# Сердце Вселенной

Ольга Евгеньевна Мастепан

Лисс много лет путешествует по всей вселенной. Она – одинокая странница, привыкшая полагаться только на саму себя. Новые миры манят её своими тайнами и загадками. Кажется, что она путешествует без цели, ради новых впечатлений и интересных встреч. Но это не так. Одна давняя боль ведет её вперед и толкает в самые опасные бездны. Сможет ли Лисс противостоять всем опасностям и найти ответы на свои вопросы?

## Террика

Лисс бежала по белоснежному берегу моря. Прохладная солёная вода время от времени касалась её ступней, после чего мигом возвращалась обратно в глубь, словно удивленная самим этим прикосновением. Влажный ветер трепал короткие черные волосы девушки, то и дело роняя их на её яркие фиолетовые глаза. Она жмурилась, быстро смахивая непокорные локоны рукой куда-то в сторону, стараясь при этом не сбавлять темп бега. Песок расходился под её ногами, казалось, что она вот-вот упадёт, завязнет в нём, и уже не сможет подняться. Будто бы предчувствуя подобный исход девушка лишь сильнее отталкивалась от земли, словно пытаясь дать сдачи коварному обидчику. Слёзы ручьями текли по её щекам, тяжелыми крупными каплями падая вниз, превращаясь в неотъемлемую часть не менее солёного моря. Оно же в свою очередь по пятам следовало за Лисс, как верная горничная, вытирая все упавшие капли и заметая следы.

Вдалеке, где берег переходил в каменную насыпь, стояло две высоких фигуры. Их взоры были направлены на бегущую к ним девушку. Она была так близко, но в то же время как бы ни старалась, не могла приблизится к ним хотя бы на метр. Казалось, что ветер, песок и море, все вокруг удерживало её, отталкивая назад. Одинокие зрители распахнули руки в приветственном жесте, позволив сильным потокам воздуха блуждать между складок их длинных одежд. Лица их выражали небывалую радость, смешанную с лёгкой тоской. Прошло столько времени, но они не переставали ждать и надеяться. Хотя им впору было покинуть берег, никогда к нему не возвращаться, но они всё ещё были здесь. И их ожидание окупилось сполна.

Лисс, уже изрядно выбившись из сил, сделала последний рывок в сторону встречавших её людей. Проделав такой большой путь, она мечтала лишь о том, чтобы оказаться в их объятиях и больше никогда не отпускать. Сколько историй она могла бы рассказать им, сколько потрясающих рассказов. Она уже представляла как, укутавшись в теплый плед и взяв в руки стакан с горячим напитком, будет рассказывать обо всём увиденном ею. Истории, которые могли поразить воображение, или же совсем им противоположные, от которых кровь стынет в жилах. Их можно было чередовать между собой, тасовать как колоду игральных карт.

Песок под ногами стал плотнее и постепенно сменился на прохладные гладкие камни. Девушка замедлила бег, стараясь не поскользнуться. Счастье переполняло её с ног до головы, и даже глаза, уставшие от бесконечных слёз, продолжали искриться чистым и ярким светом, словно бенгальские огни. Сколько времени прошло с тех пор, когда она последний раз видела этот пляж, эти яркие изумрудные горы и лазурно голубую водную гладь? Нельзя было сказать наверняка. Прошло слишком много дней, недель, лет, чтобы всё ещё вести их доскональный подсчёт. Лисс сбилась со счёта, когда, заведенный специально для этого блокнот исчерпал все страницы. Несмотря на это, девушка всё ещё носила его с собой в сумке, как напоминание. Сейчас оно уже не имело значения, но как будет забавно сравнить это потрепанную кипу бумаг с другой, хранившейся в доме. Они ведь наверняка вели записи, также, как и Лисс. И теперь это может быть хорошей шуткой, очередной интересной историей, которую можно будет рассказать дальним родственникам или соседям.

Ноги разъезжались в стороны на мокрых камнях, отказываясь слушаться и повиноваться. Колени начали сильно дрожать. Потеряв равновесие и всякую координацию, девушка рухнула в раскрытые руки, крепко вцепившись в талию и плечи одной из фигур, наблюдавшей за ней всё это время. Высокая женщина со слегка растрепанными пышными кудрями сжала Лисс в тёплых, любящих объятиях. Мужчина, стоявший рядом аккуратно погладил девушку по голове, пока та продолжала плакать, уткнувшись носом в длинное платье с цветами.

Всё вокруг начало медленно заполняться белой дымкой, в разы плотнее, чем любой известный миру туман. Море стало на удивление тихим и постепенно напрочь растворилось, забрав с собой мокрый блестящий песок, высокие, поросшие деревьями горы и каменистую насыпь. Мир таял на глазах, и уже мгновенье спустя исчез полностью, оставив лишь абсолютное ничего, бесконечное и неделимое. Лисс проснулась.

Яркий красно-оранжевый свет изо всех сил ударил девушку по глазам. Она с трудом подняла руку на уровень чуть выше бровей, в надежде укрыться от этой внезапной атаки самодельной тенью. На горизонте среди деревьев начало проглядываться солнце, раскидывая свои лучи по округе. Казалось, будто это небесное светило целилось своими непомерно длинными лучами прямо в сонную героиню, подшучивая и издеваясь над ней таким малоприятным способом. Хотя Лисс не приходилось видеть в своей жизни живых звёзд, способных на осознанное издевательство над окружающими, но она всё равно была уверена, что пусть и не сами, но под управлением Вселенной, огромные газовые шары выслеживали и терроризировали всякого, кто посмел сладко спать от них неподалёку. Вселенная, впрочем, вообще любила досаждать Лисс любыми возможными способами, с чем девушка не могла за столько лет не смириться. Многие, из числа тех, кто разделял мнение о разумности Вселенной, говорили, что героиня накручивает себя, и что разуму столь огромному и всепоглощающему нет никакого дела, до одного конкретного человека, и уж тем более до личной к нему неприязни. Но лучше уж думать, что весь мир против тебя, и быть к этому готовым, чем расслабиться и погибнуть в одной из ловушек сделанных «точно не для твоей персоны».

Лисс аккуратно поднялась на ноги и окинула взглядом своё окружение. Её маленький лагерь, состоящий из палатки, костра и чайника, удачно располагался на одной из гор, откуда было видно хоть и не всю планету, но по крайней мере приличную её часть. Сама гора до самого подножия была усеяна сине-зелеными деревьями, которые от любого движения воздуха начинали шуршать и ничем в целом не отличались от моря. Если смотреть сверху на их переливающиеся на свету кроны, то можно на самом деле спутать их с водной гладью и спрыгнуть вниз, довольно опрометчиво отдав свою жизнь во власть гравитации. Она, как известно, не щадит никого, в особенности физиков и инженеров космических кораблей.

Дальше от горных хребтов располагались обширные по своим масштабам поля. Деревьев на них почти не было, за исключением редких и очень коротеньких, больше похожих на кустарники. Впрочем, это было достаточно логично. Чем ближе к экватору планеты, там меньше было растительности, а местами не было даже травы. И виной тому не ужасающий жаркий климат, или удушающая засуха, а вторая планета, ставшая неотделимым спутником этого мира. Своей гравитацией она время от времени отрывала куски земли, оставляя на их месте кратеры. Оторванная от своего родного мира земля взмывала вверх и парила между двумя планетами какое-то время, не более местной недели, после чего падала обратно вниз, формируя небольшой холм безжизненной грязи.

Ученые, наблюдавшие за этим небольшим миром, считали, что рано или поздно её вороватый спутник разрушит всё до основания подобной небесной бомбёжкой, если, конечно, не врежется в поверхность планеты раньше. Что, впрочем, всё равно приведет к их обоюдному уничтожению.

Лисс нравилось пребывание на этой планете. Особенно то, что оно уже само по себе было вызовом здравому смыслу и логике. Никто не стал бы без веской причины приземляться на поверхность самоуничтожавшихся планет побратимов, которые могли не только разорвать друг друга на части, но и забрать с собой жизни любого неосторожного путника. Конечно, если держаться на должном расстоянии от экватора, то риск гибели можно было уменьшить, но большинство предпочитало вообще не рисковать. Стоило ли ставить свою жизнь под угрозу намеренно, если за этим не последует награда или хоть какое-то дополнительное уважение? Лисс считала, что да. Хотя бы потому, что это был единственный известный ей мир, где можно было увидеть парящие острова. Они были по-своему очаровательны и завораживали своим видом. Один взгляд на них заставлял забыть обо всём остальном и поверить в невозможное. Потому что они и были невозможным. Никто не мог грамотно описать их природу, определить правила, которым бы они подчинялись и связать всё это с существующими законами физики известной людям. Но в этом и таилась их истинная красота. Они были свободны от правил и громоздких привычных идеалов. Они являли собой олицетворение свободолюбия самой Вселенной, её обширную фантазию и способности.

Вселенная создала людей, а люди создали правила, чтобы объяснить всё, что их окружает. Они старались объяснить почему и когда идёт дождь, отчего появляются молнии, и как их крохотный мир удерживает их всех на своей поверхности. Если же таких объяснений не находилось, то люди придумывали объяснения, наделяя их своими собственными характеристиками. Почему бьют молнии? Потому что бог грома и молний, выглядящий как человек и думающий как человек, решил ударить других людей молнией. По мнению первобытных людей это самое подходящее и логичное объяснение. И оно, хоть и в измененном виде существует до сих пор. Почему люди болеют, умирают или страдают? Потому что кто-то наказывает их за плохие поступки или же за то, что они сделали в прошлой жизни. Это всегда всё проясняет. Это заставляет людей чувствовать себя спокойнее. Ведь тогда у всего есть объяснение, у всего есть смысл и суть и всё подчиняется правилам.

Люди сильно удивились, когда покинули свой дом и попали в другие миры. Их правила оказались недостаточными, и, можно сказать бесполезными. И летающие острова Террики были отличным тому примером. У Вселенной было только одно правило: «Никаких правил». Следуя ему она создавала одни за другими планеты и звёзды, оригинальные, ни на что не похожие. И Лисс хотела увидеть их как можно больше. Естественно, нельзя было сделать этого без средств и ресурсов. Что-то в мире по-прежнему подчинялось правилам, разбросанным людьми, словно зерно в поле. Чтобы путешествовать, нужно либо быть очень хитрым, проворным и сильным, либо очень богатым. Девушка, впрочем, не могла сказать о себе ничего из этого. Не то чтобы хоть в чем-то она была «очень». Скорее она была одарена во всём понемногу. Могла управлять своим космическим кораблём, но не рискнула бы выполнять на нём сложные манёвры. Могла приготовить еду или зашить дырку в носке, но не смогла бы удивить никого своей готовкой, или сшить полноценное платье. Как итог она стала зарабатывать мелкими делами, которые обычно остальным было делать лень.

Лисс путешествовала по разным мирам, перевозила образцы редких или не очень редких растений и камней для ученых, доставляла грузы и письма, рассказывала истории или продавала интересные находки и сувениры. Каждое из действий, которое она делала, могло стать толчком к новому путешествию. И в конце концов всё запутывалось в настоящее приключение, о котором можно было бы рассказать.

Девушка собрала вещи и начала неторопливо спускаться вниз по горному склону. Выходные, если их так можно было назвать, у неё случались не часто. Но можно ли жаловаться, если сам определяешь свой путь и задачи. Она могла остановиться в любой момент, замереть на одном месте, и больше никогда его не покидать. Однако ещё не один мир не вызвал у неё такого желания. Были планеты, где хотелось задержаться на неделю или две, но потом уже становилось скучно. Изведанные и изученные миры с каждым днём вызывали всё меньше восторга, и рано или поздно Лисс покидала их. Ей, безусловно, часто случалось возвращаться в особенно полюбившиеся миры и реальности, но она всё равно никогда там не задерживалась.

Деревья у подножия горы плотно заслонили солнечный свет своими густыми кронами. Изредка пара лучиков пробивалась сквозь лазурные листья, падая на траву, словно устав, после преодоления столь сложного препятствия. Было тихо. И даже сами деревья будто старались сохранять это тушину, практически не двигаясь и не размахивая ветвями. Быстрыми шагами Лисс преодолела заросли и оказалась на границе между могучим лесом и холмистыми полями. Земля под ногами содрогнулась, где-то взмыл в небо очередной остров.

Однако на этот раз треск и грохот сопровождался криками.

– Стой! Подожди! Слезай оттуда!

Девушка, недолго думая пошла на звук, предчувствуя нечто неладное. За соседним холмом стояла небольшая группа подростков, активно жестикулирующих в сторону только что оторвавшегося от планеты куска земли. Летающий остров неторопливо взмывал всё выше в небо, унося с собой несколько кустов и мелких деревьев. Заметив приближение Лисс, дети тут же ринулись в её сторону, толкаясь и размахивая руками.

– Помогите! Пожалуйста! Тим! Его унесло в небо! Вы можете что-то сделать?!

Девушка быстрым взглядом окинула всю переполошившуюся компанию и жестом попросила их успокоиться. Вопреки всем правилам безопасности, всегда находились те, кто их нарушал. Хорошо, если эти люди могли позаботиться о себе и собственной жизни. Плохо, если они нарушали эти правила, не задумываясь о последствиях, стараясь кому-то доказать своё превосходство над любыми устоями и советами.

Скинув вещи на землю, Лисс принялась быстро копаться в сумке. У хорошего путешественника с собой должно быть всё, не только то, что имеет доказанную полезность, но и вещи совершенно внезапного назначения, которые могут лежать на дне сумки целыми днями, но в нужный момент выстрелить. Выстрелить? Да, это определенно то, что нужно. Лисс достала небольшой абордажный крюк. Помнится она выиграла его в карты, и сразу же отпраздновала эту победу побегом от разъяренных игроков, неспособных смириться с уже неоднократным поражением. Теперь же крюк лежал без дела, дожидаясь своего часа. Не так часто в конце концов девушке приходилось лезть на большую высоту. Обычно с этим и так хорошо справлялся её космический корабль. Но сейчас его под рукой не было, как и времени на его использование. Поэтому оставался только крюк.

– Тим – ваш друг? – быстро уточнила Лисс, глядя на собравшуюся вокруг неё компанию трясущихся подростков.

– Да, – мгновенно выпалил один из них. – Он полез на дерево, и тут внезапно его унесло вместе с ним!

– Ясно. – Ответ прозвучал строго, но при этом довольно мягко. Девушке было свойственно держать спокойное выражение лица в практически любой ситуации. Наверно это приходит с жизненным опытом. Либо, она просто истратила все свои эмоции где-то в прошлом, когда подобный кавардак ещё не был постоянным спутником её жизни.

Подбежав ближе к летучему острову, она, направила на него пушку и нажала на спусковой крючок. Крепкая верёвка с металлическим крюком на конце вылетела высоко вверх и зацепилась на корень деревца. Ещё одно быстрое нажатие кнопки и трос начал стягиваться, поднимая девушку в воздух. Достигнув края земли она вскарабкалась выше и машинально отошла на пару шагов от своеобразного обрыва. Никогда нельзя быть уверенным, что вырванный клок земли не начнет разваливаться прямо под ногами. Обычно в таких случаях рекомендуют держаться ближе к стволам деревьев, ведь их корни по крайней мере не позволят грунту вокруг столь легко обвалиться вниз. Хотя, это вряд ли можно назвать рекомендацией. Никто и никогда не стал бы рекомендовать вам влезать на парящие острова Террики, если только вы не безумный самоубийца, совершенно не волнующийся о своём здоровье и благополучии.

Быстро окинув взглядом остров, Лисс уставилась на единственное достаточно крупное дерево, чтобы на него можно было залезть. Однако она не могла увидеть ни на нём ни где-либо вокруг человека, нуждающегося в помощи. Единственным живым существом на всём островке был трёхглазый рогатый кот. Кот! Девушка скорчила недовольную гримасу, полную негодования. Никто ведь и не говорил ей, что Тим – человек. Подобные вещи стоило бы и уточнить, но сейчас не то, чтобы было много времени на порицание умов подростков.

Лисс аккуратно придвинулась к дереву и протянула обе руки к испуганному животному. Кот, явно не уверенный в прочности веток, разумно предпочел им протянутые руки и одним резким прыжком устремился к своей спасительнице неприятно врезаясь когтями в одежду. Девушка, слегка покачнувшись с трудом удержала равновесие и прижала животное локтем к груди. Свободной рукой она снова произвела выстрел в корень дерева и максимально медленно спустилась с края, постепенно растягивая верёвку. Остров, продолжавший тем временем взмывать в небо, к счастью, не успел улететь достаточно далеко от родной планеты, позволив Лисс спуститься, размотав почти всю доступную верёвку.

Дети шумно толкались вокруг вернувшейся с небес девушки, и радостно приняли утерянного питомца, вознаградив его объятиями и ласками за проявленную храбрость и сговорчивость при спасении. Лисс тем временем оттряхнула серые штаны и заправила абордажный крюк за пояс. Никогда нельзя знать наверняка, если он снова понадобится в кротчайшие сроки. Опыт показывал, что там, где его можно применить однажды, лучше и впредь носить его наготове.

– Думаю стоило уточнить, что речь шла о животном! – ехидно отметила она, приподняв одну бровь.

– Если бы вы знали, то не стали бы спасать его, – произнёс мальчишка с некоторой обидой, усадив кота на плечи.

– Я бы не стала его спасать, только в том, случае если он умеет летать.

Мальчик, кажется, хотел сказать что-то ещё, но крик взрослой женщины, пробиравшейся через поле, явно его прервал. Вся компания обернулась на звук, явно суливший им наказание. Мгновенье спустя никого из подростков уже не было поблизости, они со всех ног убегали куда-то в сторону от горы. Там, чуть поодаль, в глубине леса располагалась небольшая деревня, жители которой отличались невероятным упорством в соблюдении традиций прошлого. Они жили здесь ещё до того, как планета обзавелась несносным спутником, и даже после его появления они не покинули этого места. И вряд ли когда-то решатся его оставить. Лисс в какой-то мере всегда это поражало. Она сама прилетала сюда не более чем на день или два, люди же, которые жили тут годами внушали определенное уважение.

Женщина подошла к Лисс и устало улыбнулась, бросив рассерженный взгляд в сторону убегающих мальчишек.

– Стало быть меня не обманули, когда сказали, что ты снова решила посетить эту планету. Твой корабль заметили, когда ты заходила на посадку.

– От ваших охранников ничего никогда не скроется, – с усмешкой ответила Лисс.

– Такова их работа, знаешь ли. Но я искренне рада, что ты оказалась рядом. Кто знает, что могло бы произойти, если бы никто не помог детям вовремя. Может они бы кинулись искать собственное решение, что никогда не ведет ни к чему хорошему.

– Всегда рада помочь.

– Даже не сомневаюсь. Куда планируешь двигаться дальше?

– Уже даже не спрашиваешь, хочу ли я остановиться?

– Лисс, дорогуша, я знаю тебя достаточно хорошо. Быть может раньше я предпринимала попытки остановить тебя, но сейчас приходит понимание, что это невозможно. Иногда я думаю, что даже смерть не помешает тебе в твоих странствиях.

– Думаю ты преувеличиваешь. Едва ли я могу её избежать.

Женщина поправила мешковатый светлый платок, свободно покоящийся на её голове, и глубоко вздохнула.

– Сдаётся мне, ты больше не принимаешь заказы?

– У меня есть план, и мне не хотелось бы излишне отходить от него. Если я с ним управлюсь… – Лисс мечтательно закатила глаза, одарив свою собеседницу добродушной улыбкой.

– И с каких это пор легенда, больше похожая на сказку, стала носить гордое название плана?

– Эй! Я уверена в том, что я говорю. Сердце Вселенной существует, и я доберусь до него, даже если этого ещё не делал никто другой.

– Никто не знает где оно находится. Боюсь, что ты впустую тратишь время. Но, полагаю, тебя невозможно переубедить.

– Именно, – Лисс утвердительно кивнула.

– Тогда мне остается лишь пожелать тебе удачи. И… ты так и не сказала куда держишь путь теперь.

– Тебе это не понравится.

Женщина несколько изменилась в лице. Её выражение наполнилось тоской и печалью, словно она отправляла родственника на войну, точно зная, что он не вернётся. Будто бы пытаясь прогнать тревожные мысли она небрежно махнула рукой.

– Пусть так. Я лишь надеюсь на твоё благоразумие.

Лисс попрощалась, поклонившись своей собеседнице и двинулась дальше по полю, подобрав на ходу свои вещи, по-прежнему лежащие на земле. Чуть дальше, за невысоким холмом стоял космический корабль, напоминавший собой нечто среднее между гигантской стрекозой и шустрой маленькой птичкой. Крылья его состояли из радужных восьмиугольных пластин, отражавших пролетавшие по небу облака. Чёрный гладкий корпус с одним единственным окном блестел практически идеальной чистотой. Подобная трепетность в отношении к кораблю была не свойственна практически ни единому путешественнику, за исключением Лисс. Внешний вид корабля многих сбивал с толку, заставляя их думать, будто бы его пилот – богатый и важный человек, обладающий громким именем и высоким статусом. Конечно, все кто так думал, были не далеки от изначальной правды. Но теперь корабль принадлежал Лисс. Человеку, имя которого пусть и висело где-то в воздухе, но никогда не гуляло из уст в уста и не сопровождалось особым интересом или захватывающими дух сплетнями.

Девушка зашла в корабль и стала настраивать приборы, готовясь оторваться от земли. Её собеседница всё это время стоявшая посреди поля и наблюдавшая за уходящей в даль путницей несколько устало помахала ей рукой, хоть и знала, что этот жест никто не увидит.

– Прощай. И да убережёт тебя Вселенная от встречи с Бездной.

Корабль взмыл в воздух сверкая цветными пластинами и довольно быстро исчез в высоте, став практически не различимой точкой.

## Суэйн

Тяжёлые тёмные тучи смешивались с густым угольно-черным дымом, выходящим из высоких металлических труб. Небо покрывалось завитками и узорами, впитывая в себя ядовитые газы, испускаемые заводом. Огражденный забором из проволоки и десятком наблюдательных пунктов, он возвышался над пустынной равниной, отбрасывая на землю жуткие тени. Суэйн – одинокая мрачная планета, будто бы забывшая о существовании какой-либо цветовой палитры, уже не один год служила пристанищем для Бездны. Из всех других именно этот мир, как ни парадоксально, можно было привести как самый яркий образец их влияния на захваченные территории. Они обещали привнести новые технологии, сделать добычу ресурсов максимально безопасной… Обещаний было столько, что они не уместились бы даже на пятиметровый свиток. Конечно, после таких сладостных речей и громких заявлений планету передали им во владение практически мгновенно и с огромной радостью.

Все знали, что на самом деле стоит за этими обещаниями. Деньги, угрозы, связи. Лидер Бездны хорошо умел пользоваться всем вышеперечисленным и всегда получал желаемое. Никто и ничто не могло его остановить, даже галактические законы. Они были бессильны перед тем, кто формально их не нарушал, даже если весь остальной мир заявлял обратное.

Прошло столько времени. Территории подвластные Бездне быстро росли с каждым годом. Бороться было некому и поэтому люди просто смирились. Безусловно они продолжали жаловаться, восклицать, всеми силами демонстрировать свой гнев. Но за этим не следовало никаких реальных действий. Потому что все отлично знали, что происходит с активистами сопротивления. Часть из них погибала от рук наёмных военных, охранявших те или иные территории. Им достаточно хорошо платили, тренировали до предела и заботились о том, чтобы они не знали жалости к любым нарушителям.

Более везучие, если так вообще можно было сказать, попадали прямо к самому лидеру Бездны – Эшеру Вэй Гемени. Эшер славился своей любовью к дискуссиям, и всегда был их безоговорочным победителем. Если удастся доказать свою невиновность, быть может, он и отпустит, но точно не оставит в покое. Те, кто выходили от него живыми становились параноиками и зачастую сами лишали себя жизни. По крайней мере об этом ходило много слухов. Однако опыт показывал, что в них лишь часть правды. Да, безоговорочно, Эшер был беспринципным тираном и коварным пронырой. Он легко преступал законы, там, где ему это было нужно, и маскировал свои поступки благими намерениями. Быть может, в какой-то момент он и сам поверил в то, что несёт людям добро.

Лисс всегда казалось, что быть объективным, постоянно сидя в своём корабле невозможно. Иногда приходится выходить и встречаться с реальностью лицом к лицу, даже если в итоге непременно получишь пару хороших ссадин. Это имеет свою ценность, позволяет видеть мир таким, какой он есть на самом деле, а вовсе не тем каким ты сам решил его вообразить. Зло и добро, чёрное и белое давно перестали существовать, если вообще когда-либо были таковыми. Мир строится из смешений, переливов, узоров и завитков, где нет чистого цвета, нет однозначных понятий.

Отодвинув от глаз увесистый бинокль, девушка быстро обернулась, но позади не оказалось ничего кроме заострённых кусков горной породы, торчавшей из земли, словно острые клыки. Да, Суэйн не баловала своих гостей приятными пейзажами и душистой растительностью. Единственное, что было в арсенале этого мира – острые скалы, долгие столетия обдуваемые ветром. Некоторые настолько острые, что из них можно было бы сделать достойное оружие, чем иногда занимались особенно искусные мастера, по заказу богачей, ни разу не участвовавших ни в одной достойной битве. Куски камней спиливали и продавали всем желающим за очень неплохие деньги. Однако пользовались, а не просто красовались, такими лезвиями на самом деле единицы. Эшер как раз был одним из таких. Чтобы увековечить память об этой планете, как об одной из первых в его распоряжении, он заказал себе меч, аналогов которому попросту не существует больше нигде во Вселенной. Его лезвие само по себе было настолько острым, что могло разрубить на части кого или что угодно, но если вдруг и этого было недостаточно, то лезвие могло нагреваться специальной сетью механизмов, и становиться во много раз более опасным, хотя, казалось бы, куда уж ещё. К такому оружию вполне применимо слово «бескомпромиссное», ведь оно и впрямь не оставляло ни единого шанса любому сопернику.

Лисс положила бинокль в сумку и направилась вниз по неровной поверхности земли, время от времени пригибаясь за острые каменные выступы. Если кто-то из воинов Бездны её заметит, то придется придумать длинное и логичное оправдание своему присутствию на их территории. Конечно, такое оправдание было, но оно звучало убедительно лишь для самой Лисс. Другим же, кто был менее склонен к путешествиям и вере в легенды будет сложно уловить суть. Или вернее, сложно поверить в серьезность всего сказанного.

Из всех возможных планет эта была, пожалуй, одной из самых менее подходящих для начала удивительного приключения. Однако именно здесь располагались древние записи об одном из храмов сердца Вселенной. Построенный ещё до начала эпохи космических странствий, храм хранил в себе знания о сердце и способах его поиска. Считается, что некоторая ныне вымершая раса возводила эти сооружения как указатели для своих потомков, чтобы те могли успешно совершать паломничество к сердцу, и оберегать его от чужих глаз. Теперь же, это были просто руины, которые никто не охранял и не посещал. Но они по-прежнему старательно выполняли свои функции, выстояв против сил самого времени, сохраняя на своих стенах чужой опыт, для тех, кому однажды взбредет в голову им воспользоваться. Для таких как Лисс.

Небо вспыхнуло несколькими молниями и по воздуху разнеслись раскаты грома, гулко отражающиеся от бесплодной земли. Пару секунд сохранялась мертвая тишина, казалось, что даже завод со всеми своими охранниками встал в ужасе, предчувствуя неладное. Ветер практически совсем утих, спрятавшись в глубокие пещеры и подземные тоннели. Всё вокруг в один момент затихло, и наполнилось странным ароматом озона.

Мелкая пыль посыпалась на землю, со временем превращаясь во всё более крупные блестящие камешки. Лисс взялась за сумку обеими руками и подняла её невысоко над головой, стараясь укрыться от внезапного града. Сверкающие прозрачные кристаллы продолжали врезаться в грунт, периодически поднимая этими ударами крохотные облачка пыли. Девушка аккуратно наклонилась и подняла первый попавшийся из мерцающих камней. Он переливался различными цветами и сверкал как крохотная звезда несмотря на то, что только что упал в грязь. Алмазный дождь. Хотя тут гораздо больше бы подошло слово алмазный ливень. Драгоценный для некоторых миров ресурс тут падал с неба в небывалых количествах, заставляя всех незваных гостей планеты как можно скорее её покинуть. Однако даже такие погодные условия не мешали охране завода патрулировать его территорию. Камни стучали в их шлемы, закрывающие лицо прочным отражающим стеклом, и отскакивали в разные стороны, попутно ударяясь о различные части крепкой брони. Даже с такого большого расстояния Лисс могла видеть, как осаждаемые самой природой наемники ходили из стороны в сторону, периодически стряхивая с плеч сверкающую алмазную пыль.

Кто-то мог бы отдать жизнь за посещение этой планеты в подобный час. А кто-то другой уже сделал это, получив от Суэйн неприятный подарок прямо в голову. Этот мир отличался своеобразной жестокостью, уничтожая любого гостя столь ценным и желаемым ресурсом. Он как бы говорил: «Ты хочешь эти камни? Тогда вот, держи, на здоровье!», попутно стреляя убийственной дробью.

Побоявшись, что калибр этих драгоценных патронов может быстро возрасти, Лисс ринулась бежать, продолжая старательно прикрывать голову сумкой. За столько лет странствий она могла бы уже давно прикупить себе шлем, или сообразить его сама из подручных материалов, но по какой-то причине она отказывалась от этой идеи. Порой ей было не до того, порой она попросту забывала о столь важном приобретении, и как итог везде ходила с непокрытой головой, предоставляя судьбе отличный шанс на её уничтожение. Сейчас, как ни странно, был один из таких моментов, но даже после него мысль позаботиться о своей защите не закрепится надолго.

Пробежав несколько метров практически параллельно железному забору, девушка нырнула в небольшую пещеру. Вокруг было темно, холодный воздух дул откуда-то из глубины, отражаясь звонким гулом от стен. Снаружи стучал ливень, словно разозленный упущенной возможностью кого-то прикончить. Оставалось только надеяться, что охрана не заметила Лисс. Но это было довольно глупо и опрометчиво. Им платят отнюдь не за то, чтобы они часами прохлаждались под драгоценным дождем. Ещё один пример невероятного упорства со стороны людей – их умение беспрекословно следовать приказам. Девушка на своём пути встречала разных людей, но воины Бездны всегда были чем-то особенным. Иногда она сомневалась в том, что они вообще были людьми. Быть может, кто-то старательно изготавливал для Эшера различных андроидов, которые верой и правдой, если таковая вообще могла у них быть, служили ему в качестве основного трудового ресурса. Это было довольно затратно по финансам, но если Бездна могла позволить себе скупать планеты, то что мешало также покупать совершенных солдат? Они бы не нуждались в еде, воде или сне, также, как и в зарплате. А их силы значительно превосходили бы человеческие.

Однако из-за шлемов и униформы, никто никогда не мог сказать наверняка, были ли охранники действительно продвинутыми жестянками. Они говорили и действовали как люди, что ставило под вопрос скорее способности людей, а не машин. Если что-то было создано человеком на пределе его умственных и физических возможностей, и оно полностью идентично своему создателю, то становится ли оно само человеком? Или же оно остается машиной независимо от сложности своего собственного сознания?

Лисс быстро провела рукой по пыльным стенам своего убежища. След, оставленный от её прикосновения, проявил несколько схематичных рисунков, больше похожих на сложные электросхемы или лабиринты с видом сверху. Это было хорошим знаком. Значит её не обманули, и здесь действительно был указатель к храму. Девушка максимально торопливыми движениями принялась стирать остальные пыльные участки, проявляя с каждой секундой всё больше запутанных линий, углов и точек. Все они образовали собой круг, вернее даже несколько кругов разных размеров. Отличия заключались в их заполнении. У каждого круга внутри был свой уникальный узор, распространяющийся практически до самого его центра.

Древняя раса предпочитала письменности особый вид изобразительного искусства. Они не описывали каждую планету словами, а рисовали её, помечая определенным узором. Узоры словно буквы можно было перевести, получая характеристики и координаты того или иного мира. У каждого мира был свой неповторимый узор, который обозначал только его, и никогда не менялся.

Лисс достала из сумки блокнот и практически неразборчивым почерком записала туда несколько слов и цифр. Она уже не раз видела подобные рисунки и записи. Прежде они приводили её к новым невероятным планетам, теперь же она использовала их по прямому назначению – прокладывала дорогу к сердцу. За долгие годы путешествий девушка узнала далеко не один язык, хоть и не на всех могла свободно изъясняться. Некоторые запоминались ею лишь частично, другие становились неотъемлемой частью её обихода. Но были и такие языки как этот. «Мертвые» языки, которые знало меньше десятка существ по всей галактике. Их изучали интуитивно, основываясь на долгих и кропотливых часах в обнимку с дешифраторами и галактическими словарями. Далеко не всегда перевод сразу становился достоверным. Обычно приходилось проходить через затяжную череду неудач, прежде чем миру открывался истинный смысл записей.

В этом конкретном языке было что-то особенное, он не был похож на другие. И Лисс, пожалуй, могла похвастаться невероятными достижениями в его изучении. Однако это не было никому интересно. У ученых были свои заботы, и редко встречающийся язык древней расы, которая и так уже обросла легендами, был не особо востребован. Все воспринимали историю о сердце Вселенной как выдумку, и не собирались менять своего мнения. Лишь некоторые всё ещё верили в правдивость этой «сказки», в большинстве случаев без особой причины и без возможности как-то подтвердить эту мысль.

Снаружи пещеры послышались тяжёлые шаги. Несколько человек неспешно и с определенной осторожностью приближались ко входу, явно не для того, чтобы обсудить с девушкой сложности перевода древних языков или смысл жизни. Одним движением кинув блокнот в сумку Лисс спряталась за поворотом пещеры, плотно прислонившись спиной к стене. Это укрытие не могло спрятать её от внезапных, хоть и вполне ожидаемых гостей. Однако оно могло дать ей возможность выйти из ситуации живой и попробовать применить то, что, по слухам, так нравилось лидеру Бездны – дискуссии.

Трое бронированных охранников перегородили вход в пещеру и слегка пригнувшись зашли внутрь, держа наготове оружие.

– Именем космического альянса «Бездна» я приказываю вам сдаться! Вы находитесь на частной охраняемой территории, и нарушаете галактический закон, – голос военного звучал громко и четко, было понятно, что он произносил это фразу далеко не в первый раз.

– Я Лисс Шэдоу, путешественник из гильдии звёздных скитальцев, и я не нарушала ваших границ, установленных законом! Более того, я прибыла сюда с исследовательской миссией от лица гильдии, а следовательно вы не имеете права стрелять в меня!

– Выйдите из укрытия и поднимите руки, так чтобы мы их видели. Вы будете задержаны до выяснения обстоятельств!

Очень громкая фраза. Под ней можно было иметь в виду всё что угодно, но воины Бездны всегда имели ввиду только одно: они не откроют огонь, а передадут пойманного нарушителя лидеру. Тот лично разберется и с гильдией, и с миссией, и с самой Лисс до кучи. Подобный вариант её точно не устраивал. Особенно с учётом, что гильдия не была в курсе всех дел. Да, конечно, Лисс подавала прошение на одобрение исследования… где-то за час до посадки на планету. Конечно, они его не одобрят, ведь у них ещё есть частичка здравомыслия, и им ни к чему проблемы, связанные с Бездной. Раньше у гильдии скитальцев было много рекрутов и крайне высокий статус. Но это время давно прошло, и теперь это лишь очередное официальное объединение, существующее для того, чтобы сдерживать полоумных путешественников от заведомо опасных ситуаций. Именно таких путешественников как Лисс, которые никогда не сидели на месте. В гильдии её все знали, и наверняка проклинали тот день, когда она присоединилась к ним. Может быть, они попытаются прикрыть её, но вероятнее всего просто оставят на растерзание тирану, способному выкупить их всех и каждого целиком и полностью.

Не слишком долго думая, и, уж тем более не задумываясь о последствиях, девушка ринулась вглубь пещеры, стараясь не споткнуться и не врезаться носом в камни, торчащие со всех сторон. Фиолетовые глаза – хороший бонус для путешественника. Они позволяли ей видеть в темноте, хоть и не идеально, но в любом случае лучше, чем обычному человеку. Впрочем, это всё равно не имело ничего общего со шлемами воинов Бездны, которые были напичканы самыми различными примочками, от режима ночного видения, до противогазов. Именно подобные шлемы часто становились аргументом в пользу того, что все охранники Бездны – люди. Ну или довольно дешевые андроиды. Тут уже нельзя было сказать наверняка.

Топот звучал по всей протяженности пещеры, достигая даже самых её отдаленных уголков, отражаясь от прохладных и пыльных стен. Лисс не любила бегать, и это явно сказывалось на её физических возможностях. Хотя её профессия, если так можно было сказать, обязывала Лисс к постоянным нагрузкам, бег явно не входил в топ любимых упражнений. Хотя бы потому что её постоянно подводила больная нога. Не было никакой логической причины, чтобы эта боль начиналась, и ни один врач за всё время не выявил серьезных нарушений, но нога всё равно упорно болела. Иногда не сразу, а лишь спустя время после пройденного пути. Иногда ещё до начала бега в принципе. Лисс даже казалось, что сама мысль о беге провоцирует эту боль, что было совершенно нелогично. Но также как звёзды могли предательски светить в глаза из-за горизонта, нога могла болеть без видимых причин.

Не стоило ожидать, что погоня продлится долго. Уже через несколько минут девушку схватили под руки и поволокли на выход. Не было ясно, на что она вообще надеялась, особенно если с самого начала знала, что всё равно неминуемо попадётся. Иного исхода просто не могло быть. Не то, чтобы она его намеренно искала, но это казалось в какой-то мере очевидным. Что мог путешественник противопоставить тренированным вооруженным до зубов бойцам? В целом ничего. Но по какой-то причине Лисс не испытывала печали или страха от всего происходящего. Даже наоборот, она думала о том, что уже давно так не веселилась. Давно не попадала в поистине сложные и захватывающие ситуации. На лице девушки была лёгкая почти незаметная улыбка, её глаза светились, хоть и на этот раз блеск их был довольно коварным и обманчивым, словно огонь от костра. Если приблизиться слишком сильно, довериться этому приятному теплу, то можно легко обжечься.

Лисс вместе с её неподходящим по статусу транспортным средством доставили на главный корабль Бездны в кратчайшие сроки. Если бы это было не задержание, а курьерская служба, то девушка бы с радостью похвалила всех за проделанную работу. Может бы даже поставила им высокую оценку в анкете о качестве. Но Бездна таких анкет не предоставляла (что явно отняло бы у них один балл в графе «клиентоориентированность»). Служащие разных рангов, занятые своими безумно важными делами, сновали туда-сюда по коридорам, периодически бросая на девушку озадаченные или полные брезгливости взгляды. В какой-то мере в этом состояла их задача, смотреть на всех заключенных так, чтобы они заранее почувствовали себя беззащитными и ничтожными. Но с Лисс это не работало, хотя бы потому, что она не смотрела на многочисленных прохожих. Можно было сказать, что она, наоборот, смотрела куда-угодно, но только не на них. Её куда больше интересовало приглушенное сероватое освещение, создающее дополнительную атмосферу мрачности, или гладкий и блестящий идеально вымытый пол, в котором можно было видеть своё отражение. Девушка на секунду задумалась над тем, не было ли сложно работникам выполнять их поручения при таком плохом уровне освещенности. Было бы гораздо логичнее, если бы везде было светло, это бы могло повысить продуктивность, если только главенствующей целью всё же не была атмосферность. Плохим парням – плохие лампочки. Наверное, в этом есть логика.

Объяснение оказалось куда более простым и, как ни странно, разумным. И этим объяснением стал сам Эшер Гемени. Вернее, его левый глаз. Полностью черный, не имеющий белка или радужки он не мог не привлекать к себе внимания. Вокруг него по левой части лица распространились такие же угольно черные линии, похожие на пульсирующие тонкие трещины. Лисс никогда не встречала людей с похожими травмами, по крайней мере живых то уж точно. Обычно подобным эффектом обладал только яд, изготавливаемый из спрутов, населявших некоторые из океанических планет, однако те, кто попадал под влияние этого яда не проживали дольше пары дней.

Эшер явно был жив, живее всех живых. Он внимательно смотрел на девушку, не сводя с неё обоих своих глаз, пока охранник подробно докладывал о произошедшем. Лицо тирана оставалось практически неподвижным на протяжении всего доклада, но Лисс не упустила из виду лёгкой ухмылки, затаившейся на кончиках его губ. Он насмехался над ней, или же над всей случившейся курьезной ситуацией? Куда более вероятно, что он прокручивал всё услышанное в голове и перебирал разные виды того, как он мог бы прикончить попавшуюся ему путешественницу. Без особых причин, так, в качестве примера для любого, кто сунется на его планеты, с документами или без них.

По завершении пересказа всех событий охранник получил удовлетворительный кивок своего начальника и удалился, оставив девушку наедине с вооруженным маньяком. Обычно в таких случаях охрана должна была бы защищать от убийцы, обеспечивать безопасность. Но эти люди были его прислугой, а следовательно никто на всём корабле не стал бы даже задумываться об оказании помощи неумелому скитальцу.

Лисс сидела за небольшим столом, который видимо стоял тут исключительно для таких же заключенных, как и она. Второго стула нигде поблизости не было, впрочем, её единственный потенциальный собеседник явно не планировал присаживаться. Вероятно, она и сама сидела только потому, что это давало Эшеру явное преимущество. Девушка не успеет даже встать со стула, как упадёт замертво. Любое её движение не представляет из такой позиции никакой угрозы. Вэй Гемени наоборот имел их сотни. Как минимум он мог эффектно возвышаться над столом, что явно не прошло бы незамеченным. Но он и так был как минимум на пол головы выше, чем Лисс. Ему даже не нужно было особенно стараться, ведь он по умолчанию возвышался над ней. Всегда.

– Итак… – прервал тишину раскатистый, словно гром, голос. Мужчина поправил перчатки, и Лисс не могла не обратить внимания, что на левой руке у него были острые как бритва металлические когти, вставленные в перчатку таким образом, чтобы легко выдвигаться и втягиваться по желанию. Элегантное и впечатляющее оружие, которое девушке очень не хотелось испытывать на собственной шее.

Всё это время она изображала крайнюю заинтересованность во всём, что говорил охранник, иногда даже делая удивленное лицо и приподнимая время от времени одну бровь. Теперь же, когда игры закончились, ей оставалось только смотреть на гладкую поверхность стола и собственные руки, то и дело, косясь исподлобья на высокого худого мужчину в идеально выглаженной военной форме.

– Твоя гильдия мне о тебе рассказала. И я даже удивлен, что не слышал твоего имени раньше, если учитывать твою безумную любовь влезать в неприятности.

– Стало быть…сейчас это именно они? – саркастично уточнила Лисс, продолжая таращиться на свои пальцы.

Всё это было игрой. Игрой построенной на мастерстве импровизации и лжи. Каждое слово и движение должно было продумываться заранее. Конечный же умысел был прост – заставить своего противника сорваться и сказать правду, выдавить из него настоящие эмоции. Лисс безусловно была новичком в этом деле, поскольку дипломатия никогда не была основной составляющей её работы. Однако было что-то в её характере, что могло поставить в тупик даже самого гениального игрока. Она всегда действовала по ситуации, не продумывала ходы, говорила, что приходило в голову, и своей хаотичностью сводила с ума любого, кто бросал ей вызов.

– Если ты думаешь, что я поверю в бред об исследовательской миссии…

– Но это правда, – девушка перебила своего собеседника, чем явно привела его в ступор. – Я прилетела сюда только для того, чтобы исследовать планету, и ничего не забирала!

Каждое слово звучало чётко и искренне, что было не мудрено, ведь, когда речь шла о Сердце, то Лисс не нужно было лгать. Сама суть её миссии была абсурдной, и непонятной для большинства окружавших её людей. Достаточно было говорить правду, чтобы собеседник посчитал её глупой и несмышленой мечтательницей. Впрочем, глупой её на самом деле было назвать сложно.

– Абсолютно? – с усмешкой спросил Эшер, впившись в заключенную своим здоровым золотистым глазом. Лисс на секунду задумалась, был ли его второй глаз таким же ярко-золотым прежде, до того, как оказался поражён ядом. Чёрный глаз наверняка приносил множество проблем, помимо высокой чувствительности к яркому освещению. Но это всё неважно, ведь мужчине удалось выжить. Вряд ли он волновался о последствиях.

– Пара граммов алмазной пыли не в счёт. Она упала на меня сама. Можете конфисковать мою одежду, если хотите.

– Хм… Ты действительно настолько глупая? Или меня считаешь таким?

Эшер изучал девушку взглядом, стараясь уловить хоть что-то, малюсенькую деталь, которая бы противоречила её бессмысленной истории. Но он не мог найти ничего, словно всё, что она говорила было чистой правдой, без малейшего подвоха. Однако так попросту не могло быть, и он это знал. Подвох есть всегда, но быть может, столько времени спустя он нашёл себе противника, достаточно хитрого, чтобы дать ему отпор.

– Я, – Лисс на мгновенье замолчала, – пожалуй воздержусь от ответа.

Ухмылка Эшера переросла в настоящую жестокую улыбку. Его брови сдвинулись ближе к носу, сделав глаза визуально ещё темнее.

– Исследование планеты, с целью найти сведения о сердце Вселенной, – цитировал мужчина по памяти, вероятно прочитав это ранее в сообщении, присланном гильдией. Они дали ему ту трактовку, которую направила им сама Лисс. Это хорошо. Давало ей шанс на выживание.

– Именно.

– Пустая трата времени. Все ведь знают, что это просто глупая легенда.

– Тогда вам нечего опасаться. Если это всего лишь глупая легенда, то я всего лишь глупая путешественница, тратящая свою жизнь впустую.

– Или слишком умная, играющая дурочку, чтобы скрыть что-то ещё.

– Боюсь, что нет. Это всё. Правда. Больше ничего. Клянусь именем гильдии, или что там ещё вы сочтёте достаточно важным для клятвы, – Лисс пожала плечами.

Мужчина положил руку на руку и изобразил максимальную усталость и безразличие ко всему происходящему. С каждой секундой он отдалялся от столь желанной победы всё дальше, но это уже было не важно. Человек преисполненный такой уверенности в правдивости легенды должен был иметь доказательства, а значит, может ещё быть полезен. Оставалось только разыграть всё так, чтобы позволить девушке самой сделать всю грязную работу и привести его к окончательному результату. Эту битву он проиграл, но это поражение – всего лишь часть более интересного и запутанного плана.

– И какова цель?

– Исполнить желание естественно. У этого же есть огромный потенциал. Можно… можно, например, пожелать, чтобы голова больше никогда не болела, – девушка изо всех сил старалась сдерживать смех, застыв с максимально глупой улыбкой.

– Только и всего? – казалось, что Эшер испытывает физическую боль от столь бессмысленной беседы. Его собеседница отнюдь не была глупой, он читал это по глазам, слышал в каждом произнесённом слоге. Просто она видела его насквозь. Понимала, что всё происходящее не более чем игра, и неплохо справлялась со своей партией.

– Каждому своё.

Мужчина протёр пальцами глаза, словно стараясь переварить всё услышанное.

– Охрана! – два человека в броне тут же вошли в комнату. Один смотрел на мужчину, по-прежнему потирающего глаза и лоб, второй уставился на девушку, мастерски отыгрывающую удивление. – Уведите эту бестолочь, будьте любезны. Пусть берёт свой корабль и улетает. И чтобы глаза мои её не видели.

Как только все ушли, в комнату просочился щуплый парень в костюме и фуражке. Он держал в руках несколько листов бумаги, закрепленных на планшете. Даже сотни лет спустя бумага всё ещё была неплохим способом вести записи.

– Сэр, прошу прощения. Вы только что отпустили заключенного….

– Я знаю, – Эшер звучал строго и твёрдо, так будто бы секунду назад он не был подавлен чужой глупостью. – Пошлите за ней шпиона. Пускай отслеживает каждый шаг, каждое слово, каждый её жест. Это понятно?

– Да, сэр. Думаете эта легенда, о которой она говорила…

– Не знаю. Но эта девушка явно не такая глупая, какой пытается себя выставить. Я хочу знать, что у неё на уме. Быть может, если Сердце и впрямь существует, то она приведет нас прямо к нему.

## Крита

Лисс несколько раз перепроверила записи в блокноте, спускаясь по металлическому трапу со своего корабля. Густые облака, словно сделанные из сахарной ваты, плыли по ярко лиловому небу. Деревья, своей высотой напоминавшие сосны, качались на ветру, размахивая увесистыми тёмными ветками и блестящими листьями. Со стороны могло показаться, что эти листья были сделаны из тонкой цветной фольги, отражающей от своей поверхности игривые солнечные лучи. Вся поверхность земли была усеяна разноцветными пятнами света, так, будто кто-то рассыпал по траве прозрачное конфетти. Этот мир всегда оставался бесконечно ярким и красочным в противовес тёмному безжизненному космосу. Окрас неба создавал ощущение непрекращающегося заката, который лишь изредка сменялся на глубокую синюю ночь. Между облаками начали проглядываться звёзды, будто старающиеся привлечь к себе чужое внимание своим холодным светом.

Где-то неподалёку журчал небольшой ручей, скатывающийся со склона далеко вниз, к крупным рекам и озёрам. Тёмно-фиолетовая, практически черная вода плескалась и пузырилась, разбиваясь о камни. Девушка подошла чуть ближе к воде и окинула её задумчивым взглядом. Вся водная гладь была покрыта радужными узорами, напоминавшими растекшееся масло. Пожалуй, это было самым главным отличием этого мира от любых других. В нём текли горючие реки, которые будучи покрытыми плотной плёнкой, могли часами освещать всё вокруг себя пурпурным искристым пламенем. Более того, ночью природа сама поджигала все водоёмы планеты, забрасывая в них искры от тлеющего вулкана. Тогда, огонь, словно змей полз по извилистым ущельям и поворотам рек, заходя всё дальше и дальше, воспламеняя как большие озёра, так и крохотные лужицы.

Недолго думая Лисс, начала удаляться от своего корабля, сверяя координаты храма с быстро сделанными записями, больше походившими на каракули. Ей часто говорили, что её почерк – худшее, что когда-либо происходило со словами и цифрами. Его практически невозможно было разобрать никому, кроме самой Лисс. Однако в этом был какой-то свой потаённый смысл. Девушка развила умение писать с невероятной скоростью, которой могли бы позавидовать даже некоторые печатные машины и роботы, и при этом шифровала всю записанную информацию, делая её недоступной для чужих глаз. Она видела в этом преимущество, поскольку некоторые её записи должны были оставаться личными.

Дойдя до берега гигантского озера, Лисс ненадолго остановилась и почесала бровь. Что-то в записях явно не сходилось с реальностью. Либо же девушка неправильно трактовала их, что было ещё более странным. Она могла допустить ошибку, но это был не тот случай. Все остальные данные сходились. Все, кроме непосредственных координат храма. Если следовать расшифрованным данным, то крупное строение должно находиться прямо перед Лисс, но здесь не было ничего, кроме обсидиановой водной глади.

Здание должно было располагаться на поверхности, ведь оно было не только храмом, но и обсерваторией, откуда представители древней расы наблюдали за звёздами и другими планетами в этой системе. Было бы очень нелогично помещать средство для наблюдения за небом под землю, или ещё лучше, прямо под воду. Однако все цифры указывали именно на это.

Нырять в горючую воду было не просто глупо, а смертельно опасно. Несмотря на всю свою любовь к риску и нестандартным ситуациям девушка не стала искушать судьбу. Эта вода была плотнее, чем обычная, передвигаться в ней было бы крайне сложно, а видеть так уж тем более. Однако что-то делать было просто необходимо. Нужно было какое-то решение, но до тех пор, пока оно не пришло Лисс в голову, она решила разбить небольшой лагерь чуть поодаль от берега. За пару минут она поставила палатку и развела маленький костерок, несколько раз убедившись, что огонь не сможет задеть деревья и воду. Обычно за воду волноваться не приходилось. Ею тушат огонь, заливают костры, чтобы убедиться, что не оставят после себя пожар. Но в этом случае тушить водой что-либо было попросту невозможно, поскольку эффект мог выйти совершенно противоположный.

Небо практически полностью окрасилось в тёмно-синий цвет, будто бы подражая блестящей воде. Звёзды отовсюду смотрели вниз, заполнив собой практически каждый свободный сантиметр. Удивительно как много миров можно было увидеть отсюда. Тем, кто в древности здесь жил точно было чем заняться. Возможно, они часы и ночи напролёт изучали каждую звезду, соединяя их в им одним лишь понятные рисунки и образы, и наделяя каждое космическое светило разными именами. Может быть, одна из этих ярких небесных бусин гордо носила имя, полученное от мифического героя, сражавшегося с монстрами, или великого правителя, известного достойными поступками.

Лисс мечтательно разглядывала окруживший её космос, время от времени переводя взгляд на тёплый огонёк в костре. Сейчас бы был очень кстати пакет сладостей, которые можно было бы жарить над игривым пламенем, и может ещё струнный инструмент, чтобы развеять тоску простенькой мелодией. Однако ничего из этого не было под рукой и оставалось только воображать себе несуществующие развлечения.

Откуда-то из леса послышался шорох. Девушка быстро повернула голову и уставилась в темноту. Что могло скрываться там в глубине? Дикие животные самых разных форм и размеров, монстры, желающие испить человеческой крови под покровом ночи, или же что-то иное. Кто-то иной. Не удивительно, если Лисс окажется права и Эшер послал ей вдогонку одного из своих нарушителей спокойствия, чтобы отслеживать каждый её вздох. Он, как и все, насмехался над глупостью тех, кто верит в легенды. Но в глубине души что-то всё равно шептало: «А что, если?». Что, если те, кто пишут истории, рассказывают легенды, придумали их не на пустом месте? Что, если те, кто смог вообразить столь затейливую сказку, не выдумали её, а позаимствовали у самой Вселенной? Ведь если есть миры, где острова взлетают в небо, где вода горит, и где с неба падают драгоценности, то почему не может быть и другого, исполняющего мечты.

Человеческие мысли сами по себе материальны. Но недостаточно, чтобы мы могли прикоснуться к ним. Они, словно затейливые сигналы, улетают за пределы одного крохотного мира и стремятся вглубь Вселенной, которая иногда посылает на них ответы. Ответы куда более существенные, которые можно увидеть, которых можно коснуться рукой. Стало быть, есть место, где происходит этот переход от мечты в реальность. Место, в котором можно попросить о чем-угодно, и быть уверенным, что оно исполнится. И, пожалуй, место слишком опасное, чтобы быть доступным каждому живому существу.

С лёгким шипением и треском огонь опустился на гладь озера, прибежав откуда-то с горных вершин. В один миг спокойная и идеально ровная, словно зеркало вода, превратилась в гигантский костёр. Пурпурные языки пламени поднимались вверх, изгибаясь и обретая различные фантастические формы, бросающие вызов человеческому воображению. Пару мгновений воздух наполнялся лёгким треском и неприятными ароматами горелой резины, от которых начинали слезиться глаза. После чего земля завибрировала, заставляя маленькие камни на берегу подпрыгивать в воздух, перекатываться с места на место. Тонкий каменный шпиль проткнул поверхность воды, вытягивая за собой чудное здание, украшенное резными узорами и рисунками. Черная вода стекала с толстых стен, разлеталась в стороны и волнами расходилась к берегам, заставляя аметистовые языки пламени раскачиваться и подниматься выше вверх.

Лисс быстро встала на ноги, приоткрыв рот от удивления. По спине пробежали мурашки, казалось, что ноги не смогут удержать девушку на одном месте, и она непременно упадёт. За всё время путешествий ей приходилось видеть множество различных миров, однако то, что она видела сейчас не могло сравниться ни с одним из них. Мокрые стены здания блестели от окружавшего его фиолетового огня, создавая атмосферу таинственности и загадочности. Казалось, что деревья со всех сторон склонились в сторону величественного храма, попутно перешёптываясь между собой.

Вслед за храмом из воды показался каменный мост, с тяжёлыми высокими перилами, украшенными причудливыми витражами. Девушка схватила сумку и ринулась прямиком к мосту, который столь неудачно располагался на другом берегу озера. Пришлось пробежать на большой скорости приличное расстояние прежде, чем ей удалось ступить свей ногой на гладкую каменную поверхность. Огонь облизывал перила со всех сторон, будто бы пытаясь дотянуться до медленно шагающей девушки. Лисс старалась как могла держаться ровно по центру моста, чтобы не оставить и шанса игривому пламени, однако время от времени она всё равно ощущала его разъедающий жар, и была невероятно благодарна тем, кто в своё время построил настолько высокие и толстые перила. Были ли древние служители этого храма такого же роста, что и сама Лисс? Или они были гораздо выше, настолько, что могли бы с легкостью облокотиться на раскаленные перила своего строения? Что изображалось на многочисленных витражах, расположенных по всей протяженности моста? Сюжеты из других легенд? Послания будущим поколениям или предупреждение о чем-то опасном, что могло бы с легкостью уничтожить такого маленького человечка как Лисс?

Пройдя внутрь здания, девушка тут же обратила внимание на стеклянный купол, в центре которого, словно указатель, располагался тонкий и острый шпиль. Судя по конструкции, башня могла поворачиваться и возможно даже наклоняться в сторону, чтобы находящиеся внутри существа могли наблюдать за различными частями неба. Внутри вдоль стен шла винтовая лестница, отдельные ступеньки которой уже потрескались или вовсе отсутствовали. На первом же этаже, где оказалась Лисс, было множество рисунков, похожих на те, которые она уже встречала ранее. Самый большой из них изображал нечто похожее на черную дыру, окруженную кольцами и причудливым ореолом, состоящим из прерывистых угловатых линий. Сразу под ним находилось изображение восьмиконечной звезды, сделанной из прозрачного кристалла. Этот же символ фигурировал и на другой картинке, где существо без лица в ритуальных одеждах держало кристалл над головой, в то время как другие подобные ему стояли склонившись. Звезда, окруженная уже знакомыми Лисс витиеватыми линиями, испускала луч, который уходил куда-то далеко вверх.

Девушка попыталась проследовать за лучом, аккуратно поднимаясь по сломанной лестнице. Каждая ступенька издавала глухой скрип, угрожая провалиться прямо под ногой, и унести с собой вниз того, кто посмел её потревожить. Время безусловно не жалело этот храм, но умудрилось сохранить его в удовлетворительном состоянии, оставив на месте большую часть изображений и «записей». Луч, выходивший из звезды, разбивался на четыре других, которые в свою очередь соединялись с рисунками планет, заполненных внутри запутанными лабиринтами, тем самым кодом, который древняя раса назначала отдельным мирам.

Лисс внесла ещё несколько записей в блокнот, стараясь как можно точнее перевести каждое изображение. Лучше всё делать сразу, поскольку никогда нельзя знать, сможет ли она вернуться сюда вновь. Пока девушка водила карандашом по шершавым листам бумаги она обратила внимание на несколько трещин в прозрачном куполе и подумала над тем, как именно эта священная обсерватория всплывала и погружалась под воду. Она провела внутри несколько часов переходя от одного изображения к другому, строя догадки и переводя те части, которые могли иметь какой-то перевод. Пока всё складывалось вполне неплохо и давало большие надежды.

Древняя раса использовала свои технологии для того, чтобы защитить сердце Вселенной от других. Они создали артефакт, именуемый Путём, который хранил в себе координаты сердца. Но не все было так просто. Артефакт представлял собой звезду из 4 элементов. Каждый элемент – заостренный кристалл, который содержит в себе некоторое количество цифр и символов. Если соединить все части вместе, то данные внутри каждого кристалла сформируют единое целое – координаты, ведущие к сердцу Вселенной.

Изначально все эти части хранились у высокопоставленных существ хранителей. Однако прошло слишком много времени с тех пор, как эта информация был актуальна. Теперь эти осколки Пути были беспорядочно разбросаны по космосу, и искать их можно было только ориентируясь на слухи, передаваемые из уст в уста. Указателями к осколкам могли быть люди, или другие сооружения древней расы, которые до сих пор умудрялись точно отслеживать их местоположение. Это безусловно несколько осложняло поиски Пути, но Лисс не собиралась так легко сдаваться. Она облетит все миры если это потребуется. Хоть это и не оптимально, но если другого способа не будет…

Девушка ещё раз взглянула на рисунки и сравнила их со своими записями в блокноте. У неё уже было примерное предположение о том, куда стоит отправиться, чтобы получить больше сведений о первом осколке. Но прежде хорошо бы запастись ресурсами и более качественным оборудованием. Путешествие планируется довольно долгое, и отправляться без должной подготовки было крайне опрометчиво.

Снаружи послышался плеск воды, лучи восходящего солнца проникли в здание через прозрачный купол и пёстрыми пятнами раскрасили стены. Внезапный звук вырвал Лисс из продолжительных раздумий и вернул обратно в реальность, где всё было не так как она планировала. Иначе бы это было слишком легко. Земля вокруг затряслась, и девушка заметила, как сквозь ворота на первый этаж заливались бурные потоки черной воды, жадно цепляющейся в стены и ударяющиеся об ступени. Казалось, что озеро с удовольствием проглатывало храм, желая утянуть за собой и проникшую в него гостью, ставшую невольной заложницей великого строения.

Девушка быстро схватила все свои вещи, которые успела разбросать по этажу за долгое время пребывания и метнулась по лестнице на самый верх, постоянно спотыкаясь о ступеньки. Они неприятно хрустели под ногами, падали и трещали, угрожая скинуть незваную гостью в мрачную ядовитую пучину, которая в свою очередь продолжала хлестать и пузыриться, образуя пышную аметистовую пену на гребнях волн. Вода поднималась всё выше, заставляя Лисс без передышки скакать между этажами. Добравшись до самого верха, девушка оказалась в безвыходном положении. Мутная водная гладь начала касаться её ботинок, в то время как сама героиня спиной упиралась в стеклянный купол.

Собравшись с силами, девушка начала стучать кулаками по трещинам в куполе, надеясь пробить себе путь наружу. Трещины неохотно хрустели, разрастаясь всего на пару миллиметров с каждым ударом. Лисс отошла на несколько шагов от того места, которое столь яростно колотила и замахнулась в его направлении тяжелой сумкой, чуть не потеряв равновесие и не рухнув вниз. Сумка врезалась в стекло и осколки разлетелись в стороны, открывая небольшой проход, с заостренными краями.

Изрядно поцарапавшись, девушка вылезла на поверхность и встала обеими ногами на крышу здания, практически полностью ушедшего под воду. Она ощущала как по рукам и ногам у неё струится кровь, просачиваясь сквозь ткань. Быстро перебрав все вещи в сумке Лисс, достала пульт дистанционного управления кораблём. Она редко пользовалась им, однако порой он становился единственным выходом из ситуации. Сам по себе он имел всего несколько кнопок с простейшими командами, необходимыми как раз для подобных происшествий, когда надеяться больше было не на кого.

Несколько ударов по клавишам, изрядно потертым и даже слегка пыльным, и вдалеке послышалось гудение. Корабль оторвался от земли и возвысился над густыми кронами деревьев, улавливая сигнал от пульта. Транспортное средство, определенно не созданное для путешественников, не зря имело десяток другой лишних функций, которыми обычно пользовались только зажиточные космонавты. Доверху напичканный самыми разными вещами, он позволял своему пассажиру напрочь забыть о любых проблемах. И в этом он совершенно не соответствовал Лисс, которая мастерски в своей жизни умела только одно – создавать их.

Девушка чувствовала, как в её ботинки начала заливаться чёрная холодная вода, и чувствовала искреннее облегчение от того, что горит она сама по себе только в ночное время и полностью выгорает к рассвету. В чем-то это напоминало ей некоторых людей, явно не предназначенных для существования в дневное время суток. Они были яростны и талантливы, полны энергии, но только пока над ними светили звёзды. С рассветом их силы исчезали, как и мотивация жить в этой Вселенной. Иногда Лисс даже думала, что относится к именно такому типу людей. Впрочем, правда была где-то неподалёку.

Корабль завис прямо над героиней, раскинув тень от сверкающих крыльев на ближайшие несколько метров. Трап открылся и девушка, практически по пояс ушедшая под воду вцепилась в него мертвой хваткой. Закинув сначала одну ногу, затем вторую, она выбралась из обсидианового озера и ещё несколько минут сидела неподвижно. Спустя время она поднялась и вошла внутрь корабля, попутно закрыв за собой люк. Корабль втянул металлический трап обратно и взмыл высоко в небо.

Лисс перевязала полученные травмы бинтами и заклеила пластырями, после чего облачилась в сухие тёмно-серые штаны и светлую футболку. Ботинки стояли вверх подошвами в шкафу, подсыхая после всего произошедшего, пока сама девушка разгуливала по кораблю в носках. Где-то снизу виднелось другое транспортное средство, подтверждающее догадки Лисс о шпионе. Ей стало интересно как далеко тот готов пойти, чтобы получить ценную информацию. Стал бы он реально рисковать своей жизнью, чтобы достичь цели и доложить обо всём своему господину, или же он выбрал бы лёгкий путь, с наименьшими проблемами, а потом рассказал только то, что смог. Лисс была довольно плохо знакома с правилами и политикой шпионов. Они никогда не интересовались ею до этого дня, как и она никогда не проявляла к ним особого интереса. Они существовали параллельно друг другу. Иногда, крайне редко, до девушки могли дойти слухи о гильдии шпионов, об отдельных её участниках или распрях с другими гильдиями, но она не обращала на всё это большого внимания.

Всё что ей было известно – Эшер сделал гильдию шпионов крайне богатой и могущественной, постоянно поддерживая их финансово. Ему прислуживал чуть ли не каждый из её рекрутов, и получал за это баснословный гонорар. В конце концов Эшер тратил уму непостижимые суммы на собственные прихоти, но всегда, абсолютно всегда, эти затраты окупались сполна, принося ему самому в разы больше власти и влиятельности. И денег. Куда уж без них.

Главное, что волновало Лисс сейчас – будет ли шпион следовать за ней даже на самые опасные планеты. Туда, куда она собиралась направиться в поисках ресурсов, и, возможно, чего-то более особенного. Это было не подходящее место для наемников, особенно для тех из них, кто опрометчиво считал себя скрытным. Однако это также давало Лисс возможность вернуть себе свою полноценную свободу. Если её невольный сопровождающий потеряет её из виду, или застрянет, то это даст ей возможность бежать, и действовать без постоянного надзора Бездны. В конце концов, если сердце Вселенной и впрямь существует, то Лисс должна не только добраться до него, но и не позволить никому другому проследовать за ней. Особенно если это касается Бездны. Их желание, одно или множество, может положить конец и без того шаткому мироустройству.

Одно желание. Всего одно и не более того. Каждое живое существо могло использовать его по своему усмотрению. И это было слишком опасно. Безусловно в мире существуют хорошие люди, которые могли бы пожелать исцеления от всех болезней, ресурсов для страждущих или прекращения всех войн до единой. Но были ли такие желания искренне хорошими, и не могли ли они повлечь беды в разы большие, превышающие по своим масштабам всё произошедшее ранее?

Лисс не была уверена на этот счёт. А потому опасалась радикальных желаний. Слишком велик риск испортить баланс, грамотно прописанный самой Вселенной. С другой стороны, если есть сердце Вселенной, способное привнести в мир любые изменения, то не значит ли, что мироздание ожидает от всех, кто его населяет каких-то действий? Не значит ли, что мир был изначально создан несовершенным, чтобы люди могли перестроить его и привести к балансу, которого тот заслуживает?

Если бы существовал однозначный ответ хотя бы на один из этих вопросов, возможно мир был бы немного проще. Или же он был бы слишком простым и скучным. Ведь миром движет именно отсутствие ответов. Оно заставляет людей совершать те или иные поступки, чтобы найти, объяснить и понять нечто недоступное им ранее.

Есть вопросы, на которые ответить легко. Или, точнее, это стало гораздо легче со временем. А есть вопросы, которые останутся равносильно недосягаемыми, которые и через сотни тысяч лет буду двигать с места человеческий разум, подталкивая его к напряженной работе.

Лисс быстро навела порядок на корабле, пока тот плавно летел, разрезая крыльями бесконечную темноту космоса. Подсушенные вещи лежали аккуратной стопкой на полке, ботинки вернулись на свое привычное место на ногах девушки. Пол корабля блестел чистотой и несколько напоминал Лисс сверкающие полы главной базы Бездны. Удивительно как им только удавалось поддерживать там порядок. Столько людей ходило там целыми днями, но невероятным образом всё всегда было в идеальном состоянии. Хотелось бы иметь возможность поддерживать такой же порядок в пределах этого маленького кораблика. Однако время от времени сюда пробирался хаос, и разносил всё вокруг до состояния заброшенных руин.

Быть может, шпион и не пытался скрыться от неё. Вполне вероятно, что он специально напоминал о себе, чтобы держать свою жертву в постоянном напряжении, чтобы она постоянно двигалась вперёд, подводя его всё ближе к истине. Он считал это умным ходом, продуманной стратегией, которая могла запугать Лисс, как и многих до неё. Но на самом деле это было большой ошибкой, которая непременно приведёт к последствиям.

## Алмуно

Вселенная склонна создавать миры, не предназначенные для жизни. Опасные и непредсказуемые, угрожающие любому, кто соберется их посетить, неминуемой гибелью. Но отчаянные обитатели космоса всё равно стремились ступить на поверхность таких планет, бросая вызов здравому смыслу. Один за другим они погибали, не успев даже приблизиться к поверхности. И всё равно не собирались останавливаться. Опыт множества поколений путешественников и первооткрывателей зачастую наглухо игнорировался более молодыми и безбашенными странниками. Им казалось, что нет ничего невозможного, и что их технологии способны совершить чудо, защитив их от жестокой и болезненной смерти.

Когда речь заходила о подобных мирах, нельзя было не упомянуть Алмуно – планету по сути своей являющуюся гигантской пороховой бочкой, раскаленным вулканом, бесконечно поливающим землю потоками горящей лавы. Долгие годы никто не мог даже думать о том, чтобы приблизиться к ней. Горячий воздух в мгновенье ока расплавлял даже самые прочные материалы, двигатели забивались поистине нескончаемым количеством пепла, а неразумные пассажиры сгорали заживо. Люди, склонные к приплетанию веры в самых неожиданных местах, называли Алмуно настоящим адом, обителью зла и страданий.

Сюда привозили преступников со всей галактики, считая это достойным наказанием за совершенные ими поступки. Конечно, этот факт создал планете ещё более зловещую репутацию. Особенно эмоциональные и чувствительные создания утверждали, что души каждого погибшего на этой планете всё ещё были там, внизу, на её раскаленной поверхности, и блуждали среди скалистой местности в поисках спасения.

Однако время способно многое изменить, особенно вкупе с человеческим упорством. Уже невозможно однозначно назвать того гения, которому пришла в голову мысль использовать жар планеты в собственных целях. Его имя затерялось где-то в бескрайних потоках информации, смешавшись с другими. И всё же именно ему, загадочному сумасшедшему, Алмуно ныне обязана своим новым призванием, которое, впрочем, было присуще ей всегда.

Лисс взглянула высоко вверх, но даже там, за красно-оранжевым дымом она не смогла отыскать вершину огромной черной конструкции. Великая кузница, существующая обособлено от всего остального космоса стала крайне интересным дополнением к и без того примечательной планете. Это место не служило единому хозяину и не подчинялось привычным законам. Никто не мог управлять им, ни Бездна, ни Галактический совет. И те и другие не раз пытались привлечь к ответу непокорных работников кузни, однако всегда получали лишь отказ с крайне плохо завуалированной угрозой. Впрочем, когда ты отвечаешь за львиную долю металлургии в галактике и создаешь самое качественное оружие и оборудование, то никто не способен тебе указывать. В любой момент кузница могла перевернуть любого своего противника или недоброжелателя, однако к ведению войны никогда не стремилась. Возможно дело было в том, что все работники кузницы были заинтересованы только в выполнении своих обязанностей и заказов извне, а вовсе не в использовании произведенных материалов. Их мало интересовало что именно произойдет с теми пластинами титана, или с теми пушками, которые здесь выплавлялись. Хотя, возможно, требовать от роботов эмпатии и проницательности было довольно глупо, если не сказать опрометчиво.

Роботы. На несколько голов выше самой Лисс, и к тому же гораздо сильнее. Они в одиночку могли без труда перетаскивать грузы весом более 5 тонн и не боялись даже самых высоких температур. Именно они и были изначальным проектом своего создателя. Кузня же появилась гораздо позже. Так вышло, что местные рабочие, пусть и не живые, изначально обитали в совершенно другом мире, куда более приятном и куда более скучном по их мнению. В этом же мире (куда более интересном, по мнению 96.78% всех работников) у них была цель, которая никогда не изживет себя.

Один из высоченных жестянок медленно подошёл к Лисс, испуская клубы пара через тонкие трубки по всему телу. Он, как и все остальные его собратья, чем-то напоминал вылитый из меди человеческий скелет, с толстыми костями, плотно прилегающими к «внутренним органам», на самом деле представляющим собой бесчисленные провода, туго стянутые металлическими застёжками. Лиц у роботов не было, только матовые черные пластины, скрывающие от чужих глаз всё обилие деталей, находящихся в голове. Некоторых людей это приводило в ужас, навевая им самые страшные и неприятные мысли. Не было никаких эмоций, лишних движений и мимики, которые можно было считать человеческим глазом и использовать в своих целях. Только угольно-чёрный овал, больше похожий на салатную миску.

– Инициализирую протокол любезности: Добро пожаловать, мисс Шэдоу. Рад снова приветствовать Вас в нашей кузнице. С последнего вашего посещения прошло 158 миллионов секунд, – безэмоциональный скрипучий бас эхом разносился по всему стеклянному коридору.

Лисс утвердительно кивнула, на секунду посмотрев в сторону. За прочным бронированным стеклом разливалась ослепительно яркая лава, время от времени сталкивающаяся с острыми горными породами, плотно усыпанными пеплом.

– Я тоже безумно рада тебя видеть, Р-13, – сказала девушка несколько устало.

– Замечены значительные потери жизненно важных жидкостей, вкупе с повреждениями покровных тканей. Предположение, на основе собранной информации: вы находились в среде непредназначенной для вашего вида, что могло повлечь серьезные угрозы жизнедеятельности.

– Почти. Это скорее следствие необдуманного риска. Среда тут практически ни при чём. Но спасибо за беспокойство в любом случае.

– Напоминание: нам важно благополучие каждого клиента и посетителя. Предостережение: ваша склонность к риску способна значительно сократить срок вашего существования. Подобное поведение, не имеющее под собой обозначенной цели, не свойственно другим представителям вашего вида. Напоминание: Вы классифицированы как аномалия. Требуется дальнейшее наблюдение и сбор данных.

– Всё ещё?

– За время вашего отсутствие не было зафиксировано ни одной особи с аналогичным отклонением от поведенческой нормы. Тем не менее база данных была значительно увеличена, что позволяет сделать определённый ряд предположений. Основное предположение: вы являетесь единственным представителем вашего вида с данной аномалией. Побочное предположение: аномалия была сформирована благодаря определенной последовательности событий, повлёкших за собой изменение привычного восприятия действительности, моральных и культурных ценностей.

Лисс глубоко вздохнула, сложила руки на груди и одарила робота саркастично недовольным взглядом.

– Анализируя ваш эмоциональный отклик могу сделать следующее заключение. Заключение: необходима смена темы. Предположение: удовлетворительным вариантом будет тема «Опрос о цели пребывания». Инициализирую внедрение выбранного варианта.

На несколько секунд повисла тишина, после чего робот слегка наклонил голову набок.

– Обозначьте причину, по которой вы выбрали данную локацию в качестве своей текущей позиции. Напоминание: вы можете указать несколько причин, объединив их с помощью различных форм речи, уместных в вашем языке. Не рекомендуется использовать более 2,56 миллионов причин, поскольку это может повлечь гибель от естественных факторов.

– Я хочу сделать заказ. И надеюсь, что его изготовление не займет много времени. – сказала Лисс, стараясь проигнорировать тот факт, что её жизнь только что измерили в количестве слов и предложений, которые она может сказать.

Р-13 вернул голову в исходное положение и заметно выпрямился, став на несколько сантиметров выше.

– Причина проанализирована и классифицирована, как приемлемая. Прошу, следуйте за мной, по возможности поддерживая равномерный темп движения.

После этой фразы робот повернулся и направился вперёд по длинному коридору. Девушка пошла за ним оглядываясь по сторонам.

Она была тут уже не первый раз, однако всё равно с некоторым удивлением и напряженностью осматривала всё что её окружало. Стеклянные стены плавно перешли в прочные металлические, которые были обшиты снаружи многочисленными слоями камня и термостойкого пластика. Время от времени мимо проходили другие работники, такие же бездушные машины, отличающиеся друг от друга разными деталями и серийным номером, выгравированном на одном из ребер. У каждого здесь была своя задача, от которой мог зависеть их облик. Некоторые роботы были выше других, или могли по желанию удлинять и вытягивать отдельные конечности, другие же могли поставить себе вместо рук сварочный аппарат, бур и вообще практически любой желаемый инструмент. Р-13 в свою очередь был преимущественно коммуникатором. Он принимал и передавал заказы на производство, общался с гостями и клиентами. Несмотря на это он всё равно разговаривал, как и другие роботы, используя в речи множественные уточнения и термины. Это был своеобразный отличительный знак всего механического «народа». Они следовали четко прописанному протоколу, и никогда не позволяли себе перенимать человеческую культуру речи, считая её излишне перегруженной и неорганизованной.

Как бы далеко не зашёл технологический прогресс, эти конкретные роботы всегда изготавливали себе подобных по одному и тому же принципу. Они старались сохранять идентичность друг другу, словно отдельная раса, и даже много лет спустя продолжали использовать пар в качестве основной своей движущей силы. Конечно, они не применяли пар непосредственно в разработке оружия и различной техники, следуя в этом плане современным тенденциям, но сами продолжали работать таким устаревшим образом. В каком-то смысле они были просто гигантскими котельными на ножках, и, хотя они отрицали существование эмоций, явно менялись в поведении, когда кто-то говорил им это в глаза.

Если у кого-то в мире находилась смелость сказать жителю Алмуно, о его схожести с паровозом или котельной, то он, сам того не понимая, получал клеймо неприятеля на всю оставшуюся жизнь. Роботы отлично хранили данные, в том числе данные о лицах и именах. Поэтому даже столетия спустя они могли безошибочно определить далёких потомков своих предыдущих клиентов. И устанавливать наценку на их заказы, если их предок не блистал умом и имел неподходящее чувство юмора.

Вопреки распространенному мнению, роботы отнюдь не были абсолютно нейтральными к каждому своему посетителю. Они могли быть злопамятными, а их внутреннее устройство памяти превращало это в настоящую проблему. Жестянки хранили абсолютно все воспоминания, звуки и даже текст, но что гораздо важнее, они делились этой информацией друг с другом, образуя единое хранилище информации. Даже если один из роботов, в частности тот, кто создавал запись в памяти, погибал или повреждался, остальные могли со стопроцентной точностью идентифицировать его обидчика или возникшую проблему.

Однако они хранили в голове не только память о своих врагах, но и информацию о потенциально интересных особях разных видов. Любой, кто отличался от других достаточно сильно, мог претендовать на статус аномалии, и стать желанным гостем в кузнице. Аномалии получали определенные преимущества, которые должны были стимулировать их как можно чаще посещать кузню. Тогда у роботов были шансы изучать своих неординарных клиентов, отслеживать их интересы, повадки и фиксировать любые изменения.

Лисс практически сразу получила этот спорный статус, став любимицей механического народа. Они наблюдали за ней, анализировали и собирали данные, чтобы выяснить причины всех расхождений. Девушка не спешила способствовать этому, и не часто навещала кузницу. Однако роботы были гораздо терпеливее людей и готовы были ждать целую вечность. Хотя они чувствовали, что их намеренно избегают, но не придавали этому большого значения. Рано или поздно каждому потребуются их услуги, и те, кто бывал здесь, обязательно возвращаются назад.

Р-13 завёл героиню в небольшую комнату. Боковые стены были от пола до потолка заняты стеллажами с различными ящиками и папками. В центре – массивный стол и стул. Обычно в таких кабинетах предусматривался и второй стул, непосредственно для хозяина комнаты, но вопреки человеческой логике его здесь не было. Робот жестом указал на свободное место и прошествовал на другую сторону.

– Какого характера будет заказ? – его тон звучал всё также безэмоционально.

– Мне нужно оружие, простое в использовании, пригодное для путешествий, занимающее не слишком много места. Предпочтительнее всего, то, что можно будет использовать не только в битвах, но и в затруднительных ситуациях, – Лисс отодвинула стул и присела, изучая взглядом длинные полки.

– Уточнение: Затруднительная ситуация подобная той, которая оставила значительные повреждения?

– Возможно.

– Примечание: Ответ не однозначен. Предположение: Вы уклоняетесь от ответа. Причина: неизвестна. Повторное предположение: Совершенные ранее действия, приведшие к получению травм, нарушают определенные законы, либо могут заинтересовать ваших недоброжелателей.

– Я планирую масштабную исследовательскую миссию. Однако это вызывает подозрение у Бездны, и привлекает их внимание. Оно излишне, а потому, я не хочу разглашать тебе подробности.

– Напоминание: Вся информация о клиентах класса «А» строго конфиденциальна, и используется архивом только в исследовательских целях.

– Есть какой-то шанс что ты изменишь мой класс однажды?

– Сомнения: Изменение класса «А» на любой другой производится только в случае обнаружения иных 50 особей с аналогичным отклонением от нормы. На данный момент зафиксированных особей: 1. Предположительный срок изменения класса: не подлежит расчёту, либо равен бесконечности.

Лисс опустила глаза в пол и вздохнула.

– В таком случае вернись к обсуждению заказа.

– Напоминание: Клиенты, представляющие собой единственный существующий образец аномалии крайне важны. Им предоставляются особые условия. Мы радушно встречаем их. Вы не должны испытывать негативных эмоций по поводу своего статуса, поскольку он даёт вам преимущества.

– Ты собираешься перейти к делу?

– Ответ утвердительный. Однако прежде я обязан озвучить замечание. Замечание: ваша реакция на озвученные ранее темы и перечисленные блага является неординарной. Другие люди иногда опрометчиво стараются получить соответствующий статус, даже если не могут быть к нему причислены изначально. Вы же избегаете своего положения на территории кузницы. Более эта тема подниматься не будет.

– Спасибо.

– Оружие какого плана было бы для вас предпочтительнее? Можете привести один или несколько примеров.

– Думаю шест или копье бы отлично подошли.

– Анализирую запрос. Исходя из предоставленной информации оптимальным решением может стать складной телескопический шест с выдвижным наконечником.

– И сколько времени уйдёт на его изготовление?

– Ваши запросы являются приоритетными. Готовое изделие можно будет получить в течение нескольких часов. Приблизительный расчёт времени: 126 минут. На время ожидания вы можете расположиться в пределах нашего комплекса.

– Цена?

– 100 галактических кредитов. Однако мы были бы благодарны получить в качестве оплаты информацию. Примечание: информация будет использоваться исключительно для исследования. Хранение информации будет производится неопределенное количество времени, в том числе после вашей гибели от любых причин.

– Как упоминание моей гибели должно сподвигнуть меня к предложенному способу оплаты?

– Примечание: предположительно никак. Данный термин был употреблён с целью информирования. Инициализирую протокол извинений: данное высказывание не имело цели задеть ваши чувства. Извинения.

Лисс саркастично фыркнула, положив на стол несколько пластиковых пластинок.

– Оплата данным способом – ваше окончательное решение? Уточнение: я не могу изменить вашу точку зрения на данный вопрос, используя различные методы не физического влияния?

– Моя информация останется при мне. Это окончательно.

– Отмечена новая черта характера: непреклонность. Занесена в базу. В дальнейшем эти данные упростят нам работу. Предположение: с вами работать будет по-прежнему тяжело.

Лисс легко усмехнулась. Роботы не обладали чувством юмора. Но иногда их реплики вызывали неподдельную улыбку. Те из них, кто работал коммуникаторами и постоянно имел дело с различными существами со всего космоса иногда намеренно внедряли спорные или неоднозначно сформированные реплики с целью снять напряжение с клиентов. Это не всегда им удавалось, однако никогда их не останавливало. Казалось бы, разум, вобравший в себя столько информации и опыта коммуникации, мог бы позволить роботам стать самыми харизматичными и обаятельными существами в галактике. Однако они, будто бы намеренно, соблюдали свой собственный протокол, ограничивающий их нормы общения, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Были, конечно, отдельные личности, считавшие их тон и манеру общения особенной и привлекательной, но это никогда ни к чему не приводило, поскольку машины не нуждались в чужой любви и внимании. Если бы никто не пользовался их услугами, они всё равно бы существовали здесь, на этой самой планете, создавая причудливые изобретения, и познавая мир.

Некоторые ученые считали, что данная модель носителей искусственного интеллекта могла бы собрать непомерное количество знаний о Вселенной, и достичь небывалых достижений в любой области, если бы не была столь привязана к одному месту и продолжила свои странствия, поставив в приоритет изучение, а не труд.

Р-13 проводил Лисс по коридору до комнаты ожидания. Здесь были книжные шкафы, удобные кресла и торговые автоматы, выдающие еду невысокого качества, зато готовую к мгновенному потреблению. Устроившись в одном из кресел, девушка стала пристально всматриваться в вид за окном. Пара часов пролетит крайне быстро. Главное не смыкать глаз.

Лисс не доверяла роботам несмотря на то, что уже не в первый раз посещала их скромную обитель. И время от времени находила для этого дополнительные причины. Бездушные машины могли делать всё что угодно, и периодически пользовались этим. Хотя не у кого не было точных задокументированных подтверждений, но люди считали, что машины были способны на похищение своих гостей, особенно тех, кто был им наиболее интересен. Что именно они делали с захваченными существами было неизвестно, но это лишь увеличивало количество слухов и подозрений. Чем меньше информации дано, тем больше появится догадок на стороне.

Где-то вдалеке, в коридоре, слышался странный шум, привлекший внимание девушки. Она была уверена, что слышит мужской голос, или даже крик, сопровождающийся тяжелыми шагами и шипением выпускаемого пара. Кто-то спорил с одним из работников, или даже ссорился с ним, что было поистине глупо и опрометчиво. Роботы не реагировали на угрозы и крики. Они не отвечали эмоциями на эмоции. Но затаивали обиду глубоко среди проводов и микросхем, превращая её в оружие мести.

Других гостей в комнате ожидания не было. Практически никогда и не бывало. Те, кто приходил сюда зачастую не ждали свои заказы, а забирали их позже. К тому же, большинство из клиентов обращались в кузню за предметами большими и массивными, на изготовление которых требовалось порой больше недели. Лисс по сути была редким исключением, обращавшимся за помощью даже в мелочах. Однако лучше один раз попросить изготовить оружие у настоящего мастера, чем потом десятки раз чинить и собирать его по кусочкам.

Лисс старалась вслушаться в непрекращающиеся шумы. Однако звук со временем начал отдаляться, пока не затих окончательно. На мгновенье в голове девушки проскочила мысль, которой не было никакого разумного подтверждения. Но никогда нельзя знать наверняка. Алмуно была неплохой ловушкой и укрытием от чужих глаз. Быть может шпион, преследующий Лисс и дышащий ей в спину попался охранникам в одном из коридоров комплекса. Охрана здесь была куда строже и сообразительнее, чем даже на кораблях Бездны. Некоторые утверждали, что роботы кузницы были более совершенными охранниками, чем кто-либо другой во всей галактике.

Они никого никогда не упускали, хорошо знали любые приемы воров и шпионов. Но что ещё хуже, они никогда не спускали нарушителям с рук их поступки. Также как отдельные правители избавлялись от преступников скидывая их на Алмуно, действовали и сами роботы, выкидывая недоброжелателей за пределы комплекса, где те плавились заживо.

Где-то в комплексе даже был специальный выход, отделенный сразу несколькими плотными воротами от адского окружения. Охранники оставляли своих жертв за первыми дверями, закрывали их, и открывали вторые, позволяющие природе жестокой планеты совершить своё кровожадное правосудие. Шансов избежать кары не было. Абсолютно. И это в очередной раз подогревало людской «интерес» к механическим работягам и стражам. Непреклонные и молчаливые. Они делали свою работу без нареканий и без ошибок. И вселяли страх в сердца людей своей пустотой.

Лисс встала из кресла и подошла к выходу из зоны ожидания. Приглушенное освещение в коридоре вызывало смешанные ощущения, и девушка была уверена, что почувствовала, как ком встаёт в горле, а мурашки проходят по спине. Неужели ты, та, которая без страха смотрела в лицо предводителю Бездны, взбиралась на парящий остров и чуть не ушла под воду с древним храмом, теперь испытывала тревогу от одного только освещения и отдаленного звука?

Девушка сделала один небольшой шаг в коридор и тут же почувствовала пристальный взгляд своим затылком. Увесистая рука упала на её плечо, слегка оттягивая Лисс назад.

– Планируете покинуть зону ожидания?

Лисс обернулась, машинально смахивая руку своего собеседника резким движением. Р-13 возвышался над девушкой, и она была готова поклясться, что несмотря на отсутствие глаз, он вдавливал её в пол своим взглядом.

– Откуда ты…

– Комплекс оборудован дополнительными проходами для удобства перемещения персонала. Это позволяет ускорить работу и повысить качество охранной службы. Замечание: вы не ответили на вопрос.

– Мне показалось, что я что-то слышала.

– Ответ приемлем. Информирование: охрана задержала мужчину, совершившего несанкционированный вход на территорию кузницы. Задержанный оказывал активное сопротивление, в следствие чего был принудительно удален с территории.

– Уточни, что значит удалён.

– Уточнение: объект был перемещён в другую локацию, не находящуюся на территории комплекса.

– То есть… вы выкинули его наружу?

– Возможная, однако не корректная трактовка. Примечание: вы в безопасности, и вам нечего бояться, поскольку преступник был устранен. Дополнительно примечание: способ устранения нарушителя не должен вас интересовать, также как и не должен внушать страх. Мы работаем для вашего комфорта и безопасности. И принимаем все возможные меры по предоставлению максимального уровня в обеих категориях.

– Ясно.

– Прошу вернитесь в зону ожидания, и не покидайте её без уведомления персонала. Можете гарантировать, что удовлетворите данный запрос?

– Как долго ещё нужно ждать?

– Осталось не более 45 минут до полной готовности вашего заказа. Вас проинформируют, когда всё будет готово. Примечание: я лично доставлю и передам вам заказ. Что снижает до минимума потребность в покидании данной зоны.

Лисс кивнула и аккуратно обошла робота. Мысль о том, что шпион, преследовавший её, теперь представлял собой кучку пепла не покидала её. Она, конечно, хотела избавиться от тайного наблюдателя, но точно не таким способом. Впрочем, он сам упростил до безобразия эту задачу, пробравшись внутрь кузни без ведома сотрудников. Если бы он дал им знать о своём присутствии, то они с Лисс могли бы столкнуться нос к носу. Ни один шпион не мог позволить такого, особенно когда знал, что его ожидают.

Что такого Эшер поручил своему наемнику, что тот совершил столь странный поступок? Быть может, он хотел знать о каждом действии девушки, но это глупо. Бессмысленно. Нет ни одной причины следить за ней так упорно. Достаточно было бы просто отслеживать её прилёт и вылет с планет, чтобы рано или поздно достичь вместе с ней финальной точки.

Может быть, было что-то ещё. Что-то помимо Сердца. Возможно Эшер, как и населявшие эту планету роботы, хотел изучить Лисс, влезть ей в голову и раскусить её план. Девушка почесала нос тыльной стороной ладони, после чего убрала в сторону несколько упавших на глаза локонов. Все так хотели знать, что у неё внутри. Что действительно движет ею и заставляет двигаться дальше. Что заставило её поверить в легенду и бросить все силы на её воплощение.

Тайны, лежавшие у неё на сердце, никому не были предназначены. Она не планировала ни с кем ими делиться и уж точно не хотела, чтобы они стали чьим-то достоянием без её ведома. Потому что истина куда глупее, чем любая вообразимая ложь. Бессмысленная, абсурдная и наивная правда. Она была гораздо ничтожнее, чем можно было бы вообразить. У Сердца можно попросить всё что угодно, не так ли? Само время и пространство подвластно тому, кто его достигнет. Можно желать мирового господства, силу подобную богам. Но всё это пустое.

Действительно ли ты проделаешь все эти усилия, пройдешь весь этот путь ради столь крохотного желания, по сути, не несущего никакого смысла? Неужели никто другой не способен этого сделать, и ты решила обратиться к самой Вселенной?

Лисс облокотилась на кресло и принялась терпеливо ждать возвращения своего механического надзирателя. Всего один шаг за линию комнаты, и он словно по волшебству, снова возникнет перед ней с всё тем же угрожающим и одновременно озадаченным видом.

Время шло. По другую сторону прочных бронированных стен лава разливалась, образуя горячие адские реки, сминая под собой слои рассыпчатого пепла. Куски горных пород отламывались, скатывались по наклонной поверхности и тонули в раскаленной субстанции. Девушка, наблюдавшая за всем этим через небольшое окно, была полностью погружена в свои мысли, стараясь как можно дальше отогнать непонятные и незнакомые ей чувства в сторону. Она не скорбит, ей не печально, не жаль. Нет горечи или обиды. Но не было и облегчения или радости.

Казалось, что пустота, присущая роботам просочилась в её душу, и начала медленно разъедать её изнутри, лишая любых эмоций. Она была не уверена, как описать своё состояние. И тем более не была уверена, что смогла бы с кем-то поделиться странным потоком мыслей. Быть может, она и впрямь слишком много времени проводила в космосе, окруженная лишь собственным эго и звёздной пылью.

Может она и впрямь стала аномалией, не похожей на нормальных людей. Не такой как все они. Многие годы она скиталась по галактике, изредка общаясь на отстраненные темы или повествуя об увиденном. Но никогда не говорила о себе. Кто она, откуда, куда держит путь и что хранит на душе. Все эти аспекты её личности ускользали даже от тех, кто мог бы называть себя её другом.

Никто из известных ей людей не смог бы сказать хоть пары связных слов о её прошлом. Никто ничего о нём не знал. И столько времени спустя Лисс сомневалась, если сама всё ещё хранила в памяти истинный образ своей жизни. Тихой и спокойной. Не похожей на эту.

Когда произошёл этот переломный момент? Когда умиротворяющая тишина сменилась на гулкую и давящую? Ту, к которой Лисс привыкала за столько лет, и всё равно иногда не могла с ней сосуществовать. Включала вентилятор, музыку, радар, всё что угодно, лишь бы прогнать пустоту из своего корабля. Загнать её в угол. Она могла убегать от неё бесконечно, но не могла прогнать её из своего сердца.

Там чего-то не хватало. Утерянного фрагмента, который был оторван от Лисс против её воли. Быть может, в этом был какой-то особый смысл, какой-то замысел известный лишь самой Вселенной. Но девушка не могла и не хотела с этим мириться. Она хотела заставить Вселенную вернуть ей украденное, стараясь убедить себя в невиновности. Всё сложилось так не по её вине. Но вокруг не было никого больше.

Р-13 появился в проходе, на этот раз ознаменовав свой приход громкими и гулкими металлическими шагами. Выпустив в воздух несколько клубов пара, он протянул Лисс металлическую палку. Девушка аккуратно взяла её в руку и повертела в разные стороны. Она была сопоставима по длине с расстоянием между кончиком среднего пальца и запястьем, при этом была довольно увесистой, хоть и не тяжелой.

Одним лёгким движением руки Лисс раздвинула палку, превратив её в полноценный длинный шест. Робот накренил голову на бок, наблюдая за тем, как гостья вертит своим новым оружием. Оно не выглядело смертоносным или опасным, но по желанию самой Лисс могло легко сменить плоские концы на острые, способные проткнуть или порезать некоторые не слишком прочные материалы. Вряд ли однажды девушке придется использовать новую игрушку для пронзания бронированных стен, а для всего остального она и так отлично подходила.

Собрав шест обратно в более компактную форму, Лисс повернулась к Р-13.

– Уточнение: оружие пригодно для использования в практически любых условиях, устойчиво к воде, высоким и низким температурам, а также защищено от некоторых самых распространенных видов кислот, встречающихся на планетах класса 4.

– Неплохо. Хотя я не уверена, что я сама по себе предусмотрена для посещения таких планет, но буду иметь ввиду.

– Примечание: замечен сарказм. Однако, вынужден согласиться. Особи вашего вида не подготовлены для посещения и нахождения на кислотных планетах.

– Спасибо за проделанную работу. Думаю, теперь я могу идти. Верно?

– Если только вы не планируете поделиться информацией…

– Не планирую, – Лисс оборвала робота на половине фразы. Впрочем, этого собеседника подобное поведение никак не напрягало. По крайней мере он не выражал явного протеста.

– В таком случае, позвольте сопроводить Вас обратно к транспортному средству. Дополнительное уточнение: предоставленный ранее архив карт, а также бортовой компьютер по-прежнему исправны?

– Да, с тех пор больше никаких поломок.

– Инициализирую протокол эмоций: очень рад. Примечание: зная ваши навыки работы со сложной техникой удивлен подобным результатом. Заранее приношу извинения за выраженное примечание.

– Нет, ты прав. Я отнюдь не мастер, не инженер и не гениальный программист. Но мои навыки всё равно лучше, чем ты думаешь, хотя бы потому что я успела улучшить их с нашей последней встречи.

Лисс прошла за своим металлическим спутником по коридорам и вернулась обратно к стеклянному входу. Высокий лифт, уходящий за красно-чёрные облака, и даже пересекающий атмосферу планеты быстро доставил девушку к её кораблю. С такой высоты она могла рассмотреть самый кончик кузни, торчащий из густой пелены едкого пепельного дыма.

Где-то там внутри по-прежнему суетились роботы, выполняющие чужие заказы и создающие оружие, которое никогда не применят сами. Один из таких потоков смертельных орудий непременно станет собственностью Бездны, другая же часть партии останется для Галактического совета, а третья часть, быть может, попадет к сопротивляющимся отважным воинам, старающимся избавить галактику от пагубного влияния Бездны. Они, конечно, считают себя героями. Освободителями, дарующими мир. Но Бездна позиционирует себя точно также.

Борющиеся за одни и те же идеалы, одним и тем же оружием, люди считают, что отличаются друг от друга. Считают себя спасителями, а своих противников называют врагами. Но на деле никто из них никогда не будет прав. Ничье оружие не является святым, ничьи поступки нельзя назвать правильными.

Великая кузня куёт оружие, а люди с его помощью куют войну.

## Энша

Во всём бесконечном хаосе, созданном Вселенной, были и места столь спокойные, что сам факт их существования вызывал у путешественников небывалый восторг. Миры, не знавшие войн, кровопролитий и распрей, представляли собой настоящую редкость, сокровище, несравнимое по своей ценности ни с чем другим. Считалось, что именно такие планеты и становились последним пристанищем для большинства странников, ведь обретя настоящий душевный покой, те уже больше не стремились подвергать свои жизни опасности. Когда Лисс впервые посетила один из таких миров, его радушные жители предложили ей, как и всем, остаться, отказаться от страданий и скитаний по бескрайнему космосу. Однако к удивлению хозяев, гостья не стала задерживаться надолго, и впредь редко посещала их скромную, но тихую землю.

Она боялась, что красочные бескрайние поля, где высокая трава доставала почти до пояса, смогут очаровать её своей умиротворенностью, пленить душистым ароматом редких мелких цветов и навеки присвоить. Что бескрайне дружелюбные мирные жители смогут плотно втереться ей в доверие, заставить забыть о прошлом и оставить его далеко позади. Лисс не могла этого допустить. Прошлое – всё что у неё было, её единственный ресурс, мотивация и суть самого её существования. Оно жило глубоко в сердце и заставляло его биться, а следовательно, жить.

Иногда, девушка задумывалась о том, что стало бы с ней, остановись она на одном месте. Быть может, впервые за долгое время ей удалось бы почувствовать себя по-настоящему счастливой. Или же нет. Скорее всего нет. Иначе бы конец этой истории уже давно произошёл, приключение прекратились, оставив место лишь для размеренной жизни где-то среди золотистых полей. Но странствия продолжались, и со временем набирали всё большие обороты, уходя всё дальше вглубь Вселенной, в поисках ответов на незаданные вопросы.

Лисс была создана для космоса. Вернее, она так думала, когда была ребенком. Детские фантазии и мечты рисовали перед ней яркие картины фантастических приключений. Таких, в которых разгадывались самые сложные тайны, совершались самые необдуманные поступки, и всегда был счастливый финал. Но реальность оказалась не такой радужной и приятной. Как, впрочем, и космос оказался куда более опасным, чем неокрепший ум ребёнка мог себе вообразить. Там обитали монстры, некоторые из которых были очень похожи на людей. Иногда настолько, что можно было и впрямь им поверить.

Свет двух солнц падал на многочисленные травинки, создавая с помощью их теней различные замысловатые рисунки. Ветер блуждал по высоким неухоженным зарослям, словно в поисках чего-то определенного. Может быть, он искал пару красивых цветов, которые можно было поднять в воздух и унести с собой в потаенные части планеты. Или же людей, чтобы застать их врасплох, спутать их волосы и одежды. Однако, единственным кого он нашёл была Лисс. Без разбора поток ветра врезался в неё, стараясь сбить с ног, но не сдвинул её с места даже на миллиметр, и, будто обиженный этим, унесся прочь.

Природа других миров не любила Лисс. Возможно потому, что никогда не должна была на самом деле встречать её в своих чертогах. И хотя говорят, что Вселенной всё известно наперед, и нельзя совершить поступка ею не предопределенного, некоторые вещи всё равно оставались сюрпризами, даже для сущности столь могущественной. Девушка была тому самым ярким примером, хотя сама не могла понять этого наверняка. Лишь отдельная далёкая, как край галактики, часть её разума подсказывала, что ей здесь не место. Как и вообще нигде во всём мире. Возможно, именно это и приводило Лисс в движение. Она металась между различными планетами, пытаясь отыскать ту самую, где разум наконец сможет затихнуть, оставив место покою и тишине. Но ни один из увиденных пейзажей не заставлял её прекратить свой бег, также как ни один человек во Вселенной не мог её удержать.

Откуда-то сзади послышались размеренные шаги. Девушка медленно повернула голову, с трудом выбираясь из собственных мыслей. Тонкое существо практически в два раза выше героини неспешно перебирало ногами, выбрасывая их из-под длинной полупрозрачной юбки. Его голова напоминала собой гриб с большой белой шляпкой, покрытой золотистыми крапинками, из-под которой выглядывало около десятка мелких светящихся глаз. Бледные и худые руки, больше похожие на плотно переплетенные корни или лианы мирно свисали, слегка покачиваясь на ветру.

Существо остановилось в метре от Лисс и слегка наклонило голову вперёд в приветственном поклоне.

– Мы не ждали более увидеть тебя, потерянное дитя, – мягкий приглушенный голос донесся как будто бы отовсюду одновременно.

– Я часто возвращаюсь в места своих странствий. В этом нет ничего удивительного – отметила девушка, разворачиваясь к своему собеседнику.

– Нас поражает не столько присутствие твоего тела, сколько разума.

– По вашему мнению он находился в другом месте всё это время?

– О, естественно, твой разум странствует отдельно от тебя. И нам это было известно с самой первой встречи. Но сейчас он как никогда близок к твоему положению в реальности. Что не может не впечатлять.

– И всё же я не совсем понимаю… Впрочем, возможно никогда не пойму.

– Не отрицай знания, дитя. Просветление приходит ко всем со временем. И твоё скоро придёт, мы верим. Мы видим.

– В таком случае мне остается только ждать. И возможно надеяться. Это не помешает.

Существо наклонило голову набок и сложило руки на груди, переплетая их между собой.

– Твоё неверие не может пройти незамеченным. Но мы не имеем права обижаться на тебя. Твой мир воспитал тебя иначе, и мы не в силах повлиять на это против твоей воли.

– Спасибо за понимание, я полагаю. – Лисс всегда испытывала некоторые трудности в общении с подобными обитателями Вселенной. Они видели и слышали то, чего не мог ощущать никто другой. Но куда больше сбивало с толку их миролюбие.

– Что привело тебя в наш мир в этот раз? Ты не слоняешься бесцельно по бескрайнему космосу, а значит преследуешь некий умысел. Даже в посещении нашего мира можно углядеть его следы. Оповести нас.

– Мне бы хотелось получить некоторые ресурсы. Я собираюсь отправиться в довольно долгое и возможно опасное путешествие. Хотелось бы быть к нему подготовленной.

– Мы с радостью разделим с тобой дары нашего мира. Однако помни, что пути Вселенной неисповедимы, и ты не можешь быть готова ко всему.

– Да. Мне это известно. Но я всё ещё надеюсь уберечь себя как минимум от тех возможных событий, которые находятся в моей власти.

– Благоразумно. Хоть мы и не поощряем твою любовь к странствиям, но не станем противостоять. Ведь нет ни малейшего шанса, что ты остановишься. Надеемся лишь, что однажды ты перестанешь убегать…

– Я ни от чего не бегу. По крайней мере не делаю это своей главной целью.

– О, дитя. Ты бежишь от истины. Но время покажет, к чему это приведет. И кто знает, быть может, однажды ты вновь навестишь нас впервые.

Лисс слегка сдвинула брови, стараясь проанализировать услышанное, но всё равно не могла точно трактовать смысл предложения. Казалось, что он лежал где-то на поверхности, однако девушка никак не могла его ухватить. Всё равно что пытаться поймать своё отражение в луже.

Существо вновь выпрямило голову и опустило руки. Его многочисленные глаза мигали холодным бледным светом, впивались куда-то в пространство, направленные не столько на девушку, сколько на весь мир в целом. Своим взглядом создание будто бы искало что-то отдаленное, и одновременно следило за собеседником, стараясь не упустить ни единого его движения.

– Мы сообщим в хранилища, и утром ты получишь всё в чём нуждаешься. А сейчас, мы вынуждены тебя покинуть. Надеемся, что это не огорчит тебя.

– Благодарю. Буду ждать, – Лисс отвернулась, уставившись на красочный закат двух ярких солнц. Они приближались к горизонту вместе, так, будто бы одно из них вело за собой своего младшего братца. На деле же, едва ли разница во времени их появления была столь велика.

Лёгкое шуршание и шелест свидетельствовали о то, что девушка осталась одна. Её собеседник исчез, хотя прозвучало лишь несколько шагов, впрочем их способы перемещения с людьми сильно разнились. Как и взгляды на жизнь. Наверное, если можешь позволить себе жить сотни лет, то рано или поздно развиваешь особые навыки. Время неограниченно, можно делать всё что угодно, а значит, можно наконец посвятить себя тому, чтобы научиться просачиваться сквозь землю. Со стороны это примерно так и было. Хотя на деле представляло собой интересный ход эволюции.

Земля под ногами слегка дрожала, и несмотря на всю мирную обстановку вокруг, это движение вызывало крайне неприятные ощущения и наводило на не самые лучшие мысли. Если задуматься, то Лисс никогда не видела никаких поселений на этой планете, также как и не видела других людей. Знакомые говорили ей, что часть путешественников прилетала сюда и именно здесь завершала свой путь. Но где именно «здесь»? Едва ли кучка свободолюбивых странников стала бы жить весь остаток своих лет глубоко под землёй, это было бы просто неразумно и глупо. Но даже если так, то где-то должен был быть вход в это тайное подземное царство скитальцев в отставке. Однако нигде на всей протяженности планеты не было ничего подобного. Никаких гор или тенистых лесов. Только бесконечное поле, усеянное высокой разноцветной травой и мелкими душистыми цветками.

Всё это вызывало у Лисс подозрения, которые она никогда бы не осмелилась озвучить. Вселенная обладала богатой фантазией и не было сомнений, что в ней могли существовать тихие и спокойные миры. Возможно, они были созданы специально, для равновесия и баланса. Чтобы уставшие от суеты существа могли найти здесь свой новый дом, пристанище мечты.

Но какую цену платили все эти планеты, чтобы годами поддерживать своё состояние на одном и том же уровне? Чем им приходилось жертвовать, чтобы избегать войн и ссор? Ну и, конечно, столь изобилующие ресурсами миры не могли так просто существовать, не привлекая внимания алчных жителей необъятного космоса, которым и бесконечности было мало.

Что заставляло Бездну и другие подобные ей сборища негодяев избегать спокойные миры, переполненные различными ценностями? Жители и хозяева этих планет никогда не торговали с людьми, недостойными их внимания. Они не отдавали ресурсы тем, кого считали злыми или опасными, не выходили на связь с жадными и эгоистичными. Но это ещё не значит, что они не обращали на таких гостей своего внимания. Просто внимание это зачастую могло быть особенным и специфическим.

Энша – ящик Пандоры, который имел в себе что-то индивидуальное для каждого. Мир, который мог судить и осуждать любых его посетителей. И, безусловно, карать наглых вредителей, ворвавшихся без проса. Однако, в отличие от великой кузни, где жестокость была частью репутации, Энша не показывала всем свою тёмную сторону. Она оставляла её для тех, кто того заслуживал, и потому лишь продолжала оставаться самой мирной и тихой планетой по мнению людей. Никто не видел, как именно это происходит, никто не мог этого знать, но Лисс всё равно ощущала наличие этой бесспорно кровавой тайны. Её следы лежали глубоко под поверхностью, окутанные плотными корнями, спрятанные от всей Вселенной и её обитателей.

Это должен быть идеальный мир, и иную репутацию ему иметь было просто запрещено.

Звёзды начали постепенно появляться на небе, заполняя собой всё доступное им пространство. Лисс прилегла на землю неподалёку от своего корабля и уставилась на многочисленные созвездия. У каждого мира для них были собственные названия, ведь все видели их под совершенно разным углом. Помнится раньше, когда люди ещё не слонялись по космосу, а лишь наблюдали за ним из одной точки, они соединяли все видимые звёзды линиями и представляли на их месте мифические образы. На расположении замысловатых звёздных картинок люди прокладывали маршруты и искали путь. Они рисовали карты, писали истории, верили, что вложенное ими значение определенно имеет смысл с точки зрения всего космоса. Хотя, конечно, люди были не правы.

Космос был куда больше, и не имел однозначного мнения на такие мелочи. Он существовал оторвано от всего, от понятий, идей и мыслей конкретных существ. Ничто из этого не влияло на его основную суть, и никак не могло повлиять. Впрочем, это не мешало людям считать себя особенными. Это в какой-то мере стало их визитной карточкой при знакомстве с другими обитателями галактики. И теперь множество лет спустя накрепко закрепился стереотип о том, что все люди эгоцентричные оптимисты. Может быть это и не столь далеко от правды. Ведь все они верят в то, что могут изменить мир, и все как один к этому стремятся.

Лисс слегка прижала ухо к земле. Она могла отчётливо слышать, как что-то двигалось несколькими метрами ниже, извивалось и переплеталось где-то в глубине, словно скрываясь от её взгляда. На таких планетах у Лисс никогда не получалось спокойно спать. Она отчётливо осознавала, что видит лишь часть всей картины. И та её часть, что была скрыта, была гораздо хуже. Но девушка не хотела слишком сильно об этом задумываться. Ей не нравилась сама только мысль о том, что путники, решившие завершить здесь свой путь, становились чем-то не столь приятным. Не столь человечным, не столь живым.

Поэтому она никогда не останавливалась, бежала от одного мира к другому, в надежде что ни один из них не успеет проглотить её заживо. Впрочем, это была лишь часть реальной причины. Часть, пришедшая с опытом, и уже показавшая свою правильность и полезность не один раз. Если остановиться, завязнуть на одном месте слишком надолго, то можно и не заметить, как станешь его частью, и не останется другого пути.

Возможно, кому-то это могло показаться хорошей идеей. Для кого-то покой таился именно в том, чтобы никогда ничего не менять, чтобы свести всю свою жизнь к одному месту и кругу лиц. Это освобождает от множества потенциальных страданий и испытаний. В каком-то смысле это очень легко и просто. И Лисс это не нравилось. Она не любила, когда что-то давалось ей легко и само по себе. Гораздо привычнее было бороться и совершать определенные действия, чтобы по итогу достичь какого-то результата. Это придавало всему смысл, нагружало какой-то идеей и сутью. Если бы всё в мире было дано людям изначально, то они бы вряд ли стали делать хоть что-то.

Из-под земли вновь начали исходить более сильные вибрации. Казалось, что кто-то или что-то сталкивает друг с другом большие объекты. Это было чем-то похоже на удары молота и наковальни, или ритмичный стук тяжелого пресса. Звуки заставляли фантазию работать на полную катушку. Она придумывала самые различные объяснения, в том числе те, которые вселяли ужас и заставляли сердце остановиться. Однако ни одной безумной идее не было никакого подтверждения, и это по-своему пугало ещё больше. Людям свойственно было бояться того, что они не могли видеть. Это было выработано природой с самого начала.

Лисс поднялась с земли и быстро осмотревшись по сторонам зашла в свой корабль. Он не мог защитить от всего, но хотя бы мог избавить от странных звуков и назойливых мыслей. Устроившись поудобнее на небольшой мягкой койке, девушка постаралась как можно скорее заснуть.

Крики. Она была уверена, что слышала их сквозь сон. Кто-то из последних сил вопил и скрёб ногтями по металлу. Но Лисс будто бы не могла проснуться. Она слышала треск и громыхания, но не могла открыть глаз или подняться с кровати. Можно было бы действовать даже вслепую, если бы ей дали возможность действовать вообще. Однако она оставалась неподвижной, где-то на грани между сном и реальностью, неспособная точно понять, если то, что она слышит происходило на самом деле.

Глубокий вдох и удар о холодный пол корабля. Лисс упала с кровати и тут же получила подлый удар по глазам от солнечных лучей. Ей следовало бы прикупить тёмные очки, или хотя бы перестать ставить корабль лицом к солнечной стороне, но ни то ни другое не было принято на будущее.

Вокруг было тихо и спокойно, трава шелестела на ветру, казалось, что вчерашний день так и не заканчивался, или решил вернуться и погостить ещё немного. Девушка вышла из своего укрытия и осмотрелась, потирая лоб рукой. Сумка с различными полезными вещами теперь казалась непосильной ношей и сильно перевешивала в сторону. Лисс слегка накренилась, но удержала равновесие и замерла в таком положении, стараясь не рухнуть ещё раз.

Вокруг не было абсолютно ничего нового. Ничего такого, что могло бы соответствовать услышанным ранее звукам. Не было следов пребывания других форм жизни, или помятой чужим кораблём травы. Планета по-прежнему представлялась нетронутой и безмятежной, хотя явно скрывала что-то в своих холодных промозглых недрах. Есть тайны, которым никогда не суждено открыться. Хуже них, лишь те, которые ты и сам не захотел бы открывать.

Существо, которое Лисс уже видела вчера вновь встретило её, на этот раз в компании ещё нескольких себе подобных особей, отличающихся лишь цветом крапинок на шляпках и одеждой. Создания погрузили на корабль несколько ящиков и бочек, доверху наполненных ценными для жизни ресурсами и медикаментами. Вряд ли девушке когда-либо ещё потребуется пополнять припасы в ближайшее лет так пять. Это не могло не радовать. Однако, счастья и благодарности Лисс не испытывала, молча наблюдая за своими помощниками.

Существо, с которым девушка уже имела честь говорить ранее, остановилось неподалёку от неё и наклонило голову набок.

– Ты выглядишь напряженным дитя. Твои мысли не дают тебе покоя.

– Скорее всего это просто из-за плохого сна. Ночные видения, как вы любите их называть, бывают довольно беспокойными.

– Их характер вторит сущности твоей души. Той её части, которую видишь лишь ты сама.

– По вашему мнению у меня есть скрытая сторона?

– Она есть у всех. Иначе и быть не может. Впрочем, ты как никто разделяешь принципы этого мира, его сущность. Надеемся, что нам нет необходимости это разъяснять. – Существо слегка сузило все свои глаза

– Н-нет. Я…всё отлично понимаю.

Лисс проверила, что все ящики хорошо закрыты и последний раз кинула взгляд на своего собеседника. Этот мир девушке не нравился. Быть может потому, что он и впрямь был слишком похож на неё. Но ей не хотелось в это верить, и нравилось бесконечно всё отрицать.

Винк

Тяжёлые капли дождя падали на лобовое стекло, превращая чёткие очертания объектов в произведения абстрактного искусства. Корабль, не способный бороться с сильными потоками ветра, дрожал и качался из стороны в сторону. Лисс тем временем как могла старалась держать управление под контролем, однако с каждой секундой это становилось всё труднее. Всё, что только могло, шло не по плану, если само слово «план» можно было применить к посещению этой планеты. Не важно, как скрупулезно путешественники готовились и продумывали свои действия относительно этого мира, после прохождения верхних слоёв атмосферы это уже переставало иметь значения.

В нескольких километрах от корабля проносились смерчи, выходящие из самых глубин планеты. Они закручивались в плотные смертоносные башни, способные пережевать и выплюнуть обратно в космос любого, кто посмеет к ним приблизиться. Из всех миров, разве можно было придумать более неподходящий, чтобы спрятать здесь осколок Пути? Хотя, в этом был определенный смысл, ведь довольно легко скрыть нечто ценное среди бесконечных штормов, в которые не рискнет окунуться даже самый отважный из искателей приключений. Не важно, как сильно было желание достичь цели, здравый смысл и инстинкт самосохранения здесь должны были брать своё. Но не в случае Лисс. Она не была отважной или смелой, и уж тем более не обладала силой достаточной для того, чтобы свернуть горы на своим пути, однако она была по-своему безумной, и этот аспект определенно перекрывал все остальные. Девушка мало заботилась о своей жизни и выживании, считая, что если рано или поздно придёт момент погибать, то она не сможет противостоять судьбе. Однако, она явно будет пытаться. До последнего вздоха.

Позади показалось два или три корабля Бездны, гораздо более бронированных и подготовленных к подобным погодным условиям. Они ровным строем пробивались через бурю, стараясь догнать небольшой жалкий кораблик и взять его под свой контроль. Лисс выжимала из своего транспортного средства максимум, стараясь попутно припомнить всё, что привело её к данной точке. Она здесь и сейчас, но почему? Ах да! Один из её знакомых информаторов, который в прошлом зарекомендовал себя как надёжный источник слухов и сплетен, дал ей координаты этой планеты, уверяя, что здесь должен быть первый осколок Пути. Взамен за свою неимоверную полезность этот товарищ получил целый ящик ресурсов, но видимо Бездна дала ему ещё два. Два варианта того, как могут развиваться события: либо информатор жив и с одним ящиком, либо он потеряет важную для жизни конечность, и может даже не одну. Повторять до тех пор, пока, либо он не расскажет о Лисс всё что знает, либо у бедолаги не закончатся конечности.

Девушка на мгновенье задумалась о том, сколько итераций пришлось сделать агентам Бездны для того, чтобы получить от несчастного обладателя её ящика всю необходимую информацию. Скорее всего ни одной, ведь он, как и многие был довольно сговорчив, когда дело доходило до ампутации жизненно важных частей тела. Нельзя его за это винить, но Лисс всё же будет. Ведь именно поэтому она теперь вынуждена, поливаемая всеми дождями Вселенной, пробираться к заброшенному храму Пути, в сопровождении безмерно навязчивых кораблей Бездны. И хотя Лисс, маневрируя между смерчами, пыталась мягко намекнуть своим преследователям, что отлично справится сама, и их присутствие вовсе не обязательно, но это ни на что не повлияло.

Ещё пара рывков и крутых поворотов. Лисс была не до конца уверена, что всё ещё может различать хоть что-то по ту сторону лобового стекла. Обшивка корабля начинала опасно скрипеть, словно жалуясь на свою тяжкую участь. Было не так уж много способов избавиться от «компании», стремящейся перехватить судно странницы вместе с ней самой, и Лисс, перебирая в голове все варианты, пыталась найти хоть один, который не будет стоить ей жизни. Как ни странно, такого способа не было, но это не значит, что пришло время бездействовать.

Девушка резко направила свой несчастный транспорт вперёд, прямо на один из плотно скрученных вихрей и несмотря на все предупреждающие сигналы системы, удерживала курс неизменным. Солдаты Бездны какое-то время продолжали тянуться за ней, однако, чем ближе был смерч, тем меньше оставалось желающих преследовать безумную путницу. Ни одна страховка во всей Вселенной не могла покрыть смерть от намеренного попадания внутрь гигантского урагана (хотя некоторые прецеденты указывали на необходимость добавления такой опции).

Лисс парой быстрых движений отключила всё питание и управление кораблём. Потоки воздуха закрутили её, затягивая всё глубже внутрь смерча. С минуты на минуту её либо раздавит, либо выбросит обратно в космос, либо и то и другое сразу. Девушка старалась сохранять спокойствие, передав свою жизнь в руки судьбе. Когда придёт время, она встретит смерть достойно, и та проводит её в последний путь, каким бы он ни был. Впрочем, время для столь важного свидания ещё не пришло, и по какой-то причине Лисс была в этом абсолютна уверена.

Раздался громкий всплеск воды и корабль целиком погрузился в тёмную непроглядную пучину. Подобный исход оказался неожиданностью даже для самой Лисс. Ураган не вынес её вверх, а наоборот протолкнул вниз глубоко под воду, куда, как ей казалось ранее невозможно было попасть, не разломав корабль до основания. Теперь же девушка пребывала среди бескрайней темноты и редких мелких светящихся рыбёшек, раздумывая над тем, много ли людей до этого оказывались на её месте. Логика подсказывала, что не так уж и много, может даже никто.

Лисс снова включила все системы, и почувствовала, как лёгкий прохладный воздух просочился через вентиляционные решётки. Радует, что после всего пережитого у неё ещё был кислород. Гулкая, густая как патока тишина окутывала всё пространство. Даже звуки двигателей растворялись в этом таинственном молчании глубины. Обстановка навевала ощущение одиночества и смертельной опасности, вкупе с совершенно противоположным ему умиротворением и загадочностью.

Столь тонкая грань, столь сильный контраст между поверхностью планеты и её центром не могли не вызывать своеобразный восторг. Казалось, что этот мир отбирал отдельные части Вселенной и прятал их среди тёмных вод, там, где никто не мог бы их найти или достать. Словно безумный коллекционер он скрывал от чужих глаз свои сокровища, сохраняя их под толщами холодной воды. И Лисс сама того не желая стала одним из таких драгоценных сокровищ, укрытых одеялом из мутных зеленоватых волн, и охраняемых непокорными стражами – ураганами, бродившими по всей поверхности в поисках недоброжелателей и воров. Возможно, среди всех этих стражей был один особенный смерч-собиратель, ничем внешне не отличавшийся от других, но имевший совершенно иную суть и задачу.

Девушка ещё несколько минут сидела практически неподвижно, разглядывая мерцающих обитателей подводного мира. Изредка мимо проплывали не только рыбёшки, но и осколки стекла или куски металла, скорее всего оставшиеся от разрушенных на этой планете кораблей. Лисс не удивилась бы, если бы в какой-то момент мимо неё проплыло бездыханное тело другого путешественника, быть может даже лично знакомого ей. Она знала нескольких отчаянных ребят, чем-то похожих на неё, способных бросить вызов здравому смыслу. Они делали это без причины, просто так, чтобы испытать на прочность себя и свои корабли, попасть туда, где никого не было раньше. Подобные скитальцы, чей смысл жизни крутился лишь вокруг бездумной опасности, были одновременно близки Лисс по духу, и при этом совсем не похожи на неё. В отличие от таких путников у девушки была конкретная цель, которой она следовала. Цель, известная лишь ей одной, и зачастую единственное, что заставляло её жить. По сути своей эту цель можно было бы назвать недостижимой, но лишь такие задачи и имело смысл ставить перед собой. Иначе рано или поздно жизнь теряла всякий смысл.

Где-то на другом конце Вселенной существовал мир изначально предназначенный для Лисс. Там она родилась, там же выросла и провела большую часть своей жизни. И там же совершила свой самый первый необдуманный поступок, заряженный исключительно эмоциями и праведным гневом. Поступок, повлекший за собой сотни и тысячи других, и по итогу приведший её сюда, в это самое место. О, как могла бы сложиться её жизнь, если бы она никогда не совершала этой, незначительной на первый взгляд ошибки. Она бы всё ещё была кем-то любима, окружена заботой, теплом и спокойствием. И была бы поистине несчастна, где-то глубоко в душе.

Но была ли она счастлива сейчас? Принесли ли все эти многочисленные скитания и странствия те эмоции, о которых она мечтала? Ответа не было. Вернее, он был столь же не однозначным, что и вся Вселенная. Да, конечно, были моменты, когда радость струилась со всех сторон, смех заполнял собой воздух до той степени, что казалось в нём не оставалось места даже кислороду, но это было лишь некоторым этапом жизни, её частью, отнюдь не большей. И даже тогда, отдельная частичка сознания продолжала держаться за прошлое, навевая тоску и горечь.

«У тебя нет пути назад, а значит не о чем волноваться», – говорили ей время от времени те, кого она под горячую руку могла назвать друзьями. В чём-то они были правы. Лисс действительно не могла вернуться назад, но не потому, что возвращаться было некуда. Она больше не знала туда пути. И, как бы не парадоксально, это было именно тем событием, о котором её предупреждали раньше. Если бы только тогда она слушала… Впрочем, даже если бы она вдолбила в свой мозг каждое слово того предупреждения, она всё равно бы совершила этот поступок. Всё равно бы кинулась навстречу опасности и неизведанности. Потому что, что-то там вдалеке среди звёзд звало её за собой.

Лисс направила свой корабль вверх, и пару минут спустя он пробился через плотные потоки воды прямо к поверхности. Смерчи кружились где-то вдалеке на горизонте, выстраиваясь в причудливые фигуры и время от времени, словно кидались друг на друга. Дождь продолжал мелко моросить, стуча по стеклу. Казалось, что капли одна за другой стремятся попасть внутрь, пробиться сквозь прозрачный барьер и добраться до самой девушки. Однако вместо этого они разбивались вдребезги, оставляя крохотные брызги. Корабль устало качался на небольших зеленоватых волнах, пока Лисс пыталась привести системы в порядок после всех пройденных испытаний.

Солдаты Бездны куда-то пропали, видимо решив, что их цель погибла в адском вихре, стараясь изо всех сил избежать встречи с ними лицом к лицу. Это не было для них чем-то необычным, и всё же столь явное желание покончить с собой не могло не ставить в тупик даже самых опытных бойцов. Лисс было интересно, что они скажут своему одноглазому лидеру, и не станет ли тот в порыве ярости рвать их на части недавно заточенными когтями. Он наверняка был уверен в себе и думал, что сможет поймать девушку во что бы то ни стало. Но он не учёл того, сколь странные поступки она готова была совершить, не столько ради великой цели, сколько просто ему назло.

В конце концов что-то в этом было. В том, как строились теперь отношения между Лисс и Эшером. Они виделись лично всего один раз, но по какой-то причине это стало особенным воспоминанием для неё. Если бы она и впредь рассказывала людям истории о своей жизни, то обязательно не преминула бы поведать и эту, ведь народ всегда любил истории о пронырливых и хитрых героях, избегавших смерти от рук тиранов. Это давало им какую-то особую надежду, вселяло уверенность в том, что быть может и их не постигнет эта судьба. Хотя, конечно, все понимали, как на самом деле обстоят дела. Жили лишь те, кто по тем или иным причинам был нужен Бездне и её коварному руководителю. В противном случае абонемент на жизнь прекращал своё действие, причем довольно быстро.

В какой-то мере Лисс могла бы сказать, что ей повезло. Она с завидной периодичностью подставлялась смерти сама, и с точки зрения Бездны постоянно погибала по тем или иным причинам, либо просто исчезала со всех радаров. Иногда она и сама была не уверена, как именно ей это удавалось. Однажды, кто-то сказал ей, что Вселенная хранит её ради особой великой цели, что Лисс принесёт перемены во все миры до единого. Но это и тогда и сейчас казалось ей просто наглой ложью, которую рассказывают особенно доверчивым людям, чтобы вытрясти из них побольше денег. К счастью, девушка никогда не относилась к их числу, и была настолько сильным скептиком, что даже, встретив лично древних богов, поставила бы их существование под сомнение.

Корабль, понемногу гудя двигателями, плавно перемещался по волнам. Героиня сверяла выданные ей координаты с собственным местоположением. Вдалеке показался небольшой выступ, похожий на скалистый остров. Однако его крохотные размеры заставили девушку усомниться в правильности всех данных. Она должна была найти нечто куда более внушительное, или по крайней мере она ожидала, что так будет.

Спустя некоторое время Корабль пристал к голому каменистому берегу, где не было даже пары песчинок или хоть каких-то растений. Лисс вышла из корабля и тут же по колено погрузилась в воду. Немного поморщившись, девушка выбралась на относительно твёрдую поверхность и вылила море из своих ботинок. Она была уверена, что сушила их не так давно, но теперь не удивилась бы, если бы в них начала зарождаться жизнь от количества побывавшей там воды.

Крохотный остров, который вполне можно было обойти менее чем за 10 шагов представлял собой практически идеально ровную холодную поверхность, по форме напоминавшую круг. Под слоями пыли и мокрой грязи проглядывались причудливые рисунки, которые перемещались с места на место практически каждую секунду. Лисс встала в центр острова и принялась наблюдать за передвижениями витиеватых картинок. Они двигались по кругу, словно по орбите, хотя в отличие от планет могли время от времени повернуть назад и вращаться в противоположную сторону. Всего изображений было порядка 5 или 9 и все они были примерно похожи друг на друга, имея лишь небольшие отличия, столь мелкие, что их можно было ошибочно списать на влияние времени, потертости или трещины.

Лисс окинула взглядом горизонт и в очередной раз наткнулась взглядом на смерчи, продолжавшие своё плавное движение. Траектории их движения совпадали с рисунками, и девушка быстро пришла к заключению, что древний народ отслеживал все ураганы планеты с помощью этого своеобразного «компаса». Скорее всего, они делали это для обеспечения собственной безопасности, чтобы всегда знать где именно находится тот или иной воздушный столб и куда он держит свой путь. Однако столько времени спустя такой указатель просто не должен был работать исправно, если только….

Героиня отошла чуть в сторону от центра и принялась руками разгребать слои накопившейся пыли. Что-то должно давать энергию этому сложному механизму, или же даже больше – сами знания о расположении каждого опасного погодного явления в этом мире. Осколки Пути по сути своей огромное собрание цифр и символов. Древняя раса могла внести на отдельную часть Пути всё что угодно, и использовать это для целей, совсем не связанных с самим Сердцем. Ведь как лучше всего спрятать нечто ценное? Положить на самое видное место.

Центр острова представлял собой небольшой круг с несколькими прямоугольными клапанами с двух сторон. Лисс нажала на них и извлекла из земли широкий каменный стержень. Все рисунки замерли на своих местах, лишенные движимой силы. Однако смерчи продолжили свои хаотичные танцы по поверхности планеты, свободные от постоянного контроля.

Стержень, словно капсула раскрылся на две части, выпуская в воздух клубы дыма и пыли. Много лет прошло с тех пор, когда кто-то последний раз открывал это хранилище, но оно продолжало во что бы то ни стало обеспечивать работу «компаса» и целостность своего собственного ядра – осколка Пути. Небольшой полупрозрачный кристалл не длиннее ладони был плотно закреплён внутри открывшейся капсулы. Он переливался на тусклом свету, отражая редкие проблески солнечного света всеми своими гранями. Лисс пару секунд стояла попросту очарованная увиденным. Её руки дрожали, она была не уверена, не являлось ли всё происходящее просто странным сном.

Это всего один осколок, но он значил так много. Значил, что легенда хоть на какую-то часть, но была правдива, а значит, быть может, и в целом являлась истинной. Значит, Лисс не сошла с ума, бросив на столь рискованное путешествие последние силы, и, быть может, столько времени спустя она сможет достичь цели. Несколько слезинок пробежались тонкими ручейками по её лицу, когда она радостно подняла руки к небу, будто демонстрируя свою находку всей Вселенной.

–Да! Да-а-а! Я его нашла! Он существует! И я всё ещё жива, чёрт возьми! – девушка подпрыгивала на месте и вертелась вокруг своей оси, словно ребёнок, только что нашедший новую любимую игрушку.

Волны шелестели в такт её голосу, будто аплодируя ей, однако их шум довольно быстро стих, заполнившись гулом двигателей. Несколько кораблей Бездны неслись прямо к Лисс со стороны горизонта. Они никуда не уходили, всегда были здесь, патрулировали, ждали, что быть может она вернётся. Просто не могли иначе, ведь приказ их был однозначно ясен, они должны были найти девушку, или осколок, или и то и другое, даже если на это уйдёт вся следующая неделя. И как же им повезло, что большую часть работы наивная странница проделала за них сама. Нашла ценное сокровище, разгадала загадку со смерчами и ко всему прочему осталась жива. Последний пункт, конечно, удивлял их, но не всё ли равно как именно ей удалось выжить. Интерес к способностям девушки выживать в любой ситуации не был прописан в протоколе, а значит не имел права на существование в принципе.

Лисс закрыла капсулу и сунула её подмышку, попутно пробираясь через воду обратно на корабль. Ей следовало перестать недооценивать способности Бездны к преследованию, также, как и настойчивость Эшера. Однако она и так никогда этого не делала. Недооценивать соперника глупо, переоценивать куда разумнее, но и то и другое слабо помогает получить объективное представление о сложившейся ситуации. Куда проще было не думать о своих врагах вообще, предоставив им возможность думать о себе самостоятельно. И хотя, такой подход иногда показывал себя как крайне абсурдный и опасный, но зачастую он также был и спасительным. Поскольку недоброжелатели, какими бы они не были всегда имели большое самомнение, и были уверены, что поселятся в мыслях Лисс надолго и желательно с пропиской.

Глупости. Конечно нет. У неё было полно своих забот, поэтому она давно перестала считать всех тех, кто был бы не прочь оторвать ей голову, или взорвать корабль. Подобные личности своим количеством давно перевалили за десяток, и не было большой разницы если к ним теперь прибавилась и вся армия Бездны. Вселенная большая, и при грамотном перемещении место в ней найдётся всем, с достаточным друг от друга расстоянием для мирной жизни.

Впрочем, в случае Бездны этот пункт имел один значимый промах – Эшер, как и вся его армия, любили сокращать расстояние до своих жертв, причем делали они это достаточно быстро и стремительно. Лисс могла бы только мечтать о такой целеустремлённости и мстительности, и не удивилась бы, если бы узнала, что Эшер помнит имена всех своих врагов, в том числе покойных. «Хотя… он наверняка просто ведёт их список на листочке» – подумала девушка, пока пыталась оторвать корабль от земли попутно пристегиваясь к креслу.

Однако, не успел побитый жизнью корабль подняться даже на пару метров, как его плотным строем окружили бронированные летательные аппараты, с явно не дружелюбно настроенными пилотами. Лязг и скрежет свидетельствовали о том, что солдаты плотно вонзили крюки в транспорт девушки, и теперь уже ей мало что могло помочь. Если она дернет корабль в сторону, то непременно повредит ему пару важных деталей, а без них будет довольно проблематично путешествовать дальше. Но не то, чтобы у неё было много других вариантов.

Если Лисс собирается вырваться из когтей Бездны, то она должна действовать не только быстро, но и крайне продумано. Конечно, она могла бы совершить прыжок в такой мир, где сразу найдутся детали и мастера для починки корабля, но это было бы слишком очевидно и легко. Тем более, что первый прыжок ещё может зацепить за собой кого-то из солдат, и тогда они оба окажутся в крайне неловком положении. Настолько неловком, что о координатах Лисс будет мгновенно известно, и тогда весь план можно считать бессмысленным.

Есть одно место. Достаточно хорошее, вернее достаточно плохое, чтобы никто не стал лишний раз беспокоить её там. Место, в котором можно затеряться столь быстро, что едва ли кто-то сможет заметить. Однако потом может потребоваться время и силы на то, чтобы его покинуть, но это не большая цена за свободу от крюков и цепей.

Лисс положила капсулу себе в ноги, в надежде, что хоть оттуда, эта штука не умудрится в дальнейшем прилететь ей в лоб, и быстро нажала несколько кнопок на пульте управления. Модуль связи неприятно гудел, кто-то (чья личность была и так очевидна) пытался пробиться, чтобы сообщить Лисс о произведённом задержании, её правах и так далее и тому подобное. Она уже слышала такие речи, и всегда задавалась вопросом об их актуальности. Не было нужды сообщать ей, что она задержана, это мог бы и так сказать любой, кто обладал глазами, и зрением достаточным, чтобы смотреть из окна хотя бы на пару метров.