Елена Васюк
Прививка от любви

1.

В это чудесное солнечное весеннее утро Алина собиралась на работу в прекрасном настроении и с удовольствием смотрела на свое отражение в зеркале. Собственная внешность, хоть и не модельная, всегда ей нравилась, никаких комплексов не было даже в юности. Светло-русые волосы слегка вьются, яркие карие глаза смотрят с усмешкой из-под красивых бровей, носик аккуратный, а губы – просто загляденье. Рост хороший , сто семьдесят, не мала и не велика. Фигура пропорциональная, ноги длинные, вес в норме. Чего еще желать?

Она вышла из квартиры, спустилась по лестнице с пятого этажа – не пользовалась лифтом принципиально.

Эта утренняя дорога на работу доставляет ей удовольствие, она размышляла сразу о многих вещах.

В своей короткой жизни девушка читала не много и беспорядочно, зато продукцию киноиндустрии и телевидения потребляла в больших объемах. Посмотрев множество кинофильмов и сериалов, сделала собственные выводы. Если отставить в сторону детективы, боевики и всякие ужастики, то любовные и психологические истории созданы на основе очень небольшого количества сюжетных линий. Прежде всего, это история Золушки в разных вариациях, правда, современные девушки сильно уступают этой героине в доброте, трудолюбии и бескорыстии, и попадают из грязи в князи не всегда по причине чистой любви. Затем супружеские измены, включая рождение детей на стороне и разрушение семей. Эта тема просто неисчерпаема. Третье место занимают истории, связанные с деньгами – битва за наследство, раздел бизнеса. Ну, еще болезни – неизлечимые, или требующие дорогостоящих операций, или вследствие аварий с потерей памяти или впадением в кому. Вот, пожалуй, и все.

Кинофильмы и сериалы воспитали в Алине стандартные представления о современной жизни – какие мужчины должны нравиться, как нужно одеваться и вести себя в разных ситуациях, о чем мечтать и к чему стремиться. Это раньше кино романтизировало образ рабочего парня, передовика производства. Теперь нравиться должны сильные брутальные и богатые мужчины, жить нужно в шикарном загородном доме, ездить на крутой машине, путешествовать с проживанием в пятизвездочных отелях. Мечтать не вредно, но как этого добиться?

Еще Алина заметила, что в фильмах молодые героини обязательно оказываются обманутыми, брошенными, преданными, иногда в интересном положении, и страдают от этого безмерно, вплоть до попыток суицида. И только потом судьба, сжалившись, неизменно посылает им встречу с благородным героем.

Взрослея, она поняла, что почти все девушки должны пройти через подобные страдания, чтобы, пережив их, взглянуть на жизнь более трезво и в дальнейшем не впадать в такое отчаяние от мужских подлостей.

Алина не желала так сильно мучиться, поэтому придумала такую хитрость – прививку от любви. Решила завести небольшой роман с мужчиной, который ее вскоре бросит, немного поплакать, и, успокоившись, обрести своего рода иммунитет от вируса любви, которая ее когда-нибудь настигнет, но уже не будет такой разрушительной для психики.

Стыдно признаться, но в свои двадцать лет девушка еще не имела никакого опыта в сердечных делах. В старших классах за ней пытались ухаживать ровесники, но никто из них не понравился настолько, чтобы ходить на свидания, к тому же они боялись отца Алины, который в то время был старшим тренером боксерского клуба. Потом она поступила в институт на юридический факультет, но после второго курса перевелась на заочное отделение, и пошла работать секретарем нотариуса, так как отец стал сильно болеть и уволился, на лечение нужны были деньги.

После окончания школы Алина ходила с подружками на разные тусовки и дискотеки, но быстро от них устала, к тому же не увидела среди окружавших их парней хоть кого-нибудь похожего на созданный в ее воображении образ мужчины, в которого могла бы влюбиться. Все ее подруги обзавелись кавалерами, некоторые уже вышли замуж, а она все была одна, и это было противоестественно – для них, ее родителей, и ее самой.

И вот, наконец, представился случай начать взрослую жизнь. Алине понравился мужчина, молодой адвокат, который служил в адвокатской конторе, расположенной в одном здании с офисом ее нотариуса. Они обедали в одном кафе, а затем сидели на лавочках в маленьком сквере у входа в здание. Большинство сотрудников курили, а Алина сидела за компанию с курящей секретаршей Эллочкой. Так они постепенно и познакомились с «адвокатурой». Виталий был высок, строен, строгий костюм сидел на нем идеально. Впрочем, все его сотрудники выглядели так же солидно, в светлых рубашках, с галстуками. Но он чем-то отличался от других – может, гордой посадкой головы, молчаливостью, пристальным взглядом синих глаз. Темные волосы, идеально подстриженные, были красиво уложены.

Увы, «запала» на него не только Алина. В адвокатской конторе было несколько молодых женщин, среди которых были хорошенькие и уверенные в себе. Они оказывали Виталию знаки внимания, улыбались, заговаривали с ним. Он вел себя вежливо, но без заинтересованности.

Однажды Алина услышала разговор двух его сотрудниц, которые мыли чашки из-под кофе в рукомойнике общего туалета:

– Да он сухарь и педант, слова лишнего не скажет, все только по делу! Красив, как античная статуя, и такой же холодный. Я ему говорю: «Виталий Валентинович, хотите чаю?» А он: «Вы же видите, я занят!»

– Интересно бы увидеть его жену, как она, бедная, с ним живет!

– Я ее видела еще в прошлом году, они сидели в ресторане, где я со своим ужинала. Ничего особенного! Зато он так ей улыбался, так был оживлен! Я его с трудом узнала! А он меня вообще не узнал, или сделал вид.

Подслушав этот разговор, Алина поняла, что ей ничего не светит. Вездесущая Эллочка, курившая со всеми сотрудниками «адвокатуры», обожала посплетничать в отсутствие шефа. Она знала все про всех, в том числе и про Виталия Соболева.

– Этот красавец женат на дочери какого-то крупного чиновника уже три года, детей нет. Она скрипачка, играет в каком-то оркестре. Приобрел уже репутацию, известность, начальство им не нахвалится. Но педант и зануда. Друзей не имеет, алкоголь не употребляет, ходит в спортзал и бассейн. В порочащих связях не замечен. Думаю, тут что-то не так. Идеальных людей не бывает!

Алине уже стало неинтересно. Виталий не годился в качестве «прививки от любви». Прежде всего, по причине женатого статуса. Девушка не осуждала связи с женатыми мужчинами – это сейчас настолько распространенное явление, что уже не вызывает былого осуждения и возмущения, институт семьи как-то измельчал. Но для себя она роли разлучницы не желала, даже на короткое время. Да и этот красавец с идеальным поведением, пожалуй, не способен на пошлый адюльтер. Придется поискать кого-то другого.

Был один кандидат, давно уже оказывавший Алине знаки внимания, но, к сожалению, не вызывавший в ней ничего, кроме легкого презрения. Это был водитель служебного автомобиля адвокатской конторы по имени Ярослав. Имея вполне обычную внешность, он был типичный ловелас, одевался щегольски, насколько позволял довольно строгий дресс-код. Был очень ухожен, всегда благоухал дорогим парфюмом. Его обаяние заключалось в неизменной белозубой улыбке и богатом словарном запасе, который он использовал при общении с людьми, особенно с женщинами. Комплименты, щедро раздаваемые всем сотрудницам, включая пожилую уборщицу, никогда не повторялись и даже выдавали его начитанность и неплохой кругозор.

Ярослав возил чаще всего руководителя адвокатской конторы Мохова Анатолия Федоровича, и, конечно, был его доверенным лицом, при этом никогда не позволяя малейшей фамильярности на людях. Если Мохов никуда не ехал, автомобиль могли использовать в служебных целях его подчиненные, не имеющие собственных машин, но таких было мало. И только с разрешения Мохова. В том, что Ярослав широко пользуется служебным автомобилем для личных нужд, никто не сомневался.

Этот молодой человек идеально подходил для замысла Алины, так как был холост и легко заводил интрижки, но совершенно ей не нравился, и она вряд ли стала бы хоть немного страдать после того, как он ее бросит. То, что девушка никак не реагировала на его заигрывания, очень его заводило, он все настойчивее предлагал ей подвезти после работы домой, поужинать вместе, даже пытался предложить посещение театра.

Шеф Алины, нотариус Андрей Иванович Беликов, знавший ее дедушку и принявший ее на работу по просьбе ее отца, дружил с Моховым, часто их служебные дела пересекались, и клиенты адвокатов чаще всего пользовались услугами этого нотариуса, благо, двери обоих офисов выходили в один коридор.

Андрей Иванович был доволен работой Алины, платил ей приличную зарплату, но и загружал без всякого снисхождения, обещал после окончания ею института взять ее в стажеры и сделать своим помощником. Клиентов было много, часто у двери создавалась очередь. Девушка упорядочивала горы документов, работа требовала от нее скрупулезности, внимательности. Она готовила документы, тщательно их проверяла после того, как Эллочка их печатала, и только после этого давала на подпись нотариусу. Затем регистрировала, формировала папки с делами.

Начало этого года ознаменовалось появлением и быстрым распространением зловредного китайского вируса. В жизнь прочно вошли меры безопасности в виде ношения медицинских масок, перчаток, усиленного мытья рук и работы в удаленном режиме, то есть дома.

Работа нотариуса продолжалась в обычном режиме, так как заверение документов требовало личного присутствия нотариуса и клиентов, и жизнь продолжалась – людям нужны были услуги по удостоверению сделок купли-продажи недвижимости, составлению завещаний, договоров дарения и прочих.

Беликов очень серьезно относился к соблюдению правил безопасности и требовал того же от подчиненных. Сам сидел целый день в маске, что было ему тяжело с учетом возраста и не совсем здорового сердца, правда, перчаток не надевал, но часто мыл руки. Алина и Эллочка подчинялись, но пользовались любой возможностью снять ненавистные маски, не очень опасаясь коронавирусной инфекции из-за своего молодого возраста.

Рабочий день начался как обычно, а после обеда Андрей Иванович сообщил, что уезжает на дом к важному клиенту, за ним был прислан автомобиль.

2.

Николай Васильевич Батаев отметил свое шестидесятилетие в узком кругу по причине карантинных мер. Гости – давние друзья и коллеги – заметили, что он, ранее любивший всякого рода застолья, был как-то не очень весел, мало пил и ел, и не удерживал тех, кто собирался уходить домой. Праздничный вечер закончился до полуночи.

Наутро Николай Васильевич долго лежал в постели, решив сегодня не ехать на работу, так как важная встреча была назначена здесь, в его доме, во второй половине дня. Поздний подъем был не в его правилах, но в последнее время он все чаще ловил себя на чувстве усталости и даже апатии, все стало неинтересно, привычная энергичность куда-то пропала. Не хотелось ничего планировать, думать о делах.

Батаев родился в селе Покровском, расположенном в шестидесяти километрах от областного центра. Отец был главным агрономом передового процветающего колхоза, мать – завучем сельской школы, славящейся на весь район успехами в успеваемости, спорте и художественной самодеятельности. Николай был первым учеником, капитаном волейбольной команды и запевалой в хоре, окончил школу с медалью. Уехал в город, поступил в строительный институт. Его старший брат Петр уступал ему по всем статьям, что не помешало исполнению мечты о карьере военного.

Городская жизнь так увлекла Николая, что он стал все реже писать родителям и своей первой девушке Кате, с которой дружил с третьего класса. Приезжал домой только на каникулы, встречался с бывшими друзьями, с Катей, которая училась заочно в сельскохозяйственном институте, и работала в колхозе. Ощущал себя городским жителем, любил прихвастнуть своими достижениями и планами на будущее.

Кто-то из односельчан увидел его в городе в обнимку с модно одетой девушкой, и, конечно, растрезвонил об этом в селе. Каково же было удивление Николая, когда после второго курса мать сообщила ему в письме, что скоро приедет Петр, закончивший военное училище, и женится на Кате. Тогда в его сердце впервые в жизни что-то оборвалось, как лопнувшая струна. Он понимал, что виноват сам – ничего не обещал Кате, не намекал ей на брак даже в будущем, ему казалось, что это само собой разумеется. Бороться с собственным братом было глупо. На свадьбу он не поехал, сославшись на сессию. Родители и брат сделали вид, что поверили, никакой обиды не выказали.

Николай приехал домой в день отъезда молодоженов к месту службы Петра, сердечно их поздравил, проводил до поезда. Они выглядели счастливыми, как будто и не было никаких отношений у Кати с Николаем.

Вернувшись в город, студент продолжил учебу, успешно закончил институт, и был принят на работу в самый крупный строительный трест, где быстро сделал карьеру, пройдя путь от мастера, прораба, начальника участка до главного инженера. В начале девяностых трест развалился, и в результате приватизации было создано закрытое акционерное общество. Николай с тремя друзьями за несколько лет скупили акции у рабочих и стали владельцами предприятия. Новоявленные бизнесмены совершили немало ошибок, но постепенно приобрели опыт, и дело стало успешно развиваться. К двухтысячному году они стали состоятельными людьми.

Николай жил интересной, наполненной жизнью, много работал, но и отдыхал с размахом, любил выезды на природу, путешествия, хорошие рестораны и ночные клубы. Женщин менял часто, не всегда запоминая короткие интрижки, но ни одна не сумела вызвать такой любви, как та, первая, девушка Катя.

У Петра и Кати родился сын Георгий, названный в честь полководца Жукова, а через пять лет Петр погиб при исполнении служебного долга. Катя приехала в родное село и стала жить в доме родителей мужа, вернулась к работе на молочной ферме, а маленький Гоша пошел в детский сад. К тому времени у Николая тоже подрастал сын такого же возраста.

Когда одна из бывших пассий Николая заявила ему о своей беременности, он был очень удивлен, так как всегда был очень осторожен и панически боялся нехороших болезней. Единственная встреча с этой женщиной произошла больше месяца назад после какой-то попойки, он с трудом вспомнил ее имя – Жанна. Она была очень хороша собой, в меру умна, хорошо воспитана, и не слишком молода, ей было двадцать пять. Преподавала в музыкальной школе.

Николай пригласил девушку пообедать в ресторан, и в ходе беседы понял, что избавляться от ребенка она не собирается, и рассчитывает на его материальную помощь. Отметивший недавно тридцатилетие, Николай задумался о том, что создавать семью давно пора, у друзей дети пошли в школу, а эта Жанна – вполне приемлемый вариант. Он сделал предложение. Жанна была удивлена, взглянула на него понимающе и предложение приняла.

Их скоропалительный брак оказался удачным, молодая жена сумела приспособиться к Николаю, была хозяйственной и неприхотливой, хорошо вписалась в круг его общения и пришлась ко двору. Супруги не скандалили, с удовольствием проводили время в обществе друг друга, но никогда не говорили о любви. Сына назвали Кириллом, с радостью возились с малышом, жили на широкую ногу.

Так благополучно прожили они двадцать лет, а потом у Жанны обнаружили опухоль мозга, и она скончалась, промучившись несколько месяцев. Николай неожиданно для себя испытал настоящее горе, долго не мог пережить эту потерю и понял, что полюбил свою жену, сам того не заметив.

А вот Кирилл не оправдал его надежд. Он закончил музыкальное училище, и ударился в шоу-бизнес, организовал рок-группу, которую продвигал на деньги отца. То, что они играли, назвать музыкой было трудно. Приглашенный на концерт Николай чуть не оглох, не смог досидеть до конца и ушел, впечатление на него произвело только то, что зал был полон, значит, кому-то такое искусство было нужно. Сына он не похвалил, впрочем, тот и не ожидал его оценки, лишь бы не прекращалось финансирование.

На следующий день после концерта Николай поехал в село навестить родителей и всю дорогу ощущал усталость, чувствовал бесполезность прожитой жизни. Смотрел по сторонам на приходящее в упадок село, и вспоминал былое. Колхоз давно приказал долго жить, половина жителей разъехались кто куда, поля захватили фермеры, не умеющие правильно их использовать.

Родители – пенсионеры встретили его радостно, Катя накрыла на стол ( она так и не вышла замуж), Гоша, недавно закончивший институт, присоединился к обедающим. И вот после этого обеда состоялся между дядей и племянником разговор, перевернувший всю дальнейшую жизнь Николая.

Георгий после окончания экономического факультета трудился в городе, в крупной фирме, но работа его не удовлетворяла. Выросший в селе, он так и не стал городским жителем. Парень предложил своему богатому дяде интересный проект – организовать мини-завод по производству фруктовых соков на базе заброшенного колхозного сада.

– Сад довольно молодой, деревья только начали плодоносить в полную силу, хоть и не получают должного ухода. Осенью такой урожай пропал! У сельчан свои деревья на участках, им не нужно. Хотя там такие сорта замечательные, их наш ныне покойный садовод подбирал очень придирчиво. – сказал Георгий дяде. – Я уже прикинул и просчитал, что это дело можно осилить при небольших затратах.

– Небольшие – это сколько? – осведомился Николай Васильевич.

– Стоимость производственной линии около двух с половиной миллионов, ну и примерно столько же все остальное – очистка и уход за садом, аренда помещения, зарплата работников, энергоносители, упаковочные материалы, транспорт, услуги по сертификации…

– Кто будет этим заниматься? Руководить, организовывать работы? Ты возьмешься?

– Только с вашей помощью. Опыта у меня никакого.

– Через неделю жду тебя в своем офисе со всеми выкладками. Посмотрю, подумаю, потом дам ответ. – дядя сменил тему. – А невеста у тебя есть? Жду приглашения на свадьбу.

– Есть. Моя одноклассница. – улыбнулся Гоша.

Николай Васильевич неожиданно увлекся идеей племянника. Опытный хозяйственник, он понимал, сколько трудностей придется преодолеть, но дело того стоило. Ему хотелось возродить родное село, дать людям работу, это было что- то новое в его жизни. А строительный бизнес уже не требовал его большого внимания, там все было давно отлажено.

И завертелось. Первый год был очень напряженным, но, в конце концов, все получилось, и хотя прибыль была небольшая, все сельчане радовались новому предприятию. Потом стали расширять ассортимент, наладили производство зефира и пастилы. Через несколько лет продукция стала популярной, рентабельность росла.

Через пять лет появились мысли о возрождении совсем захиревшего молочного производства, и производить детское питание. Это было гораздо сложнее, но Батаев с племянником уже не боялись трудностей.

Прошло еще два года, и перед своим шестидесятилетием Николай Васильевич почувствовал недомогание. Он никогда не следил за своим здоровьем, курил, любил выпить, спортом не занимался – но его организм не подавал ему тревожных сигналов. А тут вдруг пришлось обратиться к докторам, они потребовали всевозможных обследований, которых он боялся с непривычки, но подчинился, памятуя о раннем уходе жены. Вердикт врачей был неутешительным, диагностировали сердечную недостаточность, потребовали бросить курить, пройти курс лечения, затем съездить в санаторий и хорошо отдохнуть.

И тогда перепуганный Батаев решился на разговор с сыном, с которым общался мало из-за отсутствия общих интересов. Кирилл жил в городской квартире, его отец – в доме на окраине города. Виделись они редко, иногда перезванивались.

– Послушай, сынок, – начал разговор Николай Васильевич. – Я еще не так стар, но уже не очень здоров, как оказалось. В твою жизнь я не вмешиваюсь, отношения у нас не близкие, но жизнь требует иногда принятия важных решений. Я не знаю точного размера твоих доходов от музыкальной деятельности, но думаю, они вряд ли покрывают хотя бы половину твоих расходов. Ведь это я оплачиваю аренду студии, квартирную плату и еще много чего. Тебе уже тридцать лет, большой популярности твоя группа не приобрела, конкуренция большая. Как ты будешь жить, если меня не станет? А если обзаведешься семьей, детьми, как будешь их содержать?

– Ты прав, отец. В этой стране я не нашел признания. Подумываю уехать заграницу. Надеюсь и в дальнейшем на твою помощь. А если, не дай Бог, тебя не станет, то я буду богатый наследник. Продам твой бизнес.

– Мне категорически не нравится эта идея. – нахмурился отец. – Продажа акций строительной компании – это еще куда ни шло. Но мои вложения в село мне дороги, я не могу доверить их тебе. Отдашь за бесценок, и опять все развалится!

– А кому? Твоему любимому племяннику Гоше? – вскинулся сын. – Он давно втерся к тебе в доверие, надеется руки погреть на твоих деньгах! Ты и так на него переписал дом моих дедушки и бабушки, царствие им небесное!

– Гоша заслуживает гораздо большего, он наше производство полил своим потом и кровью! Вот ему я бы доверил свое дело! Половина сельского дома по праву была его, а вторую я ему отдал – у него, между прочим, семья, двое детей, благодаря ему наш род не прервется! От тебя я не надеюсь дождаться внуков. Ну, мы с тобой ни до чего не договоримся. Подумай хорошенько и приходи ко мне с другими вариантами твоего будущего!

На следующий день Николай Васильевич позвонил своему старому другу Мохову Анатолию Федоровичу и попросил его порекомендовать хорошего опытного нотариуса для консультации. Услышав лестные отзывы об Андрее Ивановиче Беликове, попросил организовать ему встречу с этим специалистом у себя дома, на следующий день после празднования дня рождения.

3.

Нотариус, который прибыл в дом Николая Васильевича точно в назначенное время, сразу понравился хозяину. Они были ровесниками, принадлежали к одному поколению, и сразу нашли общий язык. Расположились в кабинете, домработница принесла поднос с кофе, чаем и печеньем. Батаев приступил к важному для него разговору, и не заметил, как рассказал Андрею Ивановичу свою биографию. Он объяснил ему ситуацию со своим здоровьем, и попросил помочь ему составить завещание с учетом его пожеланий.

– Значит, будем оформлять закрытое завещание. – сказал Беликов. – Сейчас объясню вам, что это значит. В вашем случае это будет лучшим решением. Понадобятся два свидетеля. Я сейчас вызову их по телефону, они привезут мне все необходимое.

Нотариус позвонил Мохову, который лично просил его заняться делами Батаева именно на дому, конфиденциально, так как тот не желал появляться в конторе во избежание какой-либо огласки такого визита, и вообще настаивал на абсолютной секретности. Даже сам Мохов не знал, о чем идет речь, хоть и догадывался. Андрей Иванович попросил обеспечить ему доставку его секретаря Алины и кого-нибудь из подчиненных Мохова.

Анатолий Федорович решил послать в дом Батаева одного из адвокатов. На глаза ему попался Виталий Соболев, который пользовался его доверием, и попросил его поучаствовать в исполнении миссии нотариуса, объяснил задание.

Виталий кивнул и направился в контору нотариуса. В коридоре он увидел, как водитель его шефа Ярослав подошел к секретарю нотариуса, что-то зашептал ей на ушко и погладил ее по плечу. Девушка инстинктивно отпрянула и сильно оттолкнула ухажера, тот от неожиданности отлетел к стене, ударившись локтем. Разозлившись, Ярослав схватил Алину за плечи и встряхнул. Виталий подошел к нему сзади и резко рванул его на себя, крепко взяв за локти, и сразу отпустил. Водитель оглянулся, злобно бросил:

–Тебе чего?

– Не тебе, а вам. – спокойно ответил адвокат. – Распускать руки лучше в нерабочее время, и если другая сторона не возражает.

Он пошел вслед за девушкой в офис нотариуса. Она, покрасневшая от стычки с Ярославом, уже говорила по телефону со своим шефом, который давал ей указания о поездке к клиенту. Закончив разговор, девушка взглянула на Соболева:

– Спасибо за помощь. Но не стоило вмешиваться, я сама способна справиться с этим нахалом. У вас какое-то дело?

– Я еду с вами к вашему нотариусу по просьбе моего руководителя. Если вы готовы, то давайте отправляться, путь неблизкий.

Мохов хотел отправить Виталия с Алиной на служебной машине, но адвокат выразил желание поехать на своем автомобиле. Хмурый Ярослав поддержал его перед шефом, напомнив о ранее запланированной поездке по другим делам. На том и порешили.

Соболев продемонстрировал хорошие манеры, открыв перед Алиной пассажирскую дверь машины, девушка села на переднее сидение и подумала, что еще вчера была бы счастлива такому случаю поближе познакомиться с предметом своих мечтаний.

Всю дорогу они молчали, а путь и вправду был не близкий, дом Батаева находился в коттеджном поселке, расположенном в нескольких километрах от города. У въезда они остановились у шлагбаума, охранник осведомился, к кому пожаловали посетители. Алина открыла папку, лежащую у нее на коленях, и сказала ему:

– Мы к Батаеву Николаю Васильевичу!

Пока страж связывался по телефону с Батаевым, Виталий изумленно повернулся к девушке:

– Как вы сказали? К Батаеву?

– Да. А что вас удивляет? Знакомая фамилия?

– Да, слышал такую. Это известный в городе человек.

Охранник открыл шлагбаум, и они проехали по ухоженной улице вдоль красивых домов со стрижеными лужайками перед фасадами. Припарковавшись перед нужным домом, нажали кнопку звонка у кованых ворот. Дверь открылась, и Алина с Виталием пошли по дорожке, выложенной желтой плиткой к нарядному крыльцу. Их встретила молодая, очень привлекательная женщина в форменном платье с передничком, приветливо улыбнулась и пригласила в дом. Провела пришедших через холл и попросила подождать в гостиной. Алина сдерживалась, чтобы не вертеть головой, в таких домах она еще не бывала и почувствовала себя героиней сериала. Виталий же с интересом осматривался, интерьер вызвал его одобрение – богато, стильно, но не вычурно, и очень уютно, здесь, наверное, приятно жить.

Они присели в кресла, но тут же поднялись – в дверях показался Андрей Иванович. Он подошел к ним, поприветствовал Виталия( Алину он уже видел), и разъяснил им, что они будут свидетелями при составлении закрытого завещания, они хорошо знакомы с этой процедурой, но счел необходимым напомнить о неразглашении сегодняшнего события, после чего пригласил их в кабинет хозяина.

Николай Васильевич Батаев был невысокий представительный мужчина с седыми волосами, ничем не примечательным грубоватым лицом, в добротном деловом костюме. После взаимных представлений свидетели сели на предложенные стулья и долго наблюдали, как хозяин дома писал собственноручно завещание, заглядывая в черновик, видимо, составленный заранее. Затем вложил его в конверт, на котором нотариусом были произведены необходимые записи, включая паспортные данные свидетелей, и Алина с Виталием поставили свои подписи, после чего конверт был запечатан. Девушка достала из папки другой конверт (конверт хранения), в него вложили конверт с завещанием и оформление продолжилось.

Процедура заняла немало времени, и все было закончено около шести часов вечера. Николай Васильевич предложил посетителям поужинать, но они дружно отказались в самой вежливой форме, им еще предстояло ехать в город. Хозяин не обиделся, и, кажется, вздохнул с облегчением. Обоим молодым людям показалось, что пожилые мужчины, оба, очень устали – они были немного бледны, глаза покраснели, Беликов часто покашливал.

Приехали в город, когда уже смеркалось, загорались первые вывески. Виталий сначала отвез домой нотариуса, который поблагодарил его за оказанную помощь и сказал Алине, что уже поздно, и заезжать на работу не надо, он сам привезет завтра все документы в офис и тогда зарегистрирует завещание сегодняшним числом.

Распрощавшись с Андреем Ивановичем, адвокат спросил у Алины ее адрес. Подъехав к ее дому, он неожиданно сказал:

– Знаете, Алина, я голодный, как волк. Давайте где-нибудь поужинаем, так не хочется идти домой. Жена уехала на гастроли, питаюсь, как попало.

Алина не поверила своим ушам, и тут зазвонил ее телефон.

– Дочка, ты уже дома? Нет? – это была мама. – Я сегодня приезжала в город, приготовила твою любимую окрошку и пирог с мясом испекла, а то ведь ты ленишься готовить. Холодильник почти пустой! Яйца да пельмени! Я и мороженое в морозилку положила, кушай!

– Спасибо, мам! Я сейчас приду домой и все это съем! Как вы там? Как папа?

– Все нормально, не беспокойся о нас. Приедешь в выходные? Ну, пока.

Алина повернулась к Виталию:

– Я приглашаю вас к себе домой. Моя мама с отцом сейчас живут на даче, но сегодня она приезжала домой и приготовила окрошку и мясной пирог. Как вам такое меню?

– Потрясающе! – воскликнул адвокат. – А это удобно, мы ведь почти не знакомы?

– Удобно! – засмеялась Алина. – Даже если бы родители были дома, было бы удобно. У нас все очень просто, это не дом Батаева!

Они провели вдвоем почти три часа. Когда Виталий, поцеловав ей руку, отбыл домой, Алина улеглась в постель и долго вспоминала этот вечер.

Ее гость запросто вписался в скромную обстановку ее квартиры, с большим аппетитом поглощал приготовленные мамой блюда и расспрашивал ее о семье, о ней самой. Такой строгий и неприступный на работе, Виталий оказался простым и непринужденным собеседником, с удовольствием согласился выпить бокал домашнего вина, изготовленного отцом Алины. Спиртное, к которому он явно не привык, расслабило его и спровоцировало на откровенность.

– Я родился в небольшом городке, обычной семье, отец был инженер, мама учительница. Они развелись, когда мне было лет десять, но отец со мной общался, пока не уехал в другой город. Мамина сестра вышла замуж за высокопоставленного человека, она всегда нам помогала, втайне от мужа. Впрочем, мы были гостями в их доме, когда приезжали из своего захолустья, нас радушно встречали. Муж тети до женитьбы на ней был вдовец, имел дочь от первого брака и я очень дружил с этой девочкой. Но мы были бедные родственники и жили далеко. Я старался отлично учиться, чтобы вырваться из глуши, и сумел поступить в институт в городе. Тетя хотела, чтобы я жил у них, но ее мужу эта идея не понравилась, как и мне. И я благополучно поселился в общежитии, о чем совершенно не жалел. И знаете, с кем я прожил в одной комнате все студенческие годы? С Гошей Батаевым!

– Да что вы! – удивилась Алина. – Этот Гоша родственник нашего сегодняшнего клиента?

– Племянник! И тоже провинциал – он вообще из села Покровского! Он стал моим лучшим другом, хотя учились мы на разных факультетах, я на юридическом, он на экономическом. Я у него проводил часть каникул, так мне нравилась его семья. Правда, его дядю я там никогда не видел. Они стали тесно общаться уже после окончания института. Но об этом я как-нибудь в другой раз расскажу.

Вечер, проведенный с Виталием, казался Алине чем-то нереальным, фрагментом сериала о начале любовных отношений героев. Она вспоминала, как поначалу стеснялась смотреть прямо в лицо своему гостю, но потом, немного освоившись, стала просто тонуть в его глазах, читая в них тот самый мужской интерес, который ни одна девушка не спутает ни с чем. Если раньше он просто нравился ей, то теперь она испытывала сильное влечение к молодому адвокату, и это испугало ее, хотя он не пытался проявить свою симпатию ничем, кроме взглядов. Алине даже показалось, что он робеет перед нею так же, как она сама перед ним.

«Все это глупости,– одернула она сама себя.– Женатый человек, хоть и упомянул свою жену только один раз, в связи с ее отъездом на гастроли. Больше ни слова о ней за весь вечер, ни хорошего, ни плохого. В качестве прививки от любви он бы сгодился, но боюсь, что буду сильно страдать, когда он меня бросит. Он чересчур хорош. Слишком порядочен. Он создан для настоящих чувств, а не для интрижек. И вообще, что я себе возомнила? Подумаешь, поужинали вместе после совместной работы! Ему было приятно со мной общаться, и на том спасибо!»

4.

Кирилл проснулся поздно, как всегда. Его жизнь была вечерней и ночной, а утром и днем он отдыхал. После прохладного душа он с недовольством рассмотрел в зеркале слегка отекшее лицо, потом опустил взгляд вниз, подтянул живот, расправил плечи и удовлетворенно вздохнул. Он был красивый мужчина и регулярно посещал спортзал и бассейн, что вкупе с молодостью пока помогало ему выглядеть привлекательно, несмотря на нездоровый образ жизни – нерегулярное и неполезное питание, частые попойки и загулы с друзьями.

Природа одарила его красивой внешностью и абсолютным музыкальным слухом, все это он унаследовал от матери, хоть и был на нее не похож. Отец был далеко не красавец и из музыки признавал только застольные песни.

Услышав сигнал своего смартфона, Кирилл заспешил в комнату. Звонила Мария, домработница отца, она была близкой подругой и тайным агентом, доносившим хозяйскому сыну все новости об отце.

– Доброго ранку, коханый! – Мария была украинкой, и любила вставлять в свою речь словечки из «риднои мовы», хотя обычно изъяснялась на чистейшем русском языке. – Кира, у меня для тебя очень важные новости. Приезжай к нам, отец уехал на работу.

– Что еще за новости?

– Ты меня знаешь, я зря не побеспокою!

Пришлось одеваться и идти на стоянку за автомобилем. Отец приобрел Кириллу квартиру несколько лет назад, ему надоели визиты друзей и подружек сына, необходимость всех их кормить и слушать громкую музыку. Весь «шалман», как называл Батаев-старший гостей сына, переместился вместе с Кириллом в новое жилье, правда, готовить еду и убирать там было некому, питаться парень стал бутербродами и раз в неделю приглашал работницу из клининговой фирмы.

Иногда Кириллу самому все надоедало, и он переселялся в дом отца на время его отсутствия по причине командировок или отпуска. Мария откармливала его борщами и пирогами, он блаженствовал, как в детстве. Женщина была пятью годами старше его, работала в доме давно, и в страшные дни после смерти обожаемой матери именно она поддержала и утешила его, применив для этого все способы, доступные молодой привлекательной женщине. Конечно, он не допускал даже мысли о каких-то серьезных отношениях с нею, он вообще не собирался жениться, но умная хохлушка такую возможность не исключала. Она была очень расчетлива, и с большим удовольствием соблазнила бы отца Кирилла, но тот был тверд в своих принципах – никаких личных отношений с персоналом, в отличие от сына, на которого она имела влияние.

Войдя в дом, Кирилл оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что никого нет, кроме улыбающейся Марии, спешащей ему навстречу, обнял женщину, погладил по спине и упругим ягодицам.

– Ну, шо там за новости? – подыгрывая ей, спросил он, поднимаясь за нею по лестнице на второй этаж. Они вошли в его комнату, парень потянул женщину к широкой кровати.

– Сейчас не до глупостей, – шлепнула она его по рукам. – Новость очень важная, и, кажется не очень хорошая. Твой отец вчера составил завещание.

– Что-о?

– Ты давно у нас не был, и вообще мало интересуешься своим отцом. Не знаешь, что он плохо себя чувствует, недавно обследовался у врачей. Уж не знаю, нашли у него что-то плохое, или нет, но вчера к нему приезжал нотариус, такой немолодой дядечка, она закрылись в кабинете и пробыли там часа два. Приехал еще один мужчина, молодой, и девушка, они пробыли в кабинете больше двух часов. Мне удалось кое-что подслушать. Завещание это закрытое, то есть его содержание неизвестно никому, даже нотариусу. Это я потом вычитала в интернете. Оно пишется только собственноручно и запечатывается в конверт, в присутствии двух свидетелей – эти двое молодых людей приехали специально, чтобы стать свидетелями и расписаться на этом конверте. Твой папа даже не захотел взять в свидетели, например, меня, и своего водителя Володю, видимо, чтобы тебе не донесли. Почему такая секретность? И вообще, зачем составлять завещание, если по закону у него единственный наследник – это ты?

– Так вот в чем дело! – Кирилл мгновенно вспомнил последний разговор с отцом, которому не придал большого значения. – Я ведь с отцом недавно говорил, он ничего не сказал о своем здоровье, но намекал, что может завещать сельский бизнес этому зануде Гошке! Ты понимаешь?

Мария смотрела на него очень серьезно, потом произнесла:

– Я понимаю, что этого нельзя допустить! Этот конверт должен исчезнуть! Он существует в одном экземпляре.

– Но как? Я же не знаю ничего об этом нотариусе!

– Зато я знаю! – женщина достала из кармана визитную карточку. – Вот, она лежала в кабинете на столе. Тут фамилия, имя, отчество, адрес нотариальной конторы.

Кирилл схватил карточку и поднял глаза на Марию:

– Какая же ты молодец! Не перестаю удивляться – как с таким умом ты прозябаешь в домработницах?

– На все есть причина. Когда-нибудь расскажу тебе свою историю. А сейчас пойдем, покормлю тебя. Приготовила то, что ты любишь.

– Какой обед? Мне нужно что-то придумать, пока мой папа жив! Добиться, чтобы он изменил завещание! Наврать ему что-нибудь, наобещать все, что он хочет! И обязательно узнать все о его болезни!– Кирилл размахивал визиткой и метался по комнате. – Для начала съезжу, посмотрю, где эта контора. Если папа откажется изменить свое решение, я ее просто подожгу, пусть потом докажут, что этот конверт существовал!

– Ага, и сядешь в тюрьму. Там никакие деньги не нужны. Тут нужно хорошо подумать, но на контору все же взгляни. Кстати, не говори ничего отцу, он сразу догадается, откуда ты знаешь о завещании.

Наспех попрощавшись, Кирилл отправился на поиски нотариальной конторы. Найти ее оказалось несложно, здание располагалось в центре города. Припарковавшись неподалеку, Кирилл подошел к крыльцу и понял, что сейчас время обеденного перерыва и сотрудники офисов заняли все скамейки в маленьком скверике. Большинство из них составляли молодые мужчины, но было и несколько девушек, почти все курили.

Вдруг Кирилла кто-то окликнул по имени, он оглянулся и увидел Ярослава Грачкина, своего соседа по дому, живущего этажом ниже его городской квартиры. Молодые люди не были друзьями, но иногда заглядывали друг к другу на огонек, обсуждали новости городской тусовки, свои автомобили, выпивали, вместе смотрели футбол по телевизору.

– Какими судьбами? – удивленно поприветствовал соседа Ярослав.

– Да вот, увидел указатель «Нотариус», решил заглянуть. – Кирилл лихорадочно придумывал, какие услуги нотариуса ему могли понадобиться.– Надо будет заверить кое-какие документы, хочу узнать, как это сделать, надо ли записываться, или в порядке живой очереди.

– Для начала надо, чтобы нотариус был на месте. – усмехнулся Ярослав. – И вот тут тебе не повезло – наш Андрей Иванович сегодня не вышел на работу, заболел старик. Вот будет хохма, если «корону» подхватил! Ведь целыми днями в маске сидел!

– Какая же это хохма? Если он старик, это очень опасно! – возразил Кирилл. – А без него никто не может заверить документы?

– Думаю, нет. Но можем уточнить – вон на скамейке сидят две девушки, это его сотрудницы. Пойдем, спросим.

Молодые люди направились к указанной скамье, и Кирилл обратился к сидящим на ней девушкам:

– Разрешите присесть? – получив разрешение, мужчины сели рядом с девушками.

– Знакомьтесь, мой сосед Кирилл. Ему нужна ваша консультация, – заявил Ярослав, пока Кирилл рассматривал девушек. – Это Эллочка (но не Людоедка), а рядом с нею Алина, красива как картина.

Кирилл взглядом опытного донжуана мгновенно оценил внешние данные сотрудниц нотариуса. «Эта Алина и вправду хороша, но взгляд независимый, цену себе знает, – мелькнуло в голове. – А вот Эллочка далеко не красотка, и, кажется, наивна и простовата.» Он задал девушкам вопросы о работе нотариальной конторы и узнал, что только нотариус Андрей Иванович имеет право производить нотариальные действия, но сегодня утром он позвонил и сообщил о недомогании и своем решении остаться сегодня дома.

– Что же вы делаете на работе, в таком случае? – улыбнулся Кирилл. – Кот за двери, мыши в пляс! Возьмите отгул!

– У нас много работы с документами, – важно ответила Эллочка. – Но шеф разрешил нам уйти пораньше.

– Тогда я приглашаю вас посидеть в кафе, я тоже сегодня свободен! – сказал Кирилл. Девушки переглянулись, пожали плечами. – Соглашайтесь, не пожалеете! Повезу вас в интересное место.

Девушки все еще сомневались, и он решил не давить:

– Ну, вы подумайте, а я через два часа вам позвоню!

Эллочка, порывшись в сумке, протянула Кириллу визитку, такую же, как та, что лежала у него в кармане.

Девушки ушли, а Ярослав недоуменно взглянул на соседа:

– Что-то я не понял! Ты к ним клеишься, что ли? Так учти, на Алину я сам имею виды! Правда, она сопротивляется пока.

– Не волнуйся, меня интересует Эллочка.

– Да быть этого не может! Ты что, не рассмотрел ее? Это не твой формат!

– Много ты понимаешь про мой формат! Можешь присоединиться к нам. Отпустит тебя твой шеф?

– По такому случаю я придумаю, что надо съездить в автосервис! Жди меня!

Вернувшись в офис, девушки оживленно принялись обсуждать неожиданное знакомство. Алина, все еще перебиравшая в памяти вчерашний вечер, о котором ничего не рассказала Эллочке, не придала ему особого значения. Кирилл произвел на нее правильное впечатление, то, которому соответствовал – красивый самовлюбленный «мачо», привыкший к всеобщему обожанию и снисходительно его принимающий. Он не шел ни в какое сравнение с Виталием, Алина таких типов обходила стороной и не была настроена принять его приглашение.

Но Эллочка была другого мнения. Она восторгалась такими красавчиками, как сорока блестящими мелочами, и стала уговаривать Алину согласиться.

– Ну, пожалуйста, ради меня! Мне так одиноко, а этот Кирилл на меня очень выразительно смотрел! Может, это судьба!

Алина с сомнением посмотрела на свою сотрудницу. Эллочка не была ее подругой, они, скорее, были в приятельских отношениях, так как трудно было долго выдержать ее болтовню и сплетни. Приземистая, плотного телосложения, непропорционально сложенная Эллочка считала себя красавицей, несмотря на круглое щекастое лицо, толстый короткий нос и жидкие волосы, и искренне не понимала, почему мужчины не уделяют ей внимания. Ей уже было двадцать четыре, а женское счастье все не находило эту в общем-то неглупую и даже остроумную женщину, и она вела себя, как молоденькая девушка.

Алина вдохнула, представив возвращение в пустую квартиру, и дала себя уговорить в надежде, что Ярослав не сможет составить им компанию из-за служебных обязанностей.

Через два часа офис нотариальной конторы был сдан под охрану, Алина с Эллочкой вышли из здания и направились к сверкающему автомобилю, где на заднем сидении прятался Ярослав. Кирилл галантно открыл перед ними двери. А на крыльце стоял и наблюдал за этой сценой Виталий Соболев.

Проводив взглядом отъезжающую машину, Виталий вернулся в офис, взял нужные документы и, попрощавшись с коллегами, поехал на встречу с клиентом. Закончив с делами, адвокат поехал к дому, где жила Алина, припарковался так, чтобы виден был вход в ее подъезд. Позвонил своему другу Гоше.

– Привет! Давно тебя не слышал и не видел! Как жизнь? Ну, хорошо. И у меня нормально. Хотелось бы встретиться. Что? Да ты всегда занят, я тоже не бездельничаю, но друзей не забываю. Как супруга, дети? А мама? А дядя? Болеет? Да что ты! Короче, надо увидеться. Будешь в городе, позвони!

После этого звонка Виталий стал наблюдать за домом. На город опустилась ночь, зажглись фонари. В начале одиннадцатого подъехало такси, из него вышла Алина и быстро направилась к подъезду, ее почти бегом догнал Ярослав. Такси он не отпустил. Девушка повернулась к нему, что-то сказала, после чего Ярослав вернулся к машине и уехал, а Алина вбежала в подъезд, и через несколько минут в ее окнах зажегся свет.

5.

Всевозможные запахи сопровождают человека постоянно в течение всей жизни, Андрей Иванович Беликов не был исключением и так к этому привык, что не сразу заметил потерю обоняния. На отсутствие запаха зубной пасты он не обратил внимания, но, войдя на кухню и не ощутив аромата любимого кофе, удивился, тем более, что его чашка стояла на обычном месте и над ней поднимался парок.

Жена, Лидия Григорьевна, с тревогой посмотрела на захворавшего мужа и спросила его о самочувствии, а он, не отвечая, схватил чашку с кофе, поднес к лицу, понюхал и поставил на стол. Он поднял испуганный взгляд на жену и хрипло сказал:

– Лида, у меня ковид! Все признаки налицо! Слабость, ломота во всем теле, горло болит, и температура не упала! И кашель! Не подходи ко мне, надень маску и вызывай врача!

Охнув, женщина бросилась к телефону. Андрей Иванович сел за стол и взял в руки бутерброд с печенью трески, с которого начинал каждый день для получения витамина D, откусил кусочек и убедился, что вкусовые ощущения не исчезли, но стали слабее.

Нотариус быстро прошел в гостиную и стал набирать номер телефона Алины. Девушка ответила не сразу, так как еще не вышла из дому.

– Доброе утро, Алина! Правда, оно не доброе! Вчера надеялся, что отлежусь денек, но боюсь, что я надолго выбыл из строя, жена уже вызывает врача. У меня остались документы по завещанию Батаева, их необходимо у меня забрать, зарегистрировать, как положено, и завести дело. Справишься сама или мне попросить у Мохова машину? Лучше попрошу, чтобы тебя кто-то сопроводил, это ведь его друга документ! И буду решать вопрос с заменой, меня, боюсь, долго не будет. Вам пришлют другого нотариуса.

– Мне так жаль, Андрей Иванович! Где вы могли так простудиться?

– Это не простуда. Это коронавирус, наверное. Вот придет врач, назначит тестирование. Вы обе со мной контактировали, вас могут высадить на удаленку. И этого адвоката тоже. Вот вы с ним и приезжайте, маски и перчатки наденьте. Сообщу Мохову, чтобы Батаева предупредил, я с ним несколько часов общался.

Алина помчалась на работу. К ее приходу новость уже была известна Эллочке, а значит, всем сотрудникам офисов, расположенных в здании. Через два часа Мохов, надев маску, которую ранее не носил, лично явился в нотариальную контору в сопровождении Виталия Соболева и велел ехать к нотариусу домой.

– Когда вернетесь, положите документы в сейф и закрывайте контору, идите по домам до получения результата теста Андрея Ивановича. Я своих тоже сейчас разгоню. – заявил он.

Эллочка осталась в офисе, а Алина с Виталием пошли к выходу по коридору, в котором царила паника, служащие собирались стайками и шептались. Все были в масках.

– А раньше все только посмеивались над этой эпидемией, – тихо сказала Алина Виталию.

– Ну, это неудивительно, пока гром не грянет – мужик не перекрестится! – ответил он.

Они подъехали к дому нотариуса, поднялись на нужный этаж. Передача пакета с документами заняла несколько минут, нотариуса они не увидели, к ним вышла его жена в маске.

На обратном пути настроение было грустное. Виталий взглянул на Алину, и вдруг притормозил, прижав машину к обочине.

– Как вы провели вчерашний вечер? – спросил он. Девушка удивленно взглянула на него и слегка нахмурилась.

– Почему вас это интересует?

– Я видел вчера, как вы с вашей коллегой садились в машину и куда-то поехали с двумя мужчинами.

– Ну и что? Разве вас это касается?

– А вашего кавалера, случайно, не Кириллом зовут?

– Ну, Кириллом. И что?

– А какая у него фамилия? Не знаете?

– Зачем мне его фамилия? Я его, скорее всего, больше никогда не увижу!

– Вот тут вы ошибаетесь. Потому что его фамилия – Батаев!

Алина озадаченно посмотрела на Виталия, пожала плечами.

– Вам не кажется, что он как-то очень вовремя с вами познакомился, на следующий день после составления его отцом закрытого завещания? – спросил Виталий.

– Не понимаю, что ему даст знакомство с нами? Мы даже не знаем содержание этого завещания.

Виталий сокрушенно вздохнул и вдруг сказал:

– Может, нам перейти на «ты»? Кажется, ты хороший порядочный человек. Хочу тебе кое-что рассказать. Уделишь мне десять минут? – девушка кивнула. – Ну, тогда слушай. Семь лет назад мой друг Гоша предложил своему дяде, у которого мы с тобой позавчера были в доме в качестве свидетелей, создать бизнес, который поможет начать возрождение его родного села Покровского. Я не встречал человека, который так любил бы свою «малую родину», как Гошка! Это так странно, так несовременно! Он мне все уши прожужжал в общаге, рассказывая о ней. И природа у них необыкновенная, и река самая красивая, и лес волшебный, и люди замечательные. Пока я не выразил желания все это увидеть своими глазами. И поехал к нему в гости на каникулах. Сначала показалось – ничего особенного, село как село, а пожил там месяц, и влюбился. Может, потому, что смотрел на все Гошкиными глазами. И вот пошли мы с ним в заброшенный сад, и я от одного запаха яблочного одурел. Ну, это все лирика. А Гошка – экономист, все просчитал, гору информации перевернул, а где деньги взять? Он сумел своего дядьку этой идеей зажечь. Теперь там стоит мини-завод по производству соков, цех по производству пастилы и зефира, на молочной ферме организовали производство всяких йогуртов, детского питания. У сельчан появились рабочие места, зарплата нормальная. Молодежь перестала из села уезжать, как в советские времена своими силами отремонтировали клуб, дискотеки устраивают. Правда, чего это стоило Гошке, знает только он, его дядька и немного я. А его сынок Кирилл только тянет деньги из отца на свою рок-группу. Вот ты знаешь такую группу – «Мустанг»?

– Я не знаю, – покачала головой Алина. – Я такую музыку вообще не понимаю, но многие мои знакомые увлекаются ею. Вчера Кирилл говорил о ней с воодушевлением, пригласил нас на концерт через неделю.

– Ну, его отец ведь не возражает против этой его деятельности, и безропотно ее финансирует. Только где результат? Кирилл ведь уже не мальчик с гитарой! В тридцать лет уже можно было чего-то достичь, например, добиться популярности и начать зарабатывать! Это не мое дело, но ведь Батаев-старший не вечен, уже начал болеть. Ведь не зря он озаботился составлением завещания. Его сынок все пустит по ветру, я его видел, когда он приезжал к своей бабушке, тогда она была еще жива, а я у них гостил. Он на улицу не каждый день выходил. Понимаешь, Гошка не пропадет, он уже руководит прибыльным бизнесом, опыта набрался. Он найдет себе другую работу. Жалко людей, этих сельчан, ведь неизвестно, кому этот наследничек продаст этот бизнес. Что ты на это скажешь?

– А что я могу сказать? Человек имеет право завещать свое имущество, кому захочет. Кирилл – его законный единственный наследник.

– Вот именно! Если Батаев-старший хочет оставить все Кириллу, зачем ему было составлять завещание, ведь его сын и так все получит по закону! Значит, в этом завещании он распоряжается своим имуществом как-то иначе! И Кириллу это не выгодно! Не зря же он заинтересовался вашей конторой!

– Ему просто нужно заверить копии документов!

– Разве мало других нотариусов, почему именно тот, кто оформил завещание его отца, да еще закрытое!

Алина задумалась. Появление Кирилла действительно стало казаться ей подозрительным.

– Откуда он мог узнать о завещании, если все было секретно? И что он может сделать, наш офис круглосуточно под вневедомственной охраной, установлена противопожарная сигнализация?

– Вот и я думаю – что? – вздохнул Кирилл. – Я совсем не знаю, что за человек этот Кирилл, что ему взбредет в голову. А узнать он мог от прислуги, например. Только меня не покидает мысль, что он попытается уничтожить конверт, ради больших денег люди идут на преступления! Я думаю, мы можем подстраховаться, всю ночь об этом думал. Но нужно твое согласие.

– Как?

– Вот сейчас этот конверт лежит в папке у тебя на коленях, от него зависит судьба многих людей. Я видел, что в другой папке у тебя есть такой же чистый конверт, видимо, выезжая к Батаеву, ты взяла запасной, на случай ошибки при нанесении надписи. Мы сейчас заезжаем ко мне домой, там никого нет, делаем ксерокопию с заполненного конверта на этот чистый. Мы все можем обвести ручкой, сделать приличную копию. Внутрь вложим конверт с пустым листом бумаги, на нем ведь только две подписи – твоя и моя, заклеим, запечатаем – и эту подделку ты зарегистрируешь, положишь в в сейф, на ту полку, где у вас хранятся другие дела по завещаниям. А настоящий конверт ты хранишь у себя. Если все будет спокойно, через какое-то время положишь его вместо подделки, которую уничтожишь.

– Ты с ума сошел? – вытаращила глаза Алина. – Я никогда на это не пойду!

– Так у нас будет гарантия, что если Кирилл каким-то образом сможет добыть этот конверт и уничтожить, то настоящее завещание останется! Решайся!

– А если он перед тем, как уничтожить, распечатает оба конверта и захочет ознакомиться с текстом завещания, увидит, что там пустой лист, и поймет, что это подделка?

– Я подумал об этом. Во-первых, он вряд ли станет распечатывать конверт, а во-вторых, даже если увидит пустой лист, то успокоится, что его наследству ничто не угрожает, и решит, что это какой-то хитрый ход его отца, чтобы припугнуть сына и заставить отказаться от музыки и заняться бизнесом. В любом случае, он будет уверен, что конверт уничтожен.

Алина смотрела на Виталия, и думала, что все это ей снится. Она потрясла головой и решительно заявила:

– Я не согласна! Это бред какой-то! Ты же юрист, я тоже учусь на юридическом, ты не можешь склонять меня к противоправным действиям! Это подделка важного документа! Если это откроется, то я понесу ответственность по закону!

– По какому? – невинно спросил Виталий. – Я все думал – по какой статье тебя можно привлечь? Разве ты подделала текст? Подлинник завещания никуда не исчезнет, он и понадобится-то только в случае смерти завещателя, а к тому времени он уже будет лежать на положенном месте. Не говоря уже о том, что Батаев может передумать и написать новое завещание, которое сделает предыдущее недействительным!

– Эта авантюра мне не нравится. – вздохнула Алина. – Давай сделаем копию, но я еще подумаю!

6.

Адвокат жил в элитном доме, расположенном в престижном районе, прилегающем к центру города. Ходили слухи, что стоимость квартир в этой новостройке было заоблачной. Алина с любопытством озиралась, идя по ухоженному дворику, и смутилась под внимательным взглядом консьержки. Виталий не обратил на женщину никакого внимания, и не поздоровался – видимо обменивался с нею приветствиями утром, уходя на работу.

Лифт поднял их на четвертый этаж, широкая лестничная площадка сияла чистотой, дверь в квартиру впечатляла своей солидной дороговизной. Очутившись в жилище Соболевых, Алина почувствовала себя Золушкой, попавшей во дворец короля. Роскошь, бьющая в глаза, завораживала. Виталий, искоса взглянув на нее, понимающе кивнул:

– Я сам каждый раз вхожу сюда, как бедный родственник. Понимаю, что красиво, но не могу признать это жильем. Дизайнеры оторвались на всю катушку, вернее, на все разрешенные моим тестем деньги. Моя жена тоже не в восторге, но ослушаться папу не может ни в чем. Пойдем в кабинет.

По пути Алина через открытые двери увидела только кусочек гостиной и спальни, а также закрытые двери в еще одну комнату и в ванную и туалет.

– Сколько у вас комнат?

– Пять. В отсутствие жены я пользуюсь только кухней и кабинетом, ну, не считая санузлов.

Интерьер кабинета был под стать всему жилищу, рядом с письменным столом располагался стол с компьютером и ксероксом, целая стена была занята книгами, имелся и большой диван с небрежно скомканным пледом.

Виталий включил ксерокс и взглянул на Алину. Девушка вытащила из пакета папки. Изготовление конвертов- копий заняло около часа.

– Угощать мне тебя нечем, – смущенно сказал Виталий. – Сейчас заедем в ресторан, и я покормлю тебя, хочу сделать ответный жест за твой чудесный ужин.

– Лучше покорми меня в нашем кафе, мы и так долго отсутствуем, не хочется давать пищу пересудам, – ответила Алина. – Не забывай, нас ведь ждет Эллочка, мечтает поскорее смыться. Сейчас занесем в контору документы, и пойдем обедать.

Подъезжая к зданию, адвокат и девушка увидели автомобиль Кирилла и его самого на скамейке в скверике. Мужчина проводил их пристальным взглядом, кивнул Алине. Адвоката он не узнал – их знакомство было давним и мимолетным. Эллочка, завидев входящих в офис нотариуса Виталия и Алину, подпрыгнула на стуле.

– Наконец-то! Что так долго? И почему вы без масок, ведь только что контактировали с шефом! Я хочу уйти, Мохов разрешил, и, к тому же, меня ждут! Закроешь тут все сама?

Алина отпустила сотрудницу, которая, уходя, возбужденно зашептала ей в ухо: «Меня ждет Кирилл, представляешь? Я тебе потом позвоню!»

Адвокат ушел в свой офис, пообещав скоро вернуться. Алина вытащила привезенные папки, занесла данные о завещании Батаева в Реестр регистрации нотариальных действий и в алфавитную книгу завещаний, и задумалась. В сердце закралась тревога.

Была пятница, а выходные девушка проводила на даче с родителями, там у нее давно сложился особый круг общения, после долгой зимы хотелось увидеться со всеми друзьями. Обычно она с нетерпением ожидала конец недели, но в этот раз что-то мешало радоваться выходным дням. Это была не только история с завещанием, ей было жаль своего заболевшего шефа, такого старомодного и доброго, ответственного и строгого.

Вскоре пришел Виталий и вызвался отвезти ее домой по пути к своему очередному клиенту. Он наблюдал, как девушка положила конверт-копию в сейф на полку, где на приклеенной бумажке было мелко написано «завещания». Сейф представлял собой высокий металлический шкаф, разделенный внутри на полки. Ключ от него нотариус обычно носил с собой, но в отдельных случаях доверял Алине

Выйдя из здания, адвокат весело произнес:

– Я ведь так и не покормил тебя, и уже не успеваю. Завезу тебя и помчусь работать. Но за мной должок! Выберем время, и я поведу тебя в самый дорогой ресторан.

Подъехали к дому девушки, и Виталий направился вместе с нею к крыльцу. Поймав ее удивленный взгляд, пояснил:

– Я только взгляну, куда ты спрячешь папку с конвертом, и сразу уйду.

Очутившись в комнате Алины, он осмотрелся и указал на диван – книжку:

– Положи документ в ящик, на дно, и прикрой каким-нибудь покрывалом или пледом. И не волнуйся – если что, я буду тебя защищать в суде !

– Пойдешь как сообщник! – ехидно возразила Алина, и оба рассмеялись.

– Ну, тогда дай мне номер своего телефона, как подельник я должен быть на связи! Завтра позвоню тебе, может, у тебя будут новости о здоровье твоего шефа.– улыбаясь, сказал Виталий.

– Ты вряд ли сможешь со мной поговорить, я буду на даче, а там плохой сигнал сотовой связи.

– А где дача, и как ты туда доберешься?

Алина назвала место дачного поселка.

– Я езжу на электричке, встану пораньше и отправлюсь.

Адвокат оживился:

– А давай, я отвезу тебя на дачу, ты ведь, наверняка, будешь с тяжелыми сумками! Могу даже сегодня вечером. Кстати, твоя дача в пятнадцати километрах от Покровского, я съезжу к своему другу Гошке, давно не виделись. Не смотри на меня так, я ни слова ему не скажу про завещание. Как освобожусь, позвоню.

Он уехал, а девушка пошла на кухню, чтобы приготовить себе незатейливый обед, и все вспоминала события последних дней.

Но обед снова пришлось отложить – позвонила ее лучшая подруга Инна Белкина, с которой они дружили с первого класса. Это был единственный человек, с которым Алина была откровенна, и который был посвящен во все ее секреты. Она жила в соседнем доме.

– Стрелка, привет! – весело завопила Инка. Она называла Алину по созвучию с фамилией – Стрельцова, в школе их называли Белка и Стрелка. – Хочу видеть тебя немедленно! У меня море новостей! Ты когда освободишься? Что? Уже дома? Так я бегу!

– Подожди, я сейчас поем и пойду в магазин, куплю родителям продуктов, чтобы отвезти на дачу, – ответила Алина. – И надень маску, я контактировала с коронавирусным больным.

– Я пойду с тобой, помогу нести сумки.

Алина позвонила матери, написала под ее диктовку список необходимых продуктов, и девушки отправились в ближайший супермаркет. Принеся все пакеты домой, подруги, наконец, смогли за чаем поделиться последними новостями. Алина рассказала Инке все, кроме истории с подменой конвертов, и, не называя фамилий. Лучшего слушателя не найти во всем мире – так ловить каждое слово и так эмоционально сопереживать могла только ее Белка.

– Ну, ты даешь! Все-таки не устоял твой красавец! Жаль, что он женат, но для прививки от любви очень даже годится! Так хочется на него взглянуть! А можно, я поеду с вами? Твоя мама не будет против, она меня любит!

Алина невольно залюбовалась подругой – зеленые глазищи в пол-лица, модная стрижка отлично смотрелась на густых каштановых волосах , Инну не портил чуть длинноватый нос и чуть великоватый рот, она была само обаяние. Если лицо имело мелкие недостатки, то фигура была безупречна – высокая грудь, тонкая талия, стройные бедра, а длинные ноги не оставляли равнодушным ни одного мужчину. Ее приглашали в модельное агентство, но она всегда мечтала о журналистике, и, еще учась в школе, публиковала рассказы в молодежных журналах, что помогло ей поступить в институт. Сейчас она училась заочно и работала в небольшом издательстве детской и развивающей литературы, и была вполне довольна жизнью.

Инна жила в квартире со своей бабушкой, родители давно уехали на заработки на Север, откуда присылали денежные переводы и были спокойны в надежде, что дочка и ее бабушка приглядывают друг за другом.

В отличие от своей подруги Алины, Инна получила прививку от любви еще в десятом классе, влюбившись в известного футболиста, приехавшего в отпуск к родителям, соседям девушки. Не стесненный в средствах спортсмен с удовольствием проводил с нею время в ресторанах, саунах, на дачах у друзей – показал, как можно красиво отдыхать, после чего благополучно отбыл в столицу продолжать спортивную карьеру. Даже наивная Инна понимала, что продолжения романа не будет, но страдала отчаянно. Пережив тяжелый период, она перестала доверять мужчинам, но, как и любая женщина, в душе все равно надеялась встретить в жизни большое взаимное чувство. В ожидании его не скучала, меняла кавалеров часто, при этом умудряясь сохранять репутацию порядочной девушки и избегать сплетен.

Напросившись в гости на дачу к родителям подруги, Инна сбегала домой, собрала в сумку шорты, футболку, купальник и прочие нужные вещи, надела кокетливый сарафанчик, соломенную шляпку и явилась к Алине как раз в тот момент, когда к ней в дверь звонил Виталий.

Алина открыла дверь, заулыбалась, представила друг другу адвоката и Инну. Виталий успел заехать домой и переодеться. Он впервые предстал перед Алиной в джинсах, футболке, кроссовках и бейсболке, что произвело на девушку странное впечатление – как будто она впервые увидела его таким, какой он есть на самом деле, а не чопорным заносчивым адвокатом.

Инне он понравился безоговорочно, и она порадовалась за подругу. Всю дорогу молодую компанию на покидало веселое настроение, они подпевали модным песенкам, звучащим из магнитофона, болтали и шутили. Все тревоги и проблемы были отодвинуты в сторону, молодость не умеет долго унывать.

7.

Николай Васильевич Батаев получил известие от Мохова о болезни нотариуса через день после составления завещания, и попросил сообщить ему о результате теста на Covid Беликова, когда он будет готов. После этого он занялся текущими делами и забыл о нотариусе и его болезни.

Вернувшись вечером домой, он узнал от сияющей Марии, что Кирилл ждет его в гостиной, и она уже накрывает на стол. Сын встретил отца с улыбкой, крепко пожал руку. Николай Васильевич был искренне рад этой встрече, но так как Кирилл не часто баловал его своими посещениями, слегка насторожился в ожидании очередной просьбы о каком-нибудь дорогостоящем музыкальном проекте. Тревога оказалась напрасной – сын поведал, что устал и хочет немного отдохнуть, съездить в Покровское и посетить могилы бабушки и дедушки.

– Мамину могилу я сегодня навестил, положил цветы. Сегодня годовщина ее смерти. – он взглянул на смутившегося отца, который забыл об этой дате. – Ты когда собираешься в Покровское? Возьми меня с собой, сходим вместе на кладбище. Да и покажешь, как там твое хозяйство развивается, мне интересно. Гошку с его семейством навестим, детям купим игрушки и гостинцы. Погода сейчас хорошая, тепло как летом, сходим на реку.

– Мне нравится твоя идея, – ответил отец.– Но я смогу только в воскресенье, остальные дни распланированы. Если не передумаешь, заеду за тобой рано утром, думаю, за день все успеем, а вечером вернемся.

Кирилл переночевал в родительском доме, утром уехал к себе, успев пошептаться с Марией.

Мария появилась в их доме тринадцать лет назад, еще при жизни Жанны, и была одной из нескольких претенденток на должность горничной. Получилось так, что уволились сразу повар и горничная, супруги, работавшие в доме несколько лет. Стали искать им замену, и оказалось, что это не так просто. Домработницу, которая должна была убирать, стирать и гладить, найти было нетрудно, а вот хороший повар никак не находился, несмотря на высокую зарплату. Жанна согласилась взять Марию без рекомендаций, но с испытательным сроком. Услышав, что хозяйка ищет повара, девушка показала диплом об окончании кулинарного училища. Попросила разрешения попробовать приготовить обед. Удивленная Жанна согласилась.

Мария сама съездила на рынок за продуктами, и первый ее опыт в роли повара привел семейство Батаевых в восторг, хоть и был с украинским оттенком. Жанна согласилась взять девушку на должность повара, а горничную найти другую, но Мария, усмехнувшись, заверила, что справится со всем одна.

Хозяева только диву давались – неугомонная хохлушка крутилась с утра до вечера, как белка в колесе, и действительно все успевала, получая две зарплаты. Кроме готовки, уборки, стирки, мытья посуды, она еще совершенно бесплатно высаживала на отведенном ей участочке свежую зелень к столу, и любимые цветы – чернобривцы. При этом она все время что-то напевала себе под нос, и выходные брала редко , когда нужно было съездить в магазины за одеждой и обувью.

Жанна боялась вспугнуть такую удачу, никогда не делала Марии замечаний, дарила дорогие подарки. Когда помощница по хозяйству раз в год уезжала в отпуск на Украину, в доме будто свет выключался, ничего нельзя было найти, все злились и морщились, поедая еду, доставленную из ресторана.

Домочадцы удивлялись, почему молодая и красивая женщина не имеет ни подруг, ни ухажеров, ни хоть каких-нибудь развлечений, предлагали ей купить путевку на заграничный курорт, но она только загадочно улыбалась и отрицательно качала головой. Она вообще была немногословна, и никогда не пыталась стать подругой Жанны. Жила она в отдельном домике для персонала и после работы все время смотрела телевизор.

Во время болезни Жанны, Мария проявила настоящую преданность и самоотверженность, ухаживая за хозяйкой, как за родной матерью. Все свое имущество Жанна отписала мужу, побоявшись, что сын наделает глупостей.

После смерти Жанны Мария изменилась, разговаривала громче и смелее, фактически взяла на себя роль хозяйки. Убитый горем вдовец сразу этого не заметил, и потом не стал возражать, а повзрослевшего Кирилла, втайне от отца, Мария сделала своим любовником. Она сразу поняла, что парень хоть и капризный, но слабохарактерный, и им можно управлять так, что он этого и не заметит.

Написанное завещание не давало покоя как Кириллу, так и Марии. От него нужно было избавиться как можно скорее, или заставить Николая Васильевича отменить его. Больше всего эту парочку бесило, что они точно не знают содержание этого документа, а могут только догадываться.

– Слушай меня внимательно, – поучала Мария хозяйского сына. – Первое. Постарайся сблизиться с отцом, чаще навещай, звони, рассказывай о своих делах, интересуйся его бизнесом. Намекай, что разочаровался в шоу-бизнесе, думаешь сменить поле деятельности. Но постепенно, не переигрывай. Второе. Ухаживай за этой девицей, Эллочкой. Я даже не ожидала от тебя такой сообразительности, так сразу сумел познакомиться с этими секретаршами! Если она нехороша собой, то сделает для тебя все, только влюби ее в себя! Этому тебя учить не надо… Но этот вариант на самый крайний случай, он рискованный. Предпочтительнее расположить к себе отца, чтобы он изменил завещание.

А в это время Эллочка не ходила, а парила над землей, боясь поверить своему счастью. Красавец, руководитель известной в городе рок-группы, наверняка состоятельный человек, Кирилл обратил внимание на нее, простую секретаршу – как в сказке! В день знакомства он повез их в молодежное кафе на окраине города, о котором она только слышала, и оно оказалось очень симпатичным. Они сидели за столиком на открытой веранде вчетвером, но он смотрел не на Алину, признанную красавицу, а на нее, скромную Эллочку, потому что видел, как ей интересны его рассказы о музыке, концертах, гастролях!

Алина слушала его невнимательно, ее явно раздражал влюбленный в нее Ярослав, которого Эллочка считала вполне приличным мужчиной. В девять часов Кирилл извинился, что ему нужно ехать на репетицию, и предложил Ярославу проводить Алину на такси, а Эллочку позвал поприсутствовать на репетиции в виде исключения, так как обычно никто из посторонних туда не допускался. Вспыхнув от такой чести, Эллочка согласилась.

Репетиция продолжалась два часа, после чего Кирилл отвез ее домой, и на прощание поцеловал ей по очереди обе руки. Попросил номер телефона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.