Kxarner Kxarner
Отражение

Эйрис открыла глаза за несколько минут до сигнала будильника. Так случалось всегда в последнее время. Сон шёл урывками, по несколько часов, но, как ни странно, усталости она не чувствовала. Словно тело подстраивалось под новый режим вопреки её желаниям.

Повернув голову, Эйрис бросила взгляд на медицинский монитор, мерно гудящий рядом с кроватью. Ровные линии пульса Кайл-Рема, её мужа, слегка колебались в такт его дыханию. Болезнь медленно, но верно забирала его силы, однако благодаря лекарствам сердце пока справлялось.

Восемь лет назад она и представить не могла, что её жизнь сложится именно так. Тогда, выступая на последних соревнованиях перед уходом из большого спорта, она была уверена, что впереди её ждёт блестящая карьера тренера. Родители – прославленные чемпионы по лёгкой атлетике – уже договорились о месте в престижной академии на верхних уровнях. Оставалось только красиво уйти, завоевав последнюю медаль.

Но судьба распорядилась иначе. На финальном забеге она заметила, как один из зрителей оседает на трибуне, схватившись за сердце. Не раздумывая, Эйрис метнулась через ограждение. Её природная скорость и реакция, отточенные годами тренировок, позволили добраться до пострадавшего за считанные секунды. Этими секундами и была разница между жизнью и смертью.

Позже, уже в больнице, она узнала его имя – Кайл-Рем, молодой исследователь из медицинского центра. У него оказался редкий порок сердца, требующий постоянного приема специальных препаратов. В тот день он забыл принять очередную дозу, увлекшись наблюдением за соревнованиями.

"Знаешь", – сказал он тогда, глядя на неё с удивительной теплотой, – "я никогда не верил в судьбу. Но то, что именно ты оказалась рядом в тот момент… Это не может быть простым совпадением".

Она тогда только улыбнулась, но что-то в его взгляде заставило её вернуться на следующий день. И через день. И через неделю. Постепенно эти визиты стали необходимостью, такой же естественной, как дыхание.

Когда система здравоохранения начала разваливаться, они уже были женаты. Эйрис не раздумывая отказалась от места в академии на верхних уровнях – Кайл-Рем не смог бы последовать за ней туда. Его состояние требовало специального оборудования для мониторинга, которое было слишком громоздким для перевозки. Так они оказались здесь, на нижних уровнях мегаполиса, где солнечный свет был редким гостем, зато медицинская техника стоила дешевле.

Эйрис осторожно поднялась, стараясь не потревожить спящего мужа, и принялась за привычные утренние ритуалы. Проверить показатели на мониторе, приготовить завтрак, принять душ. И как всегда – борьба с неуёмным зудом под плотной банданой, что она носила не снимая последние несколько недель.

Странно, но в последнее время зуд усилился, стал почти невыносимым. Наверное, шрам от старого ожога опять воспалился. Ничего необычного, правда? Просто нужно поменять повязку и…

Тот "ожог" она получила три месяца назад, хотя сейчас уже с трудом могла вспомнить обстоятельства. Кажется, это случилось во время одной из её ночных вылазок за лекарствами. Она помнила только жгучую боль в щеке и то, как Кайл-Рем обрабатывал рану, бормоча что-то успокаивающее. С тех пор она носила бандану, убеждая себя, что это временно, пока не заживёт…

– Ты даже не представляешь, какая ты сильная, – тихий голос Кайл-Рема вырвал Эйрис из раздумий. Обернувшись, она увидела, что муж сидит на краю кровати, с трудом удерживая равновесие. Бледная кожа, запавшие глаза – болезнь не красит никого.

– Всё от родителей, ты же… – начала было она, но Кайл-Рем остановил её взмахом руки.

– Знаю-знаю, они были чемпионами. Но мы говорили об этом… иначе. Помнишь тот разговор, месяц назад?

Эйрис нахмурилась. В памяти зияла пустота, словно кто-то старательно замазал чёрной краской целые куски воспоминаний. Всё чаще она ловила себя на том, что не может вспомнить простые вещи – где была вчера, о чём говорила с друзьями, что делала неделю назад.

Эти провалы в памяти начались примерно тогда же, когда появился ожог. Поначалу она списывала их на стресс и недосып – мало ли что может случиться, когда живёшь в постоянном напряжении? Но постепенно они становились всё глубже и чаще. Иногда ей казалось, что целые дни просто выпадают из памяти, оставляя после себя только смутное ощущение тревоги.

– Я… не понимаю, о чём ты, – пробормотала она, отворачиваясь. Мысли путались, в висках начинала пульсировать тупая боль.

– Конечно, не понимаешь, – в его голосе звучала бесконечная нежность пополам с болью. – И это, наверное, к лучшему. Пока к лучшему.

Эйрис хотела спросить что-то ещё, но тут её взгляд упал на оранжевый пузырёк с лекарством. Странно, флакон казался подозрительно лёгким. Она встряхнула его, и единственная таблетка глухо прокатилась по пластику. Последняя.

Ком подступил к горлу. В их районе достать новую партию было непросто. После закрытия последней официальной аптеки нелегальные поставки контролировали несколько банд. Цены взлетели до небес, но выбора не было. Без этих чёртовых таблеток сердце Кайл-Рема не справится.

Она помнила, как всё начиналось – сначала закрылись частные клиники, не выдержав конкуренции с крупными медицинскими корпорациями. Потом начали исчезать аптеки, одна за другой. Официальная версия говорила о "оптимизации системы здравоохранения", но все знали правду – корпорации просто выдавливали мелких игроков с рынка, чтобы взвинтить цены.

На верхних уровнях, где жили богачи и чиновники, всё осталось по-прежнему – белоснежные клиники, вежливые фармацевты, доступные лекарства. А здесь, внизу, людям оставалось только выживать. Кто-то организовывал подпольные лаборатории, кто-то занимался контрабандой медикаментов. Такие, как Нэш, стали посредниками между этими двумя мирами.

– Даже не думай, – предостерегающе произнес Кайл-Рем, угадав её мысли. С трудом приподнявшись на постели, он попытался поймать взгляд Эйрис. – Идти к ним. Тем более, ночью. Это слишком опасно.

– Я справлюсь. Я всегда справляюсь. – Она сжала кулаки. Внутри всё кипело от желания действовать. Сидеть и смотреть, как человек, которого любишь, угасает день за днём? Увольте. Она так не может.

В последнее время её тело словно жило своей жизнью – более сильное, более быстрое, более… чуждое. Рефлексы обострились до невероятного уровня. Она могла часами бродить в полной темноте, безошибочно находя дорогу. Слух улавливал малейшие шорохи, а обоняние… Обоняние иногда улавливало такие запахи, о существовании которых она раньше даже не подозревала.

– Именно этого я и боюсь, – выдохнул Кайл-Рем, откидываясь на подушку. – Ты становишься… другой. Особенно по ночам.

Эйрис застыла. В голове вспыхнуло смутное воспоминание – они сидят на кровати, она плачет, он обнимает её и что-то шепчет. Что-то важное. Что-то страшное. Но память тут же заволокло туманом.

Были и другие обрывки воспоминаний – странные звуки за окном по ночам, необъяснимые царапины на стенах, запах озона и паленой плоти в коридорах. И каждый раз – провал в памяти, словно кто-то аккуратно вырезал кусочки реальности из её сознания.

– Со мной всё в порядке, – отрезала она, запихивая в рюкзак миниатюрный разрядник – надёжное оружие, способное с одного выстрела пробить лёгкую броню. – К утру вернусь.

Этот разрядник она купила у Нэша почти сразу после их знакомства. Тогда он казался слишком дорогим, но время показало – каждый кредит того стоил. Оружие ни разу не подвело её, даже в самых отчаянных ситуациях.

– Эйрис… – В голосе Кайл-Рема слышалась бесконечная тоска. – Что бы ни случилось, знай – я люблю тебя. Любой.

Она замерла на пороге, не оборачиваясь. Что-то в его словах царапнуло душу, всколыхнуло глубоко запрятанные страхи. Но нет, сейчас не время для сомнений. Есть задача – достать лекарство. Всё остальное подождёт.

Снаружи громыхнуло, и в мутное окно ударили первые капли дождя. Дверь закрылась за её спиной с тихим щелчком.

Эйрис торопливо петляла по узким коридорам жилого блока, лавируя в бесконечном потоке спешащих людей. Капюшон куртки, надвинутый на лицо, скрывал бандану, приходилось смотреть под ноги, чтобы ни с кем не столкнуться.

Хотя вряд ли кто-то способен застать её врасплох. Рефлексы и реакция Эйрис всегда отличались невероятной скоростью. Она двигалась грациозно, почти танцуя между прохожими, ни разу не сбившись с шага. В последнее время её тело словно жило своей жизнью – более быстрое, более сильное, более… чуждое.

Здесь, на одном из нижних уровней мегаполиса 31-го века, где солнечный свет никогда не проникал напрямую, она чувствовала себя как рыба в воде. Обшарпанные стены в потеках ржавчины, мигающие люминесцентные лампы, смесь запахов готовки, пота и машинного масла – к этому не привыкнуть, с этим можно только смириться.

Когда-то эти уровни были промышленной зоной – здесь располагались фабрики, склады, технические помещения. Но постепенно производство переместилось за пределы города, а освободившееся пространство заполнили те, кому не нашлось места наверху. Теперь здесь жили простые рабочие, мелкие служащие, нелегальные иммигранты – все те, кого наверху презрительно называли "нижними".

Свернув за угол, Эйрис проскользнула в неприметную дверь между двух рекламных панелей и начала спускаться по узкой бетонной лестнице. Путь лежал на технический этаж, формально закрытый для посещения, но служащий домом и убежищем для сотен нелегалов вроде неё.

С каждым шагом вниз воздух становился более затхлым, а свет – тусклее. Здесь, в глубине жилого блока, даже искусственное освещение было роскошью. Большинство ламп давно перегорело, а те немногие, что ещё работали, едва тлели, отбрасывая на стены причудливые тени.

Стены подъезда хранили следы её собственной крови. Память о первой встрече с суровой реальностью этого мира. Восемь лет назад юную максималистку Эйрис, возомнившую себя неуязвимой, здесь едва не пристрелили при попытке найти чёрный ход в аптеку. Тогда она и встретила Нэша.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.