# Взламывая нацистский код. Нерассказанная история агента А12, предсказавшего Холокост

Джейсон Белл

В 1919 году в Берлине Уинтроп Белл, шпион МИ-6, известный как агент А12, уходил от обстрела и отбивался от преследователей, чтобы раскрыть зарождающийся нацистский заговор. Его донесения стали первым предупреждением о готовящемся Холокосте. Белл, прекрасно владевший немецким, раньше многих увидел в Гитлере не популярного политика, а кровавого диктатора, мечтавшего о тотальном уничтожении народов. Используя многочисленные связи, Белл создавал невероятно проницательные отчеты для британского правительства. Прислушался ли кто-то к его шокирующему предупреждению? Подобно Джеймсу Бонду, агент А12 вел эпическую разведывательную войну на нескольких континентах. Джейсон Белл рассказывает правдивую и захватывающую историю своего однофамильца – первого врага нацизма.
«Белл был тихим героем, который помог победить великое зло». {Джейсон Белл)
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Белл создал глубокий и содержательный рассказ об Уинтропе. Автор доказывает, что его герой был супершпионом, который возглавлял борьбу с нацистами как в самом начале их правления, так и накануне Второй мировой войны.

The Wall Street Journal


Отлично написанная и увлекательная книга. Читатели будут заворожены историей, которая до сих пор была неизвестна широкой публике.

Jewish Book Council


До сих пор неизвестная история Белла, разгадавшего тайны Германии. Невероятная книга, а обилие подробностей о внутренней работе шпионажа делает ее вдвойне захватывающей.

Foreign Affairs


Феерическая история одного канадца и новаторский взгляд на внутреннюю организацию работы британской разведки в период между двумя мировыми войнами. Чрезвычайно интересно и познавательно.

Peterborough Examiner


Благодаря недавно рассекреченным документам книга Джейсона Белла впервые проливает свет на шпионскую деятельность Уинтропа.

The Chronicle Herald


Исследование переворачивает наше представление о приходе нацистов к власти. Уинтроп Белл, канадский шпион, работавший на МИ-6 в Германии, проделал виртуозную работу, чтобы разгадать тайну Гитлера и его сторонников.

Розмари Салливан, автор книги «Дочь Сталина»


Эта книга – результат многолетних исследований, захватывающее повествование о героической жизни Уинтропа Белла.

The Winnipeg Free Press

Jason Bell

CRACKING THE NAZI CODE

The Untold Story of Agent A12 and the Solving of the Holocaust Code

© Jason Bell, 2023

© Кедрова М. В., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2024 КоЛибри®

## От автора

Это правдивая история жизни Уинтропа Белла, возможно величайшего шпиона в истории. Канадец по происхождению, он был британским секретным агентом под кодовым именем А12. В 1919 году он спасался от обстрелов и взрывов в Берлине, а несколько лет спустя стал первым западным секретным агентом, сражавшимся с нацистами, и внес свой вклад в поражение Гитлера. Белл также был среди тех, кто разрабатывал принципы построения нового мира после обеих мировых войн.

Почему его удивительная история до сих пор была неизвестна? Как сам Уинтроп Белл писал о своей шпионской карьере в письме начальнику шпионской сети лорду Морису Ханки: «Естественно, я не говорил об этом» [1]. Британское правительство, в свою очередь, засекретило многие документы. Только сейчас о его невероятной тайной жизни можно рассказать.

Белл был первым человеком, предупредившим Запад об опасности нацизма, и он сделал это дважды. Весной 1919 года он был первым агентом западной разведки, узнавшим о национал-социалистах и их планах на Вторую мировую войну. Это было за год до Капповского путча – попытки свергнуть Веймарскую республику и захватить Германию, и за годы до того, как люди впервые стали называть сторонников национал-социализма нацистами.

Два десятилетия спустя, в 1939 году, Белл первым забил тревогу за годы до того, как крупные газеты начали писать о Холокосте. Белл рассказал спецслужбам и общественности о планах Адольфа Гитлера и об их глобальном характере.

Как ему это удалось? Белл оказался в нужном месте в нужное время и имел нужные источники. Весной 1919 года он был ведущим британским секретным агентом в Германии, водил знакомство с высокопоставленными людьми, глубоко внедренными в немецкую военную разведку. Некоторые из них были его ближайшими друзьями. Другие были ключевыми дипломатами, политиками, профсоюзными лидерами, бизнесменами и журналистами.

Но все было бы напрасно, если бы Белл не был смелым, умным и отлично подготовленным. Будучи аспирантом философии в Германии, Белл успешно интерпретировал «Логические исследования» (Logische Untersuchungen) Эдмунда Гуссерля, общеизвестно не простую книгу. Затем он написал собственную книгу по теории познания – чрезвычайно сложной философской теме. Белл окончил аспирантуру в 1914 году, после чего сразу должен был получить степень доктора философии, но немецкий университет отказался официально присвоить ее «гражданину враждебного государства». В результате Белл получил степень в 1922 году, но это не помешало премьер-министру Канады Роберту Бордену обращаться к нему как к «доктору» уже в 1918-м.

Обучение А12 было не только академическим. Прежде чем отправиться в Берлин в качестве нового агента, он прошел разведывательную подготовку у легендарного основателя Британской секретной разведывательной службы Мэнсфилда Смита-Камминга, также известного как С.

У него была отличная подготовка, к тому же Белл имел аналитический склад ума. Как заметил историк Терренс Панч, Белл был «безжалостным» и «неутомимым» в поисках исторических фактов, а также «решительным и непоколебимым, не желающим терпеть палки в колесах или возражения» [2]. Хотя Панч описывал Белла-ученого, эти слова в равной степени применимы и к его разведывательной войне против нацизма, и к формулированию плана прочного послевоенного мира, который продолжает направлять нас сегодня.

Белл – величайший шпион в истории, начиная с первых антинацистских предупреждений и заканчивая заложением основ плана Маршалла. Конечно, есть и другие великие шпионы, в том числе венгр Армин Вамбери, русский Сидней Рейли и канадец Уильям Стивенсон. «Величайшим» можно назвать любого, но я уверен, что никто не способен превзойти А12.

Это научно-популярная работа, и все цитаты взяты из исторических источников. Большую часть исследований я провел среди неопубликованных документов, хранящихся в архивах Канады, Германии и Великобритании. Самым важным из них является фонд Уинтропа Пикарда Белла в Университете Маунт-Эллисон в сельской местности Саквилла, провинции Нью-Брансуик. Документы Белла были засекречены до 2012 года, и я был первым приглашенным исследователем, получившим неограниченный доступ. Также ценными источниками были документы премьер-министра Дэвида Ллойда Джорджа, хранившиеся в парламентских архивах в Лондоне; статьи сэра Джеймса Хедлама-Морли в колледже Черчилля Кембриджского университета; документы Версальского мирного договора в Национальном архиве в Ричмонде, Англия, и документы библиотеки федеральной земли Нижняя Саксония и Гёттингенского университета в Гёттингене, Германия. Отчеты, дневники и письма Белла цитируются дословно (с учетом незначительных правок, так как в телеграфных отчетах 1919 года, например, в целях экономии слова опускались; эти исправления я привожу без скобок, для удобства чтения).

Отчеты Белла иногда передаются в виде прямой речи. Он, конечно, не записывал каждый взгляд в окно, улыбку или изгиб брови, но я включал подобные детали, когда это было естественно для ситуации.

Ранние пишущие машинки Белла не позволяли писать курсивом, поэтому он использовал подчеркивание. В поздних документах он использовал курсив. Для единообразия я заменил подчеркивания курсивом.

Несмотря на нашу общую фамилию, мы с Уинтропом не имеем известных мне родственных связей.

## Пролог

В воскресенье, 19 марта 1939 года, Уинтроп Белл открыл свое подвальное хранилище и вошел через внушительную зеленую стальную дверь, предназначенную для банков. Он достал папку, содержащую копии все еще засекреченных шпионских отчетов, которые он писал для британской секретной разведывательной службы 20 лет назад. Белл знал, как вести себя в рискованных ситуациях. За массивным замком бумаги были защищены от воров и шпионов гестапо.

В его руках были первые предупреждения о нацистах, написанные для Лондона во время его миссии в Берлин. Он запер хранилище и вернулся в свой подвальный кабинет. Поскольку Белл построил дом на участке, спускающемся к гавани, задняя стена находилась на уровне земли, с двумя окнами на солнечной стороне и дверью, выходящей в сад. Из окна открывался потрясающий вид на Бэк-Харбор в Честере, Новая Шотландия.

Белл находился за полмира от жестокого, расистского Берлина. 20 годами ранее Секретная разведывательная служба, более известная как МИ-6, отправила его с миссией в этот опасный город, полный героев-демократов и злодеев-террористов. Его заданием было собрать разведданные о ситуации в немецкой столице, где люди все еще зализывали раны после поражения в Первой мировой войне. Постепенно он собрал нити доказательств из намеков источников и бесед с аристократами, политиками, бюрократами, военными, солдатами, учеными и простыми гражданами. Объединив их, Белл раскрыл тайную группу и их опасный замысел.

Теперь, 20 лет спустя, Германия оказалась под контролем нацистов. Демократические источники Белла были убиты, сосланы или работали подпольно.

В 1919 году некоторые влиятельные британские бюрократы не поверили предупреждению Белла. Нацисты в то время нападали на евреев из тени и не воспринимались как угроза. Чиновники решили спрятать отчет Белла под строгим грифом «Совершенно секретно», а не опубликовать его, как он надеялся. Два десятилетия спустя он все еще держал копию в своем хранилище. Другой экземпляр находился в секретной библиотеке Министерства иностранных дел.

К весне 1939 года нацисты достаточно окрепли, чтобы отомстить, затеяв войну против всего мира. Но свой план и конечную цель – Холокост, как мы его теперь называем, – они хранили как самую главную тайну[1]. Белл, как и в 1919 году, был первым, кто расшифровал их код. Он понял, что ему нужно отложить выход на пенсию, чтобы снова помешать нацистам.

Белл добавил свои разведывательные отчеты 20-летней давности к стопке документов на столе. Рядом с пишущей машинкой лежал экземпляр гитлеровской «Моей борьбы» (Mein Kampf)[2] на немецком языке и стенограммы недавних выступлений ведущих нацистских чиновников. Он взял ручку, чтобы дополнить заметки, которые когда-то составил для первого опубликованного предупреждения о планах Гитлера начать геноцид. Он листал страницы файла из хранилища, пока не нашел слова, которые набирал, когда был секретным агентом А12. Он перевел немецкие выкрики, которые помнил с тех дней в Берлине: «Ненависть, месть, непримиримая вражда; это должны быть наши лозунги!» [1] Затем он перечитал слова, которыми поделился с читателями в 1919 году, мужчинами и женщинами, имеющими допуск к сверхсекретной информации: «Они прекрасно понимают, что сама Германия не в состоянии удовлетворить их желания. Реакционеры знают, что их час еще не пробил. Они дальновидные, они будут ждать».

Два десятилетия спустя Белл не был рад своей правоте. Теперь ему нужно наверстать упущенное.


Белл не читал «Мою борьбу» в 1925 году, когда она вышла, потому что был занят преподаванием философии в Гарвардском университете. Но в марте 1939 года он направил все свое внимание на деятельность нацистов, читая между строк книгу и недавние заявления ведущих нацистских чиновников. Взломать нацистский код оказалось на удивление легко. Гитлер не мог прямо сказать, что намеревался делать с покоренным населением, потому что это вызвало бы непреодолимое сопротивление. Поэтому он и высшие нацистские лидеры говорили на секретном языке, который разъяснял план их сторонникам, оставляя всех остальных в неведении. Например, Гитлер ловко указал своим последователям на древние исторические примеры, когда завоеватели убивали побежденных. Белл, как знаток не только современной немецкой политики, но и истории, увидел смысл, невысказанный Гитлером. Сопоставив исторические сведения с другими данными, Белл расшифровал секретное послание, которое весь мир не мог разгадать 14 лет.

Но раскрыть истинные намерения нацистов было проще простого. Намного труднее было убедить других в том, что немецкий фюрер всерьез намеревался уничтожить все неарийские народы на земле. Возможность такой перспективы доказать сложно.

В конце апреля Белл все еще работал над своим предупреждением. В дневнике он писал, как подрезал деревья, а затем слушал по радио увертюру «Оберон» Вебера, Оксфордскую симфонию Гайдна и Первую симфонию Брамса. Он готовил какао во время антракта Брамса, но, отвлекшись на разговор с женой («Брамса играли энергично, но во многих местах слишком торопливо»), случайно положил вместо сахара соль. Затем он снова открыл «Мою борьбу», но время от времени поглядывал на тяжелый весенний снег, освежающий вид из его кабинета. В конце концов он обратился к пишущей машинке, торжественно стоявшей в центре его стола.

Ремонтник приехал 21 апреля, чтобы убедиться, что машинка в отличной форме. «Снова первоклассный результат, – отметил Белл, – после нескольких месяцев ужасной работы». Настроенная и смазанная машинка была готова к борьбе с нацистами. Он вставил лист бумаги. Тишину комнаты разбила пулеметная очередь набора текста.

Весной, перед началом войны, кровожадное «Окончательное решение еврейского вопроса» еще не имело названия. Фюрер описал его лишь намеками и подтекстами. Белл назвал их «Гитлеровской программой уничтожения», и ее масштабы, как он написал, «охватывали весь мир» [2].

Это было первое четкое предупреждение о намерении, которое большинство людей до сих пор не осознает: Гитлер и его союзники намеревались уничтожитьвсе неарийские расы на всех обитаемых континентах Земли. К концу Второй мировой войны нацисты убили около 20 000 000 невинных людей, не считая боевых потерь [3]. Куда меньше числа, на которое они рассчитывали. Еще до начала войны Белл знал, что их цель – уничтожить сотни миллионов людей.

И все же, как отмечает историк Холокоста Юрген Маттеус, в сентябре 1939 года «никто, даже опытные наблюдатели за довоенным террором, не имел четкого представления о том, каким будет следующий шаг нацистского режима к своей цели – решению “еврейского вопроса”» [4]. В своей книге историк Дебора Липштадт показывает, что в англоязычных газетах не было предупреждений об этом [5]. До 1942 года, объясняет она, журналисты понимали нацистское «истребление» как депортацию евреев и периодические убийства с целью вынудить уехать других. «Никто даже в 1941 году не мог себе представить, что вскоре “Решение еврейского вопроса” приобретет еще более дьявольский смысл», систематическое и тотальное убийство европейских евреев. И, как пишет Эндрю Нагорски в «Гитлерленде», люди не подозревали о нацистском плане, хотя «cегодня принято считать, что намерения Гитлера были абсолютно очевидны с самого начала и что единственным результатом его политики могли быть только Вторая мировая война и Холокост»[3] [6]. На протяжении 1920-х и 1930-х годов американские гости в Германии не видели конечной цели Гитлера. Для тех, кто его встречал, «он был не абстрактным воплощением зла, а вполне живым политиком».

Но Белл знал достаточно, чтобы в 1939 году предупредить: Гитлер намеревается уничтожить всех евреев и все неарийские народы во всем мире. Ясное видение агента А12 в то время, когда нацисты провозглашали стремление к миру, без сомнения, было следствием его наблюдения за нацистами в 1919 году. Он увидел их скрытую сущность за несколько месяцев до того, как Гитлер стал участником движения.

И теперь, два десятилетия спустя, Белл понял, что расовая война не остановится на евреях. Следующими в их списке шли такие народы, как поляки, украинцы, французы, русские, чехи, словаки, азиаты и темнокожие. Все неарийцы, писал он, должны были быть «в буквальном смысле истреблены»[4]. В развращенном воображении Гитлера это было единственным способом защитить немецкую кровь от расового яда. «Европейская политика Гитлера, – писал Белл, – является, таким образом, лишь первым этапом». Гитлер с той же уверенностью планировал убивать неарийцев и в Северной Америке.

Белл знал, что, если нацисты выиграют войну, войска СС однажды окажутся в Новой Шотландии, чтобы отбирать евреев и другие меньшинства, а также таких либералов, как он. Но на этот раз, в отличие от 1919 года, у него было важное преимущество. Теперь он был уже не профессиональным шпионом, а частным лицом. Наивные правительственные бюрократы больше не могли подвергнуть его цензуре.

Он посмотрел в окно и вспомнил, как все началось. Это было летом 1914 года. Он был аспирантом в самом сердце Германии, погруженным в тайны новой философии, называемой феноменологией.

## 1. Феноменолог

> Aller Anfang ist schwer[5].

Это была мирная летняя ночь в Гёттингене 1914 года. Древний университетский городок расположен в легендарных немецких горах Гарц. Легенды рассказывают о ведьмах, летающих в полночь среди горных вершин.

В старом городе Гёттингена, Альтштадте, в лунном свете были видны перекрещенные балки средневековых фахверковых домов, а аромат поздних летних цветов доносился из богато украшенных резных цветочных ящиков, нависающих над узкими и извилистыми мощеными улицами. Была середина ночи, но в квартире аспиранта философии еще горел свет.

30-летний Уинтроп Белл сидел возле электрической лампы в комнате, которую снимал в доме фрау Петер, и писал диссертацию. Задачей его работы было показать, как идеи достигают объектов в мире в отношении, называемом «знанием», или Erkenntnis. Это одна из самых сложных тем в философии, но он приехал в Германию, чтобы написать диссертацию на немецком языке, поэтому был готов к трудностям.

Белл был британским подданным, родившимся в Галифаксе, Канада. Нетипичный студент, он успел поработать геодезистом на железных дорогах и стать бизнесменом. Но теперь он был на пути к академическому успеху: сразу после защиты докторской диссертации ему предстояло преподавать философию в Гарварде. Знаменитый немецкий философ Эдмунд Гуссерль, его научный руководитель, считал его не только блестящим философом, но и разносторонне одаренным человеком «эпохи Возрождения». Как выразился профессор в письме своему звездному студенту: «Вы умеете работать не только лопатами и мотыгами, рубя деревья и строя дома, но и изящным умственным скальпелем – у вас тонкие пальцы и неподкупная любовь к истине, до последнего свободная от предрассудков»[6].

Той ночью, когда он наконец заснул, Белл был уверен, что вскоре окажется в большой аудитории Университета Георга-Августа, ауле[7]

# Примечания

1

Следует отметить, что «окончательное решение еврейского вопроса» было утверждено позже, 20 января 1942 года на Ванзейской конференции – собрании высших нацистских чиновников и СС. –Здесь и далее, если не указано иное, прим. науч. ред.

2

Книга Адольфа Гитлера «Моя борьба» (Mein Kampf) входит в федеральный список экстремистских материалов, распространение, хранение и производство которых запрещено в соответствии с законодательством Российской Федерации. –Прим. ред.

3

Нагорски Э.Гитлерленд. М., 2023.

4

Здесь и далее авторский курсив. –Прим. ред.

5

Нет ничего сложнее начала (нем.). – Прим. пер.

6

Э. Гуссерль – У. П. Беллу (18.09.1919) //Гуссерль Э.Избранная философская переписка. М., 2004. С. 194.

7

Аула – актовый зал в академии или университете. –Прим. пер.