Ольга Мастепан
13-ая

Пролог

Взрыв. Волны яркого света в одно мгновенье заполнили собой всё видимое пространство, разлетаясь в разные стороны с небывалой скоростью. Пустота неумолимо заполнялась всевозможными предметами, хаотично разбросанными по бесконечности. На первый взгляд могло показаться, что эта вспышка, как и всё, что каким-то образом оказалось сокрыто внутри неё, просто появилась из неоткуда. Будто бы самой пустоте стало скучно и она принялась порождать новые краски и смыслы в тщетных попытках хоть как-то разнообразить своё существование. Но в самом центре этого взрыва должно было что-то быть. Нечто способное перевернуть всё с ног на голову и изменить привычный порядок вещей. Было ли это обычное желание, стремление к чему-то новому или… Воспоминание? То немногое что осталось от уже несуществующего прошлого, отголосок которого теперь снова и снова призывал всё окружающее пространство меняться, приобретать формы.

Воспоминание старалось расставить всё по своим местам, вернуть прежний порядок с небольшими изменениями, лишь бы конечный результат удовлетворил его владельца. Но как бы оно не пыталось, бесчисленное множество событий и существ отказывалось четко следовать несуществующему плану. Что-то важное было бесследно утеряно, а без него все необозримое наполнение Вселенной превращалось в непредсказуемую череду случайностей. Но воспоминание было не намерено сдаваться, продолжая раз за разом создавать и уничтожать, строить, стирать и начинать всё с самого начала. Оно было уверено, что даже случайным перебором рано или поздно удастся добиться совершенства. Но до тех пор…

Вселенная не может существовать без четкого стержня, а утратив его будет неустанно биться в конвульсиях пока на прежнее место не встанет нечто совершенно новое, способное заполнить собой внезапно образовавшийся пробел. Потому, быть может, в одной из множества итераций, Вселенная породила Ядро. Пустую и, на первый взгляд, абсолютно безжизненную планету, которая оказалась закинута так далеко от других, ей подобных, как это только возможно. Ядро противоречило всем тем законам и правилам, которые разум обычно пытается привнести в окружающий его мир в попытках добиться от него какой-то ясности. Оно было обделено собственной звездой, спутниками и даже вращением, а потому больше напоминало огромный сферический объект бесцельно висящий посреди необъятной темноты космоса.

Впрочем, Ядро могло показаться бесполезным разве что тому, кто случайно заметил его издалека, пролетая мимо в поисках то ли ценных ресурсов, то ли рискованных приключений. В действительности же, загадочная планета была, пожалуй, самым важным объектом во всей Вселенной. Её поверхность напоминала собой множество металлических листов, аккуратно соединенных друг с другом, безукоризненно гладких и холодных. Их прочность однажды породит множество споров среди разумных существ, не обделённых интеллектом, ведь ни один металл ни с одной другой планеты не сможет сравниться с этими, вроде бы, тонкими листами. Казалось, что Вселенная просто разыгрывала своих обитателей, создав иллюзию некоего сверхпрочного материала, лишь внешне напоминавшего что-то привычное и знакомое.

Если же на секунду отвлечься от поверхности планеты и прогуляться по её территории, то в какой-то момент можно наткнуться на дверь, плотно стиснутую угловатой простенькой аркой из всё того же причудливого материала. И хотя вся эта конструкция стоит вертикально, выпирая из «земли», но, открыв эту дверь, не получится увидеть однообразные голые просторы Ядра или незамысловатый тупик. Нет. Вместо этого перед смотрящим представала сеть из бесчисленного множества одинаковых коридоров с белыми стенами и таким же освещением, больше похожим на приглушенный свет офисных ламп. Коридоры в случайный момент сменялись залами, воздух в которых поскрипывал и трещал, будто бы находясь под постоянным электрическим напряжением. Вдоль стен стояли невысокие постаменты, сжимавшие стеклянные панели, от которых исходило легкое голубое свечение. Поверхность их была испещрена линиями и рисунками, образующими некие схемы. В них таился порядок, цикл жизни и смерти, обречённый на бесконечное повторение. В них таилось то, что осталось от…

Вселенная не помнила, что это было. Кто-то когда-то приказал ей никогда не вспоминать об этом, и она согласилась. И теперь, осколок чего-то прежде великого и значимого сохранял в себе лишь сотую, если не тысячную, часть того могущества. Тем не менее, у Вселенной не было причин недолюбливать своё творение. Будь оно намеренным или случайным, это было не важно. До тех пор пока Ядро выполняло свои функции, всё протекало своим чередом, следуя некоему невидимому плану. Конечно, в нём были белые пятна и изъяны, но так ли это было критично, если начало и конец каждой истории всё равно был четко определён…

Однажды, может быть сотни или даже миллионы лет спустя после начала, Ядро посетит непредвиденный гость. В нём живёт в непрерывной борьбе жажда власти и жажда свободы. В нём живёт воспоминание. И оно ведёт его по проторенному маршруту, уповая на то, что хоть в этот раз ОН сможет добиться желаемого результата. Ядро откроет ему свои тайны и, случайно или же намерено, подарит контроль над необъятным космосом. Вот только, гость распорядится им неправильно, и слишком поздно осознает свою ошибку. Потому что это не то, чего он хотел. Потому что это… не та Вселенная.

Впрочем, от этого история её не становится менее интересной.

Глава 1

По коридору пронесся звук нескольких щелчков. Лампы, встроенные в потолок, включались одна за другой, разбрасывая во все стороны холодный белый свет. В воздухе повисло монотонное гудение, иногда прерываемое почти незаметным электрическим треском. Казалось, что всё вокруг ждало в нервном и трепетном напряжении, пока наконец из-за угла не вышла высокая фигура, облаченная в черное. Она неспешно прогуливалась по коридору, изредка поглядывая по сторонам, пробегаясь взглядом по полупрозрачным стеклянным панелям. Рисунки на них слабо пульсировали, подсвечивая отдельные сегменты схем, вырезанных прямо поверх стекла так тонко и искусно, как не смог бы даже самый лучший лазерный станок.

Фигура что-то тихо бормотала себе под нос, заходя всё дальше вглубь бесконечного лабиринта. Каблуки идеально начищенных сапог стучали по гладкому полу, отчего звук шагов ещё долгое время эхом звучал между безлюдными залами отдельно от своего хозяина. На стенах играли яркие фиолетовые блики каждый раз, когда тёмный силуэт проходил мимо, в то время как на потолке на мгновение образовывалось некое подобие копоти, которая почти в ту же секунду бесследно растворялась. Фигура сделала ещё несколько поворотов, после чего резко остановилась, заставив подошвы своих сапог издать громкий скрип. Воздух вокруг силуэта начал чуть накаляться, отчего подле его бесформенной головы и шеи образовалась тонкая рябь. Где-то на несуществующем лице промелькнула задумчивая улыбка, опознать которую можно было разве что по короткому гулу, который отдалённо походил на звук выдыхаемого носом воздуха.

– Надеюсь, я тебя не потревожил, – протянул низкий, но удивительно мягкий голос, с крайне характерными потрескивающими нотками.

Подобный звук можно было услышать сидя ночью у костра, пока яркое пламя лениво облизывало поленья и ветки. Впрочем, этот огонь, казалось, существовал сам по себе, по каким-то лишь ему понятным причинам приняв антропоморфные очертания. Его голова, от которой вверх, подобно разлохматившимся прядям волос, тянулись фиолетовые языки, была наклонена чуть вперёд, словно он находился в постоянном, непрерывном раздумье. Остальное «тело» было скрыто под слоями черных, как уголь, одежд, отглаженных до такого состояния, что на них нельзя было найти ни одной лишней складки.

Силуэт сложил руки вместе и выпрямился, отчего по комнате прокатился короткий шелест. Стоявшая напротив него стеклянная пластина безмолвно продолжала своё существование, озаряя пространство вокруг себя голубоватым сиянием. Изображенная на ней схема содержала бесчисленное множество фрагментов, однако большинство из них уже поблекли, став почти незаметными. В самом верху, где ещё продолжал пульсировать свет, оставалось всего две ячейки, расписанных угловатыми символами и знаками.

– Они возлагают на тебя такие большие надежды, – снова протянула фигура, сделав один шаг ближе к панели. – И я уверен, ты их не разочаруешь.

Стекло покрылось тонким слоем конденсата, сквозь который по-прежнему проходило пульсирующее сияние, непрерывно продолжающее раз за разом слабо мигать, отбрасывая на пол и стены изогнутые тени. Силуэт издал звук, напоминавший смешок, прежде чем поднести руку к панели и аккуратно смахнуть осевшую влагу. Пальцы его, обтянутые тёмными кожаными перчатками, дрожали, словно в трепетном благоговении. Он так долго этого ждал, что пару раз начинал сомневаться в здравии своего рассудка. В какие-то моменты ему казалось, что время тянется мучительно долго, а дни и вовсе отказываются закачиваться. Но вот теперь он стоял перед неприветливым холодным стеклом и внезапно всё начинало обретать смысл. Все эти долгие секунды, минуты, часы наконец приобрели то самое значение, которое он старался вложить в них.

Силуэт пару мгновений стоял почти неподвижно, а затем опустился на одно колено, приблизившись к постаменту, крепко обхватывающему стекло с обеих сторон. Набрав побольше воздуха в стесненную мундиром грудь, он открыл потайную крышку и заглянул внутрь, любуясь сложным хитросплетением проводов, представшим перед ним. Все они были одновременно настоящими и абсолютно фальшивыми. Просто очередная выдумка Вселенной, в попытках придать осмысленный вид тому, что в нём совершенно не нуждалось.

Фигура подняла взгляд на символы, неподвижно существующие в самом верху пластины и усмехнулась, слегка покачав головой.

– Будет больно, – тихо произнёс силуэт, подцепив пальцем один из проводов, прежде надёжно скрывавшийся за множеством других. – Я бы даже сказал… невыносимо.

Одним быстрым движением, он рванул провод в свою сторону и тот с глухим треском лопнул, превратившись в две никак не связанные половинки. Панель несколько раз мигнула, после чего на ней образовались трещины. Сперва небольшие, почти незаметные глазу, они росли, стремительно вытягиваясь вверх, пока наконец не достигли последних двух элементов схемы. Все, что было до них, превратилось в блестящую череду осколков, которые больше невозможно было соединить.

Силуэт закрыл крышку и поднялся на ноги, окинув взглядом своё творение. Когда его несуществующие глаза столкнулись с предпоследним фрагментом схемы, оттенок пламени моментально потемнел, а рябь вокруг его головы стала значительно больше. В зале стало жарко, настолько, что любой человек бы не смог находиться здесь дольше пары секунд, а трещины на стекле начали смазываться, приобретая более плавные и сглаженные очертания.

– В другой раз я бы счёл это забавной иронией, – произнесла фигура, медленно снимая перчатку с одной руки. Комната наполнилась ещё несколькими фиолетовыми бликами, исходящими от яркого пламени, имевшего отдаленные очертания ладони и пальцев. – Но сейчас у меня нет на это времени. Я и так ждал слишком долго…

Силуэт поднёс раскалённый кончик пальца к панели и проделал отверстие в стекле с такой легкостью, будто это было всего лишь подтаявшее масло. Там, где всего секунду назад был предпоследний элемент схемы, теперь осталась лишь дыра с подтеками по краям. Пульсирующий свет мгновенно перетёк дальше, пробираясь по тонким линиям и узорчатым символам, пока наконец не достиг самого верхнего фрагмента. Фигура облачила свою руку обратно в чёрную перчатку и осторожно поправила края толстого рукава.

Температура в комнате быстро упала до прежних умеренных значений, а цвет пламени вернулся к прежнему более светлому и отчётливому оттенку. Силуэт многозначительно кивнул, а затем развернулся в сторону коридора и двинулся в обратную сторону той же дорогой, какой первоначально пришёл сюда. Однако прежде, чем свернуть за угол, он на секунду остановился и бросил быстрый взгляд через плечо на мерцающее стекло, которое теперь больше напоминало то ли предмет абстрактного искусства, то ли последствия бесцеремонного вандализма.

– Игры закончились, Тринадцатая. Самое время проснуться и перейти наконец к делу…

Фигура развернулась, обратив свой взор к однообразным коридорам, а затем скрылась в бесконечном лабиринте, словно играя в догонялки с эхом собственных шагов. Звук всё ещё достигал пустого зала, когда лампы в нём потухли, позволяя почти непроницаемой темноте вернуться на своё прежнее место. Единственным источником света в комнате осталась полуразбитая панель, фрагмент которой продолжал слабо мерцать, постепенно набирая яркость, пока наконец свет его не стал постоянным, пульсирующим в такт ритму чужого сердца, которое в первые за долгие столетия начнёт биться самостоятельно.

Летние дни обычно тянутся очень медленно. Но когда оглядываешься, оказывается, что они уже пролетели и оставили после себя лишь несколько ярких воспоминаний и неприятное ощущение обреченности. После них непременно приходит осень, принося холодный колючий ветер и пробирающие до дрожи дожди, от которых земля в мгновение ока становится вязкой и скользкой. Впрочем, пока что, Кэрри так далеко ещё не загадывала. Она надеялась, что лето непременно задержится подольше, и подарит как можно больше тепла, прогулок и встреч с друзьями. Тем более, что сейчас было ещё только самое начало июня, а значит у неё ещё много времени, на то чтобы осуществить все свои планы. В предвкушении долгожданного отдыха, Кэрри сделала глубокий вдох, в то время как ветер трепал её каштановые волосы, то и дело закидывая их ей на лицо. Быстрым движением руки она убрала от глаз непослушные пряди и небрежно заправила их за ухо, надеясь что оттуда они точно не смогут доставить ей проблем.

По дороге то и дело проносились машины, поднимая небольшие облака пыли и встряхивая плохо сцепившуюся асфальтную крошку. Деревья, высаженные вдоль трассы, наклонялись в разные стороны, будто бы маша ветвями вслед спешащим автомобилистам.

– Долго ещё будешь любоваться видами? – с легкой усмешкой спросил Кэрри её приятель, прежде чем втолкнуть ей в руки мотоциклетный шлем.

Она одарила друга чуть нахмуренным взглядом и покачала головой.

– Брось, мы же никуда не опаздываем.

– Скажи это моему желудку. Если мы сейчас же не поедем, то я начну помышлять о каннибализме, – саркастично отметил парень, перекинув ногу через свой мотоцикл и чуть отклонившись назад в нарочито недовольной позе.

– И что же помешало тебе как следует поесть перед выходом? – закатив глаза осведомилась Кэрри, защелкивая ремешок своего шлема под подбородком.

– Ну… Я очень спешил увидеть свою замечательную подругу, которая бы устроила мне взбучку, если бы я опоздал хотя бы на пол минуты, – парировал приятель, показав девушке язык.

Та в ответ лишь многозначительно вздохнула, усевшись на собственный мотоцикл и деловито положив руки на руль. Не дожидаясь, пока она двинется с места, её друг выехал на трассу и помчался вперёд, не упустив возможности на пару секунд встать на заднее колесо, будто бы полагая, что данный «трюк» впечатлит случайных прохожих.

– Боже, тебе что, пять лет, – фыркнула Кэрри, осторожно выезжая следом за ним. Она старалась не сводить глаз с дороги, лишь время от времени поглядывая вниз, на спидометр. Привычка, за которую её приятель постоянно любил над ней подшучивать, уверенный в том, что она самый осторожный и «правильный» мотоциклист, которого только видел свет.

Дома и деревья проносились мимо, иногда сменяясь видами на дворы или переулки. Кэрри приподняла голову, оценивая движение на дороге, чтобы перестроиться в другую полосу, как вдруг её голову пронзила острая боль. Всё тело покрылось мурашками, словно её окатили ведром холодной воды. Вот только вместо мороза, по коже разлился обжигающий жар, от которого, казалось, даже воздух в легких начинал вскипать. Кэрри тяжело вздохнула и обхватила руль пальцами с такой силой, что костяшки под перчатками побелели. Она чувствовала будто задыхается, но не могла точно сказать почему. Перед глазами всё начинало расплываться, превращаясь в мерцающие пятна света, едва улавливаемого глазами. Она до последнего старалась сконцентрироваться, щурилась и моргала, в надежде, что это вернёт зрению прежнюю остроту, но становилось только хуже. Образы расплывались и в какой-то момент она поняла, что не может разобрать ничего из того, что её окружает. Она больше не знала, где начинается одна машина и заканчивается другая, где дорога переходит в тротуар, или хотя бы где были её собственные руки. В ушах начинало звенеть, а сердце сжалось. Однако отдельные звуки Кэрри все ещё слышала.

Лязг. Грохот. Что-то выбило воздух у неё из груди. Спина столкнулась с твёрдой поверхностью, а к горлу подступил металлический привкус, едва уловимый на языке. Она попыталась сделать вдох, но не могла, будто бы в ответ на каждое движение в неё старательно втыкали сотни тонких игл. Она слышала, как кто-то кричит, но уже не могла понять был ли этот голос ей знаком, или это был просто возглас неизвестного прохожего. Перед глазами всё застилало полупрозрачной пеленой, а по мышцам начла разливаться боль. Сперва слабая, но затем… Затем он обрушилась на неё, словно цунами, оглушая и выбивая из головы все остальные мысли. Кэрри не могла ни о чем думать, не могла сдвинуться с места. Ей хотелось вопить, но звуки просто не вырывались у неё изо рта. Или же она их просто не слышала, не могла разобрать.

Яркие всплески всевозможных цветов начали становится всё темнее, пока наконец не превратились в единую непроглядную бездну. Жар, прежде будто бы разъедавший её изнутри, резко сменился сухим холодом, волнами проносившимся по всему телу. Кэрри перестала понимать где она, а чуть позже все звуки пропали, оставив её один на один со звенящей тишиной. Ей казалось будто бы она парит в этой странной пустоте, где не было ничего кроме неё самой. Или по крайней мере того, что от неё осталось. Она не чувствовала своих рук или ног, все ощущения в один момент растаяли, словно их никогда и не было. Мысли, эмоции, чувства просто испарились безо всякого следа.

Кэрри попробовала закрыть глаза, хотя была даже не уверена, есть ли они у неё всё ещё. Она не ощущала их, а тьма вокруг не позволяла ей понять, смотрит она на что-либо или же её окружает пустота. Тишина начала становиться всё более… липкой. Она обволакивала разум со всех сторон, замещая собой то, что когда-то являлось мыслями. Могло показаться, что сознание в какой-то момент начало растворяться, сливаясь с абсолютным ничем, становясь его неотъемлемой частью или же, что логичнее, отсутствием какой-либо части.

Здесь не было боли и всей той невыносимой агонии, которая всего пару минут назад пульсировала в каждом нерве. По крайней мере сначала… но затем Кэрри почувствовала, будто что-то ударило её током, заставляя всего секунду назад несуществующее тело трепыхаться и вздрагивать. Она невольно открыла рот, намереваясь вскрикнуть, но вместо этого сделала большой глоток воздуха, словно только что вынырнула из-под толщи воды. Перед глазами снова возник ослепительный свет, но на этот раз он был лишь одного неприветливо белого цвета. По краям виднелись размытые тёмные образы, которые то и дело появлялись и исчезали, ни на секунду не оставаясь на месте. Голова болела от многообразия звуков в одночасье обрушившихся на неё. Чей-то шепот, обрывки невнятных разговоров, быстрый повторяющийся писк и множество шагов, шаркающих из стороны в сторону. Кэрри слышала приглушенный звон, напоминавший звук чего-то металлического, шорохи, гул и гомон, которые ни на миг не прекращались.

Она попыталась дернуться, но не могла, словно что-то сдерживало её, не позволяя пошевелиться. Глаза непроизвольно щурились, стараясь привыкнуть к внезапному свету, но картинка от этого отчётливее не становилась. Всё тело слабо ныло, а каждая мышца ощущалась… странной. Будто бы всё это тело было каким-то совершенно чужим и незнакомым. Привычными были разве что мысли, которые теперь беспорядочно носились в голове, стараясь придать понятные очертания происходящему.

Что с ней произошло? Она попала в аварию? Она в больнице? Кэрри не знала. Вокруг не было ни одного знакомого запаха, которые обычно присущи медицинским учреждениям. Даже свет, бивший по глазам ощущался каким-то неправильным. Несмотря на свою интенсивность, он казался блеклым и пустым, будто бы представляя собой олицетворение слова «искусственный» во всей своей изощренной бездушности.

Раздалось механическое гудение и над головой Кэрри что-то захлопнулось. Все силуэты, которые она видела прежде стали ещё более размытыми, а каждый свой выдох она могла наблюдать в виде бледного конденсата. На миг поверх стеклянного купола показались фиолетовые блики, чем-то похожие на солнечные зайчики. Воздух стал мягким и тёплым, какой обычно бывает разве что в саунах или банях. Кэрри не могла этого никак подтвердить, но тем не менее ей казалось, что кто-то смотрит на неё с другой стороны этого причудливого барьера, изучает её с головы до ног и оценивает по каким-то лишь ему известным критериями.

Пространство вокруг неё наполнилось густым белым дымом, вдыхая который она почувствовала на языке сладковатый привкус. Глаза невольно начали слипаться, в то время как незнакомый взгляд продолжал пристально следить за каждым её вдохом. Он не покинул её до тех самых пор, пока глаза её совсем не закрылись, а разум не погрузился в сон. И на этот раз она была уже абсолютно уверена, что спит. Вот только, несмотря на всё то немногое, что она успела увидеть и почувствовать, Кэрри не была уверена, где именно проснётся.

Может быть, всё это просто часть замысловатого сна и скоро прозвенит будильник? Она проснётся в собственной кровати, сдвинет в сторону одеяло и потянется, поднимая руки к потолку. А потом неспеша встанет и сделает себе кофе… Если, конечно, всё случившееся и впрямь является сном. Но отдельная частичка её сознания подсказывала ей, что это не так. И она больше никогда не вернётся в свою кровать. Да и лето уже давно закончилось…

Глава 2

Сэм приподнял голову и прислушался. Где-то внизу раздавались шаги, четкие и размеренные. Множество существ разных рас перемещалось по коридорам в практически полном молчании, лишь изредка перекидываясь друг с другом парой фраз. Сэм придвинулся ближе к перегородке, отделявшей вентиляционные проходы от комнат. Его глаза метались из стороны в сторону, словно он не мог сконцентрироваться на чем-то одном. Сердце билось быстрее обычного, а горло слегка пересохло от волнения. Но Сэм всё равно старался держать себя в руках, настолько насколько это было возможно. Ему нельзя было допускать ошибок. В противном случае весь его план будет обречён на провал, а Вселенная потеряет всякие шансы на спасение.

Он был в себе уверен. Ведь кто, если не он, должен был выполнить роль проводника для долгожданного Спасителя? Никто другой не подходил на эту роль так, как Сэм. Ни у кого не было столько опыта в космических странствиях. И плевать, что львиную долю этих приключений он уже не мог вспомнить, как не старался. Все необходимые навыки всё равно были при нём, и он был намерен выложиться по полной.

Сделав несколько осторожных движений, Сэм проскользнул вперёд, беззвучно пробираясь по вентиляционным шахтам. Он чувствовал, что движется в правильном направлении. Будто Вселенная вела его, наставляла на истинный путь, указывала ему дорогу, чтобы он выполнил своё предназначение. О, он готовился к этому не один год. Продумывал планы, чертил схемы и скитался между мирами, лишь бы в самый ответственный момент оказаться в полной готовности. Задумавшись, Сэм не заметил, как уперся носом в холодную металлическую стенку, издав при этом легкий, почти не заметный стук. На миг он даже зажмурился, пригнувшись и прислонившись всем телом к нижней части тоннеля, выжидая, если эта его небольшая оплошность повлечёт за собой какие-либо последствия. Когда же ничего не произошло и звуки шагов не сменились оглушительным рёвом сирен или монотонным голосом диктора, сообщающего об опасности, Сэм лишь медленно вздохнул, выпуская носом воздух.

Пряди русых волос, часть из которых была сплетена в мелкие косички, то и дело били его по щекам, норовя добраться до его глаз и ослепить незадачливого нарушителя. Но он в ответ лишь осторожно мотнул головой, прежде чем двинуться дальше, сворачивая в соседний тоннель. Шаги со временем стихли, сменившись монотонным гудением, за которым некоторое время спустя последовал высокий ритмичный писк. Сэм в очередной раз прислушался, чувствуя, как его сердце неосознанно начало биться в такт этому звуку, а в ушах что-то запульсировало. Добравшись до очередной решётки он посмотрел вниз, несколько раз пригибаясь под разным углом, стараясь охватить всю комнату взглядом. Несколько созданий в бледных, блестящих одеждах неторопливо перемещались между небольшими мониторами, время от времени наклоняясь к золотистой капсуле в самом центре комнаты. Как бы Сэм не старался, он не мог разглядеть, что находилось внутри, несмотря на то, что верхняя часть аппарата имела прозрачную стеклянную крышку. Под ней можно было увидеть только плотные клубы белого дыма.

Отодвинувшись от решётки, Сэм повернулся и лёг на бок, настолько, насколько позволяло пространство вентиляционной шахты. Осторожно и как можно более бесшумно он принялся рыться в полах своего многослойного наряда, перебирая пальцами светлую, ткань. Внизу послышались голоса и обрывки разговоров, из которых не получалось воссоздать полноценную беседу. Впрочем, в текущем положении, это было не так уж и важно. Сэм был уверен, что он в правильном месте, хотя бы даже потому, что полагал, что неправильного места вообще не существует, ведь где бы он не оказался, на всё воля Вселенной. Она ещё ни разу не подводила его, оберегая его жизнь от всевозможных невзгод и страданий. И потому он не сомневался, что даже сейчас, вжимаясь в холодные стены вентиляционной шахты, с постоянным риском для собственной жизни, он всё ещё был именно там где и должен был быть.

Вынув из внутреннего кармана небольшую полупрозрачную сферу, он внимательно окинул её взглядом, наблюдая как внутри сверкающий синие-фиолетовый газ образовывал странные формы, отдаленно напоминавшие петли. Сэм легонько встряхнул шар, из которого тут же послышался сухой хруст, подобно тому, какой издает плотный слой снега. Не задумываясь, он протиснул сферу через решётку и разжал пальцы, позволяя ей устремиться вниз под действием гравитации.

Хрупкий корпус незатейливой самодельной гранаты треснул, столкнувшись с гладким полом комнаты. Воздух в комнате мгновенно начал заполняться синим дымом, стремительно вырывающимся наружу, будто бы радующимся наконец обрести свободу после долгого заточения. Прежние, относительно спокойные и размеренные звуки, мгновенно сменились тем, что можно было назвать разве что мелодией хаоса. Находившиеся в помещении существа спешно покидали комнату, кашляя и выкрикивая неразборчивые фразы. Дверь за ними захлопнулась, блокируя единственный выход, а из соседнего коридора послышалась сирена, возвещающая об утечке опасного газа.

Сэм быстро навалился на решётки и выпрыгнул в застланное дымом помещением, прежде чем вентиляция принялась гудеть, активируя перегородки. Газ оказался заперт в пределах комнаты, как и его хозяин. Впрочем, последнего, кажется, это совершенно не волновало. Сэм приблизился к золотистой капсуле, не обращая на воздух вокруг себя никакого внимания. Наклонившись, он протёр рукавом стекло, слегка прищурившись, чтобы рассмотреть содержимое герметично закрытого контейнера. Сквозь молочно-белую дымку он разглядел очертания антропоморфной фигуры, круглую голову с заостренными ушами, которые время от времени непроизвольно вздрагивали.

Сэм широко улыбнулся и вскинул голову вверх, обращая свой взгляд куда-то в космос, отделенный от него многими этажами пластика и металла. Сложив пальцы в непонятном жесте он очертил невидимый круг где-то в районе своего лба, после чего многозначительно кивнул. Комната вокруг начала наполняться шипящим звуком, а прежний плотный синеватый туман принялся стремительно рассеиваться, что быстро вырвало Сэма из мимолетного транса. Не теряя ни секунды, он отсоединил капсулу от многочисленных проводов и мониторов, торопливо открывая её крышку и перекидывая через плечо неподвижное тело.

– Прошу прощения, но ситуация требует от меня решительных действий! – кинул он через плечо, обращаясь к своему грузу, болтавшемуся без чувств и не выражавшему никакого сопротивления.

Когда дым вокруг уже почти рассеялся, и дверь в комнату распахнулась, Сэм бесцеремонно толкнул ногой первого вошедшего в грудь, отталкивая его назад. Несколько существ, идущие следом, повалились друг на друга, выкрикивая разного рода ругательства и возгласы, в то время как нарушитель кинул на пол ещё несколько дымящихся шаров, стремительно пробираясь по коридору как можно дальше. Сирена раздавалась уже со всех сторон, а освещение сменилось на мигающее и яркое, от которого невольно начинала кружиться голова.

Сэм старался ни о чем не думать, позволяя ногам нести его по длинному хитро устроенному лабиринту из внешне похожих проходов и закоулков. Некогда светлые одежды теперь представляли собой безумное смешение фиолетовых и синих пятен, въевшихся в ткань и оставлявших на полу след из легких пёстрых песчинок при каждом движении. Даже его лицо было отчасти синим, с несколькими смазанными линиями, которые он случайно создал, задев рукой лоб, пока старался смахнуть с него пот. Если бы кто-то не знающий столкнулся с ним в эту самую секунду, то решил бы, что он мчался назад с какого-то празднества или фестиваля, а может даже и забавной игры, в которой люди беззаботно разбрасываются краской. Но всё было куда более серьезно, что, впрочем, невозможно было считать по лицу Сэма, упорно продолжавшего улыбаться и сиять от радости.

Пробежав по нескольким коридорам, он ни на мгновение не позволял себе оборачиваться. Даже если на пути ему кто-то встречался, Сэм продолжал бежать, не давая случайному свидетелю времени всё как следует осознать или обдумать. Легкая цветастая дымка, тянувшаяся за ним лишь ещё больше провоцировала сирены. Он слышал, как двери и люки захлопывались у него за спиной, стараясь привести в действие протоколы очистки.

Сознание его будто бы перестало воспринимать всё происходящее, включившись обратно в работу лишь тогда, когда он наконец добрался до одного из ангаров и влез в пустой корабль вместе со своим ценным «грузом», всё также свисавшим через плечо без каких-либо возражений. Люк корабля захлопнулся, а позади осталось ещё несколько раскрывшихся бомбочек и облаков дыма, отбивавших у окружающих желание приближаться к угоняемому транспорту. Сэм осторожно уложил своего «пассажира» в свободное кресло и надёжно пристегнул ремнями, прежде чем повернуться к панели управления с серьёзным видом. Нажав несколько кнопок, он заставил корабль подняться в воздух и вынырнуть из ангара в открытый космос. Всё вокруг начало слабо подрагивать, а полупустые ящики в грузовом отсеке издали удивленный скрип, будто бы даже они не ожидали внезапного начала движения.

Сэм чувствовал, как с его губ срывается небольшой смешок, похожий на детское непринужденное хихиканье, совершенно не вписывающееся в ситуацию. Он только что пробрался на защищенную космическую базу и ограбил её, не дав охране даже времени опомниться! Мало кто мог похвастаться подобным достижением, особенно учитывая кому именно эта база принадлежала… О! Сэм был так горд собой, что его прямо-таки распирало от радости. Он бросил быстрый взгляд через плечо на неподвижное тело в соседнем кресле. Худощавое существо раскачивалось из стороны в сторону в такт движениям корабля. Его хвост спокойно свисал вниз, обвивая одну из хрупких когтистых лапок, покрытых короткой шерстью цвета кофе с молоком. Сэм галантно кивнул в сторону своего «спутника», будто бы демонстрируя ему своё глубокое уважение, хоть тот и не мог это увидеть и ответить взаимностью. Впрочем, сейчас это было не так уж и важно. Сэм выполнил первую часть своего плана, и теперь был готов приступать к следующей.

В груди у него что-то трепетало от нетерпения. Он не мог дождаться того момента, когда сможет представиться своему спутнику и полноценно принять на себя роль проводника. Конечно, он понимал, что на это потребуется некоторое время. Ему предстоит многое объяснить и поведать своему новому другу, но когда все основные моменты уже будут оговорены, то Сэм наконец исполнит своё предназначение и послужит Вселенной, пока у него ещё есть такая возможность.

Скрывшись среди звёзд, он быстро, но крайне аккуратно привёл угнанный грузовой корабль к своему собственному, который всё это время ждал его вблизи орбиты одной из соседних планет. Небольшой белый звездолёт неподвижно висел в невесомости, и мгновенно включил внутреннее освещение, когда, после короткой стыковки, Сэм вернулся на борт родного судна с «грузом» наперевес. Пол, устланный узорчатыми коврами, мягко шуршал под ногами, в то время как многочисленные дымящиеся палочки и потушенные свечи придавали воздуху сладковатый аромат, в котором сложно было выделить что-то одно. Сэм переложил своего нового «спутника» на заранее подготовленную кровать и укрыл шелковистым тонким одеялом. Гость равномерно дышал, его грудь вздымалась и опускалась в медленном неторопливом ритме. Нос невольно поморщился от многообразия тонких запахов, а пушистые ушки дернулись, соприкоснувшись с простыней и подушками.

Сэм слегка прищелкнул языком и наклонил голову набок, умиляясь представшей перед ним картине. Впрочем, довольно быстро его настигло осознание, что ему следовало поторопиться и подготовиться, прежде чем гость наконец проснётся. Нужно было привести себя в порядок, умыться, надеть что-то торжественное, чтобы произвести наилучшее первое впечатление… У него на плечах лежала большая ответственность и только один шанс всё сделать правильно, который он ни в коем случае не должен был упустить. Сэм отстранился от кровати и быстро направился в уборную, попутно прихватив с собой махровое полотенце и какую-то толстую книгу в потрепанном переплёте. В процессе своих приготовлений он ни на миг не выпускал её из рук, хаотично перелистывая страницы и повторяя шепотом отдельные фразы, словно сверяясь с некой инструкцией.

Книга, украшенная золотистым узором и разноцветными нитями, явно передавалась из рук в руки уже не один десяток лет. Краска, которой были созданы иллюстрации на обложке, несколько потрескалась и поблекла. Корешок измялся и начал местами отклеиваться от страниц, из-за чего некоторые из них были дополнительно закреплены липкой лентой случайных оттенков. Буквы внутри местами смазались или стерлись, и поверх них можно было увидеть исправления простыми черными чернилами, размашистым почерком. Кто-то явно старался повторить исходное написание букв, но, словно неусидчивый ребенок, не мог довести дело до конца, отчего каждый исправленный символ отличался от другого.

Сэм остановился перед небольшим зеркалом, промакивая волосы полотенцем. Тёплое желтое освещение падало на его кожу, отчего на ней становились заметными мелкие золотистые и медные крупицы, слабо мерцающие словно блестки. Единственное место, которое не обладало подобным эффектом – тёмное пятно на груди, расположившееся там, где у людей обычно находится сердце. Оно не сверкало, а будто бы наоборот поглощало свет, медленно и неспешно расползаясь по остальной коже. Сэм быстро отвёл глаза в сторону и набросил на себя кремовую накидку, улыбнувшись своему отражению.

Он взял в руки книгу и захлопнул её, положив под мышку, прежде чем провести свободной ладонью по волосам в тщетной попытке немного их пригладить. Отдельные пряди все равно прилипали к шее или вставали дыбом, изгибаясь под невозможными углами. Вздохнув, Сэм собрал русые локоны в тугой хвост и мотнул головой, проверяя его на прочность. Довольный полученным результатом, он прошествовал к приборной панели своего корабля и уселся в высокое кресло, поверх спинки которого висел плед, больше напоминавший вязанную фигурную салфетку.

Отложив книгу в сторону, Сэм принялся нажимать на кнопки на панели, управляя кораблём и двигая его сквозь неприветливую темноту космоса. Сердце его продолжало быстро стучать, а в животе будто бы порхали бабочки. Ему казалось, что он обрёл себя заново. Время, потраченное на подготовку, теперь давало свои плоды, доказывая, что всё было сделано не напрасно. Хотя Сэм не мог вспомнить часть из того, что именно сделал, но… Раз он забыл об этом, значит это не так уж и важно. Значит, на то воля Вселенной.

Глава 3

Кэрри проснулась. Но пробуждение это было таким резким и неприятным, словно её насильно вытолкнули обратно в реальность. В нос ударил незнакомый пряный аромат, одновременно приторно-сладкий и острый. Воздух вокруг казался плотнее, чем обычно, настолько, что его наверняка можно было резать ножом и сервировать по тарелкам. Всё тело слегка побаливало, а мышцы невольно вздрагивали от напряжения. Несмотря на то, что она спала всё это время, Кэрри ощущала себя совершенно разбитой, будто бы ни секунды не отдохнула. Всё ещё не открывая глаз, она приподняла голову и тут же закашлялась. В горле появилась колючая сухость, которая словно тянулась до самых легких, заставляя их пульсировать, сжиматься и выталкивать кислород обратно наружу.

Прежде чем Кэрри могла хоть что-то сказать или предпринять, она ощутила легкое касание на затылке. Кто-то подхватил её голову и осторожно придерживал, чтобы она могла сесть. К губам прислонилось нечто холодное, и в горло попала тонкая струйка воды, мгновенно избавляя от невыносимого и раздражающего чувства.

– Спокойно. Всё в порядке. Это совершенно нормальная реакция… – удивительно мягко произнёс чей-то голос, в котором, несмотря на медленно произнесенные слова, отчётливо слышалось нетерпение и даже восторг.

Кэрри выпрямилась, упершись спиной в мягкие подушки, и приподняла руку, обхватив пальцами то, что не глядя можно было опознать как стакан. Она сделала ещё несколько глотков, прежде чем наконец открыть глаза. Свет, хоть и совсем не яркий, всё равно заставил её пару секунд поморщиться, но потом картинка начала приобретать четкость. Впрочем, это оказалось Кэрри совсем не на руку, ведь её окружение было совершенно не похоже на больничную палату или хотя бы её собственную квартиру. Кровать была значительно больше, чем та, к которой она привыкла, да и застелена она была шелковистыми просяными вперемешку с теплыми ворсистыми одеялами самых разных цветов. Пара прикроватных тумб была украшена потушенными свечами и подстаканниками причудливой формы. Сама комната, если это можно было так назвать, напоминала футуристический бункер со светлыми стенами и встроенными в потолок крошечными лампами. Окон нигде не было видно, однако поодаль можно было заметить блестящую поверхность, напоминавшую стекло, за которой раскинулась непроглядная тьма, испещренная мелкими белыми точками.

– Знаю, вы не последуете моему совету, но я всё же рекомендовал бы сохранять спокойствие. После последних событий вам нужно время на то чтобы прийти в себя, а лишний стресс лишь вымотает вас ещё больше, – осторожно протянул голос, с небольшой дружелюбной усмешкой, явно призванной разрядить обстановку.

Только после того, как он это сказал, Кэрри осознала, что всё это время сидела с приоткрытым ртом и нахмуренными бровями, в то время как взгляд её хаотично перескакивал из угла в угол. Она чуть мотнула головой и несколько раз моргнула, чтобы удостовериться, что ей это всё не кажется. Впрочем, сколько бы она не моргала, мир вокруг неё не менялся. Неуверенно и слегка опасливо, Кэрри повернулась в сторону источника голоса, столь любезно стремившегося её успокоить.

Глаза её наткнулись на мужчину среднего роста, со светло русыми волосами, стянутыми в тугой хвост, достававший ему до плеч. На лице его сохранялась сдержанная улыбка, обрамлённая короткими усами и бородкой, удивительным образом балансирующими где-то между полноценной бородой и аккуратной щетиной. Яркие ореховые глаза сосредоточено смотрели на неё, следя за каждым движением, будто бы опасаясь, что она в любой момент могла разразиться оглушительной истерикой.

Мужчина сложил руки перед собой, медленно постукивая одним пальцем по задней стороне ладони. Его одежда, выглаженная и ухоженная, чем-то напоминала одеяния монаха или древнего война, стянутая широким бежевым поясом в районе талии. Кэрри молча смотрела на странного незнакомца и взгляд её невольно цеплялся за блеск его кожи, которая будто бы еле-заметно переливалась мелкими золотыми искорками. Что-то в нём заставило её разум мгновенно встать на дыбы, отказываясь принимать его за человека, несмотря на его обычный, хоть и чудаковатый вид.

Кэрри резко отстранилась, сминая под собой одеяла. Она ожидала, что незнакомец непременно попытается приблизиться к ней или разозлится таким её движением. Однако вместо этого, он приподнял ладони в миролюбивом жесте и отошёл на шаг назад от кровати, сохраняя крайне благостное выражение лица.

– У вас нет ни одной причины доверять мне, но, тем не менее, я уверяю, что не причиню вам вреда, – успокаивающе протянул он, сохраняя дистанцию.

– Где я? – выпалила Кэрри неожиданно даже для себя самой. Вот только стоило этим словам сорваться с её губ, как она в очередной раз нахмурилась. Её голос звучал совсем не так, как раньше. И даже с учётом всего что она так или иначе помнила, даже с учётом возможных травм, он казался ей совершенно чужим.

Кэрри отставила стакан в сторону и приложила кончики пальцев к своему рту. Она не знала, что именно она ожидала найти или почувствовать, но была уверена, что что-то здесь было не так. Её руки медленно прошлись по лицу, нащупывая губы, щёки, глаза и брови. Затем они поднялись выше, пройдясь по мягким, хоть и несколько всклокоченным волосам, прежде чем наткнуться на что-то странное. Под пальцами отчётливо ощущался мех, гладкий и короткий, а затем и вытянутая вверх треугольная форма со слегка закругленными концами. Что это? Кэрри готова была поклясться, что чувствовала каждое своё прикосновение, будто бы эти непонятные мохнатые наросты на голове были неотъемлемой частью её тела. Она аккуратно потянула за один из закругленных кончиков и тут же с её губ сорвалось недовольное шипение, в то время как по нервам растеклось неприятное колючее чувство.

– Это уши, – сдержанно подсказал мужчина, чуть наклонив голову на бок и едва сдерживая слабый смешок. Ему явно было интересно наблюдать за своей гостьей, которая прибывала в таком состоянии всеобъемлющего непонимания, что напоминала младенца, впервые открыто столкнувшегося с окружающим его миром.

– Уши? – переспросила Кэрри, приподняв брови. Руки её тут же двинулись в область висков, где, как она была уверена уши и должны были находиться, но там она ничего не обнаружила.

– Да, уши, – кивнул незнакомец. – Полагаю, у вашей прежней расы они были расположены иначе, но… теперь они несколько выше.

Мужчина постучал пальцем по своей макушке, наглядно обозначая свою мысль.

– И, отвечая на ваш предыдущий вопрос, – продолжил он, – вы сейчас находитесь на моем корабле. Что может показаться несколько подозрительным и вызывать определенные сомнения, но, уверяю вас, здесь абсолютно безопасно.

Кэрри несколько раз моргнула, одарив своего собеседника стеклянным взглядом, в то время как в голове у неё ощущался, разве что, белый шум. Она ничего не понимала, и, как бы ни пыталась, получала лишь ещё больше вопросов, а ответы будто бы ускользали, растворяясь в воздухе.

– Корабле? – повторила она, опустив руки на одеяло и задумчиво надув щеки.

Мужчина помедлил, и отвёл глаза в сторону, явно мысленно прикидывая, какой ответ будет наиболее подходящим. Он что-то бормотал себе под нос, пока, наконец, не остановился на некоем, лишь ему известном, варианте.

– Боюсь, я забежал несколько вперёд, – наконец выдохнул незнакомец, снова взглянув на свою гостью. – Мне стоило придерживаться типичного плана «первого контакта», и, если вы не возражаете, я предпочёл бы к нему вернуться.

Кэрри в ответ издала носом вопросительный и явно недоумевающий звук.

– Будем считать, что вы выразили согласие… – вздохнул мужчина и положил руку себе на грудь. – Моё имя Сэм.

Он указал на себя большими пальцами обеих рук, после чего повернул их в сторону своей собеседницы, вопрошающе наклонив голову.

– А у вас есть имя?

– Кэрри, – ответила она несколько помедлив, и некомфортно поерзав.

– Чудесно, – Сэм, которого явно захлестнуло волной радости, всплеснул руками и расплылся в широкой улыбке. – Стало быть, в вашей прежней расе уже прошёл этап базового формирования языка, самоидентичности и межличностной коммуникации. Потрясающе. А я уже было начал волноваться…

Сэм покачал головой и многозначительно вздохнул, в то время, как его мысли явно унеслись куда-то далеко от первоначального плана:

– Не поймите меня неправильно, я не имею ничего против рас, находящихся на первых этапах развития, или тех, которые по определенным причинам образовали коллективный разум… Но, думаю, кто угодно согласится, что в данных обстоятельствах гораздо проще коммуницировать с отдельной, полноценно сформированной личностью, не требующей внешнего вмешательства в мыслительный процесс.

Кэрри молча наблюдала за своим собеседником, но, то ли от усталости, то ли по каким-то другим причинам, ощущала, что совершенно не поспевает за его ходом мыслей. Он говорил так странно и несуразно, что её интуиция лишь ещё больше укоренилась в своем предположении о его, отнюдь, не человеческой природе.

Позади Кэрри раздался приглушенный шорох, сразу привлекший её внимание. Что-то под толщей одеял передвигалось и изгибалось, заставляя ткань приподниматься и образовывать плавные изгибы. А что если это змея?! В неизвестном месте, в компании чудаковатого мужчины, откуда Кэрри было знать, что может оказаться с ней в одной кровати? Несмотря на все успокаивающие реплики, она всё равно не испытывала к нему ни капли доверия. Он был просто незнакомцем, а может даже, сумасшедшим, и чем больше он говорил, тем больше у неё было оснований в это верить.

Быстрым движением руки, Кэрри оттолкнула одеяла в сторону и тут же взвизгнула, не то от страха, не то от шока. Она и сама не смогла толком понять, какая именно эмоция накрыла её разум, но крик сорвался с её губ прежде, чем она смогла его остановить или как-то обдумать происходящее. Нечто длинное и пушистое, тянулось по простыне, заставив Кэрри подскочить и отпрянуть в сторону. Впрочем, неопознанный объект продолжал двигаться за ней следом, будто бы синхронизировано с её телом.

Бесконтрольно двигаясь в панике из стороны в сторону, Кэрри соскочила с кровати, скинув с себя одеяла. Её ноги неуверенно балансировали на полу, застеленном небольшим ковриком. Машинально опустив взгляд, она издала ещё один шокированный визг, в несколько раз более громкий чем предыдущий. Её ноги… Вообще не походили на человеческие. Куда больше они напоминали что-то между ногами и кошачьими лапами. Задрав светлые мешковатые штанины, Кэрри увидела, что её кожа покрыта гладким коричневым мехом. На пальцах ног сзади были небольшие темные подушечки, а ногти были достаточно острыми, чтобы кого-нибудь ранить. То, что она прежде не могла опознать до конца, оказалось хвостом, её собственным… хвостом!

– Какого…! – начала было Кэрри, практически срываясь на крик. Однако Сэм быстро обогнул кровать, выставив вперёд руки в успокаивающем жесте. Он старательно держал дистанцию, но также и не отходил слишком далеко, будто бы готовясь поймать свою гостью, если та в какой-то момент упадёт или потеряет сознание.

– Пожалуйста, успокойтесь. Уверяю вас, я могу всё объяснить. Но сперва вам нужно перестать кричать, сесть и выслушать меня.

– Что это всё такое?! – не унималась Кэрри, яростно указывая на своё тело, которое было совсем не похоже на то, к которому она привыкла. Она уже начала думать, что это всё просто сон, что она сошла с ума, или и вовсе лежит в коме в больничной палате, в то время, как ей видятся абсурдные галлюцинации.

– Ваше тело, – протянул Сэм, стараясь сохранять спокойное и невозмутимое выражение лица. – Хвост, лапки… Это может показаться немного странным, но…

– Немного странным?!

– Хорошо, ладно… Очень странным, – выдохнул Сэм, многозначительно кивнув. – Но это нормально. То есть… Для вас, конечно, это не выглядит нормальным. Вероятно, вам кажется, что всё это просто полное безумие, однако, это совсем не так. И я, действительно, могу вам всё объяснить.

Кэрри смерила своего собеседника яростным взглядом, в то время как губы её подрагивали, а дыхание резко участилось. Всё это просто какой-то кошмар. Ничто из этого не может быть реальным, не может быть правдой!

Она мечущимися глазами осмотрела комнату, в надежде, что найдёт выход. Уже было не важно: окно, дверь или проход, ведущий в бездну, ей просто хотелось убежать, спрятаться и вырваться из этого безумия. Не отдавая отчёт своим действиям, Кэрри ринулась в первом попавшемся направлении, перебираясь через кровать и скрываясь за раздвижной панелью. По ту сторону не оказалось выхода, только коробки, контейнеры, развешенная одежда и стена. Паника окончательно захватила разум Кэрри, и она забилась в угол, обхватив голову руками и закрыв глаза. Она чувствовала, как невольно подрагивали её уши, после чего они опустились, почти полностью прижавшись к голове. Хвост свернулся кольцом вокруг её ног.

Сэм сжал кулаки и взмахнул руками, прежде чем промокнуть ладонями лицо. Несмотря на все его попытки сделать всё как надо, он всё равно умудрился напортачить. Он уверял себя, что всё продумал, но глядя на закрытую дверь шкафа, откуда доносились сдавленные всхлипы, понимал, что был не прав. Впрочем, он не терял надежды. Это всё просто неизбежная часть процесса, не так ли? Конечно, после сложного перехода сознания из одного тела в другое, глупо было рассчитывать на спокойную и понимающую реакцию.

Сделав глубокий вздох, Сэм аккуратно одернул полы своих одежд и придвинулся к раздвижной дверце. Он опустился на пол поблизости и прислушался.

– Я понимаю, что вам страшно, но прошу, послушайте то, что я скажу, – начал он, набрав побольше воздуха в грудь. – То, что сейчас с вами происходит, всё, что вас окружает – абсолютно реально. Это будет сложно принять и осознать, особенно, если прежде у вас была длинная полноценная жизнь… Однако, это неизбежная правда, которую, как бы мне не хотелось, никак нельзя подать лучшим образом.

Всхлипы несколько утихли, и Сэм решил продолжить говорить, приняв это за положительный знак.

– Оценивая вашу реакцию, я полагаю, что вы многого не знаете обо всём том, что происходит. Но я постараюсь донести основную суть максимально просто… – он немного помедлил, а затем выдохнул. – Ваша предыдущая жизнь по тем или иным причинам завершилась. Поэтому ваш разум отсоединился от прежнего тела и перешёл в следующее – то, которое вы имеете сейчас. Оно может значительно отличаться от того к чему вы привыкли, но, тем не менее, оно полностью ваше.

Сэм достал из-за пазухи книгу, которую несколько раз перечитывал прежде, и пролистал несколько страниц. Глаза его быстро пробежали по уже знакомым строчкам, пока он не нашёл нужное слово.

– «Реинкарнация» – произнёс он по буквам, а затем повернулся головой к шкафу, будто бы стараясь поддерживать зрительный контакт с собеседницей, даже несмотря на преграду. – Это довольно распространенный термин. Возможно, он покажется вам знакомым. Его испокон веков используют по всей галактике, обычно в рамках религиозных текстов или учений. Впрочем… В последние несколько столетий этот термин получил… определенную популярность, более не имеющею ничего общего с верой.

Дверца немного приоткрылась, и Сэм увидел блестящий глаз Кэрри, внимательно наблюдавший за ним из темноты.

– Значит… я умерла? – почти шепотом произнесла она.

– Технически это так. Но на самом деле, смерть слишком простое и физическое понятие. Оно применимо к телу, в то время как разум же продолжает существовать дальше, – уточнил Сэм, с небольшой улыбкой. – Обычно, после перехода разум сохраняет прежние воспоминания некоторое время, после чего происходит естественный сброс, освобождающий пространство для новых событий и знаний. Но, при насильственном вмешательстве, сброс не происходит, что и произошло в вашем случае.

– Насильственном вмешательстве? – переспросила Кэрри, чуть выдвинувшись в сторону, из-за чего одно угловатое ушко высунулось на свет, замерев в дверном проеме.

– Да, это… Часть более серьезного разговора, который я планировал отложить на более поздний период нашего знакомства. Вкратце скажу лишь, что… Помимо естественного перехода, который происходит после смерти прежнего тела, есть также и насильственный или «искусственный» переход. Это означает, что кто-то намерено прервал вашу прежнюю жизнь, повлияв на систему, лежащую в основе процесса реинкарнации. Но… Это довольно обширная тема, для которой требуется предварительно рассказать вам ещё много дополнительных подробностей. Пока просто примите тот факт, что ваш разум был перенесён в это тело насильно, и именно поэтому ваша память сохранилась, а тело не является новорожденным.

– Но зачем кому-то специально убивать меня и перетаскивать сюда? – спросила Кэрри, высунув голову из шкафа и нахмурив брови. – Если только…

– Нет! – тут же возразил Сэм, подняв ладони на уровень груди. – Прежде, чем вы сделаете неверное умозаключение, спешу заметить, что я никоим образом не причастен к вашему переходу. То есть… К самому процессу, к произошедшему вмешательству и всему такому прочему. Единственное, что я сделал, так это доставил вас в безопасное место, чтобы дать вам всю необходимую информацию в максимально комфортной обстановке.

– Доставил? Откуда? Или ты… украл меня?

– Это, – Сэм вздохнул, отводя глаза в сторону, – неоднозначный вопрос. Остановимся на том, что ваше изначальное расположение было небезопасным, а вокруг всё кишело… злоумышленниками. Я был вынужден вмешаться, изъять вас из этого ужасного места и обеспечить вам спокойное пробуждение.

– Звучит не очень обнадеживающе. Откуда мне знать, что ты не один из злоумышленников, который просто похитил меня по той или иной причине?

– Что ж, у вас и впрямь нет ни одной причины доверять мне, но… Если вас это утешит, отмечу, что ни к чему вас не принуждаю, не наносил вам вреда и не ограничиваю вашу свободу перемещения. Хотя, учитывая текущую ситуацию, последний аспект несколько сомнителен, ведь вам всё равно некуда идти.

– Учитывая текущую ситуацию? Что это значит? – Кэрри недовольно фыркнула.

– Это значит, что мы берем в расчёт окружающие нас обстоятельства и… – Сэм поднял глаза и посмотрел в лицо своей собеседнице, мгновенно осознав, что она имела ввиду совершенно не это. – Ах… Ну, да… Конечно… Ситуация…! Мы сейчас находимся в открытом космосе, в моём личном корабле.

Кэрри открыла рот, но ни одно слово не срывалось с её языка. Вместо этого наружу вышло лишь несколько сдавленных звуков, похожих на детский лепет. Она пару раз неуверенно моргнула, отвела взгляд в сторону, а затем снова повернулась к Сэму.

– Ты сумасшедший, – наконец выдавила она, сглотнув.

– Разве что, самую малость, – усмехнулся Сэм, бодро пожав плечами.

Недолго думая, он поднялся на ноги и протянул руку своей спутнице, помогая ей встать. Кэрри с большим недоверием подала ему свою ладонь, и сильно удивилась, когда её собеседник оказался прохладным и непривычно твёрдым наощупь. Она не могла нащупать его пульс, или хотя бы почувствовать, как его мышцы сокращаются под давлением её пальцев.

Сэм, будто бы уловив ход её мыслей, наградил её очередной приветливой и дружелюбной улыбкой, словно стараясь таким образом поощрить её любопытство.

– Я – неорганическая форма жизни. Ну, то есть… Не совсем, – уточнил он, аккуратно сжав её руку в своей.

– Но тогда кто? – в замешательстве спросила Кэрри, изучая его руку и внимательно поворачивая её во все стороны.

– Тири. Так принято называть всех потомков «живых» планет, которые получились в результате смешивания первых с органическими формами жизни вроде людей.

– А «живые» планеты это…?

– Их называют Тэрэли. Это огромные живые организмы неорганического происхождения, которые в силу своих размеров и природы напоминают собой полноценные отдельные планеты, существующие в различных звездных системах. Тэрэли – безумно редкие создания и, зачастую, очень опасные. А вот их потомки, Тири, почти всегда наследуют размеры органического предка и, следовательно, получаются в разы меньше.

– То есть один из твоих родителей это – планета?

– Ну да. Но давайте обо всём по порядку, – сказал Сэм и медленно повёл Кэрри следом за собой.

Они прошли по небольшому коридору к панели управления кораблём и остановились перед большим иллюминатором, отделявшим их от холодной и обманчиво безжизненной темноты открытого космоса. Вдалеке светили и игриво мерцали звёзды. На первый взгляд все они были белыми, но при ближайшем рассмотрении у некоторых из них был красный, оранжевый, желтый или синий оттенок. Кэрри стояла неподвижно, наблюдая за открывшимся перед ней видом. Никогда в своей жизни, хоть, как оказывается уже прошедшей, она не могла бы даже подумать о том, что окажется среди звёзд. Незаметно для неё, треугольные ушки на её голове вытянулись вверх, слегка подрагивая от любопытства, перемешанного с восхищением и долей страха.

Всё то, что она знала, больше просто не имело смысла. И новый мир, который открылся перед ней, был ей совершенно не знаком. В нём было столько новых слов, терминов и правил, и голова шла кругом от одной мысли, что придётся их все запомнить. Придётся заново учиться жить, принимать решения и отвечать за свои поступки. А ей только начало казаться, что она уже со всем разобралась…

Глава 4

Сэм некоторое время сидел молча, будто бы собираясь с мыслями. Он смотрел на свою гостью внимательным и даже несколько восторженным взглядом, словно не мог поверить, что она реальна. Кэрри же, в свою очередь, неловко сидела в кресле, сжимая в руках кружку с неизвестным горячим напитком. Кружащаяся и слегка пенящаяся жидкость источала приятный терпкий аромат, переливаясь разными цветами. Создавалось впечатление, что в кружку налили нечто внешнее похожее на машинное масло или подкрашенный раствор для мыльных пузырей.

Корабль приглушенно гудел, на автопилоте проплывая через темноту. Кэрри не знала, что находится по ту сторону стекла. Вернее, с трудом понимала, насколько это далеко от её прежнего дома. Конечно, она видела другие планеты и звёзды, но прежде они представали перед ней только в виде красочных иллюстраций, большинство из которых и вовсе были просто фантазиями художников, имеющими мало общего с реальностью. Теперь же космос был всего в метре от неё, прямо за стеной. Он окружал её со всех сторон, ошеломляя своим безграничным величием и масштабностью. Там, за пределами корабля, таились сотни и тысячи миров, рас и событий, о которых Кэрри прежде не имела никакого представления. Но теперь была вынуждена узнать о них как можно больше, чтобы освоиться в незнакомом пространстве, наполненном опасностями, о которых ей только предстояло узнать.

Сэм осторожно прочистил горло и выпрямился, складывая руки на коленях.

– Итак, полагаю, в текущей ситуации мне следует начать с того, чтобы спросить, какими знаниями вы обладаете. Так я смогу понять, что вам уже известно, а что требует дополнительных разъяснений.

– На самом деле, я начинаю сомневаться, что хоть что-то знаю, – смущенно и по-прежнему несколько напряженно ответила Кэрри, кинув растерянный взгляд в сторону иллюминатора.

– Тем не менее, у вас есть грамотно выстроенная речь, представления о навигации в трехмерном пространстве, интуитивное понимание таких основных физических принципов как, например, гравитация, время и состояние вещества… – отметил Сэм, качая головой.

– Но это же базовые знания.

– Не совсем. Некоторые существа могут быть незнакомы со всеми подобными понятиями и особенностями. В конце конов, существуют же аморфные расы, двумерные и даже одномерные существа, а также и те, для кого время не является стабильным и линейным. Но, полагаю, к вам это не относится. И это радует. Видимо, ваша раса не так уж сильно отличалась по био-химическому строению от той, к которой вы принадлежите теперь.

– И всё же, это не значит, что я хоть что-то понимаю обо… всём этом, – возмутилась Кэрри, взмахнув рукой и обведя жестом корабль вместе со всем окружающим его космическим пространством.

– Стало быть, вы никогда не видели ничего за пределами своей родной планеты? – с серьезным выражением лица осведомился Сэм, почесав подбородок.

– Видела, но… не так. Конечно, я могла смотреть в небо на звёзды и луну, однако в моем мире не было никаких сверхпродвинутых космических кораблей, способных улететь за пределы солнечной системы.

– И, соответственно, никаких других рас, кроме вашей?

– Ну да, – пожала плечами Кэрри, прежде чем опустить взгляд и уставиться в свою кружку. Цветные пятна на поверхности напитка медленно вращались, образуя причудливые формы.

Кэрри нахмурилась, после чего наконец осмелилась поднести кружку к губам и сделать небольшой глоток. Теплая жидкость прокатилась небольшой волной по её горлу, оставив после себя лёгкое, вязкое послевкусие. На языке ощущалась сладость, иногда сменявшаяся на нечто чуть солоноватое.

– Не так уж и плохо, верно? – спросил Сэм, наблюдавший за тем, как его собеседница осторожно пробует новое лакомство.

Кэрри в ответ лишь многозначительно кивнула, не удостоив его более развернутым ответом.

– Что ж, возвращаясь к нашему разговору, – неловко решил продолжить её новый спутник, переминаясь в своём кресле. – Скорее всего, ваша прежняя раса ещё не успела перейти рубеж «первого контакта» по тем или иным причинам. Чаще всего, это связано с отдаленностью планеты от наиболее густонаселенных и изученных участков. В более редких случаях, конечно, «контакт» не производится из-за разного рода опасностей или, если планета включена в реестр экспериментальных.

– Экспериментальных?

– Да. Некоторые планеты используются для изучения социологических или эволюционных процессов. И, конечно же, для чистоты эксперимента, с обитателями таких миров строго запрещается контактировать любым способом.

– То есть группа учёных по сути ставит опыты на расе, которая об этом даже не подозревает? – спросила Кэрри ошеломленным тоном, резко выпрямившись и приоткрыв рот от удивления.

– Речь идёт не об экспериментах, а лишь о наблюдении. Светлые умы по всей Вселенной наблюдают за отдельными её участками и расами, чтобы получить наиболее точное представление об её устройстве и развитии. Расам, которые становятся объектами наблюдения, никто не вредит. Но и в их быт и проблемы никто не вмешивается, – уточнил Сэм. – Но… Это сейчас не важно. У нас с вами нет точных и полных данных о вашем прошлом месте обитания, так что давайте не делать поспешных выводов.

– Ладно, – несколько недовольно выдохнула Кэрри, стараясь изо всех сил осмыслить новую информацию.

Ей хотелось думать, что люди, там на Земле, не были каким-то экспериментом. В таком случае оставался шанс на то, что их однажды заметят другие цивилизации, которые позволят человечеству развиться и исследовать космос без ограничений. Но эта мысль была столь утопична, что никак не удерживалась в сознании, постоянно подвергаясь нападкам всевозможных сомнений. В конце концов, не было никакой гарантии, что те, кто найдёт "закупоренное" в пределах своей планеты человечество, будут намерены делиться знаниями. Впрочем, Кэрри всё равно хотелось верить в лучшее, даже если оно было маловероятным. Иначе, мысль о неизбежном уничтожении людей пришельцами, стремящимися захватить территорию и ценные ресурсы, непременно довела бы её до депрессии или экзистенциального кризиса.

В попытках отвлечься от навязчивых размышлений, Кэрри снова подняла голову и устремила на своего собеседника вопрошающий взгляд.

– Ты обещал объяснить мне, кто и зачем хотел меня убить, – выпалила она прежде, чем как следует всё обдумать. Сама идея, что кто-то намеренно прервал одну её жизнь и запустил другую, плохо приживалась в сознании, как и сам факт того, что она по сути мертва. Но это была одна из тех мыслей с которой необходимо было смириться, даже если Кэрри не могла должным образом осознать всё произошедшее.

– Да, – кивнул Сэм, но тут же отвёл глаза в сторону, неловко улыбаясь. – Но я также сказал, что перед этим мне нужно будет рассказать вам пару других, не менее важных моментов.

– Ну так рассказывай, – строго фыркнула его собеседница, откинувшись на спинку кресла.

– Это не так просто, как вам бы хотелось. Я не хочу вас слишком перегружать или шокировать. Тем более, что вы только что пережили переход между телами, а это довольно серьезное испытание для психики и целостности сознания. По-хорошему, вам нужно было бы немного отдохнуть, прежде чем мы перейдём к, по-настоящему, серьезным темам.

– Мне кажется, я уже отдохнула достаточно, – возмутилась Кэрри покачав головой. Несмотря на то, что она всё ещё чувствовала усталость, она отказывалась так просто сдаваться и возвращаться в кровать. Ей хотелось как можно скорее во всём разобраться, и неспешность её спутника лишь ещё больше действовала на и без того натянутые от напряжения нервы.

– Ладно, ладно, – Сэм поднял руки в защитном и одновременно успокаивающем жесте, улавливая недовольные нотки в голосе своей гостьи. – Полагаю, вы правы. Мне не стоит утаивать от вас какую-либо информацию, особенно учитывая вашу текущую ситуацию.

Сэм вздохнул, набрав в грудь побольше воздуха. Кэрри молча наблюдала за ним, попутно прокручивая в голове множество вопросов. Она была не уверена нужен ли вообще ему воздух. Или ей самой… Так странно было ничего не знать о своем теле и его особенностях. Все прежние примитивные знания о человеческом организме, сохранившиеся в её голове, теперь не имели никакого смысла. Она больше не знала, чем может дышать, что может пить или есть. Не знала даже, как именно может двигаться, и потому была благодарна, что пока судьба не закидывала её в сложные ситуации, требующие быстрой реакции и смекалки.

– Первое, что вам стоит знать, – начал наконец говорить Сэм, после некоторого промедления, – значительной частью Вселенной руководит «Сумрак». Это организация, которая крайне быстро обрела большую популярность, связи и ресурсы, подмяв под себя практически всё, что только можно. Сперва они занимались только логистикой и исследованиями отдалённых территорий, но… Теперь всё вокруг так или иначе принадлежит им, даже если на первый взгляд так может и не показаться.

– Но, если в начале они были просто небольшой компанией, то как им удалось так расширить своё влияние? – удивленно спросила Кэрри, наклонившись вперёд и сосредоточившись.

– О, что ж… По этому поводу есть много легенд и историй. Все они не без примеси фантастики и вымысла, но есть пара моментов, которые с каждым днём всё больше подтверждаются фактами, – кисло усмехнулся Сэм. – Лидер «Сумрака», Фаэр Вэйд, долгое время сам скитался по просторам Вселенной. Говорят, он искал нечто особенное, впрочем что конкретно – никто не знает. Да и это не так важно, ведь то, что он нашёл, в итоге изменило всё.

Кэрри чуть повернула голову набок, а её треугольные уши встрепенулись в ожидании. Кружка с теперь уже остывшим напитком, оказалась крепко стиснута её руками, хоть сама Кэрри и не обращала на неё никакого внимания. Сэм несколько нахмурил брови и всплеснул руками, придавая своим словам немного драматизма:

– В одном из своих приключений он наткнулся на Ядро. Невероятную и необъяснимую планету, которая по сути своей есть отражение внутреннего устройства самой Вселенной. В Ядре хранится информация о жизни каждого существа, о последовательности его реинкарнаций и даже о том, как именно они произойдут.

– Но это же… Бесконечность данных.

– Именно. И хотя снаружи Ядро похоже на пустую безжизненную планету средних размеров, но внутри оно безгранично. Можно идти по коридорам целую вечность, и так никогда и не достигнуть конца.

– Звучит как какое-то безумие, – возразила Кэрри еле слышным шепотом.

– Тем не менее, это абсолютная правда. Впрочем, никто до конца не может ответить на все вопросы о Ядре и его истинной природе. За то относительно небольшое количество времени, что его исследовали, удалось установить не так уж много информации. Некоторые считают, что оно сформировалось постепенно, вместе со Вселенной, вследствие некоего взрыва, который и раскидал повсюду материю, пыль и всё такое прочее… А так как Вселенная бесконечно расширяется, то и Ядро неостановимо увеличивается, попутно сдвигаясь в сторону края, и при этом никогда не достигая его.

– Это… И впрямь невероятное открытие. Найти планету, которая по сути представляет собой мозг самой Вселенной и демонстрирует всё её сложное устройство…

– Да, вот только, – Сэм поджал губы и несколько сдвинул брови вниз, – боюсь, что это открытие попало не в те руки.

– Что? – Кэрри отставила кружку в сторону, чуть не разлив её содержимое, когда не сдержавшись всплеснула руками.

– Исследования Ядра дали Фаэру власть над жизнями существ по всей Вселенной. Даже то немного, что ему известно сейчас, позволило найти подход к управлению отдельными системами внутри Ядра. И он не преминул воспользоваться этим, продавая бессмертие любому, кто готов заплатить достаточно большую сумму.

– Бессмертие?

– Разное, в зависимости от того, кто и что предпочитает, – уточнил Сэм, пожав плечами. – Фаэр может прервать процесс реинкарнаций, тем самым заперев кого-то навсегда в его теле и остановив процесс старения. А может и перенести в другое тело насильственным образом, сохранив все воспоминания о прежней жизни, чтобы потом дать бессмертие уже новому и молодому телу. Конечно же многие по всей Вселенной пришли в восторг от этой идеи. Они отдавали ему все свои деньги, ресурсы и секреты, лишь бы не оставаться заложниками системы и не терять то, что успели получить за одну жизнь.

Кэрри на миг закрыла глаза и заслонила лицо руками, отгораживаясь от внешнего мира. Она понимала, что сама согласилась узнать всю правду, но теперь до неё доходило осознание, что информации и впрямь было очень много. Законы жизни во Вселенной, которая окружала её сейчас, очень отличались от законов жизни на её прежней планете, которой просто повезло существовать где-то на задворках, вдали от чужих глаз. И пока она там проживала одну короткую человеческую жизнь, в космосе разворачивалось неостановимое безумие, стремящееся нарушить установленные природой порядки.

Сэм медленно вздохнул и осторожно протянул руку вперёд, чтобы похлопать свою гостью по плечу или же как-то успокоить. Но прежде, чем он смог её коснуться, она снова подняла голову и уставилась на него напряженным взглядом.

– И как это всё связано со мной? – спросила Кэрри дрожащим голосом. – То есть… Если все насильственные переходы были проделаны только за деньги или из жажды власти, то почему я оказалась в новом теле? Я ведь никак не была связана со всем этим.

– А вот здесь вы не правы. И это одна из самых важных вещей, о которых я должен вам рассказать, – протянул Сэм с непривычной для него серьезностью. – Когда Фаэр только начал все свои манипуляции над чужими жизнями, то никто не подозревал к чему это приведёт. Но чем больше проходило времени, тем понятнее становилось, что вмешательство в работу Ядра сказывается на Фаэре и тех, кому он предоставлял свои услуги. Однако ещё сильнее это сказывалось на стремительно растущем дисбалансе во Вселенной. Существа в нужный момент не умирали, не продолжали свое движение по цепочке реинкарнации, а продолжали жить в одном своём теле многие десятки, а то и сотни лет. Одним только своим существованием они меняли проложенную Вселенной дорогу, построенный план, в котором всё прежде было продумано до мелочей.

– Сотни лет? Мне казалось, ты говорил, что все эти события произошли относительно недавно.

– Да, но… Боюсь, у нас с вами разные представления о том, что значит «недавно». Такие как я могут жить тысячи лет, в зависимости от особенностей своих предков. Да и теперь, когда множество существ по всей Вселенной получило возможность жить вечно… Прежние временные рамки несколько стерлись, – объяснил он, а потом покачал головой. – Но я, вообще, говорил не об этом. А о том, что из-за продолжающегося вмешательства Вселенная потеряла свою прежнюю целостность и структурированность. В ней всё больше преобладает хаос. И те, кто не может позволить себе бессмертие, вынуждены страдать под гнётом тех, кто вовремя им обзавёлся.

– И всё же я не понимаю… – начала было говорить Кэрри, но Сэм поднял вверх ладонь, жестом попросив её не перебивать.

– Это напрямую связано с вами. Потому что вы – это ответ Вселенной на весь тот хаос, что медленно разрушает её изнутри, – продолжил говорить он, в то время как его голос стал ещё более ровным и строгим, будто бы с каждой секундой лишаясь прежнего легкомысленного веселья. – В какой-то момент, когда урон нанесённый Вселенной стал очевиден… Возникла легенда. Она гласит, что некто из расы Нэок, чьё рождение будет связано с ошибкой в системах Ядра, сможет избавить весь мир от возникшего в нём хаоса и положить конец насильственному бессмертию, что было вырвано из рук Вселенной против её воли. Ваше новое тело принадлежит этой расе. И ваше перерождение произошло без вашего ведома или влияния. А значит, вы именно тот, о ком говорится в легенде.

Кэрри несколько раз моргнула и тут же поднялась со своего места, вскидывая руки вверх и отрицательно качая головой.

– Нет. Просо нет, – воспротивилась она, медленно отступая в сторону от своего собеседника, чье выражение лица мгновенно вернулось к прежнему дружелюбному и осторожному выражению. – Это не может быть про меня. И ко мне это не имеет никакого отношения. Я не собираюсь быть какой-то «Избранной» и спасть мир.

– Не уверен, что вы можете выбирать, – несколько печально пожал плечами Сэм, поднимаясь из своего кресла и продвигаясь следом за своей гостьей.

– Ты просто псих, ясно? Я даже саму себя спасти не в силах. А ты хочешь, чтобы я отправилась вершить судьбу всего живого. Да я даже не знаю, что происходит!

– Прошу, успокойтесь.

– Хватит меня успокаивать! – внезапно даже для самой себя вскрикнула Кэрри, прижав уши к голове и неосознанно начав нервно вилять хвостом из стороны в сторону. – Я совершенно спокойна. Но это не значит, что я стану тебя слушать, верить твоим рассказам и идти сломя голову спасать мир.

Сэм устало вздохнул, промокнув пальцами основание носа. Он сложил руки в чем-то напоминавшем молитвенный жест и посмотрел на Кэрри, словно стараясь донести ей свою точку зрения одним только жалобным взглядом.

– Вы не можете этого НЕ делать. Вы не можете просто взять и НЕ спасать мир, – выдохнул он, максимально медленно выговаривая каждое слово.

– Почему нет? Я имею полное право выбирать и самостоятельно принимать решения!

– Не в этой ситуации. Легенда о вашем появлении и влиянии зафиксирована в сакральных текстах. Их писали величайшие оракулы Вселенной, которым она лично их диктовала.

–Что? – внезапно спросила Кэрри, помотав головой. В какой-то момент она поняла, что её собеседник как будто бы говорит с ней на разных языках и их мысли совершенно не перекликаются друг с другом.

Сэм недолго пошарил в карманах, а затем протянул своей спутнице потрепанную книгу, пестрящую большим количеством украшений и всевозможных исправлений.

– Вот, – кивнул он в сторону ветхого тома. – Это называется «Звезда Серриллиума» или «Книга, меняющая Всё». В ней записаны легенды и предсказания, играющие самое ключевое значение во Вселенной. Некоторые даже считают эти книги артефактами, строят вокруг них свои вероисповедания и религии.

Кэрри открыла книгу и начала с особой осторожностью перелистывать страницы, в то время как на её лице сохранялось выражение непонимания. Текст на страницах был похож на череду невнятных символов, написанных разными почерками, от аккуратных петелек до резких колючих заборчиков.

– Такие книги, – продолжил Сэм, – есть ни что иное, как история Вселенной из первых уст. Ведь считается, что оракулы, писавшие их, слышат голос самой Вселенной и просто записывают всё, что она говорит им. Каждое записанное слово так или иначе буквально въедается в историю, становясь неотъемлемой её частью.

– Буквально?

– То что написано на этих страницах либо уже произошло, либо обязательно должно произойти. Я бы даже сказал, оно не может НЕ произойти. Всё во Вселенной будет двигаться к тому, чтобы это случилось, как бы вы не противились и не пытались избежать судьбы. В конце концов… Вы часть Вселенной, а значит она всегда знает где вас найти и как направить туда, где вам нужно оказаться.

– И эти тексты никак нельзя изменить? – спросила Кэрри, как только в голову ей пришла безумная, но на тот момент казавшаяся вполне осуществимой, идея.

– Эм… – Сэм замер, озадаченный данным вопросом. Он неловко почесал затылок, переводя взгляд из стороны в сторону, а затем пожал плечами. – Я не знаю.

– То есть, как это ты не знаешь?

– Ну… Видите ли… Все важные события подобного значения так или иначе очень редки, так что даже я не могу быть свидетелем их всех. И поэтому, я не знаю пытался ли кто-либо когда-либо изменить уже написанный текст «Звезды Серриллиума», чтобы избежать своей судьбы.

– Но в теории это возможно?

– Полагаю, что логике это не противоречит, – скрипя зубами протянул Сэм, приложив руку ко лбу. – Для этого пришлось бы отправиться туда, где все эти легенды фиксируются, найти в архивах самый первый оттиск нужного текста и… попросить одного из оракулов его переписать. Вот только я не уверен, что они согласятся на это.

– Но шанс есть, – утвердительно кивнула Кэрри, которую обдало волной спокойствия и уверенности.

– Вы… Действительно хотите рискнуть и попробовать изменить легенду, лишь бы не принимать в ней участие? – обессилено спросил Сэм, явно расстроенный подобным раскладом, но всё ещё не отказывающийся помогать своей спутнице.

Она ещё раз кивнула и махнула рукой в свой сторону:

– Просто посмотри на меня. Я ведь совершенно не подхожу на роль героя. У меня нет никаких навыков или полезных воспоминаний из прошлой жизни. Я не какой-то гений или прирожденный воин, который мог бы спасти мир одним мановением руки. Так вот… Пусть этим займётся кто-то другой. Кто-то… По-настоящему достойный.

– Ну что ж, – Сэм помедлил, задумчиво упершись взглядом в одну точку, а затем неожиданно встрепенулся и расплылся в очередной мягкой и энергичной улыбке, – если это то, чего вы хотите, то так тому и быть. Хотя, должен признать, прирожденный воин нам бы всё равно не помешал…

– Что? Зачем?

– Ох, ну… – он неуверенно прикусил губу, а затем в очередной раз пожал плечами, легко усмехнувшись. – Лишняя пара рук, хорошо владеющих оружием, никогда не будет "лишней". И я как раз знаю, где такую найти.

Кэрри лишь вскинула бровь, изучая взглядом своего собеседника, который в её глазах с каждой секундой становился всё более странным и непонятным. Он говорил и делал вещи никак между собой не связанные, будто бы всё время что-то скрывая от неё под маской этой приветливой и располагающей к себе улыбки. В любой другой ситуации, Кэрри бы попыталась остерегаться такого человека, может даже обходить его стороной. Но сейчас… Сейчас ей было некуда идти. И оставалось только надеяться, что он на самом деле не замышлял ничего плохого против неё. Однако, чем больше времени она проводила в его компании, тем больше сомневалась в том, насколько истинны его благие намерения.

Глава 5

Сэм навис над панелью управления кораблём, что-то мурлыча себе под нос. Небрежным взмахом руки он переключал рычажки и нажимал кнопки, смысл которых Кэрри не знала, и даже не могла вообразить. Пару секунд она пыталась внимательно наблюдать за его действиями, уловить какую-то закономерность, но всё равно ничего не смогла понять. Она наивно полагала, что управлять подобным транспортом будет не сложнее, чем мотоциклом или автомобилем, однако количество всевозможных элементов на панели довольно быстро развеяло это предположение. Выдохнув, и признав свою неспособность справиться с космическим кораблём, Кэрри отошла в сторону, принявшись разглядывать окружавший её декор.

До этого она лишь вскользь обращала внимание на пёстрые коврики, одеяла, свечи и благовония, хаотично расставленные и раскиданные по полкам. Теперь же у неё была возможность разглядеть каждый предмет с особым вниманием, чтобы получше узнать своего спутника. Сладковатые запахи и чудаковатое оформление комнат невольно напоминали ей антураж восточного рынка, который её приходилось видеть в прошлой жизни. Вот только этот образ совсем не вязался с космосом и кораблём, будто бы сошедшим с обложки фантастической книги. Если бы кто-то спросил её, то она бы сказала, что пушистые ковры и дымящиеся палочки никак не вяжутся с межзвёздными путешествиями.

– Милая вещица, не правда ли? – спросил Сэм, застав свою гостью за разглядыванием одной из фигурных свечей, края которой успели несколько оплавиться со временем.

Кэрри вздрогнула и тут же обернулась, наградив его напряженным взглядом. Он перемещался так тихо, что даже напрягая свои треугольные ушки, она не могла уловить ни единого звука.

– Не делай так больше! – возмутилась она, выпустив носом воздух.

– Прошу прощения, – усмехнулся Сэм, мгновенно догадавшись, что вызвало такую бурную реакцию. – Я привык путешествовать в одиночестве, так что успел позабыть о такой мелочи, как второстепенные звуки. В следующий раз обязуюсь шуршать.

Кэрри вскинула бровь в недоумении, но предпочла не задавать вопросов. Интуиция подсказывала ей, что каким бы ни был ответ, он вызовет у неё лишь ещё большее непонимание. И это, к слову, происходило в последнее время с завидным постоянством. Настолько, что в голове невольно возникало ощущение растерянности и беспомощности. Мир вокруг неё работал по каким-то неизвестным её правилам, и как бы она не пыталась, ей ни за что не удалось бы изучить и запомнить их все в кратчайшие сроки.

Решив осторожно сменить тему на что-нибудь более простое и доступное для понимания, Кэрри вздохнула:

– Ты говорил, что мы отправимся на поиски какого-то… воина, так? – осторожно спросила она, поставив на место свечу, которую всё это время неловко сжимала в руках.

– Да, и прямо сейчас мы движемся к нему. Вернее, к той планете, где он находится, – воодушевлённо кивнул Сэм, махнув рукой в сторону главного иллюминатора.

Кэрри бросила взгляд в ту сторону, однако не увидела за стеклом ничего, кроме чёрной как смоль пустоты, откуда, казалось, кто-то похитил все звёзды, оставив пространство без малейшего намёка на свет.

– Не похоже, чтобы мы двигались… -наконец отметила она, поджав губы.

– О, ну… Смотря с какой точки зрения посмотреть, – пожал плечами её собеседник, расплывшись в довольной добродушной улыбке, будто бы никогда не покидавшей его лица. – Формально мы с вами не движемся, зато время и пространство вокруг нас перемещается, проталкивая нас в нужном направлении.

– Что? – Кэрри непонимающе склонила голову.

– Представьте, что стоите на конвейерной ленте и можете контролировать её направление и скорость. Она доставит вас в нужное место, однако вам не придётся даже отрывать ног от земли.

– Допустим. Но почему за стеклом ничего нет?

– Потому что мы движемся на скорости, которая превышает скорость света. А значит, излучение звёзд не успевает добраться до корабля, пройти сквозь пузырь искривлённого пространства-времени, пробиться сквозь стекло и попасть вам в глаз.

Кэрри помолчала пару секунд, а затем нахмурилась:

– И все, кто путешествует по космосу понимают как это работает?

– Ну, разумеется, нет. В большинстве случаев, никто не вдается в подробности, а просто принимает подобные явления как данность. В конце концов, чтобы управлять кораблём, вам вовсе не обязательно знать обо всём, что находится у него под обшивкой, как и о принципах того, как оно там функционирует.

Кэрри многозначительно кивнула, в то время как её разум старался обработать услышанное. Конечно, с этим глупо было спорить. Даже в своей прошлой, человеческой жизни, эти слова не переставали быть правдой. Кэрри могла не знать, как работает двигатель внутреннего сгорания, но всё равно умела водить машину или мотоцикл. Также как она никогда не задумывалась об устройстве бытовой техники, вроде холодильника, но всё равно пользовалась ею, не задавая вопросов. Достаточно было просто знать, что именно и в какой момент обычно происходит с тем или иным прибором, и какие кнопки нажать, чтобы добиться желаемого результата. Учитывая такое человеческое безразличие, кто-то мог бы заменить всю науку внутри на магию, и никто бы не заметил разницы. Впрочем… Что есть магия, как не наука, смиренно ожидающая пока кто-то найдёт способ её разгадать.

Корабль еле заметно тряхнуло и за стеклом снова возникли множественные белые точки. Теперь они были разбросаны уже в совершенно другом порядке, а посреди них расположилось яркое тёмно-синее пятно, испещрённое оранжевыми и желтыми линиями. Кэрри чуть прищурилась, разглядывая его, пока оно неторопливо приближалось. Планета. Но не одна из тех, которые были похожи на залитые водой или покрытые обильной растительностью. Вместо красочных садов и водоёмов виднелись лишь ослепительно яркие огни, образовывающие узоры, больше походившие на трещины. Нечто отдалённо похожее можно было увидеть разве что пролетая на самолёте над ночным городом.

– Что ж, это очень в его вкусе, – протянул Сэм, присвистнув, прежде чем вернуться к приборной панели.

Кэрри несколько раз прокрутила в голове его фразу, прежде чем в очередной раз прийти в замешательство.

– Что ты имеешь в виду? – наконец спросила она, встав с боку от своего спутника и наблюдая за открывающимся за окном видом.

– Город, естественно. Целая планета – один большой мегаполис с тысячами стеклянных высоток, магазинов, баров… Мой приятель, к которому мы как раз и собираемся наведаться, всегда был большим поклонником таких мест. Особенно в последние несколько лет. Полагаю, он ощущает некоторое единение со всей этой искусственной средой.

– Нет, я имею ввиду… Мне показалось, будто бы ты удивился. Словно ты не знал как выглядит то место куда мы летим.

– Хм? – Сэм на мгновение отвлёкся от панели управления и спокойно пожал плечами. – Что ж, да, никто не может знать все планеты во Вселенной.

– Но… разве ты не должен знать, куда отправляешься?

– Я отправляюсь к своему другу, – с непоколебимым спокойствием продолжил Сэм. – И мне вовсе не обязательно знать на какой планете он находится в этот момент.

– Нет, это… Это обязательно. Если ты хочешь встретиться с кем-то, то ты должен знать, где он находится. Как иначе ты планируешь его найти? – продолжала настаивать Кэрри с нарастающим негодованием. Ей начинало казаться, что она говорит либо с ребёнком, либо просто с умалишённым, и ни один из этих вариантов ей не нравился.

– Мне не нужно его искать. Вселенная и так знает где он.

– Не уверена, что понимаю.

Корабль принялся плавно производить посадку, в то время как Сэм поднялся со своего места и взглянул на свою гостью с привычной мягкой улыбкой, уже успевшей изрядно ей надоесть:

– Вселенная знает, где он находится и она приведёт нас прямо к нему. По крайней мере, я так думаю.

– Ты так думаешь? То есть, ты не знаешь?

– Чаще всего я хорошо понимаю, чего хочет Вселенная. Но иногда наши с ней представления о моём пути расходятся. Так что самым правильным решением будет полагать, что мой друг на этой планете. Хотя так же есть вероятность, что здесь есть что-то другое, что нам так или иначе понадобится.

– То есть ты прилетел на какую-то непонятную планету без каких-либо оснований и думаешь, что встретишь здесь своего приятеля только потому, что ты так сказал? – выпалила Кэрри, окончательно впав в ступор.

– Нет, – покачал головой Сэм. – Я позволил Вселенной направить меня, и она привела меня к этой планете. А это значит, что именно здесь я и должен быть. Ну и, поскольку я задался целью найти своего приятеля, то, вероятно, поэтому я здесь и оказался.

Кэрри стиснула зубы, губы её вытянулись в прямую линию, а брови накренились, отчего на лбу возникло несколько глубоких морщинок.

– Я зарекаюсь когда-либо что-либо ещё у тебя спрашивать, – выдавила она, направив в его сторону указательный палец в обвиняющем жесте.

Сэм лишь усмехнулся, покачав головой:

– Мой друг тоже так говорил. Уверен, вы с ним отлично поладите, – заключил он, прежде чем направиться вглубь корабля. Кэрри проводила его хмурым и даже несколько злым взглядом, после чего сделала большой вдох, стараясь успокоиться. В подобные моменты ничего ей не хотелось так сильно, как вернуться назад в свою прежнюю простую и понятную жизнь, где сомнительные личности на постоянной основе не вынуждали её балансировать между желанием их внимательно слушать и хладнокровно придушить.

Сэм отодвинул дверцу шкафа и заглянул внутрь с задумчивым видом. Пару минут он передвигал вещи с места на место, что-то бормоча себе под нос, прежде чем наконец достать наружу массивную тёмную коробку, предварительно сдув с неё пыль. Развернувшись, Сэм водрузил коробку на кровать, попутно закрыв шкаф ногой, не обращая никакого внимания на образовавшийся внутри бардак. Под крышкой лежало несколько предметов одежды, таких же тёмных как и сама коробка, но отличавшихся от неё чистотой, разными мелкими деталями и небольшим размером, явно не подходящим самому Сэму по пропорциям.

– Раз уж мы собираемся прогуляться по городу, то вы, должно быть, захотите принарядиться, – несколько игриво протянул он, подтолкнув коробку в сторону своей гостьи. – Я припас кое-что как раз на такой случай.

Кэрри с некоторой осторожностью приблизилась к ней и заглянула внутрь, вынув лежавшую сверху графитовую кофту с капюшоном. Рукава у неё были короткими, а основная часть будто бы сшита из нескольких слоёв, из-за чего складывалось ощущение, что это не одна цельная вещь, а сразу две или три. Под кофтой в коробке оказались такие же тёмные штаны с простым кожаным ремнём. Кэрри задумчиво осмотрела обновки, а затем перевела взгляд обратно на Сэма. В голове у неё крутилось сразу несколько вопросов, в том числе и мысль о том, как он мог подобрать нужный размер, если купил вещи задолго до того, как встретил её, но она решила не проговаривать их вслух. В лучшем случае она бы получила очередной расплывчатый ответ, не имеющий никакого смысла, а в худшем – объяснение с такими детальными подробностями, что голова бы невольно пошла кругом.

Уловив на себе взгляд Кэрри, Сэм приподнял руки на уровень груди и двинулся в сторону.

– Да, да, не буду вас смущать. Позовёте, если понадобится помощь, – быстро произнёс он и скрылся из виду, прежде, чем Кэрри могла хоть что-то ответить.

Неловко и неуверенно она принялась переодеваться, периодически оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что за ней никто не подглядывает. Управляться с новым и всё еще непривычным телом оказалось не так-то просто. Особенно учитывая, что у него были части не имевшие ничего общего с человеческими. Хвост постоянно мешался и норовил застрять среди слоёв ткани, а уши путались или просто отказывались сгибаться, не позволяя просунуть голову в нужный вырез.

Пару минут Кэрри возилась с одеждой, время от времени недовольно пыхтя, прежде чем ей наконец удалось со всем разобраться. Закончив с переодеванием, она выпрямилась и несколько раз повернулась, осматривая себя со всех сторон. Кофта и штаны сидели на ней идеально, словно их шили специально для неё. Единственное, что случайно привлекло внимание Кэрри, это несколько выступающих ниток в районе груди, где будто бы что-то оторвали. Подобный огрех также присутствовал и на рукаве, неоднозначно намекая на то, что какой-то элемент декора был намеренно, и не слишком аккуратно, убран с её вещей.

Кэрри провела по ниткам рукой, приглаживая их, чтобы они не бросались в глаза. Она была не уверена, стоит ли ей спрашивать Сэма об этом, ведь он явно не рассказывал ей всего, временами нарочито водя её за нос. Или… По крайней мере, ей так казалось. Может быть у него просто был своеобразный характер, но интуиция подсказывала, что есть много такого о чём он ей недоговаривает, и как бы она не ставила вопрос, она не получит на него однозначного ответа.

Решив оставить эту загадку на потом, Кэрри прошлась обратно к панели управления. За стеклом уже не было прежнего холодного космоса. Вместо него были яркие неоновые вывески, высокие стеклянные здания и толпы народу. Небоскрёбы устремлялись так высоко, что Кэрри не могла разглядеть их крыш, а прохожие больше напоминали героев фантастических фильмов или игр. Все он отличались друг от друга. Некоторые походили на людей, другие же были больше похожи на чей-то ночной кошмар или полёт фантазии. Существа со щупальцами, длинными антеннами, множеством глаз или и вовсе без каких-либо намёков на лицо, спокойно бродили по улицам города, общались и занимались своими делами.

– В космопорте всегда очень людно, – отозвался Сэм откуда-то из-за спины. Кэрри невольно обернулась, столкнувшись с ним взглядом. – Вам может стать некомфортно из-за такого большого количества необычных незнакомцев, но не волнуйтесь, я не отойду от вас ни на шаг. Да и потом, вам не стоит их бояться. Большинство из них простые горожане, путешественники или торговцы, ведущие вполне мирную жизнь.

– А остальные? – скептически осведомилась она.

– А остальным нет до вас никакого дела, до тех пор пока они не знают кто вы, – спокойно произнёс Сэм, протянув руку к своей собеседнице и накинув капюшон ей на голову, из-за чего её уши мгновенно прижались к волосам, став почти незаметными под толстой тканью.

Кэрри сделала небольшой шаг назад, отстраняясь от него, и поправляя края капюшона, чтобы они не перекрывали ей обзор:

– Значит мне что-то угрожает, но ты старательно делаешь всё, чтобы об этом не говорить.

– Что ж, в космосе угрозы подстерегают на каждом шагу. Если я буду перечислять вам их все, то мы не уйдём отсюда даже через десяток лет, – пожал плечами Сэм. – Но я не хочу пугать вас понапрасну. В этом нет необходимости.

– И всё же капюшон ты мне явно не для красоты надел.

– Ах, это… Ну да. Как я и говорил, вы – герой одной из легенд, которые известны множеству людей по всей Вселенной. Некоторые из них ждут вашего прихода, в то время как другие боятся, что вы уничтожите всё то, чего они смогли добиться. И, думаю, вы понимаете, что лучше бы нам не сталкиваться ни с теми ни с другими. Особенно потому, что вы решили, что не хотите следовать своему предназначению.

– Справедливо, – наконец кивнула Кэрри, в то время как её хвост оплёлся вокруг ноги, скрываясь под широкими штанинами.

– Рад, что мы друг друга поняли, – Сэм также кивнул в ответ и аккуратно взял свою спутницу за руку, ведя её к выходу из корабля.

Улицы города впечатляли своим масштабом. Блеск от вывесок и рекламных баннеров отражался в стеклянных стенах зданий, отбрасывая во все стороны некое подобие солнечных зайчиков. Вдоль тротуара тянулись узкие каменные клумбы, из которых торчали тонкие деревья с идеально подстриженными кронами. Краем глаза Кэрри уловила движение в тёмных переулках между небоскрёбами. Туда почти никто не сворачивал, а густые тени от высоченных зданий скрывали всё то, что там находилось, предоставляя возможность воображению самостоятельно дорисовать самые пугающие образы.

Сэм тянул Кэрри за собой сквозь толпу, иногда останавливаясь на перекрёстках и бросая в стороны серьезный и даже задумчивый взгляд. Создавалось впечатление, будто бы он одновременно знает куда идти, и при этом не имеет ни малейшего понятия, что делает. С тем же успехом он мог подбрасывать монету на каждом повороте и позволять ей вести его по запутанным улочкам.

Кэрри не могла определиться, на что ей обращать внимание. Всё вокруг было настолько новым и неизвестным, что она с трудом успевала бросать взгляды на других прохожих. Один из них случайно столкнулся с ней, и из его головы, представлявшей собой открытый круглый аквариум выплеснулось немного светящейся жидкости.

– Смотри под ноги, – пробурчал незнакомец низким голосом, отталкивая Кэрри со своего пути и продолжая двигаться по прямой, словно был единственным прохожим на улице.

Сэм остановился, подхватив свою спутницу за локоть, чтобы та не упала. Глаза его устремились вниз, на холодный каменный тротуар, состоящий по большей части из однотипных шероховатых плит.

– Идиот, – шепотом произнесла Кэрри, стряхивая с кофты несколько капель, которые умудрились на неё попасть.

– Не принимайте близко к сердцу. Едва ли он хотел вас обидеть, – ответил Сэм, не отрывая глаз от земли.

На дороге слабо мелькала реклама какого-то заведения, транслируемая прожектором со стены соседнего здания, вероятно с расчётом на то, что даже не смотрящий по сторонам прохожий так или иначе обратит на неё внимание. Цветное пятно с непонятными надписями мигало, время от времени сменяя цвет с одного на другой. Кэрри бросила вниз быстрый взгляд, после чего легонько толкнула Сэма, который всё это время таращился себе под ноги, расплывшись в улыбке.

– Так куда мы идём? – спросила она с хмурым выражением лица.

– Хм? – Сэм выпрямился и тут же отвернулся от неё, устремив свой взгляд на прожектор и расположившиеся под ним двери чего-то похожего на бар. Судя по цветам и надписям, именно он и упоминался в объявлении прямо перед входом. – О! Никуда. Мы уже пришли.

Сэм направился к дверям и не задумываясь потянул Кэрри за собой, не давая ей времени на то, чтобы как следует осознать его ответ и возмутиться. Она начинала подозревать, что все решения в своей жизни он принимал подобным хаотичным образом. И теперь, раз они путешествуют вместе, ей стоит смириться, что в большинстве случае понимать Сэма может только он сам.

Глава 6

В зале было удивительно темно. Настолько, что Кэрри не могла точно определить размеры помещения. Даже прищурив глаза, она была способна разглядеть лишь небольшое пространство у себя под ногами, еле заметные очертания её спутника и слабо различимые силуэты чего-то ещё, расположившегося поодаль. Были ли это столы и стулья, или фигуры других существ, заглянувших в это сомнительное заведение, сложно сказать наверняка. Громкая, хоть и довольно ненавязчивая музыка, доносилась со всех сторон одновременно, создавая непроницаемый звуковой барьер, через который не могли пробиться даже отголоски чужих разговоров. Вместо них слышно было лишь гул и шуршание, верный признак того, что кто-то о чем-то беседовал, но вот о чем именно, оставалось только гадать. Кэрри нахмурилась, в то время, как её взгляд изредка улавливал блики красного света, будто бы существовавшего скорее как декор, чем как нечто реально функциональное. Он ничего толком не освещал, не разгонял тьму, а лишь придавал ей атмосферу хаоса с тонкой ноткой игривости. Нечто подобное Кэрри раньше встречала разве что в ночных клубах, но даже там было куда больше света и определенности, чем во всем этом заведении.

– Забавное местечко, не правда ли? – отозвался Сэм, наклонившись к самому уху Кэрри.

– Не уверена, что описала бы его, как «забавное». Где мы вообще?

– Не уверен, знакомы ли вы с этим понятием, но прямо сейчас мы в баре. Так принято называть определённый вид заведений, специализирующихся на подаче напитков. В частности таких, которые вызывают ощущение расслабленности, замедляют реакцию и влияют на сознание, вызывая чувство раскрепощенности и отрешенности от реальных проблем.

– Я знаю что такое бар, – вздохнула Кэрри, закатив глаза, хоть её собеседник и не мог в полной мере оценить её реакцию. – Чего я НЕ знаю, так это почему здесь так темно.

– О, значительно сниженная освещенность – это довольно популярная тенденция для таких мест. В некотором роде даже отличительная черта. Из-за неё подобные бары даже начали называть «пустыми», что в свою очередь отсылает на ощущение уединенности и какой-никакой конфиденциальности.

– То есть здесь специально почти нет света, чтобы никто друг друга не видел? – уточнила Кэрри, задумчиво выпустив носом воздух.

– Да, именно так. Очень удобно, если вы не хотите, чтобы вас кто-то беспокоил, если вы испытываете напряжение в толпе, или просто не хотите демонстрировать окружающим свой внешний вид. Единственные, кто может полноценно вас видеть – бармены и обслуживающий персонал. Но они – все и всегда роботы, так что им нет никакого дела до того, являетесь вы существом с крайне нестандартной внешностью, или просто пришли сюда, чтобы отдохнуть в одиночестве.

Кэрри многозначительно приподняла бровь, вглядываясь в темноту. Она видела какое-то движение, фигуры которые то и дело перемещались с места на место. Но никого из них невозможно было детально разглядеть. С тем же успехом она могла бы пытаться разглядеть крохотную рыбёшку среди множества беспокойных волн, обрушивающихся на берег.

– Но если мы никого не видим, то как ты… – начала было говорить она, как вдруг Сэм остановился, из-за чего Кэрри чуть было не упала, запнувшись об собственные ноги.

Она видела как её спутник вытянул вперёд руку, дотрагиваясь до массивного силуэта прямо перед ними, от которого еле заметно отражался яркий красный свет. Пальцы Сэма столкнулись с чем-то твёрдым и он расплылся в улыбке, явно довольный результатом своих действий, смысл которых Кэрри никак не могла уловить.

– Убери руку. Иначе останешься без неё, – грубо скомандовал незнакомый голос.

В нём отчётливо ощущалось нечто холодное и механическое, а слова будто бы были лишены каких-либо эмоций. Интонация оставалась непоколебимо ровной и в некотором смысле даже угрожающей. Низкий тембр, напоминавший нечто среднее между раскатами грома и гулом мотора, заставил кожу Кэрри покрыться мурашками. Она подсознательно сжала ладонь Сэма, чувствуя, как в воздухе нарастало колючее напряжение.

– Прости дружище. Я просто хотел убедиться, что это ты, – усмехнулся Сэм, отодвигая руку в сторону и осторожно отводя её за спину.

Фигура пару секунд стояла неподвижно, но что-то в её молчании намекало на то, что слова Сэма не были оставлены без внимания. Внезапно силуэт вытянулся, практически нависнув над парой потревоживших его путешественников. Кэрри приподняла взгляд вверх, и тут же встретилась глазами с двумя яркими и отчетливыми красными кругами, пристально смотревшими на неё в ответ. Они не были похожи на настоящие глаза, но при этом вызывали вполне ощутимое чувство дискомфорта, которое сложно было назвать нереальным или надуманным. Оно неприятным холодом раскатывалось по спине, попутно заставляя горло сжаться, словно в нём образовался ком.

Взгляд незнакомца переключился на Сэма, который, будто бы и вовсе не ощущал никакого напряжения, исходившего от силуэта во все стороны.

– Чего тебе? – холодно осведомился металлический голос, сочившийся смесью раздражения и абсолютного безразличия.

– Нам нужен сопровождающий. И я подумал… Никто не справится с этой ролью лучше чем ты, – практически нараспев произнёс Сэм, излучая полное спокойствие.

– Лучше бы ты не думал, – прозвучал грубый ответ, за которым последовало монотонное гудение.

– Брось. Ты же знаешь, что я не стал бы тревожить тебя без серьезной на то причины.

– И в чём причина?

Сэм осторожно обхватил Кэрри за плечи, и подвинул её, выставив прямо перед собой, словно она была неким ценным объектом на показ.

– В ней, – коротко ответил он, в то время как его спутница пребывала в напряженном недоумении и неловко переводила взгляд с одного собеседника на другого. Прежде, чем она успела что-то сказать и выразить негодование, Сэм потянул за её капюшон, на мгновение приспустив его и продемонстрировав своему загадочному приятелю пару мохнатых треугольных ушей, в ту же секунду вытянувшихся вверх.

Силуэт отклонился назад, вновь внимательно осмотрев стоявшую перед ним незнакомку с головы до ног. Красные светящиеся глаза медленно перемещались по всей её фигуре, останавливаясь ненадолго на лице и дрожащих ушках. Монотонное гудение ещё несколько секунд продолжалось, но потом неожиданно стихло, позволив оглушительной музыке снова полностью заполнить пространство.

Кэрри неловко отвернулась и нахмурила брови, натягивая капюшон обратно на голову с недовольным видом. Она искренне не понимала, что происходит, и уже начинала сильно уставать от этого чувства. Буквально каждую секунду происходило что-то такое, что вызывало у неё массу вопросов или же просто ставило в тупик. И никто не спешил ничего толком ей объяснять. Сэм будто бы просто тащил её за собой, как прицеп, не останавливаясь и не вдаваясь в подробности их странной миссии по поиску какого-то давнего друга. Да и сам этот загадочный приятель совсем не внушал ей доверия, а как раз наоборот, вызывал самые что ни на есть противоположные эмоции, заставляя чувствовать себя ещё более беззащитной.

– Я поручусь за её жизнь, но не за твою, – наконец произнёс низкий голос, обращаясь к Сэму, который незамедлительно кивнул в ответ.

– О большем и не прошу, – радостно согласился тот, покачав головой.

– В таком случае, встретимся на орбите через 15 минут. Если опоздаешь, то можешь считать наш договор расторгнутым, – силуэт развернулся и не дожидаясь ответа растворился в темноте, слившись с ней настолько быстро, что Кэрри начало казаться, будто бы его и вовсе никогда не существовало. Его движения, настолько чёткие, плавные и выверенные, заставляли усомниться, не было ли всё это просто игрой её воображения, и действительно ли кто-то стоял перед ней мгновение назад.

– Что ж, теперь можем возвращаться обратно, – спокойно произнёс Сэм, подхватив свою спутницу под руку и двинувшись в сторону выхода.

– И это всё? – удивленно спросила Кэрри, с трудом поспевая за ним.

– Даррэй немногословен. Но я рад, что он согласился. С ним перемещаться между мирами будет куда спокойнее.

– Даррэй?

– Прошу прощения. Кажется, я забыл упомянуть его имя в наших прежних разговорах. Но не волнуйтесь, он непременно представится вам лично, когда мы завершим стыковку. У вас будет много времени, чтобы пообщаться между перелётами, и я ни на секунду не сомневаюсь, что вы найдёте общий язык.

Кэрри скептически поморщила нос, и как только они вышли из бара тут же остановилась, с трудом вытащив свою руку из захвата Сэма. На её лице отчётливо читалось негодование, которое в последнее время стало практически основной из её эмоций, сменяясь разве что на недоумение или панику, в зависимости от ситуации. В прошлой жизни она бы описала себя как вполне спокойную и дружелюбную девушку, которой был не чужд юмор, веселье и некоторая доля авантюризма. Но сейчас, в этом новом мире, где ей было известно ровным счётом ничего… Она чувствовала себя слишком некомфортно, чтобы хоть чему-то радоваться. И даже присущая ей прежде жажда приключений не делала ситуацию лучше. Ведь для того, чтобы скитаться в поисках новых впечатлений, нужно обладать хоть какими-то базовыми знаниями, ощущать себя, по крайней мере, хоть немного в безопасности и обладать уверенностью в своих действиях и поступках. Ничего из этого она не могла сказать о текущем моменте. Оттого ей всё больше не терпелось снять со своих плеч груз ответственности в исполнении какой-то непонятной легенды и начать познавать новый мир без спешки, чтобы как следует во всём разобраться.

– С меня хватит! – выпалила она сквозь зубы, дёрнув головой.

Сэм остановился и непонимающе уставился на неё, хотя в его взгляде присутствовала некая тревожность, явно намекающая, что он предчувствовал нечто неладное.

– Я не понимаю, что происходит, – продолжала Кэрри. – Не понимаю, чего ты от меня хочешь, куда мы движемся и что, вообще, делаем. И каждый раз, когда я спрашиваю тебя об этом, ты отвечаешь невнятными загадками или тонной непонятной информации, от которой не становится лучше ни на секунду.

– Прошу вас, успокойтесь, – принялся утешать её Сэм, приподняв руки.

– Перестань постоянно меня успокаивать! Это не помогает, а лишь ещё больше действует на нервы. Ты только и делаешь, что улыбаешься, закидывая меня подобными дружелюбными фразочками. А я всего-то прошу адекватно отвечать на мои вопросы, вместо того, чтобы таскать меня за собой, как питомца на привязи. Я, черт возьми, умерла совсем недавно. Всё, что у меня было, все знания, которые я успела получить за годы моей жизни, в один момент оказались бесполезными, и ты ничего не предпринимаешь, чтобы сделать ситуацию хоть немного лучше!

Сэм вздохнул, промакнув пальцами переносицу, после чего быстро оглянулся, чтобы убедиться, что никто из прохожих не успел обратить внимание на слова девушки. Убедившись, что никто не подслушивал их разговор, он вытянул руку и быстро коснулся пальцами правого виска Кэрри, нажав кончиком пальца на что-то надёжно спрятанное под волосами. Та в ответ быстро отшатнулась от него и завела руку в том же направлении, чтобы понять, что он пытался сделать.

– Что-нибудь ещё? – спокойно спросил Сэм, наблюдая за своей спутницей пока та недоумевающе ощупывала виски.

– Что ты сделал? – произнесла Кэрри и тут же нахмурилась, услышав собственные слова. Её голос больше не звучал так, как прежде, а произносимые фразы больше походили на невнятный набор звуков. Ей казалось, что она внезапно начала говорить на другом языке, хотя саму себя, как и Сэма она продолжала понимать на каком-то подсознательном уровне.

Её пальцы нащупали на правом виске небольшую металлическую пластинку, холодную на ощупь. Она еле заметно вибрировала, и была настолько тонкой, что почти не выделялась на фоне остальной кожи.

– Отключил ваш коммуникатор от общей сети, – пожал плечами Сэм, заметив направленный в его сторону вопрошающий взгляд. – Чтобы никто не смог понять, что вы говорите. В противном случае, прохожие могли бы обратить внимание на ваши восклицания о перерождении, недавней смерти и всём таком прочем… Что так или иначе могло вызывать у них вопросы, которые нам вовсе ни к чему.

– Разве не все знают про реинкарнацию? – удивленно возразила Кэрри, в то время как её уши непривычно вздрагивали от каждого произносимого ею слова, с трудом привыкая к звуку собственной речи.

– Все. И именно поэтому вы и выделяетесь на их фоне. Вы высказываете недовольство и проявляете агрессию после перерождения, а также говорите о том, что не знакомы с правилами окружающего вас мира. Люди, хорошо знакомые с описывающей вас легендой, смогут заподозрить, что ваше непонимание происходящего – это не просто случайность или совпадение, – Сэм протянул ей руку и наклонил голову стараясь выглядеть максимально располагающе и успокаивающе. – Прошу, давайте вернёмся на корабль, и потом, после встречи с Даррэем мы вместе ответим на ваши вопросы. Если вас не устроит моя точка зрения, то его, по крайней мере, предоставит вам достойную альтернативу.

Кэрри неохотно взяла его за руку и позволила снова вести себя через город, хотя лицо её однозначно отражало сдержанное негодование.

– Как вообще работает этот коммуникатор? И почему я понимаю тебя, если ты выключил его? – нетерпеливо спросила она, уставившись на своего спутника сверлящим взглядом.

– После перерождения ваше сознание старается адаптироваться к новому телу и сделать этот процесс максимально простым и безболезненным, если так можно выразиться. Поэтому всё, что вы говорите, сразу понятно вам подсознательно, хоть вы и не понимаете язык на котором общаетесь. Ваш разум интерпретирует его в понятный вам настолько, насколько это возможно. И, соответственно, меня вы понимаете, потому что я его тоже знаю и прямо сейчас говорю на нём с вами, – начал объяснять Сэм, продвигаясь по улицам города спешным, но довольно размеренным шагом. – Я изучал язык Нэок, чтобы в случае чего иметь возможность общаться с вами, даже если коммуникатор не сработает.

– Он мог не сработать?

– Каждый коммуникатор является частью сети. Пока он к ней подключён, он будет сканировать активность вашего мозга, идентифицировать сигналы отвечающие за речь и пересылать их на соседние коммуникаторы, симулируя таким образом подобие слуха. Все вокруг говорят на разных языках, но вашему сознанию под влиянием коммуникатора кажется, что все говорят на понятном вам языке. Если его отключить, то вы перестанете понимать незнакомые вам языки, а окружающие перестанут получать ваш сигнал и, следовательно, перестанут понимать вас, если только не изучали этот язык более примитивным способом, через запоминание звуковых комбинаций и ассоциативных паттернов.

– Не уверена, что поняла… – выдохнула Кэрри, чувствуя как от этого объяснения у неё немного начала болеть голова.

– Можно проще, – усмехнулся Сэм. – Пока коммуникатор включён, вы понимаете всех у кого он есть и они понимают вас. Как только вы его выключаете, то вас смогут понять лишь те, кто и так говорил с вами на одном языке. Хотя… тут тоже есть пара исключений.

– Исключений?

– Расы телепаты, общающиеся с помощью мыслей или обменом электрических импульсов, всё равно смогут вас понять. Таких рас немного, и к ним, кстати, относятся в том числе и Тэрэли.

– Хочешь сказать, что «живые» планеты общаются с помощью мыслей? – уточнила Кэрри пока они пробирались через толпы прохожих обратно к космопорту.

– На самом деле с помощью электричества. Для того, чтобы общаться с кем-то вроде вас, им понадобиться установить физический контакт, чтобы напрямую влиять на ваш мозг через нервную систему и так далее…

– Кошмар, – не сдержалась Кэрри, чем вызвала очередную легкую усмешку со стороны своего собеседника.

Сэм провёл её обратно на корабль и закрыл люк, после чего направился к панели управления, лениво потягиваясь.

– Вы же не думали, что в бесконечной Вселенной всё будет просто и ограниченно? – произнёс он, безобидно подтрунивая над своей гостьей.

Та лишь в очередной раз смерила его обиженным и крайне негодующим взглядом, но тон её голоса выражал скорее смирение со сложившейся ситуацией, чем отторжение. Кэрри чувствовала, что несмотря на все трудности она постепенно осваивала новую жизнь. Хоть это и выглядело довольно неуклюже, да и эмоции её лились наружу сродни истерикам младенца, но она всё равно не оставляла надежды во всём разобраться. И чем больше времени проходило, тем понятнее начинал казаться ранее загадочный и далёкий космос. В нём, как оказалось, есть свои, довольно понятные правила, занятные технологии и необычные существа. Пока всё это скорее вызывало стресс, чем восторг, но Кэрри старалась смириться с тем, что теперь это – её жизнь, и как бы она не пыталась, никуда ей от неё не деться.

Глава 7

Кэрри сидела на кровати, свесив ноги вниз и еле заметно болтая ими из стороны в сторону. Сэм включил её коммуникатор как только они вернулись на корабль, и даже показал, как именно это делать, на тот случай если ей потребуется самой отрезать себя от сети или подключиться к ней. Впрочем, это знание не особо её радовало, как и вообще всё остальное, что происходило вокруг неё. В голове по-прежнему было слишком много разнообразных мыслей, которые совершенно не стремились исчезать. Кэрри наклонилась назад, позволив спине врезаться в мягкий матрас, который тут же несколько продавился под её весом. Сэм был занят с панелью управления, настраивая корабль, чтобы произвести стыковку со своим загадочным приятелем. Кэрри же на эти несколько минут была предоставлена сама себе. Это давало ей отличную возможность рефлексировать и переваривать последние события, вот только спокойнее от этого не становилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.