Максим Томилко
Временные трудности 4

Часть 6. Бег по кругу

Глава 1.

Они громко орали, судорожно извиваясь всем телом, но очень быстро осознали окружающую действительность и умолкли. Знакомый бескрайний луг с высокой по колено травой встретил их тишиной и спокойствием. Стоящее высоко в зените солнце ослепительно яркими лучами лезло в глаза, а тёплый, нежный ветерок мягко щекотал лица.

Они только что погибли все вчетвером, сражаясь с бесчисленными полчищами злобных, проворных тварей. Егор зябко поёжился, вспоминая оскаленные острыми клыками зловонные пасти и длинные, изогнутые когти, терзавшие его плоть буквально несколько секунд назад. Мерзкое, надо признать, ощущение. Хорошо хоть яд подействовал очень быстро, и для него всё закончилось.

Юля коротко высказалась в привычном для неё стиле и машинально провела руками по своему убогому сарафану, вероятно, в поисках сигарет, но быстро опомнилась.

– Погибла моя кошечка, – на её глазах блеснули слёзы, – а я, сука, живой.

– Погоди, Юра, мне кажется, она успела сбежать, а вот принцу точно всё!

– Ты уверен? – девушка взглянула на него с такой надеждой, что Егору даже стало неловко.

– Кажется, да. По-моему, она исчезла, но на меня там сразу навалились, и я…

Он недоговорил. Юля рухнула на колени и, воздев вверх мокрое от слёз лицо, умоляюще прошептала:

– Господи, ну, пожалуйста. Я ведь нечасто прошу тебя. Спаси её.

Егор отвернулся. Арацину разорвали на части в прямом смысле слова у него на глазах, и он сам не понимал, зачем соврал другу. Может, не хотел лишать старика надежды? Он никогда раньше не видел его таким счастливым, как за эти четыре бесконечно долгих месяца. Юра прямо порхал вокруг своей Арацины, постоянно оказывая ей всевозможные знаки внимания. Даже всегда гордый и высокомерный принц добродушно улыбался, наблюдая за этой картиной.

«Хорошие были ребята. Просто отличные», – с горьким сожалением подумал Егор и понял, что теперь до конца жизни будет вспоминать их, так же, как Вацлава, и остальных парней из партизанского отряда.

«Подвело чутьё нашу провидицу. Как так? Ведь буквально на днях Юра поделился с ним свежим видением Арацины насчёт их ребёнка – бойкой непоседливой девчонки в ярком розовом платьице», – промелькнуло у него в голове, и он повернулся к другу, собираясь поддержать свою ложь ещё и этим аргументом. Но промолчал.

Не вставая с колен, Юля истово молилась, осеняя себя крестным знамением и низко кланяясь к самой земле. Мешать сейчас явно не стоило. Егор тяжело вздохнул и внезапно вспомнил о Коргине. Он-то в любом случае жив и, скорее всего, очень быстро отыщет их.

Юля медленно поднялась и повернулась к Егору:

– Ладно, соколик, бог милостив – может, и увижу ещё свою ненаглядную. А сейчас не будем терять времени. Бегом марш, – она легко сорвалась с места.

История четырёхмесячной давности стала повторяться, и Егору подумал, что, если сейчас на их пути снова возникнут три знакомые фигуры, то он не сильно и удивится.

Он быстро нагнал её и потрусил следом:

– Мы тогда их где-то здесь встретили?

– Забудь. Нет их больше, – зло отрезала она, не оборачиваясь, но через пару секунд добавила гораздо мягче, – хотя Никита, может, ещё и объявится.

– Юра, я так понял, ты сейчас хочешь всё заново переиграть? Как в компьютерной игре?

– Юлия Андреевна теперь. Привыкай, – она обернулась на бегу и попыталась пошутить: – Но ты пацан нормальный, можешь звать меня Юлей.

– Польщён доверием, – ухмыльнулся Егор. – Прогресс налицо. И гимн МВД петь не предлагаешь…

– Запевай, – обрадовалась она, – а то нам ещё километров пять переть.

– Думаю, можно не спешить. Мы ведь тогда совсем чуть-чуть не успели.

– Это да. Но пока добежим, пока объяснимся. Мы же для них не ГБ-шники, а Машка с Андреем.

– Откуда там столько тварей взялось? – задал Егор давно волновавший его вопрос.

– Мне почём знать? Но ими явно кто-то руководил. Не может обычная стая так слаженно действовать. Или они разумны или… Ты видел? Они маскировались под цвет помещения. Какие-то новые особи, типа хамелеонов. Такие нам, вроде, ещё не встречались. Да и через портал этот чёртов целыми партиями прибывали. Организованно так…

– Да я толком ничего и не понял. Навалились толпой – и всё.

Юля замолчала, но ощутимо прибавила скорости. Егор тоже поднажал.

– Шагом, – она сбавила темп и пару десятков метров двигалась неспеша, внимательно вглядываясь в землю. Потом подобрала с земли монету и ловко, одним пальцем, подбросила вверх. Егор, конечно, поймал.

– Держи, нумизмат, будем коллекцию собирать, – криво ухмыльнулась девушка и тут же приказала. – Бегом.

В посадку заходить смысла не было, а вот родник с деревянным черпачком посетили. Отдыхать, правда, не стали и лёгкой трусцой продолжили путь. Наконец, впереди показалось смутно знакомое село. Юля опять перешла на шаг и, обернувшись к Егору, удовлетворённо кивнула:

– Кажись, успели. Давай, Егорушка, в темпе – мой «браунинг» с зажигалкой где-то на подходе. Надо будет выяснить, на чём они сюда добирались. Должен же быть какой-то транспорт? Я тогда упустил этот момент и пришлось танкистам глазки строить.

– Валим всех? – для проформы поинтересовался Егор.

– А чё с ними делать? – искренне удивилась Юля. – Нам сейчас языки без надобности.

Он безразлично кивнул, соглашаясь, и они, быстро пройдя переулок, вышли к отделу милиции.

– Эх, сказал бы мне кто пару лет назад, что я буду кросс бежать, чтоб легавых спасти – ни за что бы не поверил, – словно оправдываясь произнесла девушка. – Воистину пути господни неисповедимы.

– Аминь, старче, – Егор напряжённо озирался по сторонам, но широкая улица не таила в себе никаких опасностей.

Юля распахнула невысокую калитку и уверенно прошагала через двор в отделение милиции. Там был полный порядок. Сержант сидел за столом, разбирая какие-то бумаги, а ещё вполне живой щуплый милиционер стоял перед зеркалом, разглядывая в мутном отражении свои юношеские прыщи.

– Здорово, Санёк! – радостно гаркнула Юля с порога и тут же сгребла молодого милиционера в объятия. – Рада тебя видеть живым и здоровым.

Глядя на их изумлённые лица, Егор не выдержал и коротко хохотнул. Зная старого пройдоху, стало ясно, что Санек сейчас лишился всего содержимого карманов, да и оружия наверняка тоже. Ничем другим объяснить такую радость Юли было невозможно. Она, наконец, выпустила милиционера из объятий и, мгновенно потеряв к нему интерес, уселась на «своё» место.

– Привет, Бутько. Дай закурить, – она бесцеремонно вытащила из лежащей на столе пачки папиросу и, ловко заломив гильзу, сунула её в рот. Спички были приватизированы с такой же непосредственностью.

– Машка, ты чего? – выдавил из себя сержант.

– Малгожата, – поправила она и окуталась целым облаком дыма. – Не фамильярничай, сержант.

– Да что с тобой? Ты пьяная, что ли? – Бутько попробовал найти хоть какое-то рациональное объяснение нахальному поведению местной девчонки.

– А ты мне наливал? – улыбнулась она, а потом повернулась с застывшему неподвижным изваянием молодому милиционеру и добила его окончательно. – Санёк, дружище, у тебя там в сундуке брюки с пиджаком есть и рубаха серая. Тащи сюда и сапоги захвати с портянками. Только свежие бери, в верхнем ящике.

Но Санёк даже не двинулся с места. Он растерянно взглянул на сержанта, и тот вынес вердикт:

– Точно пьяная.

Затем Бутько на секунду задумался и его брови вновь удивлённо поползли вверх:

– А где это ты так по-русски научилась? Или притворялась?

– Успокойся, сержант, трезвая я. Сейчас сюда люди Кадета придут и убивать вас всех будут. Они ж не знают, что вы его ещё ночью в район увезли.

– А ну, пошла отсюда, – сержант привстал, делая грозное лицо, но ствол ТТ упёрся ему в лоб, и он тут же замер.

– Наган на стол. И не дёргайся. Медленно доставай. Ну чё замер? Соображай быстрей, – она кивнула на его часы. – Если б ты на Халхин-Голе так тупил, мы б с тобой не познакомились. Кстати, комбриг твой тебя хвалил.

Он непонимающе уставился на неё и уже собирался что-то сказать, но в этот момент Егор, внимательно следящий за улицей из открытого окна, произнёс негромко:

– Гости.

Он старался молчать, так как в прошлый раз сержант обратил внимание на его московский акцент. Юля раздавила окурок в пепельнице, смерила сержанта нехорошим взглядом и, подойдя к Егору, шепнула:

– Присмотри за ним.

Егор молча кивнул и подошёл к сержанту. Юля выглянула в окно и выстрелила пять раз. Потом пару секунд всматривалась и выстрелила ещё раз. Сержант было дёрнулся, но Егор крепко ухватил его за плечо.

– Лови! – пистолет полетел в сторону молодого милиционера, и Санёк неуклюже поймал его.

Юля вернулась на место и снова закурила.

– А ты классно стреляешь, Санёк, – улыбнулась она обаятельно и, повернувшись к сержанту, добавила: – Товарищ Бутько, считаю необходимым поощрить милиционера Бурова. Видели, как он ловко всю банду пострелял. Теперь есть, что доложить капитану Акимову.

Сержант встал из-за стола и, подойдя к окну, долго рассматривал трупы бандитов. Наконец, он обернулся.

– Вы кто такие? Откуда Акимова знаете и тем более Шевченко? – сержант пристально смотрел на них долгим немигающим взглядом.

– Эти сведения составляют государственную и военную тайну, товарищ сержант. Мы не вправе разглашать. Имейте ввиду – нас с Анджеем здесь не было, и куда мы пропали вам неизвестно. В самом крайнем случае разрешаю переадресовать все неудобные вопросы капитану государственной безопасности Коргину Никите Александровичу или майору госбезопасности Максимову Андрею Степановичу. Это начальник восьмого отдела НКВД СССР. Ещё вопросы будут, товарищ Бутько?

Сержант продолжил сверлить её взглядом, но Юля, не обращая на него внимания, попросила Егора:

– Там у этого штабс-ротмистра мои вещи остались. Ну, ты в курсе…

Егор молча кивнул и вышел на улицу. Как стреляет Юля, он прекрасно знал, поэтому пять трупов с пулевыми в голову его не особо удивили. Было лишь интересно, зачем понадобился шестой выстрел. Скорее всего, какая-то глупая случайность или непривычное оружие.

Егор быстро обшарил лежащие во дворе тела. Всё оружие, кроме браунинга и «своего» нагана оставил на месте, но наличные деньги и более-менее ценные вещи по-хозяйски прибрал в сидор одного из бандитов. Им предстояло долгое автономное плавание, а до того времени, пока вермахт возьмёт на себя затраты по их содержанию, было ещё очень далеко.

Из отделения выскочил молодой Санёк и быстро побежал к калитке. Он чуть шею себе не свернул, рассматривая лежащие на земле трупы. Егор вернулся в дом и застал там уже полностью переодетую Юлю. Сержант быстро конспектировал её слова, а она, благодушно выпуская дым в потолок почти слово в слово повторяла свои рекомендации по организации партизанского отряда. Закончив, она добавила веско:

– Имей в виду, сержант. Это пока сверхсекретная информация. До вас доведут в последнюю очередь, чтобы паники избежать. Но вы вряд ли успеете нормально подготовиться. Так что учти – действуй очень скрытно и осторожно. На свой страх и риск, как говорится.

– Я всё понимаю, Малгожата. Ты ж меня знаешь – я никому.

– Знаю, товарищ Бутько, поэтому и сочла возможным поделиться. Ты уж не подведи.

– Это невероятно. Просто в голове не укладывается, – судя по внешнему виду, сержант всё ещё пребывал в некой прострации. – Ну, ты и артистка. Никогда бы не подумал.

Юля саркастически хмыкнула. Сержант не унимался:

– Так получается и родителей твоих не бандиты убили? А я на Кадета грешил.

– Это всё звенья одной цепи, но я тебе этого не говорила.

– Конечно, Малгожата. Я – могила.

– Где это Саша запропастился? – она недовольно поморщилась и раздавила окурок в пепельнице.

Наблюдавший за улицей Егор сделал ей успокаивающий жест. Молодой милиционер бодро бежал по улице, осторожно прижимая к груди какой-то мешок.

«Скорее всего продукты», – подумал Егор и не ошибся. Вбежавший в отделение милиции паренёк аккуратно пристроил на стол увесистый мешок и быстро затараторил:

– Собрал вам в дорогу всё само лучшее. Тут и колбаса, и окорок, и масло, и сметана, и яиц баба Касия самых крупных отобрала. Хлеб ещё горячий. Дариуш при мне из печи достал. А дед Корнилий…

– Понятно, Саша. Спасибо тебе, – Юля встала со стула, и сержант Бутько тоже поднялся вслед за ней. – Товарищи милиционеры, надеюсь на вашу сознательность.

Она протянула руку сержанту, и тот осторожно пожал её. Юля повернулась к Саше и протянула руку ему:

– Ты на меня зла не держи, ладно?

Он непонимающе уставился на неё, но руку пожал.

– Ты о чём это?

– Потом поймёшь. Берегите себя, мужчины, – она усмехнулась и, кивнув Егору на мешок, вышла на улицу. Егор молча обменялся с ними рукопожатиями и выскочил следом.

– А я уже решил, что ты с ними на брудершафт выпьешь, – начал было Егор, но она лишь отмахнулась.

– Не начинай даже. Держи вот лучше, – она протянула ему удостоверение. – Пока так, а фотку потом переклеим.

– Какие планы?

– Я не силён в твоих компьютерах, но ты прав – надо переиграть. Думаю, в этот раз лучше получится. Может, и зубы тебе сохраним, – она добродушно улыбнулась. – Давай транспорт отыщем и к нашему другу, товарищу Вишницкому, заедем. Мы тогда с ним неплохо поладили.

– Опять нажрёшься в мясо? – нахмурился Егор.

– Не, – беззаботно ответила Юля. – То ж я с непривычки перебрал. Да и к твоим письмам серьёзней отнесусь. Помнишь, как нас Сталин нахваливал? Даже тебя-дурака не отмудохал прямо в кабинете.

– Я ему больше не дам повода, – улыбнулся Егор.

– И с этими показательными выступлениями я малость переборщил. Ребячество какое-то.

– Есть немного, но всё равно эффектно получилось. Власик вообще охренел.

– Ага. Лишь бы мы потом не охренели. Давай, Егорушка, уж если судьба нам опять такой шанс подарила, то попробуем глупостей больше не делать. Эту суку Ригера валим сразу, как только появится, да и всю его кодлу до кучи. И с военнопленными надо более глобально решать, а не в такой спешке как тогда. Будем масштабироваться.

– А может, не стоит? – засомневался Егор. – И так ведь нормально получилось. Ребят сохраним, понятное дело, а так… Мало ли куда всё заведёт.

Она смерила его ироничным взглядом и промолчала.

Телегу незадачливых бандитов отыскать было непросто. Они битых три часа прочёсывали окрестности села, пока не обнаружили на небольшой лесной поляне телегу и стреноженную кобылу. Уроки хорунжия Халина не прошли даром – Егор теперь умел обращаться с лошадьми, поэтому с горем пополам смог выехать на дорогу. Юля растянулась на душистом сене, покрывающем доски телеги, и тут же заснула.

Путешествие в Стрый оказалось хоть и весьма длительным, но вполне комфортным. Телега неспешно катилась по грунтовке, а Егор, вальяжно развалившись рядом со спящей Юлей, наслаждался вкусным домашним квасом. Правда, квас быстро нагрелся, но на такие мелочи он предпочёл не обращать внимания.

Глава 2.

Как-то сами собой нахлынули воспоминания о жизни в том опасном, но таком интересном мире. По большому счёту это была наша планета, где тектонические процессы в своё время образовали два огромных материка. Знакомые созвездия на ночном небосводе и такая привычная, можно даже сказать, родная луна – всё было на месте. К слову сказать, эти люди смогли построить подземные города на нашем естественном спутнике, обустроили базы по всей солнечной системе и даже приступили к терраформированию Марса, планируя в будущем заселить и эту планету.

До нашествия этих злобных ядовитых тварей это вообще был прекрасный, удивительный мир, где люди создали практически идеальное общество. Единое государство, разделённое на какие-то административные территории, и плановая экономика в масштабах всей планеты. Классовое расслоение у них тоже было, но построенное на совершенно ином принципе – какая-то сложная система, определяющая пользу, приносимую каждым человеком на благо общества. Как успел узнать Егор, они уже несколько столетий не вели никаких войн и, видимо, поэтому не смогли ничего противопоставить этой новой, внезапно возникшей угрозе.

Твари быстро заполонили целый континент, а отдельные летающие особи даже ухитрялись прорываться сквозь заградительный огонь, спешно расконсервированных систем древнего ПВО соседнего материка, и засеивать лесные массивы мелкими зародышами-паразитами, которые потом могли надолго затаиться в траве, поджидая своих жертв. После прилёта каждой твари приходилось буквально выжигать целые гектары, но и это не давало стопроцентной гарантии их уничтожения. Как показали исследования захваченных особей, эти злобные твари не обладали особым разумом, но судя по тому, как менялась их тактика и стратегия, они, скорее всего, управлялись из какого-то единого командного центра. Над этим вопросом бились лучшие учёные умы планеты, но решение так и не было найдено.

Они прожили там четыре месяца, но усилия их маленькой группы, конечно же, ничего не могли изменить в общей картине этой глобальной катастрофы. Один раз они чуть было не погибли, столкнувшись с целым роем мелких насекомых, против которых и стрелковое оружие, и клинки принца были попросту бессильны. В тот раз их спасла Арацина, сумевшая испепелить этот рой. Она, словно тяжёлая огнемётная система, выдала целый залп из сотен мелких огненных шариков, которые при попадании в цель взрывались неимоверно-яркими и нестерпимо-жаркими вспышками, разбрасывая во все стороны брызги раскалённой плазмы. Но подобное везенье не могло продолжаться бесконечно. После того, как они доложили об этой новой, не виденной ранее напасти, командование приняло решение эвакуировать оставшихся в живых людей на соседний материк.

Благодаря этому у них появилось много свободного времени. Арацина и Юля тут же отправились путешествовать по не затронутой вторжением территории. Принц заперся в предоставленном ему помещении и, притащив из какой-то реальности несколько довольно смазливых девиц, предался, судя по громким крикам и звону разбитой посуды, самому настоящему кутежу в лучших традициях царственных особ всех времён и народов. Егора на это культурно-массовое мероприятие он не позвал, по вполне понятным причинам, и тот оказался предоставлен самому себе.

Какое-то время Егор пытался себя развлечь, изучая историю этой цивилизации. Потом возобновил тренировки. И однажды встретил в спортзале своего старого знакомого Лвара, с которым они когда-то пробирались через болото. Тот тоже его узнал, но, судя по кислому выражению физиономии, никакой радости от неожиданной встречи не испытал. Егор же, напротив, был очень рад увидеть хоть одно знакомое лицо.

– Привет, Лвар! Ты что, меня не узнал?

– Узнал. Но после вашего подлого поступка у меня никакого желания продолжать знакомство, – техник попытался развернуться и уйти, но Егор ухватил его за рукав комбинезона.

– Да погоди. Если ты напрягаешься по поводу той аптечки, то я к этому не имею никакого отношения.

– Мне всё равно. Я был наказан за рассеянность, хотя я точно помню, что до вашего исчезновения она была на месте.

– Да. Это мы её взяли. Просто в вашем мире это обычный предмет, а в нашем он спас немало жизней выдающихся людей, способных принести очень много пользы человечеству, – Егор уже был осведомлён о приоритетах этого мира и давил именно на это, хотя дальнейшая судьба аптечки была ему неизвестна.

Лвар задумался и после продолжительной паузы со вздохом резюмировал:

– Сделанного уже не воротишь. Остаётся надеяться, что вы поступили так из лучших побуждений, – он опять помолчал и, очевидно, решил сменить тему. – Где твои друзья?

– Девушки поехали путешествовать, а принц, тот парень, которого ты вылечил, отдыхает, – Егор не стал заострять внимание на подробностях самого процесса, так как в этом мире пока не встречал ничего подобного.

– Понятно. Сегодня в полдень огласят последние научные решения по проблеме нашествия. Если хочешь, можем подождать новостей у нас в корпусе. Там есть выход на сервер симулятора реальностей.

– Это ещё что такое? – поинтересовался Егор, предполагая какой-то аналог компьютерных игр. После долгого и пространного объяснения Лвара Егор понял, что был недалёк от истины. Продвинутые нейроинтерфейсы этого мира позволяли подключать мозг к мощному устройству, которое создавало ощущение абсолютной реальности происходящего.

Предложение Лвара звучало гораздо интереснее, чем перспектива скучать в одиночестве и пытаться найти себе хоть какое-то занятие. С историей этого мира он уже познакомился, а вникнуть в фантастические достижения научно-технического прогресса не позволял недостаток образования.

Но, к удивлению Егора, это оказалось не так весело, как можно было предположить. Да, при подключении к местному аналогу игровой приставки создавалось ощущение полной реальности всего происходящего, вот только любимая игра Лвара являла собой некую викторину, которая предполагала решение каких-то сложных морально-этических дилемм и требовала гораздо более глубоких познаний в психологии людей этого мира. А всё действие заключалось в необходимости удерживать равновесие, балансируя на огромной высоте над кипящим далеко внизу огненным морем, и перепрыгивать на крохотные овальные площадки при ответе на каждый вопрос, что способствовало мощному выбросу гормонов и очень мешало сосредоточиться. Словом, игра не доставила никакого удовольствия, и Егор даже был рад, когда всё закончилось, и он смог с облегчением развалиться на мягком удобном диване в комнате Лвара.

Новости тоже не радовали. Высказывались самые разные предположения о природе этих тварей, велись заумные разговоры об их сложной нервной системе и склонялись к тому, что это некие искусственно созданные биологические существа, нацеленные на уничтожение всего живого. Как понял Егор, никто толком не знал, откуда появляются все эти полчища, но существовала общепринятая версия, что некий учёный со странным, труднопроизносимым именем Рвплк, во время экспериментов в лаборатории научного института, случайно открыл портал в какой-то параллельный мир.

Когда новостной ролик закончился, Лвар повернулся к нему и тоскливо сказал:

– Эти ничего дельного не придумают. Лучшие умы планеты были сосредоточены именно в том научном городке, откуда всё началось. Они первые жертвы этого вторжения. Эх, если б хоть кто-то остался с первым уровнем. Да одна Всик стоит их всех вместе взятых.

– Что за Всик? – без особого любопытства, скорее для поддержания разговора, лениво поинтересовался Егор.

– Всё время забываю, что ты не местный, – грустно усмехнулся Лвар. – Это великая женщина. Именно она являлась научным руководителем большинства самых значимых проектов за последнюю сотню лет. Этот проклятый Рвплк был её студентом. Она бы наверняка разобралась с тем порталом, если он, конечно, существует.

– Если бы да кабы… Какой смысл гадать, что могли бы сделать мёртвые. Нужно думать, что смогут живые. Хотя, судя по твоему пренебрежительному отношению к этим умникам, надежды на них никакой.

– Четвёртый уровень, – пренебрежительно хмыкнул Лвар, – ну, может, есть кто-то с третьим, хотя я сомневаюсь. Весь цвет мировой науки съехался тогда именно туда. Каждый старался поразить мир своими достижениями, и очень многие были разочарованы, что Всик не захотела оценить их труд по достоинству.

– Да что ты к ней прицепился? Пусть покоится с миром.

– Так она не совсем мертва, – печально произнёс Лвар и грустно вздохнул.

– То есть как это не совсем? В коме, что ли?

– Хуже. Где-то недели за две до вторжения её муж и трое детей погибли в авиакатастрофе над океаном. Обломки их новейшего флаера, в разработке которого Всик принимала самое непосредственное участие, обнаружили на дне, но тел так и нашли. Морских глубоководных хищников с трекерами слежения в желудках выловили, да толку… Весь мир скорбел вместе с ней, а она так и не смогла смириться с утратой. Её муж был историком, специалистом по тёмным временам и эпохе раннего беззакония. Он придерживался весьма консервативных взглядов и принципиально отказался дублировать своё сознание на матрицу. Да и детям запретил. Так бы хоть какой-то шанс… – Лвар опять тяжело вздохнул и продолжил: – Вероятно, она посчитала себя причастной к их гибели. Всик создала в симуляторе реальностей свой собственный мир на основе работ мужа и ушла в него навсегда.

– Погоди, – не понял Егор. – Ты хочешь сказать, что учёный, который хотя бы теоретически способен спасти ваш мир, сейчас играется в игрушки?

– Это не игрушки. Ты ведь сам видел – там всё более чем реально.

– Видел, – не стал спорить Егор с очевидным, – но какая разница? Почему вы её не вернёте? Я что-то совсем ничего не понимаю. Если ты так в ней уверен…

– На то есть несколько причин: во-первых, её дом, находился в эпицентре вторжения и тело Всик наверняка сожрали. Хорошо хоть она предусмотрительно побеспокоилась о дублирующем варианте подключения с помощью матрицы сознания. Во-вторых, ты плохо знаешь наши обычаи и законы. Никто не вправе насильно вернуть человека из той реальности, где он хочет находиться. Его можно лишь попробовать уговорить это сделать. Ну, а в-третьих, неужели ты считаешь, что мы не пробовали? Повезло ещё, что это не закрытая реальность. Насколько я знаю, несколько смельчаков, уже пробовали присоединиться, но очень быстро вернулись обратно. Эпоха раннего беззакония – это не наш привычный мир. Выжить там, даже обладая навыками обращения с холодным оружием, очень непросто. Таких людей у нас и раньше было не очень много. К тому же, совершенно непонятно, где и кого искать. Всик могла принять любой облик. Но судя, по тому, что она до сих пор там находится – всё же смогла как-то приспособиться.

Егор задумался. То, что здесь именовалось тёмными временами, в нашем мире называли одним словом – средневековье. Хотя он где-то слышал, что специалисты тоже как-то разделяют этот период истории. Словосочетание «эпоха раннего беззакония» ему до сих не встречалось, но, судя по названию, там вообще всё было очень печально.

– Это целый мир получается надо исследовать? – уточнил Егор. Идея вернуть перспективную спасительницу этого мира обратно оказалась довольно сложной в реализации.

– Я не знаю, – честно ответил Лвар, – слышал только, что такие попытки уже были, но окончились ничем. Да это несложно выяснить.

Он тут же развернул в воздухе большое пользовательское меню и приступил к поискам. Егор безучастно наблюдал за мельтешением символов и думал о том, что это всего лишь игра, и в любой момент можно вернуться. Так почему бы тогда не попробовать? Если удастся уговорить принца присоединиться к поискам, то шансы на успех значительно возрастут. Как этот парень обращается со своими мечами, Егор видел не единожды.

– Вот, смотри. Это карта. Совсем небольшая локация – тут всего десятка три городов, хоть и разбросаны по всей территории. Наверняка, Всик за это время смогла достичь какого-то значимого положения в том обществе, иначе вряд ли ей было бы там интересно. Она учёный первого уровня, и мне, если честно, вообще непонятно, чем её мог заинтересовать этот отсталый мир. А ты решил попытаться?

– Ещё не решил. Надо со своими посоветоваться. Но попробовать хочется…

Лвар, до того с энтузиазмом разглядывавший карту, помрачнел и убрал большой слабо мерцающий экран.

– Ты знаешь, я после вашего исчезновения часто вспоминал твои слова, – грустно произнёс он. Заметив вопросительный взгляд Егора, пояснил. Ты тогда сказал, что и болото не особо страшное, да и твари эти – так себе противники. Я тогда ещё подумал, что вы точно не из нашего мира. Вы совсем другие.

«Некоторые из нас настолько другие, что ты бы очень удивился, узнав всю правду», – подумал Егор, а вслух произнёс:

– Я поговорю с остальными. Может и удастся уговорить вернуться ваш светоч мировой науки. Вот только куда ей возвращаться? Тела-то нет…

– Это вообще не проблема. Её матрицу можно внедрить в любого робота. А с её уровнем ей будет доступна любая самая продвинутая модель.

– Ну, тоже вариант, – согласился Егор и, попрощавшись, отправился к принцу.

К слову сказать, по приезду им всем выделили по довольно просторной комнате. Но принц почему-то удостоился нескольких помещений на другом этаже здания. Да, и его апартаменты были отделаны не в пример более изысканно. Судя по крохотному кусочку, виденному в открытую дверь, об обычном пыле(грязе) отталкивающем пластике речь даже не шла. В интерьере преобладали тяжелые бархатные драпировки и натуральное дерево.

Принц встретил его довольно неприветливо. Сперва вообще очень долго не хотел отпирать дверь своего жилища, но потом, появившись на пороге в одной лишь набедренной повязке, смерил его неодобрительным взглядом и процедил:

– У тебя должны быть очень веские причины, если ты осмелился нарушить мой покой.

Егор не смог сдержать улыбки. Пьяный женский хохот и громкие крики как-то плохо вязались со словом «покой». Но спорить было бессмысленно. К тому же он намеревался уговорить царственную особу отправиться вместе с ним. Поэтому следовало стать дипломатом.

– Конечно, Ваше Высочество. Иначе я бы не рискнул побеспокоить вас. Появились новые сведения, и я решил тут же поделиться ими, посчитав, что вам это будет интересно. Наследник великого Кеоксалима, не сочти за дерзость…

– Хватит! – решительно прервал его принц, – Твои жалкие попытки польстить мне просто смешны. Но меня радует тот факт, что ты, наконец, выбрал верную манеру общения. Я помогу тебе. Но позже, я сейчас занят и мне не до тебя. Скажем… через два дня. Приходи в спортзал.

Принц закрыл дверь перед носом Егора, и тому не оставалось ничего другого, как вернуться к себе. Он, конечно же, первым делом постарался выяснить, кто такая эта хвалёная Всик, вполне обосновано опасаясь, что Лвар попросту преувеличивал её значимость, и был приятно удивлён, когда всё услышанное оказалось чистой правдой. Он даже устал читать длинный список её заслуг и регалий, бросив примерно на половине. И так было понятно, что это действительно выдающийся учёный. Хотя глядя на изображение невысокой, полной женщины, он бы в жизни не догадался о её способностях. Тогда он принялся за изучение эпохи раннего беззакония, но это занятие ему быстро наскучило. Ничего особо интересного он не узнал. Сплошные войны, междоусобицы, болезни и наплевательское отношение к человеческой жизни. Всё, как и у нас. Разве что ведьм здесь не жгли на кострах, а предпочитали вешать.

Принц сдержал своё слово. Через два дня он появился в местном спортзале, облачённый в просторную одежду из какого-то грубого самотканого материала. Шедшие следом девушки (то ли жёны, то ли наложницы принца) несли обшитые кожей круглые щиты и целую охапку деревянных имитаций разнообразного холодного оружия.

– Я не верю в то, что ты сможешь хоть чему-то научиться за такой короткий срок, но всё же попробуем, – заявил принц вместо приветствия. Это были единственные слова, произнесённые им вслух. В дальнейшем он предпочёл общаться исключительно с помощью телепатии, и тренировки проходили в полном молчании.

К удивлению Егора, знакомство со средневековым оружием начали с копья пехотинца. Принц снизошёл до короткого пояснения, что это наиболее распространённое оружие той эпохи.

Они тренировались по несколько часов в день на протяжении двух недель. Егору сразу же понравились эти занятия, несмотря на хамское, если не сказать, оскорбительное поведение принца. Тот, нахватавшись от Клочкова различных обидных слов, всеми силами старательно понижал самооценку Егора. Но, видимо, сравнение с Юрой принцу не понравилось, и он вскоре прекратил насмешки.

После того как Егор немного освоился, перешли к тренировкам с настоящим оружием в тяжёлых и громоздких латных доспехах. Двигаться в них было очень неудобно, но принц успокоил его, заявив, что, скорее всего, до таких продвинутых средств защиты там ещё не додумались. Несмотря на такой мизерный срок обучения, Егору даже стало казаться, что у него стало получаться. Но к реальному бою он, конечно же, был не готов. А на фоне виртуозно владеющего мечом принца выглядел просто беспомощным ребёнком. Приезд девушек положил конец их тренировкам, а богатый словарный запас Юли в части язвительных подначек, тут же пополнился ещё парой обидных эпитетов. Саму идею вернуть эту учёную даму девушки одобрили, но от предложения присоединиться почему-то единогласно отказались.

Егор подошёл к выбору своего персонажа со всей ответственностью. Он долго игрался с настройками внешности, и по итогу получился высокий, смуглый красавец, накачанный до таких объёмов, к которым Егор в своё время так и не смог даже приблизиться. Перенос в игровую реальность произошёл мгновенно, но он, уже попробовавший себя в викторине Лвара, особо и не удивился. Буквально секунду назад он ещё ощущал лёгкое похлопывание по плечу Юли и слушал её саркастическое напутствие: «Ты, самурай, когда тебя там бить станут, тётю Юлю на помощь не зови. Нет её там. Лучше сразу беги» и вот он уже стоит на узкой лесной тропинке, а вокруг него шелестят листвой до боли знакомые берёзки и высятся стройные сосны. Он даже не поленился подойти и потрогать кору ближайшего дерева, но всё было стопроцентно натуральным и никаких отличий заметить не удалось. Лесная дорожка, на которой он очутился, была основательно вытоптана, да и следы колёс виднелись довольно отчётливо. Судя по всему, он оказался недалеко от обжитых мест и «пассажиропоток» здесь вполне приличный.

Принца не было. Егор прождал его минут десять, неторопливо прохаживаясь в сторонке, но вскоре ожидание наскучило, а потом и вовсе показалось бессмысленным. Скорее всего, он начал игру где-то в другом месте. Карту здешней локации Егор вызубрил наизусть, но определись своё местонахождение было невозможно. Поэтому он просто побрёл куда-то по тропинке, рассчитывая со временем выйти к цивилизации и как-то определиться на местности.

Его одеяние, вероятно, было заложено в стартовых настройках. По крайней мере, он так и не смог найти, чем можно было заменить простецкую рубаху со штанами да обувь, своим внешним видом очень напоминавшую обычные крестьянские лапти. Никаким стартовым капиталом по аналогии с привычными ему играми он обременён не был, но очень рассчитывал, что вскоре представится какая-нибудь возможность подзаработать.

Когда, выйдя из леса, он обнаружил на дороге телегу с отвалившимся колесом, то не смог сдержать довольной улыбки. Ну, конечно, иначе ведь и быть не могло. Сейчас он поможет, за это ему дадут денег, и он сможет прикупить себе что-то полезное. Телега оказалась груженной разнообразными мешками и корзинами, а возле поклажи расположилась довольно симпатичная девчонка лет двадцати с радующими глаз формами. Невысокий старичок-толстячок, одетый в просторный серый балахон с капюшоном, стоял около отвалившегося колеса с самым что ни на есть задумчивым, если не сказать, обескураженным видом. Судя по его растерянному виду, поломка случилась буквально недавно, и он всё ещё пребывал в некой прострации, размышляя о том, как же это могло произойти и что ему теперь со всем этим делать.

Подойдя ближе, Егор подмигнул тут же смутившейся девице и, остановившись рядом с дедком, весело сказал:

– День добрый. Помощь нужна?

Толстячок окинул его подозрительным взглядом, но, очевидно, улыбка Егора произвела на него благоприятное впечатление. Да и дедок, по-видимому, попался довольно добродушный. Он только всплеснул руками:

– Да вот видишь какая напасть! Надо б приподнять, да на место приладить.

– Сделаем, – Егор оглянулся вокруг. Метрах в двадцати лежало вывернутое с корнем молодое деревцо. Как по заказу. Что его могло вывернуть, было совершенно непонятно.

«Игра всё-таки. Чё удивляться», – подумал Егор и направился за столь удачно подвернувшимся рычагом. Немного повозившись, он окончательно освободил корни из земли и притащил дерево к телеге. Приладил, поднатужился, и покосившаяся телега приподнялась. Старичок суетливо схватился за колесо, и буквально через пару минут всё было готово. Егор отбросил в сторону ствол молодой берёзки и вопросительно взглянул на старика. Пока тот возился с колесом, Егор успел оценить его добротные сапоги, да и под балахоном, сильно напоминавшем рясу священника, пару раз что-то вполне отчётливо звякнуло. Не иначе, как кошель с деньгами.

Дедок многозначительный взгляд понял правильно. Он повернулся к Егору спиной и полез за пазуху. Возился он долго, но, наконец, извлёк на свет божий какую-то мелкую потёртую монету. Ценность этой невзрачной монетки была непонятна, но Егор не стал возражать. Зажав её в ладони, так как карманы в штанах по недосмотру портного предусмотрены не были, он взял из корзины яблоко, вытер его о рубаху и поинтересовался:

– Куда путь держите?

К экспроприации яблока старичок отнёсся философски, взгромоздился на телегу, взял в руки вожжи и ответил:

– Едем на ярмарку в Алиен.

Егор задумался. Это был мелкий городишко, расположенный далеко на востоке у самого края карты. Вряд ли он мог чем-то заинтересовать Всик. Гораздо перспективнее было бы начать поиски в центре, где на берегах широкой полноводной реки была целая россыпь гораздо более крупных поселений. Соответственно им не по пути.

– А до ближайшей деревни далеко?

– Нет. Часа два пути, – ответил старик и взмахнул вожжами.

– Удачной торговли, – Егор бодро зашагал по дороге, с интересом рассматривая необычную квадратную монетку из неизвестного металла, но не успел он сделать и десятка шагов, как его окликнули.

Егор обернулся и с удивлением заметил, как старик с непостижимым для его возраста и веса проворством ловко соскочил с телеги и направился нему. Увиденное совсем не вязалось с образом добродушного старичка и заставляло нервничать. А когда старичок запустил руку в недра своего балахона и на мгновенье приоткрыл грудь, Егор успел заменить кольчугу из мельчайших колец, дополнительно усиленную стальными пластинами. Судя по всему, под кольчугой находилась ещё какая-то довольно толстая одежда, которая и придала ему такой потешный и вполне безобидный вид. Было отчего напрячься, но в руке старика оказалась очередная монета.

– Твоя скромность заслуживает дополнительной награды, – монета упала к ногам Егора, а старик, не говоря больше ни слова, легко развернулся и отправился обратно. Монета оказалась восьмиугольной, гораздо крупнее и толще, да ещё и выполнена из золота.

Этот милый старикан оказался прав. Через пару часов ходьбы показалось крохотное селение. Всего десяток небольших деревянных домов, обмазанных глиной. На крышах солома. Хотя встречались и каменные строения, крытые черепицей. «Наверное, более зажиточные товарищи» – решил Егор. Сразу за домами начинались возделанные участки земли. Вдалеке паслось небольшое стадо коров. По улице неторопливо прошли какие-то мальцы с уловом рыбы, да две крестьянки неспешно судачили, разделённые невысоким плетённым забором.

«Судя по их расслабленному поведению, в округе сейчас спокойно», – подумал Егор и направился к одному из «богатых» домов, во дворе которого, судя по звукам, располагалась кузница. Необходимо было хоть как-то вооружиться. Он трезво оценивал свои шансы как фехтовальщика, но оставаться совсем безоружным не хотелось. Сами же говорили, что это эпоха беззакония.

Кузнец чинил какой-то мелкий сельскохозяйственный инвентарь и на вопрос по поводу изготовления для него оружия лишь ухмыльнулся и тут же вонзил в него подозрительный взгляд:

– А ты сам кто такой?

– Я мирный человек. Купец, – тут же нашёлся Егор. – Шёл с караваном из Москвы, но нас ограбили разбойники. Товара своего лишился, хорошо, что хоть сам жив остался. Теперь вот решил вооружиться.

– Из Москвы? – удивился кузнец. – Никогда не слышал. Большой город?

– Немаленький.

– А что везли и куда путь держали?

– Специи разные. А ехали в Бастрад, – Егор сознательно выбрал один из городов неподалёку.

– Да, на дорогах сейчас неспокойно… – глубокомысленно изрёк кузнец и, потеряв интерес к Егору, вновь принялся за работу.

– Так как насчёт меча?

– Хорошего железа у меня нет. Иди в город, там купишь готовый, – кузнец ещё раз оглядел наряд Егора и ухмыльнулся. – Хотя вон там стоит бродячий торговец. В его лавке много чего есть. Если сторгуетесь, конечно.

Он вновь хмыкнул что-то себе под нос, но Егор заявил довольно уверенно:

– Конечно, сторгуемся. Я же купец и торговля – это мой хлеб.

Лавка торговца представляла собой две больших повозки, запряжённые здоровенными животными, очень напоминавшими лошадей, но с длинными ослиными ушами. Ассортимент товаров поражал разнообразием. Назначение некоторых предметов вообще было непонятно, но Егор не стал утруждать себя расспросами, а сразу же выбрал себе пару сапог и кожаную куртку, которая хоть в какой-то мере могла защитить от холода и непогоды. Не забыл он и большой кусок мягкой ткани, которого вполне хватило и на портянки, и на полотенце.

Оружия было совсем немного: три копья с разнообразными наконечниками, деревянная дубинка, окованная железом, два меча, с прямым и изогнутым лезвием, боевой топор да несколько кинжалов. Защитная амуниция была представлена кольчужной рубахой с короткими рукавами и двумя коническими наголовьями, то бишь шлемами, состоящими из склёпанных между собой сегментов. На одном из них имелась кольчужная бармица для защиты шеи и грубо сделанный наносник. Помимо этого, были представлены на выбор несколько небольших деревянных щитов самых разнообразных форм и размеров. Они несколько отличались от тех, с которыми он тренировался: надеть их на предплечье было невозможно и приходилось держать за небольшую ручку по центру.

Егор недоверчиво повертел в руках все эти довольно тяжёлые шедевры, но вспомнив, сколько раз его били по голове за последнее время, всё же решился затариться по максимуму. Не зная здешних расценок на всё это добро, он очень надеялся, что его золотой монеты хватит хотя бы на шлем, копьё и дубинку. Это ведь совершенно простые изделия, к тому же долгое время бывшие в употреблении. От меча он решил отказаться. Наверняка он стоил гораздо дороже, да и представленные здесь образцы не внушали никакого доверия.

Он решительно придвинул к себе выбранное оружие, шлем с бармицей и протянул торговцу монету.

– Сдачи нет, – отрезал торговец, но потом окинул Егора взглядом, презрительно ухмыльнулся при виде лаптей, и по его лицу промелькнула лукавая ухмылка. Он уже собрался было что-то сказать, но Егор вынул меч из потёртых ножен и делая вид, что рассматривает зашлифованные зазубрины на клинке, и, не глядя на торговца, процедил:

– Даже не думай об этом. Или горе придёт в твой дом.

Сказано было достаточно убедительно, и торговец тут же закрыл рот.

– Давай ещё кольчугу, – предложил Егор, но торговец только рассмеялся.

– Возьми раба. Будет тебе помогать во всём, а если доплатишь немного, так есть и рабыня – молодая, здоровая, – он лукаво подмигнул Егору, но тот отмахнулся.

– Сдачу ищи.

Торговец тут же кликнул чумазого помощника-мальчишку, и тот, очевидно, работавший на ближайшем подворье, занял место торговца и принялся бдительно следить, как бы Егор чего не стащил. Отсутствовал торговец довольно долго, а вернулся с какой-то женщиной и дряхлым стариком. Он тяжело вздохнул и развёл руками:

– Нет сдачи. Возьми кого-то из них.

Егор недовольно поморщился:

– На что они мне? Кормить их ещё…

Торговец промолчал. Егор окинул взглядом предлагаемую ему парочку. Старик явно доживал свои последние дни, а женщина лет тридцати выглядела ещё довольно бодро.

– Женщину давай, – недовольно сказал Егор, решив, что стариков в его жизни в последнее время хватало с избытком.

Торговец улыбнулся самодовольно, и Егор тут же подумал, что его, судя по всему, всё-таки где-то надурили. Вот только в чём здесь подвох, было совершенно непонятно. Вероятнее всего, золотая монета стоила гораздо дороже.

«А… плевать. Я эту монету не киркой в шахте заработал», – решил про себя Егор, а вслух сказал:

– Оформляй документ на рабыню. Только пиши, что не продаёшь, а на свободу отпускаешь, – становиться рабовладельцем решительно не хотелось. Хватит с него и работорговли.

На него с удивлением уставились четыре пары глаз. Мальчишка-помощник даже затряс головой, вероятно решив, что ему это послышалось.

– Давай-давай, – поторопил Егор торговца, – некогда мне тут с тобой…

Тот взглянул на Егора совсем другими глазами и, почтительно поклонившись, шустро бросился копаться в своих закромах. Егор бросил вторую монетку на прилавок перед мальчишкой и приказал:

– Раздобудь продуктов, да получше. И поторопись.

Торговец дополнительно стимулировал парнишку лёгким подзатыльником, и тот, схватив монету, резво рванул к какому-то дому. Оформление документов не заняло много времени. Торговец что-то почеркал на тонком куске выделанной кожи длинным пером и протянул женщине:

– Свободна. И барахло своё забирай.

Та улыбнулась и, прихватив из повозки тощий узелок с какими-то пожитками, отошла в сторону, крепко сжимая в руке свою «вольную».

– Благодарю вас, милорд, – она склонила голову в почтительном поклоне. Егор добродушно усмехнулся в ответ, подбирая приличествующие случаю слова, но торговец опять влез не к месту и нарушил эту идиллию:

– И зверя своего не забудь, – он выставил на дорогу клетку с каким-то мохнатым зверьком и скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что все обязательства он исполнил, а чужого ему не надо.

Женщина всплеснула руками, подхватила клетку с земли, но потом взглянула на Егора, секунду помедлила, решаясь, и протянула ему:

– Примите в знак благодарности. Она хорошая, добрая и ест совсем мало.

Егор несколько опешил, но отказывать не хотелось, и он взял клетку в руки. Зверёк спал, свернувшись в пушистый комочек, и было совершенно непонятно, что это такое. Тягаться с клеткой он не собирался и решил при случае отпустить зверька где-нибудь в лесу или в поле.

– Спасибо, конечно. А кто это?

– Её зовут Эним. Она очень умная и ласковая.

Подбежавший мальчишка с объёмным мешком в руках прервал диалог. Егор мельком исследовал содержимое и остался доволен. Продуктов вполне хватит на несколько дней, а если экономить, то можно и растянуть…

В этой деревеньке его больше ничего не держало, и он с чистой совестью продолжил свой путь. Судьба освобождённой женщины его совсем не волновала, не маленькая чай – разберётся, хотя, отойдя от деревни на пару километров, он подумал, что хитрому торговцу ничего не стоит забрать у неё тот кусок кожи и снова обратить в рабство. Появилась даже мысль вернуться и проверить, но лень победила благие намерения, и он зашагал дальше.

Нести клетку с неведомой зверушкой было не тяжело, но на ближайшем привале он всё же открыл дверцу и достал тёплый мягкий комочек. Попытался рассмотреть его и пришёл к выводу, что никого подобного он ранее не встречал. В общем, довольно милый зверёк с большими чёрными глазищами и остренькой симпатичной мордашкой. Чем-то напоминал белку, хотя хвост был скорее кошачий. Он осторожно погладил длинную, приятную на ощупь шерсть, а зверёк тут же извернулся в руках и смешно растопырил лапки, подставляя для поглаживания нежное розовое брюшко. Егор посмеялся, потом почесал ему брюхо, наблюдая за его довольной физиономией, затем попробовал покормить. От угощения питомец отказываться не стал и мгновенно умял небольшой кусочек хлеба. Егор положил его на траву, в надежде, что тот сразу же юркнет куда-то и вопрос в ним будет закрыт, но зверёк никуда убегать не спешил, а обнюхав всё вокруг, не торопясь вернулся в клетку и даже, к немалому удивлению, попытался закрыть за собой дверцу. Женщина не обманула. Зверушка была далеко не дура и менять уютную клетку с питанием на полный опасностями лес не собиралась.

Глава 3.

Смирившись со своим новым попутчиком, Егор прошёл ещё несколько километров, когда услыхал позади неспешный конский топот. Судя по всему, всадник был один. Тем не менее Егор на всякий случай достал из сумки с продуктами своё наголовье и приготовил оружие. Сумка, снабжённая длинными ручками, удобно устроилась на плече и ходьбе не мешала, а вот носить всё время на голове тяжеленный шлем показалось ему излишним. Шея-то не казённая, а эта штука весила килограмма три, не меньше.

Всадник явно никуда не спешил. Его конь шёл спокойным шагом, а сам он с видимым удовольствием что-то жевал на ходу. Заметив Егора, он несколько оживился, даже пришпорил лошадь ударами задников сапог, но поравнявшись, натянул поводья и остановил коня. Это был настоящий рыцарь. Кольчуга с длинным рукавом, усиленная плоскими прямоугольными пластинами на груди, блестящий шлем с поднятым наверх забралом – не чета старенькому наголовью Егора. Рыцарь был довольно молод, и почему-то его лицо показалось Егору смутно знакомым. Он с непонятной улыбкой молча смотрел на него свысока, а потом рассмеялся, спрыгнул с лошади и сказал:

– Неужто не признал, соколик?

Егор почувствовал, как его лицо расплывается в счастливой улыбке. Тут не могло быть никаких сомнений. Перед ним стоял изрядно помолодевший Юрий Андреевич. Именно этого парня он видел когда-то на старой фотографии в его доме.

– Юрий Андреевич! – заорал Егор и полез обниматься.

– Да ладно, пусти. Я тоже рад тебя видеть, – он отстранился и, оглядев Егора с головы до ног, констатировал. – М-да… Возмужал, окреп… Ты там, фраерок, себе больше ничего не увеличил?

Егор смутился и постарался оправдаться:

– Да это же игра. Почему бы и нет? Всегда хотел себе такое тело.

– Баловство всё это. Такую тушу попробуй прокорми. Ну ничего, будет время – займусь твоей подготовкой. Ты на моей диете быстро в человека превратишься.

– Да ладно тебе. Расскажи лучше, как ты здесь очутился? Я принца так и не дождался тогда.

– С принцем неувязочка вышла. Не смог он подключиться. Этот компьютер ихний вообще написал, что он не человек. Принц очень обиделся, долго ругался и требовал позвать того, кто это придумал. Еле угомонили… Ну, а мой любимый сканер мне и говорит: «Давай, Юра, следом. Присмотришь там за мальцом, а то его и за пивом одного отправить нельзя: или разольёт, или потеряется».

– Прям так и сказала? – улыбнулся Егор.

– Да. Долго она меня уговаривала, но чего не сделаешь ради любимой женщины…

– Понятно, – Егор почему-то ему ни капельки не поверил. – А конь откуда? И всё остальное.

– Да я ж в ваши игры играть не умею. Появился в лесу. Прям как мы с тобой тогда. Ну и побрёл за тобой по следам. Смотрю, телега стоит без колеса, а вокруг неё какой старичок-лесовичок круги нарезает. Деваха там ещё такая достойная была. Ну, дай, думаю, подсоблю. Не корысти ради, само собой, а исключительно из сострадания и человеколюбия.

Егор недоверчиво улыбнулся, а Юрий Андреевич продолжил.

– Починил я им телегу, а этот старый пёс мне медяк какой-то суёт. Мне так обидно стало. У самого, паршивца, под одёжей мошна тугая звенит, а отблагодарить нормально не хочет. Ну я и говорю ему: «Прибавить бы надо целковый, папаша», а он только лыбется, падла. Тогда я ему опять говорю: «Позволь хоть обнять на прощание. Очень уж ты на моего батюшку покойного похож». Он, сука такая, аж расцвёл. Ручки раскинул. Так, ты прикинь, у него под плащом кольчуга и целый набор ножей метательных. Ну и кошель, само собой, немаленький. Я его чётко отработал, даже Паша Лом и тот бы лучше не исполнил. Как он только спалил, до сих пор не понимаю. Бодренький старичок оказался – я еле ноги унёс.

Егор рассмеялся, представляя эту картину, а Клочков продолжил:

– Спёр я тогда в ближайшей деревеньке верёвку подходящую и затаился у дороги. Думаю, подожду кого подходящего, а тут как по заказу витязь скачет одинокий. Ну, я верёвку-то и натянул аккурат по его шее, – Юрий Андреевич вдруг заметил стоявшую в высокой придорожной траве клетку с пушистым комочком и замолчал. Подошёл, наклонился, рассматривая, и изрёк: – Чудны дела твои, Господи.

– Это ты к чему? – не понял Егор.

Юрий Андреевич усмехнулся и, подойдя к седельной сумке, достал из неё точно такого же зверька:

– Глянь, что мне на сдачу в деревне дали. Один в один. Тоже в клетке был, но я её выкинул, места много занимала. Хотел вообще отпустить, но она шмыг в сумку и сидит.

Егор взял его в руки, всмотрелся. Похожий зверёк. Можно сказать, копия. Он открыл клетку со своим питомцем и подселил вновь прибывшего.

– Может, подружатся. Да и веселей вдвоём как-никак. Они тут, наверное, не редкость, вот и суют всем, кому ни попадя, – Егор немного подумал и спросил: – Слушай, старче, а тебе там рабов не предлагали купить?

– Ха, было дело. А ты откуда знаешь?

– Да просто я тоже колесо у телеги чинил. Но мне золотую монету за это дали. Надо было просто уйти, он бы тебя сам догнал и озолотил слегка. А рабов мне в деревне тоже предлагали на сдачу. Я женщину одну выкупил и отпустил, а ты?

– Я? – Юрий Андреевич нехорошо ухмыльнулся, – Больно надо деньги тратить. Провёл разъяснительную беседу с барыгой и убедил его, что рабовладение – это вообще западло, а впаривать разных доходяг туристам так и подавно. Он проникся и тут же освободил обоих. Правда, дед на радостях чё-то помер сразу, но тут уж я не виноват. Он и так бедолага пожил немало. Только вот местный народец не оценил моих просвещённых идей – набежали с дубьём, пришлось сваливать. Девка вообще отказалась куда-то уезжать, а парнишка тот, опосля тоже передумал и назад вернулся. Ну, на то его пацанская воля.

– Понятно. Ты в своём репертуаре. Но, думаю, бесполезно всё это. Как ни крути, а мы с тобой в симуляторе и вокруг нас всё не по-настоящему.

– Мы с тобой, Егорушка, настоящие. И поступки мы с тобой совершаем, а не эти… ну как их… – он пощёлкал пальцами в воздухе, подбирая нужное слово.

– Юниты, – подсказал Егор.

– Может и юниты, тебе видней, – согласился Клочков и тут же, сменив тему, сказал: – Давай выдвигаться, соколик. Нам ещё топать и топать по азимуту…

С этими словами он вскочил в седло и заявил:

– Пехоте, понятное дело, топать. А я, как белый человек, впереди поеду. Жаль, конечно, что конь не белый, но и так сойдёт по нашей бедности.

– Я думал, мы вдвоём поедем, – без особой надежды проронил Егор.

– Ага. Ты б себе ещё толще юнита придумал. Не… Боливар не вынесет двоих. Так что ножками, ножками…

– Ты коню уже и имя придумал?

Юрий Андреевич обернулся, смерил его печальным взглядом, тяжело вздохнул и сокрушённо покачал головой.

– Какие планы, фельдмаршал? – поинтересовался Егор минут через пять. Идти молча было скучно.

– Не знаю, – честно ответил Клочков, – я в этих играх не силён. Сам решай. Я обещал Арацине присмотреть, чтоб тебя тут сильно не били, а остальное всё сам. Это ж вообще твоя идея.

– Да ладно тебе. Небось сам сюда рвался и копытом стучал, аки конь боевой. Я ж тебя знаю.

– Больно надо. Лучше б я сейчас со своей кошечкой кино какое познавательное смотрел, чем с тобой тут в седле потеть.

– Правда, Юра, надо ведь какой-то план придумать. Я так мыслю, что надо по крупным городам прошвырнуться и выяснить обо всех людей необычных. Наверняка ведь должна выделяться среди окружающих.

– Может и должна, – задумчиво сказал Клочков, – а может, и нет. Одно радует, что города здесь не мегаполисы. Хотя это и хорошо, и плохо одновременно.

– Что ты имеешь в виду?

– Небольшой город, где всё на виду и все друг друга знают или имеют общих знакомых. Живут своими кланами, точнее, ремесленными общинами. Вот приедем мы в город, и нас спросят: «Вы кто такие?». Что мы им скажем?

– Ну придумаем что-то… Я вон в деревне той заплёл, что купец из Москвы. Прокатило. Скажем, к примеру, что мы наёмники и пришли наниматься на службу к местному феодалу.

– Ты думаешь, здесь никто не знает, что такое конкуренция. Прирежут нас по-тихому, никто и не всплакнёт.

– Как думаешь, Юра, если нас здесь завалят, то мы где окажемся?

– Я в аду, а с тобой пусть разбираются те, кому положено.

– Да брось ты, я ж не об этом. Можем ведь и опять в Польше посреди поля.

– Тогда уже в Союзе, – хмуро поправил Клочков, но было видно, что у него нет никакого желания развивать эту тему.

Они какое-то время ехали молча, но вскоре Егору это наскучило:

– Слушай, Юра, как думаешь, какую пользу мы сможем принести этому миру?

– Никакой, – тон Клочкова был настолько категоричен, что Егор даже несколько растерялся.

– Да не, ну, погоди… Ты, когда с Николаем II умные разговоры вёл, я почему-то решил, что у тебя и для Вещего Олега нашлась бы пара дельных советов.

Клочков саркастически хмыкнул, но Егор, привыкший уже к подобному, не обратил на это никакого внимания:

– Можно ж и тут как-то двинуть прогресс.

– Ох, Егор… Ну вот ты иногда как дитя малое. Что ты здесь двигать собрался? Это же игра – нолики и единички, ну или хрен его знает, как оно тут работает. Да и задача, в общем-то, совсем другая: выжить и не попасть в рабство. А в твоём случае ещё и сексуальное, – он криво усмехнулся. – Ну, и в идеале разыскать эту дамочку, чтоб ей пусто было.

– Да это понятно. Я ж так – абстрактно теоретизирую. Наверняка же, можно что-то придумать, до чего они сами ещё не дошли.

– Хочешь облагодетельствовать род человеческий, прогрессор ты наш доморощенный?

– Не вижу в этом ничего плохого.

– Благими намерениями… Ну, это ты уже знаешь.

– Да ладно тебе. Не настолько ты прожжённый циник, каким хочешь казаться. Так чтоб ты предложил?

– Ты правда думаешь, что мы со своими исключительно специализированными знаниями можем принести пользу людям? Наивный ты человек. Будь ты каким-нибудь знатным агрономом или кем-то в этом роде, может и смог бы накормить отдельно взятый регион, привнеся что-то полезное, а так…

– Ты ж ходячая энциклопедия. Неужели никаких идей?

– Да идей куча, только понта с них… Мы же люди военные и в лучшем случае сможем обучить их убивать друг друга чуть более эффективно и всего лишь… – он ненадолго задумался, но было видно, что эта тема его и самого заинтересовала. – Судя по их вооружению, доспехам и отсутствию стремян мы имеем дело по аналогии с нашим миром где-то до пятого века. Тут поле непаханое для всяческих нововведений: можно развивать металлургию – примитивные доменные и мартеновские печи здесь станут настоящим ноу-хау, но это имеет смысл при серьёзной разработке месторождений, а пока и водяной молот сгодится. Потом эволюция вооружения и защиты. Рыцарское копьё вкупе с седлом, алебарда, да и обычный арбалет или блочный лук тут произведут на всех неизгладимое впечатление. Опять же порох. Какие-нибудь простенькие ракетки и петарды для начала. Да это скорее всего и не понадобится. Тут-то мирок небольшой, городишки мелкие, деревеньки… Словом, мобилизационный резерв так себе. Я, конечно, ещё не видел, как они здесь воюют, но тактику и стратегию приблизительно представляю. Думаю, что полсотни рыцарей, немного лёгкой кавалерии и нормально организованная пехота за год-другой приведут к объединению всего этого мирка в одно государство. Ну, а там уже можно создавать рай на земле. Только не выйдет из этого ни хрена.

– Это почему ещё? – удивился Егор.

– Да потому. Ну, вот придёшь ты завтра и скажешь, к примеру, что умеешь что-то такое, чего другие не могут. И польза от этого несомненная, и прогресс, и все такое… Думаешь, тебя встретят с распростёртыми? Держи карман шире – завалят по тихой воде и все дела.

– Ну, да… Ты уже говорил. А кроме дел военных что-то можно придумать?

– Конечно, – улыбнулся Юра, – научим их самогонку гнать.

– Вот, я в тебе не сомневался.

– А чё? Вещь нужная и полезная. Хотя бы как антисептик. Здесь, я подозреваю, вообще с гигиеной не очень. Нам, кстати говоря, нужно каким-то мылом обзавестись. А то, мы так долго не протянем. Да и вообще, от местных стоит держаться подальше. Игра игрой, а микробы и всякие вирусы с инфекциями никто не отменял. Не знаю, как тут обстоят дела с иммунитетом, но не хочется помереть от какой-нибудь местной заразы, да и самому стать причиной массовой эпидемии такое себе удовольствие.

Когда стало смеркаться, углубились в ближайший лесок и, найдя подходящее место, устроились на ночлег. Развели небольшой костёр и приготовили кашу. Молча поужинали. Предусмотрительный Юрий Андреевич расстелил на земле какую-то подстилку, укрылся куском грубой холстины и, предупредив, что сменит его ночью, тут же уснул. Егор промаялся полночи, пытаясь себя хоть чем-то занять, и когда стало уже совсем невмоготу, а глаза стали слипаться сами собой, Юра проснулся и великодушно уступил ему своё нагретое ложе. Егор отключился мгновенно, а проснувшись, был приятно удивлен восхитительным ароматом жареного мяса. Клочков, не теряя времени даром, ухитрился где-то раздобыть парочку небольших птиц. Правда, они оказались жёсткими и невкусными, но всё же немного разнообразили рацион.

Выбравшись на дорогу, Юра внимательно осмотрел землю и заявил, что недавно здесь прошёл целый караван. Странно, конечно, но они ничего не слышали. Тем не менее следы нескольких повозок и свежие продукты жизнедеятельности лошадей, не оставляли в этом никаких сомнений. Они продолжили путь, размышляя вслух над тем, имеет ли смысл догонять этот караван и попытаться присоединиться к нему.

Топот копыт за своей спиной они услыхали издалека и поспешили укрыться в лесу. Судя по звукам, всадник был явно не один и встреча непонятно с кем на дороге не сулила ничего хорошего. Отряд из дюжины всадников, сверкая блеском металла, пронёсся мимо них, подняв целое облако пыли.

– Вот же суки, – сказал Юра беззлобно, – там теперь дышать нечем. Давай переждём, пусть хоть немного осядет.

Егор уже собирался согласиться с ним, но в этот момент они услыхали громкий треск дерева, какой-то грохот, крики, ржание коней и лязг металла. Судя по звукам, там впереди сейчас шёл нешуточный бой.

– Пойдём посмотрим, Егорушка, – оживился Юра, – только тихонько, лесочком.

Он быстро привязал своего коня к ближайшему дереву и первый побежал в ту сторону. Егор последовал за ним. Как оказалось, всадники не успели отъехать далеко. Буквально через сотню метров они попали в самую настоящую засаду. Место было выбрано правильно: глубокий овраг, с другой стороны дороги, не давал возможности ускакать по полю, а поваленные впереди и позади отряда деревья, захлопнули ловушку. Потом, судя по всему, их обстреляли из луков. А когда уцелевшие всадники догадались укрыться за щитами, нападавшие пошли в атаку. В лесу, за поваленным вдоль дороги третьим деревом, отрезающим возможность уйти в лес, осталась всего пара человек. Они изредка выпускали стрелы, но, очевидно, вероятность попасть в своих была довольно велика, и теперь они подолгу выцеливали противников перед каждым выстрелом. Если отряд всадников своими практически одинаковыми доспехами наводил на мысль о регулярной армии, то разношёрстная одежда нападавших выдавала в них скорее каких-то грабителей с большой дороги или же ополчение. Выглядывавший из-за соседнего дерева Юра, похоже, пришёл к такому же выводу:

– Ну чё, впряжёмся, соколик? По-моему, это разбойнички шалят.

– А нам оно надо? – засомневался Егор.

– Всё равно, рано или поздно придётся как-то легализовываться. А тут и случай подходящий. Не дрейфь, Егорка, давай стрелков сначала уработаем, – и, не дожидаясь ответа, скользнул в лес, заходя лучникам в тыл. Егор прикинул его траекторию и тоже двинулся к «своему». Нападения со спины, те явно не ожидали и умерли одновременно.

– Давай, с богом, – шепнул Юра и, ловко протиснувшись между ветками, выскочил на дорогу. Егор поспешил следом. Оставшиеся в живых всадники, к тому времени все без исключения, перешедшие в пехоту, ввиду гибели или ранения лошадей, пытались держать какое-то подобие строя, но нападавшие их явно теснили и в скором времени могли сбросить в овраг. Друзья подбежали незамеченными и атаковали в полном молчании. Они успели убить четверых, прежде чем их заметили. Удара с тыла никто не ожидал, поэтому нападавшие слегка растерялись, замешкались и оборонявшиеся смогли воспользоваться их замешательством, убив сразу двоих или даже троих противников. Теперь силы были практически равны.

Дальше оценивать ход сражения у Егора не было никакой возможности: он едва успел подставить свой щит под мощный удар меча. Умбон – металлическая накладка полусферической формы, размещённая в центре, выдержала, хотя удар неслабо осушил руку. Тонкий деревянный щит затрещал так подозрительно, что Егор понял сразу: долго он не протянет. То ли так и должно было быть, то ли ему попросту подсунули какой-то брак, но Егор тут же дал себе слово, что если выживет, то впредь будет более тщательно выбирать средства защиты. Он ткнул в ответ копьём, стараясь поразить лицо, но противник ловко прикрылся своим щитом и обрушил на Егора новый удар. Щит снова задрожал, но выдержал. Тогда Егор эмитировал новый удар копьём, а когда противник прикрыл лицо, защищаясь, то быстро сократил дистанцию и нанёс сокрушительный удар сапогом в ногу, целясь именно в коленный сустав, а не в нервные окончания, расположенные на бедре несколько выше. Его оппонент вряд ли был знаком с тайским боксом, а может, просто не ожидал подобного, но удар прошёл. Егору даже почудился какой-то хруст, но, возможно, это была всего лишь игра обострённого опасностью воображения. В любом случае подвижность соперника теперь была под большим вопросом. И когда он, прикрывшись щитом, отскочил назад на безопасное расстояние, то к немалой своей радости увидел, что его оппонент, захромал, а потом и вовсе неуклюже завалился набок.

Крепкий мужик в стёганой телогрейке, вооружённый топором, набросился на него сбоку, и Егор смог увернуться только каким-то чудом. Вероятно, уловив опасность боковым зрением, сработали инстинкты. Лезвие топора рассекло воздух в каких-то сантиметрах от его головы. Егор хотел воспользоваться паузой и ударить в ответ копьём, но не успел. Ему пришлось защищаться от следующего удара. Топор взвился вверх, на мгновенье блеснул, поймав лезвием солнечный луч, и с огромной скоростью ринулся к нему, но внезапно изменил траекторию и отлетел в сторону вместе с отрубленной по локоть рукой. А забрызганный кровью Юра, не обращая на Егора никакого внимания, уже шагнул к следующему противнику. Он взмахнул мечом, целясь в голову, но внезапно присел так низко, что почти распластался над землёй, и одним ударом практически полностью отсёк незащищённую кольчугой ногу.

Егор опомнился и тут же вонзил копьё кому-то в бок. Человек заорал, попытался ударить в ответ мечом, но не смог достать, а его крик утонул в общем шуме. В этот момент его убил кто-то из бывших всадников. Егор оглянулся в поисках новых противников, но вокруг него были только люди в кольчугах. Кто-то из них сделал шаг в его сторону, но стоявший рядом удержал его, положив руку на плечо. Всадников осталось всего четверо, да и называть их так теперь можно было лишь весьма условно.

– Кто такие? – всё ещё тяжело дыша спросил один из них. Егор обратил внимание, что в отличие от остальных, у него кольчугой были защищены даже ноги. А шлем, весь покрытый каким-то сложным орнаментом, представлял собой настоящее произведение искусства.

– Наёмники, – спокойно ответил Юра, вытирая лицо куском какой-то тряпки явно не первой свежести.

– Откуда?

– Издалека. Я из Смоленска, а он из Москвы.

– Никогда не слышал, – удивился мужик и спрятал меч в ножны. Видимо, это был сигнал для остальных – все последовали его примеру.

– Эти разбойники потеряли всякий страх, – продолжил незнакомец. – Что-то я не слыхал, чтобы раньше они рисковали нападать на отряды под знамёнами барона Чарса.

Остальные согласно закивали, но Юра возразил:

– Думаю, это были не разбойники. По крайней мере, сейчас они грабить не собирались.

Мужик смерил его недовольным взглядом. Видимо, Юра своей бестактностью нарушил местный этикет.

– Вы и правда издалека, – сделал он очевидный вывод, но потом всё же спросил. – Почему так решил?

– Впереди нас едут несколько повозок. Скорее всего, с грузом. Там наверняка есть чем поживиться. Но они их пропустили, а напали на вас. На отряд отлично вооружённых и подготовленных воинов. Конечно, ваши доспехи и оружие стоят немало, но риск неоправданно велик. Я не вижу здесь мешков с драгоценностями, поэтому могу предположить, что цель – кто-то из вас. Впрочем, зачем гадать, если можно расспросить оставшихся в живых.

Все тут же оглядели заваленную телами дорогу. Живые, конечно, нашлись. Мужик, которому Егор покалечил ногу, отделался легче остальных. К нему и направился их собеседник. Судя по всему, предводитель этого отряда. Его люди двинулись следом, а Юра быстро присев над каким-то трупом и сноровисто охлопал его одежду. Результаты поиска ничего не дали, и он встал с недовольным видом:

– Ну что ты стоишь? Подбери себе что-то поприличней. Шмонай только разбойников, остальных не трогай, – хмуро буркнул он и присел над следующим.

– Ты где так с мечом наловчился? – поинтересовался Егор.

– А… Несмотря на все старания, товарищу Такахаси так и не удалось привить мне любовь к длинному холодняку, – невесело усмехнулся Юра. – А вот Лещ смог. Да и немудрено – он на другие темы почти не разговаривал. Видел бы ты его коллекцию. Из каждой командировки старался что-то притащить. Начальство даже ругаться перестало…

Юра замолчал, вероятно, предавшись воспоминаниям, а потом тяжело вздохнул и закончил:

– Столько лет прошло, а не забылось. Ладно, я за конём пошёл.

Он не спеша побрёл в лес. Кто-то из «всадников» проводил его взглядом, но останавливать не стал. Егор немного побродил среди трупов, подобрал практически новый меч, без зазрения совести приватизировал кожаные ножны к нему и даже обнаружил у одного из трупов тощий кошель с несколькими мелкими монетами. Не раздумывая, сунул его за пазуху и в этот момент почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернулся. Все пятеро молча, но с явным интересом наблюдали за ним.

– Что-то не так? – поинтересовался Егор.

– Вы явно издалека, – ухмыльнулся предводитель. – Другого объяснения такому наглому поведению просто нет. Здесь все знают, что это – собственность барона Чарса. Моя, то есть. И не вздёрнут тебя на ближайшем дереве только потому, что вы сегодня сражались рядом со мной. Но учти, вы со своим приятелем только что получили своё жалование. Когда он вернётся, объясни ему, как подобает ко мне обращаться. Подобной дерзости я больше не потерплю.

– Жалование? – удивился Егор.

– Вы поступаете ко мне на службу, – самодовольно заявил барон и, обведя взглядом трупы на дороге, добавил: – появились свободные места.

– Мне нужно посоветоваться с моим другом, – осторожно сказал Егор, – но, боюсь, мы не сможем принять ваше предложение.

– Что?! – взревел барон и чуть не задохнулся от переполнявших его эмоций. – Взять его!

Четверо бывших союзников без раздумья обнажили мечи и двинулись в его сторону.

– Стойте! – крикнул Егор, но его словно и не услышали.

Он сделал шаг назад, потом второй и подумал, что сейчас самое время спасаться бегством. Юра, как назло, куда-то запропастился. В этом момент прилетевшая из леса стрела со свистом впилась в лицо одному из воинов. Он вскрикнул и упал. Все оглянулись в сторону леса и синхронно подняли щиты. Вторая стрела угодила в один из щитов и задрожала, вероятно, раздосадованная промахом. Оставшиеся в живых, прикрываясь щитами, бросились в сторону леса, и ещё одна стрела воткнулась в землю между ними. Очевидно, невидимый стрелок метил в ноги. Егор спохватился, сорвался с места и в хорошем спринтерском темпе быстро догнал бегущего последним. Безо всяких угрызений совести ударил в спину копьём.

Кольчуга спасла воину жизнь. Наконечник вонзился примерно наполовину, и какое-то ранение он, безусловно, получил, но вряд ли оно было смертельным. От толчка противник потерял равновесие, нелепо взмахнул руками и, пробежав ещё пару шагов, растянулся на земле. Егор резко затормозил рядом с ним, отбросил свой щит и, перехватив копьё двумя руками, с силой вогнал его в спину лежащего. Он вложил в этот удар весь свой вес и мелкие металлические кольца не выдержали. Человек на земле охнул, выгнулся всем телом и умер практически мгновенно. Выдернуть копьё обратно не получилось, то ли наконечник застрял между рёбер, то ли зацепился за кольчугу (не было времени разбираться), и после пары бесплодных попыток Егор оставил эту затею.

Он поднял свой щит и, обернувшись, заметил, как самый резвый бегун пытается одним прыжком с разгона преодолеть упавшее дерево. Ему удалось уклониться от крупных ветвей, вскочить на ствол, но затем он внезапно дёрнулся, свалился вниз и затих.

Последний бегун, шипя сквозь зубы что-то нечленораздельное, сосредоточенно рассматривал торчащую из бедра стрелу и, вероятно, раздумывал, как бы ему половчее её выдернуть, что б не оставить наконечник в ноге. Юра плавно просочился сквозь ветви, удостоил мёртвое тело беглого взгляда и направился к раненому. Стоит отдать должное мужеству этого воина. Он одним резким движением проткнул стрелой ногу таким образом, что наконечник показался наружу. Затем с перекошенным от боли лицом отломил наконечник и с криком выдернул стрелу из бедра. Не обращая внимания на кровь, он поднял валявшийся в траве меч и попытался шагнуть навстречу Юре. Опираться на раненую ногу получалось с трудом, но тем не менее он упрямо ковылял вперёд. Клочков, видимо, оценил его тягу к победе, но от поединка уклонился в прямом смысле слова. С лёгкой ухмылкой на лице он обошёл раненого по широкой дуге и направился к Егору:

– Чё вы тут трофеи не поделили? Оттуда не слышно было. Я хотел лучников прошмонать, а тут слышу, орёте что-то…

– Блин, Юра, ну ты реально красавчик! Даже из лука стрелять умеешь! – с нескрываемым восхищением в голосе сказал Егор.

– А то, – ухмыльнулся он самодовольно, – первое оружие выживальщика. Ну может второе, после ножа. Но с ножом я тоже умею. Пойдём к их бугру, поинтересуемся, чё он кипишует.

– Он у них цельный барон. Возбудился, что я кошелёк прикарманил, – тут же наябедничал Егор. – Нас на службу звал в приказном порядке и без жалования.

– Нашёл альтруистов, – хмыкнул Клочков и внезапно спросил: – а ты киднеппингом когда-нибудь занимался?

– Бог миловал, – осторожно сказал Егор, – а ты что задумал?

– Не тупи, Егорушка. Сам же говоришь, что это барон. Значит, по определению человек небедный. Или ты собрался весь этот мирок пешком обойти и подаянием перебиваться?

При их приближении небедный барон Чарс обнажил меч. Юра на это ответил коротким смешком и сказал вполне доброжелательно.

– Спрячьте ваше оружие, достопочтенный лорд. Вы ведь сами видите, что насилие только вредит нашим добрым отношениям. А если вы решительно настроены погибнуть в бою, то увы… Позволить вам этого мы не можем. Ваша жизнь очень важна для нас.

– Оставьте, граф, этот человек не сможет оценить вашу иронию, – с усмешкой сказал Егор и, достав свой меч, попытался зайти барону за спину. Юра тоже обнажил клинок. Барон с удивлением переводил взгляд с одного на другого, но, похоже, сдаваться не собирался.

– Бросай оружие, или я отрублю тебе руку, – мрачно пообещал Юра, и после секундной паузы добавил: – а может быть и две.

Вместо ответа несостоявшийся работодатель размахнулся и атаковал Клочкова. Тот легко парировал его удар мечом, а Егор, прикинув дистанцию, по-борцовски прошёл барону в ноги и привычно перевёл его в партер. В процессе, правда, получил довольно чувствительный удар навершием эфеса куда-то в область лопатки, но вовремя подоспевший Юра ловко обезоружил этого знатного господина, и всеобщими усилиями они быстро связали ему руки за спиной.

– Ты посмотри, вот же неугомонный, – с восхищением сказал Клочков, кивая на раненого в ногу мужика, который ковылял в их сторону с явным намерением спасать своего барона.

– Реально терминатор какой-то, – уважительно покивал Егор.

– Слушай, милорд, – Юра легонько пнул его ногой, – прикажи ему бросить оружие. А лучше, вообще, скажи, что он больше тебе не служит.

Барон молчал.

– Давай-давай, – поторопил Юра, – или сделаю очень больно.

– Бросай свой меч, Скулурд, – громко крикнул связанный феодал, и воин послушно уронил в траву своё оружие. – Ты свободен, и в твоих услугах я больше не нуждаюсь.

После этих слов из Скулурда будто выдернули какой-то стержень. Он устало опустился на землю и принялся рассматривать свою рану.

– Помоги ему, Егор. Достойный пацан. Нам такие нужны.

– Да куда его теперь, с такой-то ногой…

– Ничего. Умрёт, ну и хрен с ним, а если выживет – пригодится.

Егор согласно кивнул и направился к раненому. Негромкий шелест травы неподалёку привлёк его внимание. Получивший удар в колено мужик целенаправленно полз в сторону леса с явным намерением сбежать. Егор изменил направление, подошёл к нему и сказал:

– Да не мучайся ты так. Всё равно далеко не уползёшь. Я сейчас тому парню помогу и твою ногу посмотрю. Что-нибудь придумаем. Костыли, может, какие-то…

Лежавший смотрел на него с нескрываемым испугом и явно не верил ни единому слову. Егор хмыкнул себе под нос и пошёл к Скулурду. Тот сидел на земле, зажимая руками свои раны, и лицо его было очень задумчиво. Можно было только догадываться, о чём он сейчас думал. Может, о своей дальнейшей судьбе, или о семье, которую теперь непонятно чем кормить. А может, он знал статистику смертей после ранений и хорошо представлял себе свои шансы.

– Показывай, – командный тон возымел своё действие.

Егор оценил чистоту его ладоней и подумал, что сквозное ранение и кровопотеря, это ещё не самое страшное. А при полном отсутствии каких-либо медикаментов прогнозы могут быть самыми неутешительными. В этой ситуации самогонка Юры и вправду могла бы пригодиться. После недолгого раздумья он скинул с себя рубаху и, пожертвовав одним рукавом, наложил давящую повязку, справедливо рассудив, что более чистого перевязочного материала всё равно нет. Остаток рубахи решил постирать при случае и распустить на полоски, положив этим начало походной аптечки.

Мужик с отбитой ногой дожидался на том же месте, внимательно наблюдая за процессом оказания первой медицинской помощи. Скорее всего, посчитал, что всё равно догонят, если попробует улизнуть, и решил не испытывать судьбу. Егор осмотрел его колено и пришёл к выводу, что перелома, скорее всего, нет. А имеет место сильный ушиб и как следствие обширная гематома.

В живых оставались ещё трое, но характер их ранений не оставлял никаких надежд. Как оказалось, одна лошадь, несмотря на две торчащие из неё стрелы, умирать вовсе не собиралась, а совершенно спокойно щипала придорожную траву. Одну из стрел удалось благополучно извлечь, а вот наконечник другой так и остался внутри – тут без пинцета не обойтись. Попробовали забинтовать и её. Вроде бы получилось. Закончив возиться с ранеными, Егор подобрал чей-то топор, срубил четыре ветки подходящего размера и смастерил из них примитивные костыли.

Юра к тому времени сходил за своей лошадью и даже собрал всё имеющееся оружие в одну кучу. Судя по её размерам, они стали обладателями довольно внушительного арсенала. Очень долго провозились с трупами. Их оказалось неожиданно много. Егор зачем-то пересчитал всех. В этой короткой стычке погибло двадцать восемь человек. Поинтересовались у местных, как они поступают с мёртвыми. Ответ Егора порадовал. Ему показалось, что погребальный костёр изготовить не в пример легче, чем огромную братскую могилу. В процессе обсудили, что им делать дальше. Оружие и амуницию решили спрятать где-нибудь глубоко в лесу.

Глава 4.

Потом развели небольшой костёр и поставили кипятиться воду. Пообщались с ранеными. Ничего особо интересного они не узнали.

Скулурд служил в дружине барона уже несколько лет, и до сегодняшнего дня у него всё было хорошо. На предложение Юры присоединиться к ним согласился, но честно предупредил, что от него, раненого, толку никакого. Хотел, видимо, добавить «если вообще выживет», но сдержался.

Разбойника звали Кнор. Да и разбойником он оказался непрофессиональным. Обычный крестьянин из какой-то близлежащей деревеньки, вконец замученной поборами барона. Вот мужики, сговорившись с такими же горемыками из соседнего поселения, и решили избавиться от феодала таким незамысловатым способом. Слушая его рассказ, Юра всё больше мрачнел и старательно избегал взгляда Егора.

Разговор с бароном был коротким:

– Во сколько ты оцениваешь свою жизнь? – без предисловий спросил Юра.

– Я готов заплатить двести золотых монет. Больших, разумеется, – спокойно ответил тот. Было видно, что он уже успел всё обдумать и был полностью готов к разговору.

– Триста, – заявил Клочков безапелляционным тоном. – Кто будет платить?

– Двести тридцать. Больше просто нет, – вздохнул барон и добавил: – я сам заплачу. Никто не знает, где мой тайник.

– Хорошо, – согласился Юра. – И где твой тайник?

Барон задумался и после продолжительной паузы спросил:

– Что помешает убить меня, когда вы получите деньги?

– Данное мной слово, – гордо заявил Клочков. – А граф Белов, ещё ни разу его не нарушал.

– Граф? – недоверчиво переспросил пленник и снова погрузился в раздумья.

– Рожай уже быстрее, – не выдержал Егор.

Барон смерил его презрительным взглядом и даже, по всей видимости, собирался ответить на эту дерзость, но внезапно Юра сказал:

– Телега едет. Пошли глянем, а этот пусть посидит, подумает.

Барон, привязанный к стволу дерева, сверкнул на них глазами, но промолчал. Они вышли на дорогу. Деревьев, преграждавших путь, уже не было. Егор не поленился разрубить их на мелкие части и свалить в овраг. Именно там они решили устроить погребальный костёр, добавив впоследствии сухого валежника. Облачённые в доспехи павших воинов, который были явно качественнее кольчуги Юры, они выглядели достаточно внушительно и на пару мужиков, ехавших в телеге, произвели должное впечатление.

– Как по заказу, – негромко сказал Клочков и повелительно махнул рукой, приказывая остановиться. Мужики переглянулись, но остановились. Лежащие на залитой кровью дороге мёртвые лошади, длинный ряд полураздетых человеческих тел на краю оврага, куча оружия, доспехов, и тут же неподалёку булькает каким-то варевом котелок, горит костёр, около которого расположилась парочка недавних врагов и привязанный к дереву пленник… Пожалуй, даже для этого мира такое зрелище не казалось чем-то обыденным.

– Вам повезло, – широко улыбнулся Юра, – есть возможность неплохо заработать.

– А что делать надо? – мгновенно сориентировался один из них.

– Убрать трупы лошадей с дороги и похоронить воинов.

– Сделаем.

Они вернулись к барону.

– Тайник у меня в спальне, – хмуро сообщил тот. – А теперь я хочу, чтобы ты поклялся именем великого Ялонга, а также тем, чем дорожит каждый благородный человек: твоей честью и памятью твоих предков.

– Хорошо, – покладисто согласился Клочков и тут же торжественно произнёс слова этой клятвы. Насколько Егор успел узнать Юру, обманывать барона после этого он бы не стал. И если на великого Ялонга ему было глубоко плевать, по вполне очевидным причинам, то всё остальное для него было не пустой звук. Барон, похоже, и сам это понимал. По крайней мере, он явно успокоился и попросил освободить его.

Юра ухмыльнулся и потребовал взамен такую же клятву, что барон, в свою очередь, не будет пытаться их обмануть, а впоследствии не станет разыскивать, чтобы поквитаться. В этот раз он думал гораздо дольше, но всё же поклялся. После чего Юра освободил его и пригласил разделить с ними трапезу. Судя по всему, перспектива обедать в компании своего бывшего охранника и какого-то крестьянина его не устраивала, и он гордо отказался.

Правда, через некоторое время Егор над ним сжалился и отнёс сидящему в сторонке барону краюху хлеба и кусок жареной конины. Тот принял это всё вполне благосклонно и даже соизволил поблагодарить.

С двумя мужиками, возившимися на дороге, договорились быстро. Несколько монет, найденных у барона, обменяли на телегу с лошадью. Это оказалось отличной сделкой. Причём довольны остались все. Вдобавок им разрешили взять одежду и обувь убитых. Егор отдал найденный на трупе тощий кошелёк крестьянину Кнору, а Юра, увидев это, добавил от себя ещё несколько монет. Оружие, доспехи и кое-какие пожитки погрузили на телегу, туда же забрались барон и Скулурд. Егор с Юрой поехали верхом.

Дорога оказалась неожиданно долгой. Утром следующего дня Скулурда пришлось оставить в какой-то деревеньке, у него начался жар и его ощутимо лихорадило. Явно недовольный этой ситуацией, Юра снова расстался с парой монет. Здесь же пришлось оставить и лошадь Егора, которая к этому времени стала ощутимо хромать на раненую ногу.

Чтоб как-то скоротать время и пополнить свои знания об окружающем мире попытались расспросить барона. Толку от этого было немного. Ни о какой Всик, как, впрочем, и любой другой странной женщине, он и слыхом не слыхивал. Науками и магией (а, по его словам, она здесь была, хоть и встречалась нечасто) занимались члены какого-то Ордена, судя по окружавшему их ореолу таинственности, весьма серьёзные ребята. И, скорее всего, Всик, учитывая её страсть к различным научным изысканиям и изобретению всяких полезных штук, стоило искать среди них.

Ничего интересного он больше рассказать не смог. Упомянул разве, что местный лорд, сюзерен барона Чарса, собрал большое войско и сейчас воюет где-то на севере. Само собой, периодически требуя себе всё новых и новых воинов. Вот и барон приехал сюда исключительно для того, чтобы набрать новый отряд, который должен был в самом скором времени влиться стройные ряды и принять участие в осаде какой-то крепости.

Слушать барона было довольно интересно, но это никоим образом не помогло в поисках Всик.

К жилищу барона добрались поздно вечером. Егор, ожидавший увидеть высокую крепостную стену, глубокий ров вокруг и мрачные башни, был откровенно разочарован. Конечно, большой каменный дом в два этажа на фоне окружающих его лачуг и впрямь смотрелся монументальным сооружением, но лично он баронские замки представлял себе совершенно иначе. Огромное подворье, окружённое высоким забором из заострённых брёвен, встретило их запертыми воротами и собачим лаем. Очевидно, здесь рано ложились спать, и Юре пришлось очень долго колотить в ворота, прежде чем в окнах зажёгся какой-то тусклый свет.

Молодой парень в точно таких же доспехах, рассмотрев гостей в узкую щель, мигом распахнул калитку. Барон, буркнув что-то недовольное вместо приветствия, важно прошествовал внутрь. Они двинулись следом. Спальня с тайником располагалась на втором этаже. В мерцающем свете факела Егор с интересом оглядел скромную, поистине спартанскую обстановку небольшой комнаты: широкую кровать с балдахином и массивный сундук. Стены, завешанные какой-то серой невзрачной тканью, пара держателей для факелов да крохотное окно с тяжёлой шторой.

Барон Чарс снял с головы шлем с бармицей и небрежно бросил его на кровать. Потом легко и беззвучно откатил в сторону сундук, выглядевший сперва очень громоздким, и, присев на корточки, вынул пару коротких досок из пола. Из тёмного проёма достал два увесистых мешочка и положил на кровать. Быстро вставил доски обратно в пол, и также легко вернул сундук на место. Судя по всему, снизу имелись какие-то колёсики. Затем, откинув крышку, достал небольшую деревянную коробку. Вытрусив из неё на кровать пару десятков разнообразных монет, он отошёл в сторону и негромко сказал:

– Убирайтесь из моих владений. Я вас искать не буду, но если ещё раз увижу – повешу.

Юра вставил факел в держатель на стене, быстро сунул мешочки за пазуху и сгрёб монеты с кровати.

– Мы уедем прямо сейчас, – пообещал он барону. – Ты нас больше никогда не увидишь.

– Если продолжишь отбирать у крестьян последнее, то когда-нибудь они убьют тебя. Подумай об этом, – проронил Егор напоследок.

– Все виновные будут наказаны. Этот скот необходимо проучить. Семьи убитых ответят за их преступления, – мрачно пообещал барон.

– Ты обещал не преследовать и не мстить, – напомнил Егор. Он старался говорить спокойно, но почувствовал, как где-то глубоко внутри начинает закипать ярость. Егор понял, что всей душой ненавидит этого человека. Не только его, но и всех подобных ему.

– Это я вам обещал. А свидетелей своего позора я сварю в кипятке и скормлю свиньям!

– Вот как. Значит, ты типа самый умный. Так, я тебе вообще ничего не обещал, – мрачно сказал Егор и что было силы ударил барона в челюсть. Юра подхватил обмякшее тело и аккуратно опустил его на пол. Пощупал пульс:

– Живой.

Егор молча отодвинул его в сторону, опустился на колени рядом с головой барона, приподнял ее за волосы, взял в захват и одним движением свернул ему шею.

– Давай его на кровать переложим, – предложил Юра деловито, – типа спит. Нет, лучше на бок. Лицом к стене.

Он заботливо укрыл его, задёрнул балдахин и отодвинул сундук в сторону. Присел, повозился немного с досками и отложил их в сторону.

– Посвети.

Егор взял факел и склонился над ним.

– Вот же паскуда, – с чувством произнёс Юра и достал ещё четыре таких же плотно набитых мешочка и небольшую резную шкатулку. – Всё. Нет там больше ни хрена.

Он приладил доски обратно и вернул сундук на место. Потом откинул крышку и немного покопался внутри.

– Порожняк один, – Юра аккуратно, без малейшего шума, закрыл сундук, обвел взглядом комнату и мотнул головой в сторону выхода. – Пойдем, пожалуй.

Егор распахнул дверь, и маленький юркий зверёк выскользнул у него из-под ног и шустро сбежал вниз по лестнице.

– Тут этих белок, как у нас мышей. Я чуть на одну не наступил, – пожаловался он другу вполголоса.

– Двигай давай. Базаришь много, – ещё тише шепнул Клочков. – И не шуми – люди спят поди.

Они молча спустились по лестнице. На первом этаже горела пара свечей. Две женщины суетились, накрывая на стол. Увидев их, одновременно замерли.

– Ужин отменяется, – улыбнулся им Егор, – ложитесь спать.

– Барон Чарс сказал, что устал с дороги и будет отдыхать. До утра не будить, – прибавил Юра.

Женщины молча кивнули и принялись убирать со стола посуду. Друзья молча вышли из дома и неспешным шагом направились к калитке. Встречавшего их паренька нигде не было видно, хотя ночь была настолько тёмная, что он вполне мог сидеть где-нибудь неподалёку во дворе.

Телега оказалась на месте. Егор отбросил в сторону факел и взял в руки вожжи. Юра вскочил в седло и махнул рукой, указывая направление. Как ему удавалось ориентироваться в практически полном мраке, оставалось загадкой.

Они ехали всю ночь, а когда начало светать, Юра остановил коня, огляделся по сторонам, обернулся к Егору и, явно смущаясь, выдал:

– Никогда не думал, что скажу это, но, по-моему, мы заблудились.

– Да брось ты. Заблудиться можно в лесу, а тут чисто поле. Это мы немного сбились с маршрута.

– Да похер на твоё обозначалово, – неожиданно вспылил он, но тут же сменил тон, – я реально не пойму, где мы.

– Ну, дорога же какая-то есть. Значит, куда-то да выведет. Нам ведь по-большому все равно…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.