София Брайт
Измена. Разорванные узы

Глава 1

“Посмотри, как на твоего Руслана похож”, – высветилось сообщение в мессенджере с прикрепленным ниже фото от мамы.

“Надо же! Даже Сенечка не так сильно похож на отца, как он”, – пришло следом с еще одним присланным снимком сына младшей сестры.

Я сидела и молча рассматривала изображение племянника на телефоне, поражаясь сходству двухлетнего мальчугана с моим мужем. Тот же хмурый взгляд зеленых глаз, те же губы.

Если бы я не знала, что это мой родной племянник, то подумала бы, что это внебрачный сын Руслана.

Наваждение какое-то.

Как я вообще могла даже подумать о таком?

Нажала на кнопку вызова, набирая родительницу.

– Мам, ты к чему все это? – спросила сразу в лоб без приветствия.

– Ни к чему. Просто удивилась, насколько они одинаковые, – рассмеялась мама, будто это была какая-то шутка.

– Нет, мамуль. Ты намеренно акцентировала внимание на том, что Ярик похож на моего мужа больше Арсения. Для чего ты это делаешь? Тем более сегодня, в день прилета Майи. Ты хочешь наш поссорить?

– Дочь, да я правда не подразумевала ничего подобного, – перестала она смеяться. – Просто Майюша прислала фотографии сына из аэропорта, и показалось, что на меня будто уменьшенная копия Руслана смотрит. Надо же, как бывает, что у сестер рождаются такие похожие дети.

– Мам, ну ты же видела фото отца Яра, – вспомнила я мужчину, с которым встречалась Майя и который исчез, узнав о её беременности.

– Да, да… Типаж один с нашим Русом. Майя всегда подражала тебе и мужчин выбирала, похожих на твоих.

Мамины слова неприятно кольнули. Но я постаралась спрятать раздражение, как делала это всегда во время подобных тем.

– Так что?– сменила тон родительница. – Когда ты едешь за сестрой?

– Вот уже собираюсь. Жду, когда Арсений спустится.

– Потом сразу ко мне? – я слышала волнение в голосе мамы. Все же она очень скучала по младшей дочке, что упорхнула из дома, как только ей исполнилось восемнадцать, и не появлялась в родных краях больше четырех лет.

– Да, мамуль. Из аэропорта сразу к тебе.

– Жду вас, мои дорогие, – попрощалась родительница и скинула вызов.

– Мам, я готов, – спустился по лестнице Арсений.

– Отлично, – улыбнулась я, осматривая любимого и единственного сына, потрепав по темной шевелюре. – Тогда вперед, а то опоздаем, – кивнула ему на выход.

– Мам, а Ярослав мне родной брат? – спросил Сеня с заднего сидения, когда мы уже больше десяти минут стояли в пробке.

– Нет, сынок. Он твой двоюродный братик.

– Но тётя Майя – твоя родная сестра.

– Да, – я нервно стучала пальцами по рулю, заметив, что затор не торопится рассасываться. – Это потому, что у нас с ней общие мама и папа. Если мы с твоим папой родим еще одного ребенка, только тогда у тебя будет родной брат или сестра.

– Понятно, – задумчиво протянул сын. – Значит, Ярик не будет жить с нами, – огорчился он.

– Нет, малыш. Он будет жить с тётей Майей.

– Жаль. Я бы хотел брата. А если вы родите, это ж еще ждать надо будет, когда он вырастет… – снова проговорил сын, а у меня его заявление вызвало странное чувство.

Последний раз он говорил о том, что хотел бы брата или сестру, когда ему было пять лет. Но Сеня в этом году пойдет в школу и давно перестал печалиться о том, что растет один.

– Арсений, – я посмотрела в зеркало заднего вида на сына, – и давно ты решил, что тебе нужен брат?

– Да нет. Просто папа сказал, что, когда прилетит Ярослав, мы сможем играть вместе столько, сколько захотим, потому что мы братья.

– Вот как? – снова у меня сдавило грудь и всколыхнулось то самое противное чувство, которое я ощутила после маминых сообщений. – Папа, значит, так сказал…

– А теперь получается, что и не брат он мне.

– Брат, но не родной. Не грусти, сынок, вы все равно сможете играть, когда он будет приезжать к нам в гости или когда будете встречаться у бабушки, – улыбнулась я, подмигивая своему синеглазому красавцу, унаследовавшему цвет глаз от меня, а не от мужа.

Тогда у меня пронеслась мысль, что у Яра действительно зеленые глаза, как и у Руслана…

Снова прогнала в сторону эти размышления и с облегчением заметила, что колонна двинулась вперед.

Пробка рассасывалась медленно. И я понимала, что не успеваю ко времени посадки самолета сестры. На мгновение представила, как она будет с маленьким ребенком ждать меня в аэропорту. Надо было все же ехать по другой дороге.

На сенсорном экране высветилось имя мужа, и я приняла вызов.

– Привет! Вы где? – салон заполнил низкий голос любимого.

– Папа, привет! Мы едем в аэропорт! – кричал сын.

– Привет, бандит, – из динамиков послышался тихий смех. – Долго вам еще ехать?

– Рус, мы, кажется, не успеваем забрать Майю с Яром вовремя. Тут такая пробка.

– Да, я слышал по радио, что там авария.

– А ты сейчас где?

– Только выезжаю из офиса. Думал, стоит ли заезжать домой или сразу поехать к твоей маме.

– Руслан, – пришла мне в голову мысль, которая стала казаться единственной разумной. – А ты мог бы встретить сестру с племянником? Ты из офиса доберешься быстрее по объездной до аэропорта, чем мы выберемся из этой пробки.

На том конце повисла тишина.

– Алло, любимый! Ты еще на связи?

– Хочешь, чтобы я встретил твою сестру? – прозвучало сухо.

– Я не хочу, чтобы она после долгого перелета с маленьким ребенком еще ждала нас. Ну так что? Встретишь? Ну, пожалуйста, любимый! – начала просить его ласково. – А я потом с тобой рассчитаюсь, – проговорила игриво.

– Ну только если рассчитаешься, – усмехнулся он. – Ладно, встречу я твою непутевую.

– Спасибо, любимый! Ты самый лучший!

– Повторишь мне это, когда будем дома, – хрипло проговорил он.

– Обязательно! А теперь вперед! А то опоздаешь, – я скинула вызов, довольно улыбаясь. – Вот и решили проблему, да? – посмотрела на сына, который волком взирал на меня. – Что-то не так?

– Я сам хотел встретить Ярика, – пыхтел Арсений.

– Ну ты же видишь, что мы застряли.

– Все равно, – надул он губы, отворачиваясь к окну.

– Если мы минуем пробку вовремя, то все равно поедем в аэропорт. Я тоже безумно хочу увидеть наших родных. А папу мы отправили, чтобы перестраховаться.

– Точно поедем?

– Точно. Главное – выбраться.

Спустя пятнадцать минут колонна постепенно начала двигаться, а еще через сорок мы припарковались возле здания аэропорта, выскочили из машины и полетели внутрь со всех ног.

– Скорей! – торопил меня сын.

Пройдя металлическую рамку, мы старались как можно скорее оказаться в зоне прилета.

Издали я увидела высокую фигуру мужа, лишний раз обрадовавшись тому, насколько он у меня обязательный. Еще ни разу в жизни он не нарушил свое слово и не подвел меня.

Майи пока не было видно, и я чуть сбавила темп, позволяя себе отдышаться. Заметила в руках мужа букет белых роз, подумав о том, какой он заботливый.

Вот он помахал рукой, и его губы растянулись в улыбке, когда к нему приблизилась моя младшая сестра за руку с сыном.

Я хотела ей крикнуть и побежать со всех ног, чтобы обнять малую, по которой безумно скучала, но дальше я увидела то, к чему оказалась совершенно не готова. Внезапно сестра встала на цыпочки и потянулась губами к Руслану, обвивая его одной рукой за шею.

Глава 2

– Папа! – крикнул сын, и Руслан повернул лицо в нашу сторону.

Мой взгляд был прикован к сестре, чьи губы прошлись по подбородку моего мужа. В груди что-то дрогнуло.

– Папа! – побежал к отцу Арсений.

Майя отпрянула от моего мужа и посмотрела на меня.

– Лиска! – крикнула она, улыбаясь во все свои идеальные зубы. – Как же я соскучилась! – она подхватила на руки Ярослава и быстрым шагом направилась ко мне.

И я только тогда будто начала выходить из какого-то транса. Сморгнула морок, решив, что это все моя мнительность. Майя просто целовала Руса в щеку, как и любого другого близкого человека, а до остальных подозрений меня накрутил разговор с мамой.

– Хомячка моя! – прошла я навстречу сестре. Раскрыла объятия и обняла ее, прижимаясь своей щекой к ее щеке. – Как же я соскучилась! И по тебе, мой котик, – чмокнула в лоб племянника, который уткнулся лицом в шею матери.

– А я! Ты не представляешь, как я считала дни до нашей встречи! Лиска! – чуть отпрянула она, с восторгом осматривая меня. – Какая ты у меня красивая!

– Красивая, – хмыкнула я, – скажешь тоже. Ты на себя посмотри! Так и сияешь. Ты прическу сменила? – заметила, что сестра отрезала волосы и теперь они не доходили длиной до плеч.

– Тебе не нравится? – прокрутилась она вокруг себя, не выпуская сына из рук.

– Очень нравится! – я смотрела на нее с восторгом, только теперь понимая, как сильно я скучала по мелкой и как мне ее не хватало. – Тебе все идет.

– Я думал, вы не успеваете, – подошел к нам Руслан, вручив наконец-то букет Майке.

– Арсений очень хотел встретить Ярослава, – сказала я, посмотрев на племянника. – Да, Ярик? Братик очень спешил к тебе, – попыталась вовлечь в разговор мальчика, он он ни в какую не хотел отлипать от мамы, уткнувшись личиком в ее шею.

– Какой Арсюша целеустремленный, – улыбнулась сестра. – Прямо как его папа!

Это замечание неприятно кольнуло в груди, но тут же погасло за эмоциями от встречи.

– Поехали к маме, – я приобняла за плечи мелкую, направляясь к выходу. – Она очень соскучилась.

Чемодан сестры муж забрал в свою машину. Майя же с Яриком поехали со мной. Всю дорогу мы шутили и смеялись, и я чувствовала такую легкость, какую не испытывала давно. Рядом с мелкой я снова ощущала себя юной и беззаботной, и казалось, что завтра она снова вовлечет меня в какую-то жуткую тайну и попросит ни за что не рассказывать родителям.

– Ты не говорила, что купила новую машину, – мелкая осматривала салон.

– Разве? – я нахмурилась, стараясь вспомнить темы, что мы обсуждали в последнее время.

И, кажется, все разговоры крутились только вокруг переезда Майи и ее поступления на хореографическое отделение института культуры. После рождения Яра она не смогла продолжить учебу в чужом городе. А тут все же мама и я поможем с ребенком, пока она будет на занятиях.

– Да, точно не говорила, – твердо заявила сестра.

– Наверное, вылетело из головы.

– Зажралась ты, Лиска. Вылетела из головы такая “мелочь”, как покупка автомобиля.

– Другим голова занята, – я посмотрела в зеркало заднего вида на детей и непроизвольно улыбнулась.

Все же это чудесно, когда ребенку есть с кем поиграть. И, возможно, нам с мужем стоило родить еще одного малыша. Ведь Арсений скоро вырастет и перестанет быть тем милым мальчиком, готовым обнимать и целовать маму просто так. Так хотелось бы растянуть это чудесное время, пока сын маленький.

– Проблемы на работе? – спросила сестра, обеспокоенно посмотрев на меня.

– Нет, напротив. Большой приток клиентов, и мы хотим открыть еще одну точку в районе вокзала.

– Там должна быть хорошая проходимость.

– Шикарная, я бы сказала, – усмехнулась я. – Поэтому и хочу там занять место.

У меня была сеть цветочных магазинов. И я любила свое дело всей душой. Яркие, душистые, нежные лепестки каждый день радовали меня, заставляя улыбаться. Не помню, в какой именно момент я решила, что флористика – мое призвание, но работать с цветами мне нравилось всегда.

Сначала в студенчестве я подрабатывала продавцом в цветочном, потом стала выезжать с декораторами на заказы и составляла цветочные композиции для банкетов. И однажды я просто осознала, что не смогу жить без цветов.

– Когда планируешь открытие?

– Пока договариваемся с помещением. Как только заключим договор аренды, сразу начнем делать ремонт.

– Уверена, что все пройдет гладко и без особых препятствий.

– Пусть вселенная тебя услышит, Хома, – улыбнулась я, кинув на сестру взгляд, все еще не веря, что она здесь.

Эти четыре года мы практически не виделись. Сначала она была в созависимых абьюзивных отношениях и ее мужчина не давал ей встречаться с семьей. Потом она вырвалась из ада, в который превратил ее жизнь тот мужчина, с помощью отца Яра. Но и он не захотел задерживаться в их судьбе, участвуя в жизни сына лишь материально.

Два года она говорила, что больше не сможет жить с нами, но месяц назад все изменилось. Она решительно заявила, что хочет домой, к маме и ко мне. И, конечно же, мы все ее поддержали в этом.

– Значит, у тебя будут вакансии? – спросила Майя.

– Хочешь у меня работать? – я удивленно взглянула на нее. – А как же “тоска зеленая и никакого простора для творчества”? – припомнила ее же слова пятилетней давности, когда я звала ее на летнюю подработку.

– Ой, ну ты вспомнила бы еще, что было в детском саду, – хмыкнула она. —

Я с радостью поработаю у тебя.

– Май, ну какая тебе работа сейчас? Выйдешь на учебу, а в свободное время сыном будешь заниматься. Сама же говорила, что отец Яра перечисляет вам на жизнь.

– Да, говорила, – мгновенно помрачнела сестра.

– Но ты не переживай так! Мы рядом, и все будет хорошо. Мы же семья. А семейные узы, они нерушимы.

Спустя несколько часов после сытного ужина у мамы в гостиной я сидела, откинувшись на спинку стула и практически мурлыкая от удовольствия. Сытая, в окружении самых близких и родных… Мне казалось, что я абсолютно счастлива.

На полу возле телевизора мальчики играли с Русланом в только что собранную гоночную трассу с машинками. Муж так гармонично смотрелся с двумя детьми, что мысли о втором ребенке вызывали все больше трепета в груди. С таким отцом, как Рус, можно рожать и двоих, и даже троих, и я уверена, что все они будут обласканы его вниманием и заботой.

Словно почувствовав мой взор, муж обернулся. Подмигнул, задержав на мне потемневший взгляд, и снова сосредоточился на игре.

– Как же, Лиска, тебе повезло встретить в свое время Руса, – задумчиво проговорила Майя.

Я перевела взор на сестру и заметила тот же мечтательный взгляд, что, вероятнее всего, был и на моем лице всего пару мгновений назад.

– Правильно говорят, хороших мужиков разбирают щенками, – прокомментировала мама. – Вот и Алиска в школе застолбила Руслана. И тебе, Майя, считаю, не нужно было воротить нос от Полянского. Видела? Он еще не закончил университет, а уже начал свое успешное дело. О нем постоянно пишут в местных пабликах.

– Мам, – нахмурилась сестра, – ну не любила я его. Нужно было через силу?

– Конечно нет. Лучше по большой любви сидеть взаперти, без денег и возможности связаться с родителями, и бояться сказать слово против. Но зато по большой любви! – всплеснула руками мама.

– Мам, – предостерегающе произнесла я, давая понять, что родительницу заносит.

– Что “мам”? – посмотрела она на меня. – Разве я не права?

– Пойдемте, я покажу вам что-то в детской, – поднял с пола детей муж и предусмотрительно увел от скандала.

– Хочешь сказать, что я виновата в том, что так получилось? – смотрела на нее Майя, и ее глаза пылали.

– Хочу сказать, что не надо было бежать сломя голову из родительского дома за первым встречным.

– Мам, хватит, – я пыталась остановить их, пока они не наговорили друг другу еще больше гадостей.

– То есть то факт, что ты вышла за папу замуж спустя неделю после знакомства, – это благоразумно, ведь по нему сразу было видно, какой он порядочный и что никогда не предаст и не бросит ради другой! – выплюнула она со злостью и через мгновение осознала сказанное.

– Ну, знаешь, доченька!

Мама сидела бледная как мел. И мне захотелось мелкую щелкнуть по лбу за то, что не думала, о чем говорит.

Тема папиного предательства в нашей семьей – табу. Через полгода после отъезда младшей отец признался, что уже несколько лет любит другую женщину, а с мамой был, чтобы не травмировать Майю. Дождался, когда она закончит школу, и отправился в счастливую новую жизнь без нас.

– Прости, мама, – резко встала из-за стола сестра. – Но ты тоже не права, – она вышла из комнаты.

– Мам, ну зачем ты так?

– Занесло меня что-то, – всхлипнула она и тоже ушла из помещения.

Я осталась в абсолютном одиночестве, слушая лишь звуки мультфильма, идущего по телевизору. Поднялась на ноги и начала убирать со стола. Загрузила посудомоечную машину, дожидаясь, что появится Майка. Но ее не было. И тогда я, заволновавшись, отправилась на поиски сестры. Ни на первом этаже, ни на втором ее не оказалось. Я подергала ручку маминой спальни, но она закрылась, явно переваривая случившееся. Тогда я заглянула в детскую.

Горел ночник, но никого не было видно.

– Арсений, – тихо позвала я сына.

– Мам, смотри, – шептал он, выныривая из-под навеса из пледа, накинутого поверх стульев и наваленных подушек, – у меня настоящая крепость.

– Почему ты шепчешь?

– Ярик уснул. Папа читал нам сказки, и он практически сразу отключился.

Я перевела взгляд на кровать и увидела маленькую фигурку племянника, укрытого одеялом.

– А папа где?

– Ушел сказать тёте Майе, что Ярик спит.

– Понятно. Ты тоже долго не засиживайся и не шуми.

– Я его охраняю, – с жаром выпалил сын.

– Рыцарь ты мой, – улыбнулась я. – Скоро будем ложиться спать.

– Хорошо, – ответил сын, и я закрыла дверь в комнату.

Если Рус пошел сказать Майе, что ее сын спит, значит, все под контролем.

Но я спустилась на первый этаж и снова не нашла ни сестру, ни мужа.

Дурное предчувствие затаилось внутри. То самое, что я бы предпочла никогда не ощущать.

Я вышла на террасу, надеясь увидеть их там, и замерла, прислушиваясь к вечерним звукам. За углом послышались голоса.

Обрадовавшись, спустилась в сад и подошла к углу дома, когда до меня донеслось:

– Что тебе нужно? Мы же договорились, что ты будешь держаться в стороне от меня и Алисы, – шипел муж.

Я перестала дышать, прислушиваясь.

– Прости, Руслан. Я думала, что смогу жить вдали от близких, но переоценила свои силы, – раздался голос младшей сестры, от которой я не ожидала предательства.

– Это был твой выбор. Сама говорила, что не сможешь смотреть им в глаза, когда они узнают, кто отец твоего ребенка.

– Нашего ребенка, Рус. Нашего, – ответила она, разбивая мне сердце. – И отвечать перед семьей мы будем вместе.

– Прекрати немедленно, пока тебя кто-то не услышал, – злился супруг.

– Признайся, Рус, вспоминаешь обо мне?

– Хватит! У нас уговор! Ты не должна была возвращаться в город.

– Прости, но я решила, что нашему сыну нужен отец, – проговорила сестра, и у меня сердце ухнуло в пропасть.

– Ты обещала, что это останется в тайне.

– Ребенок должен знать свою семью и имеет право на папу. Пора семье рассказать правду.

– Какую правду? – вышла я из-за угла, столкнувшись с потемневшим взглядом мужа. – Я хочу знать, что вы двое скрываете!

Глава 3

– Я хочу знать, что вы двое скрываете! – кричала, надеясь, что эта грязь, которую я сейчас услышала, мне померещилась. – Ну же! – переводила взгляд с мужа на сестру

В полумраке ночного сада невозможно было понять выражения ее лица. Я видела лишь блестящие глаза мелкой и приоткрытый рот.

– Алиса, – хрипло выдохнул Руслан, шагнув ко мне навстречу.

– Стой, где стоишь! – вытянула я руку перед собой.

– Любимая… – в его голосе звучал страх.

– Не надо, Рус! – посмотрела на него предостерегающе. – Я хочу услышать то, о чем вы тут разговаривали.

– Алис, мы просто общались с Майей, – снова попытался заговорить со мной муж.

– Я прекрасно слышала, что вы общались, – смотрела ему прямо в глаза. – Я не глухая.

Рус поджал губы. И даже только при отдаленном свете фонарей и свете, падающем из окон дома, я видела его потемневший взор, которым он прожигал во мне дыру.

На сестру больше не решалась посмотреть. После всего, что я слышала, казалось, что только гляну на нее, как те крупицы самоконтроля, что я удерживала до, подведут меня и рухнут, и тогда плотина прорвется.

– Что ты услышала? – как-то обреченно спросил муж.

– Все, Рус, – дать больше конкретики я просто не могла. Горло сдавило, и язык стал непослушным, неповоротливым, а внутри у меня все органы скрутило в узел, не давая дышать нормально.

– Алис… – тяжело вздохнул муж и взъерошил волосы на голове. – Алис, пожалуйста, не пори горячку и выслушай меня, хорошо?

– Что выслушать, Руслан? Как ты заделал ребенка моей младшей сестре? – вырывалось из меня вместе с тяжелым дыханием. – Сестре, в которой я души не чаяла, той самой сестре, которую ты вместе со мной водил в первый класс и которой помогал делать уроки! – вскрикнула я, чувствуя, как грудь сдавило, и начала задыхаться.

– Алиса, я понимаю, у тебя шок и…

– Шок? – я в ужасе распахнула глаза, всматриваясь в лицо человека, которого, считала, будто знаю лучше всех. Но он ничего не отрицал. И при этом свете его лицо казалось совершенно демоническим. – Ты сейчас серьезно? Я не просто в шоке – я в ужасе!

– Родная, давай успокоимся и обсудим ситуацию уже более сдержанным тоном.

– А не охренел ли ты?! – внутри меня вспыхнула ярость. И мне захотелось обратить ее прежде всего на супруга. На своего такого честного и идеального мужа, в реальности оказавшегося моральным уродом. – То есть, узнав, что меня жестоко предали самые близкие и родные, я должна успокоиться? – вопреки просьбе мужа, я перешла на крик, готовая вцепиться в него и расцарапать его такую привлекательную рожу, которую моя сестра искала в других мужиках.

– Лиса… – пискнула Майя.

– Молчи! – я выставила руку с оттопыренным указательным пальцем в ее сторону, затыкая ей рот. Слышать оправдания лживой змеи в этот момент было выше моих сил. – Я разговариваю с мужем! – рявкнула. – Ах да! Он же, оказывается, не только мой муж, но и твой!

– Алиса! Прекрати истерить! Возьми себя в руки и послушай меня! Ты же взрослая женщина! – теперь повысил голос на меня Руслан.

– Взрослая женщина? – зашипела я, сделав шаг навстречу мужу, желая рассмотреть его блудливые глаза. – А она кто, ребенок? – перевела взор на сестру, которая стояла тише воды ниже травы.

– Ты совсем из ума выжила! – рявкнул он, подскочив ко мне и схватив за плечи, встряхивая. – Она давно выросла и отвечает самостоятельно за свою жизнь.

– Да! Стала настолько взрослой, что без зазрения совести раздвинула ноги перед мужем старшей сестры! И не просто поделилась пилоткой с зятем, но и родила ему ребенка. А я, дура, еще думала, что за подонок такой, заделал ребенка и откупился ежемесячными подачками. Или все же во время командировок ты успевал навещать младшего сына и молодую жену, м?

– Алиса, это было всего лишь раз, и о беременности Майи я узнал от тебя!

– Да неужели? Не понравилось в постельке с молодой и горячей? – смотрела ему в глаза, чувствуя на себе его мерзкие щупальца, что впивались мне в кожу, и не узнавала в этом уроде своего мужа, которым восхищалась меньше получаса назад.

– Дура! Я тебя люблю! И тот случай – недоразумение! Я себя после этого проклинал! – выплевывал мне в лицо слова Руслан.

– Нельзя по недоразумению попасть в постель другой женщины, тем более младшей сестры твоей жены.

– Но так вышло! – Я видела, что он совершенно потерял терпение и не знал, как до меня докричаться. – Послушай!

– Иди к черту! И ты… – обернулась к сестре, обнявшей себя руками и льющей слезы. – Уж от кого-кого, но от тебя… – стало так противно, что я эту девочку чуть ли не в попу целовала, думала, как лучше устроить ее будущее. А она, переспав с моим мужем, еще делала вид, будто я самый близкий человек для нее и она искренне любит меня и заботится.

– Прости, Лиса, – всхлипывала она. – Я не думала, что так выйдет. Просто… Руслан тогда… Он спас меня… А я всегда его любила, всегда! И не могла от него отказаться. Хотела хотя бы разок узнать, каково это – быть с ним. И не думала….

– Молчи, дура! – крикнул на нее Руслан.

– И не думала, что зайдет так далеко… – продолжила она.

– Как далеко? – во рту разлилась горечь.

– Она про беременность, – перебил ее мой муж.

– Нет, не про беременность, – выкрикнула она.

– А про что? Между вами было больше, чем один раз, верно?

– Нет! – рявкнул Руслан. – Майя, уйди на хрен, пока я не выволок тебя за волосы!

– Да! – крикнула сестра. – Это было не раз и не два!

– Заткнись! – уже отпустил меня и кинулся к ней Рус.

– Много-много раз в его командировках! – выплюнула она отвратительную правду, уничтожая меня и все хорошее, что было в моей жизни. – Уезжая от тебя по работе, он был со мной.

Глава 4

– Алиса! Алиса! – я слышала голос мужа, доносящийся до меня словно сквозь толщу воды. – Алиса, родная! Все не так, пойдем поговорим вдвоем, я все расскажу, – меня прижимали к груди мужские руки, а нос заполнил мужской запах, ставший родным. Но сейчас он вызывал отторжение. Теперь я до конца жизни буду ненавидеть парфюм с нотами перечной мяты. – Я не знаю, чего она добивается, но это ложь. Я оступился, но, молю, выслушай, – горячо шептал муж, а меня мутило от его голоса и прикосновений.

Я толкнула Руслана в грудь, но он не сдвинулся с места.

– Прости, Алиса, – причитала где-то позади него сестра. – Прости, я не хотела причинять тебе боль, – зачем-то извинялась она.

Лживая маленькая гадина.

И это все после того, как воткнула нож в спину. Я еще, наверное, не до конца понимала случившееся. Но внутри все горело, и меня трясло так, что я даже слышала стук собственных зубов.

– Не пущу, – шептал подонок, сжимая вокруг меня кольцо рук еще сильнее. – Толкай, бей, но я не пущу, пока ты меня не выслушаешь.

Слышать его жалкое блеяние было невыносимо. Он отравлял меня своим голосом, прыская новым ядом на развороченные раны.

– Не трогай меня, сволочь, – шипела я и колотила руками по мужу, пребывая в какой-то неконтролируемой истерике. – Урод! Мразь! Предатель! Ненавижу! Ненавижу! Как же я вас обоих ненавижу!

– Обзывай, кричи, но я не отпущу! Не пущу! – не давал мне сдвинуться ни на миллиметр.

– Какие же вы твари! Вы оба! Змеи! – вылетало из моего рта. – Чтобы вы в аду сгорели и корчились от той же боли, что и я сейчас!

– Лиса, прости-и-и, – завывала сестра.

– Пошла вон! – повернул к ней голову муж, получая от меня пощечину. – Уйди и не высовывайся! – рявкнул он.

– Прости, – сказала она снова, а мне начало казаться, что у меня аллергия появится на это слово. – Я не хотела, чтобы вот так.

– Пошла! – казалось, что если бы супруг не удерживал меня, то мелкой бы не поздоровилось.

Послышался топот ног, и мы остались вдвоем с мужем. Я била его по лицу, по плечам, все еще пытаясь вырваться, но все попытки были напрасными.

– Хватит! – после очередного удара по лицу рявкнул Рус. – Выплеснула злость, и достаточно!

Он обхватил меня за плечи, больше не давая драться.

– Ненавижу! Ненавижу! – повторяла, как заклинание. – С Майкой! С моей Майкой! Кобель! А я тебя считала идеальным! А ты! – не выдержала, и из моей груди вырвались рыдания.

Муж молчал и ждал, пока сойдет пик моей истерики. А меня сотрясало всем телом. Казалось, что земля разверзлась, и я провалилась в ад, и теперь мою душу пожирали языки пламени. Потому что в реальности не могло быть настолько больно и мучительно.

Не знаю, сколько бы продлился мой приступ, но я почувствовала, как меня гладит по спине муж, и мгновенно взяла себя в руки. Меня обнимал и гладил предатель. Я напряглась всем телом, желая скинуть с себя его руки, напоминающие теперь мерзких червей, пожирающих мою плоть.

– Отпусти меня, – сказала спокойно.

– Отпущу, если обещаешь не дурить и выслушать.

– Просто отпусти, если не хочешь, чтобы я тебя возненавидела еще сильнее.

– Алис, пожалуйста! Давай обсудим сложившуюся ситуацию.

– А что обсуждать, Руслан? В подробностях расскажешь, в каких позах имел мою младшую сестру? – подняла голову вверх, столкнувшись с его темным, внимательным взглядом. – Избавь меня от этой грязи. Вы достаточно вываляли меня в дерьме, чтобы требовать от меня каких-то разговоров.

– Алис! Я никогда не планировал этого и ненавидел себя после случившегося. Сам себе казался грязным и липким.

– А потом что? Внезапно грязь смылась? Или решил, раз жена не узнает, то можно и продолжать интрижку? Ведь как удобно спать с сестрой жены, да еще с той, что живет в другом городе. Даже и прятаться не нужно. Да, любимый? – последнее слово произнесла с издевкой.

– Не так все…

– А как?! – снова крикнула я. – Как это вообще все может быть в реальности? И как давно у вас это продолжается?

– Между нами уже два года ничего нет.

– Ничего, кроме сына? – хмыкнула я. – Почему я должна в это верить? До этого вы сношались за моей спиной, заделали ребенка, родили, и все же было идеально до тех пор, пока мелкой не взбрело в голову выйти из тени. Да, Русик? Надоело, наверное, быть женой выходного дня, захотелось постоянного мужика рядом. Ну а то, что это муж сестры, так с этим вопросом она давно разобралась, перешагнув через меня.

– Зря ты так. Майя очень тебя любит и переживала…

– Заткнись, Рус! Просто заткнись!

Мне было мерзко от него и от его жалких попыток как-то обелить их мерзкую связь. Но пока с каждым его словом он лишь сильнее закапывал себя.

– Выслушай меня, наконец! – тряхнул меня за плечи. – Да, я мразь и подонок, и сам себе противен! Но и ты не желаешь видеть дальше собственного носа. И сестре-дуре своей ты слепо доверяла, не зная, как она там живет. А она раздевалась за деньги! – огорошил он меня.

– В смысле “раздевалась за деньги”? Сергей бы не позволил ей…

– Сергей и заставлял ее танцевать за деньги, и отправлял в приват, а потом бил, сходя с ума от ревности. Об этом ты знала?

Все, что он говорил, казалось бредом. Брезгливая и высокомерная Майка никогда бы не согласилась на подобное.

– Вот и я не знал, пока не увидел собственными глазами во время переговоров.

– Подожди… А ты как это обнаружил? Ты что, мало того что спал с Майей, так еще и ходил по шлюхам? – волосы на голове зашевелились от понимания масштабов лжи и лицемерия мужа. – Отвечай!

Глава 5

– Отвечай! – мой голос прозвенел в ночной тишине и, казалось, пронесся по всей округе.

Но я плевать хотела на то, услышат ли нас или нет. Моя жизнь только что разлетелась на кусочки. Меня предали, унизили, растоптали, и, как после этого жить, я не знала.

Мне хотелось крушить все вокруг себя. Бить мужа, кричать, царапать его лицо, изуродовать его привлекательную рожу, чтобы больше не смел пользоваться тем, чем так щедро наградила его природа и моя свекровь.

От одной мысли, что я годами жила в неведении, меня начало тошнить.

– Я никогда не изменял тебе…

– Значит, только моя сестренка удостоилась такой чести и ты решил, что вся наша семья достойна твоего волшебного члена? – выплюнула ему в лицо. – Надеюсь, хоть маму мою не тронул?

– Ты совсем идиотка? – рявкнул он. – Как тебе такое могло только в голову прийти?! – разозлился муж.

– А тебе, Рус?! Тебе как пришло в голову натянуть на свой хер мою сестру?! Мою! – я задыхалась от того гнева и боли, что наполняли меня.

– Так получилось… – произнес он невнятно.

– Что? – смотрела на него и не узнавала. Где тот уверенный, сильный, смелый и честный мужчина? Почему вместо него передо мной стояло это? Слизняк, не дотягивающий до звания мужика. Скользкий, мерзкий и тошнотворный слизняк. – В смысле “так получилось”?

От такого заявления я просто опешила. Из груди вырвался смешок.

– Рус! – рассмеялась в голос. – Браво! – ощутила, как его хватка на моих плечах ослабла, и смогла его оттолкнуть, продолжая смеяться. – Браво! – захлопала в ладоши. – Гениально!

– Алиса, прекрати, – он смотрел на меня исподлобья. – Тебе не идет изображать из себя ненормальную.

– Слушай, кто ты? – вглядывалась в лицо этого незнакомца. – Неужели ты всегда таким был?

– Я все тот же, – рявкнул он. – И мне, как и прежде, не нужен никто, кроме тебя.

– А как же Майя? Горячая, послушная, тихая Майя, что столько лет сидела молча в сторонке и довольствовалась крохами твоего внимания? Как же Ярослав, которому требуется мужское воспитание, м? – от моей веселости не осталось и следа. – Как все это умещается в твою картину мира, где, как ты говоришь, тебе никто не нужен, кроме меня?

      Грудь распирало от гнева. Я прошла в сторону и вернулась обратно, уперев руки в бедра и стараясь восстановить дыхание.

– До сих пор не верю. Не верю-у-у-у, – завыла в голос, обхватив голову руками и оседая на корточки.

– Алиса! – испуганно крикнул муж, подбежав ко мне. – Алиса, тебе плохо? – дотронулся до моих плеч, но я стряхнула его руки с себя.

– За что? За что, Рус? – поднялась на ноги снова взглянув ему в глаза. – Я что, не удовлетворяла тебя в постели? Или пилила тебя, м?

– Я не планировал этого.

– Значит, моя ошибка в том, что я слишком доверяла тебе и ей, верно?

– Прости, – потупил взор. – Прости, любимая. Но все давно в прошлом и совсем не так, как описала это Майя. Она после первого раза таскалась везде за мной. Смотрела побитой собакой.

– А ты и рад стараться, да? Было один раз – зачем отказываться от сладкого, когда “десерт” сам бегает за тобой?

– Она решила, что я ее спаситель, ангел-хранитель…

– Членоносец ты! Она просто выпрыгнула из абьюзивных отношений и не привыкла жить самостоятельно. И если насчет клуба правда, то, конечно, она предпочла выбрать нового папика из кого-то, кого хорошо знала, чтобы не обжечься дважды.

Осознание всей той низости, которой меня окружили, ошеломляло. Непроизвольно я представляла, как двое близких людей предавали меня снова и снова, в то время, пока я ждала одного дома и думала, как вытащить вторую из депрессии после тяжелых отношений и трудного расставания.

– Мрази! – эти картинки отрезвили меня.

Я пошатнулась, опершись ладонью о стену дома, решив покончить с этой пыткой и уйти как можно дальше от змеиного гнезда.

– Я правда старался прекратить все это сразу…

– Хватит! – оборвала его, не желая слушать новую порцию унизительной лжи. – Я услышала более чем достаточно. Единственное, я не понимаю, на что ты рассчитывал, помогая мне вернуть ее обратно?

– Я и не собирался. Если ты не заметила, то я всячески отговаривал тебя.

Анализировать, что именно происходило в последний месяц, у меня просто не осталось сил.

– Ну а когда понял, что не выйдет? То думал, что я спокойно приму информацию о вашей интрижке и ты будешь жить, как султан, с двумя женами? Так?

Снова мазнула по лицу мужа взглядом и отвела в сторону, чувствуя, что если буду рассматривать его, то меня точно вырвет от омерзения.

– Она обещала, что никто и ничего не узнает.

– И в этом случает ты был согласен, чтобы твой сын называл тебя дядей? Хотя не отвечай, не нужно, – остановила его, увидев, что Рус уже открыл рот для возражений. – Ты и так упал в моих глазах на самое дно.

Развернулась к нему спиной и пошла к террасе.

– Алиса, куда ты? – шел за мной следом муж.

– За сыном.

– Подожди, я сам заберу его, он, наверное, уже спит.

– Нет, Руслан. Это я иду за сыном, а ты проваливаешь на хрен. Я не желаю ни видеть тебя, ни слышать.

– Я еду домой, – упрямо твердил он.

– Если ты едешь домой, тогда мы с сыном едем в гостиницу. Но тебе, наверное, плевать, где будет ночевать твой родной сын, ведь ты думаешь только о своем удобстве.

– Не городи ерунды!

– Я серьезно, Рус. Больше я ночевать с тобой под одной крышей не буду.

– Даже так? – вмиг изменился он. Черты его лица заострились, а взгляд стал колючим. – Ну ты можешь тогда проваливать куда угодно. Потому что я не позволю, чтобы Арсений мотался по каким-то забегаловкам.

– Сын едет со мной, – поднялась я по ступеням.

– Сын будет спать в своем доме. Не нравится находиться со мной под одной крышей – можешь проваливать куда угодно. Но ребенка я тебе не отдам. И дом свой оставлять тоже не собираюсь. Попробуешь его увезти – я напишу на тебя заявление. Ясно? – рявкнул он, испепеляя меня гневным взглядом, и твердой походкой вошел в дом.

Глава 6

– Только попробуй! – прорычала ему в спину. – Я мать, и ничего ты не сделаешь.

– Серьезно? – остановился он, оборачиваясь. – Хочешь сыграть в эту игру и узнать, кто и на что способен?

– Ты что, любимый! – усмехнулась я, поравнявшись с Русланом и взглянув ему в лицо. – В игре под названием “кто и на что способен” ты – чемпион. Хотя мелкая могла бы с тобой посоревноваться, – я протиснулась мимо мужа в дом, но он дернул меня за локоть.

– Будешь показывать, какое я ничтожество? – осмотрел мое лицо. – Будто я и без твоего презрения не понимаю, что из себя представляю? Будто не думал о том, как, черт возьми, вернуть все назад и отменить все, что случилось?

– Избавь меня от подробностей твоего самобичевания. Разжалобить меня пытаешься? Но не выйдет. Если хочешь понять, что я чувствую, то представь, если бы вскрылось то, что я трахалась с Маратом, пока ты лечил грипп у сына или боролся за право открытия своей компании, в то время как кто-то постоянно клепал на тебя жалобы и ты только успевал отбиваться от разных служб? Сидел и ждал, когда же любимая вернется, потому что ближе никого нет, а любимая с твоим братом в постели кувыркается! – лишь стоило представить себя в роли изменщицы, стало мерзко до тошноты.

– У меня и нет никого ближе тебя! – я больше не слышала отчаяния в его голосе, только злость. – Почему ты меня не слышишь? Я же тебе говорю, что все случившееся с Майей – череда нелепых случайностей.

– Хватит, – я выставила вперед руку, давая понять, что больше не желаю слушать. – Ты же понимаешь, что я теперь совершенно точно не смогу с тобой жить?

– Тебе нужно время переварить все это, но, как только ты успокоишься, мы сядем и все обсудим.

– Нечего тут обсуждать, Рус. Развод станет последствием твоей подлости.

– Кто же тебе его даст? – на его губах появилась ухмылка.

– Суд! – выплюнула я и направилась к лестнице.

– Алиса, стой, – снова дернул меня за руку супруг, останавливая на ступеньках.

– Не смей меня трогать! – я освободила локоть из его захвата. – Больше. Никогда. Не. Трогай. Меня! – отчеканила, окатив его презрением, и поднялась в детскую.

– Арсений, – позвала сына, не увидев его на второй кровати.

Я намеренно не смотрела в ту сторону, где спал племянник. Малыш, что еще пару часов назад вызывал нежность и умиление, теперь ассоциировался у меня с грязью и пороком. Я даже не могла внутри себя произнести фразу о том, что ребенок ни в чем не виноват. В одно мгновение моя жизнь перевернулась с ног на голову. И воспринимать прямое свидетельство предательства двух самый близких людей я не могла спокойно.

– Арсений, – позвала еще раз, чувствуя жжение между лопатками. Значит, муж не оставил меня в покое и зашел в комнату следом.

Я подошла к импровизированной крепости сына и увидела его спящим на подушках между стульями. Осторожно разобрав непрочное сооружение, я подняла сына на руки и направилась к выходу.

– Дай мне. Я отнесу его.

– С дороги, – прорычала, не собираясь отдавать сына мерзавцу. И плевать мне на то, что он его отец.

– Ты как машину открывать будешь с ребенком на руках? – давил на меня взглядом муж.

– Не твоя забота. Вон, – кивнула через плечо, – тебе есть о ком заботиться.

– Дура! Я даже не хотел, чтобы он рождался! – прошипел он.

– Отец года! – хмыкнула я. – Но он родился, и тебе придется выстраивать с ним отношения.

– Алис… – видела, как заиграли желваки под смуглой кожей, а глаза еще больше потемнели.

– Хватит, Рус. Я устала. И прекрати закапывать себя еще глубже, – прошла мимо мужа и осторожно спустилась по лестнице.

Перехватила сына так, чтобы он лежал головой на моем плече. Тяжелый стал. Все же таскать без пары недель семилетку не одно и то же, что носить на руках двухлетнего малыша. Видимо, адреналина в моей крови было еще столько, что я справилась и с тем, чтобы обуться, не потревожив сон ребенка, и без помощи уложить сына на заднее сидение своего автомобиля.

– Алиса, не дури! Никаких гостиниц! – не отставал от меня ни на шаг Руслан.

Я же, заметив детское автокресло, ощутила такую волну отвращения, что незамедлительно отстегнула его и оставила прямо перед крыльцом маминого дома.

– Что ты делаешь?

– Оставила тебе кресло. Будешь возить своего сына, – процедила сквозь зубы.

– Обязательно это было делать прямо сейчас? – вопросительно смотрел на меня муж.

Я проигнорировала его вопрос и, открыв автомобиль, заняла свое место. Руслан открыл пассажирскую дверь и сел рядом.

– Что ты делаешь? – недоуменно смотрела я на подонка.

– Собираюсь ехать с женой и сыном домой, – невозмутимо ответил он.

– Нет у тебя больше жены, понял?

– Ты все еще моя жена, Алиса, – упрямо твердил он. – И хочешь ты того или нет, тебе придется терпеть меня.

– Немедленно выйди из моей машины, – смотрела на него пристально, пребывая в шоке от его поведения.

– Поехали домой. Уже поздно, – его взгляд был устремлен в лобовое стекло, и Руслан старательно делал вид, что ему плевать на мои крики.

– Выйди из машины, – повторила я.

– Ма-а-ам, – услышала голос сына. – Вы ругаетесь?

– Нет, мой хороший, – обернулась к сыну, сидящему по центру сидения и растерянно мигающему глазами. – Просто папе нужно забрать свою машину, или завтра ему не на чем будет ехать на работу. Спи, сынок.

– Не нужно папе завтра никуда ехать. Потому что у папы завтра выходной, – улыбнулся этот мерзавец. – И я проведу его дома со своей семьей, – сделал акцент на последнем слове.

– Ура! – обрадовался сын. – Значит, поедем в аквапарк? Ты же обещал! – моргал Арсений.

– Едем в аквапарк, – кивнул муж.

Я же напряглась как струна, понимая, что прямо сейчас не смогу выгнать этого предателя. И, хуже того, сбежать завтра от него тоже не получится.

– Мы еще это обсудим утром, – постаралась спасти положение. – Помнишь, мы собирались сходить на тот мастер-класс?

– Нет, мама. Аквапарк гораздо круче. И мы пойдем в аквапарк.

– Но ты, если не хочешь, можешь не ходить с нами, – как бы между прочим произнес муж.

– Ну уж нет! – ни за что я не оставлю сына наедине с предателем. Вдруг этому ненормальному придет в голову сказать, что Ярик ему братик даже больше, чем он думал.

Поэтому, если Руслан действительно потащит сына развлекаться, я поеду с ними и подготовлю сына к тому, что это наш последний совместный отдых с его папой.

Глава 7

– Иди в спальню, – тихо сказал Руслан, заглядывая в детскую.

Я вытянулась на кровати рядом с сыном и пыталась закрыть веки хотя бы на мгновение. Но сердце колотилось так сильно и в груди так пекло, что мне даже дышать было больно, не то что спать.

Мне будто раскрошили ребра, и осколки впивались в органы, заставляя кровоточить сердце и разрушая легкие.

– Я буду спать здесь, – произнесла так, чтобы не разбудить Арсения.

– Не дури. Завтра шею повернуть не сможешь, – продолжал изображать заботливость муж.

Стараясь втянуть как можно больше воздуха через нос, я проглотила вставший в горле ком.

– Просто уйди, – повернулась лицом к сыну, зарываясь носом в темную макушку и вдыхая глубже ни с чем не сравнимый запах собственного ребенка.

      Я чувствовала, что Руслан смотрел на меня, дожидаясь, когда я наконец-то одумаюсь и вернусь в спальню… Чтобы что?

Боже! Какой же подонок!

Взять и уничтожить все, что между нами было! Пятнадцать лет выбросил на помойку! Да еще как феерично!

Я даже в самым бредовых снах не могла представить настолько вероломного предательства.

– Лис… – он будто хотел сказать что-то еще, но благоразумно вышел из комнаты, закрыв дверь.

И только после этого я позволила слезинке скатиться на подушку.

Тут же вытерла с лица влагу, не собираясь превращать постель сына в пруд из слез боли и печали. Мне все еще казалось сном происходящее.

Я не верила… Просто отказывалась верить, что все это правда. Что мой муж и младшая сестра вот так просто наплевали на меня, на мою любовь и на нашу семью в угоду своим низменным желаниям. И ведь самое противное, что оба нагло лгали мне в глаза. Годами.

Даже если Рус сказал правду и после новости о беременности сестры между ними ничего не было, то все равно ни у него, ни у нее нигде ничего не екало, когда я через всю страну летела навестить мелкую во время беременности и потом, после рождения их сына.

Твари…

Какие же твари…

Хотелось выть в голос, и только сын сдерживал меня от этого.

Я не знала, как мы теперь будем жить дальше. Не знала, что буду делать, если окажется, что мама была в курсе двойного предательства. Не знала, как смогу воспитывать сына совместно с Марковым.

Кто же мог подумать, что вся наша жизнь будет разрушена в один миг?

Так я и пролежала всю ночь, уткнувшись носом в волосы сына и прижимая его плотнее к себе, чтобы окончательно не сойти с ума.

Мне нужно было чувствовать, что у меня еще остался смысл жизни, остался рядом человек, который не предаст и всегда будет любить. И этого должно быть достаточно. Верно?

Тогда почему все нутро дрожало и не хотелось жить?

Да! Вот так малодушно я думала о том, чтобы уснуть и не проснуться. Возможно, поэтому сон и не шел, оберегая меня от собственных желаний.

Под утро я все же смогла задремать. Но сон был тяжелый, поверхностный и выматывающий. Мне было холодно. Сковало льдом до самых костей.

Я слышала шепот сына и мужа.

– Дай маме поспать. Пойдем приготовим ей завтрак, – говорил муж.

– Сырники? Так, как любит мама?

– Так, как любит мама.

И мне казалось, что все как и прежде. Поэтому я снова позволила сну утащить меня, до тех пор, пока не почувствовала прикосновения прохладных ладошек.

– Мама горячая, – сказал сын.

Следом моего лба коснулись длинные пальцы.

– Похоже, сегодня аквапарк отменяется, – прошептал муж. – Давай найдем градусник и приготовим маме морс.

Аквапарк? Отчего-то в сознание въелось это слово.

Я не помнила подобных планов. Откуда взялся аквапарк?

А потом лавиной на меня обрушились события минувшего дня и я распахнула глаза, в ужасе хватая ртом воздух, и заскулила, пряча лицо в подушку.

Острая боль пронзила меня, и я скрутилась калачиком, закусывая губы что есть мочи, лишь бы перебить это невыносимое ощущение. Кричала в подушку, желая, отмотать время вспять и сделать что-нибудь, чтобы это никогда не случилось.

– Алиса… – услышала испуганный голос мужа. – Алиса, давай измерим температуру, у тебя жар.

– Уйди-и-и-и, – слышать его оказалось невыносимо, но еще хуже – видеть.

– Солнце, пожалуйста, дай я поставлю тебе градусник.

– Майе ставь. А меня не тронь, – с трудом села на кровати к нему спиной.

Хотелось плакать, но, как назло, из глаз не выбежало ни единой слезинки, и вообще казалось, что в глаза напихали песка. Голова ощущалась чугунной, вдыхаемый воздух – раскаленным.

– Не дури.

– Мам! А мы тебе морсик приготовили, – вошел следом в комнату сын.

– Ты мой заботливый, – обернулась я, улыбаясь Арсению.

Чувствовала на себе тяжелый взгляд мужа, но даже не смотрела в его сторону.

– Сын, дай маме градусник, – сказал муж, передав ребенку термометр.

– Мам, держи, – протянул мне его Арсений, и я без раздумий приняла, поставив под мышку. – И морс, – подал бокал сын.

– Спасибо, мой хороший, – улыбнулась, сделав несколько глотков, и поставила на тумбу. Откинулась на подушку и прикрыла глаза, чувствуя, как уплываю в сон.

– Сорок, – вздрогнула, услышав голос Руслана. – Похоже, что Арсений отправляется к бабушке, – говорил он со мной, а я не могла даже поднять веки.

– Только не к моей маме, – стало страшно, что сын окажется в окружении предателей.

– Но, мама! Там же Ярик! – возмутился Сеня.

– Если я заразная, то ты его заразишь, – я нашла единственный ответ, похожий на правду.

– Решено! Я звоню бабушке Тамаре и деду Сергею, и они приедут за тобой.

– Мне точно нельзя к бабе Инне?

– Точно, сынок.

Сквозь дрему слышала стук дверей, приглушенные голоса, но так и проспала в детской. Время от времени мне к губам подносили холодный стакан с морсом, приподнимая голову. Я пила и дальше падала на подушку.

Лишь когда одежда прилипла к телу, я поняла, что пик миновал. Ощутила, что в состоянии ходить. Поднялась на ноги, чтобы сходить в ванную, и услышала голос мужа.

– Нет, – сухо говорил он. – Нет. И не завтра тоже. Пока я не объяснюсь с женой, об этом не может быть и речи. Нет, приезжать не нужно. Ты достаточно сделала, чтобы разрушить мой брак, – повисла пауза. – Прекрати рыдать. На меня это больше не действует. Я не приеду. Не звони больше.

Я не успела скрыться в ванной, как услышала шаги, и в следующее мгновение муж появился в коридоре.

– Солнце? – в удивлении распахнулись его глаза. – Тебе что-то нужно?

– Только чтобы ты исчез из моей жизни, – зашла в ванную.

Включила воду, посмотрев на свое отражение в зеркале, и усмехнулась тому, как чудовищно выглядела.

Какой парадокс. Дома страшная больная жена, а он сидит у моей постели, когда где-то там молодая, красивая и ко всему готовая юная нимфа, но он к ней не торопится. Тем не менее это ничего не меняет.

Я умылась прохладной водой и вернулась в спальню. Легла на кровать, когда услышала звонок в дверь.

Топот ног, тихое ругательство Руслана.

– Здравствуйте, Инна Андреевна, – раздался его голос, а следом звук, похожий на пощечину.

– Не прощу! – выпалила она. – Где моя дочь?

– В детской.

Через несколько мгновений дверь в комнату распахнулась.

– Доченька моя! Я все узнала, – села мама рядом с кроватью. – Какой ужас! – потянулась она ко мне.

– Ох, мама! – приподнялась я и, упав ей на плечо, заплакала.

Глава 8

– Девочка моя, – гладила меня по голове мама. – Поплачь, поплачь, выплесни все. Какая грязь, какая грязь… – причитала она. – Кто же мог даже подумать о таком!

– Они-и-и-и, – завывала я. – Они-и-и сволочи! – больше не могла сдерживать тех эмоций, что с приходом мамы вспыхнули с новой силой. – Как они могли?

– Не знаю, доченька… Не знаю. Майя как вывалила на меня все это вчера, когда вы уехали, так я решила, что это шутка какая-то, – горько вздыхала мама. – Но когда она рухнула на колени и начала умолять простить ее, сомнения исчезли.

– Ты не знала до этого? – я посмотрела на родительницу сквозь слезы.

– Что ты?! Я даже подумать о таком ужасе не могла! Это же какими беспринципными нужно быть, чтобы вот так… – мама сорвалась и тоже начала плакать. – Я ж ее не так воспитывала, Лис. Мы ж ее любили и все для нее делали, – по щекам родительницы текли слезы.

Видеть это оказалось просто невыносимо, и я снова обняла ее, плача вместе с ней.

– Она же знала, как ты ее любишь, и переживала, когда папа ушел, и вот так… – мама отстранилась, вытирая слезы. – Как же так, Лис? Как? – она смотрела на меня таким взглядом, что у меня в груди защемило.

– Ты правда ничего не знала? – мне важно было знать, что хотя бы один человек оставался честен со мной.

– Господь с тобой! – широко распахнула глаза мама. – Разве я стала бы покрывать такое?

– Не знаю, мамуль. Я теперь ничего не знаю и ни в ком не уверена. Не думала, что такое возможно с нашей семьей… – внезапно слезы высохли и я ощутила, что больше не могу плакать.

– Кто же мог?! А я ведь ее еще жалела. Думала, бедная моя глупенькая девочка. Обдурил ее какой-то мерзавец, оставил в одиночестве растить сына. А она мне: “Мама, прости, но я люблю его”.

– Не надо, мам… – мне даже слышать было мерзко об этом.

– И как она вообще посмела мне в глаза смотреть после такого? Ладно этот кобель, – последнее слово неприятно кольнуло в груди. Да, теперь мой любимый и порядочный Руслан перешел в стан изменщиков, подонков, кобелей… – Но она же… сестра тебе все же! Ты с ней столько занималась, так ее любила, и вот так… – мама завыла в голос.

Теперь я ее обнимала и успокаивала, не представляя, какой это удар для нее как для матери. Каково это – осознать, что не удалось привить ребенку элементарные понятия “хорошо” и “плохо”.

Мы ведь с детства воспитывались, зная, что женатый мужчина – не мужчина. Знакомый, друг, коллега, но никак не объект для романтических чувств и тем более отношений.

Супружеская неверность, по степени тяжести греха, шла сразу же после убийства. И как вообще в голову Майе могло прийти залезть в трусы к женатому?.. Тем более к моему мужу?

– Мало ей, что ли, мужиков? – продолжала причитать мама. – Нет, надо было нагадить в семью. Разрушить все. И как теперь жить, Лис? Как мы дальше будем?

– Не знаю, мам, – я отстранилась, понимая, что это только начало конца.

Скоро об этом начнут узнавать родственники и знакомые. Я просто утону в жалости, мама – в порицании, за то, что не уследила за младшей дочкой и воспитала прошмандовку, а Майя… На первое время от нее отвернутся все. Закроются двери, и близкие постараются прервать все возможные контакты. Но со временем все забудется. И постепенно мелкая превратится из злодейки в жертву. Бедная, несчастная девочка, влюбленная и обманутая.

– По всей видимости, Майя не хочет больше держаться в стороне и претендует на Руслана не только как на отца ребенка, но и как на мужа, – признала я горькую правду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.