постсоветского пространства. Для стран, переживших такие катастрофы, как распад СССР или Чернобыльская катастрофа, важность осознания прошлого становится актуальной. Эти события оставили глубокие следы в сознании обществ, формируя не только страхи и предвзятости, но и новые формы жизнеутверждающей борьбы за правду и справедливость. Память о трагедиях этих эпох продолжает оставаться краеугольным камнем в обсуждениях на платформах и группах, посвященных исторической памяти, что свидетельствует о высокой значимости этих тем для современности.

Важно понимать, что коллективные травмы затрагивают не только эмоциональную сферу, но и структуру социальной жизни. Они могут приводить к дезинтеграции национального самосознания, формируя закрытость и стереотипы. Это подчеркивает необходимость работы с исторической памятью – чтобы трансформировать травмированный опыт в ресурс, который способствовал бы объединению, а не разъединению. Это требует от обществ активной рефлексии, подготовки к диалогу и умения находить новые формы взаимодействия через признание страданий, чтобы построить будущее, в котором могут сосуществовать разнообразные идентичности.

Изучение коллективной травмы открывает возможность для терапии на уровне целого народа. Создание памятников, участие в ритуалах памяти, воссоздание исторических событий в кино и литературе становятся не просто формами сохранения памяти, но и инструментами исцеления. Ролевые игры, где участники могут переживать исторические события, становятся популярными на различных платформах, включая отечественные стриминговые сервисы, помогая молодежи глубже осознать масштабы и последствия исторических трагедий.

В заключение важно отметить, что коллективные травмы требуют от нас глубокого понимания и честного диалога. Столкновение с болью прошлого может стать основой для формирования новой идентичности, способной противостоять современным вызовам. Осознание собственного места в этой сложной цепи событий – важный шаг на пути к исцелению, позволяющий не просто сохранить память о предках, но и вновь обрести связь с самой сутью человеческого опыта. Таким образом, работа с коллективной травмой находит отражение не только в индивидуальной жизни, но и в судьбах целых народов, помогая им двигаться вперед с осознанием своего наследия.

Определение и примеры

Актуальность изучения коллективной травмы требует детального понимания её природы и проявлений. Коллективная травма формируется в результате катастрофических событий, таких как войны, геноциды и другие массовые трагедии, которые способны оставить глубокие шрамы не только на отдельных личностях, но и на целых народах. Понимание этого понятия необходимо для анализа того, как исторические события продолжают воздействовать на современность, формируя модели поведения, эмоциональные реакции и даже культурные нормы.

Начнем с определения: коллективная травма – это общее переживание группы людей, в рамках которого они испытывают эмоциональные и психологические последствия от масштабных травматичных событий. Эта травма передается через поколения, формируя не только коллективное сознание, но и определяя идентичность группы. Например, последствия Второй мировой войны существенно повлияли на нации Европы – как экономически, так и психологически. Ощущение горечи, потери и восстановления продолжает отражаться в культуре и менталитете людей, переживших этот кошмар, а также их потомков.

Ярким примером коллективной травмы является опыт еврейского народа во время Холокоста. Огромное количество жертв, потеря культурного наследия и насилие оставили неизгладимый след в этой общности. На уровне общего бессознательного сформировалась активная память о страданиях, будь то в образах литературы, искусства или социальных движениях. Память о Холокосте стала стимулом для создания и утверждения всемирного Дня памяти жертв, где каждая история, каждая утрата обретает голос. Это событие не просто завершается днем траура; оно является неким ритуалом, в который вовлечены как выжившие, так и их потомки, и который формирует новые поколения, осознающих страдания и неподдающиеся забвению.

Помимо случаев, связанных с историческими катастрофами, мы сталкиваемся с коллективной травмой в контексте расовой дискриминации. Примеры в этом контексте можно наблюдать на примере многих коренных народов, которые продолжают страдать от последствий колонизации и угнетения. В США опыт афроамериканцев после отмены рабства по-прежнему сказывается на их социальной ситуации, создавая проблемы, которые отразились на уровне доверия, идентичности и справедливости. Даже в политическом и экономическом развитии группы, пережившие дискриминацию, проделали значительный путь, всё еще они нередко фиксируют психосоциальные аспекты, связанные с исторической несправедливостью.

Важным аспектом, отвечающим за передачу коллективной травмы, является наличие гуманитарных ресурсов и сообщества, способного делиться историями и переживаниями. Взаимная поддержка может помогать не только в осознании травм прошлых поколений, но и создаёт пространство для исцеления. В этом ключе особенно интригующим представляется использование современных медиаформатов: платформы вроде «ТикТок», «ВКонтакте» и других социальных сетей становятся местами, где люди могут делиться своими историями, придавая личным травмам коллективный смысл и находя понимание среди сверстников.

Не менее значимым примером является опыт коренных народов России, таких как чукчи или ненцы. Их культура и традиции, пережившие изменения под давлением внешней агрессии и колонизации, сохраняются и передаются через многие поколения. Исследования показывают, что нарративы, касающиеся утраченного культурного наследия и идентичности, продолжают оставлять эмоциональный след у современных представителей этих наций. Переживание коллективной травмы формирует устойчивость и стремление сохранить свои обычаи, традиции и язык, что предопределяет необходимость делиться накопленной болью и радостью прошлого.

Таким образом, понимание коллективной травмы, её определение и примеры наглядно демонстрируют, как глубокие исторические переживания продолжают воздействовать на современные группы и общества. Эта тема не просто актуальна – она необходима для восстановления социальной справедливости, осознания своих корней и построения настоящего, способного выйти за рамки круговорота страдания. Исследуя связь между прошлым и настоящим, мы не только углубляем своё понимание человеческой природы, но и прокладываем путь к эмоциональному исцелению, соединяя раны с надеждой на будущее.

Как травмы передаются через поколения

Травмы, пережитые нашими предками, не просто исчезают во мгле времени. Они переносятся в наш внутренний мир через множество слоев времени и памяти, обрамляемых культурой, традициями и семейными обычаями. Эти травмы становятся наследием, которое обременяет жизни последующих поколений, влияя на их восприятие мира, эмоциональное состояние и даже на способы взаимодействия с окружающей реальностью. Чтобы понять, как именно это происходит, необходимо рассмотреть несколько ключевых аспектов передачи травм через поколения.

Первый аспект – это эмоциональная передача. Травмы, как и переживания радости, имеют свойство впитываться в атмосферу семейных взаимоотношений. Часто они проявляются в настроении и поведении членов семьи, даже если непосредственно не упоминаются. Например, кто-то из старших родственников может не рассказывать о своих страданиях во время войн или других катастроф, но их ощущения и эмоции могут проявляться в тональностях их голосов, в интонациях разговоров и в молчании. Ощущая эту незримую тяжесть, потомки могут испытывать необъяснимую тревогу или стресс, даже не осознавая их корней. Подобные передачи эмоций в семьях часто остаются невидимыми, но, как правило, формируют важные аспекты идентичности.

Следующий элемент передачи травм заключается в культурных и семейных нарративах. Сюда входит как устная, так и письменная традиция, передаваемая от одного поколения к другому. Сказания о прошлом – будь то рассказ о выживании в тяжелые времена или о потере близкого человека – становятся важной частью семейной мифологии. Эти истории подчеркивают не только героизм предков, но и уязвимость, с которой им пришлось столкнуться. В каждой такой истории скрыт урок, который требует внимания и размышлений. Однако иногда эти рассказы могут также способствовать закреплению травматического опыта, когда моральные оценки о том, как следует вести себя в трудные времена, становятся обременительными и вызывают чувство вины у потомков.

Еще один важный аспект – это поведенческие модели. Как правило, травмы предков проявляются не только через эмоциональные реакции, но и в образе жизни и выборах последующих поколений. Механизмы выживания, выработанные в условиях стресса, могут стать частью семейного «ДНК», передаваясь от родителей к детям. Например, если предок высказывал страх потери или предательства, последующие поколения могут стать излишне настороженными и недоверчивыми. Это отражается не только в личных отношениях, но и в профессиональной сфере, где могут возникать сложности с доверием к коллегам или начальству. Чувство угрозы, переданное из поколения в поколение, может создать замкнутый круг, в котором каждое новое поколение несет бремя страхов предков.

Не менее значительным является влияние социальных и культурных контекстов на передачу травм. В таких обществах, как российское, где коллективная память и общая история играют важную роль, травмы могут переплетаться с национальными и культурными нарративами. Например, воспоминания о войне или репрессиях могут быть не только индивидуальными, но и коллективными, оказывая влияние на идентичность народа. Воспитание в духе патриотизма или осознания общих страданий может стать важным фактором, формирующим отношение к современности и будущему. Данный аспект подчеркивает, что травмы могут не только формировать личные истории, но и интегрироваться в общественное сознание, создавая механизмы идентификации и общего взаимодействия.

Таким образом, мы видим, как травмы передаются через поколения, образуя сложную паутину эмоциональных, поведенческих и культурных влияний. Эти связи не всегда воспринимаются осознанно, но они действуют как невидимые нити, связывающие нас с нашими предками. Понимание этих механизмов позволяет углубить саморефлексию и осознанность в нашей жизни, а также начать процесс исцеления, позволяя не только освободиться от бремени прошлых травм, но и построить более гармоничные отношения с собой и окружающими.

Таким образом, процесс передачи травм становится важным и актуальным вопросом для каждого из нас, открывая перед нами новые грани самопознания и понимания своего места в контексте истории. Поднимая завесу над своими корнями и осознавая, что мы не одни, мы можем не только изменить своё восприятие, но и начать транслировать новые ценности для будущих поколений.

Неврологические аспекты передачи травмы

В последнее время все больше исследователей обращают внимание на изучение неврологических аспектов передачи травмы через поколения. Этот подход предлагает новую перспективу, позволяющую понять, как переживания предков формируют не только культурные, но и биологические механизмы передачи травм. В частности, исследование нейробиологии открывает горизонты для осознания того, как эмоциональные переживания и стрессовые события влияют на структуру и функционирование нашего мозга.

Согласно современным данным, травмы могут закладываться не только в памяти, но и в генетическом коде через механизм эпигенетических изменений. Эпигенетика изучает, как различные факторы окружающей среды, такие как стресс или травматичные события, могут изменить экспрессию генов. Например, стресс, испытываемый родителями, может приводить к изменениям в работе их генов, которые затем передаются детям. Это качество становится ключевым в контексте передачи травмы, поскольку оно демонстрирует, что не только личный опыт, но и жизненный путь родителей и их предков может оставлять свои следы на следующих поколениях.

Одним из самых ярких исследований в этой области является работа, проведенная на мышах, где животных подвергали стрессу, связанному с угрозой. У потомства этих мышей были зафиксированы признаки повышенной тревожности, что свидетельствует о изменениях в нейрохимии, ответственной за регулирование эмоций. Подобные эксперименты показывают, что изменения могут затрагивать не только психологическое, но и физиологическое состояние индивидов, представляя собой сложную сеть взаимосвязей, которая тянется через века.

Не менее важные результаты представлены и в исследованиях людей. Одно из таких исследований сосредоточилось на потомках жертвHolocaust* международное понятие, обозначающее массовое уничтожение еврейского населения во время Второй мировой войны. У многих из них наблюдались повышенные показатели тревожности и депрессии, даже без личных переживаний, связанных с ужасами Второй мировой войны. Ученые связали эти симптомы с особенностями работы мозга, связанными с тревожными расстройствами, указывая на то, что воспоминания о травмирующих событиях могут не просто активироваться, но и изменять нейронные пути новых поколений, создавая предрасположенность к определенным эмоциональным реакциям и состояниям.

Интересно, что физиологические изменения, отражающие травматический опыт, могут проявляться и на уровне генов. В одном из исследований, проведенных с использованием образцов ДНК, было установлено, что у потомков людей, переживших геноцид, обнаруживаются изменения в генах, ответственных за регулирование реакций на стресс. Эти открытия подчеркивают не только важность исследования травмы как социальной и культурной концепции, но и необходимость связи ее с биологическими аспектами, существующими в каждом из нас.

Тесты на тревожность, проводимые с использованием функциональной магнитно-резонансной томографии, также показали, что у потомков людей, переживших серьезные травмы, наблюдается различная реакция мозга на стрессовые ситуации. У таких людей активируются те же участки мозга, отвечающие за субъективные переживания страха, даже когда они сталкиваются с относительно «безобидными» стрессовыми триггерами. Эти результаты углубляют понимание механизма передачи травмы и подчеркивают значимость тщательного изучения неврологических аспектов в контексте психологии и антропологии.

Тем не менее, важно отметить, что не все наследственные аспекты травмы являются негативными. Ученые также обнаруживают, что некоторые факторы отходят от негативного восприятия и превращаются в источники силы для новых поколений. Например, чтобы справиться с травмами, пережитыми предками, потомки часто развивают стратегии психологической стойкости и способности адаптироваться, которые становятся положительными чертами их характера. Это указывает на то, что память о предках может не только передавать травму, но и наделять способностью к восстановлению и творческому преодолению жизненных трудностей.

Таким образом, неврологические аспекты передачи травмы через поколения представляют собой сложный и многогранный процесс. Разумеется, как травмы, так и положительные уроки, полученные от предков, определяют наше восприятие и поведение в современном мире. Понимание этих механизмов открывает новые горизонты для работы с межпоколенческими проблемами и, возможно, указывает на пути терапевтического вмешательства для исцеления не только личных, но и коллективных травм. Важность такого подхода сложно переоценить, поскольку, принимая во внимание неврологию и эпигенетику, мы начинаем видеть, что история не заканчивается с одним поколением, но продолжает жить в миллионах нейронов и генов в нас.

Генетика и эпигенетика

Вопрос о том, как память наших предков формирует нас на биологическом уровне, всё больше привлекает внимание учёных и исследователей. Генетика, изучающая наследственную информацию, и эпигенетика, занимающаяся влиянием внешней среды на деятельность генов, создают основу для нового взгляда на передачу травм и опыта. Эти подходы помогают понять, как мы несем в себе наследие прежних поколений – как физически, так и эмоционально.

Современная генетика указывает на то, что ДНК каждого из нас содержит не только информацию о нашем уникальном «я», но и следы предков. Каждый ген – это как маленькая капсула информации, запечатлевающая истории наших предшественников. Например, исследования показали, что стрессовые ситуации, пережитые родителями или даже бабушками и дедушками, могут повлиять на экспрессию генов у потомков. Это означает, что события, происходившие с нашими предками, могут отразиться на нашем нынешнем состоянии здоровья, психического баланса и даже на способах восприятия действительности. Стрессовые реакции могут преобразовываться в эпигенетические изменения, влияющие на предрасположенность к различным заболеваниям, таким как депрессия или тревожные расстройства.

Эпигенетика, в свою очередь, изучает механизмы, которые регулируют активность генов. Изменения в генах могут происходить не только на уровне последовательности ДНК, но и благодаря внешним факторам, таким как питание, экология, социальные условия и даже эмоции. Например, исследования показывают, что дети, которые росли в условиях стресса, могут демонстрировать изменения в метилировании ДНК – процессе, который влияет на активацию или деактивацию генов. Эти изменения могут передаваться следующему поколению, создавая замкнутый круг, в котором травма наследуется как на ментальном, так и на физиологическом уровне.

Важно отметить, что эпигенетические изменения могут быть не только негативными. Положительные переживания и достижения предков также способны оказывать влияние на чувства и поведение потомков, формируя устойчивость, креативность и способность к преодолению трудностей. Таким образом, память поколений не является однозначной: она включает в себя как травмы, так и ресурсы.

Чтобы проиллюстрировать эту мысль, можно обратиться к примеру семей, переживших тяжёлые исторические события. Поколения, пережившие войны или массовые репрессии, могут неосознанно передавать свои страхи, тревоги и эмоциональные блоки следующим поколениям. Однако одновременно династии, стремившиеся к развитию и образовательным достижениям, могут оставлять наследие решительности, уверенности в себе и стремления к новым знаниям.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.