О чём говорят её мужчины
Почему они выбирают её
Виктория Красноштанова

© Виктория Красноштанова, 2025

ISBN 978-5-0065-2862-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие от автора

Эта книга – прикладной инструмент для девочек, девушек, женщин. И хотелось бы, чтобы такой инструмент не просто валялся на кухне, а чтобы им пользовались.

Это книга поддержки. Можешь открыть книжку на любой странице, прочитать любую главу и увидеть ту же ситуацию, которая сейчас может быть у тебя. То, что сейчас происходит в твоей жизни, в твоих отношениях, – да, такое может быть, но это не значит, что это конец света и нет выхода. Как ты зашла в эти отношения, так ты и выйдешь из них.

Конечно, тебе нужно пропускать информацию через свой фильтр восприятия информации, ведь у каждого свой жизненный путь. Но есть созвучность, схожесть – это взлёты и падения.

В книге я рассказала о своих историях, о мужчинах и поняла, что не они меня выбирали – я их выбирала сама. Это моя ответственность и на сознательном, и на бессознательном уровнях.

Тогда это были не осознанно прожитые истории. Но постепенно я превращалась в женщину и понимала, что это был мой выбор, мои истории, хотя в те моменты я не придавала им значимость.

Долгое время во мне была моя «бессмертность». Я не осознавала, что когда-то умру или состарюсь, существовала такая временнАя дыра – все события жизни как в одном периоде. Некоторые из них сложно отследить по временным рамкам, когда это было.

Конечно, я хочу вдохновить этой книгой на искренность и открытость в жизни. Показать, что все люди в нашей жизни – это не карма, это отражение того, что есть внутри.

Внешний мир – это отражение нашего внутреннего, и оно показывает то, в чём мы нуждаемся.

Признаться себе в чём-то не очень хорошем – это оценить себя по шкале «хорошести». Дуальность мира заставляет быть нам чем-то одним и стабильным: «хорошая жена» – это такая-то, «хорошая работница» – это вот такая. В этих уравнениях нет гибкости.

Жизнь – она про гибкость. Каждая душа, которая пришла на эту землю, пришла за плавностью. В один момент может быть хорошее и плохое, замечательное и ненужное.

Не стоит оценивать свой жизненный путь по нормам, которые приходят извне. Нужно чаще говорить себе: «Это я наворотила такую фигню, и так же я сама оттуда и выйду». Не самобичеванием заниматься надо, а самоизлечением. То, что происходит в жизни, это ценно и важно – что бы это ни было.

Были ли это аборты или разрыв отношений – всё, что оценивается обществом как негативные ситуации. Этот опыт надо проживать и двигаться дальше в развитие.

Мы волосы красим, следим за фигурой. Почему нет эмоциональной поддержки себя, своей психики, души?

Эта книга написана для этой эмоциональной поддержки.

«О, так у неё так же, как у меня! Она из этого вышла, и я выйду!» – открыв страницу, воскликнешь ты.

Эта книга написана для того, чтобы стало жить проще в согласии с собой, в любви к себе вместо бичевания и критики.

Поддержи себя этой книгой.

Первая любовь

Невероятная штука – любовь – очень рекомендую. Занимайся, практикуй, и в жизнь придёт всё желаемое. Я в это верю.

Севастопольский двор, пятый микрорайон. Новые панельные дома, двор, полный детей и компашек по интересам. Лето, 1996 год.

Он – загорелый, молодой, атлетического телосложения. Популярный такой парень с гитарой, белоснежной улыбкой. Всё в нем было прекрасно, даже имя – Вячеслав.

Первый раз, когда я увидел её, ей было лет 12, может, даже меньше. Ничего примечательного, обычная голубоглазая девчонка с обгоревшим носом, ещё не женщина, но уже не ребёнок. Весь двор тогда знал, что она влюблена в меня. А кто не был-то? Я всегда был душой компании, и девчонки сами липли ко мне, но она была другая.

Несмотря на её заурядный вид, отсутствие какой-либо внешней привлекательности для меня, меня сразила её искренность и всё, что она делает.

Как-то я позвал её к себе и начал объяснять, что, по моим понятиям и принципам, я не встречаюсь с малолетками. В тот момент я разбивал ей сердце, а она лишь смотрела на меня глазами, полными любви и слёз. Она кивала мне в ответ на все мои доводы и потом просто сказала, смотря в глаза: «Это ничего не меняет, я буду тебя любить и желать, чтобы ты стал моим».

Потом была череда её ухаживаний, это забавляло и тешило моё самолюбие. Но я не мог перестать думать о ней и часто наблюдал за ней из окна – наши дома были напротив друг друга. За время моего наблюдения я узнал о ней многое, и она стала мне нравиться больше, но мои принципы не позволяли мне сделать шаг навстречу.

Она любила танцевать, включала на всю громкость «музон», у неё был проигрыватель пластинок, и она танцевала до упада. Её тело извивалось в танце, и я не мог остановиться представлять, как эта девчонка, словно чертовка, танцует на мне.

Её вид абсолютно не приводил меня в возбуждение, но её танец, то, как она полностью растворялась в музыке, её плавные движения бёдрами – я не мог оторваться от этих бёдер. Она танцевала, пела, потом уходила в душ и возвращалась абсолютно голая… Ложилась без сил на кровать и начинала ласкать себя. Я наблюдал за ней часами через бинокль и, чтобы не палиться, делал вид иногда, что занимаюсь спортом.

Каждый раз, услышав музыку, я бежал на лоджию «подтянуться на турнике» и залипал на неё… Её небольшая упругая грудь, абсолютно плоский живот, крутые изгибы талии, аппетитные бёдра… Я всё в деталях мог подглядеть и насладиться ею хотя бы так… Мой член начал вставать ещё задолго до того, как глаза видели её… Как только я слышал музыку, она всплывала в моём воображении… Её дикий и интуитивный танец, её влажная кожа после душа… Её пальцы, ласкающие своё тело. Мне не хватало слышать её, и тогда я придумал – я начал ей звонить…

Она снимала трубку и томным голосом с придыханием разговаривала со мной. Мне казалось, что она догадывается, что я за ней наблюдаю, но лишь раз она мне ответила взглядом за три месяца наблюдения… Ритуалы с танцами, ласками продолжались, и я подсел на них.

После того, как было уже невозможно разглядеть, что происходит у неё в комнате, я уходил к себе в спальню и снова начинал представлять её танцующей на себе. Её грудь в моих ладонях, бедра, трущиеся о мой член, мысли о ней сводили меня с ума, но ей было всего 13, а может, и меньше… Я не мог переступить через себя…

Чертовка, знала, что хороша в танце и в голом виде, она всё чаще и настойчивее показывала свои таланты и природные данные в нашей компании, всё плотнее прижималась своими бёдрами ко мне в море, однажды играя со мной, она оседлала меня и начала ёрзать, как наездница на коне… Мой «конь» незамедлительно встал, и желание накрыло было меня, но мы были не одни, и я совладал со своим желанием, скинув её с себя одной левой, нырнув в море.

После этого случая она вообще перестала покидать мои мысли о ней, которые становились всё похабней и похабней. Я уже представил себе, как целую её сладкий ротик и она спускается вниз на колени, чтобы сделать мне минет. От этой мысли я кончал в секунды.

Она стала более настойчивая, стала чаще ходить в гости, типа к моему брату. Я делал вид, что мне она не интересна, но эта бестия всегда находила тему для разговора со мной.

Она каким-то образом оказывалась у меня в комнате каждый раз, изучая меня своим пронзительным взглядом. Не по годам эрудирована, могла поддержать любую тему разговора, чаще внимательно слушала меня, а её руки всегда были на мне. Не знаю, как ей удавалось это сделать. Она в считанные минуты могла меня уложить на кровать и массировать мне спину, плечи… Я таял под её прикосновением, она сидела на мне в своих детских шортах и дурацкой футболке, стрижка каре, обгоревший нос и голубые глаза, которые излучали желание… ласкала мою шею, спину… Я не выдерживал и снимал её с себя, как назойливого клиента, и менял тему разговора. Она послушно сидела и слушала меня… так продолжалось несколько лет подряд.

Она уезжала в конце лета, мы прощались, не общались весь год, но я ждал её возвращения, и она возвращалась… Однажды это не произошло. Одним летом вдруг она не приехала, и я провёл лето в пустых надеждах на своей лоджии в ожидании её.

То лето было невыносимо для меня, потому что почти за пять лет моих наблюдений за ней я чувствовал сильное притяжения, да и потом, она превратилась из девчонки в сексуальную, красивую и привлекательную девушку. Я желал её больше и больше с каждым годом. Я был подавлен тем летом, когда она не приехала… Начал вспоминать всю её любовь и заботу, с которой она приходила ко мне в дом.

Она окружала этим всех людей. Моя мама была без ума от неё, мой брат всё чаще подкалывал меня, что это моя будущая девушка, хотя я видел, как он сам начал было за ней подглядывать. Но я не мог этого допустить. Танец в окне напротив был только для меня, я это ощущал всеми фибрами.

Однажды я увидел её взгляд, который был направлен на меня, торчащего из окна с биноклем. Я смутился, и меня окатил холодный пот. От волнения я отшатнулся назад и выронил бинокль. Следующим днём она была уже у меня дома, как бы проверяя, что именно я увидел в тот момент. Она подошла к моему окну и позвала меня, спросив, а что я разглядываю в бинокль. Боже, умна чертовка.

Я подошёл сзади, прижавшись к ней всем телом, обнял и подставил бинокль к её глазам, заранее сделав такую фокусировку, чтобы её дом был размыт, а то, что дальше, было отчётливо видно. Она начала с интересом разглядывать море и корабли вдали, рощи и идущих людей, пролетающие самолёты в небе. А я тем временем всё плотнее прижимался к ней, вдыхая её возбуждающий запах… Она пахла свежестью и диким сексом.

Картинки мелькали в моей голове, член упёрся ей меж ягодиц… Она стала плавно двигаться, создавая всё больше трения между нами, мои руки дотрагивались её плеч и плавно спускались к ней на талию, её бедра всё сильнее прижимались к моему паху, закручивая энергию в вихрь… Ещё момент, и она начала стонать, дыша через приоткрытый рот… я хотел было задрать юбку, и тут в комнату вошла её подруга…

Этот момент я раскручивал миллион раз до конца и кончал в считанные минуты. У меня было много женщин, целая вереница, но единственная в моей голове всегда есть, была и остаётся она…

А потом был военно-морской флот, обучение. «Я буду ждать тебя», – говорила она. Но она не вернулась.

Наша крайняя встреча состоялась летом 2001 года, на тот момент я уже вернулся с военно-морского училища и у меня было предостаточно женщин, но её образ, танцующей, не покидал меня, и я мысленно возвращался в те моменты.

Это был обычный летний полдень, я шёл к себе домой, как вдруг увидел блондинку с формами Шакиры. На ней был кроп-топ, юбка в пол, не прикрывающая её плоский живот, и джинсовый пояс с монетами. Она выходила из подъезда моего дома и направлялась в противоположную сторону от меня, я шёл сзади, не мог поверить – неужели она? Она вернулась? А почему мне не сказала? Ещё несколько секунд я тупил, но моё желание обнять её, зажав в крепких объятиях, вырвалось в приказном тоне: «Красноштанова! Стоять!»

Она остановилась и на секунду пошатнулась, как мне показалось, затем медленно развернулась на месте и, не двигаясь, дожидалась, когда я приближусь, щурясь от солнца и медленно покачивая бёдрами из стороны в сторону, будто пританцовывая.

Я ускорил шаг, но не хотел, чтобы моё волнение накрыло меня и вылилось в неадекватность, поэтому, сравнявшись с ней, так, что не было ни одного сомнения, это она, я распахнул широко свои объятия, и она, словно птичка, впорхнула в них, обвив мою шею руками и прижавшись лицом к моей шее.

«Славик», – прошептала она, протягивая каждое слово, словно песню. «Славик, я так по тебе скучала… Я уже была у Заринки дома, – наша общая подруга. – И побыла у тебя, болтала с твоей мамой и братом. Славик, ты совсем не изменился, такой же сильный и красивый», – говорила она. Её звонкий смех заливал весь наш микрорайон, когда я сдавливал в объятьях крепче и кружил от счастья на месте. Боже, как я был счастлив, она вернулась, красивая, молодая, фигуристая, сексуальная, боже, от неё пахло сексом за километр. Её глаза, полные света и счастья, её смех и голос. Я не мог поверить в своё счастье. Но всё рухнуло в момент…

«Пойдём ко мне», – пригласил я, на что она ответила: «Я сейчас не могу, я и так долго тебя ждала», – сказала она игриво. «Некрасиво заставлять ждать моего мужчину, он остался дома отдыхать, пока…» – она продолжала что-то объяснять, улыбаться, прижиматься ко мне, но я уже ничего не слышал… В уме лишь образовался плотный туман – её ждёт мужчина, она не одна.

Я старался не подавать вида, что меня накрыло величайшее разочарование в себе. Я проклинал себя, укорял, твердил себе, что за идиот я, как я мог дать этому произойти. Как я мог отпустить единственную женщину на свете, которая любила меня столько лет, была рядом, поддерживала и вдохновляла. Какой я дурень… Как я мог не увидеть в ней её красоту тогда, а сейчас она стоит передо мной и не моя… Я с жадностью смотрел на её пухлые губы, красивую точёную фигуру, пластичное тело, смотрел ей в глаза и не мог поверить, что вот она, так близко и так не моя. Почему она приехала? Почему с другим мужчиной? Почему она выбрала его?

В какой-то момент я опомнился и решил пригласить их к себе в гости на бокальчик вина, раз уж у меня появился конкурент, то я должен видеть его и знать, и если он недостоин её, то я сделаю всё, чтобы она стала моей. Это вопрос моих принципов и чести, мать её…

Знакомство состоялось. Его звали Александр, неплохой парниша, но неровня мне, я его одной левой уложу. Поэтому принял для себя решение, буду проводить с ними рядом как можно больше времени, пусть сама выбирает, с кем ей быть. Да и так если уж совсем быть честным перед собой, что я ей могу предложить… в России меня не ждут, тут она вряд ли согласится остаться. Мне не чего ей предложить – это была неприятная правда. Я ещё тогда не съехал от родителей, только закончил и планировал уходить на полгода в рейс. Ну на что её бы обрёк? На вечное ожидание? Я знаю, каково это, я сам ждал её, и вот она здесь и мне нечего ей предложить… что за рохля я такая.

Тогда, в свои 18, я был очень критичен к себе и принципиален, но с каждым днём, проведённым в её компании, мои принципы, мягко говоря, растворялись. Самым сложным для меня был не факт мужчины с ней рядом, а сдерживать себя от возможности прикоснуться к ней, дышать ею, пялиться на неё, я не мог отвести глаз. Какой я был дурак, как сейчас помню, достал блядские журнальчики, где были все возможные позы, и начал показывать, типа вот это я пробовал и так далее… Она краснела и смеялась, но краснела не от стыда – этой чертовке не было стыдно. Она краснела от желания, в какой-то момент она перелистнула журнал на странички с «тройничком» и с энтузиазмом показала нам с Сашкой.

Сказать, что мы охренели, – ничего не сказать. Увидев наши лица, она залилась звонким и вызывающим смехом на весь дом… «Мальчики, – сказала она. – Что вы так испугались, неужели не справитесь?»

Мы стояли молча, оба сгорая от желания повторить все позы из журнала, я чувствовал, как вся кровь ушла в мой член, и в голове был шум… Мы с Сашкой поправили своих друзей в шортах почти одновременно, она подошла к нам, медленно раскачивая бёдрами, так, чтобы задеть каждого по очереди. Сначала она дотронулась до меня, и меня покрыл холодный пот, затем развернулась к нему и плотно зажала себя между нами, поцеловав его в губы…

Моя фантазия разыгралась, член упирался в её упругие ягодицы, а руки сжимали её талию, он лобзал её с другой стороны, она начала стонать… Он было уже полез к ней под юбку, и тут меня как разрядом молнии отшибло…

«Эй, ребята, вы чего???» – начал шутить я.

«Ты дурень??? Идиот со своими принципами!!!» – орал мой голос в голове… Я любил её, я столько раз представлял её со мной в постели, я не мог её делить!!! Чёрт, что это за ханжество…

Она спокойно качнулась от Сашки в сторону и повернулась ко мне, ласково улыбаясь и дразня. Сашка стоял как под гипнозом, не двигаясь и не произнося ни слова. Он расплылся в улыбке от удовольствия, но как только понял, что произошло, вмиг насторожился и бросил сопернический взгляд на меня.

«Пойдём-ка посмотрим фильм, – сказала она как ни в чём не бывало. – Тему выбирайте сами», – и хитро так улыбнулась.

Я выбрал военный фильм, мне надо было отвлечься, «Пёрл Харбор», тут точно не будет возможности возбудиться… думал я, наивный.

Мы сели в зале, выключили свет и врубили проектор. Она села между ног Сашки и начала наглаживать его внутреннюю поверхность бёдер, её руки оплетали его руки, затем перемещались на его бёдра, она тёрлась всем своим телом об его пах, и даже в полном мраке я видел её танец на нём. Как бы не случайно она касалась меня, и я не мог устоять, я подсел ближе, она запустила руку на моё бедро и начала лёгкими и волнующими прикосновениями ласкать меня, слегка задевая как бы невзначай мой член. Эти игры продолжались все два часа, она сосалась с Сашкой, сидя на нём верхом, тёрлась об его член своим лоном, как многорукая богиня, ласкала меня, рядом сидящего. Затем, продолжая сидеть на нём, она притянула меня и начала целовать… Он сильнее прижал её к своему члену, она застонала, я начал снимать с неё топ, оголяя её грудь… её упругая грудь с торчащими от возбуждения сосками, я хотел её здесь и сейчас… в какой-то момент в фильме произошёл сильный взрыв и яркая вспышка осветила всю картину.

«Ясно, – подумал я. – Мне всё показалось, я всё придумал». Она мирно спала между ног у Сашки, он с интересом смотрел фильм, а я не мог поверить, что мне всё это показалось. Я смотрел на неё спящую и посапывающую и любовался…

Мои мысли сведут меня с ума, она сведёт меня с ума… нужно действовать.

После фильма они ушли… А я не мог долго уснуть и какого-то чёрта решил посмотреть в бинокль… Лучше бы я этого не делал…

Я машинально навёл бинокль на окна её квартиры и увидел её сияющее лицо, она стояла обнажённая, слегка придерживаясь руками за край окна, и глубоко дышала, я сразу понял, что происходит, и тут мне надо было просто отойти, но её взгляд в мою сторону приковал меня. Она чётко дала мне знать, что она видит меня и ей это очень нравится. Опустив одну руку вниз, она за волосы потащила к себе его, обвивая его шею руками, она запрыгнула ему на руки и начала раскачиваться на нём, всё глубже и громче издавая стоны от удовольствия.

Чёрт возьми, она решила повторить все позы из журнала с этим ушлёпком. Конечно, у него не хватало сил на неё, уже через несколько минут он усадил её на подоконник окна, обхватив её шею рукой, как бы придушивая, продолжал свои монотонные движения, её ноги то взлетали вверх, то спускались по его спине вниз, то они находились у него на предплечьях. Боже, она сводила меня с ума… мой член был готов вырваться наружу и проломить бетонную стену. Я видел, как она закатывает глаза от удовольствия, её грудь волнуется при каждом его проникновении, пот выступил на её теле… я чувствую её запах… Это должен был быть я на его месте, чёрт возьми. Почему она выбрала его? Какого чёрта я здесь делаю, в этот момент в комнату зашёл брат: «Ээээ… я слышал, она приехала», – произнёс он и тут же заржал.

«Она приехала, раз ты опять торчишь тут с биноклем, извращенец», – продолжал стебаться он.

«Что ты там увидел? Ну-ка покажи! Я слышал, она приехала с мужиком. Тебе ничего не светит, братишка. Ты же знаешь себя».

Он был прав, я знаю себя, и после увиденного мной я не мог больше даже думать о ней как о возможной женщине, которая создаст уют и семью со мной.

Но думать о ней я не переставал, теперь я бичевал себя за то, что когда-то не увидел в ней этот потенциал дикой и необузданной чертовки. Я видел в ней все эти годы заботливую, кроткую и невинную девочку, как я ошибался. Как я мог не рассмотреть в ней её тёмную сторону, дерзкую, смелую, вызывающую, будоражащую воображение любого мужчины, развратную и ненасытную… Да, она была такой, позже Сашка признается мне по пьяни: «Она может три часа нон-стоп, иногда я боюсь, что не смогу с ней справиться».

Мы провели целый месяц вместе, путешествовали, гуляли, ходили на море, пили вино. Целый месяц я летал от счастья, что могу быть с ней рядом. Она больше не намекала на секс втроём, но не прекращала неоднозначно на меня смотреть и дотрагиваться до меня будто невзначай. Я каждую ночь давал себе слово, что не буду подглядывать за ней, и каждую ночь нарушал его, как только слышал, что мой брат уснул, я летел на лоджию, чтобы подсмотреть за ней.

Как она была хороша, её тело, словно слеплено из пластилина, мягко двигалось, она голая ходила по квартире, голая готовила еду, часто принимала душ и танцевала. Её утренняя рутина стала мне известна от и до. Она вставала раньше него, шла в уборную, откуда возвращалась через 20 минут, покрытая каплями воды и мокрыми волосами. Закладывала их, наряжалась в передник и готовила ему завтрак. Потом с подносом шла в зал, где спал он, и, оголяя свой красивый зад, вставала на четвереньки над ним, целовала, тем самым пробуждая его, затем медленно сползала в область его паха и начинала сосать его член… в этот момент у меня разрывало в штанах от желания… потом он опрокидывал её на спину, и я уходил с лоджии. После «завтрака» были наши встречи, как я сказал, мы всё время были вместе. Однажды к нам присоединилась наша общая подруга и мы решили мотнуть на дачу её родичей.

Дело нехитрое, Учкуевка – дачный посёлок, две молодые пары, хотя наша подруга была мне больше сестрой, но магия этой податливой бестии всё изменила ночью.

Мы пошли купаться, она предложила: «А давайте голыми?» – и мы все согласились. В лунном свете я видел на расстоянии вытянутой руки все её очертания. Она, словно греческая богиня, вышла из пены морской, её крутые бедра, упругая задница, небольшого размера красивая и сочная грудь, плоский идеальный живот… Море ласкало её, как и Сашка, между ног которого она находилась, лёжа в воде, волосы, словно у русалки, колыхались от волн… Я прижал подружку к себе, чтобы не палиться, и та смущённо произнесла: «Славик… ты чего?» У меня был жестокий стояк, я хотел трахнуть её, но как… Я решил прикольнуться. «Сашка, – сказал я. – Давай махнёмся не глядя?»

Мы стали смеяться и дурачиться, брызгаться водой и как бы перекидывать девчонок друг другу. В какой-то момент она оказалась у меня в руках, податливая, нежная и невинная. Я держал её в воде, и она вытянулась на поверхности. Лунный свет подсветил весь её рельеф, я гладил её бедра и спину и еле сдерживал себя от поцелуя… вдруг неожиданно для меня она как рыба занырнула и вынырнула в трёх метрах от меня, я нырнул за ней.

Сашка был занят подружкой, и я перестал думать, что правильно, а что нет. Подплыв к ней на безопасное расстояние, она резко обхватила меня ногами и притянула к себе. Словно женщина-змея, обвилась вокруг меня и смотрела мне долго в глаза. Я чувствовал жар её лона даже под водой, её грудь принималась ко мне, мой член упёрся в её живот. Она смотрела мне в глаза, и я не мог шевелиться. Я начал чувствовать, как теряю контроль над собой, я хочу тебя… Здесь и сейчас… И мне пофиг на… «Ребята, вы там скоро?» – послышался голос подружки. В этот момент она всем весом оттолкнулась от меня, и я пошёл на дно… Пока я тонул в море её сексуальности и разглядывал уплывающую от меня, я осознал, что реально тону…

Её силуэт вышел на берег, она запрыгнула на Сашку и начала страстно его целовать, я и подружка обмотались в полотенца и начали возвращаться на дачу, пока эти два голубка занимались сексом на пляже. Это должен был быть я на его месте.

Она сводила меня с ума, точнее, я сходил с ума со своей правильностью и принципами.

Она была рядом, но я не могу её трахнуть, не могу даже поцеловать, потому что принцип: «несвободная женщина» должна сама выбрать, с кем ей хорошо, и пока она выбирала его, хотя и не упускала возможности поиграть со мной.

Всё о ней стало наваждением, я знал её вечернюю рутину. Она приходила домой и сразу принимала душ, иногда с ним, и это было дольше, это сводило меня с ума. Иногда одна, и тогда она выходила в лёгком халатике на мокрое тело, ставила пластинки с её любимой музыкой и начинала двигаться так, что, даже не слыша музыки, я мог угадать песню. Она то плавно и изящно двигалась, легко касаясь себя, она очень любит своё тело, всё время касается себя. Это вызывает огромное желание у мужчин. То скачет, как ребёнок, тряся своей шевелюрой золотых волос на голове. Она ребёнок, когда играет рок, она любовница, когда играет «слоу», она хищная и опасная, когда играет «металл»… она разная, всегда разная и всегда искренняя – от этого её хочется всегда и везде, каждый вечер Сашка трахал её, и она с наслаждением шла в близость.

Но однажды она была чем-то расстроена и отказалась от любовных утех, мне стало интересно и беспокойно одновременно. Я позвонил в этот момент и предложил встретиться внизу во дворе. Они спустились с четырьмя бутылками из запасов винных её отчима. Мы бухали как не в себя, и первым сдался Сашка, этот не удивительно – месяц с такой фурией. В какой-то момент она меня спросила: «Почему мы не можем быть вместе?» Я не знал, что ответить, и просто молчал… Она встала и пошла за Сашкой, я поторопился и забежал за ней в подъезд.

Голова шла кругом от выпитого и её красоты, я прислонился к стене, чтобы не потерять равновесие, мне нужна была опора, и начал что-то говорить: «Это мои принципы…» – мою речь оборвал страстный поцелуй… она прижала меня к стенке, и я не поверил в её мощь, слегка касаясь моего тела, и поцелуй в секунды активировали мой член в боевую готовность. Я страстно целовал её, съедая буквально её лицо. Мои руки сжимали её бедра, и я приподнял её, подтянув наверх, её ноги обвили мой торс, руки крепким замком повисли на моей шее. От желания я не понимал, где мы, рывком я подкинул её ещё ближе к себе и начал целовать шею, грудь, срывая зубами с неё топ, кусал её за соски и плечи, она стонала на весь подъезд, ещё момент – и мокрые от возбуждения трусики были ликвидированы одним рывком, я чувствовал её плоть… Она тяжело дышала, извиваясь на мне… Она сползла вниз и встала на колени, я расстегнул ремень и ширинку, вытащил свой член и притянул её ротик к нему… Это могла быть самая лучшая ночь в моей жизни, но сверху раздался голос: «Любимая, ты идёшь?» – это был Сашка, видимо услышал с шестого этажа стоны возлюбленной. Она плавно встала, поцеловала ещё раз и на ухо прошептала: «Я люблю тебя, Славик», – и быстро ушла наверх.

Потом она уехала, и мы больше не виделись никогда, я встретил хорошую и добрую девушку, и мы поженились. У нас семья и дети, и я люблю свою жену и ценю всё, что у нас с ней есть. Но её слова не выходят из моей головы уже много лет… И каждый раз, когда я слышу: «Я люблю тебя», – мне кажется, это она говорит со мной. Почему она выбрала его?

Сашка

Новосибирск. Старшие классы. Одним зимним днём они прогуливались после школы. Он был обычный парень, высокий и зеленоглазый, с совершенно дурацкой причёской, играл на гитаре и ездил на «Яве». Был полной противоположностью Славы. Он всегда смотрел на неё влюблёнными глазами, полными восхищения, и был не по годам умён, но из-за родовой травмы лица страшно комплексовал и часто вёл себя весьма неуверенно. Не пара ей от слова «совсем».

Она была моей одноклассницей, мы учились в частной школе и про таких, как она, говорили: не моего уровня. Она приезжала в школу с водителем и уезжала так же, не общалась почти ни с кем из одноклассников, только с Машкой и Серым, он перешёл вместе с ней из другой школы. Ей нравились старшеклассники, и она водила шашни с ними.

За глаза мы называли её «шалавой», но в душе каждый из нас хотел быть на месте её очередного бойфренда. Она встречалась с Валерой с 11-го класса, но он разбил ей сердце, об этом говорила вся школа. Утешать её вызвался сынок «винной баронессы», мой тёзка, но он недолго занимал почётное место. Как она призналась потом, в нём не было страсти, а она без этого не могла жить и строить отношения.

Затем было затишье, она начала приглядываться к Лёхе и часто о нём расспрашивать. К тому моменту мы стали очень близки с ней. Она рассказывала мне все подробности отношений с мужчинами, и я выяснил, что эта самая «шалава» – девственница! Наверное, тогда я в неё влюбился по уши и на всю жизнь.

Для меня это был разрыв шаблонов, я был на все 100% уверен, что она уже давно вовсю трахается. Мне стало стыдно за свои мысли и слова, я стал чаще её защищать от нападок Серого и других недоумков в школе.

Мы были друзьями. Катались вместе на коньках, играли в снежки, ходили в кино и театры, вместе делали уроки и много болтали по телефону. Я узнавал про неё всё больше и больше, она перестала ездить с водителем и с удовольствием добиралась на метро, чтобы потом мы могла погулять вместе после школы. Я влюбился в неё такую, какая она есть – искреннюю, чистую и добрую. В один из таких дней после школы, стоя на светофорах, я вдруг спросил её: «Хочешь встречаться?» Она, не задумываясь, ответила: «Да!»

Я не знаю, что она во мне нашла и почему выбрала именно меня, но я её любил и до сих пор люблю. Её смех, голос и взгляд, когда злилась, её заботу обо мне и моей семье – предки были от неё без ума. Она слушала взапой разговоры моего отца и восхищалась стряпнёй матери. Мы были вместе всегда. А когда были не вместе, нас соединяли часовые телефонные разговоры. Она выбрала меня быть её первым мужчиной. Я, кстати, тоже был ещё девственником, но ей я об этом не говорил.

Почему же она выбрала меня?

Как-то летом я предложил поехать в деревню к моей бабушке, я не подозревал, что она согласится. Она сказала, что поговорит с родителями, сила убеждения всегда была её талантом. И вскоре после окончания школы мы ехали на моей Яве в деревню с ней. Нам было по 18.