Детективы снова берут след
Следствие ведут хвостатые и пернатые
Ирина Арсентьева
Елена Игнатюк

Дизайнер обложки Ксения Алексеева

© Ирина Арсентьева, 2025

© Елена Игнатюк, 2025

© Ксения Алексеева, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0065-2962-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дело №1
Потерянные объятия

Глава 1
Караул! Пропали обнимашки!

Сегодня в детективном агентстве «След» было неспокойно. Рано утром дверь с табличкой «Главный следователь Догов Жорж Артурович» распахнулась, и в неё, растопырив крылья и оттого едва помещаясь в проёме, ворвался огромный белый гусь с голубыми глазами.

– Караул! Спасите! Помогите! – завопил он с порога, хлопая крыльями и разбрасывая по кабинету перья.

– Давайте сначала успокоимся! – Жорж встал из-за стола и предложил расстроенной птице сесть не на стул, а в удобное кресло у окна. Он достал аптечку, собранную для слабонервных посетителей его предшественницей Марусей, и накапал в стакан с водой тридцать капель успокоительного средства.

Гусь опустил в стакан клюв и несколько раз дунул в него. Послышалось бульканье.

– Это успокоительное, а не коктейль. Его не нужно взбивать. Пейте смелее! – Жорж едва сдерживал улыбку. – Ну что, уважаемый, полегчало вам? – спросил он, усаживаясь на своё место.

– Да, кажется, стало лучше… – После приёма капель гусь сразу как-то обмяк в кресле, сложив на груди крылья.

– Ну раз вам стало лучше, расскажите, что случилось. – Жорж Артурович открыл ноутбук и приготовился внести данные в картотеку. – Назовите ваше имя, пожалуйста.

– Я – Степан Обнималкин! Гусь-обнимусь. Слышали про такую породу? – Гусь снова занервничал и сунул клюв в пустой стакан.

– Конечно, слышал! – Жорж снова налил воды, решив, что выпитых капель уже достаточно, и протянул птице. – Вы сейчас в тренде! Ваш рейтинг зашкаливает.

Степан удовлетворённо закивал и выцедил из стакана воду.

– У меня большое горе – обнимашки пропали. А кто я без них! Просто гусь! Вот кто я такой! – продолжил он.

– Как это, пропали обнимашки? – У Жоржа от удивления округлились глаза. – А куда же они подевались, позвольте узнать? Убежали, что ли?!

– В том-то и дело, что убежали. Вчера вечером я обнаружил, что уже не могу обниматься. Это произошло на моём первом свидании. Только представьте себе, какой позор! – Гусь растопырил крылья и грустно посмотрел на них. – Я давно мечтал о встрече с Лаурой и всячески ухаживал за ней. Подкладывал самые вкусные кусочки арбуза и дыни, отбивал от других гусаков, защищал от завистливых подружек. Это самая красивая гусыня на нашем птичьем дворе. И вот наконец она согласилась побыть со мной наедине, но произошла трагедия. Крылья повисли в ту самую минуту, когда я хотел обнять Лауру. И она ушла… – Гусь зарыдал. – Даже не посмотрела в мою сторону.

– Давайте подумаем, что могло привести к этой неприятности. Вам нужно попытаться вспомнить, что необычное происходило в ближайшие дни. – Жорж говорил спокойно, это вселило уверенность в Обнималкина, и он вытер слёзы.

– Я постараюсь, – сказал он, закрыв глаза и, как показалось Жоржу, заснул.

Глаза гуся-обнимуся, который по неизвестной причине не смог обнять возлюбленную, открылись только через час.

Глава 2
Братья бывают разные

Степан встрепенулся, часто заморгал и как ни в чём ни бывало спросил:

– Что же мне рассказать вам?

– Начните с детства, – ответил Жорж в надежде, что ему удастся выудить что-нибудь важное.

Степан начал рассказ откуда-то издалека. Жорж набрался терпения и слушал гусиную исповедь, не перебивая.

– Меня и двоюродного брата Гаврилу Лукавого вырастила бабушка. Детство мы провели у неё в деревне. Гаврила – обычный серый гусь, а наша порода – благородная. Гусь-обнимусь призван выполнять великую и прекрасную миссию: его объятия дарят ласку и вселяют уверенность в того, кого обнимают. Брат с малых лет был очень дерзким и часто попадал в неприятные ситуации: то настучит клювом по голове утёнку, то повыщипывает перья из хвоста курицы-молодки. Он даже умудрялся гонять старого индюка, и тот к концу дня лежал посреди двора, не в силах пошевелиться. Бабушке не раз приходилось выгораживать внука и извиняться перед родителями пострадавших и обиженных. Однажды ночью Гаврила выкрасил меня и бабушку серой краской, и мы целую неделю вынуждены были не выходить из дома, пока не отмылись. Так он решил исправить ошибку, допущенную природой при его рождении. Про белую ворону среди серых сородичей вы, наверное, слышали. А наш Гаврила – серый среди белых.

Степан тяжело вздохнул, вспоминая детство. Жорж был терпелив и выжидал, когда клиент дойдёт до сути. Гусь громко чихнул, похлопал крыльями по бокам, отчего несколько пуховых перьев покинули своё место на его груди и, покружив, опустились на голову главного детектива. Степан, увидев это, нервно загоготал.

– Простите, нервишки шалят! – Он опомнился и принял серьёзный вид.

Жорж стряхнул перья и для солидности надел форменную фуражку.

– Посмотрите на меня, – продолжал гусь. – Я красив, мои перья белоснежны. Всю жизнь я гордился способностью, подаренной природой, а теперь… Что теперь мне прикажете делать?

Гусь вскочил с кресла и налил ещё воды. Но не стал пить, а вылил её себе на голову. Он несколько минут наблюдал, как водяные струйки стекают по длинной шее, потом вытерся клетчатым шарфом. Перья на затылке встали дыбом, образовав подобие ирокеза.

Следователь присел рядом с клиентом.

– И где же сейчас ваш двоюродный брат? – заинтересовавшись, спросил он.

– О-о-ох, – протяжно вздохнул гусь, – это грустная история. Гаврила, будучи юным, всё время повторял: «На что мне сдалась ваша деревня! Я достоин лучшей жизни!» И как-то раз, когда подвернулся случай, навсегда покинул родной дом. Надо сказать, что бабушка любила нас одинаково, ласково называя Степашей и Гаврюшей. Но брату, как мне кажется, было тяжело осознавать, что он не унаследовал породу благородных белых предков. Однажды осенью неподалёку от нашей деревни приземлились дикие гуси, чтобы отдохнуть и подкрепиться на скошенном поле. Гаврила долго смотрел вслед улетающей стае, провожая дальних родственников тоскливым взглядом, а потом вдруг разбежался и взмыл в небеса. Только мы его и видели.

– Что же было дальше? – поинтересовался Жорж.

– Я вырос, уехал из деревни и теперь занимаю должность управляющего птичьим двором, – с нескрываемой гордостью ответил Степан. – Я слежу за порядком и руковожу поставками пуха и перьев на местную фабрику по выпуску перин и подушек. Недавно к нам прибыло пополнение. Среди новеньких я заметил красавицу Лауру и с первого взгляда влюбился в неё. Я терпеливо ждал первого свидания, но случилось то, что случилось.

– Я правильно понял, что вы никогда больше не видели брата? – Жорж вернул Степана, который снова приуныл и задумался, к разговору.

Гусь встрепенулся и как будто начал вспоминать что-то важное:

– Я видел его совсем недавно. Гаврила заходил ко мне несколько дней назад. Он рассказывал, как дикие гуси с радостью приняли его в стаю, и теперь он гусь-путешественник. Летает высоко под облаками. Я был рад увидеться с братом и подарил ему самые нежные объятья. Он немного растерялся, что на него непохоже, замер на несколько минут, а потом расспросил меня, как я научился так хорошо обниматься. Растрогавшись, я не сдержался и выдал ему наш фамильный секрет. Я не мог отказать ему. Он же мой брат! А утром узнал от соседей, что Гаврила со своей стаей улетел в тёплые края на зимовку. Представляете, он даже не соизволил проститься со мной. Как-то не по-гусиному поступил. Даже обидно стало.

Жорж прекрасно понимал, что дело, которое ему предстоит раскрыть, более чем необычное.

– Скажите, Степан, а перед тем, как ваш брат улетел, всё было как всегда?

Гусь поморщился, словно что-то неприятное всплывало из памяти, и осторожно почесал затылок, чтобы не испортить причёску.

– Ночью мне приснился страшный сон, но я его, как это часто бывает, не запомнил, – задумчиво произнёс он.

– Хорошо, – произнёс Жорж, – на этом, пожалуй, закончим наш разговор. Мне необходимо зафиксировать нашу беседу и хорошенько обдумать, как действовать дальше. В ближайшее время я или мои коллеги свяжутся с вами, чтобы уточнить некоторые детали, необходимые для проведения расследования.

Степан низко поклонился, натянул кепку, дважды обернул вокруг шеи шарф и покинул детективное агентство. А Жорж, глядя вслед ковыляющему гусю, который жаждал дарить тепло объятий, но не мог этого сделать, надолго задумался о чём-то своём.

Глава 3
Жорж

Жорж родился в многодетной семье. Он был одним из поздних детей. «Этот не удался! Совершенно не удался!» Такие слова он часто слышал в свой адрес и не мог понять, чем же он не угодил родителям. Оказалось, что его правое ухо недостаточно поднялось, как было положено догам с хорошей родословной. Ему даже имя не стали давать.

Тогда Жорж решил убежать из дома и однажды сделал это. Он долго бродил по городу, не находя места для ночлега. А когда, выбившись из сил от голода, заснул недалеко от мусорной кучи, его безжалостно избили безродные псы. С этой минуты Жорж стал называть себя Жоржем. Это имя казалось ему грозным и должно было заставить каждого уважительно относиться к его владельцу. Жорж решил стать полицейским, чтобы защищать слабых и помогать попавшим в трудные жизненные условия. Первое время ему приходилось очень сложно, но вскоре он уже умел постоять за себя и мог дать отпор любому недоброжелателю. Бродячие псы стали его бояться и не рисковали подходить близко.

Впоследствии Жорж поступил в собачью школу и стал заниматься лёгкой атлетикой, так как имел длинные ноги и поджарое мускулистое тело. Его старания не пропали даром: к старшим классам он стал отличником в учёбе, завоевал много медалей на спортивных соревнованиях и приобрёл настоящих друзей.

В полицейской академии Жорж проявил лидерские качества и навсегда избавился от детских комплексов. Дог вёл семинары, выступал в школах, рассказывая об учёбе в академии, и заслужил авторитет среди полицейских.

В недавнем прошлом Жорж возглавлял городское отделение полиции, а после знакомства с главным следователем Марией Васильевной стал сотрудничать с детективами частного агентства «След».

Когда Маруся предложила ему должность главного детектива, Жорж понял, что не сможет отказаться от этой интересной работы, где расследования похожи на настоящие приключения. В полицейском отделении у него было много бумажной рутины – планов, отчётов, графиков, а в детективном агентстве можно было больше внимания уделять поиску улик, опросу свидетелей и обсуждению хода расследования в дружном коллективе. После того, как Мария Васильевна вышла замуж за Филимона, и у них родились прелестные котята, она, став многодетной матерью, решила перейти в адвокатуру и передать агентство в полное распоряжение Жоржа Артуровича Догова.

Глава 4
Важные улики

Утром следующего дня на птичьем дворе случился переполох. Ищейка-такса Сара Охотницкая обнюхивала каждый сантиметр, шныряя между перепуганными пернатыми и заставив их сбиться в одну большую кучу. Слышалось громкое кудахтанье и кряканье. Гуси гоготали. Индюки потряхивали длинными, достающими почти до земли снудами. Крупные птицы приготовились атаковать непрошеную гостью. Саре пришлось бы несладко, если бы не вовремя появившийся Степан. Его грозный взгляд заставил всех успокоиться.

– Пройдёмте со мной, – сказал гусь Охотницкой. – Здесь нам никто не помешает. – И он распахнул дверцу в своё жилище. Ему, как руководителю, полагалась отдельная жилплощадь. Остальные занимали места в общежитии.

Сара, недолго думая, бесцеремонно обшарила комнату Степана и обнаружила под его лежанкой огарок свечи и обгорелый кусочек бумаги с остатками какой-то записи.

– Что это? – без предисловий спросила она. – Разве пожарная безопасность разрешает использование свечей в местах, где много легковоспламеняющихся предметов? – Такса указала на пакеты с перьями и пухом, приготовленные к отправке.

Степан задумался, а Сара продолжала, разговаривая уже сама с собой:

– Так, посмотрим, что тут написано! – Она с трудом прочитала три слова, оставшиеся на бумаге: «…крылья опустятся вниз…», и спрятала улику в сумку. – Так что вы, уважаемый Степан, можете сказать по поводу свечи? – Сара включила диктофон, сама же ни на минуту не переставала водить носом из стороны в сторону.

– Вообще-то мы никогда не зажигаем свечей, у нас их попросту нет, – ответил гусь уверенно. Было заметно, что ему частенько приходится отчитываться перед пожарной инспекцией. И в этом у него полный порядок. – И огнетушители у нас есть. Всё, как предписано правилами.

– Тогда как вы объясните, что этот огарок оказался здесь? – продолжала опрос такса.

– Мне кажется, что я видел своего брата с этой свечой. Возможно, не было света, и он по незнанию зажёг её, – рассуждал Степан.

– Разве он ночевал у вас? Вы об этом ничего не говорили. – Сара при всей кажущейся торопливости, была очень внимательна и запомнила всё, что ей рассказал Жорж Артурович, когда давал задание.

– Действительно. Он ушёл рано, якобы по делам, и потом не возвращался. – Степан пытался вспомнить события того дня. – Но я явственно видел его возле изголовья. Он светил свечой и что-то бормотал. Может, мне всё это приснилось. Я уже ни в чём не уверен…

– Вам это не приснилось. Посмотрите, что я нашла. – Сара вытянула из сумки, куда до этого спрятала главную улику, несколько серых перьев. – Разве это не доказательство?

– Я ничего не понимаю… – Гусь склонил голову. Он явно был расстроен.

– Не волнуйтесь! Мы постараемся найти объяснение всему происходящему, – уверенно сказала Сара, выключая диктофон.

Через час она сидела в кабинете шефа, разложив на его столе найденные важные улики.

«Как мне сейчас необходима помощь Георгия! – думал Жорж. – Но он стар и не выдержит такого перелёта. Придётся мне всё-таки зачислить в штат сотрудников Скворцова, который прямо-таки рвётся в бой. А что? Он молодой, энергичный, амбициозный. Пусть покажет себя!»

И Жорж, найдя нужную фамилию в телефоне, нажал кнопку соединения.

Глава 5
Скворцов получает первое задание

Скворцов не заставил себя долго ждать. Быстро начистил перья, натянул непромокаемый плащ маскирующего цвета на случай нелётной погоды и примчался к Догову.

– Что прикажете, шеф?! – звонко голосил он над самым ухом детектива, радуясь своему первому делу.

– Скворцов, ты обороты-то сбавь! Не то я оглохну, – сказал Жорж, оценив рвение нового сотрудника агентства. Вводя в курс дела и давая задание догнать гусиную стаю, он не забыл по-отцовски предупредить его: – Сынок, будь там поаккуратней и повнимательней. Путь неблизкий. Задание сложное. Верю в тебя!

Савелий Скворцов рос в большой и дружной семье, родители обожали его, старшие братья и сёстры оберегали. Забавный птенец привлекал внимание каждого, кто его видел, и стал всеобщим любимцем.

Савва был самым мелким среди сверстников, но выделялся отвагой и сообразительностью. Будучи птенцом, ещё не умеющим летать, он расправлял крохотные крылья и, цепляясь слабыми лапками, пытался перепрыгивать с ветки на ветку, тренируя птичьи навыки.

– Посмотрите, как я умею! Вот как я могу! – пищал птенец и падал в траву. – Вытащите меня скорее! – вопил он так, что слышала вся округа.

Савелий всегда был борцом за справедливость. Как-то в конце позапрошлого лета он заступился за свою подружку Галку Галкину, у которой соседские вороны пытались отобрать разноцветные бусики. Их Савелий нашёл на городской свалке и кое-как отбил у сороки, известной любительницы ярких безделушек. Галка носила подарок Савелия не снимая. А тут эти наглые вороны! Скворцов распушил перья на груди и храбро бросился на защиту Галки, щёлкая клювом. Одна из ворон, пообещав оставить его без единого пера, сцепилась со скворцом. Завязалась драка.

– Давай, Савелий, покажи ей! – горланили скворцы, налетевшие неизвестно откуда.

– Выбей ему глаз! Вырви хвост! – подначивали ворону подружки-хулиганки.

Неизвестно чем бы всё закончилось, если бы не Жорж, проходивший мимо. Тогда он работал в полиции и делал обход вверенной территории. Схватив скворца за крыло, он с трудом оттащил его от сильно превышающей в размерах вороны. Смелость и решительность маленькой птицы заслуживали уважения. Жорж провёл с Савелием разъяснительную беседу и организовал экскурсию по полицейскому участку. С тех пор Скворцов нет-нет, а прилетал к Догову и рассказывал о том, что видел и слышал. А Жорж делился интересными историями из жизни криминального мира, заодно обучая Савелия азам.

При первой необходимости Догов призвал Скворцова в сыскное агентство на службу. Сейчас перед главным детективом стоял крупный скворец, который отличался военной выправкой и крепким телосложением.

– Рад служить детективному агентству «След»! – отрапортовал командным голосом Савелий.

– Тише, Скворцов! – ещё раз попросил Жорж, тряся брылями. – Побереги мои нервы, они мне ещё пригодятся. Сынок, тебе предстоит не только догнать стаю диких гусей, но и отыскать среди них Гаврилу Лукавого. Сделать всё надо незаметно, чтобы не вспугнуть похитителя обнимашек. Необходимо выведать, как ему удалось умыкнуть у двоюродного брата Степана Обнималкина эту способность. А если у тебя не получится разговорить этого братца-хитреца, то любым способом верни его назад. Мы из него всю душу вытрясем!

Скворец старался сдерживаться, но при слове обнимашки его прямо-таки распирало от смеха.

– Есть забрать у Лукавого обменялки! Ой, выманить лукавство у обнимающего. Или я что-то неправильно понял? – Савелий от давящего его смеха осел на пол.

Жорж усмехнулся, глядя на юнца, и протянул скворцу планшет.

– Здесь изложены все материалы дела, есть встроенный навигатор с маршрутом полёта и безлимитный интернет для постоянной связи с агентством, – сказал он.

Скворцов вскочил на ноги и изо всех сил завопил:

– Служу отечеству!

Стёкла в кабинете задрожали, графин на круглом столике у окна дал трещину, и вода тонкой струйкой стекла на пол, а Догов на несколько минут оглох. Савелий спрятал планшет в рюкзак и от греха подальше тут же выпорхнул из кабинета.

Глава 6
Летят перелётные птицы

Лукавый летел третьим после вожака и гордился отвоёванным почётным местом. Всю дорогу Гаврила радовался, что отомстил брату за свою беспородность и лишил его способности обниматься.

В прошлом году на зимовке он познакомился с ясновидящей Роксаной, которая прилетела со своим секретарём и обосновалась здесь на постоянное проживание. Превратилась из перелётной в оседлую. Причиной этому послужило преследование за мошенничество. Роксана дала широкую рекламу о наборе на обучающий семинар по магии и гипнозу. На онлайн-занятиях чёрная цапля рассказывала о силе внушения и о воздействии заклинаний во время сна. Гаврила был лучшим среди обучающихся и вскоре овладел основными гипнотическими приёмами.

Вожак стаи Чернокрылов долго не мог объяснить, каким образом Гавриле удаётся вытеснять крепких диких гусей и занимать их места. Глядя на мощные крылья Лукавого, он решил, что всё дело в его силе. На самом деле Лукавый отрабатывал на соплеменниках навыки ночного гипноза.

Скворцов сумел догнать гусиную стаю только через десять дней. Ураганные ветры не раз меняли направление полёта начинающего детектива. Проливные дожди не давали двигаться быстро. Плащ из водоотталкивающей ткани практически не спасал: перо намокало, и Савелию приходилось делать длительные остановки.

Наконец перед взором Скворцова открылся остров, где стая гусей остановилась на ночлег. Выбившийся из сил, он камнем упал на песчаный берег прямо перед Лукавым. «Траекторию падения рассчитал правильно, – похвалил он себя. – Теперь необходимо войти в доверие к похитителю. Ну-ка, Скворцов, покажи, на что ты способен!» – мысленно приказал он себе.

– Воды-ы-ы… Пи-и-ить… – жалобно застонал Савва, притворяясь полуживым и одним глазом наблюдая за огромным серым гусем с двойной чёрной полоской на правом крыле.

Гаврила перестал щипать траву и нехотя приблизился к Скворцову, который намеренно перестал двигаться и издавать звуки. Он даже задержал дыхание.

– Эй, ты живой? – Лукавый сощурил глаза и толкнул скворца в бок.

Розовые лапы Савелия задрожали, жёлтый клюв приоткрылся, язык вывалился на бок. Из груди вырвался хриплый вздох.

– Что мне с тобой делать, доходяга? – Гусь попытался реанимировать притворившегося мёртвым Скворцова.

Он набрал в клюв воды из ручья и влил в рот Савелию. Тот закашлялся, изображая, что ожил, и, пошатываясь, поднялся на лапы.

– Спасибо, друг, – с притворной лаской прошептал Савва, пытаясь приблизиться к гусю.

Лукавый отшатнулся и сделал несколько шагов назад.

– Не подходи ко мне! Терпеть не могу телячьих нежностей, объятия тоже ненавижу. – В его голосе не наблюдалось ни капли дружелюбия. – Быстро же ты ожил, однако! – Он недоверчиво взглянул на Скворцова.

– Да что ты, брат! – Скворец смотрел на гусака заискивающе. – Я отбился от своей стаи и, как видишь, ослаб. Не ел несколько дней. По всему видно, что ты здесь главный! Вон какой важный и грозный! Мне повезло…

Лесть сделала своё хитрое дело, и Гаврила довольно заулыбался.

– Пока ещё не вожак, но и не последняя птица в стае! – гордо сказал он и вытянул шею.

Глава 7
Савва входит в доверие

С наступлением сумерек стая гусей стала укладываться спать. Птицы вырыли в песке небольшие углубления и улеглись в них, спрятав головы под крылья. Все, кроме Гаврилы, прижались друг к другу, согреваясь теплом. Лукавый же с детства был одиночкой, нетерпящим ничьего соседства. Поэтому он очень удивился и напрягся, когда у него под боком улёгся наглый скворец. Гусак никогда ни о ком не заботился и хотел было оттолкнуть мелкую птаху, но Савва сладко зевнул и сонно пробормотал:

– Спокойной ночи, братан! Надеюсь, твой вожак позволит мне лететь с вами. Самому мне не выжить.

Скворец зарылся в мягкие перья гуся и довольно засопел. Гаврила от такой наглости потерял дар речи и не знал, что с этим делать.

В памяти промелькнули обрывки деревенского детства. Он вспомнил, как однажды брат Степан помог ему выбраться из ямы, в которую Гаврила угодил, потому что показывал, как надо ходить задом наперёд, да ещё с закрытыми глазами. Так бы ему и сидеть в яме, если бы не Стёпка. Брат нашёл длинную палку и, крепко зажав её в клюве, вытащил Гаврилу. Сердце Лукавого сжалось от этих воспоминаний, и он затосковал о том времени. Долго ворочался, тревожа Савву, и уснул только под утро.

Солнце встало, и птицы, разминая затёкшие за ночь лапы и крылья, устроили пробежку по острову, готовясь к полёту. Лукавый открыл глаза и увидел, как скворец пытается догнать свой завтрак в виде жирной гусеницы.

– Да ты слабак, брат! – гогоча, сказал ему Гаврила.

Скворцов давно понял, что Лукавый ни за что на свете не будет откровенничать с первым встречным. Тем более не выдаст секреты. Поэтому Савва решил и дальше притворяться слабым и немного чудаковатым. Про таких говорят: «не от мира сего». Он забрался на куст облепихи с оранжевыми плодами, но не смог сорвать ни одной, так как тут же получил веткой по боку и кубарем скатился вниз. Теперь над ним хохотала вся гусиная стая. Савелий от обиды притворно захныкал.

– Братцы, родненькие, прошу, не оставьте убогого без пропитания! – Скворец жалобно смотрел на самого крупного гусака, понимая, что перед ним вожак. – Возьмите меня с собой! Не оставьте на погибель!

Чернокрылов, важно вышагивая, спросил:

– Ты кто такой? Доложи как положено!

Скворец хотел было по привычке вытянуться в струнку и громко крикнуть своё имя, но вспомнил, что не должен выходить из роли. Хромая и потирая ушибленную ногу, Савва вплотную приблизился к Чернокрылову и сквозь слёзы еле слышно произнёс:

– Савелий Скворцов, отстал от своей стаи. Спасибо братану с двумя полосками на крыле. Он спас меня от неминуемой гибели, не дал уйти из жизни в расцвете лет!

Раньше вожак не замечал за Лукавым желания помочь своим собратьям. Поэтому он принял решение взять скворца под опеку и поручить это дело Гавриле. «Ему будет полезно отработать навыки взаимопомощи на этом убогом скворце», – рассуждал Чернокрылов.

– Гаврила! – громко, чтобы слышали все, крикнул вожак. – С этой минуты ты отвечаешь за мало́го. Помоги ему при перелёте через океан.

У Лукавого от негодования расширились глаза и раздулся зоб. Но перечить вожаку он не стал. Гуси взлетели и выстроились в клин, заняв места в определённом порядке.

Скворцов сидел в прибрежных кустах и дожёвывал сухофрукты. Притворяться голодным и быть голодным – совершенно разные вещи.

– Братики, – жалобно крикнул Савва, видя, как стая встала на крыло. Кряхтя, он заковылял по берегу. – Подождите меня. Крылья совсем ослабли, не могу взлететь.

Лукавый обернулся, сделал круг и опустился на берег рядом со скворцом-слабаком.

– Быстро забирайся! – сказал он и вытянул для удобства крыло. – Но долго терпеть я тебя не буду, так и знай!

Савва, как по трапу, поднялся гусю на спину, уселся в мягкую ложбинку между крыльями и тихо захихикал.

В то время, когда гуси пересекали океан, беспрестанно махая сильными крыльями, Савелий сладко спал, зарывшись в мягкий пух Гаврилы.

Ночью, при свете луны Скворцов клювом выстукивал на планшете зашифрованный отчёт для Жоржа. Днём позволял себе немного размять крылья, но, чувствуя подозрительные взгляды гусей, вновь садился на спину своего опекуна, глядя сверху вниз на простирающиеся на многие километры водные просторы.

Глава 8
Магия не сработала

Длительный перелёт утомил гусиную стаю, и вожак принял решение сделать ещё один привал. Гусей приютил маленький островок посреди океана. Суровые скалы, окружающие его со всех сторон, не очень подходили для ночёвки, но это было единственное место, где птицы могли отдохнуть перед решающим рывком.

Савелий давно приметил небольшую сумку на шее у Гаврилы, но во время полёта невозможно было узнать, что Лукавый хранит в ней. Поэтому на эту ночь Скворцов возлагал большие надежды.

Вожак со своим заместителем, отвечающим за ночлег, направил стаю в центр острова, где можно было укрыться от ветра и дождя под сплетёнными лианами.

– Стая! Слушай мою команду! – Чернокрылов вытянул шею и громко отдавал распоряжения. – Белопузов, очистить площадку и подготовиться ко сну! Серопольский, разделить между собратьями остатки пищи! Лукавый, не забывай, ты отвечаешь за мальца-скворца!

Гаврила в конец разозлился и обрушился на Савву, выговаривая ему:

– Как же ты, недотёпа, мне надоел! Житья от тебя нет! То тебя вези, то тебя корми!

Скворец с наигранной обидой посмотрел на гусака, и горячие слёзы, ничем не отличающиеся от настоящих, побежали из глаз чёрной птицы в белых крапинках. Как ему это удалось, он и сам не понял. Но слёзы появились в нужный момент. «Что же делать? У меня остаётся единственный шанс!» – лихорадочно думал Скворцов.

– Ах, никому я не нужен, – вдруг запричитал он. – Повсюду я лишний… С детства был маленьким и слабым… Мне всегда выделяли самого худого червяка… Оттого-то я такой немощный… Ах, как кружится от голода голова! – И Скворцов закатил глаза.

Он зашатался на тонких ножках, пытаясь сохранить равновесие, и на глазах изумлённого Гаврилы рухнул в обморок. Лукавый заметил строгий взгляд вожака, схватил скворца и потащил его к берегу. Савва, пока Гаврила нёс его, приоткрывал по очереди то один, то другой глаз, стараясь оценить обстановку. Когда на голову Скворцова обрушилась большая порция воды, ему пришлось быстро ожить и вскочить на ноги. Вскоре он уже ужинал вместе со всеми.

– Спасибо, братаны! – театрально жалостливо говорил Савва, уминая куколок, в которых превратились личинки бабочек. – Что бы я без вас делал!

Чернокрылов похлопал Гаврилу по спине, отчего тот чуть не подавился ягодами.

– Молодец, Лукавый! Не зря я принял тебя в стаю. Есть всё-таки в тебе сочувствие к убогим и слабым. Возможно, когда-нибудь ты займёшь моё место вожака. А пока учись!

Завистливый Гаврила давно мечтал возглавить стаю, но он не мог конкурировать с сильным и мудрым лидером.

Над островом сгущались сумерки, от воды потянуло холодом, и птицы, спрятав головы под крылья, тут же погрузились в сон от усталости. Савелию долго не давали покоя мысли. Он ворочался, пытаясь пристроиться под тёплым крылом Гаврилы, но тот во сне оттолкнул мальца от себя, и скворец очутился возле пустого рюкзака. Пытаясь согреться, Скворцов завернулся в него, зевнул и на время отключился.

Ночью темнота стала густой и непроницаемой: остров накрыло туманное покрывало. Молодой месяц и тусклые звёзды не могли осветить землю. Савва проснулся от холода. Он встрепенулся, выскочил из рюкзака и направился к Гавриле. Но Лукавого на месте не оказалось. Скворцов обошёл спящих гусей, пытаясь найти среди них своего Гаврилу. Туман слегка рассеялся, и скворец увидел спящего Чернокрылова, притулившегося у корней старого дерева. Над вожаком склонилась чья-то тёмная фигура. Савва неслышно подкрался к незнакомцу в чёрном плаще с капюшоном и услышал странное бормотание, похожее на заклинание:

– Позабудь, что ты вожак,

Солнце пусть рассеет мрак,

Сбудутся мои мечты,

Если их исполнишь ты.

Раз перо и два перо,

Мне сегодня повезло,

Отдавай власть поскорей,

В сердце отвори мне дверь!

Незнакомец громко чихнул, капюшон слетел с его головы, и Савва узнал Лукавого. Гусак тихо выругался:

– Чернильное перо! Что за невезение? Придётся начинать всё сначала.

Савва поднял камень и прицелился. Снаряд попал гусю в голову, и тот на несколько минут потерял сознание. Скворцову хватило этого времени, чтобы полистать записную книжку Гаврилы, которую тот выронил при падении. Фотокамера планшета, настроенная на ночную съёмку, быстро фиксировала страницы с хитроумными заговорами, контактами какой-то Роксаны, выведенными большими буквами, и грандиозными планами Гаврилы на ближайшее будущее. Когда Лукавый пришёл в себя, то ничего не понял. Под ногами у него валялся большой кокосовый орех.

Перевалило далеко за полночь, а, значит, время для магического гипноза было упущено.

Глава 9
А тем временем…

В то самое время, когда Скворцов вместе с гусиной стаей летел в поисках похищенных обнимашек, Жорж выслушивал рассказ Ондатры Интеграловны о том, как в её хатку, которую она строила всё лето, влезла ленивая Нутрия Захваткина, и теперь не представляется возможным выдворить её оттуда.

– Что только я не делала, уважаемый господин следователь! – говорила Ондатра, заливая слезами рыжую шубку. – Сначала я вежливо просила её покинуть чужое помещение. Но она даже не взглянула в мою сторону и поедала запасённый на зиму провиант. Потом я попыталась силой вытолкать её. Но эта вёрткая гадина, простите за грубость, упёрлась в стены хатки четырьмя лапами и вгрызлась зубами в корягу. Её невозможно было оторвать. – Ондатра достала из сумочки платок и вытерла заплаканную мордочку. – Она заняла моё спальное место, и мне приходится довольствоваться сухой травой. А сегодня я пригрозила ей, что пойду в полицию и заявлю на неё. На что она только ехидно рассмеялась.

– Так почему же вы не пошли в полицию? Вам как раз туда и нужно! – сказал Жорж, внимательно выслушав получасовой монолог милой посетительницы. Это была престарелая дама, в прошлом тренер по плаванью, и псу было искренне жаль её.

– Всё дело в том, что в полиции служит сын этой, как бы помягче сказать, …крысы! Крыса она и есть! – У Ондатры не нашлось слов, чтобы выразить всю свою нелюбовь. – Она чувствует защищённость и творит что вздумается. Всё от безнаказанности.

– А как она к вам попала? – Жорж, услышав о произволе среди полицейских, решил помочь старушке, хотя был занят тем, что отвечал на постоянные звонки нетерпеливого Степана Обнималкина и ждал вестей от Скворцова.

– Я сама пригласила её, – пролепетала в ответ Ондатра. – Но только в гости… Я только что закончила ремонт и решила похвастаться перед бывшей коллегой. Мы когда-то вместе работали в спортивной школе, тренировали пловцов. Хотела угостить её. Вот и угостила… – И она печально посмотрела на Жоржа.

– Я думаю, мы сможем вам помочь. – Догов набрал номер таксы и сказал в трубку: – Сара, зайди ко мне!

Ищейка знала, что делать. Она тут же придумала план действий:

– Мы выкурим её с помощью дымовой шашки! – потирая лапы, сказала Охотницкая.

– А она не задохнётся? – встревожилась сердобольная Ондатра.

– Такие ни в воде не тонут, ни в огне не горят! – заявила Сара и подмигнула Жоржу. – Уж мы-то знаем!

– Только сделай всё без шума и пыли! Действуй по вновь утверждённому плану! – Жорж вспомнил фразы из любимой комедии и решил вставить их для красного словца. – А вы, – обратился он к Ондатре, – посидите пока где-нибудь и попейте чайку! – Двух часов тебе, надеюсь, хватит? – Он посмотрел на Сару, и та без слов поняла, что получила команду действовать незамедлительно.

– Управлюсь! – ответила такса, вильнув хвостом, и скрылась за дверью.

Эту ночь Ондатра Интеграловна провела в своей постели, спокойно посапывая во сне.

А Нутрия Захваткина весь вечер жаловалась сыну, что чуть не задохнулась в своей новой хатке. Она решила, что кто-то разжёг на озере костёр. И лучше было убраться подобру-поздорову…

Глава 10
Бесплатный сыр только в мышеловке!

Стая гусей благополучно приземлилась на большую землю, завершив длительный перелёт через океан и преодолев тысячи километров. Это место благотворно влияло на перелётных птиц. Здесь круглый год царило лето.

Гуси очень устали и проголодались. Вожак приказал подчинённым построиться на песчаном берегу.

– Стая, слушай мою команду! В шеренгу по одному становись! Следуйте за мной к месту основной дислокации. Селимся в бунгало! Семейные – парами, одиночки – по двое-трое. И чтобы к весне порадовали меня хорошим приплодом! А ты, Лукавый, – он обратился к Гавриле, рядом с которым, как аппендикс, постоянно ошивался скворец, – дай мальцу поесть. Пусть немного отдохнёт, а потом валит к своим сородичам. Если он их найдёт, конечно. Что-то я не заметил здесь никаких скворцов.

Местные птицы, рассевшись на берегу, с удивлением наблюдали за тем, как важно переваливаясь с боку на бок, шествует стая гусей во главе с вожаком, а за ними вприпрыжку перемещается смешной маленький скворец.

Яркие попугаи и павлины одарили каждого из прибывших, и теперь шеи гусей украшали венки из цветов и бусы из ягод. Серые гуси в бело-розовых боа гордо шагали по направлению к временному жилью, радуясь окончанию утомительного полёта.

Билборд с яркой надписью «Добро пожаловать!» приветствовал гусей. У каждого бунгало возвышались экзотические фрукты и сочные листья, сложенные горкой. Нетерпеливо гогоча, птицы приступили к трапезе, не догадываясь, что это всего лишь приманка, а не жест гостеприимных хозяев. Ежегодно несколько самых жирных гусей куда-то исчезали, но вожак стаи не мог дать этому объяснения. Стая пополнялась молодью, и поэтому пропажа никого особо не беспокоила.

Всё дело было в морских пиратах, с которыми у аборигенов-попугаев был заключён договор: попугаи откармливали гусей и поставляли их хищным грифам, судно которых в определённую ночь причаливало к берегу и тут же уплывало. Попугаи же получали взамен контрабандный товар, а потом по спекулятивной цене продавали его местным обитателям.

Когда угощение было полностью уничтожено, осоловевшие и растолстевшие гуси уселись под пальмами, вытянув лапы. Нега разлились по их телам, и они закрыли глаза. Никто не вспомнил, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Савва по привычке, выработанной за время перелёта, забрался на своего опекуна, удобно развалился в насиженном месте между крыльями и захрапел.

Гуси зашевелились только к вечеру. Лукавый неожиданно вспомнил о приказе вожака. Он без предупреждения сбросил Скворцова и зашипел:

– Эй, убогий! Проваливай отсюда к своим! По-моему, ты задержался!

Савелий неторопливо подошёл к вожаку и поблагодарил его за помощь. Прохаживаясь перед гусями, он продолжал играть свою роль:

– Спасибо, братаны, что не бросили доходягу в беде! Гаврила, друг, век не забуду твоей доброты! А теперь позвольте откланяться и отбыть к своим соплеменникам.

Скворцов исчез в зарослях. Как только гуси потеряли его из виду, взмахнул крыльями и взмыл высоко в небо.

Через час он резко спикировал, заметив внизу скрытое от глаз углубление в виде пещеры.

Глава 11
Тайны магической книги

На огромном рекламном щите была изображена цапля в чалме и чёрной накидке, грудь которой украшала золотая цепь и крупный алмаз. Скворцов прочитал надпись: «Известная на весь мир прорицательница Роксана приглашает в школу магии и волшебства. Вы научитесь читать мысли, овладеете даром убеждения и гипнозом! Только сегодня скидка на семидневные курсы девяносто девять процентов! Спешите и вы ни о чём не пожалеете!»

Савелий достал спрятанную в рюкзаке золотую банковскую карту и шагнул в мир магии и колдовства. В приёмной сидела длинноногая птица-секретарь в короне из перьев и читала детектив. Увидев посетителя, она засуетилась. Быстро открыв ноутбук и водрузив на клюв большие жёлтые очки в роговой оправе, она приняла деловой вид.

– Доброе утро! – поприветствовал скворец диковинную птицу. – Я хочу записаться на курс обучения магии. Это возможно?

Секретарь довольно кивнула и очаровательно улыбнулась.

– Вы желаете освоить семидневный курс или ускоренный трёхдневный? – спросила она.

– Ускоренный курс у вас тоже со скидкой? – для вида поинтересовался Скворцов.

Экзотическая птица повернулась к новому клиенту и, закинув ногу на ногу, радостно произнесла:

– Скидка действует только на сегодняшнее занятие. За второй и третий день нужно будет заплатить полную сумму. Но поверьте, вы будете удивлены редкому таланту Роксаны и сможете развить свои скрытые способности.

– О, я в этом нисколечко не сомневаюсь! – заверил собеседницу Скворцов, а мысленно добавил: «Ты ещё не знаешь, какие у меня способности!» – Мне удобнее пройти ускоренный курс. Как говорится, время – деньги! Когда видишь деньги – не теряй времени. Куй железо, не отходя от кассы!» — Савва протянул пластиковую карту для оплаты, и банковский счёт предприимчивой цапли пополнился на значительную сумму.

– Идите прямо и посидите в зале ожидания, – заискивающе промолвила птица-секретарь. – Индивидуальное занятие начнётся через несколько минут.

Савелий наощупь прошествовал по узкому проходу и очутился в просторном зале с мягкими креслами, видимо, предназначенном для массовых гипнотических сеансов. На массивной двери висела табличка с витиеватой надписью «Магистр волшебства и гипноза Роксана». «Без приглашения не входить! – говорящее само за себя табло предупреждало, что вход за дверь посторонним воспрещён. По всему, это была святая святых Роксаны.

Неожиданно раздался резкий и раздражающий звук, и над дверью загорелось слово «Входите!» Дверь распахнулась, и скворец оказался в тёмном помещении. Глубоким грудным голосом кто-то невидимый произнёс:

– Выключите свои гаджеты и оставьте их на хранение в сейфе.

Металлический шкаф открылся, и нутро сейфа поглотило рюкзак Скворцова вместе с планшетом. Красные портьеры открылись как по мановению волшебной палочки, на самом же деле это было сделано с помощью пульта управления. На полу зажглись маленькие лампочки. Савва сделал шаг вперёд и увидел сидящую за столом огромную чёрную птицу. На глазах дамы была серебристая маска, голову украшал белоснежный тюрбан. Чёрная блестящая накидка распахнулась, когда птица взмахнула крыльями, и изумлённый Скворцов увидел подкладку с золотистыми звёздами, которые время от времени мерцали. На низком столике всеми цветами радуги переливался волшебный шар, рядом лежала раскрытая магическая книга.

– Незнакомец, тебя привела сюда вера в чудеса и желание познать мир чародейства. Садись, мой дорогой ученик, первый урок начался, как только ты вошёл.

Роксана посмотрела в книгу, затем закрыла глаза и таинственно зашептала:

– Смута-рута, карамута,

Здесь научат не чему-то,

Чародейство, колдовство

В разум прочно твой вошло!

Скворцов с детства умел сочинять стихи и всегда веселил друзей, читая свои экспромты. Он вынул из кармана спрятанный фонарик, направил луч прямо в глаза цапле и громко произнёс:

– Верю я тебе, Роксана!

Дар – подобие вулкана,

Пусть талант не пропадёт,

Сила магии придёт!

Цапля от неожиданности резко вскочила и в мгновение скрылась за занавесом. Ничего подобного она от клиента не ожидала.

Савелий заглянул за штору и увидел, как птица-секретарь капает успокоительное в стакан с водой. Прорицательница полулежала на кушетке. Скворец воспользовался моментом и стал быстро листать книгу с заклинаниями. Благодаря оглавлению он нашёл заговор «Как вернуть силу объятий». Всего-навсего необходимо было произнести нужные слова, заменяя фразы. Вместо слова «забираю» сказать «возвращаю», фразу «крылья опустятся вниз» заменить на противоположную – «крылья поднимутся вверх».

Савва не стал дожидаться возвращения прорицательницы, забрал из сейфа рюкзак и выпорхнул из пещеры. Медлить было нельзя.

Глава 12
Возвращение объятий

Отыскав пустынное место, Скворцов достал планшет и позвонил Догову по видеосвязи. Как только на мониторе возник Жорж, Савва быстро заговорил:

– Ваше задание выполнено! Мне удалось заглянуть в диковинную книгу Роксаны, – отчитывался он. – Вы не поверите, но там есть ответы почти на все вопросы. Жаль, фолиант огромных размеров, я не смог бы его унести. А нам, сыщикам, магия, ой, как бы пригодилась!

Жорж недовольно взглянул на подчинённого и строго приказал:

– Скворцов, ты давай особо там не радуйся! Возвращайся как можно скорее. Обнималкин на грани нервного срыва. Самое страшное, что он на глазах худеет и теряет перья. Сам понимаешь, на птичьем дворе не станут держать лысого и облезлого управляющего. Используй любую возможность, чтобы добраться быстрее. Ты умный малый, что-нибудь придумаешь. А магии как таковой не существует, вот что я тебе скажу! Думаю, что Степан во сне услышал заговор брата и поверил ему. Вот и всё колдовство!

Скворец вышел из укрытия. Ему предстоял трудный перелёт. Гаврилы рядом не было, и Савва мог рассчитывать только на свои силы. Он расправил крылья и взлетел высоко над землёй, взяв курс на север.

Весь первый день целеустремлённый Скворцов летел без остановок. В моменты затишья и безветрия Савва опускался ниже и, чтобы восполнить силы, на лету ловил мошек, мух и комаров. На следующий день было безоблачно, и ярко светило солнце. Скворцов заметил на земле странную тень, которую отбрасывало летящее над ним непонятное существо. Присмотревшись повнимательнее, Савелий понял, что это сокол-робот. Он не раз слышал о таких, но увидел впервые.

Серебристая искусственная птица передавала информацию о погоде. Недолго думая, детектив растянулся на её нагретой поверхности. Выспавшись, он сверился с навигатором, размял крылья и лапы, и, разогнавшись на спине металлической птицы-робота, устремился к конечной цели.

Савелий обладал гибким умом и хитростью. Подлетая к городу, он заметил, как взмывает в небо воздушный змей. Это кот-учитель со своими учениками-котятами бегал по полю, держа крепкую бечёвку. Скворец решил и здесь сэкономить силы, уселся на перекладину воздушного змея и отдался во власть порывам ветра. Он представлял, что летит на дельтаплане, который парит высоко над землёй. А серый кот не мог взять в толк, почему змей изменил траекторию полёта и стал резко снижаться.

Жорж в нетерпении ходил по кабинету из угла в угол. Несколько минут назад звонил Обнималкин и кричал в трубку, что перестал пользоваться вниманием у гусынь, и его авторитет сильно пошатнулся и вот-вот может упасть до нулевой отметки. Степан бился в истерике и вопил, что больше не желает быть гусем-обнимусем и хочет покинуть этот мир молодым.

Савелий ворвался в кабинет шефа без стука и уже было собрался докладывать о своём прибытии, но Догов взглядом остановил его, достал из ящика беруши и вставил в уши. Он покосился на новый графин в надежде, что на этот раз стекло выдержит.

– Теперь докладывай! – сказал он Скворцову.

– Детектив Скворцов прибыл в ваше распоряжение, – громкий и очень высокий голос Саввы слышала вся улица. Стёкла в окнах задребезжали, графин задрожал, но выстоял.

– Сынок, – как можно тише произнёс Жорж, – зачем так напрягаться? Отдыхай! Наверное, ты устал, летая по заграницам. Выдохни!

Савелий налил себе воды, залпом выпил и рухнул на стул.

– Жорж Артурович, разрешите взять выходной на сутки! – вымолвил он.

– Нет, дорогой, не получится! Как говорила Мария Васильевна, у детективов нет выходных и праздников! Время не ждёт! Сегодня ночью нужно завершить дело, иначе быть беде. Наш подопечный в панике, на нервной почве он вырвал больше половины перьев. Видимо, хочет перевыполнить план по перу и пуху. Ты пообедай и поспи часа два, а к вечеру я буду ждать тебя на птичьем дворе в доме у Обнималкина. Договорились?

Сумерки медленно опустились на город, показалась тусклая луна, и птичий двор погрузился в сон. Только в окне Обнималкина вспыхивали отблески свечи.

Предварительно Жорж напоил Степана снотворным, но даже после этого тот долго не мог уснуть. Гусь постоянно вскакивал, выщипывал остатки перьев из хвоста, странно гоготал, закатывая глаза. Потом лекарство сделало своё дело, и уставшая, измученная долгим ожиданием птица наконец отключилась. Жорж до последнего сидел рядом, не шевелясь и боясь помешать наступлению сна.

Скворцов только этого и ждал. Он вошёл в спальню гуся и зажёг восковую свечу. В памяти всплыла страница из магической книги Роксаны. Подняв свечу над головой Степана, скворец тихо запел:

– Баю-баюшки-баю,

Песенку тебе спою.

Засыпай, мой гусачок,

Повернись ты на бочок.

Скворец улыбнулся, услышав храп Жоржа. «Отличное средство, – подумал он. – Даже шефа вырубило!» Для закрепления эффекта он пропел слова колыбельной ещё раз.

Убедившись, что гусь спит крепко, он приступил к снятию заклятья.

– К гусаку пусть вернутся объятья,

Вмиг развеется сила проклятья.

Небеса твоих перьев коснутся

И позволят таланту вернуться.

Пусть же крылья поднимутся вверх,

Впереди ожидает успех!

Уставший скворец заснул прямо на полу, успев задуть свечу в целях безопасности. Во сне он всё время бормотал заученные магические слова. И неудивительно, что они оказали воздействие на всех находящихся в спальне.

С первыми лучами солнца Жорж почувствовал непреодолимое и очень странное желание. Обнималкин и Скворцов, открыв глаза, оказались заключёнными в его крепкие объятия. Всегда очень серьёзный и грозный на вид Догов не ожидал от себя такого и очень смутился.

Степан радостно загоготал, когда понял, что и к нему вернулись обнимашки.

В это время мимо дома управляющего птицефермой проходила гусыня Лаура. Она тайно переживала за Степана, который всю неделю находился в жуткой депрессии, и, услышав ликование, заглянула в окно. От удивления у неё приоткрылся клюв: двое незнакомцев и облезлый гусак по очереди обнимали друг друга и радовались как дети.

Лаура подумала, что не стоит делать поспешных выводов и решила дать Степану ещё один шанс. Ведь, если разобраться, такие гусаки редко встречаются.

Дело о потерянных объятиях благополучно отправилось на полку архива.

Жорж Артурович наградил Скворцова почётным знаком детектива и вручил премию в виде коробки дождевых червей, которых приобрёл у фермера Доры Дармидонтовны с большой скидкой.

Гусь-обнимусь навёрстывал упущенное: весь следующий день он по нескольку раз дарил свои нежные объятия.

Дело №2
Похищение мышонка Пика

Глава 1
Пропал мышонок!

В самом конце осени Жоржа разбудил телефонный звонок дежурного по агентству спаниеля Рокки. Предстоящий выходной планировалось провести на диване под тёплым пледом, с горячим чаем и интересной книгой, которую Догов выписал на маркетплейсе. Название книги «Найти похитителя не так просто» интриговало, Жоржу не терпелось открыть первую страницу и окунуться в расследование вместе с литературными героями. Но его планам не суждено было сбыться.

– Тут такое дело, Жор-р-рж Ар-р-ртур-р-рович, – Рокки торопился и немного заикался от волнения, – потер-р-рялся мышонок! У него как р-р-раз сегодня день р-р-рождения, а он исчез. Я не знаю, что делать! Всё мышиное семейство толпится у нашего агентства. Стоит такой шум, что я сам себя не слышу!

– Запиши точный адрес и отправь всех домой. – Жорж сконцентрировался. – Скажи, чтобы ждали нас на месте. Да, и вызови Сару. Скоро буду!

Ах, как не хотелось выходить из дому. Ветер дул такой силы, что, казалось, был виден. Кто-то пролетел мимо Догова, гонимый очередным порывом, но рассмотреть, кто этот несчастный, не удалось. Большая тяжёлая капля упала Жоржу на нос. Он стряхнул её, поднял воротник пальто, натянул на самые глаза кепку, спрятал в карманы лапы и побрёл к агентству. Он недавно поселился неподалёку от места работы и поэтому утром всегда ходил пешком. «Это вместо зарядки, – объяснял он Рокки и Саре, которые постоянно задавали один и тот же вопрос: «У вас же есть машина! Почему вы ею не пользуетесь?»

Ищейки были уже на месте. Они громко смеялись над очередным видеороликом про толстого пингвина-отца, у которого постоянно куда-то катилось яйцо, а он его догонял и пытался удержать на лапах. Но когда в кабинет вошёл начальник, псы притихли.

– Шеф, всё готово! Когда выезжаем? – Рокки был на низком старте. Сара всегда поддерживала его, хотя небольшие разногласия у них были.

– Далеко нам ехать? – Жорж понимал, что выходной день коту под хвост, но таил надежду, что, может быть, всё закончится наилучшим образом, и мышонок найдётся сразу.

– Это на дальнем поле, где растут тыквы, – ответила Сара. – Там поселилось это многодетное семейство. Детей у них – считать, не пересчитать!

– Ну тогда по коням! – распорядился Жорж, и троица шагнула в непогоду.

Машина сорвалась с места и понеслась по почти пустым улицам, обгоняя порывы ветра и рассекая дождевую завесу.

Глава 2
Детективы берутся за дело

Урожай на поле за городом был давно собран, и от этого оно выглядело осиротевшим и неухоженным. Слякоть, которая явилась естественным следствием проливного дождя, усиливала это впечатление.

– Мы туда приехали? – спросил Жорж, глядя на неприглядную картину.

– Не уверена… – Сара выглянула из машины, всматриваясь вдаль. От сырости она поёжилась и закрыла окно.

С противоположной стороны бежал и махал лапками кто-то маленький, почти незаметный. Чем ближе к машине приближалась одинокая фигурка, тем становилось понятнее, что это отец мышиного семейства.

– Мы вас заждались! – воскликнул он, отдышавшись. – Меня зовут Муня Маусов.

Сара и Рокки захихикали.

Имя Муня соответствовало его владельцу. Слегка поседевший и подслеповатый, в тёплой меховой телогрейке, в резиновых сапогах и зимней шапке-ушанке, он выглядел каким-то очень милым и беззащитным. Усики опустились, хвост тонкой верёвочкой волочился за хозяином.

– Есть новости? – коротко бросил Жорж, открывая дверцу и впуская мышь внутрь.

– К сожалению, нет… – чуть не плача, ответил Муня.

По размытому дождями полю автомобиль детективов, время от времени пробуксовывая, кое-как доехал туда, куда указал Маусов.

Все вышли из машины возле огромных размеров тыквины, которая каким-то чудом осталась неубранной с поля. Видимо, закатилась в заросли. Мышиное семейство воспользовалось такой удачей и устроило в ней жилище с многочисленными спаленками для детей и большой гостиной. Под тыквенным домиком мыши соорудили кладовую, куда сложили найденные на соседнем пшеничном поле колоски и осыпавшиеся зёрна. Всю осень они грызли тыквенные семечки и выедали сердцевину и теперь, накопив приличную жировую прослойку, готовы были завалиться в зимнюю спячку, отметив перед этим день рождения всеобщего любимца Пика – младшего из сыновей.

Мыши разных возрастов и размеров, промокшие до нитки, неподвижно стояли возле тыквы со сложенными на груди лапками и с надеждой смотрели на следователей. Рокки и Сара, как истинные ищейки, начали своё дело: они носились по полю, низко опустив головы и принюхиваясь. Дождь смыл все следы и запахи. Это осложняло дело. Жорж опрашивал свидетелей исчезновения мышонка, которыми являлись родственники, собравшиеся на торжество.

– Расскажите, как всё было. Когда и кто обнаружил пропажу Пика? – Жорж пытался что-то понять из рассказов перебивающих друг друга братьев, сестёр, дядюшек, тётушек, бабушек и дедушек.

Наконец мать Пика, Моника Маусова, подняла лапу, давая понять, что нужно помолчать. Когда шум стих, она поведала историю исчезновения любимого сыночка.

Глава 3
Как всё случилось

Полевая мышь, вытирая слёзы фартуком, сдерживала себя из последних сил.

– Утро проходило в предпраздничной суете… – всхлипывала она. – Отец с младшими детьми готовил попкорн из кукурузы, а я со старшенькими пекла любимый ореховый пирог именинника. Остальные накрывали на стол, заворачивали в яркую обёрточную бумагу подарки. Я попросила Пика тихонько посидеть в спальне, пока его не позовут, насыпала ему горстку семечек и разрешила посмотреть мультфильмы. Мы украшали гостиную для торжества, когда прибежала младшая дочь Сима и сообщила о пропаже брата. Мы обыскали весь дом, обошли поле вдоль и поперёк, громко звали Пика, но он так и не откликнулся. Пик – беззащитный малыш, любимец всей семьи… Ума не приложу, куда он запропастился.

Бедная мама-мышь зарыдала, её слёзы потекли по мордочке и, скатившись по усам, закапали на землю. Моника прижалась к груди Маусова, спина её сотрясалась от рыданий. Муня, как мог, старался успокоить жену.

Жорж с сочувствием смотрел на несчастных, горе которых тронуло и его собачье сердце.

– Вспомните, пожалуйста, как начался день, было ли что-нибудь необычное? Может, к тыкве, ой, простите, к дому подходил чужак? – спросил он у безутешных родителей.

Муня Маусов, обнимая жену, тихо произнёс:

– Семейство у нас очень большое, сами видите, и рядом никто не живёт. Когда мы готовили дом к заселению, прибегали лесные мыши и хомяки, чтобы полакомиться мякотью тыквы или семечками. Но когда всё было съедено, они перестали нас навещать.

Рокки затряс головой от нетерпения, ему тоже хотелось принять участие в опросе свидетелей. Длинные уши спаниеля совершили несколько волнообразных движений в воздухе и вернулись на прежнее место.

– А может, Сима что-то видела пер-р-ред тем, как обнар-р-р-ружила исчезновение бр-р-р-рата? – вставил он вопрос.

Жорж неодобрительно посмотрел на подчинённого. Он не любил, когда его перебивали.

Из-за спины матери вышла крошечная мышка в красном пальтишке и резиновых сапожках. Сима была очень пугливой и держалась за кончик маминого хвоста.

– Дочка, – ласково промолвила Моника, – расскажи, как всё было на самом деле.

– Я закончила украшать пирог и пошла в нашу с Пиком спальню, но братика там не оказалось. Сначала я подумала, что он спрятался, но ни под кроватями, ни за шторами его не нашла.

Кроха отпустила хвост матери и схватила её за подол платья. Муня, увидев, как волнуется малышка, поднял её.

Сара тоже решила проявить инициативу и задала вопрос, который мог бы помочь:

– Сима, может, ты что-то слышала, видела или чувствовала какой-нибудь странный запах в тот момент, когда находилась в комнате, откуда пропал Пик?

Мышка на миг задумалась, прикрыв глаза. Детективы терпеливо ждали.

– Да! – радостно произнесла Сима, – я заметила, что окно рядом с кроватью младшего брата было приоткрыто, и из него пахло лесом.

– Лесом? – поразился Жорж. – Что бы это значило? Лес от вас очень далеко.

Моника погладила дочь по голове и объяснила:

– Для всех лес может пахнуть по-разному: грибами, прелой листвой, хвоей, землёй. Но для Симы лес пахнет хищными животными, которых она очень боится.

Жорж почесал за ухом и, обратившись к Муне и Монике, уверенно произнёс:

– Итак, чтобы начать расследование, необходимо следующее… – Он на секунду замолчал, решая, в какой последовательности назвать необходимое. – Во-первых, нам нужен портрет Пика и его особые приметы; во-вторых, описание одежды, в которую был одет пропавший; и в-третьих, дайте нам какую-нибудь вещь малыша, чтобы мы смогли найти его по запаху.

Через несколько минут Муня протянул Жоржу портрет рыжего мышонка с родимым пятнышком в виде сердечка на правой лапке, выполненный масляными красками на крышке от картонной коробки, и крошечного игрушечного хомячка.

– Фотоаппаратов и телефонов у нас никогда не было. Живём мы скромно, но дружно, – словно в чём-то оправдываясь, сказал он. – У Пика светло-рыжая шёрстка с тёмно-коричневой полоской на спинке, на одной лапке светлое пятнышко, похожее на сердце. Малыш был одет по-праздничному: в белую рубашку с галстуком-бабочкой и синий комбинезон. А это, – он указал на лохматого хомяка, – единственная игрушка, которая принадлежит сыну. Остальные переходят от старшего ребёнка к младшему, как и остальные вещи. А хомячок подарили малышу при рождении, и он с ним никогда не расставался. Это его талисман. Странно, что Пик не взял его с собой. Тогда возьмите портрет и игрушку. Они вам понадобятся. – И Муня протянул Жоржу то, что осталось от сына.

– Спасибо за информацию, – задумчиво произнёс Жорж. – Мы должны обсудить, что делать дальше. Будем держать вас в курсе! – Он попрощался с мышами и сделал жест, по которому Рокки и Сара сразу сиганули в машину. Послышался звук работающего мотора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.