Елена Гюннинен
Книга об опыте выхода из уныния и обретения радости и смыслов

Введение

Когда началась история с коронавирусом, я была уже опытным уныватором. Стаж пребывания в угнетенном, унылом состоянии составлял уже более двадцати лет. Нельзя сказать, что я только в этом состоянии и пребывала, нет. Я знавала и лучшие чувства, и легкие эмоции. Когда радуешься всяким мелочам, отмечая их важность, замечая, как они наполняют и украшают жизнь. Иначе, как бы я понимала, что это нездорово. Была, участвовала, проходила. Психологи, марафоны, тренинги, походы в церковь, разговоры, множество книг, психологических и не очень,– все это помогало на время. Правда, я не задерживалась в том здоровом состоянии. Я погрязала в болоте уныния все больше и больше. Надеясь когда-нибудь изменить это состояние до здорового, и не веря в такую возможность…

И когда начался коронавирус, и людям начали вдалбливать тревожность и панику, я поняла, что я это просто не вывезу. И что надо с этим как-то, справляться. Оказавшись, между молотом своих унылых мыслей и наковальней всеобщей паники и истерии, я поняла, что все-таки, хочу жить. И решила хотя бы попробовать снизить количество уныния. Постараться.

Для начала, отделить то, что мне подвластно, и что нет, и сосредоточиться на том, на что я могу повлиять, что я могу контролировать, и что я могу делать. Сосредоточить свою жизнь в одном маленьком моменте. В здесь и сейчас.

И завела свой маленький проект, вызов, по напоминанию себе, что в этом мире есть что-то большее, чем свары по поводу прививок и страха за жизни близких. Напоминать себе про жизнь, и про то, за что я могу быть благодарна в этой жизни. Просто для себя. И того, кого случайно занесет на мою страницу в контакте.

При пристальном внимании к своей жизни и происходящему вокруг, я поняла, что слишком многое я принимаю, как само собой разумеющееся, как должное, а это тащило за собой претензии и недовольство, неудовлетворенность и уныние, потому что многое шло совсем не так, как я хотела.

И начала благодарить каждый день. Сначала было довольно трудно. Каждый день приходилось напоминать себе о том, что надо писать, о том, что надо быть благодарной, о том, что надо находить в каждом своем дне что-то хорошее. Учитывая контекст того времени,– делать это было довольно сложно. Но я втянулась. Мне понравилось. Моя жизнь из замороженной ледышки стала превращаться в маленький бодрый ручеек. Начав с банальностей, вроде дома, цветочков и кошки, я потихоньку открывала все новые грани моей жизни, находя с каждым разом все то, за что я могу быть благодарна, чему я могу порадоваться, что делает меня живой.

По мере писания тех открыток, я все больше задавалась вопросом: «А что же делает меня живой? Радостной? Счастливой?». В поисках ответов я все больше и лучше начинала понимать себя, узнавать, любить. Научилась относиться к себе бережно. Научилась принимать себя со всеми своими слабостями, неудачами, грустью, злостью. Практикуя свои тихие радости, я стала замечать изменения в своем настроении, в своей жизни. Потихонечку, мое состояние из стабильно унылого превращалось в более оптимистическое, ровное мирное. На многие вещи я стала смотреть спокойнее. Я стала больше принимать себя и других. Я стала больше делать вещей, которые хотела, но которые все откладывала. Маленькие, простые шаги. Связать скатерть, поехать в отпуск, сшить юбку, погулять куда глаза глядят, читать весь день напропалую, и не чувствовать ни вины, ни сожаления, ни осуждения, что занимаюсь ерундой.

Сразу не стоит хвататься за глобальные перемены, большие проекты, воплощать заветные мечты, это не в начале пути. Можно не справиться, и вернуться туда, откуда начинал- в уныние, обесценивание, бездеятельность.

Поэтому и вывела простые шаги на пути к миру душевному. Я иду по этому пути. Он прост, и не требует спецподготовки или каких-то особых способностей.

Конечно, не все шло гладко, не все так быстро и радужно происходило. Бывали срывы, когда не хотелось ничего писать, потому что казалось, унылее дня просто не было в моей жизни, или просто потому, что было стыдно за бездарно прожитый день, или потому, что настолько устала, что не было сил даже отметить этот день простым «спасибо». Но я все равно возвращалась к этому проекту. Я с его помощью справлялась потихоньку с тем, что казалось моей прошивкой, потому что думала, что я с этим родилась.

Уныние только кажется простым. На самом деле, когда начинаешь смотреть вглубь его, то видишь бескрайнюю черную тьму. Множество нитей, сплетаясь, ткут черное покрывало, которое накрывает собой человека и весь его мир. Сужая его постепенно до размера сухой горошины. Делая его таким же жестким, скучным и однообразным. Выбраться из-под этого удушающего уныния, довольно сложно. Но не невозможно. Выход, спасение, начинается с решимости. Решимости справиться. Распустить это полотно по ниткам. Почувствовать себя живым.

Уныние сложный процесс. В нем всегда намешано множество различных состояний, влияний, мыслей. Обесценивание, недоверие, тревога, пессимизм, ощущение собственной слабости, бесполезности, и еще миллионы различных причин, событий, происшествий, чьих-то неосторожных слов, собственных грустных мыслей, закрепленных особым, странным способом в уме и сердце, неудачи, мнимые дурацкие страхи, идеи, чужой бред, выданный уверенно и безапелляционно…

Часто уныние- это порождение перфекционизма, завышенных ожиданий и претензий к себе и миру. Выставление нереально высокой планки, которую невозможно достичь. В попытках дотянуться, выдюжить,– человек ломается, разочаровывается, озлобляется, впадает в тоску и сожаления.

Человек, же, находясь и так в слабой позиции, на спаде своей энергии, что случается регулярно, просто потому что ничего не бывает стабильным, принимает все за чистую монету, за правду, и сдается. У него просто нет сил бороться с лавиной мрачных мыслей.

Но все равно в любом, даже сдавшимся человеке, есть необоримая воля к жизни. И все равно он ищет выход, способ справиться, помощь. Ищет, и находит. «Ищите и обрящете». Только так, и никак иначе. Просто часто человек не верит, не доверяет, боится довериться. Но ответы всегда есть. И помощь есть. Не всегда в откровенной, явной форме, не всегда именно такая, какой ее хочется, не всегда даже сразу понятно, что это помощь, иногда кажется, что все становится только хуже.

Но ответы всегда находятся в открытом доступе для человека. За них не нужно платить какие-то безумные деньги, ехать в какие-то недоступные дали, и искать у каких-то очень просветленных учителей. Часто это совершенно простые истины, которые вдалбливались родителями, рассказывались друзьями, как их прожитый опыт, или читались в какой-то старой книге, взятой давным-давно в библиотеке. Они настолько просты, что кажутся ерундой. Что не может быть все так просто. А где борьба? Где трудности? Где возможность сказать, что это все слишком сложно и отступиться? Нет. Мы не ищем простых путей. И снова и снова скатываемся в унылость и однообразность своих мыслей.

Вот и я долгое время отмахивалась от ответов, приходящих мне отовсюду. Загоняла себя все новыми поисками. На самом деле, было просто сложно довериться всем этим простым истинам. Было страшно начать менять свою жизнь. Выйти из такого привычного мирка, где все понятно уже, знакомо, где не надо напрягаться и что-то делать. Потому что по большому счету, я не знаю, каково это жить без этого морока, быть свободным человеком не на время, а полностью. И что делать с этой свободой.

А потом я сдалась. Потому что дальше уже было только кладбище. А я туда не хотела, несмотря на пессимизм и уныние. Было обидно и жалко закончить эту жизнь, и так и не узнать всей ее красоты, не понять, зачем я сюда приходила.

Поэтому я начала вспоминать, все, что уже успела накопить из сокровищниц мысли и опыта человеческого. И пробовать, пробовать, отступаться, забывать, и снова пробовать. И опыт внимания к каждому дню, в своих «открытках благодарности», которые я взялась вести, стал помогать и в том, чтобы быть внимательной к себе, своим настроениям, чувствам, мыслям. И не просто смотреть, и сползать в болото уныния и бездействия, а активно не соглашаться, менять, отмахиваться как от злого комара, от всех привычных мыслей и чувств. Рвать эти «логические» цепочки, приводящие к унынию.

Уныние же, везде трактуется как «состояние апатии и подавленности, настроение, при котором человек не заинтересован своим положением и происходящим вокруг, может быть не в состоянии исполнять свои жизненные обязанности, безнадёжная печаль, гнетущая скука и тоска. Сопровождается общим упадком сил.»

Это, конечно, крайняя степень. Дальше уже депрессия. Но и в «легких» формах уныние блокирует жизненные силы человека. Часто человек даже не понимает, что происходит. Просто угнетенное состояние. Просто недоверие себе, миру, Богу. Просто неверие в свои силы. Просто «объективный» взгляд на то, «что я из себя представляю». Просто ничего не хочется. Просто кажется, что блуждаешь в трех соснах…

Уныние считается смертным грехом, потому что человек отказывается от своей жизни, отказывается быть творцом ее, предъявляет претензии и свое недоверие Богу, проявляет гордыню и строптивость, и при этом медленно отравляет себя и окружающих своим недовольством.

И людям кажется, что это-то и есть правда жизни. Что уж они-то понимают. И смотрят свысока на своих более позитивных знакомых, как на глупцов, не нюхавших жизни. Но угнетение этой «правдой» наваливается бетонной плитой, придавливая так, что не только делать ничего не можешь, ты дышать не можешь. И даже не замечаешь этого.

И прячешься от всего этого в фильмах, игрушках, интернете, книгах, болтовне, бесконечных покупках. Или в оголтелой работе. Чтобы упахаться так, чтобы забыться. Не чувствовать эту тотальную тоску нежизни. Чтобы не думать. Или носит тебя где-то адреналиновых далях, чтобы забыться, чтобы почувствовать себя живым. Или идешь фанатично религиозными тропами, методично вбивая гвозди в крышку своей жизни. Потому что уныние везде жестко осуждается. Потому что везде человек «сам виноват». И человек присоединяется к осуждающим, и сам себя хлещет исповедально плеткой, загоняет себя еще глубже.

Какая бы форма энтропии ни была, она не решает проблемы, только откладывает. Вполне возможно спрятаться от мира и своих истинных желаний и стремлений, уверить себя, что ты на самом деле любишь одиночество и глушь, в какую готов сбежать от всего этого. Уверить, что тихое рабочее место, удобно, потому что тебя никто там не трогает, и ты именно об этом мечтал. Гордо называть себя «Одиноким волком» и сторониться людей, заинтересовавшихся тобой, избегая привязанностей, чтобы не испытывать боли.

В странных попытках справиться с унынием, мы загоняем себя в еще большее уныние, болото, из которого с каждым разом все сложнее выбраться. И каждая попытка- траты денег, игрушки, фильмы, работа на износ, рискованные мероприятия, фанатизм, и прочие, прочие, бесконечные способы, попытки, которые топят еще больше.

И часто все это даже поощряется обществом, бизнесом, государством, религиозными структурами. Везде человек унылый удобен. Шопоголик, адреналинщик, работяга, фанатик. Везде он приносит выгоду. Везде он легко управляем. Везде он на своем месте. Лошадь везет того, кто на ней едет.

Глава 1. На старые дрожжи. Когда кажущаяся «правда» ложится на искаженные восприятия о себе.

Любой путь начинается от себя. Все начинается с себя. Жизнь начинается с себя. Но приходя в этот мир мы ничего не знаем о том, что это за мир и кто мы сами. И сначала родители, потом воспитатели в детском саду, потом учителя и друзья в школе, потом коллеги и руководство на работе,– всюду нам рассказывают о нас. Рассказывают нам о том, как нас видят. И о том, какими мы должны быть по их мнению. И не всегда это добрые и поддерживающие рассказы, раскрывающие потенциал и красоту человека. Часто эти рассказы наполнены злом, агрессией, нелюбовью, претензиями, завистью, осуждением и обидами. Часто мы должны быть удобными для окружающих. Не высовываться, не путаться под ногами, не задавать много вопросов, не спорить, не умничать, не быть лучше других ни в чем, не требовать ничего, не быть…

Разумеется, это все продиктовано жизненным опытом, направлено на выживание рода, на возможную успешную жизнь, когда новый человек вписывается в общество, не противопоставляет себя ему, а значит, он выживет, создаст семью, у него будет работа, дом, почет и уважение, дети народятся, род опять-таки, продолжится. Бесконечная цепь выверенных, отточенных правил и руководств, из поколения в поколение передаваемых, чтобы продляться в потомках. Все ради жизни.

И в детстве мы принимаем все, просто потому что верим, и любим наших родителей. И очень хотим их радовать, быть такими, какими они хотят, чтобы мы были. Быть для них хорошими. И мы стараемся, стараемся, стараемся. И ведь не всегда получается. Часто нами недовольны. И в этом случае мы получаем закрепление негативных посылов.

С друзьями-приятелями мы хотим общности, единения, быть частью своей стаи. Бывает, что мы наступаем на горло своим желаниям, идеям, мнению, стараясь быть принятым. Подстраиваемся под общее мнение, стараясь вписать себя в общую картину мира окружающих людей. Часто мы так и застреваем во всем этом, не стараясь даже осмыслить свое положение в этой стае.

И так потихонечку складывается искаженная картина мира. Мы с ней растем. И добавляем новые «знания» о себе и мире, выбирая из всего многообразия именно то, что подтверждает уже существующее. И мы верим всему, и соглашаемся, всякий раз предавая себя. Просто потому, что не даем себе права не соглашаться, и усилия, чтобы быть внимательным и проверять сказанное кем-то: «а правда ли это?».

И самое печальное, что это все все-равно мало про нас. Это все много про них. Часто это их боль, их нелюбовь, их обиды, их злость, их претензии. И даже не к нам. Все набранное, врученное, нажитое до нас, и несомое сквозь нас дальше по жизни. Часто люди пытаются таким образом справиться, расплескать, эту боль через нас. Но это им мало помогает. Но так часто топит нас.

Осознание этого может помочь просто выдохнуть напряжение, желание соответствовать, быть хорошим. Поможет снять с пьедестала значимых для нас людей. Позволить им быть уязвимыми, ошибающимися, травмированными, живыми. А значит, и мы можем быть уязвимыми, ошибающимися, живыми. А значит, то, что мы раньше знали о себе как правду- тоже может быть ошибкой. А значит, мы перестаем быть частью истории, рассказанной нам о нас. И тут мы можем остановиться в своем монотонном забеге, и взглянуть на все по-новому.

И стоит выпасть из привычного круга, стоит оказаться в других обстоятельствах, с другими людьми, настроенными доброжелательно и видящих в тебе что-то другое, пока тебе неизвестное, или перед лицом чего-то большего, чем твоя маленькая жизнь, и твои простые печали,– как внутри открывается потайная комната, из которой выходят твои новые силы, новое знание, новые твои качества и способности, новые грани тебя самого, такие яркие, сильные и интересные, что ты боишься в них верить. И прячешься в привычное, закрывая дверь себе другому. Сложно поверить, что это тоже ты, когда столько времени провел в подтверждении другого знания о себе, навязанном окружающим миром. Сложно дать себе шанс просто увидеть это новое.

Но правда в том, что это все изначально было внутри. Человек- бесконечная вселенная, наполненная сокровищами, от которых дух захватывает. Но мы упорно смотрим на камешки, листики, фантики и палочки, собранные в детстве в песочнице. Бережно храним, и верим, что это все и есть самое важное. Время от времени добавляя к ним пару пуговиц и несколько монеток, найденных на улице подростком. Или подаренный кем-то равнодушным, назвавшимся по ошибке другом, дурацкий магнитик, или бесполезный подарок, купленный по дороге.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.