# Психология и философия доброты. т.2. часть 28

Александр Иванович Алтунин

Казалось бы, доброта – это понятие достаточно хорошо известно всем. Но мало кто задумывается о том, что это не только черта характера, но и элемент мировоззрения. С другой стороны, в настоящий момент отсутствуют работы, в которых доступно и популярно изложено более 150 аспектов анализа доброты. Общий объем работы составляет 2 тома с более 1000 страниц. Автор является профессиональным психотерапевтом, психологом, философом, писателем. Работа в значительной степени явилась результатом анализа более 50 тысяч личностей, особенностей и закономерностей их общения с другими людьми, взаимосвязи формирования судьбы человека в зависимости от характера и мировоззрения каждого из этих людей.

Добродетельный человек относится к своей добродетельности диалектически. С одной стороны, он понимает величину значительной дистанции между качественным уровнем его личности и уровнем личности обычного человека. А, с другой стороны, он столь же отчетливо осознает тот момент, что даже если он проживет максимально интенсивно и насыщенно, сознательно и полноценно еще десять жизней по сто лет каждая, то в результате степень реального совершенства его личности будет, по большому счету, столь же далека от идеального варианта, как и в настоящий момент времени. И потом, он четко понимает тот момент, что большой комплект редких достоинств и добродетелей, который ему достался, – это не есть его личная заслуга, а лишь аванс со стороны Высших сил. Который необходимо интенсивно и добросовестно отрабатывать всю оставшуюся жизнь. Это, по большому счету, не привилегия, а большая дополнительная многогранная и изощренная ответственность перед Высшими силами за полноценное исполнение своей персональной особой миссии на Земле в качестве их посланника.

И, как бы сильно не был одарен конкретный человек, он осознает то, что он не эксклюзивен (хотя очень многим обычным людям в это очень хочется верить) в силу того, что в мире есть еще определенное количество людей, имеющих, как минимум, ничуть не меньший уровень одаренности. И, как максимум, уровень гораздо больший. Ибо, и применительно к нему лично, и к другим добродетельным людям на то имеется принципиальная воля Высших сил, совершенно не зависящая от воли и желания того или иного человека, не зависимо от того, что он думает о себе. И это наводит его на ясную и конкретную мысль о том, что применительно к самому себе, в своем внутреннем мире, он должен проявлять принципиальную скромность, не впадая в чрезмерную самоуверенность и самовлюбленность, своего рода житейскую манию величия. Это, безусловно, отнюдь не означает того, что он не понимает истинной ценности задатков достоинств и добродетелей, что получил при своем рождении. Или склонен сознательно их обесценивать в угоду широкой публике или тем своим близким, которые не являются добродетельными людьми. Да и вообще имеют об этом весьма смутное представление. Более того, он стремится всеми силами ума и души, духа и тела всю свою жизнь отстаивать истинные классические достоинства и добродетели. Но не в силу того, что многие из них принадлежат ему лично, а в силу того, что они имеют вечную ценность сами по себе в системе духовных ценностей человеческого бытия.

Скромность является один из элементов, входящих в состав комплекта свойств хорошего и достойного человека и комплекта свойств, входящих в понятие «смирение». О котором, в связи с его актуальностью и многогранностью, будет разговор отдельный.

Скромность не означает того, что ее обладатель не имеет четких и конкретных фундаментальных принципов и убеждений интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана. Или того, что скромный человек сознательно отстраняется от отстаивания их в общении с окружающими. Или считает это отстаивание чем-то несущественным и второстепенным. Скромность необходима любому человеку, а добродетельному вдвойне для проведения эффективного и полноценного процесса самовоспитания и самосовершенствования, для создания адекватной самооценки, для проведения постоянного и бдительного самоконтроля и самоанализа.

Добродетельный человек, имеющий, как правило, вполне конкретный уровень одухотворенности, понимает свою личную беззащитность перед темными силами, свою абсолютную несостоятельность перед ними. И поэтому старается рассчитывать на помощь светлых сил. Но не просто пассивно находиться в ожидании их помощи, а стараться оказаться достойным этой помощи. Он предельно скромно, это еще, мягко говоря, оценивает свои возможности в открытой борьбе с темными силами. А поэтому старается не питать особых иллюзий по этому поводу. Одновременно он осознает и тот момент, что для завоевания даже не обязательно большого, но даже некоторого расположения Высших сил к себе, он должен очень серьезно работать над собой, но повышать уровень гармонии не только своей личности, но и окружающего мира. И работать над собой не ради самого себя, а для того, чтобы иметь возможность максимально полноценно выполнять свою личную миссию на Земле. Конечно, это не исключает того, что вполне конкретные положительные результаты в работе над собой могут быть основанием для некоторого уважения и любви к самому себе. Хотя и в этом плане он проявляет скромность, не выпячивая своих даже самых больших и несомненных достоинств и добродетелей перед окружающими.

Скромность помогает любому человеку более адекватно воспринимать критику в свой адрес. Ибо, с одной стороны, абсолютное совершенство недостижимо в принципе. А, с другой стороны, каждый человек имеет право иметь свою собственную точку зрения по любому поводу. Как и право на иллюзию и ошибку, заблуждение и определенное несовершенство.

Добродетельный человек, как правило, в силу присутствия фундаментальной скромности и смирения, не страдает болезненной и обостренной амбицией. Что, однако, не исключает и даже предполагает присутствие развитого честолюбия. Скромность помогает человеку бороться со многими искушениями и соблазнами, например, не дает впасть в гордыню – источника самых больших и самых изощренных человеческих пороков.

Скромность помогает заниматься продуктивным и полноценным творчеством, не впадая в чрезмерные иллюзии и заблуждения относительно своей личной талантливости, как таковой, и относительно тех или иных конкретных результатов на определенном этапе творческой деятельности.

При этом скромность никак не влияет на то, что он (как и любой другой человек) может и должен давать принципиальную оценку творчества другого человека, особенно обладающего реальным талантом и элементами истинной гармонии личности. Другой вопрос, что отправной точкой для такого рода оценок должен быть не собственный талант в той или иной сфере деятельности, а критерии иерархии классических духовных ценностей. Не зависимо от того, присутствуют они в таланте конкретного человека или нет. Объективность и бесстрастность превыше всего. Правда, высказывание публичной оценки не должно превращаться в шоу, в спектакль по демонстрации своих особенных достоинств и добродетелей. Конечно, когда кто-то пытается выдать нечто откровенно деструктивное и дисгармоничное за эталон для общественного подражания, то в этих случаях есть реальная необходимость в принципиальной оценке реальной действительности. Но, по возможности, без перехода на личности. Если только, на самом деле, в ситуации нет сознательного и целенаправленного злого умысла со стороны человека (или группы людей), претендующего на обладание истиной в последней инстанции.

Скромность отнюдь не означает того, что ее обладатель может предполагать лишь относительную или частичную ценность явлений, относящихся к системе вечных духовных ценностей. Это находится за рамками его личности (да и любой другой). И поэтому понятие скромность на них в принципе не может распространяться.

Как бы скромен не был человек это не освобождает его от добросовестной защиты вечных ценностей. Другой вопрос, что многие люди вкладывают в это понятие свои личные, весьма искаженные и нередко извращенные субъективные представления, которые нередко не имеют ничего общего с реальной действительностью.

Скромность – это удел не слабых и закомплексованных людей, глупых и примитивных (хотя и им она не помешала бы), а умных и сильных, оригинальных и талантливых, имеющих свою личную особую персональную миссию на Земле. Скромность – это необходимый элемент гармонии личности и истинной одухотворенности. Скромность уберегает человека от публичной демонстрации процессов своего внутреннего мира, в том числе, даже самого факта присутствия самовоспитания и самосовершенствования, не говоря уже о конкретных вещах в реализации этих процессов, проблемных или успешных моментах.

Скромность не означает того, что конкретный человек не считает нужным уважать или любить себя. Она предполагает серьезную осмысленность. Вполне конкретный уровень объективности и бесстрастности в оценке своей личности, жизни и творчества. Конкретные достоинства и добродетели из числа классических ценностей, постоянно проявляющиеся на конкретном качественном уровне в практической жизни, не должны обесцениваться ни в себе, ни в других людях.

Другой момент заключается в том, что большинство людей, к сожалению, когда слышат слово достоинство или добродетель, автоматически предполагает не только сам факт присутствия этого качества, даже очень-очень редкого (один-пять процентов от всего общества), но и высокий уровень развития этого свойства именно у него. Что в девяносто процентов случаев принципиально не соответствует реальной действительности. Почти поголовное духовное и психологическое невежество, даже среди формальной интеллигенции, создает мощную и конкретную предпосылку для принципиально неадекватной самооценки. К присутствию искаженных и извращенных элементов мировоззрения у широких масс людей. Например, наличие и подсознательной, и сознательной потребности в чувстве собственной значимости для создания даже относительно благополучного психологического и психического здоровья порождает идею о том, что «я должен быть не хуже других, а потому я и есть ничем не хуже других». Следующий логический шаг возникает следующий: «раз я не хуже других, значит и другие ничем не лучше меня, поэтому уважать их хотя бы на один процент больше, чем самого себя, нет никакого смысла; как и относиться к их мыслям и чувствам с особенным вниманием, как и к их личности, жизни и творчеству; одним словом, мало-мальски существенно напрягаться и стараться по этому поводу». Вот такие интересные виражи часто возникают в головах людей. И, в первую очередь, относительно неглупых и неплохих.

И в результате часто возникает не просто несколько завышенная самооценка, а мощная гордыня, создающая принципиально искаженную систему восприятия и самого себя, и окружающих и всех важнейших жизненных явлений интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана. За что жизнь наказывает сурово и жестоко. Для добродетельного человека такой вариант развития событий исключен в принципе.

Когда большинство людей слышит слово смирение, то это почему-то ассоциируется у них в голове с чем-то унизительным и оскорбительным для их чувства собственного достоинства. Не только для их самолюбия, но даже и честолюбия. Хотя, конечно, принципиальную разницу между этими двумя понятиями понимают, мягко говоря, далеко не все. Смирение – это элемент, как минимум, хорошего интеллекта. Не обязательно высокого, но тем не менее. Хороший интеллект в иерархии классических ценностей, как правило, является выше среднего. А в житейской иерархии считается уже высоким. Ибо, с истинно высоким интеллектом большинство из нас, если и встречалось, то крайне редко. Считая в итоге это очень редким исключением из правила. Иначе говоря, что их правило (на самом деле, это просто распространенный стереотип, своего рода общественная норма) на эти случаи принципиально не распространяется. А, значит, этим моментом по большому счету, можно пренебречь. И не напрягать себе мозги дополнительно по этому поводу. Ибо, это, может быть, и имеет смысл, чисто теоретически. Но реально практического приложения, по их мнению, это не имеет. А, значит, и Бог с ним.