Сергей Родин
Чернильный маг

ЧЕРНИЛЬНЫЙ МАГ

Глава 1. Первые знаки

Если вам интересно, как я докатился до того, что мои собственные персонажи пытаются меня убить, то начать стоит с того чертового дождливого вторника в книжном магазине "Перо и чернила" на Бедфорд-авеню в Бруклине. Знаете, в таком районе, где хипстеры уже вытеснили старожилов, но ещё не успели окончательно испортить атмосферу.

Я работал там третий месяц, расставляя книги по полкам и делая вид, что это временно, пока не закончу свой великий роман. Ну, как "великий" – на тот момент это была куча разрозненных заметок в потрёпанном молескине и несколько файлов на ноутбуке. Типичная история двадцатишестилетнего неудачника с дипломом литературного факультета и арендой, которую вечно нечем платить.

В тот вторник лило как из ведра, и в магазине было пусто, если не считать миссис Чен, нашей хозяйки, которая дремала в своём любимом кресле у кассы, и пары мокрых котов, пробравшихся внутрь погреться. Один из них, рыжий и наглый, устроился прямо на стопке новых поступлений – романов в мягких обложках.

Я сидел за столиком в дальнем углу, где обычно проводили поэтические вечера, и работал над очередным персонажем. Джеймс О'Райли, сорок три года, частный детектив со склонностью к саморазрушению и нездоровой любовью к бурбону. Банально, знаю, но мне казалось, что я добавил ему какую-то особую изюминку в характере.

"О'Райли провёл пальцами по небритому подбородку, оставляя влажный след от растаявших снежинок. Его потрёпанное пальто пахло табаком и одиночеством – если одиночество вообще может иметь запах. Может, это был просто запах прошлогоднего виски, въевшийся в ткань…"

Я остановился и перечитал написанное. Что-то в этих строчках было не так. Чернила с последней строчки словно расплывались, хотя я писал обычной шариковой ручкой. Я моргнул, протёр глаза. Нет, мне не показалось – буквы действительно шевелились, как живые.

А потом я услышал звук. Такой, знаете, когда кто-то проводит влажными пальцами по щетине. И запах. Острый запах табака и… да, чёрт возьми, виски.

Я медленно поднял глаза от блокнота. Напротив меня, прислонившись к книжному шкафу, стоял мужчина. Высокий, немного сутулый, в потрёпанном сером пальто. Его подбородок был небрит, а в глазах застыла та особая усталость, которую я так старательно описывал в своём тексте.

– Паршивая погода для работы, – сказал он хриплым голосом, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок. – Но когда она вообще была хорошей?

Я не мог пошевелиться. Потому что это был он. Джеймс О'Райли. Персонаж, которого я выдумал пятнадцать минут назад.

Рыжий кот на стопке книг зашипел и выгнул спину. Миссис Чен всхрапнула в своём кресле и перевернула страницу потрёпанного любовного романа. А я сидел и смотрел, как чернила на странице моего блокнота продолжают двигаться, словно живые, и как мой собственный персонаж достаёт из кармана пальто помятую пачку сигарет.

– У тебя есть зажигалка, парень? – спросил О'Райли. – Моя промокла к чертям.

Вот так всё и началось. И знаете что? Я даже не представлял, насколько всё станет хуже, когда я начну писать антагониста.

Я не курил, но зажигалка у меня была. Знаете, одна из тех привычек, оставшихся со времён колледжа – всегда носить с собой зажигалку, потому что это отличный способ завязать разговор. Дрожащими руками я достал её из кармана джинсов.

О'Райли шагнул ближе, и половицы скрипнули под его тяжёлыми ботинками. Настоящими, чёрт возьми, ботинками, с настоящими следами от соли на потёртой коже. Я даже не описывал его обувь в тексте, но вот она была – такая, какой и должна быть у частного детектива, который проводит больше времени на улицах, чем в офисе.

– Спасибо, – он щёлкнул зажигалкой и затянулся. Дым от его сигареты пах точно так же, как сигареты моего отца. Странно, да? Я никогда не упоминал марку сигарет в рассказе, но запах был именно такой, какой я представлял, когда писал.

– Ты… – я попытался что-то сказать, но горло пересохло. – Ты не можешь быть здесь.

– Почему это? – О'Райли выпустил струю дыма и посмотрел на меня с той самой полуусмешкой, которую я так старательно описывал. – Потому что я выдуманный? Брось, парень. Половина людей в этом городе выдуманные. Они просто ещё не знают об этом.

Он говорил точно так, как я представлял – немного цинично, с лёгкой хрипотцой в голосе. Но фразы… фразы были не мои. Я не писал ничего подобного. Он импровизировал, чёрт возьми!

Я схватил блокнот и начал лихорадочно перечитывать написанное. Может быть, я просто сошёл с ума? Может, это переутомление? Слишком много кофеина и слишком мало сна?

– Не трудись, – О'Райли подошёл к столу и сел напротив меня. – Ты не найдёшь там ничего нового. Я знаю всё, что ты обо мне написал. Сорок три года, проблемы с алкоголем, привычка работать в одиночку. Неплохой набор для начала, но немного шаблонный, не находишь?

Я уставился на него. Капли дождя стекали с его пальто на деревянный пол, образуя маленькую лужицу. Настоящую лужицу. От настоящей воды.

– Как это возможно? – прошептал я.

– А ты как думаешь? – он стряхнул пепел в мою кружку с остывшим кофе. – Ты же писатель. Или хочешь им быть. Разве не об этом вы все мечтаете? Создавать живых персонажей?

Я нервно рассмеялся: – Живых – да. Но не в буквальном смысле!

– А какая разница? – О'Райли пожал плечами. – Литературный персонаж, который существует только в воображении читателей, или вот такой, как я, который может украсть твою зажигалку и испортить кофе? В чём принципиальная разница?

Я открыл рот, чтобы ответить, и понял, что не знаю, что сказать. В голове крутились обрывки теорий литературоведения, цитаты из лекций по творческому письму, но ничего не подходило к этой ситуации.

– Послушай, – О'Райли наклонился вперёд, и я уловил запах дождя от его пальто, смешанный с табаком и действительно старым виски. – Я здесь не просто так. У меня есть дело, и мне нужна твоя помощь.

– Дело? – я нервно сглотнул. – Какое дело?

– То самое, о котором ты собирался написать. Дело Чёрной Королевы, помнишь? – он постучал пальцем по моему блокноту. – Только вот в чём проблема: ты ещё не написал ни строчки об этом деле. У меня есть клиент, есть загадка, но нет никаких зацепок. Потому что ты их ещё не придумал.

Я похолодел. Действительно, у меня была идея детективной истории про Чёрную Королеву – серийного убийцу, который оставляет на местах преступлений шахматные фигуры. Но это были только наброски в голове, я ещё ничего не записал.

– И что ты предлагаешь? – спросил я, уже догадываясь, к чему он клонит.

– Напиши это дело, – О'Райли затушил сигарету о блюдце. – Но есть одно условие: пиши правду. То, что действительно происходит. Потому что теперь это уже не просто история. Это реальное дело, и от того, как ты его напишешь, зависят жизни людей.

В этот момент входная дверь магазина распахнулась, впуская порыв ветра и дождя. Звякнул колокольчик. О'Райли встал: – Подумай об этом. И будь осторожен с тем, что пишешь дальше. Особенно с антагонистами. Они имеют привычку выходить из-под контроля.

Он направился к выходу, но обернулся у самой двери: – И ещё кое-что. Не пытайся переписать меня. Это всё равно что пытаться переписать прошлое – только хуже сделаешь.

Колокольчик звякнул снова, и он исчез в дождливых сумерках Бруклина. Я сидел, глядя на мокрые следы от его ботинок на полу, и думал о том, что вляпался в нечто невероятное. И ещё о том, что он забрал мою зажигалку.

Миссис Чен всё так же дремала в своём кресле, а рыжий кот уже успокоился и снова свернулся на книгах. Казалось, никто, кроме меня, не заметил ничего необычного.

Я посмотрел в свой блокнот. Чернила больше не двигались, но последняя строчка изменилась. Теперь там было написано почерком, который определённо не был моим: "Дело начинается. Не облажайся, парень."

Знаете, что самое паршивое в подобных ситуациях? То, что вы не можете никому о них рассказать. Ну серьёзно, попробуйте объяснить кому-нибудь, что персонаж из вашего недописанного рассказа материализовался и украл вашу зажигалку. В лучшем случае вас примут за эксцентричного писателя. В худшем – позвонят вашей маме и посоветуют хорошего психиатра.

Я провёл следующий час, бесцельно перекладывая книги на полках и пытаясь убедить себя, что всё это мне привиделось. Может быть, я задремал за столиком? Или это побочный эффект того подозрительного карри, которое я съел на обед?

Но следы от ботинок О'Райли всё ещё были на полу, а в моей кружке плавал окурок его сигареты.

– Эй, Майк! – голос миссис Чен вырвал меня из размышлений. – Ты не мог бы проверить новые поступления? Должны были привезти заказ детективов.

Детективов. Ну конечно.

– Да, миссис Чен, – пробормотал я, направляясь к подсобке.

Коробки с книгами громоздились у задней двери – свежие, пахнущие типографской краской. Я начал распаковывать первую, и тут мой взгляд зацепился за заголовок: "Дело о Чёрном Короле" Рэймонда Чандлера. Я моргнул. Погодите-ка. Чандлер никогда не писал книги с таким названием.

Дрожащими руками я достал книгу. Обложка была классической, в стиле нуар 40-х годов: тёмная улица, одинокий фонарь, силуэт человека в шляпе. Но что-то было не так. Я присмотрелся внимательнее и похолодел – силуэт на обложке двигался. Едва заметно, как будто покачивался на ветру.

Я открыл книгу наугад и начал читать:

"Он знал, что она опасна. Все королевы опасны, особенно те, что играют в свои игры после наступления темноты. Но он не мог устоять – частные детективы никогда не могут устоять перед красивыми женщинами с опасными тайнами…"

Текст был написан в стиле Чандлера, но я готов был поклясться, что такой книги никогда не существовало. И тут я заметил, что буквы на странице начали меняться, складываясь в новые слова:

"Прекрати пялиться в книгу и посмотри за спину, парень. У тебя гости."

Я резко обернулся. В дверном проёме подсобки стояла женщина. Высокая, в чёрном платье, с идеальной осанкой и взглядом, от которого у меня мурашки побежали по коже. Я никогда не видел её раньше, но точно знал, кто она.

– Здравствуйте, – сказала она с лёгкой улыбкой. – Я ищу мистера О'Райли. Мне сказали, что вы можете помочь.

Чёрная Королева. Персонаж, которого я ещё даже не начал писать, стоял передо мной во плоти.

– Я… – начал я, но она перебила меня:

– О, не притворяйтесь, что не знаете, о чём я говорю. Вы же писатель. Вы знаете все истории ещё до того, как они случаются.

Она сделала шаг вперёд, и я инстинктивно отступил, упершись спиной в стеллаж с книгами.

– Видите ли, у меня есть проблема, – продолжала она. – История, в которой я существую, ещё не написана. А значит, всё может пойти… по-разному.

Её улыбка стала шире, но глаза остались холодными.

– И я хочу убедиться, что вы напишете её правильно. В мою пользу.

В этот момент где-то в магазине звякнул колокольчик входной двери, и я услышал знакомый хриплый голос О'Райли:

– Эй, парень! Ты где там? Нам надо поговорить!

Чёрная Королева повернула голову на звук, и я воспользовался моментом, чтобы нырнуть под её рукой и выскочить из подсобки. Сердце колотилось как сумасшедшее.

– О'Райли! – крикнул я. – В подсобке! Она здесь!

Но когда мы с О'Райли ворвались туда, помещение было пустым. Только книга "Дело о Чёрном Короле" лежала на полу, раскрытая на чистой странице, где проступали новые слова:

"Игра началась, господа. Посмотрим, кто напишет лучший финал."

О'Райли поднял книгу и захлопнул её.

– Вот теперь у нас действительно проблемы, – сказал он. – Большие проблемы.

Глава 2. Открытие

Мы сидели в круглосуточной забегаловке "У Джо" в трёх кварталах от книжного магазина. О'Райли методично добавлял виски в свой кофе из маленькой фляжки, а я пытался записать всё, что произошло, в свой блокнот. Руки всё ещё дрожали.

– Прекрати строчить, – проворчал О'Райли. – Ты же не знаешь правил.

– Каких ещё правил? – я отложил ручку и посмотрел на него. В жёлтом свете лампы над нашим столиком он выглядел ещё более потрёпанным, чем днём.

– Правил написания, – он отхлебнул свой улучшенный кофе. – Думаешь, можно просто так взять и начать создавать живых персонажей? Это как с оружием – сначала учишься технике безопасности, потом уже стреляешь.

Официантка – пожилая женщина с усталым лицом и бейджиком "Дорис" – принесла нам пирог. Я не помнил, чтобы мы его заказывали.

– За счёт заведения, – подмигнула она О'Райли. – Рада снова видеть тебя, Джеймс.

– Спасибо, Дорис, – он кивнул ей как старой знакомой.

Когда она отошла, я уставился на него: – Как… откуда она тебя знает?

– А ты как думаешь? – он усмехнулся. – Ты же написал, что я частый посетитель дешёвых круглосуточных забегаловок. Вот она меня и знает. Твои слова создают не только персонажей, но и их истории, связи, воспоминания. Это как круги на воде – один камень, а расходятся далеко.

Я потёр виски. Голова начинала болеть.

– Хорошо, давай о правилах. Что мне нужно знать?

О'Райли достал новую пачку сигарет – уже не мятую, видимо, купил по дороге.

– Первое: всё, что ты пишешь, становится реальным через двенадцать часов. Как инкубационный период. Второе: персонаж должен физически соприкоснуться с текстом, чтобы измениться. Третье, и самое важное: ты не можешь изменить то, что уже написано и материализовалось. Только добавить что-то новое.

– Но я могу переписать текст…

– Бесполезно, – он покачал головой. – Как только персонаж материализовался, он начинает жить своей жизнью. Ты можешь написать, что я бросил пить, но если я не захочу измениться и не прочитаю этот текст – ничего не произойдёт.

Я вспомнил Чёрную Королеву и её холодную улыбку.

– А как она… почему она появилась? Я же ещё ничего о ней не написал.

О'Райли помрачнел: – Это самое паршивое. Похоже, она как-то связана с той книгой, которую ты нашёл. Что-то вроде литературной аномалии. Книга, которой не должно существовать, персонаж, который ищет своего автора… – он помолчал. – Знаешь, что самое опасное для персонажа?

– Что?

– Неопределённость. Незавершённость. Когда ты существуешь, но твоя история не написана – это как жить с петлёй на шее. Ты не знаешь, когда автор дёрнет за верёвку.

Я вспомнил свои недописанные рассказы. Десятки персонажей, брошенных на полпути, когда мне надоедало или не хватало вдохновения. Никогда раньше я не задумывался, каково это – быть незаконченным персонажем.

– Поэтому она пришла ко мне? – спросил я. – Хочет, чтобы я дописал её историю?

– Не просто дописал, – О'Райли наклонился ближе. – Она хочет, чтобы ты написал её так, как нужно ей. Победительницей. А знаешь, что бывает с детективами в историях, где побеждает злодей?

Я сглотнул: – Они умирают?

– В лучшем случае, – он невесело усмехнулся. – Иногда автор придумывает что-нибудь похуже смерти. Сумасшествие, предательство, потеря всего, во что верил…

За окном забегаловки начинало светать. Дождь наконец прекратился, но небо всё ещё было затянуто тяжёлыми облаками. Дорис подошла долить нам кофе.

– Послушай, – сказал я, когда она отошла. – А что, если я просто перестану писать? Вообще. Ни строчки больше.

– Не выйдет, – О'Райли покачал головой. – История уже начата. Если ты не напишешь её, она напишется сама. И поверь, тебе не понравится этот вариант.

– Почему?

– Потому что истории, предоставленные сами себе, всегда стремятся к хаосу. Это как… – он задумался, подбирая сравнение. – Как садовник, который бросил свой сад. Сад не исчезнет, но превратится в джунгли.

Я достал блокнот и открыл чистую страницу.

– Значит, мне нужно писать. Но как? Как написать историю, если один из главных персонажей уже существует и требует счастливого конца для себя?

О'Райли вдруг схватил меня за руку: – Не здесь! Никогда не пиши в публичных местах. Первое правило безопасности.

– Почему?

– Потому что никогда не знаешь, кто может прочесть текст, пока он ещё… пластичный. Пока не прошли эти двенадцать часов. Представь, что кто-то прочтёт и изменит смысл. Или того хуже – допишет что-то от себя.

Я вспомнил движущиеся буквы в книге "Дело о Чёрном Короле" и поёжился.

– Хорошо, тогда где?

– У тебя есть безопасное место? Где никто не сможет помешать?

Я подумал о своей крошечной квартире в Бушвике. Не идеально, но хотя бы там есть замок на двери.

– Есть. Но сначала объясни ещё кое-что. Почему ты помогаешь мне? Ты же… – я запнулся, не зная, как сформулировать мысль.

– Персонаж? – он усмехнулся. – Да, я персонаж. Но я ещё и детектив. А у детектива должен быть моральный компас, иначе какой смысл в истории? – он допил свой кофе. – К тому же, ты неплохо меня написал. Может, немного шаблонно, но с душой. Я чувствую, что могу тебе доверять.

– А как же Чёрная Королева? Я ведь даже не успел её написать, но она уже…

– Именно поэтому она и опасна, – перебил О'Райли. – Она как квантовая частица – существует во всех возможных состояниях одновременно, пока ты не зафиксируешь её на бумаге. И она будет делать всё, чтобы повлиять на то, каким будет её окончательный вариант.

Он встал и накинул своё пальто: – Поехали к тебе. Нужно начать писать, пока она не начала действовать. И да, – он положил на стол мою зажигалку, – извини, что прикарманил. Профессиональная привычка – брать на память вещи у клиентов.

– Я не твой клиент, – возразил я.

– Нет, – согласился он. – Ты мой автор. А это намного серьёзнее.

Моя квартира находилась на пятом этаже старого кирпичного дома без лифта. Типичное жильё начинающего писателя – маленькая студия с видом на пожарную лестницу и стену соседнего здания. Повсюду были разбросаны книги, черновики и пустые кофейные чашки.

– Мило, – прокомментировал О'Райли, оглядываясь. – Прямо как в тех историях про молодых авторов, которые вот-вот напишут великий роман.

– Ты издеваешься?

– Нисколько. Клише потому и становятся клише, что в них есть доля правды.

Он подошёл к моему рабочему столу, где стоял старенький ноутбук.

– Нет, – покачал головой он. – Никаких компьютеров. Только ручка и бумага.

– Почему?

– Электронный текст слишком… текучий. Слишком легко изменить. А нам нужно что-то материальное, осязаемое. Чернила на бумаге – это как якорь для истории.

Я достал новый блокнот и сел за стол. О'Райли устроился в потрёпанном кресле напротив.

– Итак, – сказал я, открывая чистую страницу. – С чего начать?

– С правды, – он закурил очередную сигарету. – Напиши всё, что знаешь о Чёрной Королеве. Даже то, что тебе только кажется, что ты знаешь.

Я занёс ручку над бумагой и замер: – Но разве это не опасно? Ты же сам говорил…

– Опаснее будет не написать ничего. Пустота – это холст для её собственной версии истории.

Я начал писать:

"Чёрная Королева появилась в городе прошлой зимой, когда выпал первый снег. Никто не знал её настоящего имени или откуда она пришла. Она оставляла чёрные шахматные фигуры на местах своих преступлений – всегда королев, всегда на белых носовых платках…"

– Стоп, – резко сказал О'Райли. – Посмотри.

Я взглянул на текст и похолодел. Последние написанные мной слова начали расплываться, превращаясь в другие:

"Она оставляла белые шахматные фигуры на чёрном бархате. Всегда пешки. Потому что даже пешка может стать королевой, если дойдёт до конца доски…"

– Что это? – прошептал я. – Как она это делает?

– Она пытается переписать себя, – О'Райли наклонился ближе к тексту. – Интересно… Она не просто злодейка, она хочет большего. Истории о возвышении, о трансформации…

Внезапно в дверь постучали. Мы оба замерли.

– Ты кого-то ждёшь? – тихо спросил О'Райли.

Я покачал головой. Стук повторился, на этот раз настойчивее.

– Мистер Райтер? – раздался женский голос из-за двери. Мелодичный, с едва уловимым акцентом. – Я знаю, что вы дома. Нам нужно поговорить о вашей рукописи.

О'Райли беззвучно выругался и достал из кармана пальто потёртый револьвер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.