Валентин Вишняков
Барон котов 2

Пролог

В небольшом овальном кабинете сидели двое. В мягком обитом кожей кресле седобородый старик, одетый в фиолетового цвета мантию, пошитую скорей всего из бархата с шелковой изнанкой белого цвета. Старик – внимательно слушавший своего собеседника, время от времени отпивал из своего кубка вино, при этом причмокивав своими губами от удовольствия, что по видимому – сильно раздражало, и нервировало собеседника, сидевшего напротив за столом.

– Итак, дорогой Класиус я изложил вам все свои пожелания, а вы даже ни разу не переспросили меня, не уточнили не единого пункта в них! – с ноткой оскорбленного самолюбия воскликнул собеседник размахивая при этом руками.

Заметив, что старик сделав очередной глоток из серебряного кубка прикрыл глаза, возмущено воскликнул.

– Вы, что меня совсем не слушаете?

– Только и делаете, что попиваете вино, которое кстати вам – поставляют из моих подвалов.

Собеседник старика был человеком средних лет, слегка полноват, что отнюдь не портило его фигуру, одет он был тоже во все из бархата, но в отличие от старика на нем был синего цвета камзол с золотыми пуговицами, и короткие до колен брюки красного цвета. Ноги его скрывали бежевые шелковые чулки, а обут он был в туфли украшенные золотыми пряжками, туфли были с изогнутыми вверх носками, весь его наряд говорил о значительности и богатстве данного человека. Впрочем, об этом говорила не только одежда мужчины, но и массивная золотая цепь, висевшая у него на шеи и не только это. Почти на каждом пальце рук у гостя было кольцо или перстень с драгоценными камнями, которые так и бросали отблески в свете свечей, когда мужчина начинал жестикулировать руками при каждом своем слове.

Нет, гость старика был совсем не прост, как и его пожелание, которое ставила старика в тупик. Наконец заговорил и сам хозяин кабинета.

– Что вы, что вы ваша светлость я внимательно слушал все то, что вы говорили и во многом согласен с вами, но вы уж меня простите, мы маги не так всесильны, как думают многие люди.

– Да мы можем многое, что не могут другие, в прочем вы и сами об этом знаете, но есть такое, что не можем делать даже мы, то что лежит под запретом данной нам силы, – сказав это, старик, опять потянувшись к кубку, отпил из него вино и снова причмокнул губами, вновь продолжая отповедь.

– Мы не можем читать мысли людей, этого нам не дано свыше, и я считаю это во благо всего человечества, иначе бы миром правили бы мы маги, а не вы герцоги и короли.

– Да уж не хотел бы я, что бы кто нибуть знал все то что я думаю, – согласился со стариком гость.

– Никто не хочет, иначе бы люди рассорились бы вконец, да поубивали бы друг друга, – добавил старик.

– С этим не поспоришь, даже если бы способностью читать мысли обладали бы только маги, на вас бы объявили бы охоту, а вас и так не очень – то любят, – рассмеялся гость.

Потом став серьезным, задал вопрос.

– А что же мне тогда делать?

– А вот над этим мы сейчас, как раз и подумаем, – ответил маг – при этом отодвинув от себя опустевший кубок.

Думал он не долго, глаза его вдруг сверкнули азартным огоньком, очевидней всего ему в голову пришла гениальная идея. Старик торжествующе посмотрел на своего гостя и произнес.

– Нужен человек со стороны специалист своего дела, обладающий способностями и знаниями дающие ему возможность определять, виновен ли обвиненный в содеянном, или нет.

– Ну, таких специалистов и у меня хватает, – отмахнулся гость, и похвастался.

– У меня есть такие пыточных дел мастера, что при одном их виде – узники моих подвалов начинают признаваться, во всех своих преступлениях и грехах.

– Вот именно признаваться под пытками, – вновь торжественно объявил старик. – Кто не признается в том, чего не совершал, когда тебе загоняют иголки под ногти, или же попросту вырывают их щипцами один за другим, а уж о горском сапоге, я уже вообще молчу, – проговорил старик и потянулся к стоявшей на столе бутылке.

– Да когда начинают дробиться кости ступни при каждом обороте винта, признаешься во всем, что угодно, – согласился гость.

– Вот видите, я не спорю, пыточных дел мастера конечно нужны, но уже для полного уточнения совершенного преступления, – заключил старик, наполняя свой кубок вином.

– Да, в моих подвалах уже сидят казначей и два стражника, и уже сознались, что именно ими была очищена моя сокровищница, но почему – то они не как не признаются, куда спрятали то, что украли, – вздохнув, произнес гость и тоже взяв кубок с вином, одним глотком опорожнив его.

– Мой герцог, а может они и не виновны? – задал вопрос маг.

– Я тоже об этом думал дорогой Класиус, но все указывает на них, ключи от сокровищницы хранятся только у меня и казначея.

– Сам себя в краже, естественно я не могу обвинить, остается казначей, но у дверей в сокровищницу постоянно дежурят по двое стражников. – Когда обнаружилась пропажа золота и серебра из всех сундуков, а так же ларцов с драгоценными камнями, а замки на дверях все целы, подозрения сразу пали на казначея и двух солдат дежуривших в ту ночь. – Конечно – в сокровищнице были проверены все стены и пол на случай подкопа или же наличия потайного хода, но все впустую.

Герцог посмотрел на мага. – Под подозрении в краже мог попасть и ты Класиус но я знаю, что такое клятва на крови которую ты мне дал, когда я принимал тебя на службу.

– Спасибо и на этом, – с сарказмом произнес маг. – Все знают, что такое клятва на крови данная магом, при нарушении оной давший её маг погибает.

– Вот поэтому и остаются только стражники и казначей, к причастности к похищению казны другого мага исключает наличия тебя Класиус, – раздражено высказался герцог, вновь взмахнув руками.

– В этом вы правы, – согласился старик. – Наличие в герцогстве другого мага способного на такое, я бы почувствовал за милю, а всякие там знахари и ведуны, и прочие другие недоучки, не способны на такое. – Наложенные мной чары на ваш замок надежно оберегают его от всякого магического вторжения, – напомнил герцогу маг.

– К сожалению, они не оберегают от простой кражи, – обвиняющие заметил герцог. – А ведь мне скоро нужно платить своим солдатам, а так же наемникам за службу, а чем. – Конечно, можно собрать дополнительные налоги, но это вызовет недовольство у народа, а мне только этого не хватает. – Рано или поздно слухи о том, что я остался без денег просочатся из замка, а скорей всего они уже ходят среди горожан, а значит скоро – об этом узнают и мои соседи. – Знаете, чем это всё закончится? – спросил герцог у мага.

– Войной, – проговорил старик, сочувственно посмотрев на сюзерена.

– А чем же еще, король Сольверы давно точит зубы на мои земли, несмотря на то, что я женат на его племяннице, если он узнает о том, что мне нечем платить своему войску, его не что не остановит от захвата моего герцогства, – печально закончил гость уже чуть не плача.

– Пойдемте в мою библиотеку, – спокойным голосом произнес старик. – Там на полу еще моим предшественником нанесен призывной круг, в одной из магических книг доставшийся мне по случаю описан обряд призыва, вот и попробуем произвести его да помогут нам боги. Оба маг и гость встали из – за стола и направились к массивной двери ведущею в библиотеку.

Глава первая

Я стоял и любовался на мое отражение в зеркале, хорош красавец не чего сказать, новенький мундир сидел как влитой еще бы, он был пошит по заказу, а не получен через «ХЗУОС» в общем, не пошит в казенной мастерской в какой нибуть женской колонии, где труженицы пошива мотали свой срок.

Да портной постарался на славу, кстати, он пошил к знаменательному дню сразу два мундира, парадный и повседневный. Сейчас конечно я был одет в парадный, еще бы на мое представление приедет сам генерал. Конечно меня в отделе и так знали как облупленного, но все таки приезд генерала по такому случаю, это кое что значит.

Я еще раз взглянул на себя в зеркало, и мне показалось, что одна из двух звездочек на правом погоне немножко сдвинулась влево и её лучи были немножечко не симметричны. Я поднял руку, что бы слегка поправить звезду, но в этот миг моё изображение в зеркале вдруг подернулось рябью, меня и самого как бы скрутило, но как – то безболезненно и вдруг буквально засосало в трюмо, доставшееся мне еще от бабушки.

Меня с силой выбросило, в какое – то помещение, и я буквально влетел в стоящий передо мной шкаф. Тот покачнулся и с его полок посыпались книги – прямо на меня, причем будь это обыкновенные книги, то я бы отделался простым испугом и может быть парой синяков, но нет, это были так называемые фолианты. Почему я определил, что это были они, довольно просто, пару штук чувствительно ударили меня по голове, я даже выругался от боли, еще несколько из них ударили меня по ногам, и сбили на пол, после чего прямо по затылку пришелся последний удар, этого я уже не выдержал и потерял сознание.

Очнулся я от того, что кто – то путем похлопывания по щекам приводил меня в чувство. Слышались голоса, прорывающиеся в моем помутненном сознании.

– А он жив?

– Да вроде жив, да и жила на шеи в биении.

– Да получить по голове вашим манускриптом то еще дело Класиус, сколько в нем веса, наверное – не меньше десяти гер.

– Точно не знаю мой герцог, но я его при случае беру и возвращаю на место с помощью магии. – А что вы хотите, один переплет чего стоит из настоящей кожи дракона отделанный серебром так что веса в нем хватает.

– Что вы говорите, из кожи дракона! – Но ведь они уже давно вымерли!

– А этому фолианту как вы думаете, сколько лет, не меньше тысячи, еще мой прадед учился по нему магии, а сама книга досталась ему от самого Берка Седоусого.

– Что вы говорите, неужели ваш прадед был учеником самого могущественного мага прошлого?

Но маг не ответил на заданный вопрос, а произнес.

– Смотрите ваше светлость, он вроде очнулся.

Действительно я окончательно пришел в себя, открыл глаза и даже попробовал приподняться. В этом мне помог, какой – то странно одетый мужчина. Пошатываясь, держась правой рукой за набитую на голове шишку, я не без интереса разглядывал людей стоящих возле меня. Те в свою очередь разглядывали меня.

Да одеты оба, мужик и старик были довольно странно, так одевались, наверное сотни лет тому назад в глухом средневековье, ну может еще актеры или аниматоры. Это что значит – меня занесло в какую то студию, где ведутся съемки какой не будь « Королевы марго», а то и возможно очередная экранизация « Гамлета», по пьесе Шекспира.

– Судя по одежде, он не из простолюдинов, – наконец произнес тот мужчина, что был помоложе другого собеседника.

– Но если судить по тому, как он выглядит, то одежда на нем смотрится довольно странно и несуразно, – возразил старик носящий шикарную бороду.

– Согласен, – подтвердил тот, что выглядел помоложе.

Кто бы говорил, их костюмчики были в моде самое меньшее лет пятьсот назад, подумал я, взирая на этих чудиков.

– Все – таки зря мы обсуждаем, во что одет данный индивид, самое главное он человек, а не какой не будь монстр. Ведь он прибыл к нам из другого мира, и могло случиться всякое, забросило бы к нам, какого не будь ящера подобного великана людоеда и чтобы мы с ним делали, – сказал старик.

– Согласен с вами и все же судя по одежде мир у них довольно отсталый, одни только туфли чего стоят ни каких заостренных носков приподнятых к верху, а на штанах всего по одной тонкой цветной полоски, в общем – совсем не следят за модой.

– Так у них может и мода другая, в отличие от нас, возразил старик.

– Все ровно отсталые дикари, – стоял на своем тот что помоложе, вновь рассматривая меня с ног до головы.

– Возможно, вы и правы мой герцог, – согласился наконец старик не став больше спорить.

– А он нас хоть будет понимать, – забеспокоился тот, кого дед назвали герцогом.

– О, об этом не беспокойтесь ваше светлость, я знаю рецепт одного зелья, выпив его любой чужеземец начнет понимать наш язык, – успокоил того старик и почему – то улыбнувшись и в нетерпении потерев руки.

– Неужели Класиус, а почему я об этом не знал, нельзя ли сделать так, что бы я понимал лурианский, и еще бодийский языки?

Старик слегка замялся, услышав этот, то ли вопрос толи требование, но под взглядом герцога все же ответил.

– Дело в том мой герцог, что для этого нужны языки повешенного лурианца или бодийца, это основной ингредиент для зелья, всякие там травы больше добавляются для вкуса и тому подобное.

– От этого как раз и пошло выражение «подвешенный язык», вы наверно слышали о таких людях, которые могут заговорить, кого угодно и где угодно, – добавил старик.

– Нет Класиус такое средство мне не подходит, – ответил содрогнувшись при упоминании из чего состоит средство герцог. – Что же касается ингредиента для нашего гостя то пожалуйста, сегодня же подпишу указ о приговоре к смерти моего казначея.

– Завтра его прилюдно повесят на центральной площади, палач отрежет ему язык и отдаст вам.

– Думаю, язык Гудулина прекрасно подойдет для вашего зелья, ведь он был весьма болтлив, – предложил свою помощь в приготовление волшебного эликсира его светлость.

Услышав, какое зелье мне предложат выпить, поспешил вмешаться я.

– Не надо никого вешать и зелья никакого не надо, я вас и так прекрасно понимаю!

Оба с удивлением уставились на меня.

– Понимаете? – поспешил удостовериться старик.

– А на каком языке я по вашему с вами разговариваю, на суахили что ли, впрочем – его я тоже понимаю.

– Прекрасно! – воскликнул тот, кого называли герцогом.

– Значит, мы можем приступить к делу.

– Не можем, – отрезал я. – Не знаю, как я сюда попал и куда именно и для какого дела, меня это совершено не интересует.

– Меня интересует только одно, я хочу оказаться в своем городе, в своем доме в своё время, у меня сегодня презентация моего назначения на должность начальника районного отдела, а это довольно большая должность.

– Я же говорил, что он не простолюдин, – прошептал герцог магу. – Ты слышал он сказал – хочу оказаться в своем городе, значит он им владеет и он богатый землевладелец, и потому мы должны с ним разговаривать как с дворянином. – Неужели Класиус вы не могли призвать кого попроще, с кем можно было бы договориться.

– Вы же желали самого лучшего специалиста, вот и получите его, – прошептал в ответ маг.

– Можете не шептаться, – прервал я их беседу. – У меня прекрасный слух. – Так что насчет моего вопроса, когда вы меня отправите домой и в мое время?

– К глубокому сожалению никогда, – с деланной грустью ответил старик.

– То есть как никогда! – в замешательстве воскликнул я.

Старик снова как бы с сочувствием посмотрел на меня.

– Дело в том молодой человек, что призывать кого – то там, из другого мира мы маги то можем, а вот отправлять назад нет.

– Как нет! – Да какого черта вы меня сюда призвали, не спросив моего согласия, – рассердился я. – Да вы знаете кто я?

– Нет, вам это с рук не сойдет, – возмутился я.

– Ну, и что же вы нам сделаете? – вмешался в разговор герцог.

– У вас что: здесь есть войско, благодаря которому вы сможете напасть на меня, что бы отомстить за призыв? – А может у вас есть деньги, что бы нанять отряды наемников, или вы великий волшебник способный противостоять мне герцогу Ламбероскому и моему магу Класиусу?

Сказав это, герцог рассмеялся. Зря он это сделал, последнее меня окончательно вывело из себя, и я сделал то, что умел, перекувырнулся. В царящем полумраке никто, не герцог, не так называемый маг, не заметили, как совершено черный кот прошмыгнул у них между ног и укрылся за соседним шкафом.

– Какое то время оба ошарашено оглядывались вокруг, пытаясь понять куда я делся потом герцог видно пришел в себя, и смачно выругавшись спросил.

– Класиус, что происходит, куда он делся?

– Тише, – проговорил маг. – Никуда он не делся, он где то здесь рядом, я чувствую его магическую ауру, и скорей всего он стал невидимым, – высказал свою догадку старый волшебник, этот вывод даже как то успокоил его.

Герцог же наоборот еще больше обеспокоился.

– Так значит призванный вами специалист маг? – Почему вы сразу об этом не сказали, еще не хватало нам ко всему прочему заиметь его в качестве врага.

– Мы и так можем считаться его врагами, призвав сюда – мы лишили его всего, там он был влиятельным человеком, скорей всего богатым, как вы сами предположили, имел в домене целый город и тут раз и все потеряно раз и навсегда.

– Но он все – же маг, – возразил герцог.

– Успокойтесь, маг то он маг, только по сравненью со мной довольно слабенький, это я чувствую по магическим эманациям исходящим от него. – Скорей всего способность к магии наш гость открыл в себе недавно и потому еще многому не обучен.

– Необученный? – слегка успокоившись переспросил герцог и добавил. – Только мне от этого не легче, как его теперь заставить на себя работать.

Маг на это лишь вновь улыбнувшись, ответил.

– Предложите ему компенсацию взамен потерянного имущества.

Герцог при этих словах чуть не поперхнулся, прокашлялся и только после этого ответил магу.

– Класиус вы сума сошли в моем герцогстве всего пять крупных городов и пятнадцать небольших, да еще чуть больше ста деревень, мелкие поселения я не считаю. – Все крупные города и пять малых с их окрестностями мои феоды, остальные десять городков моих вассалов. – Я могу этому чужаку предложить разве, что деревушку с небольшим замком, да звания рыцаря.

– Ну не мелочитесь мой герцог, вам это не к лицу, – вновь улыбнулся маг. – Ради успеха в том деле, для которого мы призвали розыскных дел мастера можно кое – чем и пожертвовать, как говорится в старой пословице «скупой платит дважды», а вы ведь этого не хотите.

Герцог задумался на минуту, а потом видимо поразмыслив, пришел к какому – то решению и сказал.

– Ну, разве, что городок Брам и прилегающие к нему земли с тремя деревушками, можно отдать ему в лен. – Все равно его старый владетель не станет возражать, – при последних словах герцог даже рассмеялся.

– Еще бы он стал возражать, ведь по вашему повелению ему отрубили голову, – уже без улыбки добавил Класиус.

– А нечего было вести против меня интриги и объявлять свои земли вольным баронством, – перестав смеяться, жестко ответил герцог.

– Вы слышали сударь? – громким голосом провозгласил маг обращаясь видно ко мне. – Его светлость герцог Ламберский предлагает вам взамен потерянного вами имущества, земли с людьми и славный город Брам, а еще в придачу к этому титул барона.

– Но только после выполнения, кое – какого дела, – поспешил вставить герцог.

Я задумался, ну попал я благодаря этим прохвостам, неизвестно куда, скорей всего в параллельный мир, причем в глухое средневековье, и что мне – теперь в нем делать. Я вздохнул, придется соглашаться, на предложенные условия, но один момент смущал меня, для какого такого дела меня выдернули из моего мира.

Я вновь вздохнул и перекувыркнулся. С неделю назад, еще в том моем мире, мой знакомец домовой обучил меня правильному перевоплощению в кота и обратно. Я так ничего толком и не понял из его объяснений, но со второго раза получилось.

– Ну, вот и молодец, – сказал тогда домовой. – Теперь хоть не будешь сверкать голой задницей, потрясая своим удом и распугивать встречных барышень, при превращении из кота обратно в человека.

Мои размышления прервал старый маг.

– Перевертыш, так я и думал! – Нус молодой человек, а в кого ты еще можешь обратиться кроме кота, – спросил старикашка с интересом разглядывая меня.

При этом задав вопрос, местный волшебник внезапно вдруг оказался позади меня, причем я прекрасно знал, что мгновение тому назад он стоял за шкафом, рядом со своим герцогом.

Я не стал, врать, что вот если бы рядом было море, то мог обернуться хоть в кита, вот мол какой я могущественный волшебник трепещите смертные. А зачем обманывать, вдруг этот пронырливый старикашка, может не только перемещаться, но и читать мои мысли, так, что лучше не врать, просто немножечко не договаривать.

– Не знаю не пробовал, – пожав плечами ответил я. – Сами же только что говорили, что магом я стал недавно и потому многому не обучен.

– А возможно, ты просто обычный перевертыш и потому больше не чего не умеешь делать, – возразил маг.

Перевертыш, иначе оборотень, кто его знает, как к ним тут относятся. В нашем мире в старину их отлавливали, рубили головы и сжигали на кострах, а тут возможно поступают также, поэтому надо быть на стороже. Вон как этот старик Класиус поглядывает на меня, ожидая ответа. Поэтому я поспешил возразить.

– Да не мог я раньше обращаться в кота, пока мне одну штуковину не подсунули в виде амулета, благодаря ему я и научился превращаться в кота, а еще понимать и разговаривать на разных языках.

О том, что могу понимать язык животных я решил умолчать, надо же мне иметь хоть какой небуть козырь в кармане.

– Артефакт древних магов! – возбуждено воскликнул волшебник, при этом глаза его засветились толи алчностью, толи предвкушением возможностью завладеть чем – то невероятным.

– К сожалению, у меня его нет, – спустил я старичка с небес на землю. – Его у меня забрал хозяин амулета, вот он действительно много чего умел, так, что большему я не успел научиться.

Услышав это, старик сразу как то сник и даже с осуждением глянул на меня, что окончательно убедило меня в том, будь амулет у меня при себе, этот хитрый старикашка, постарался бы завладеть тем не останавливаясь не перед чем.

В наш разговор вмешался герцог.

– Может мы все – таки перейдем к делу господа, а то понимаете время деньги, а его как раз у меня и не хватает.

– Согласен, – маг пришел в себя, после потрясения, что желанный артефакт ускользнул из его рук.

– Молодой человек, вы можете найти украденное, например золото, или серебро? – напрямую спросил он.

Так вот для чего меня перетащили в этот мир, и теперь стало понятно, что за специалист им тут понадобился, потому подбирая слова я ответил.

– Постараться могу, этому меня учили, да и опыта успел поднабраться, за время службы, но разве ваш волшебник, благодаря своим способностям, не в силах найти то, что украли?

Маг, с какой то грустью посмотрел на меня и ответил

– К большому сожалению не могу, все что касается золота и серебра, а также других драгоценностей у нас магов под запретом, при любой попытке создать оные, или завладеть таковыми с помощью волшебства мы теряем навсегда свои способности. – И это правильно, иначе бы золото бы обесценилось, или бы завладевая чужим имуществом, нам не пришлось бы работать на людей, мы бы стали самыми богатыми людьми в мире, что тоже не привело бы не к чему хорошему, – поведав об этом старик, для чего – то взмахнул рукой и продолжил говорить. – Мы можем только зарабатывать своим искусством, тем и живем, – добавил он, сделав руками еще какие – то пасы.

Для чего маг сделал взмах руками, я понял, когда увидел, как тяжеленные фолианты, лежащие на полу, вдруг взвились в воздух – словно пушинки и возвратились на полки, с которых упали на мою бедную голову. Кстати, голова уже у меня не болела, да и набитая шишка исчезла, будто её и не было. Быстрая регенерация при превращении в кота и обратно в человека излечивала меня при получении почти любых ран, это еще один плюс к полученным способностям. Об этом этим аборигенам тоже пока лучше не знать.

– Подозреваемые в краже есть? – решил уточнить я.

– Есть трое, казначей и стражники – дежурившие в ту ночь у дверей в сокровищницу, – сообщил герцог и добавил. – Под пытками они признались в содеянном, правда не сразу, что именно они причастны к краже, но к сожалению куда спрятали деньги и другие сокровища они не сознаются.

Я посмотрел на мага, но спросить не успел. Тот сам поспешил ответить на еще не заданные вопросы. Из его ответов я выяснил, оказывается, читать мысли людей маги все же не могут, это еще одно табу наложенные на них высшими силами, что наверное опять правильно, кому охота, что бы о тебе знали все и вся.

Я задумался, раз я попал в этот мир и не могу вернуться назад в свой значит, мне необходимо на что то жить, при чем именно жить, а не существовать. Мир этот скорей всего сословный, судя по одежде средневековье, и быть в этом мире простым обывателем ох как нелегко. Отсюда делается вывод, нужно стребовать с этих двоих компенсацию за моральный и имущественный ущерб, что скорей всего может произойти только в том случае, если я выполню ту работу, для которой я им понадобился.

– Что же я согласен, но при определенных условиях, – ответил я, при этом заметив, как маг облегчено вздохнул.

Вероятно, если у меня получиться найти украденное, то маг за мой призыв тоже кое – что получит. У нас начался торг. Вовремя которого аборигены постарались выяснить кто я такой, и что представлял в своем мире. Что меня зовут Котовым Николаем, я скрывать не стал, а вот как им объяснить кто такой начальник районного отдела. Аналогом этого в их мире мог быть капитан городской стражи. Да должность в мерках городского управления не маленькая, но всего то. Ведь эту должность мог занимать и не дворянин, а герцог почему то решил, что я владел целым городом. Вероятно к такой мысли его подтолкнули мои слова которые я сказал образно, «мой город». В общем – пускай так и думает. Свою должность я объяснил, что мол, мой тамошний сюзерен, назначил меня командовать всеми стражниками целого района, а это очень большая территория с огромным населением. Под моим командованием была кавалерия – автомобильные патрули, пешие наряды, опорные пункты, криминалисты – это нечто вроде магов, но ведь правда магичат же они в своих лабораториях. В общем вроде бы убедил герцога, что там у себя я был довольно большой «шишкой» имел в своем подчинении множество народа, что там капитаны, даже майоры были среди них. И так за беседой мы покинув библиотеку, прошли в небольшой кабинет, и уселись за стол переговоров. Ну как уселись, кресел то было два, которые поспешили занять герцог с магом. Стоять, заключая сделку заранее обречь её не в свою пользу, это истина во всех мирах.

Потому я огляделся и сделал вид, что заинтересовался гобеленами украшавшие стены, те действительно могли заинтересовать любого любителя живописи. На гобеленах было несколько сюжетов: рыцарь – сражающийся с драконом который очевидно похитил прекрасную даму, скорей всего принцессу, два войска сошедшиеся в кровавой битве у стен небольшого городка, пастушка и пастушок соблазняющий молоденькую дурочку игрой на свирели, а неподалеку пасущиеся овечки и естественно волк наблюдающий за ними из кустов. Больше всего я заинтересовался битвой разгоревшийся у города, рассматривая картину драматической схватки двух конных отрядов сбившихся в самом центре сражения между собой, колонны пехоты спешащие им на помощь, лучники осыпающие тех стрелами, два человека в мантиях бросающие в друг друга огненные шары. Вся картина была завораживающей.

– Молодой человек вы слушаете нас? – окликнул меня маг.

Естественно я сделал вид, что не услышал и продолжил рассматривать понравившийся мне сюжет. Что то мне в нем напоминало, какую то битву, изображенную на старинной гравюре в моем мире – увиденную мной в музеи, только вот кого то в данной картине на гобелене не хватало.

– Вы слушаете нас? – на этот раз вопрос мне задал герцог, причем в голосе его слышались недовольные нотки.

– Скажите, а почему я не вижу арбалетчиков на этой картине? – Они что не участвуют в битвах? – спросил я.

– Какие еще арбалетчики? – раздраженно переспросил герцог. – И вообще кто они такие? – Впрочем, не об этом речь.

– И так вы согласны помочь нам найти похищенное из моей сокровищници?

– У вас, что нет арбалетов? – перебил я герцога. – Странно в нашем мире их использовали во всю и в битвах и на охоте.

– Сейчас нас волнуют мои деньги, а не какие – то там арбалеты. – И вообще, что это такое?

– Ну, это немножко родственное луку, штуковина такая, стреляет стрелами называемые болтами, довольно страшное оружие, а все потому, что научиться метко стрелять из них может любой человек, метко и быстро не то, что из лука. – Я имею в виду быстро научиться, а не быстро стрелять. – Я слышал, что стрельбе из лука нужно учиться очень долго и лучников обучают, чуть ли не с самого детства.

– Какие луки, какие стрелы! – герцог вскочил со своего кресла. – Мы должны договориться, о поисках моей казны, – вскричал его светлость багровея от злости.

– А вы знаете, что арбалетная стрела отличается от той, что пускают из лука? – продолжал я, как ни в чём не бывало, не обращая на рассерженного герцога. – Арбалетный болт короче но тяжелея чем…

– Хватит! – оборвал меня маг и взял со стола серебряный колокольчик, на звон которого из дверей появился слуга.

Тот вошел, молча ступая по узорчатому паркету, поклонился хозяину кабинета, еще более низкий поклон отдал сидящему напротив хозяина герцогу и лишь потом обратил свой взгляд на меня. В этом взгляде не было не удивления, не тревоги, от куда мол взялся этот господин. Это был всего лишь взгляд профессионального слуги. Буквального за мгновенье он оценил меня, мой мундир, покрой и весь мой вид, который по всей вероятности он видел впервые, но придя к какому то выводу, все же не медля ни секунды отвесил мне такой же поклон, как и своему господину.

– Шимон, – обратился маг к вошедшему слуге. – Принеси стул, для этого господина, – маг указал на меня. – Да еще принеси одну бутылку вина и еще один кубок.

Слуга так же молча кивнул и удалился.

– Нет, вы видели, как отреагировал ваш слуга на появлении постороннего лица в вашем кабинете! – воскликнул герцог обращаясь к магу.

Потом будто до этого, не разглядывал меня, еще раз внимательно оглядел меня, и судя по всему окончательно пришел к определенному выводу. Мундир на мне был парадный, сшитый на заказ в ателье из дорогого сукна с большим содержанием шерсти, еще тогда когда мне присвоили звание майора за одно раскрытое дело. Тогда мне выплатили довольно внушительную премию, вот и позволил себе такую, совсем не обязательную блажь. Но судя по всему, герцога привлек внимание не столько сам мундир, сколько погоны на нем. Золоченые с двумя широкими просветами на них, и две золоченые звездочки друг напротив друга. Естественно, его светлость не знал, что в погонах, как и звездах на них, не было ни капельки золота. Но смотрелись они эффектно, вдобавок, пуговицы на мундире, тоже сверкали позолотой, как и зажим с изящным двуглавым орлом на галстуке тот тоже выглядел великолепно. Потом взгляд герцога перенесся на петлицы, и его лицо озарилось понимающей улыбкой.

– Это вероятно герб вашего рода? – сказал герцог, ткнув пальцем правой руки в одну из петлиц моего мундира, на которой красовался щит с двумя перекрещенными мечами.

– В некотором смысле да, – не стал я возражать на домыслы его сиятельства.

С таким же успехом он мог указать и на двуглавого орла красующегося у меня на зажиме, но вероятно его смутили шевроны украшавшие рукава кителя на которых вместе с флагом России красовались такие же орлы. Вероятно, он их принял за штандарт и герб правителя которому я служил в своем мире.

Мои размышления прервал слуга принесший мне стул, который незамедлительно поставил рядом с герцогским креслом.

Я не стал ожидать приглашения и тут же уселся на него. Сидение и спинка были мягкими и удобными, и лишь не в многом уступали креслам хозяина кабинета.

– Ну, как дорогой друг, – обратился ко мне уже более мягким и просящим голосом герцог. – Вы поможете мне в моем деле, а я в награду дам вам титул барона, а так же город Брам с прилегающими к нему землями вместе с деревнями на них.

Прежде чем дать согласие, я задумался, городок и деревни иметь в своем владении это конечно хорошо, но все же – может быть стоит поторговаться. Тут эти двоя, приняли меня за богача из другого мира, владетельного сеньора, а не простого полицейского, чиновника средней руки, пускай так и думают.

– Десять, – сказал я, смотря как вновь появившийся в кабинете слуга, откупорив пузатую бутылку, разливает её содержимое по бокалам.

– Что десять? – не понял сказанного мною герцог.

– Десять процентов от вашей пропавшей казны, – ответил я.

Услышав это герцог чуть не поперхнулся, расплескав при этом чуть не половину содержимого из своего кубка при чем на свой великолепный камзол.

– Но это невозможно! – Вы представляете, сколько это будет денег, – возмутился его светлость.

– Не представляю, – тут же ответил я и добавил. – Я до сих пор не знаю, сколько и чего у вас было похищено.

Когда я узнал количество похищенного золота и серебра то чуть не присвистнул, действительно десять процентов это будет довольно большая сумма, но я еще не знал цены на их рынке, вдруг здесь буханка хлеба стоит один золотой. Оказалось нет, не стоит, для покупки такой мелочи в герцогстве ходили медные деньги, естественно у герцога они имелись, но хранились в простом хранилище на монетном дворе, на них как раз никто и не покусился. Наш торг продолжился и в конце концов, мы сошлись на пяти процентах, еще два выторговал себе местный маг, как посредник. Пока мы шли к месту преступления меня вводили в курс дела. Сутки тому назад сам герцог, казначей, два его помощника и капитан замковой стражи спустились в подвал, в котором располагалась герцогская казна. Ничто не предвещало беды, двое стражников стояли как всегда у массивных дверей в сокровищницу. Казначей, сняв с пояса кольцо с ключами отпер по очереди три замка и оба его помощника не без усилия открыли железную дверь. Герцог шагнул первым в помещение, которое постоянно было освещено магическими кристаллами равномерно расположенным по стенам и замер как вкопанный и было от чего, все стоящие в ряд сундуки были раскрыты. Герцог, еще не веря своим глазам, кинулся к сундукам, но надежды, что казначей попросту из – за лени не прикрыл крышки сундуков, не оправдались. Все сундуки были девственно пусты, лишь в одном из них завалялась потертая серебряная монета. Сразу поднята была тревога, закрыты ворота замка, стражники рыскали по всем помещениям и закоулкам в поисках пропажи, но все было тщетно. Казначея и двух стражников дежуривших ночью возле дверей в сокровищницу по приказу герцога взяли под арест и почти сразу отправили в пыточную. Заплечных дел мастера знали свое дело и вскоре трое задержанных признались в сговоре между собой и что именно они обчистили казну, вот только куда делось золото и серебро почему то сказать не могли, даже после того, как им стали вырывать ногти и прижигать бока раскаленными прутьями.

Все это выслушивая, я обходил помещение, осматривая каждый сундук. Сундуки были почти одинаковые по размеру массивные, сделанные из маренного дуба и обитые медными листами.

– Обстучали каждую стену и пол, каждый стык между камнями обследовали и не чего, не какого подкопа, не потайного хода не было найдено, – продолжал мне жаловаться герцог.

– Так что остается только одно все деньги вынесли через двери, а значит, не обошлось без участия стражи и казначея, ведь замки не были взломаны, но задержанные не признаются куда золото и серебро дели.

– Значит, только через двери могли вынести говорите ваша светлость.

– Ни каким другим способом не могли, – подтвердил мой вопрос герцог.

Я нагнулся над одним из сундуков и приложил большой палец к окованной медью крышки, потом наклонив голову, дунул на то место. Четкий отпечаток моего большого пальца выделился на медной полосе. Я пригляделся и вздохнул с облегчением, кроме моего отпечатка выделялись еще несколько, причем некоторые из них особенно четко, поскольку оставил их человек, чьи руки были в чем – то жирном.

Я обернулся, и посмотрев на стоявшего в сторонке мага спросил у него.

– Любезный, как вас там, ах да Класиус. – У вас не найдется угольного порошка, кисточки и листки бумаги?

Маг с удивлением посмотрел на меня, потом вопрошающе на герцога, после чего все же кивнул головой и не спеша пошагал из сокровищницы.

– Что – то нашли? – с надеждой спросил у меня герцог, внимательно наблюдавший за моими действиями.

– Кое – что нашел, – ответил я и прошелся вдоль стен, выложенных из обтесанных камней, потом бросил взгляд на раскрытые двери, и посмотрел вверх на потолок.

– Скажите ваша светлость, а что расположено над вашей сокровищницей? – спросил я разглядывая деревянные перекрытия.

Герцог, тоже поднял голову вверх и тут же смачно выругался. Вероятно, ему пришла в голову та же мысль, что и мне.

Потолок подвала был сделан из массивных балок и деревянных досок. Нет, герцог не знал, что за помещение было над нами, но это можно было сделать без всяких проблем, просто уточнить у слуг.

На снятия отпечатков пальцев я потратил примерно около часа. Мне помогал все такой же молчаливый слуга мага Шимон, таскавший за мною листки бумаги и мешочек с угольным порошком. Закончив с отпечатками я уже собирался покинуть подвал, как над головой у меня послышался шум, посыпалась пыль и раздались голоса.

Я посмотрел вверх и увидел, что в потолке появилась дыра и в ней показалась голова, глаза которой уставились на меня, как и мой взгляд на неё.

– Все как я и думал, – сказал я сам себе и посмотрел на Шимона.

– Пошли дружища, нам здесь больше делать нечего, – обратился я к слуге и зашагал к выходу, вот дел как раз у меня было полно, снимать отпечатки пальцев у всего населения замка, та еще морока.

Провозился я до самого вечера, и нечего удивительного, снять отпечатки пальцев примитивными приспособлениями у более сотни человек с небольшим перерывом на обед, бррр.

Работать пришлось и ночью, хорошо еще, что маг предоставил в моё распоряжение свой кабинет и своё удобное кресло. В полусонном состоянии я сидел вглядываясь в листки бумаги с отпечатками пальцев слуг, стражников, придворных в общем всех тех, кто находился в ту злополучную ночь в замке. Хорошо еще то, что большая часть обслуживающего персонала замка были приходящими, и на ночь отправлялись к себе домой, иначе бы пришлось бы брать отпечатки еще и у них. На данный момент после обнаружения пропажи казны из замка никого не выпускали, как и не впускали. Делалось это по двум причинам, не допускали выноса, вывоза даже малейшей части казны, а также распространение слухов о пропажи денег. То, что казна еще в замке была большая надежда. В день перед кражей её пополнили деньгами от сбора налогов, а на следующий день должна была быть выплата стражникам замка, поэтому так скоро и обнаружили пропажу. Ночью ворота замка были закрыты, а с утра только подошли несколько слуг и прискакал гонец от одного из вассалов, при этом никто не выходил за пределы ворот, так что золото и серебро должно было быть, где то спрятано и именно в замке. Ведь что бы вывести такую кучу денег понадобился бы не один воз.

Почему я остался работать и ночью, да все из – за герцогского нытья, уж очень нужны ему эти деньги. Предстояла выплата денег постоянному войску, что и так задержалась, но самое главное, если о пропаже денег узнает король Сольверы, то незамедлительно начнет войну, а у него войско было побольше чем у герцога, да и наемников тот может привлечь к этому делу. Герцог же Ломберский не сможет нанять дополнительное войско, не на что, уже не говоря о том, что войску нужно продовольствие и фураж, а на это тоже нужны деньги.

Побывал я и в том помещении, что было над казною, заброшенный угол замка, в котором хранилась старая мебель и прочая утварь, что пришла в негодность. Злоумышленники, отодрали пару досок от пола и через образовавшеюся в нем дыру, вытащили все золото и серебро потратив на это дело всю ночь, было ясно, что их было несколько человек и вот кто это, мне и предстояло выяснить. После половины просмотренных листков с отпечатками пальцев, когда уже от этих завитков папиллярных линий рассматриваемых через лупу одолженную все у того же Класиуса начало рябить в глазах мне наконец то улыбнулась удача. Вот они пальчики, которые не совпадали не с отпечатками казначея не с его двумя помощниками, а уж тем более с отпечатками самого герцога. Да, да в первую очередь мне пришлось снять отпечатки у самого хозяина замка, которые естественно тот оставил почти на каждом сундуке, ища в них свои пропавшие сокровища. Не снял я разве что отпечатки пальцев у жены герцога и её фрейлин. Те по заверению герцога, редко покидали дворец стоявшим во дворе замка, а по ночам вообще не покидали его. Меня наконец то привлеки отпечатки схожие с теми, что сразу привлекли мое внимание в сокровищнице. На листке с отпечатками пальцев с надписями на русском языке значились имя и должность их владельца, Бари мясник. Что делать мяснику в герцогском хранилище денег, а тем более оставлять свои отпечатки на каждом из сундуков, естественно нечего. Я разбудил десятника из герцогской стражи оставленного мне в помощь и тихо посапывающего в кресле напротив, и приказал задержать этого Бари причем постараться это сделать без всякого шума и суеты. Парень оказался сообразительным и поэтому бес всяких вопросов и уточнений покинул кабинет. Я же продолжал досматривать остальные листки с отпечатками пальцев, причем один из них чуть было не отложил в кипу где значились люди оставившие свои пальчики на сундуках по служебным надобностям. Спохватившись, я еще раз прочитал надпись на отложенном было листке. «Шмыга золотарь». Золотарь это, что значит человек связанный с золотом, может он нечто вроде ювелира, изделия из золота и серебра кстати тоже хранились в одном из сундуков и тоже были похищены. Я задумался, тогда почему этот золотарь не значился в списке лиц допускающихся в сокровищницу, может о нем просто забыли. Я постарался вспомнить лицо этого золотаря, но задень через мои руки прошло больше сотни людей и лишь несколько лиц запомнились мне благодаря их особенностям, да хоть тот же Бари мясник, такого забудешь. Мясник был здоровенным детиной – лет тридцати с совершено круглой лысой головой и огромными ручищами. Это его жирные пальчики отметились почти на каждом сундуке. Что же делал этот Шмыга в сокровищнице у герцога, занимался своими профессиональными делами, или помогал Бари обчищать казну. Тут я подумал о помощниках казначея, почему я должен снимать с них подозрения, если и золотарь подпадает под них. Одного из помощников я все – же решил взять на карандаш, ну не понравился мне этот мужик с блеклыми бегающими туда – сюда глазками, сразу видно, что человек чем – то обеспокоен. Да и профессиональное чутьё подсказывало, что в чем – то нехорошем, этот помощник замешен.

Тут постучались и получив мой ответ на стук.

– Войдите.

Дверь в кабинет наконец открылась и в неё вошел десятник, посланный задержать Бари мясника. По растрепанному виду десятника, стало понятно, что по тихому Бари мясника задержать не удалось. Достаточно было взглянуть на лицо стражника, под правым глазом у которого образовался внушительный синяк. Рассматривая этого красавца.

Я все – же решил уточнить у десятника, что же произошло при задержании, может мясник умудрился сбежать, или того вообще прибили во время возникшей драки. В конце концов я просто спросил.

– Задержали?

Стражник кивнул, тем самым давая положительный ответ, при этом непроизвольно пощупывая рукой расплывающийся уже на пол лица синяк.

– Кто нибуть видел, как вы его брали?

Десятник отрицательно помотал головой.

– Никто не видел господин…, – стражник при ответе замялся, и было ясно почему, он просто не знал, как ко мне обращаться поскольку так и не понял кто я такой и откуда взялся.

Десятнику просто приказали, выполнять все мои распоряжения и все. Сейчас же он начал рассказ, о том, как прошло задержание.

– Мясник, как обычно спал в своей каморке у скотобойни, а там такой запах стоит, что непривычному человеку не по себе становится. – В общем взяли мы его, и в отдельную камеру определили, путы конечно решили не снимать, уж больно силен разбойник, я двоих своих ребят оставил за ним приглядывать, как вы велели, – добавил стражник и замер в ожидании следующих указаний.

Я еще раз взглянул на его разукрашенное лицо, про себя хмыкнул, хотел было отпустить, что бы тот привел себя в порядок, ну там приложил, что нибуть холодное к глазу, или мазью намазал, а то к утру глаз совсем заплывет, но все же подумав решил спросить.

– А что ты можешь сказать о золотаре?

– Лицо стражника при упоминании этого человека исказило гримасой отвращения, но тут – же вновь приняло, страдальческий вид, от боли.

– Золотарь он и есть золотарь, что еще можно о нем сказать, разве, что кличут его Шмыга.

Исчерпывающая информация, подумал я, но все – же задал еще один вопрос.

– А с Бари мясником, его вместе не видел?

– С Бари то, – десятник усмехнулся. – Вот с ним Шмыга как раз только и водится, другие то людишки его сторонятся, уж больно запах от золотаря духовистый, а мяснику то что, от него тоже не фиалками пахнет, тем более после каждого забоя скотины Шмыге прибираться приходится.

Прибираться? – удивился я.

– Ну да вам господам, кажется, что там бычок или барашек из одного мяса, да костей состоит, а в них и кишок с дерьмом хватает.

– Дерьмом?

Тут только до меня дошло, кто такой золотарь, ведь читал в какой то книге, да и то в ней мельком упоминалась эта профессия, я еще тогда так и не понял, почему людей вывозящих из выгребных ям дерьмо золотарями называют.

– Вот, что любезный задержите еще и Шмыгу этого и в пустую камеру его определите, что бы значит сговору между задержанными никакого не было.

Десятник кивнул головой, но потом сняв с головы шлем, задумчиво почесал затылок и сообщил.

– А ведь камер то больше свободных в замке нет, их у нас всего четыре. – В одной казначей сидит, в другой наши ребята из стражи, в третью Бари поместили, все вроде, – ответил десятник водружая шлем обратно на голову.

– Ты что считать не умеешь? – возмутился я. – Четвертая то значит пустая.

– Никак нет, не пустая господин! – стражник при ответе замялся, но все – же продолжил.

– Только о том человеке, что в той камере сидит говорить не кому нельзя, запрещено, – при этих словах стражник умоляюще посмотрел на меня.

– Запрещено, так запрещено, – согласился я, вспомнив поговорку «Меньше знаешь, крепче спишь».

– Вот, что как тебя там зовут?

Гутом, господин, – подсказал стражник.

– Вот, что Гут переведите тех двоих стражников в камеру казначея, а в их засуньте этого Шмыгу, да за ним тоже пригляд нужен.

– Слушаюсь! – воскликнул десятник и тут же скрылся в дверях.

Я посмотрел на не просмотренную мною кипу листов с отпечатками и вздохнул с облегчением, изучать их дальше не имело смысла, поскольку других отпечатков, кроме выявленных мною при просмотре на сундуках не было.

Оставался только одно, один вопрос будить ли герцога, ведь тот вроде просил сообщать ему о том, что как только будет, что известно о его пропавших деньгах немедленно сообщать ему.

Я зевнул, и хотел было уже послать все ко всем чертям до утра, а самому расположившись в мягком кресле и хоть немножко поспать, но что – то остановило меня. Навязчивая мысль, а что если за остаток ночи что – то случится, ведь не вдвоем золотарь и мясник похищали столько денег из казны. Тут как пить дать, еще несколько человек замешаны в этом деле. Подумав об этом я все же уселся поудобней в кресле мага и задремал, в ожидании появления десятника, ведь тот должен доложить мне о задержании Шмыги. Но тут дверь в кабинет открылась, но вместо ожидаемого десятника в ней появился сам хозяин кабинета, а вслед за ним и его слуга Шимон держа в руках серебряный поднос на котором стояла бутылка с вином, пара кубков и какое то блюдо очевидно с закускою. По лицу мага я понял, что тот так и не смог заснуть терзаемый любопытством, как же я буду искать казнокрадов и для чего мне понадобилось измазывать руки всех жителей замка в чернилах и прикладывать их потом к листкам бумаги, тем самым портя её, а ведь она денег стоит. Тогда я сказал, что мол надо и все и герцог меня поддержал, сам первый позволив запачкать ему ладони.

– Ну как ваши успехи в этой непонятной ворожбе? – задал мне естественный вопрос маг, усаживаясь в кресле напротив.

Я не стал скрывать от Класиуса о моем успехе в расследование дела и рассказал о том, что двое преступников уже выявлено и скорей всего уже сидят в тюрьме герцога.

– Так, так, – возбудился при этом известии маг.

– Нужно немедленно их допросить! – воскликнул он, размахивая руками, чуть не опрокинув при этом свой кубок в который молчаливый Шимон наливал в это время вино.

Ловкий слуга не дал произойти этому, подхватив кубок свободной рукой.

– Да, да давайте сперва выпьем, а потом отправимся в пыточную! – воскликнул старик, выхватив кубок из руки Шимона.

– Мы выпили и в сопровождении подошедшего десятника Гута отправились в тюремный подвал.

Я конечно спросил у мага нужно ли будить герцога, но тот лишь махнул рукой, мол не надо, его сиятельство и так за последние сутки устал, изнервничался, так, что бедолаге пришлось дать сонных капель, что бы тот выспался наконец.

Я понял, что действовать придется самим, еще я понял, что пронырливый старик хочет примазаться к моим успехам, вот мол благодаря его помощи было раскрыто дело. Я не стал возражать тем более, что Класиус не последнее лицо в герцогстве и мне надо с ним если не подружиться, то по крайней мере стать приятелями.

Пыточная, она же допросная встретила нас полумраком, с тускло светящимися магическими фонарями. Я ожидал увидеть, что то зловещее, ну там свисающие цепи с крюками, столы на которых растягивают несчастных узников, выворачивая их конечности из суставов и прочее, прочее, все то что видел в фильмах, про средневековье. Но нет, в помещении царила идеальная чистота, орудия пыток, если были таковые, лежали на столе прикрытые, нечто типа рогожи. А вот запах, да именно он, заставлял морщить нос и не делать глубоких вдохов. Да запах крови, мочи и человеческих испражнений не мог просто выветрится из подвала, хотя в нем и были вытяжки. Но с неприятными запахами, маг справился одним движением руки. Воздух сразу посвежел, запахло полевыми цветами, в общем если бы мы были не в пыточной, то бы можно было бы закрыв глаза представить, что мы находимся на цветочной лужайке, и вокруг порхают бабочки перелетая с цветка на цветок. Но нет, все таки мы были в пыточной. Я, наконец то разглядел то, что было основным предметом в этом зловещем месте. Стул стоял посредине пыточной и он был необычным. Сделан он был из кованого железа и имел все сиденье, спинку, подлокотники, но все это было со своими необычными причиндалами. Спинка была прямой и заканчивалась формой в виде головы, с которой свисали кожаные ремни, на подлокотниках, были металлические захваты для рук, а в сиденье, был вырез под задницу, как у стульчака. Под стулом стояло ведро, я поморщился, поняв, для чего оно там нужно, ну правильно, куда – то должна была литься моча и падать прочие испражнения при так называемых допросах, но не на пол же. Находиться в пыточной мне почему то перехотелось, но придется, ведь надо же кому то задавать нужные вопросы.

Я посмотрел на мага, старик и тут нашел кресло для своего седалища, он с безразличным видом развалился в нем ожидая начала действия. Нашлось что то в виде табуретки и для меня, и лишь только Гут молча стоял в ожидание приказов.

Первыми появились так называемые дознаватели, а именно палач со своими подмастерьями. Первый, откинув рогожу стал рассматривать свои инструменты, что – то шепча про себя и время от времени беря в руки какие то щипчики, ножички и проверял их работоспособность. Двое же его помощников торопливо растапливали нечто вроде камина, положив в него дрова.

Потом появился заспанный парнишка по виду писарь, с кипой бумаг и с нечто в виде чернильницей висевшей на поясе, усевшись за один из столов и не обращая внимания на нас он снял с пояса чернильницу, достал из сумки кучу гусиных перьев, после чего положив голову на столешницу, тут же заснул, видно прошлую ночь ему тоже было не до сна.

– Ну, с кого начнем? – вопрос задал маг обратившись именно ко мне.

А ведь именно с кого с мясника, или с золотаря. Вот же попал я в эти древние века, теперь от меня зависит, кого из людей первого будут пытать, а что поделаешь иначе тут нельзя. Вряд ли мясник или золотарь поддавшись уговорам, признаются в содеянном и укажут куда спрятали золото, ведь за такое преступление их ждет плаха, или петля, а вот пытки другое дело, не каждый человек выдержит их. Ведь признались казначей вместе с стражниками в том чего не совершали.

– Давайте золотаря, – наконец сказал я десятнику Гуту, и тот кивнув, вышел из пыточной.

У меня оставалась надежда, что Шмыга очутившись здесь и поняв, что его ожидает, тут же расколется и расскажет обо всем.

И не нужно будет кого то пытать, тешил я себя надеждой, стараясь не думать о том, что золотарь решит молчать. Тут в пыточную вошел десятник, а за ним два стражника, которые волокли тощего мужичка и не потому, что у того не было сил, или он был так избит при задержании, что не мог переставлять ноги сам, просто мужик не хотел идти туда где его ждали боль и страдания.

Двое помощников палача перехватили узника у стражников и поволокли того к железному стулу на ходу освободив ему руки которые туго были связаны сзади веревкой. Почувствовав свободу рук, Шмыга тотчас попробовал этим воспользоваться. Он с силой выдернул правую руку из рук державшего его ученика палача и нанес ему удар по лицу, но тот даже не дернулся, а перехватив руку золотаря, который попробовал нанести повторный удар, попросту крутанул её так, что похоже выдернул из сустава. Шмыга заверещал как смертельно раненый кролик, боль которую он испытал очевидно была такая, что бедняга даже чуть не лишился чувств. Зато больше не было не каких попыток вырваться. С золотаря сорвали одежду и нагишом усадили на стул, сноровисто закрепили его на нем, и отошли в сторонку, уступая место своему метру. Палач вопросительно посмотрел на мага, ожидая его распоряжений. Золотарь же сидя привязанным на жестком стуле, плакал и подвывал от невыносимой боли. Класиус посмотрел на узника и сказал.

– Да сделайте, в конце концов что нибуть, чтобы он не выл, нам его еще опрашивать надо.

Помощник палача, тот самый, что вывихнул руку Шмыге подошел к нему, освободил правую руку, от железного захвата и рывком, поставил её на место. Снова прозвучал дикий вскрик и золотарь обмяк, потеряв сознание.

– Класиус с недовольством посмотрел на палача.

– Ну что вы сделали Бут, теперь он вовсе не пригоден к допросам.

– Будьте спокойны ваше могущество, сейчас мы приведем его в норму, – успокоил палач мага, и по его сигналу второй его помощник, взял ведро с водой и окатил ею Шмыгу.

Тот почти сразу пришел в себя задергался, но все было бесполезно ноги, руки и даже голова были накрепко прикреплены к мурованному в пол стулу.

– Вот видите господин Класиус, все с ним в порядке, задавайте ему ваши вопросы. – А если он не будет отвечать на них, или будет врать, тут уж я им займусь, – сказав это палач взял со своего стола какие то щипчики и грозно поклацал ими перед глазами узника, тем самым нагоняя на него ужас.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.