Мари Микитас
Книжное Королевство

Книжное Королевство.

«Человек, который почувствовал ветер перемен,

должен строить не щит от ветра, а ветряную мельницу».

Стивен Кинг.

Любые действия влекут за собой последствия.

И как бы ни было странно, наши ошибки не всегда приводят в тупик.

Глава 1

Зимний вечер окутал город, радуя жителей хлопьями ослепительно белого снега. В это время года темнеет рано, будто мир вокруг замедляется, становясь тише. Лиза возвращалась из школы домой, наблюдая, как в окнах старых панельных домов постепенно загорается свет один за другим, словно звезды на темном небе. Ей нравилось учиться во вторую смену, ведь тогда утро можно посвятить сну, спокойному завтраку и неторопливым сборам, а вечерами – наблюдать за уставшими людьми в пуховых куртках и мягких шапках. Смотреть, как они выходят из переполненных автобусов и, боясь поскользнуться, направляются к ближайшему магазину. А после, с тяжелыми пакетами, ковыляют по едва прочищенным тропинкам под тусклым светом уличных фонарей. Дальше их пути расходятся по разным домам и подъездам, где, закрыв за спиной двери своих квартир, они выдыхают, снимая с лиц ненужные больше маски.

В этот день Лизе исполнялось пятнадцать лет. Уже взрослая для домашних дел и чтобы присматривать за младшим братом, но еще ребенок в своих собственных желаниях. Хотя какие могут быть желания? У нее были только мечты, одна из которых – иметь свою личную комнату. Желательно со стеклянной крышей, чтобы наблюдать за бесконечным звездным небом, прислушиваться к звонкому стуку дождя и наслаждаться солнцем, проникающим внутрь. Ее взгляд на мир понимали немногие, а потому она всегда оставалась в стороне от шумных компаний. Но временами ей все же хотелось быть как все: не ловить на себе косые осуждающие взгляды и не пытаться получить одобрение. Она не раз слышала, как одноклассницы называют ее странной или безумной, но эти слова не могли ранить юное сердце. Иногда они подшучивали над ее родимым пятном на правой щеке, по форме напоминавшим сердце, если, конечно, его немного повернуть. Это была ее личная связь с отцом. Утешением для девушки служили книги, именно в них она пряталась от реального мира.

С недавних пор Лизу с младшим братом Максимом мама воспитывала одна. Денег хватало в основном на продукты и оплату квитанций. Трудности в семье сплотили их, что не могло не радовать. Брат посещал детский сад, и порой девушке приходилось самостоятельно и забирать, и отводить его. Думать о себе будто бы не было времени. Лизе пришлось стать наравне с матерью, чтобы они смогли пережить трудный период. Она и не заметила, как быстро повзрослела. Теперь ей стало казаться, будто с каждым годом время ускоряется, подготавливая к гонке во взрослой жизни.

Но в тот зимний вечер все было иначе. День рождения девушки выпал на вторник, и, к счастью, мама смогла уйти с работы пораньше. На дорогой подарок рассчитывать не было смысла, учитывая финансовое положение семьи. Подходя к дому, Лиза увидела, что в окнах их маленькой квартиры горит свет, а значит, мама с братом уже пришли. Она ускорила шаг, чтобы поскорее погрузиться в обстановку праздника.

У входной двери сидела пожилая женщина – консьержка, которая смотрела в маленький, но толстенный телевизор. Поприветствовав кивком девушку, она снова опустила глаза в экран. Старый лифт с разрисованными стенами и уже давно неактуальными объявлениями довез Лизу до четвертого этажа. Когда двери открылись, в нос ударил запах жареной курицы. Она знала, что этот аромат доносится из их квартиры. Каждый человек сможет узнать запах маминой еды и родного дома. Открыв дверь, девушку встретил пушистый кот Васька и пробегающий мимо брат. Мама хлопотала на кухне, готовя ужин и накрывая стол. Праздник – это все же некое состояние души. Когда у всех хорошее настроение, в доме звенит посуда, слышится смех, а в кухне стоит дымка ароматных блюд. Вскоре женщина достала курицу с картошкой из духовки, налила всем персиковый сок и поставила на стол торт. Следом появилась нарезка из сыра и колбасы, салат и даже копченая рыба.

А когда дело дошло до торта, она достала из сумки праздничный пакет, подарив его дочери. В пакете оказалось два подарка: первый прямоугольной формы, завернутый в яркую бумагу и перевязанный лентой, а второй – маленькая коробочка. Волнение за потраченные деньги, а также чувство радости чередовалось внутри Лизы. Первым делом она взяла в руки коробочку и аккуратно потянула за один конец банта. Затаив дыхание, открыла крышку и замерла. На мягкой подушечке, обвитый аккуратной цепочкой, лежал кулон в виде сердца. Девушка подняла на маму переполненные слезами глаза.

– Это ведь очень дорого! – еле слышно произнесла она.

– Не думай об этом. Этот подарок из серебра, поэтому останется с тобой надолго. Милая, ты заслужила намного больше, чем я пока могу тебе дать. Но уверяю, скоро все будет иначе. У нас все наладится! – женщина улыбнулась. В уголках ее глаз показались глубокие морщины. – Давай помогу надеть!

Лиза достала подарок и перед тем, как вручить его матери, еще раз посмотрела на красивый отблеск и элегантное плетение. Этот кулон был не просто украшением, он был неким символом любви. Когда цепочка застегнулась на шее, девушка отпустила свои волнистые темные волосы, впервые почувствовав себя особенной. И дело было не в серебре.

– Спасибо! Это самый лучший подарок.

– Давай. Открывай второй, – нетерпеливо проговорила женщина.

Тогда Лиза взяла в руки второй подарок. Развязав ленточный бант и разорвав яркую бумагу, она зажмурила глаза и, затаив дыхание, замерла. Перебирая в мыслях возможные варианты, она, наконец, взглянула на свои руки, в которых лежала книга. С любопытством рассматривая обложку, девушка улыбнулась, обняв маму. Книги были ее большой любовью. Невероятные истории, скрывающиеся под чаще всего скучной обложкой, всякий раз уносили ее в мир, наполненный добром и светом. В них она пряталась, а в трудные времена искала ответы и даже спасение. Рядом сидел не менее счастливый брат, которому тоже достался утешительный приз – пожарная машинка.

После ужина Лиза помогла маме убрать со стола и вымыть посуду. Приготовившись ко сну, они решили немного почитать. Мама делала это по-особенному, так что каждое слово оживало, окутывало и уносило в мир, наполненный волшебством. Выключив свет, в маленькой уютной квартирке осталась гореть только гирлянда на окне. Макс спал с мамой на большой кровати, а Лиза – сразу за перегородкой в виде стеллажа с цветами и книгами. Этот угол был вроде как ее комнатой. Однако читать она приходила на мамину кровать. Тем более книга хоть и была старая, но у нее были красивые гладкие страницы и мелкие зарисовки, которые сложно назвать иллюстрацией, но в них присутствовал некий шарм.

История называлась «Книжное Королевство», и, со слов мамы, эта книга, скорее всего, обладала интересным прошлым. Она нашла ее в переулке, в одном из пунктов книгообмена. На серой обложке была изображена молодая женщина в пышном платье и с высокой прической. Но из-за потрепанности временем и темного жирного пятна сложно было рассмотреть лицо. Звали ее Мадлен. В книге рассказывалось, что ее родители умерли в страшном 1943 году, оставив шестилетнюю девочку сиротой. В те тяжелые времена напуганного ребенка забрала одинокая женщина средних лет по имени Ребекка. По счастливой случайности она оказалась владелицей библиотеки в комнатушке, над которой они и жили. Женщина воспитывала девочку как родную дочь с первых секунд и до самой кончины.

Маленькая Мадлен сразу полюбила запах книг, шелест страниц и все эти истории со счастливым концом, которые читала взахлеб. Она представляла, какая удивительная жизнь ждет ее впереди. Но у судьбы оказались другие планы. Когда Мадлен исполнилось девятнадцать, Ребекка умерла. После смерти женщины девушка закрылась в себе. Эта трагедия оставила новый шрам на и без того разбитом сердце. В тот период ей вспомнились покойные родители. Вспомнился тот ужас, который она испытала, осиротев в свои шесть лет. Вспомнились всех, кто когда-то был рядом, но по каким-то причинам ушел.

Переживая свою утрату, Мадлен решила не открывать библиотеку. Уж слишком сложно ей было обрести покой. Днями напролет она ходила между книжными полками в помещении, наполненном чужими историями и чувствами. С жадностью вчитывалась в страницы, пытаясь заглушить очередную боль потери. В один из таких темных дней, совершенно случайно, в вещах приемной матери девушка нашла чистую тетрадь с едва пожелтевшими страницами. Именно в ней она начала описывать всю боль, что жила в сердце. С самого детства и по нынешний день. Это стало спасательным кругом для утопающей в собственных мыслях девушки.

Однако у Ребекки не было сбережений, поэтому, вопреки своим желаниям, Мадлен оказалась вынуждена вновь открыть двери библиотеки. Долгое время – это место служило для нее домом, поэтому, впуская внутрь людей, она испытывала легкое отвращение. К счастью, посещали библиотеку немногие, а пожертвования оставляли и вовсе единицы. Выручки едва хватало на продукты и средства гигиены. Решение пришло само, когда один из посетителей, пожилой мужчина, попросил у Мадлен выкупить библиотечную книгу. Озвученная сумма превышала ее трехмесячный доход, поэтому девушка охотно согласилась. Ведь вся библиотека со всем содержимым по завещанию от Ребекки осталась ей. Много книг после войны потерялись, но в этой библиотеке оказались ценные экземпляры. Именно тогда в голову пришла идея восполнить дефицит востребованных книг, чтобы продавать их и жить ни в чем себе не отказывая. Так после первой проданной книги Мадлен поняла, чем действительно хочет заниматься.

На третьей главе уставшая мама закончила, пообещав почитать на следующий день. И в ожидании продолжения Лиза вернулась в свою кровать. Некоторое время она раздумывала, что же стало с Мадлен и неужели она решила распродать все книги из библиотеки, или ей все же удалось сделать копии. Она вдруг поймала себя на мысли, что хотела бы однажды тоже оказаться героиней чьей-то истории, стать той, кто способен изменить мир. И от этих мыслей на лице появилась наивная улыбка. Так, под размышления, девушка заснула, даже не подозревая, что принесет ей эта ночь.

Глава 2

Сон нарушил тихий глухой стук. Сначала разум принял это явление за часть сновидения, но когда стук повторился, Лиза приоткрыла глаза. Спокойное сопение матери нарушало тишину. Тусклый свет луны освещал комнату. Присев в кровати, девушка вглядывалась в темноту в поисках источника звука. В этот момент она заметила, что у старого платяного шкафа открыты двери. На одной из них висело зеркало, и что-то с ним было не так. Убрав одеяло в сторону, Лиза опустила ноги, ступив на холодный твердый предмет. Бросив взгляд вниз, она увидела на полу разорванную книгу, подаренную ранее мамой. Внутри появилось чувство тревоги. Наклонившись, девушка принялась соединять две части обложки, складывая между ними хаотично разбросанные страницы. На минуту ей даже захотелось разбудить маму и рассказать о случившемся. Но она не хотела лишний раз беспокоить и расстраивать ее.

В голове возник всего один вопрос: кто мог порвать книгу?

Вряд ли это был Максим, ему бы не хватило сил. Тем более он уснул первым, а разбудить его посреди ночи – дело не из легких. Но и мама не могла сделать подобное. Она всегда бережно относилась к вещам. В этот момент Лизе вдруг показалось движение в зеркале. Но, приподняв голову, она увидела лишь собственное отражение. Подойдя ближе, в тусклом свете луны девушка озадаченно рассматривала свое лицо. Казалось, ничего странного, до тех пор, пока отражение не улыбнулось ей. В ту же секунду мокрая рука из зеркала схватила ее, затащив внутрь. Лиза не успела даже среагировать на случившееся. По ту сторону зеркала оказалась темная вода, которая тут же потянула ее вниз, ко дну. Нос и рот наполнились этой водой, сопротивляться которой больше не было сил. Вскоре книга выпала из расслабленных рук, а страницы расплылись в разные стороны. Последний раз девушка взглянула в отверстие, которое когда-то служило ее зеркалом, а после потеряла сознание.

Прошло некоторое время, прежде чем она пришла в себя. Голова страшно болела, а глаза и вовсе открывались с трудом. Глухой повторяющийся стук звучал так громко, что это резало слух. В горле пересохло. С невероятной тяжестью Лиза приподняла голову, желая осмотреться по сторонам. Как оказалось, она лежала на расписанном странными узорами полу. В этих рисунках виднелись птицы, цветы и змеи, обвивавшие человеческие скелеты. Помещение вокруг служило огромным залом с высоким зауженным потолком. Его высота доходила до четырех, а может, и пяти метров. Зал освещал тусклый свет, который исходил от камина. Сухие поленья потрескивали от языков пламени. Стены почти целиком были заняты книжными полками, а выше начинался удивительный рисунок космоса. До самого потолка вырисовывались планеты, тысячи мелких, но ярких звезд и, кажется, даже Млечный Путь. В потерянном сознании Лизы вдруг появился вопрос: какие же нужны лестницы, чтобы художник смог добраться до самого верха, где было изображено Солнце.

У всех книг что лежали на полках, были схожие обложки в одинаковой цветовой гамме. Посреди комнаты стоял круглый дубовый стол, заваленный бумагами, а рядом дорогое роскошное кресло. Там же темный диван с бордовыми подушками, около него небольшой столик и графин с красным напитком. В центре комнаты, с самой верхней точки потолка, на железной цепи висела огромная люстра с горящими свечами. Интересно, кто и когда зажигает эти свечи и сколько времени на это уходит. На полу в вазе стоял огромный букет сухоцветов. На противоположной стене между полками с книгами было расположено круглое окно.

С другой стороны комнаты послышался глухой стук. Повернув резко голову, девушка увидела женщину, которая стояла возле шкафа с открытыми выдвижными ящиками и что-то в них искала. У нее были худые плечи и длинная шея. Достав какой-то предмет из верхнего ящика, она быстрым шагом направилась к круглому столу, и каждый ее шаг глухим эхом разлетался по комнате. Теперь Лиза поняла: именно этот глухой стук горчичных туфель на остром каблуке и с длинным носом пробудил ее от сна. В руке у женщины был мундштук с тлеющей сигарой. Поставив подсвечник на стол, она наклонилась, внимательно что-то рассматривая. Поверх светлого молочного платья, состоящего из корсета и длинной юбки, был накинут тяжелый бордовый халат. На благородной плотной ткани виднелись вышитые узоры сухих цветов, растущих с края подола к поясу. Ее аккуратно убранные вверх волосы крепились заколкой с темными длинными перьями. На запястьях бренчали браслеты, пальцы обвивали кольца с камнями, которые поблескивали от языков пламени.

– Как странно, – еле слышно произнесла Лиза, рассматривая перед собой руки. – Это самый необычный сон.

– О! Наконец-то очнулась! Я уж подумала, ты помрешь на моем превосходном полу! – недовольно произнесла женщина, не отвлекаясь от своего дела.

– Боже, это невероятно… Вы как будто настоящая, – пытаясь побороть легкое головокружение, проговорила девушка, при этом чувствуя нарастающую панику внутри.

– Поверь мне, я твой самый настоящий кошмар! – ответила вдруг женщина.

– Нет, это невозможно… Такого не бывает, – взволнованно произнесла Лиза. – Что это за место?

– Это твой новый дом, – усмехнувшись, ответила женщина, бросив на гостью пристальный, леденящий взгляд. – Добро пожаловать!

– Вы похитили меня? – сквозь возрастающий ужас проговорила девушка, и теперь ее тело покрылось мурашками.

– И зачем же мне похищать тебя? Кто ты такая и в чем твоя ценность?

– Я… Я не знаю, – теряясь в собственных мыслях, говорила Лиза, пытаясь встать на ноги, но, испытав невероятную боль в теле, упала на пол. В мыслях она старалась разобраться с происходящим в поисках хоть каких-либо ответов. – Боже! Боже, вы хотите убить меня!

В этот раз комнату заполонил звонкий, ужасающий хохот. Женщина смеялась, запрокинув голову назад. И смех этот эхом ударился об стены и, кажется, волной коснулся пламени свечей на люстре. Лиза закрыла ладонями уши, уткнувшись головой в колени. А после вдруг наступила тишина. Но было в этой тишине нечто ужасающее.

– Ты утомляешь меня своими глупыми вопросами!

– Скажите, как мне уйти?

– И куда же ты пойдешь? – усмехнувшись, проговорила женщина. Ее губы коснулись мундштука, а после изо рта повалились клубы дыма. – Что последнее сохранилось в твоей памяти?

– Я спала в своей кровати… Кажется, я все еще сплю, – стараясь заглушить чувство ужаса, произнесла Лиза.

В этот раз женщина отложила все свои дела и, повернувшись к девушке, облокотилась спиной на стол. Ее худощавое лицо с острыми скулами выглядело болезненно. Нос казался длинным и неестественно тонким. Сухие губы и впалые глаза говорили о недостатке отдыха и сна, а, возможно, о каком-то серьезном заболевании.

– То, что сейчас происходит, – не сон! Раз уж тебе так трудно в это поверить! Здесь твой новый дом. Место, где нужно придерживаться свода некоторых правил. Те, кто не соблюдают эти правила, умирают.

В груди Лизы появилась тяжесть, которая не позволяла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Голова закружилась, и это сопровождалось легкой тошнотой. С трудом встав на дрожащие ватные ноги, она наконец-то поняла происходящее вокруг – правда.

– Вы похитили меня! Боже мой! Вы похитили меня! – встревоженно прокричала она, осматриваясь по сторонам. – Кто-нибудь! Помогите!

Заметив, что девушка начала паниковать, женщина устало подняла голову и громко закричала:

– Георг! Георг! Живо! Унеси ее отсюда!

В ту же секунду у противоположной стены распахнулись двери, и в комнату забежал карлик с седой густой бородой. Он был одет в черный вельветовый костюм с серебристыми вставками. Удивляли вычищенные до блеска туфли и торчащий из нагрудного кармана уголок белого платка.

– Ваше Величество! Вы звали? – проговорил взволнованно карлик, опустив голову. Лиза замерла от удивления, с любопытством наблюдая за происходящим. Сердце бешено колотилось, а в голове происходил настоящий бардак.

– Забери ее и подготовь к суду! – произнесла резко женщина, отвернувшись к своему столу.

Девушка сделала от карлика шаг в сторону, ища глазами хоть какое-нибудь орудие защиты.

– Кто-нибудь! Помогите! – закричала она отступая к дальней стене.

– Черт возьми, Георг! Почему я все еще слышу этот голос? – со злобой и ненавистью прокричала свирепо женщина.

– Прощу прощения, Ваше Высочество! – торопливо произнес карлик и выскочил из комнаты. Не прошло и секунды, как он вернулся в компании еще четырех карликов. Остальные были в серых вельветовых костюмах и светлых туфлях. В руках они несли огромную клетку. Несмотря на свой рост, карлики быстрым шагом приближались к девушке, которая просто замерла, наблюдая за происходящим. У каждого из них в руках были металлические дубинки. Поставив клетку на пол и открыв небольшую дверцу, они окружили свою жертву. Один подтолкнул Лизу сзади, чтобы та залезла внутрь.

– Я туда не полезу! Вы не имеете на это право! – свирепо закричала она, убирая с лица волосы.

– Тебе следует слушаться, если не хочешь, чтобы мы применяли силу, – совершенно спокойно ответил один из карликов.

Оглядевшись по сторонам и едва ли понимая, что происходит, девушка вдруг издала истерический смешок. И в ту же секунду Георг – карлик в черном костюме – ударил Лизу по ногам с внутренней стороны колен. От неожиданности ноги подогнулись, и она упала.

– В следующий раз ударю сильнее! – свирепо прокричал Георг. – Залезай! Живо!

На глаза предательски подступили слезы. Поджав от злости губы и вытерев рукавом пижамы лицо, Лиза выполнила требование. Наклонившись, она залезла в клетку, позволив закрыть себя внутри. К горлу подступила тошнота. Жалость к самой себе заставляла слезы литься. Тяжелое дыхание и стук в висках сводили с ума. Четверо маленьких человечков подняли клетку и понесли прочь из комнаты странной женщины. Оглядываясь по сторонам, девушка пыталась ухватиться взглядом хоть за какую-нибудь значимую деталь. И наконец-то ей это удалось. На одной из последних книжных полок, там, где начинался нарисованный космос, висела картина в золотой раме. Лиза вспомнила, где видела этот портрет. Именно он был изображен на обложке книги, которую еще вчера ей подарила мама.

– Стойте! Я знаю, кто вы! Знаю! Вы Мадлен! – прокричала девушка в момент, когда карлики практически вынесли ее из зала. От неожиданности они замерли в ожидании реакции своей госпожи. Женщина сначала подняла голову, выпрямила спину, а затем повернулась к Лизе. Лицо ее исказилось гневом. Бросив на пол тлеющую сигару, она быстрым шагом направилась в сторону клетки.

– Да кто ты такая, чтобы знать обо мне? – свирепо прокричала она, схватившись тонкими длинными пальцами за прутья клетки. От страха Лиза прижалась к противоположной стенке.

– Я читала про вас книгу…

– Читала книгу? – женщина выпучила глаза, не отрывая взгляда от перепуганной девушки. А вслед за этим рассмеялась, вот только смех этот был наполнен яростью. – Две главы из пятидесяти. А затем ты, как дикарка, разорвала ее, разбросав по полу. Разорвала мою историю, мою жизнь…

– Что? Но это не правда! Я этого не делала! – возмутилась Лиза.

– Замолчи! Я весь вечер пытаюсь собрать ее по частям, словно разбитую душу! – женщина пальцем указала на свой круглый стол. Ее ноздри раздувались от злости.

– Я не трогала вашу книгу. Клянусь! Она понравилась мне.

В комнате снова послышался громкий истерический смех.

– Тогда скажи мне, милая, кто это сделал? Может, твой брат? Эти бестолковые дети ничего не понимают! Если ты думаешь, что оказалась здесь случайно, то ты ошибаешься! Я знаю о тебе и твоей семье все! И, кстати, их жизнь будет зависеть от твоего поведения в моем Королевстве!

Лиза замерла. На мгновение у нее пропал дар речи. В голове появилось тысячи новых мыслей. И среди них лидировала лишь одна: нужно срочно вернуться домой!

– Мой брат не делал этого, – наконец-то проговорила она, чувствуя, как пересохло в горле. Подставлять двухлетнего брата не было смысла. Ему бы не хватило сил сотворить подобное.

– Уверена? Я могу поменять вас местами, если скажешь мне правду. Знаешь, он ведь еще толком не жил. Ему точно терять нечего. Хотя сомневаюсь, что тебе есть что терять.

– Он ничего не делал! – встревоженно произнесла девушка, и вдруг добавила. – Если вам так угодно, можете считать, что это я испортила книгу о вашей жизни.

Карлики в один голос взволнованно ахнули. И женщина улыбнулась. Ей явно нравилось, как разворачивалась эта игра.

– Видишь, какая ты молодец! Надеюсь, ты знаешь, что бывает с теми, кто портит книги? – проговорила она, и девушка отрицательно покачала головой. – Эти люди попадают на книжный суд, а потом перепечатывают испорченную книгу. Снова и снова. В зависимости от того, какое решение примет суд. Те, кто испортил много книг, печатают их до конца своих дней. Та же участь ждет и тех, кто испортил книгу о Королеве! То есть обо мне!

– Но кто здесь судья? – обдумывая услышанное, спросила Лиза.

– Я здесь Бог, судья, Королева и твоя новая мать! И так как ты согласна с тем, что испортила книгу о моей жизни, твой преждевременный приговор таков: десять тысяч новых экземпляров!

– Что? Это бред! – возмутилась девушка, подумав о своей семье и привычной жизни. Эти слова вызвали тревогу. – Разве недостаточно просто сделать копии первоначального экземпляра? Какой смысл перепечатывать все вручную?

– Что значит какой смысл? Чтобы я могла наслаждаться процессом. Эти книги – самое ценное, что у меня есть. И я не позволю подобных выходок к тому, что мне дорого. Как показала практика, наказание служит хорошим уроком для тех, кто портит чужие вещи, – женщина обратилась к карликам. – Унесите ее отсюда!

– Столько книг невозможно напечатать! – прокричала Лиза, не сдерживая больше слез.

– Не переживай, милая. У тебя на это будет целая жизнь!

– Что? Нет, нет, нет! Меня будут искать!

– Искать? – женщина засмеялась. – И где же тебя будут искать, дитя мое? По ту сторону зеркала? Как часто твоя мама заглядывает туда? Кажется, ты не до конца понимаешь, куда попала. Ты не в другом городе и даже не в другой стране. Ты в месте вне привычного тебе мира. И все здесь так, как захочу я. Этот мир мой, и он соткан из моих желаний и требований. Твоя мама забудет тебя. Это лишь вопрос времени.

– Любимых не забывают! – чуть слышно прошептала Лиза, прежде чем карлики вынесли клетку из огромного зала. Чувство злости смешалось с тупой безысходностью. Девушка сжала кулаки, чтобы хоть куда-то перенаправить свою агрессию. Глаза наполнились предательскими слезами.

За высокими дверями комнаты оказался длинный коридор, по обе стороны которого находились полки с книгами и всюду лежали сухоцветы. В залах с потолков свисали люстры с горящими свечами. От маленьких ботинок карликов раздавалось глухое эхо. Лиза заметила впереди дверь, за которой оказалась небольшая площадка с тремя овальными витражными окнами. Впереди было продолжение длинного коридора, куда, не сбавляя темп, направились карлики. Но девушка успела увидеть, что находилось справа от них. Там была аккуратная каменная лестница, ведущая вниз. Перила бережно обвивали сухие ветви цветов. Внизу, где заканчивалась лестница, стояла огромная ваза с букетом из сухоцветов, а рядом два темных мягких кресла. Коридор, в который они зашли, оказался в два раза короче предыдущего и вел он в просторную библиотеку. В центре которой под огромной люстрой один из карликов, стоя на деревянной лестнице, зажигал свечи. Лизе подумалось, что для этого можно было найти человека повыше ростом. Все вокруг выглядело так красиво, что на мгновение она просто забыла, где находится. Казалось, что происходящее – самый странный сон, и теперь она была в этом почти убеждена. Для Лизы, человека, который обожал книги, это место напоминало рай. Вот только она прекрасно знала, что за этим раем прячется настоящий ад.

Глава 3

Пройдя мимо книжного зала, карлики остановились возле забитого доверху шкафа. Поставив клетку на пол, Георг отпустил одну книгу вниз. В тот же миг случилось невероятное. Книжный шкаф, словно по волшебству, выдвинулся вперед и начал медленно отодвигаться в сторону.

– Что происходит? – взволнованно произнесла Лиза, испытывая внутри чувство нарастающей тревоги, от которой появилась легкая тошнота.

– Это вход в твой новый дом, – сухо ответил один из карликов.

По ту сторону вид оказался менее приятный. Зайдя в появившийся проем, они оказались на длинном железном балконе на высоте около трех метров. С этого балкона вниз уходила такая же железная лестница. Когда за спинами закрылся книжный шкаф, карлики отпустили клетку на пол, открыв дверцу. Лиза зажмурила глаза, впиваясь ногтями в свою же руку в попытках пробудиться ото сна. И хоть она больше не плакала, внутри бушевал ураган чувств и мыслей. В какой-то момент ей вдруг показалось, что, возможно, она просто умерла. Если ад действительно существует, он, наверное, выглядит именно так. Место, где собрано все, что ты любишь, и исковеркано до невыносимости.

– Вылезай! – проговорил один из карликов, но девушка не шевельнулась, еще сильнее захватывая кожу своей руки ногтями. – Ну же!

– Я не могу… – голос задрожал, и, прикрыв ладонью лицо, девушка расплакалась.

Четверо карликов в серых костюмах стали спускаться. Георг ждал. Он терпеть не мог подобного рода эмоции.

– Твои слезы ничего не изменят.

– Да что вам нужно, черт побери! – прокричала Лиза, схватившись руками за клетку. – Если все, что я услышала, правда, то почему я не могу позволить себе просто порыдать?

– Поверь мне, у тебя еще будет на это время, – с безразличием проговорил Георг.

      Сделав глубокий вдох, Лиза вылезла из клетки и на ватных ногах подошла к железным перилам. Там она замерла, едва веря своим глазам. Перед ней открывался огромный амбар, где стояло около пятидесяти столов, напоминающих одиночные парты. За каждым из них сидел ребенок одетый в серый костюм и что-то печатал на старой пишущей машинке. Дети работали, не поднимая головы, успевая лишь заправлять свежую бумагу. Стук этих кнопок, кажется, мог любого свести с ума.

– Боже, что здесь происходит… Что они делают? – спросила Лиза, чувствуя странную дрожь в теле. Ее будто морозило, как при простуде. Горели лишь те места, куда она снова и снова впивалась своими ногтями, желая, как можно скорее пробудиться.

      В этот момент откуда-то сбоку послышался голос.

– Они отрабатывают свой срок, – Георг и Лиза повернули голову. К ним на встречу по длинному железному балкону шел молодой человек со светлыми кудрявыми волосами и черными, словно бездна, глазами. На нем был серый фрак и строгие брюки. Его неестественная улыбка на лице выглядела пугающе. Карлик тут же склонил голову.

– Кто ты такой? – растерянно спросила Лиза.

– Тебе нельзя к нему обращаться! Никому нельзя к нему обращаться! – прокричал карлик. В ответ парень лишь рассмеялся. Но этот смех не вызывал радости, напротив, он вызывал странное чувство тревоги.

– Да брось, Георг! Правила существуют, чтобы их нарушать, если об этом никто не знает, – шепотом добавил юноша.

– Боюсь, что для нас это может плохо кончиться, – не поднимая головы, ответил карлик.

Повернувшись к приближающемуся человеку, Лиза внимательно изучала его.

– Кто ты такой и почему к тебе нельзя обращаться? – чуть более настойчиво спросила девушка.

– Я такой же подросток, как и все вы. Вот только у меня другое наказание.

– Неужели? Ты не похож на наказанных.

– Но это не означает, что я не один из них.

– Если это и так, в таком случае ты должен меня понять. Я не могу здесь остаться. Моя мама не переживет мое исчезновение. Ей нужна моя помощь, особенно сейчас.

– Твоей маме давно не нужна помощь. Она сильная и независимая женщина, – пожав плечами, совершенно спокойно произнес парень.

– Это что, какая-то шутка? Да вы сумасшедшие!

– Может быть! В таком случае, ты теперь одна из нас.

– Это бред! – возмутилась Лиза, посмотрев на детей, которые упорно работали. – Судя по-твоему наряду, ты приближенный к вашей Королеве…

– К нашей Королеве, ты это хотела сказать? Да, так и есть. Я приближенный. И меня зовут Кристофер. Я слежу за тем, чтобы механизм Книжного Королевства работал.

– Механизм – это вон та кучка детей? – бросив на парня взгляд, проговорила девушка.

– Именно так! Ты пока не представляешь, насколько это важно. Восполнить утраченное. Воссоздавать историю, которую каждый из вас однажды испортил. Эти книги передавались из поколения в поколение. Писались невероятными умами не для того, чтобы кто-то обращался с ними подобным образом, – проговорил Кристофер, наблюдая за сидящими, внизу наказанными. Теперь его взгляд был серьезным и надменным.

– Кажется, я сошла с ума? – усмехнувшись, спросила Лиза. – Почему здесь нет наказанных взрослых?

– Потому что взрослые не портят книги, – пожав плечами, ответил парень.

– Это не правда. Мой дедушка сжигал книги в печи, когда в его стране процветал голод и бедность. Его никто не забрал ни в какое чертово Королевство.

– Не все книги имеют должную ценность. Некоторые из них просто пустышки. Если бы мы забирали каждого, кто хоть раз испортил книгу, в вашем мире не осталось бы людей. К тому же взрослые слишком сложные. Им здесь не место. От них одни проблемы.

– А в каком мире живете вы?

– В мире справедливости!

– Тогда что случается с маленьким ребенком, который случайно испортил книгу? – не унималась Лиза.

– У таких детей случайно портится жизнь. Ну а вообще, дети портят детские книжки. Нам до них нет дела, – Кристофер взглянул на часы. – И если интервью окончено, я должен вас огорчить. Мне пора идти. Приятно познакомиться, Лиза. Хорошо тебе тут устроиться. Слушай персонал, и все получится!

      Кристофер подошел к той двери, в которую некоторое время назад карлики затащили клетку. С этой стороны она больше напоминала бесформенный кусок железа.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – произнесла вслед девушка.

– Здесь я знаю все! В том числе и о тебе. Хорошего вечера! – проговорил парень и, улыбнувшись, скрылся из виду.

В компании с карликом Лиза спустилась в цех, где работали ребята. Все ненароком поглядывали на пришедших. Навстречу к ним из кабинета с темным стеклом вышел еще один карлик. У него был уставший и немного взъерошенный вид. Он быстро передвигался на своих коротких ногах, подняв на лоб очки.

– Что? Еще одна новенькая? Да вы издеваетесь! – удивленно проговорил он.

– О, таких у тебя еще не было, – шутливо проговорил Георг. – Своим наказанием она переплюнула сразу всех.

      Карлик, что так торопливо шел навстречу, вдруг замер. Убрав со лба очки, он взволнованно почесал подбородок.

– Значит, пять тысяч книг, тысяч? – заикаясь, проговорил он.

– Нет, десять тысяч. Она слишком болтлива, – смеясь, ответил Георг. И тогда второй карлик с ужасом взглянул на зареванную девушку.

– Сколько тебе лет? Сколько? – снова заикаясь спросил он.

– Пятнадцать, – пытаясь разобраться в происходящем, произнесла Лиза.

– Хорошо, хорошо. Я Эллимиос, ты будешь работать в этом цеху. Следуй за мной, – он смотрел на девушку так, будто увидел призрака. Пройдя поперек зала между узкими столами, они остановились у одного из тех, что стояли прямо в центре.

– Этот стол будет твой, – проговорил он, обратившись к девушке. Увидев на столе приклеенный на скотч кусок бумаги с именем «Гарри», Лиза почувствовала очередной приступ тошноты.

– А куда делся Гарри?

      Эллимиос озадаченно поднял на нее глаза, а после, взглянув на стол. Увидев кусок бумаги, он подошел ближе и, оторвал его, скомкав в кулаке.

– Уже не важно. Первое – всегда следи за временем, – карлик указал на стену над кабинетом с темным стеклом, на которой висели часы. – Второе – никаких разговоров во время работы. Предупреждаю всего один раз. У тебя будет достаточно времени обсудить с другими, что происходит с теми, кто ослушивается. И третье – то, что ты делаешь, очень важно для Королевства, поэтому старайся делать это хорошо. Через пятнадцать минут рабочий день закончится. Держись вон той девчонки с красными волосами. Ее зовут Жаклин. Она поможет тебе освоиться и все расскажет. А еще она твоя соседка по комнате. Завтра с утра жду за этим столом. И постарайся не наделать глупостей. – Элиммиос вдруг бросил взгляд на красные следы, что остались на коже рук девушки. Заметив это, она оттянула рукава, сжав их в ладонях.

– Добро пожаловать в семью! – добавил Георг и засмеялся. Из-за темных усов виднелись желтые зубы.

– Вы мне не семья! – стиснув зубы, проговорила Лиза, но ее больше никто не слышал. Она замерла у пустого стола, пытаясь пробудиться от этого кошмара. Желая, чтобы все происходящее было просто сном. Плохим, странным сном.

Глава 4

В этот момент прозвенел громкий звонок, и тишину прервали оживленные разговоры. Несмотря на усталость, многие из ребят шутили и вели себя так, будто происходящее с ними – норма. Жаклин резко встала со своего места и с грозным видом подошла к Лизе.

– Сколько тебе лет? – спросила девушка, разглядывая собеседницу.

– Пятнадцать.

– Знаешь, какой сегодня день недели?

– Должно быть, уже среда.

– Нет, дорогая. Сегодня понедельник. Говорят, в понедельники поступают везунчики. Поздравляю! Рада, что тебе пятнадцать. Я уж боялась, что мне опять дадут ребенка. Знаешь, мне семнадцать, и если честно, иногда кажется, что из меня сделали няньку. Это ужасно бесит. Ну, как ты?

– Я… Я не знаю. Не знаю. Думаю, что это сон или, может быть, ад. Если все происходящее – правда, то я предпочитаю смерть.

– О! – засмеялась вдруг Жаклин. – Первое время все так думают, а потом привыкают. Но, к великому сожалению, все, что сейчас происходит, – правда. И этот ад – самая настоящая реальность!

– Я должна вернуться домой. Моя мама не переживет этого, – произнесла Лиза, чувствуя, как к горлу снова подкатывает ком горечи и ужаса.

– Знаешь, правда в том, что все они почему-то переживают. Переживают, даже когда кажется, что больше нет сил. Так устроен человек. Только представь, сколько боли испытывает женщина, рожая ребенка, но при этом идет на это снова. Память будто прячет все эти страшные вещи в уголках сознания. А если у тебя есть братья или сестры, есть отец, то они будут жить ради них и однажды даже не вспомнят, как звучал твой голос.

– Ты не помогаешь! – возмутилась Лиза.

– А я и не должна тебе помогать. Только ты сама можешь себе помочь. Никакие мои слова не станут для тебя спасением. Выход нужно искать в себе. Знаешь, люди ко всему привыкают. Запомни мои слова.

      Девушка пошла вслед за идущими из цеха ребятами. Лиза еще раз взглянула на свой стол и направилась за Жаклин.

– Куда все идут? – спросила она, наблюдая за мимо проходящими ребятами.

– Рабочий день закончился. Они вправе заниматься чем угодно! А вообще, все идут на ужин, ты голодна? – поинтересовалась Жаклин.

– Нет, спасибо. Кусок в горло не лезет.

– Понимаю. Тогда пошли, я покажу нашу комнату, а после отлучусь на ужин. Любишь книги?

– Да, обожаю… – с грустью ответила Лиза.

– Сначала ты будешь в восторге от увиденного, а после первого десятка перепечатанных книг тебе захочется выйти в окно. Но предупреждаю, здесь нет окон.

Они вышли из цеха через железную серую дверь. Когда рабочий день заканчивался, над этой дверью загоралась зеленая лампа, что означало: пора отдыхать! Теперь перед ними открывался огромный холл, который выглядел весьма интересно. Он не был похож на ту часть Королевства, что находилась по другую сторону книжного шкафа. В холле были черные стены и пол, светлый потолок и свивающиеся с него лампочки. Никаких сухоцветов и свечей, никаких пуфиков и столиков. Единственное, что объединяло обе части, – это книги, которых в холле было очень много.

– Смотри внимательно и запоминай. В Королевстве три цеха и три этапа наказаний: первый цех и первый этап – это те, кому суд дал наказание в виде перепечатки книг. Во втором цеху сидят те, кто проверяет на ошибки и неточности первых. А третий цех занимается версткой и обложкой.

– У всех одинаковые наказания? – спросила Лиза.

– Смотря, какую книгу ты испортил. Какое наказание у тебя?

– Десять тысяч книг.

– Что? – остановившись от удивления, произнесла Жаклин, выпучив свои большие карие глаза. – О Боже, ты сорвала куш. Впервые слышу о таком наказании. Видимо, ты очень постаралась. Королева Мадлен сама решает, как и за какую книгу наказывать.

– Это бред. Чем так важна книга о Королеве?

– Кто ж знает. Я не читала эту книгу. А ты?

– Всего две главы. Но ничего интересного не увидела.

– Как сказал бы Георг: эта история о человеке, который посвятил свою жизнь книгам. Который старается ради нашего будущего. И несмотря на то, что у Королевы была сложная судьба, но она смогла создать этот невероятный мир. А потому, советую не сомневаться в ценности этой книги! – Жаклин изменила голос, а когда закончила пародировать, рассмеялась.

– Кто попадает во второй цех? – продолжала спрашивать Лиза, снова пощипывая себя за кожу на руке.

– Те, кто выполнил требования суда.

– Но разве после этих десяти тысяч книг я не вернусь домой?

– Ты вообще представляешь, сколько нужно жизней, чтобы напечатать на этой машинке столько книг? – спросила Жаклин, взглянув собеседнице в глаза. – Если честно, мы думаем, что отсюда никто не возвращается. И так, на чем мы остановились? Ах да, экскурсия! В этом месте, по сути, есть все: тренажерный зал, библиотека, столовая, что весьма логично. Есть комната для медитации и игровые. Там можно поиграть в бильярд, настольный хоккей и еще в кучу всего. По четвергам мы играем в Монополию или Твистер. Он неплохо добавляет азарта этому местечку. По пятницам проводим дискотеки. По вторникам ребята с третьего цеха устраивают лепку, все по желанию. Можно пойти даже на плетение бисером. Питание три раза в день, строго без перекусов. Но здесь есть автоматы, всегда можно что-нибудь взять. С голоду еще никто не умер. Туалеты и душевые только в комнатах сна. Сама понимаешь, здесь запрещено уединяться, а потому никаких общих зон «личного» пользования. С ужином дают по две капсулы: одна снотворное, вторая – успокоительное. Желтая и красная. Желтая реально помогает уснуть в этом дурдоме. Красная помогает не срываться, когда выполняешь одну и ту же работу. А это, поверь мне, очень бесит. Предупреждаю сразу: были и те, кто не пил капсулы. Это слишком рискованно. Не советую. Как и попытки сбежать отсюда. Тоже бессмысленное дело. Ничем хорошим это обычно не заканчивается.

– То есть кто-то пытался сбежать? – с ноткой надежды произнесла Лиза.

– Безусловно! Но мы их больше не видели. И поверь мне, это не потому, что у них получилось. Из Королевства невозможно сбежать, так уж оно устроено.

Однако, рассматривая огромный холл, Лиза все же искала глазами выход. Мысли в голове сменялись одна за другой, но каждый раз притормаживали на осознании того, что Королева знает ее семью. Это означало лишь одно: нельзя допускать ошибок, чтобы родные люди оставались в безопасности. Толпа хаотично расходилась по разным сторонам. Отовсюду доносились разговоры и смех, что было странно для людей, застрявших в этом гиблом месте.

      Девушки направились к дальней двери с яркой красной вывеской «Зона сна». Там оказался длинный коридор с комнатами по разные стороны. В каждой комнате стояло по две кровати, один шкаф и прикроватные столики. В начале коридора находилась полка под обувь, а на полу постелен зеленый ковер по типу «травы». На светлых стенах висели картины, а также стояли полки с книгами. Все в едином нейтральном стиле. Выделялись лишь окна своими витражными стеклами. В каждой комнате свой душ и санузел. Как и говорила Жаклин.

      Дойдя до комнаты с номером «24», Жаклин отпустила ручку, пропустив новенькую вперед.

– Маленькое предупреждение. Двери здесь не закрываются. Во всем цеху. Не переживай, никто из соседних комнат к тебе не зайдет. Иначе этого человека ждет суровое наказание, но в худшем, а может и в лучшем случае – смерть.

– То есть, допустим, нельзя зайти к подружке в соседнюю комнату?

– Нет! С подругами общайтесь в цеху. Комнаты только для сна. Если не хватает острых ощущений, можешь и нарушить правила. Только не говори потом, что я не предупреждала.

– Острых ощущений мне более чем достаточно. – Задумчиво проговорила Лиза, заметив на аккуратно заправленной постели стопку с вещами, а внизу белые кроссовки. На прикроватном столике лежала зубная щетка, паста, кусочек мыла, бутылка шампуня и одноразовый станок для бритья.

– Ах, да. Это все твое. И кровать, кстати, тоже. – Проговорила Жаклин, упав на свою заправленную кровать.

      Лиза задумчиво взглянула на вещи. Помимо униформы там было несколько пар новых носков, нижнее белье и майки с плотными чашечками вместо бюстгальтера. Пара темных футболок, пара джинс и один серый свитер.

– Эти вещи новые. Откуда они знают мой размер? – Задумчиво произнесла Лиза, почувствовав странную тоску внутри.

– Эти вещи – некая база. То, что дают всем при поступлении или когда износятся. Остальную одежду можно взять в магазине.

– В магазине? На улице? – Выпучив глаза, предположила Лиза.

– Нет, конечно! – Рассмеялась Жаклин. – Здесь есть одна большая комната, в которой лежат вещи. Мы называем это место магазином. Белье, пижамы и предметы гигиены приносят в спальню лично. Всегда новое. А вот наряды можно подыскать как раз в «магазине». Надоела кофточка, отнесла ее в эту волшебную комнату. Кто-то ее взял, но вернул свои брюки. Иногда появляется новая одежда, но не та, что с ярлыками дорогих брендов. Новая – это та, которую наш первый цех еще не видел.

– Звучит ужасно!

– Довольствуемся малым! – Улыбнулась Жаклин. – После стирки могут случайно перепутать магазинные вещи или отнести их обратно. Но твои вещи, те, что ты получаешь новыми, никогда не потеряются. На них внутри есть три цифры. По этим цифрам они и идентифицируют тебя. У меня, например, число 298.

      Взяв в руки одну из футболок, Лиза заглянула внутрь, и увиденное заставило ее испытать странный ужас.

– У меня 607, – еле слышно проговорила она.

      Заметив, как изменился голос новенькой, Жаклин постаралась подбодрить ее.

– Слушай, это всего лишь цифры. Понимаю твои чувства, мы все проходили через это. Но здесь не так уж и плохо.

Присев на вполне мягкую кровать, Лиза посмотрела на Жаклин. Да, в привычном мире в таких, как она, всегда влюбляются парни. С такими хотят дружить. На прикроватной тумбе Жаклин стоял стакан с водой, книга и косметичка. Над ее кроватью висела гирлянда и портрет нарисованной карандашом девушки.

– Красиво. Это ты нарисовала? – поинтересовалась Лиза.

      Странная грусть промелькнула в лице Жаклин.

– Да. Это нарисовала я.

– Кто эта девушка?

      Сделав паузу, Жаклин приняла более удобную позу и, бросив пристальный взгляд на портрет, наконец-то ответила.

– Ее звали Мэри Клайд. Она была старше всех. Мы жили в одной комнате. Перед своим восемнадцатилетнем она заболела. Кашель был таким, будто ее легкие пытались вырваться наружу. Ее забрали в госпиталь при Королевстве. Но больше мы ее не видели.

В комнате нависло молчание. Ощутив чувство ужаса, Лиза взглянула на кровать, на которой сидела.

– Не переживай, после «уходящих» все моют и меняют. Даже матрасы с подушками. – В голосе Жаклин послышались нотки осуждения.

– Мне очень жаль, что с близким тебе человеком случилось подобное. – Совершенно искренне проговорила Лиза.

– Никто от этого не застрахован. Она мне нравилась. Знаешь, есть такие люди, которые в любой ситуации находят положительные стороны. Так вот, Мэри была одной из них. От нее исходило столько света, что время от времени мы забывали про окружающий нас ад.

– Думаешь, она мертва? – Осмелившись, поинтересовалась Лиза.

– Не знаю. Я лишь надеюсь, что сейчас она в лучшем мире.

Теперь каждая из них погрузилась в свои мысли. Поправив подушку, Жаклин легла на спину, уставившись в потолок. Из коридора доносились оживленные разговоры.

– Зачем им обустраивать нам жилье? – Желая сменить тему, спросила Лиза.

– Затем, что нам здесь жить. И нам здесь умирать. Ты еще у второго зала в корпусе не была. Там так красиво. У третьих вообще рай. Им не нужны недовольные. Здесь есть все для того, чтобы ты просто смирился.

– И это срабатывает?

– Еще как! – Ответила Жаклин. – Подросткам нужна свобода, а здесь они свободны. Да, пять дней в неделю занимаются какой-то дрянью, но по факту они свободны. В это трудно поверить, но, как я уже говорила, люди привыкают ко всему. Кстати, что тебе говорил Невесомый? – Повернувшись на бок и подложив под руку голову, заинтриговано спросила Жаклин.

– Кто это?

– Кристофер. Мы так его называем, потому что он, как Господь, парит над нами, а толку никакого.

– Какая его роль в этом месте?

– Его роль быть сыном Королевы, а значит, он всемогущий. – Сморщив лицо, пояснила Жаклин. – Будь осторожна с ним. Он умен, но все его шаги, все его действия исключительно во благо семьи. Его семьи, а не твоей…

– Так странно. Кажется, он много обо мне знает. Думаю, осторожность вряд ли поможет.

– Много не значит, что все! Главное твое орудие – это твой характер! Уж его-то он точно не знает, – девушка с красными волосами улыбнулась. Ее глаза блеснули при свете настольной лампы.

– Все это так странно. И если честно, мне кажется, что происходящее сейчас просто дурной сон. – Пожав плечами, произнесла Лиза.

– И даже я, – Подшутила Жаклин.

– И даже ты. Огненно-красная красотка из самого странного сна.

Девушки засмеялись. Но на самом деле внутри Лиза не то чтобы беспокоилась. Чувство тошноты прикатывало от осознания, происходящего вокруг. Она понимала, что, скорее всего, случившееся с ней – правда. Хотя, может, она впала в кому, и ей это все кажется. Так или иначе, принимать происходящее за реальность ей не хотелось. По крайней мере, не сейчас.

Глава 5

Спустя несколько часов Лиза проснулась от странной ноющей тревоги. Все чувства и страхи вдруг перемешались в одном моменте, создав в голове бесконечный шум. Страх за близких людей, за маму и брата, за себя сбивал спокойный поток мыслей. Открыв глаза, она огляделась по сторонам. Тихое сопение соседки сманивало ко сну. Но, встав с кровати, Лиза надела с вечера полученные кроссовки и, выйдя из комнаты, направилась в холл.

Остановившись прямо по середине этого холла, некоторое время она осматривалась по сторонам, пытаясь сориентироваться в темноте. Прямо напротив, у дальней стены, одной из широких дверей светилась надпись «зал медитаций». Рядом стояли автоматы с «вкусняшками», их мигающее подсвечивание вызывало ужас. Под высоким потолком в разных местах горела красная точка. Скорее всего, это были камеры, в которые кто-то за ними наблюдал. Знать бы только зачем? В воздухе стоял запах пыли и сладкой ваты, что было странно и одновременно удивительно. Вглядываясь в темноту, Лиза размышляла о том, что из этого холла, как и из самого Королевства, точно должен быть выход. Осталось его только найти.

Пройдя мимо горящих автоматов игровой комнаты и приблизившись к «столовой», девушка услышала тихий гул. Ее пульс тут же подскочил, а сердце ускорило ритм. Нет, она не боялась темноты или чего-то потустороннего. Ко всему этому Лиза относилась довольно скептически. Больше всего ее пугали люди. От них-то уж точно можно ожидать что угодно.

Убедившись, что этот монотонный, но такой знакомый гул доносится из столовой, девушка, подтолкнув приоткрытую дверь, зашла внутрь. В темноте сознание вырисовывало жуткие картины, хотя в огромном помещении, кроме прямоугольных столов и стульев, ничего не было. Пройдя немного вперед, Лиза остановилась перед стеной, увешанной витражными окнами. Благодаря попадающему внутрь лунному свету, витражи окрашивали столовую разными оттенками красок. Вслушиваясь в тишину, она поняла, что этот гул исходит из кухонного закутка, где как оказалось стояли огромные холодильники. Когда источник звука был найден, Лизе даже захотелось расплакаться от того страха, который она успела испытать. Если бы она рассказала об этом маме, та бы очень громко подсмеялась над своей дочерью.

– Что ты здесь делаешь?! – послышался вдруг позади знакомый голос. Одинокая фигура Жаклин в лунном свете вызывала смешанные чувства от безопасности до странного подозрения.

– Боже! Жаклин! Я чуть не умерла от страха! Как ты так тихо подкралась?

– Я не кралась. Просто проснулась и поняла, что тебя нет. Подумала, может, тебе нужна какая-то помощь. Первые дни в Королевстве самые тяжелые.

– Никогда так больше не делай! Это не смешно! – совершенно серьезно произнесла Лиза.

– Хорошо! – улыбнувшись, проговорила Жаклин. – Так что ты здесь делаешь в темноте?

– Я услышала гул и пошла на этот звук. Оказалось, так гудят холодильники.

– Ты пыталась сбежать? – осуждающе спросила Жаклин.

– Через холодильник? Это было бы странно. – подшутив, ответила Лиза.

– Уверена, в твоей голове есть такие мысли. Они есть у всех новеньких.

– Даже если бы это и было так. Что это меняет?

– Просто не трать время зря. Когда все закончится, ты и так вернешься домой.

– Мое наказание состоит из десяти тысяч книг. И если все реально, я сомневаюсь, что когда-либо вернусь домой! Ты сама-то уверена, что ты вернешься?

– Мне осталось полторы тысячи книг. Я не знаю, вернусь ли, но только вера в это возвращение дает мне силы жить. – пожав плечами, проговорила Жаклин.

– Но что, если это место – какая-нибудь лаборатория? Что, если все мы участники какого-нибудь жестокого эксперимента?

– Сомневаюсь. Но идея интересная. Хоть и не предвещает хорошего конца. Ладно. Пойдем отсюда. Здесь и вправду жутко.

– Я надеялась найти что-нибудь перекусить.

– О нет. Здесь не оставляют еду. Пошли, возьмем что-нибудь в автоматах.

– Но у меня нет денег. – нахмурив брови, проговорила Лиза.

– Автоматы бесплатные. Бери все, что пожелаешь!

Захватив перекус, девушки вернулись в комнату. За непринужденными разговорами они все съели, а после легли спать. Некоторое время Лиза обдумывала случившееся. Ей нравилась Жаклин в качестве наставника, но ситуация в столовой не выходила из головы. Как ее новой соседке удалось так тихо и осторожно последовать за ней? И почему она делала это в полной тишине?

Утро началось с громкого звонка, напоминавшего школьный. Такой же надоедливый и раздирающий слух. В ту же секунду Жаклин соскочила с кровати и, подойдя к шкафу, начала переодеваться. Лиза сонно открыла глаза, пытаясь понять, что вообще происходит.

– Доброе утро, соня! Опоздаешь на завтрак, останешься голодная до часу дня!

– О черт. Надо надевать форму? – еле поднимаясь с кровати, спросила девушка.

– Конечно. Ты же на работу идешь! – воскликнула весьма бодрая Жаклин. – Ах, да вещи стираются раз в три дня. Складываешь все в специальный мешок и наклеиваешь стикер с номером комнаты и своим личным номером.

– Поняла. Откуда у тебя столько сил?

– Я просто дисциплинированный работник. – в этот момент Жаклин улыбнулась какой-то жуткой улыбкой.

      Девушки быстро собрались, умылись и вышли в главный коридор. Из соседних комнат уже выходили другие ребята, все в одинаковой серой форме.

– Эй, рыжая, доброе утро! – проговорил парень с очаровательной рекламной улыбкой и блондинистыми шелковистыми волосами. Он прибавил шаг, чтобы сравняться с девушками.

– Доброе утро, Габриэль! – задрав нос, ответила Жаклин, даже не посмотрев на парня.

– Вижу, у тебя новая соседка. Может, познакомишь нас? – продолжал Габриэль, заглядывая на удивленную Лизу.

– Боюсь, она слишком хороша для тебя! – на этой ноте девушки засмеялись, прибавив шаг в сторону столовой.

      При утреннем свете в столовой Лиза была первый раз. Там оказалось весьма уютно, чисто, но скучновато. По левую руку стояло некое подобие витрин, на которых лежали блюда. Это были типичные завтраки: омлет, яичница, сырники и каши. Стоит заметить, что еда оказалась свежей и даже вкусной. Набрав целый поднос, Жаклин и Лиза уселись за крайним столом. Вскоре к ним присоединился парень по имени Билл и девушка Анна. Жаклин сказала, что их трио – отличная команда.

Ровно в девять прозвенел еще один звонок. Это означало, что завтрак окончен и у них есть пять минут, чтобы пройти в цех и занять свои места. Убрав за собой грузную посуду, Лиза последовала за своими новыми знакомыми. Теперь она понимала, что ее рабочее место находилось между Жаклин и Биллом, что не могло не радовать. С ними она чувствовала себя в безопасности, если такое слово вообще подходит для данного места. Для работы с печатными машинками в цеху не хватало света. И хоть на потолке висело не меньше восьми квадратных светильников, освещали они очень скудно.

      Сев впервые за свое рабочее место, Лиза с изумлением рассматривала печатную машинку, боясь даже прикоснуться к ней. В воздухе витал запах пыли и старой бумаги. Из комнаты с черным стеклом вышли два карлика с железными тележками, наполненными чистыми белыми листами и темными копиями книг. Это были Георг и Эллимиос. Они подходили к каждому рабочему месту, оставляя немного чистых листов и копий. Когда очередь дошла и до Лизы, Георг положил ей тот же набор и хотел было уйти, но девушка остановила его.

– Прошу прощения. Что мне нужно делать?

– Для начала научись не разговаривать в рабочее время! – грубо ответил карлик и покатил свою телегу к следующему столу.

– В таком случае я не смогу выполнять свои задачи, – чуть настырнее произнесла Лиза.

– Условия ставить будешь ее Величеству, а не мне…

      В этот момент из той же комнаты вышел Кристофер, он же Невесомый.

– Не будь таким злым, Георг! Новеньким надо помогать.

      Лиза повернула голову на говорящего юношу, который шел прямо к ним.

– Да, сэр! – без грамма сожаления ответил карлик, развернувшись обратно.

– Нет, нет. Не отвлекайся. Я сам все покажу. У вас с Эллимиосом и так полно работы, – произнес Кристофер. Все вокруг едва заметно рассматривали парня. Кто-то со страхом, а кто-то с ехидной недовольной улыбкой.

– Только посмотрите, кого отправили делать грязную работу, – чуть слышно подшутил Габриэль, переглянувшись со своими друзьями. Он знал, что Невесомый его услышал. В этом-то и был весь шарм хоть как-то противостоять происходящему.

      Георг злобно повернулся на парней, закричав на весь цех:

– Звонок прозвенел! Закройте свои гнилые пасти и приступайте к делу! А с тебя, сопляк, сегодня шесть книг!

      В толпе послышался тяжелый вздох отчаяния.

– О, это слишком, Георг. Ведь Габриэль едва справляется с двумя. Но мы пожелаем ему удачи. У нас давно не было ночных смен, и, кстати, в подвале пустуют клетки, – улыбнувшись, ответил Кристофер.

Наконец Лиза поняла, о чем говорила Жаклин, описывая этого симпатичного парня. Быть с ним внимательнее и осторожнее. Все вокруг принялись за работу. Больше никто не обращал никакого внимания на Невесомого. Подойдя к столу Лизы, он внимательно посмотрел на стопку бумаги и лежащие рядом откопированные страницы книги.

– Испортить книгу о самой Королеве – это равносильно проклятью, – проговорил юноша. И, выпрямив спину, приподняв величаво голову, обращаясь ко всем, кто находился в зале. – Все эти книги – наша с вами история! Мы были обязаны хранить эту историю и беречь, а не уничтожать. Каждый день вас окружает множество разных книг. Будьте добры ценить каждую из них. Если кто-то решил, что может себе позволить паясничество и проявление характера, мы будем проверять этот характер на прочность в более подходящем для этого месте. Именно там становится ясно, что вы из себя представляете. Мы здесь, чтобы очистить вас от ошибок прошлого и помочь найти путь к истине. Книга о Королеве – редкий экземпляр, за порчу которого можно поплатиться жизнью. – Теперь Кристофер посмотрел на Лизу. – Ты первая, кто совершил такого рода преступление. Стоит проявить благодарность к Королеве за то, что она оставила тебя в живых.

– Но это бред… – возмущенно произнесла Лиза, не отводя взгляда с темных глаз Кристофера.

      В этот момент разъяренный Георг, который как раз проходил по другую сторону от стола девушки, повернулся к ней и со всей силы замахнулся рукой. Лиза не сразу поняла, что происходит. Но когда рука карлика оказалась возле ее лица, Кристофер успел остановить ее. Все ненароком уставились на происходящее. Ладонь Георга тряслась от напряжения, но, увидев осуждающий взгляд Кристофера, карлик сдался. Девушка замерла почувствовав приток ужаса и страха. Дыхание участилось, а сердце ускорило темп.

– Не смей поднимать руку на тех, кто работает на нас! Тем более здесь, в этом зале! – наклонившись к Георгу и стиснув зубы, произнес Кристофер. Теперь его взгляд сочился яростью.

– За работу! – прокричал Георг, отдернув руку и заковыляв в комнату со стеклом.

– Будь внимательнее к тому, что ты говоришь! В следующий раз меня может и не оказаться рядом! – нахмурив брови, проговорил девушке Кристофер. А затем, словно по щелчку, снова стал добрым и приятным. – И так, берешь лист бумаги и вставляешь в печатную машинку. Дальше перепечатываешь весь текст с этих копий. Достаешь лист и вставляешь новый. Советую быть осторожнее с машинками. Эллимиос терпеть не может, когда их портят, – наклонившись, Кристофер облокотился на стол, внимательно посмотрев в лицо девушки. От этого взгляда она вжалась в кресло. – Я верю, у тебя все получится!

      Лиза ничего не ответила, бросив случайный взгляд на губы парня, которые расплылись в улыбке, оголив белоснежные зубы. Когда он скрылся в дверях, а она взволнованно повернулась на Жаклин. Та лишь улыбнулась, прошептав тихое

«Он псих!»

С трудом веря в происходящее, влажными от волнения руками Лиза вставила первый лист бумаги в машинку. Кнопки оказались очень тугими, нажатие на них требовало немалых усилий. В этот момент она вдруг подумала о принятии. О том, что она сдалась, приняв все, что с ней происходит. Но в тот же момент она понимала, что пока никак не может изменить ситуацию. Мысли предательски возвращались к маме и брату, причиняя без того немало боли.

«Я обязана вернуться домой», – промелькнуло в ее голове.

Когда прозвенел звонок, все, как ни в чем не бывало, отправились на обед. Словно они на перемене в школе. Никто не пытался противостоять. Наблюдая за происходящим, Лиза пообещала себе не стать такой же равнодушной, готовой жить в этом ужасном месте.

После обеда работать оказалось еще сложнее. Но стоит признать, вкусная еда однозначно скрашивала ничем не отличающиеся друг от друга будни. К вечеру руки болели так, что едва сжимали ложку. Ноги отекли, от чего хотелось, чтобы кто-нибудь размял их. За первый день Лизе удалось напечатать с десяток страниц. Это был один из худших результатов. А за ужином она получила свои первые две капсулы: желтую и красную. Взволнованно наблюдая за тем, как остальные ребята без каких-либо сомнений засовывают капсулы в рот, она же сжала их в ладони, а после спешно покинула столовую.

Каждый день назойливый и упрямый Габриэль пытался заговорить с Лизой. При этом вел себя очень наигранно и самоуверенно, из-за чего она всячески игнорировала его. И хоть парня у нее еще не было, в этом месте ей даже думать о них не хотелось. К счастью, долгая тяжелая неделя вскоре все же подошла к концу. Все эти дни Лиза засыпала, едва коснувшись головой подушки. Иногда даже забывая умыться. Больше всего у нее болели запястья рук и поясница, а также уставали глаза от постоянного напряжения. Выходные прошли довольно быстро. Большую часть времени она провела в комнате, в своей кровати. Усталость ломила тело и сбивала мысли. А вечером воскресенья, пока Жаклин что-то возбужденно рассказывала, Лиза просто уснула. Вот только снов она в этом месте не видела.

Глава 6

Ближе к десяти вечера послышался громкий стук в дверь. В тот же момент в комнату заглянул Георг. Жаклин озадаченно подняла брови, ожидая хоть какого-то объяснения. Карлики редко приходили в зону сна, только если по срочному делу, которое не требовало отлагательств. Мужчина оглядел комнату, бросив взгляд на сонную Лизу.

– Ты! Идешь за мной! – скомандовал он.

– Что? Я? Но разве уже не отбой? – удивленно произнесла девушка.

– Знаете, она не очень хорошо себя чувствует, – пожав плечами, проговорила Жаклин. Георг же не оставил эти слова без внимания. Несмотря на волнение, что поселилось внутри, Лиза встала с кровати и, натянув на ноги обувь, улыбнулась соседке.

– Все хорошо. Я скоро вернусь.

      Но в ответ послышалось лишь тихое:

«Надеюсь».

Как бы там ни было, Лиза не боялась. Она пообещала себе быть сильной. Быть смелой, ведь только тогда ей удастся вернуться домой. Если это вообще возможно. Теперь только вера в лучшее служила поводом просыпаться по утрам и продолжать двигаться вперед. Хотя стоит признаться, что чувство неимоверной усталости пошатывало эту веру.

      Выйдя из комнаты, они прошли по коридору, огибая пустой холл. Достав из кармана брюк кольцо с ключами, карлик открыл железную дверь, у которой они остановились. По ту сторону оказался еще один коридор с догорающими на люстрах свечами. Их шаги издавали глухое, едва различимое эхо. Карлик торопливо перебирал ногами, а Лиза, напротив, шла чуть медленнее, не желая обгонять его. Этот путь отличался от того, что вел к Королеве, что не могло не радовать. Вскоре странная парочка вышла к широкой лестнице, перила которой обвивали сухие розы. Оставив позади три этажа, перед ними оказалась просторная библиотека. Вдоль стен всюду стояли книжные шкафы, а между ними висели красивые картины неизвестных художников. Тусклый свет догорающих свечей добавлял атмосфере некой таинственности. Открыв ключом одну из деревянных дверей, Георг отошел в сторону как покорный слуга.

– Входи! – приказал карлик.

Зайдя внутрь, Лиза оказалась в просторном кабинете. В воздухе витал сладкий хвойный аромат. Оставшись снаружи, Георг закрыл двери. Сделав шаг вперед, девушка взволнованно огляделась по сторонам. На противоположной стене оказалось большое круглое окно с обычным прозрачным стеклом – весьма неожиданно для этого места. От него по разные стороны стояли массивные шкафы из хорошего красного дерева. С левой стороны находился камин, в котором догорали сухие поленья. Их тихий треск придавал месту магическую атмосферу. Под потолком висела люстра с маленькими стеклянными капельками, которые переливались от играющих языков пламени. С правой стороны находился рабочий стол, заваленный бумагами. В центре комнаты, недалеко от окна, ютился темный вельветовый диван, напротив него точно такое же кресло, а между ними маленький стеклянный столик. Лизе вдруг захотелось пересечь кабинет, чтобы выглянуть в окно, но она боялась. Боялась совершить очередную нелепую ошибку, подвергая тем самым себя и свою семью опасности. Услышав скрип дверной ручки девушка обернулась. В комнату зашел Кристофер.

– О! Не знал, что ты уже здесь! – проговорил он, пройдя мимо девушки к своему рабочему столу. – Давно он тебя привел? – спросил парень, взяв с полки графин с красным напитком и два хрустальных стакана. Рукава его белоснежной рубашки были аккуратно подогнуты к локтям, а две первые пуговицы и вовсе расстегнуты. Пиджак небрежно висел на спинке его стула. Лизе подумалось, что такой вид не совсем характерен Кристоферу.

– С минуту назад, – ответила она, внимательно наблюдая за происходящим.

– У тебя все нормально? Как проходит адаптация? – поинтересовался парень.

– Сложно, но не думаю, что могло быть иначе.

– Может быть, я могу как-то тебе помочь? – бросив пронзающий взгляд на Лизу, предложил он.

– Сомневаюсь, что тебе под силу вернуть меня домой, – усмехнувшись, ответила девушка.

– О нет, я говорю об адаптации. Жаклин рассказала, что здесь вообще происходит? – вполне позитивно спрашивал парень.

– Да.

– Понял, но я надеюсь, ты следуешь внутренним правилам поведения?

– Да, – так же сухо ответила Лиза.

– В таком случае, у меня возникает ряд вопросов, например, почему к концу недели твоя продуктивность ухудшилась вдвое? Почему ты не выполняешь недельный план по количеству напечатанных страниц? А также, я заметил, что ты выглядишь очень уставшей, – поставив стаканы на столик и наполняя их напитком, проговорил Кристофер, бросив оценивающий взгляд на стоящую посреди кабинета девушку. Она же неосознанно впилась ногтями себе в ладонь. Кажется, это становилось плохой привычкой.

– Сложно не быть уставшей, находясь в таком месте, – коротко произнесла девушка.

– Понимаю, поверь мне, у меня тоже стоит своего рода план, но при этом я не выгляжу так, будто меня пытают изо дня в день, – юноша улыбнулся, убрав свои взъерошенные волнистые волосы, которые все время падали на лицо. Присев на край своего стола, он тяжело вздохнул.

– Я выполняю все ваши требования, и для этого мне необязательно даже чистить зубы. Мы никуда не выходим, кому какая разница, как я выгляжу? – нахмурив брови, проговорила девушка.

– Давай так, для начала я попрошу тебя присесть, пожалуйста, – Кристофер указал на диван, а сам сел в кресло, что стояло, напротив. На некоторое время в воздухе нависла тишина. Лиза едва заметно рассматривала молодого человека, его аккуратный нос с небольшой горбинкой, широкие скулы и тонкую линию губ. Все это время она пыталась разгадать, что же прячется под такой, казалось бы, притягательной внешностью. Тусклое чарующее освещение камина выстраивало длинные тени на сидящем в кресле юноше. Сделав глубокий вдох, он наконец-то заговорил.

– Хорошо, хорошо. Давай объясню иначе. Полагаю, ты уже в курсе, что я сын Королевы, и для меня важно, чтобы все правила соблюдались. Здесь не нужны слабые игроки, понимаешь? Если человек не выполняет план, этот человек становится не нужен Королевству. А значит, от него избавляются. Я не буду вдаваться в подробности, но можешь спросить у ребят. Сейчас ты – слабый игрок, и я хочу услышать от тебя, что идет не так?

– Думаю, причина в том, что вы похитили меня, незаконно удерживаете здесь, в то время, когда моя семья не находит себе места. Вы разрушаете мою жизнь и жизнь тех, кто мне дорог. И если я не выполняю этот ваш план, то в этом виноваты только вы.

– Сомневаюсь, что Королеве понравится такой ответ. Но, как удобно, обвинить всех, кто тебя окружает. Ты здесь не просто так, Лиза, ты отрабатываешь свое наказание, – сделав паузу, парень попытался немного перевести дыхание. – Знаешь, ты первая и пока единственная из всех наказанных, кто был в этом кабинете. Как и первая, кто испортил книгу о Королеве. Однако это не делает тебя особенной. Запомни это. Смею полагать, что причина твоей усталости заключается в другом.

В этот момент Кристофер достал из кармана брюк небольшую стеклянную баночку, в которой лежали желтые и красные капсулы. Он вытянул ее вперед, внимательно разглядывая содержимое.

– Кажется, эти капсулы твои.

– Я не понимаю… – еле слышно произнесла девушка.

– Эти капсулы должны были помочь тебе в адаптации и с усталостью, но ты решила, что будет лучше, если проигнорируешь указания и не будешь их пить. Такая халатность может дорого стоить.

– Но я пила свои капсулы.

– Если хочешь продолжать врать, я отправлю тебя в комнату для наказаний. Не знаю, говорили тебе ребята или нет, что они у нас есть. Я называю их «Комнаты для профилактических бесед». Поэтому, пожалуйста, избавь меня от этого цирка. Я уже слишком устал на сегодня.

– Но как вы узнали? Как вы узнали, что эти капсулы мои? Вы следите за нами?! Даже когда мы в туалете, в душе, в своих кроватях? Вы следите за несовершеннолетними детьми? Это нарушает мои права и права всех, кто здесь находится! – еле сдерживая злость произнесла девушка.

– Первое, мы следим не за вами, мы следим за порядком. Второе, здесь нет прав у тех, кто наказан. И третье, если бы ты внимательно слушала свое окружение, ты бы поняла, как я узнал про капсулы. – Положив на столик баночку, Кристофер устало закрыл лицо двумя ладонями, а затем тяжело вздохнул. – Прости, конечно, но этот разговор слишком затянулся. И так, еще раз: слушай и запоминай: желтая капсула – снотворное, красная – успокоительное. Сейчас ты не похожа на того, кто хорошо спит и не испытывает при этом стресс. Никто не хочет тебя травить, эти капсулы помогают вам выжить здесь.

– Но я не хочу выживать! – устало произнесла Лиза. И тогда Кристофер покачал головой, а после истерически рассмеялся. Через мгновение он совершенно с серьезным лицом поднял на девушку свои черные глаза. Пристальным взглядом он рассматривал Лизу, словно она была предметом декора. Та же вжалась в мягкий диван, испытав странное волнение.

– Открыть тебе секрет? – наконец-то произнес он. – Я терпеть не могу это место. Эти темные длинные коридоры, пустые комнаты, это бесконечное обилие мертвых цветов. Но больше всего на свете я терпеть не могу книги. – Смотря в лицо юноши, Лиза вдруг поняла, что верит ему.

– Это провокация? – спросила она, нахмурив брови. Некоторое время Кристофер изучал юное лицо собеседницы, а после расплылся в улыбке.

– Да, все верно! Сплошные провокации. Лиза, ты должна понять главное: здесь никто не желает тебе зла. С этого момента надзор за тобой будет более тщательным, и да, не забудь за завтрашним ужином выпить капсулы. Это не просьба! Есть еще одна тема, которую мы должны обсудить. Я заметил, что Габриэль проявляет к тебе интерес. Хочу, чтобы ты понимала: здесь нет места каким-либо отношениям…

– Что? О каких отношениях может вообще идти речь! Это какой-то бред! Единственное, о чем я могу думать с утра до вечера – это о своей семье. О том, как проснуться от этого кошмара и оказаться дома. – Возмутилась Лиза, встав с дивана, желая покинуть это место. Но Кристофер успел среагировать и, подскочив на ноги, схватил девушку за руку, а потом повернул к себе.

– Мы еще не закончили разговор! – В эту секунду их взгляды встретились. Лиза замерла, боясь представить, что можно ожидать от этого человека. В нос ударил запах табака и нотки уже выветривавшего за день парфюма. Пристальным, изучающим взглядом темных глубоких глаз Кристофер смотрел на стоящую перед ним девушку. Уставшую и напуганную, но в ту же секунду сильную и смелую. Она была так близко, что, кажется, он слышал бешеный стук ее сердца. Отпустив глаза на мягкие алые губы Лизы, она отвернулась, отдернув свою руку. И хоть Кристофер и сделал шаг назад, освободив личное пространство девушки, он продолжал смотреть на нее, словно хищник, следящий за своей жертвой.

– Вернись на свое место, пожалуйста. Разговор не был окончен.

      Немного успокоившись, Лиза все же вернулась на диван. Хотя вряд ли у нее был другой выбор. Кристофер же подошел к окну, и в кабинете на некоторое время наступила тишина. Каждый размышлял о чем-то своем.

– Прости, если напугал тебя…

– Я не испугалась! – грубо ответила Лиза, поймав себя на том, что снова оттягивает кожу на руке, прищипывая ее ногтями.

– И так, с Габриэлем вопрос закрыт. Я рад, что мы друг друга услышали. Думаю, мы смогли решить все проблемы. – Обернувшись, проговорил он. – Может, у тебя остались ко мне какие-то вопросы?

      В тот странный момент Лизе показалось, что голос Кристофера теперь звучал немного иначе. Мягче, спокойнее, тише.

– У меня есть вопрос. Один странный вопрос. Можно посмотреть в это окно?

Растерявшись, парень нахмурил брови. Но, не найдя повода отказать, он едва заметно кивнул головой. Встав с дивана, девушка медленно подошла к окну. Кристофер стоял рядом. И пока она смотрела на мир, в который попала, он смотрел на нее. Некоторое время они молчали. По ту сторону оказался густой темный лес, за которым при лунном свете поблескивала вода, напоминавшая море. Ветер гонял легкую череду едва заметных волн. Темное, усыпанное звездами небо и пушистые, словно вата облака, казались сказочными.

– Как красиво. – Еле слышно произнесла Лиза, смотря в окно.

– Да, довольно красиво. – Сдержанно ответил Кристофер, бросив на девушку взволнованный взгляд, сам не до конца понимая, что говорит о ней, а не о мире, что окружает их.

– Чем заканчивается книга о Королеве? – спросила вдруг Лиза. – Я заметила, что в этих копированных страницах нет последних глав.

– Так и есть! Эти главы Королева пишет сама. Ей нравится принимать в этом участие. Это ведь ее история, ее жизнь. – Совершенно спокойным голосом ответил Кристофер, наблюдая, как меняются тени на лице девушки от потухающего пламени в камине. Она же наблюдала за тем, как ветер касается макушек старых сосен.

– Если эта книга о жизни Королевы, а мы все заперты здесь, вряд ли у этой истории хороший конец. Смею полагать, что для таких, как мы, эта книга заканчивается плохо.

– Необязательно. События в книге больше о ее молодости, а не о том, что происходит сейчас.

– Сколько тебе лет? – Повернувшись к парню, спросила Лиза. Тот улыбнулся. Несмотря на хорошую физическую форму, личный кабинет, важные обязательства, все знали, что Кристофер едва ли уступал другим подросткам.

– Я почти совершеннолетний.

– Ты когда-нибудь видел другой мир? Мой мир? – Задумчиво поинтересовалась девушка. Он же нахмурил брови.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.