Тёмное море
Елизавета Байгушова

© Елизавета Байгушова, 2025

ISBN 978-5-0065-2989-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ночь на севере наступает незаметно и резко. Поражаясь этому удивительному явлению, Троицкий стоял на крыльце сыскной части и вглядывался в тёмное небо. Дежурный похлопал его по плечу. Что, Константин Иванович, забыли дорогу домой? Грустное ехидство. Глуповато улыбнувшись, сыщик пошёл по тесной улице куда-то в гущу ночной тишины. Ноги сами несли его по знакомому маршруту, но разумом Троицкий остался в своём аскетично обставленном кабинете.

Константин Иванович сидел на подоконнике. Сквозняк, пробивающийся в комнату через окно, морозил ему поясницу. На деревянному стуле тряслась от плача груда траурной одежды. Часто всхлипывая, она проглатывал слова. Сложно было разобрать, что говорит эта женщина. Следователю и не надо было понимать. Громкая история уже облетела весь город, только ленивый не сплетничал о бедном моряке Боеве, который погиб во время рейса до Гулля, выпав с борта в море. Слухи слухами, а фактов достоверных и надёжных Троицкий не находил. Всё услышанное и пересказанные, написанное в газетах и жужжащее в голове было известно лишь со слов Богдана Боева, брата погибшего. Видимо, Арина Ермолаевна и сама не до конца верила в рассказы сослуживцев покойного мужа. Следователь перемалывал в уме её слова. Стоит ли рассматривать этот инцидент как преступление, или это всего-навсего беспокойство новоиспеченной вдовы?

– Мне жаль Вашего мужа, – наконец заговорил сыщик, – но Вы сами понимаете, что всё произошло в милях от Нарвы, и что тело его в море, и, даже если имело место убийство, раскрыть его будет практически невозможно.

Куча черной ткани подняла на него красные пустые глаза:

– Я Вас очень прошу. О Вас столько говорят… Разве Вы не поможете мне, Константин Иванович?

Сыщик неохотно слез с подоконника и подошёл к Арине Ермолаевне. Что может Константин Иванович в таком случае? Только пожалеть и утешить добрым словом. Некоторые вещи навсегда останутся тайной, и ничего с этим не поделаешь. Возможно, на благо самого человека.

– Поговорите хотя бы с моим деверем… Он после возвращения стал совсем злой на меня. Даже не стал разговаривать со мной. На улице увидит и бежит от меня, прячется.

– Вы не думали, что таким образом он реагирует на утрату? Может, его мучает чувство вины за то, что не смог спасти брата от страшной участи.

Теперь свои собственные слова Троицкий посчитал чёрствыми и бессердечными, лишенными не только сострадания, но и доли детективной логики. Чем дальше он двигался, тем сильнее волновала его история Игната Боева.