Светлана Казакова
Позволь мне выбрать

Глава 1

Настоящее время

Громкий звон городского колокола за окном напомнил о том, что время приближается к полудню. Значит, рынок скоро закроется, и пора поторопиться. Вот только…

Я заглянула в кошелёк, даже подкладку вывернула, но тот оказался совершенно пустым. Пришлось идти за копилкой. Массивная глиняная хрюшка, разрисованная уже местами облупившимися красками, никак не хотела поддаваться, и я даже хотела расколотить её молотком, но тут надо мной будто кто-то смилостивился, и из неё посыпались монеты.

Необходимо купить самое нужное. Не для себя – для Кая. И хорошо, что есть, с кем его оставить, ведь на рынке соблазнов много, а пятилетнему ребёнку непросто объяснить, что у меня нет возможности купить всё, что так завлекательно разложено на лотках торговцев.

Гельза появилась из своей комнаты – я не успела убрать копилку, и, разумеется, та немедленно бросилась в глаза женщине.

– Неужто у вас закончились все накопления?! – ахнула она.

– Не все, – со вздохом объяснила я. – Есть ещё несколько украшений, их можно продать. Не беспокойся.

– Да как же не беспокоиться? Вы ведь мне не чужая! А мальчик…

– Я никогда не допущу, чтобы мой сын голодал, – ответила я. Наверное, немного жёстко, но так, чтобы не допустить и тени сомнений. Знаю я их – только дай слабину, так мигом заползут в душу и угнездятся там, как змеи.

Перед тем, как выйти из дома, я задержалась перед зеркалом. Платье на мне и так было самое простое – хлопковое, застиранное, почти потерявшее свой изначальный цвет, а сейчас я ещё и надела уродующий меня чепец, низко натянув его на лоб и спрятав под ним убранные в пучок каштановые волосы. Теперь я походила на самую обычную небогатую горожанку, и никто не заподозрил бы во мне аристократку. Руки происхождения тоже не выдавали. Хоть они и изящной формы, но после стирок и после того, как я в попытке научиться шить исколола пальцы иголками, едва ли кто-то обратит на них внимание.

От бессонных ночей над кроваткой сына под глазами у меня залегли синие круги, губы побледнели, и теперь я больше не походила на ту, кому могли сделать предложение зарабатывать, лёжа на спине, как случилось некоторое время назад. Поначалу я даже не могла понять, о чём говорил собеседник – один из наших соседей. Затем, когда до меня дошёл смысл его слов, кое-как сумела сдержать первый порыв отшвырнуть его с дороги одним из приёмов боевой магии. Даже руки зачесались. Но нельзя – если уж скрываться, то не выдавая себя ничем, особенно способностями, с которыми рождался далеко не каждый. Ведь любое использование дара порождает вспышку в магическом пространстве, которую знающие люди с лёгкостью разглядят. Неизвестно, интересовала ли кого-нибудь моя скромная персона в настоящее время, но рисковать не хотелось.

Гельза только вздыхала, наблюдая за тем, как я, взяв корзину, выхожу из дома.

Сделав несколько шагов по заросшему дикими розами и сорняками саду, я оглянулась. Покосившиеся перила крыльца, выщербленный камень серых стен, прореха в крыше, под которую в дождливые дни приходилось подставлять ведро. Так выглядит место, где я теперь живу.

А ведь когда-то я понятия не имела о том, как попадают на стол овощи и другие продукты, не умела стирать бельё и мыть полы, а будущее виделось мне светлым и беззаботным. Я вприпрыжку мчалась по жизни, не умела унывать дольше нескольких минут и легко могла поддержать других в их печалях. А теперь поддержка нужна мне самой, вот только ради моего мальчика, спящего за унылыми стенами старого дома, я должна быть сильной.

Шагая по улице городка и вдыхая пахнущий морской солью воздух, я почти не смотрела по сторонам. Всё вокруг было знакомым. Вымощенная брусчаткой мостовая, хилые деревца по её обочинам, ряд вывесок. Башмачник, аптекарь, брадобрей. А вот и рыночная площадь. Шумная и даже почти не опустевшая, хоть и близилось закрытие.

Все женщины на рынке казались непривычно взбудораженными. Сначала я не вслушивалась в разговоры, пропуская их мимо ушей в попытке найти товары подешевле. Иногда торопящиеся домой торговцы делали скидки, чтобы распродать свой товар, пока тот не испортился, и не слишком обеспеченные завсегдатаи вроде меня прекрасно об этом знали и пользовались возможностью. Порой я брала даже чуть подвявшую свёклу или подпорченные яблоки. Их можно обрезать и сварить компот или повидло, а свёкла сгодится на суп.

– Отбор! Отбор у императора! – услышала я и невольно остановилась. Пальцы, сжимавшие ручки корзины, чуть дрогнули, и я сильнее уцепилась за неё, вся обратившись в слух.

Чтобы понять, о чём говорили торговки и покупательницы, много времени не понадобилось. Впервые за несколько столетий объявили отбор невест для главы империи. Незамужние девицы из благородных родов вне зависимости от размера их приданого получали право отправиться во дворец и побороться за сердце императора.

– И почему я всего лишь дочь пекаря и портнихи? – захихикала румяная толстушка. – Непременно бы попытала счастья! Наш император такой красавчик!

– Размечталась! – насмешливо бросила в ответ её спутница. – Представляешь, сколько там будет желающих носить корону? И все наверняка раскрасавицы ему под стать!

– А вот и не все! Видела я тут одну. Разъезжает в карете, вся в шелках и брульянтах, фу-ты-ну-ты, задирает длинный нос! А у самой спереди плоско! Доска и доска! Матушка ей на платье пышные кружева пришивала, а бельё набивала ватой, чтобы хоть видимость форм придать! – расхохоталась девушка. – Вот разочарование-то будущему муженьку!

– Ну, у императора и после женитьбы недостатка в любовницах не будет! – фыркнула вторая.

Осознав, что слишком долго прислушиваюсь к чужому разговору, я зашагала дальше. В голове ворочалась ещё не окончательно сформировавшая мысль. Дерзкая и рискованная.

Слишком дерзкая. Даже опасная. Но, если отбор – единственная возможность попасть во дворец императора, грех ею не воспользоваться…

Все прочие варианты я не раз уже рассматривала, подолгу в мыслях перебирая и взвешивая каждый из них, как крупу или горох. Прислугу туда не набирали обычным способом – почётная обязанность служить императору передавалась по наследству из поколения в поколение. В придворные дамы меня тоже бы не взяли, к их назначению подходили ещё более придирчиво и строго.

А вот отбор невест… Если для участия в нём требуется всего лишь текущая в жилах кровь одного из аристократических семейств империи, то здесь у меня имелся весомый шанс. Разумеется, представляться там своим настоящим именем я не собиралась, но ведь можно же назвать и чужое.

Кузина Юханна. Она пропала два года назад. Почти все решили, что сбежала с каким-нибудь мужчиной. Я помнила, как мы с ней говорили о нашем прошлом, вспоминали детство и юность, плакали и смеялись, а затем она пожелала мне доброй ночи и поднялась в свою комнату в мансарде. Утром её не оказалось дома, и некоторые из вещей моей единственной родственницы тоже пропали. С тех пор о ней не было ни слуху ни духу. Поиски ни к чему не привели, да и дознаватели вскоре оставили их, переключившись на другие, более важные, дела.

Я могла её понять и не сердилась. Хотелось верить, что она встретила хорошего человека и счастлива с ним. А если с ней случилась беда? Несмотря на то, что в нас текла одна кровь, я не могла чувствовать кузину на расстоянии. Никого не могла, кроме сына, чья боль порой терзала меня так, словно я сама испытывала её. Но полностью забрать себе не могла. Такое даже целителям не под силу, а я училась на другом факультете – прямо противоположном.

Узнать подробности об отборе много времени не заняло. На обратном пути заглянула в мэрию, обратилась к деловитому секретарю, который удивлённо вскинул брови, услышав мой вопрос, но всё же согласился изложить требования к претенденткам и другие подробности, которые я желала услышать. На просьбу записать меня молодой человек округлил глаза.

– Что-то не так? – нахмурилась я.

– Вы ведь знаете, что принять участие в отборе могут только аристократки.

– Разумеется, знаю.

– Но вы… не похожи.

– А у вас есть возможность проверить, – напомнила я, поморщившись от его снисходительного взгляда. Решил, будто мне вздумалось выдать себя за знатную особу? – Можете безотлагательно этим и заняться.

– Д… да, – запнулся он. – Конечно. Позвольте вашу руку.

Я протянула ему ладонь, терпеливо выдержала короткий укол в палец, и вскоре в распоряжении собеседника оказалось несколько капель моей крови.

– Передам магу. Результат проверки будет завтра. Как вас записать?

– Хан… Юханна. Юханна эль Ландри, – произнесла я, едва не назвав своё настоящее имя. Хорошо, что они похожи, отличаются всего лишь одной лишней буквой. – А внешний вид, к вашему сведению, бывает весьма обманчив.

– Эль Ландри! – воскликнул юноша. – Я вспомнил! Ваш род обнищал после несчастного случая в море, а его глава, не вынеся позора, покончил с собой.

– Враньё, – процедила я сквозь зубы. – Он сильно заболел и умер, потому что у нас не осталось денег на услуги хорошего целителя. Почти всё ушло на компенсацию семьям погибших моряков. А вы, работая в таком месте, лучше бы не слушали сплетни и, тем паче, не разносили их! Я приду завтра.

Выйдя на улицу и жадно вдохнув свежий воздух, несущий запахи моря и ветра, зелени и цветов, а не пропахший пылью и чернилами, я укорила себя за несдержанность. Увы, этот канцелярский служащий не единственный, кто так думает о моей фамилии. На каждый роток не накинешь платок.

Мой дядя – отец Юханны, который и мне заменил отца, – был благороднейшим из мужчин. Когда принадлежащие ему корабли затонули в шторм, он мог бы ограничиться извинениями, ведь и без того потерял весь товар. Однако решил выплатить компенсацию, чтобы вдовы, родители и дети мужчин, которые плыли на тех кораблях и погибли в море, не держали на нас зла и не нуждались хотя бы первое время. Тогда ещё его не покинула надежда всё поправить, но затем удача окончательно оставила нашу семью. Глава рода эль Ландри не просто тяжело заболел – он опустил руки и перестал бороться. Ушёл к своей жене и брату в лучший мир, если верить служителям религии. Но благородная кровь продолжала течь в его дочери и племяннице, то есть во мне, и это – мой пропуск в императорский дворец.

Вернувшись домой и отдав корзину с покупками Гельзе, я снова подошла к зеркалу, но теперь уже с другой целью. Стянув отвратительный чепец и вынув шпильки, чтобы распустить волосы, я вгляделась в своё отражение. Сравнивая его с Юханной – такой, какой она оставалась в моих воспоминаниях, – и размышляя над тем, что нужно сделать, чтобы придать себе надлежащий вид.

Мы с кузиной очень похожи. Одинаковый цвет волос, тёплый оттенок кожи, и глаза у неё тоже карие. Впрочем, так выглядят почти все южанки. Блондинки среди нас редкость. Юханна немного выше, черты лица несколько различаются, но кто её знал при дворе? Где столица, а где приморский городок со смешным названием Дорсуль? Разумеется, родственница, как и многие девушки, мечтала там побывать, но дочери пришедшего в полный упадок рода путь в высшее общество закрыт.

Как и мне. И оставался бы закрыт до сих пор, если б не объявление насчёт грядущего отбора. Размер приданого не имеет значения – следовательно, кандидатка не обязана быть богатой особой.

А если ещё учесть тот факт, что в академии я красила волосы в рыжий цвет…

Он меня не узнает. Да и не вспомнит уже наверняка. Сколько у него было таких, как я?..

Глава 2

Прошлое

Сладкий утренний сон прервала пронзительная трель дверного колокольчика. Я перевернулась на другой бок, неохотно открыла глаза и тут же подпрыгнула на кровати. Наверняка явился почтальон!

На то, чтобы резво подняться и накинуть поверх ночной рубашки длинный халат, много времени не потребовалось. Путаясь в подоле, я выскочила из спальни и понеслась на первый этаж. Ступеньки лестницы недовольно поскрипывали от моего бега.

Служанка уже забрала почту, и я жадно выхватила из пухлой стопки тот самый конверт, которого так ждала. Прижав его к груди, затанцевала от избытка чувств. Хотелось прыгать до потолка и со всеми вокруг поделиться своей радостью.

Меня приняли в магическую академию Траудберт! Я знала это, ещё не распаковав письмо. Ведь в случае отказа они не присылали никаких уведомлений, а, если я получила от них весточку, то, значит, совсем скоро начну там учиться!

Мой восторг прервал резкий окрик, раздавшийся как гром среди ясного неба.

– Тэйса Ханна эль Ландри! Что вы себе позволяете?! Скачете тут в таком виде, как какая-нибудь… простолюдинка! – с презрением выплюнула последнее слово моя гувернантка Арделия. В её голосе звучали ледяные нотки, ставшие мне привычными после всех тех лет, что она провела в нашем доме, обучая меня и кузину. Вот уж по кому, а по своей строгой надзирательнице я точно скучать не буду!

Тэйса Арделия эль Гринар, язвительная старая дева, происходила из благородной, но обедневшей семьи, потому ей приходилось зарабатывать на жизнь своим трудом. Собственное занятие она ненавидела и, как мне всегда казалось, завидовала нам с Юханной. Мы были моложе, красивее, богаче и обладали возможностями, недоступными нашей гувернантке.

– Я получила письмо из академии! – воскликнула я с невольной обидой. Казалось, будто моя радость немного потускнела от появления Арделии. Но я напомнила себе, что вскоре моя жизнь изменится, и снова заулыбалась, искрясь тем ярким незамутнённым счастьем, которое так редко выпадает в жизни.

– Неважно, – процедила собеседница. – Это не оправдание. Немедленно приведите себя в порядок и спускайтесь на завтрак!

Сама гувернантка, несмотря на раннее время, пребывала в том самом порядке, в котором желала видеть меня. Наглухо застёгнутое серо-коричневое платье с накрахмаленным и наверняка очень жёстким белым воротничком, пучок, из которого не выбивалось ни единой прядки. Арделия напоминала линейку – сухопарая, довольно высокая и плоская, с вытянутым лицом, крупным носом и тонкими бровями.

– Да, – отозвалась я, решив не спорить. Ещё не хватало, чтобы гувернантка нажаловалась на меня дядюшке! Скоро я буду далеко отсюда, и её длинные руки до меня не дотянутся.

Вернувшись в спальню, я не удержалась и распечатала заветное письмо, любуясь изящным штампом академии. Как и ожидала, в конверте лежало приглашение поступить к ним на обучение. У меня ещё оставалось время до начала занятий, но я очень надеялась, что оно пролетит побыстрее.

Я всем сердцем любила Дорсуль – небольшой приморский город. Знала все его виды, звуки, запахи. Родилась здесь, на юге империи, и выросла. Больше нигде не бывала. Но меня неудержимо тянул к себе большой мир, а шанс получить образование в лучшей академии магии являлся для меня шансом, о котором можно только мечтать.

Кузина Юханна меня понимала и не испытывала зависти. Её магический дар оказался очень слабым, он едва тлел огарком свечи в то время, как мой собственный горел ярко и ровно, точно факел. Она видела своё будущее не связанным с магией, а я – наоборот. И всё равно мы во многом походили друг на друга. У неё, как и у меня, не было ни матери, ни родных братьев и сестёр, вся наша семья состояла из трёх человек.

В то время дело моего дяди процветало, и мы не знали забот. Две счастливые богатые девочки, живущие в одном красивом особняке, из окон которого открывался прекрасный вид на тёплое Дерринское море. Если нас что-то огорчало, так это Арделия, однако и её мы покорно терпели, как неизбежное испытание. Даже жалели порой. Никто из нас не хотел бы такой судьбы, как у неё.

Гувернантка приучила нас одеваться самостоятельно, без помощи служанок. Впрочем, та особо и не требовалась. Платья и блузки застёгивались спереди, завязки на туфельках тоже с ранних лет не вызывали затруднений. Воду для умывания мне уже принесли. Поплескав ею в лицо, я причесала волосы, заплела их в две косы и поспешила обрадовать кузину.

Юханна тоже уже успела собраться к завтраку, мы столкнулись в дверях её комнаты.

– Меня приняли в академию! – сообщила я ей. Кузина тут же бросилась меня обнимать. На душе стало ещё теплее – как хорошо, когда есть кто-то, кто искренне готов разделить с тобой твою радость!

– Там будут не только уроки и книги, – прищурившись, проговорила Юханна. – Но и всякое другое. Например, праздники, танцы и… мальчики, – добавила она лукаво.

– Я вовсе не думаю о них!

– Думаешь!

– Нет, не думаю! Ни чуточки!

– Ханна! Нельзя быть шестнадцатилетней девушкой и не думать о таких вещах! – заявила мне кузина. – Даже Арделия в твоём возрасте наверняка мечтала о первом поцелуе!

– Фу! Кто бы захотел её расцеловывать? Уверена, она и тогда была занудной особой!

– Но ты не такая! Ты красивая, и с тобой весело! И интересно! Тебя непременно кто-нибудь захочет поцеловать! Обещай, что будешь мне рассказывать всё-всё-всё!

– Хммм… Может быть! – отозвалась я и, церемонно придерживая длинные юбки, как того требовала наша суровая гувернантка, направилась в расположенную на первом этаже столовую. Юханна поспешила за мной следом.

Погода стояла отличная. Солнечные зайчики плясали на серебряной посуде, и всё вокруг при одной лишь мысли о счастливом для меня событии наполнялось чем-то ярким, особым и незабываемым. Даже чай, казалось, стал вкуснее.

Вот только Арделия всё так же хмуро поглядывала на нас с кузиной. Прямая ли у нас осанка? Не горбимся ли мы? Правильно ли держим столовые приборы? Хоть высшее общество городка и не назовёшь многочисленным, гувернантка во все глаза следила за тем, чтобы мы не ударили лицом в грязь. Впрочем, заботилась она при этом не только о нас с Юханной, но и о себе. Ведь мы уже почти взрослые, я скоро отправлюсь в академию, и ей придётся подыскивать новую работу, взяв на себе обучение других подопечных, которых предстояло найти среди подрастающих дочек из знатных семейств Дорсуля.

Нужно отдать Арделии должное – самому важному для благородных девиц она нас научила, а заменять нам мать от неё и не требовалось. Такое, наверное, невозможно. Кузина совсем не помнила свою маму, а у меня о моей остались лишь крохи воспоминаний, которые я порой бережно перебирала.

Лёгкий запах вербены от складок платья, ласковая улыбка, когда улыбаются не только губы, но и глаза, так похожие на мои собственные, прикосновение тёплых рук.

Мне не на что было жаловаться. Когда я осиротела, дядя забрал меня к себе и сделал всё, чтобы я ни в чём не нуждалась. Я искренне привязалась к нему и всей душой желала ему счастья, но, овдовев, он так больше и не женился – не захотел, чтобы у его обожаемой дочурки появилась мачеха.

В деловых заботах родственник проводил куда больше времени, чем дома. Вот и нынешним утром его не оказалось за столом. Но вечером дядю ждала новость, которая переполняла меня восторгом.

Впереди поступление в магическую академию Траудберт – лучшую из лучших в империи!

После завтрака мы все втроём отправились на прогулку. Гувернантка настояла на том, чтобы мы с кузиной по её примеру захватили с собой лёгкие зонтики от солнца. Кожа у нас от природы не выглядела бледной, и загорала я очень легко – когда, ослушавшись Арделию, выходила из дома без зонта. Но сегодня спорить не стала. Не хотелось портить себе настроение.

Я могла думать только о будущей учёбе и мыслями уже пребывала далеко отсюда. Не в разморенном под жарким южным солнцем Дорсуле с его неспешным ритмом жизни, а за стенами академии, где меня ждали новые знакомства, впечатления и знания. Я заранее волновалась и радовалась, тревожилась и сгорала от нетерпения. Вся моя жизнь, весь мой мир менялся. Стремительно, неотвратимо.

Ещё вчера – просто беспечная девушка. Сегодня – будущая студентка. Завтра – перешагну порог неизвестного пока места, где меня будут учить и развивать мой дарованный небесами магический дар.

Как восхитительно и… немножко страшно. Но о тревожащей тени страха, которая закрадывалась в душу, я никому не собиралась говорить, даже Юханне. Пусть думает, что я храбрая. И, возможно, если она будет в меня верить, не сомневаясь в том, что мне под силу справиться с любыми трудностями на своём пути, я действительно такой стану. Пусть не сразу, а со временем.

Мы спустились на набережную, где почти каждый день чинно прогуливались вдоль парапета. Рядом плескалось море, пахло водорослями и солью, громко кричали чайки. Я глубоко вдохнула свежий воздух и поняла, что по всему окружающему тоже буду скучать.

Но я ведь наверняка вернусь сюда после окончания академии. Хотя, возможно, и нет. Может быть, мне уготована совсем другая судьба?..

Как всё-таки чудесно, что у меня есть кузина Юханна! И дядюшка с его заботой. И этот погожий день, когда можно безмятежно гулять в то время, как дома лежит письмо, которое я так ждала.

После прогулки мы вернулись в особняк, и гувернантка, едва мы успели освежиться, тут же потащила нас заниматься, хотя уж сейчас-то могла бы и не донимать своими наставлениями! Но Арделия отрабатывала каждую монету, потраченную на неё дядей, так что не желала давать нам ни единой лишней минутки на отдых. Пришлось подчиниться.

Вышагивая по отведённой для учёбы комнате и постукивая указкой по ладони, сухощавая классная дама снова и снова напоминала нам о правилах поведения в обществе. Затем настало времени правописания, языков и географии. Разомлев от гуляния, кузина клевала носом над тетрадкой, но усердно делала вид, что внимательно слушает, а я снова переместилась в своих размышлениях в академию Траудберт, где преподаватели, должно быть, ещё строже, чем наша тэйса эль Гринар. Зато они и знают больше! Да и студентов там много, а тут нас с Юханной всего двое.

«И есть мальчики… – краснея, вспомнила я слова кузины. – То есть, конечно, уже юноши, молодые люди». Среди моих знакомых таковых было немного, и мысль о совместном обучении в академии тоже волновала, да ещё как, хоть я и старалась того не показывать.

Но Юханна права – кто в шестнадцать лет не мечтает тайком о первой любви и первом поцелуе?..

Глава 3

Настоящее время

О своих планах я пока решила не говорить никому, даже верной Гельзе. У женщины, которая когда-то служила в нашем доме и единственная после разорения семьи осталась с нами, было доброе и щедрое сердце, но мне бы не хотелось, чтобы она раньше времени разохалась и разволновалась. Ни к чему. Ещё, чего доброго, решит, будто я совсем с ума сошла. Лучше сказать ей, когда вопрос с моим участием в отборе уже будет решён.

Служанке предстояло остаться здесь и позаботиться о Кае, пока меня не будет. Что делать, она знала, и я доверяла ей безоговорочно. Однако уже начинала скучать перед нашей разлукой и пообещала себе, что до отъезда буду как можно больше времени проводить с сыном.

Мой следующий визит в городскую мэрию состоялся уже на следующий день. Там встретил тот же секретарь, который сейчас смотрел на меня по-другому. Всё ещё удивлённо, но уже не настолько недоверчиво.

– Вы проверили мою кровь? – осведомилась я, очень стараясь выглядеть спокойной и невозмутимой.

– Д… да, – запнувшись, ответил он, разглядывая моё простое платье и надвинутый на самый лоб чепец. – Скажите, тэйса эль Ландри, неужели вы надеетесь на победу в отборе? И… ваше имя действительно Юханна?

Я вздрогнула и насторожилась. А если он что-то слышал? Молодой человек был, кажется, приезжим, однако и до него могли дойти какие-нибудь нежелательные сплетни обо мне и моей семье. Впрочем, с тех пор, как род эль Ландри процветал, минуло несколько лет, и сейчас во мне никто бы не узнал ту нарядную барышню, которая когда-то с зонтиком от солнца фланировала по набережной. Для прежних знакомых я стала невидимкой. Для приятельниц – бывшей подругой. Окончательно забытой после того, как положение нашего семейства переменилось к худшему.

С этим я давно смирилась. А сейчас данное обстоятельство пришлось мне даже на руку. Если на отборе доведётся встретиться с местными аристократками, едва ли они отличат меня от кузины, с которой мы с детства очень похожи – даже родные сёстры не всегда отличаются таким внешним сходством.

– Да, – ответила ему, скрестив за спиной пальцы. – Моё имя Юханна эль Ландри, а надеюсь ли я на победу в отборе – не ваше дело. Теперь, когда вы больше не сомневаетесь, что во мне течёт благородная кровь, что от меня требуется?

– Прошу за мной, – отозвался собеседник, поднимаясь из-за конторки. Он оказался невысоким – чуть ли не вровень со мной, а я ростом не отличалась. Для мужчины такое особенно огорчительно.

Секретарь проводил меня в соседнее помещение, где мне прежде не доводилось бывать. Увидев на стене большой портрет, я оступилась и ухватилась за косяк двери. Рука дрожала, и, чтобы это скрыть, я, нарушая вбитые в мою голову гувернанткой условности, спрятала ладони в карманах платья. Пальцы тут же наткнулись на маленькую свистульку. Она выглядела детской игрушкой, но в некоторых случаях – когда приходилось в одиночестве ходить по улицам бедного квартала – неплохо помогала отпугнуть лиходеев и привлечь внимание тех, кто мог бы встать на мою защиту. Разумеется, после академии я могла неплохо постоять за себя с помощью магии. Вот только прибегать к ней боялась.

Во рту пересохло. Я облизала губы, уже не думая о том, что это выглядит некрасиво и чересчур вульгарно для благовоспитанной девицы. Мой взгляд помимо воли снова обратился к портрету, с которого на меня смотрел он.

Ариан эль Кимри.

Император.

Я помнила его другим. Юношей с падающими на лицо вьющимися волосами, к которым мне всегда хотелось прикоснуться, взглядом, который мог быть и жёстким, и нежным, но никогда – с нашей первой встречи – не бывал равнодушным. Помнила его упрямым, избалованным дарованными ему привилегиями, не привыкшим отказывать себе ни в чём.

Портрет изображал мужчину. Молодого, но уже облечённого властью. Я узнавала черты его лица, чувственный изгиб губ, широкие плечи под тканью камзола, но теперь видела и то, чего не замечала в нём раньше. Впрочем, если я и сама изменилась, почему он должен был оставаться прежним? Ведь время ни для кого из нас не стояло на месте.

– Великолепно, не правда ли? – заметил объект моего пристального внимания секретарь мэрии. – Доставили из столицы. Теперь и у нас есть портрет императора, хоть мы и провинция.

Я ничего не ответила. Казалось, что слова застряли в горле и стояли там колючим комком. Оставалось лишь согласно кивнуть.

– Заполните вот эти бумаги, тэйса эль Ландри. Вы ведь понимаете, что не являетесь единственной кандидаткой из нашего города? Вам придётся ехать всем вместе, и я бы порекомендовал… кхм… пересмотреть свой гардероб. Оденьтесь поприличнее. В таком виде вас примут не за возможную невесту, а за прислугу одной из них.

Проигнорировав его слова, я быстро проглядела и заполнила выданные мне документы, везде подписавшись именем кузины. Это далось легко. Куда тяжелее оказалась тревожная мысль о том, как я посмотрю в глаза, которые скоро увижу вживую, а не нарисованными на холсте.

– Отбор будет в столице? – поинтересовалась я, не сомневаясь, что получу утвердительный ответ.

– Нет, тэйса, в загородном поместье императора. Говорят, там очень красиво. Целый остров…

– Остров? – не поверив своим ушам, переспросила я.

– Так я вам о чём и говорю – поместье располагается на острове в море! У вас ведь нет морской болезни? Вы живёте в Дорсуле, а среди здешних такой недуг, полагаю, редкость.

– Не страдаю, но за предупреждение спасибо. Значит, мы отправимся на отбор на корабле? И как скоро? – уточнила я, холодея от сдавившего грудь дурного предчувствия.

Неужели моему плану не дано осуществиться?..

– Через неделю.

– Уже?

– А что, вам что-то мешает? Вы не готовы? Ещё не поздно отказаться, – добавил он и потряс бумагами, точно предлагал немедленно порвать их на мелкие клочки и не позорить Дорсуль столь неказисто выглядящей претенденткой на руку и сердце императора, как я.

– Я не намерена отказываться, – произнесла я, взглянув на него так, как Арделия эль Гринар обычно смотрела на сборщиков мусора. Надо же, подействовало. У парня даже пот на лбу выступил. – А во дворец мы совсем не попадём? Очень хочется его увидеть.

– Отчего же не попадёте? Пятерых участниц, тех, что выйдут в финал отбора, повезут в столицу. И последний этап состоится там.

– Вот как… – пробормотала я, лихорадочно размышляя над услышанным. Это всё осложняло. Чтобы попасть в императорский дворец, нужно продержаться до конца, а я-то рассчитывала, что смогу выполнить свою задачу уже в первые дни. – Благодарю вас за сведения. Я еду.

– Но ваша одежда…

– Вопрос с одеждой можно решить. Ещё есть время. Всего доброго.

Я покидала мэрию с трясущимися руками, но с твёрдой уверенностью в том, что теперь непременно должна справиться со всем, что задумала. Нельзя отступать, не время опускать руки. Ради Кая и… ради того, через что я прошла к настоящему дню.

Придётся поломать голову над тем, как обзавестись хотя бы одним приличным платьем. А ещё привести в порядок руки – кожа от стирок успела загрубеть. Я не могла всю домашнюю работу перекладывать на Гельзу, она уже немолода, да и помогает мне не за деньги, а от души. Или из жалости. С лицом тоже нужно что-то делать, хотя сейчас, когда я стала такой смуглянкой, узнать меня наверняка ещё сложнее.

Снова вспомнился портрет, и я стиснула зубы, отгоняя от себя надсадно зудящие, как комары над ухом, мысли.

Это не Ариан.

Не мой Ариан.

Не тот, кто жил в моих воспоминаниях.

Мой Ариан эль Кимри был юным и беззаботным. Прогуливал занятия в академии, лукаво улыбался, умел дерзко ответить любому. А мужчина с портрета был серьёзным. Он правил целой империей. Ему в скором времени предстоял выбор невесты из немалого количества кандидаток, а затем и свадьба.

Он не тот, ради кого я когда-то спускалась по связанной из поясов верёвке из окна женского общежития. Того давно нет. Как нет и меня прежней.

Если повторять это себе каждый день, может быть, станет легче?.. И я смогу взглянуть на него как на незнакомца. Смогу выдержать необходимость встречаться с ним каждый день, не имея ни малейшей возможности избежать этих встреч.

Желая ещё какое-то время побыть наедине с собой, я спустилась к набережной, постояла немного у парапета, глядя на море. Вдалеке проплывали корабли. Один из них неделю спустя отправится на остров, и я буду там. Мне всё-таки удалось найти возможность войти в ближний круг главы империи. Но ситуация становилась куда более затруднительной из-за того, что во дворец отправятся не все участвующие в отборе девушки.

Только пятеро. И я во что бы то ни стало должна оказаться одной из них. Иначе всё задуманное теряло смысл.

Вернувшись домой, я обнаружила Гельзу за уборкой. Кай вызвался помогать ей и ходил следом с метёлкой, которая была выше него. Сегодня он хорошо себя чувствовал, и я порадовалась, уже заранее тоскуя по нему. Так сильно, что на глаза наворачивались слёзы. Ведь мы не расставались с самого его рождения – целых пять лет!

Сын, выпустив из ладошек метлу, радостно бросился ко мне, и я крепко обняла его, уткнулась лицом в его макушку, жадно вдыхая родной чистый запах. Кай обхватил меня руками в ответ. Он негромко о чём-то лопотал, рассказывал, как на решётку его окна садилась неизвестная птичка, спрашивал, куда я ходила с утра.

– Чуется мне, вы что-то задумали, – без обиняков заявила мне Гельза. Я отвела взгляд и закусила губу. – Рассказывайте! Уж не связано ли это с отбором невест для императора? А, тэйса эль Ландри?

– Ты угадала, – отозвалась я, всё ещё прижимая к себе моего мальчика. – Мне нужно… поехать на отбор. Очень нужно.

Гельза выронила из рук тряпку, которой вытирала пыль. Глаза женщины стали круглыми, как два блюдца. Она схватилась за сердце, и я всерьёз забеспокоилась о ней.

– Так вы что же… хотите замуж за нашего императора? – спросила Гельза, немного придя в себя. Тяжело опустившись на старый покосившийся стул и сложив руки на коленях, она пытливо вглядывалось в моё лицо, точно силилась прочесть на нём ответ на свой вопрос. Я покачала головой.

– Нет, – пояснила терпеливо. – Я не хочу за него замуж. Я вообще замуж не хочу! Но мне необходимо там быть, поверь. А ты позаботишься о Кае, пока меня не будет дома.

– Но… как же?.. Как же вы там… У вас даже платья больше ни одного красивого нет, а вы только вообразите, какие там прелестницы в шелках понаедут!

С моих губ сорвался смешок. И тут мне говорят про одежду! Как будто все сложности в жизни можно решить, всего лишь сменив наряд.

– Есть целая неделя, чтобы что-нибудь придумать, – пригладив мягкие волосы ребёнка, сообщила я. Он вскинул голову и уставился мне прямо в глаза. Сын – темноволосый и кареглазый, с по-детски круглым лицом, посмуглевшим от южного солнца, – очень походил на меня.

Но и на своего отца тоже. Сейчас, когда Кай подрастал, сходство с каждым днём становилось всё сильнее и заметнее. И я ничего не могла с этим поделать.

Глава 4

Прошлое

Как и следовало ожидать, дядя моей новости очень обрадовался.

– Ты умница. Очень талантливая. Я горжусь тобой, Ханна эль Ландри, – сказал он мне за ужином. – И твои родители тоже гордились бы. Уверен в этом.

– Спасибо! – зарделась я. Дядюшка, всегда такой степенный, неразговорчивый, нечасто баловал меня столь тёплыми словами, но не потому, что не любил. Свою привязанность ко мне он обычно доказывал иначе – подарками, заботой, тем, что не делал различия между мной и Юханной, которая приходилась ему не племянницей, как я, а родной дочерью. Но сегодня мне было важно услышать, что он скажет. И на душе стало ещё светлее и радостнее при мысли о том, что отец и матушка тоже испытывали бы гордость, зная, что их маленькая Ханна выросла и совсем скоро окажется в числе студентов престижной академии.

– Ты справишься, – добавил он, и кузина согласно закивала. Одна лишь Арделия, которой дозволялось трапезничать с нами, недовольно поджала тонкие губы. Наверное, рассчитывала, что дядя отметит заслуги гувернантки, а не станет хвалить одну только меня. Но ведь магии она меня не учила! Дочь семьи эль Гринар родилась без дара – в этом, как и в замужестве, ей не повезло.

После ужина мы с Юханной вышли на просторную веранду. Я зажгла купленные в лавке местного мага парящие в воздухе круглые фонарики – их мы по-простому называли светлушками – и глубоко вдохнула аромат цветов, которые распускались тогда, когда остальные наоборот смыкали лепестки, будто засыпали. На Дорсуль мягко опускалась звёздная южная ночь, а мысли о том, как изменилась моя жизнь – тогда я не сомневалась, что к лучшему – отчаянно будоражили.

– Наверное, сегодня ночью я не сомкну глаз, – поделилась я с кузиной.

– Могу представить, – улыбнулась она.

– Мне хочется танцевать, кружиться, смеяться! Ты же знаешь, я всегда мечтала учиться в академии Траудберт! С тех пор, как впервые о ней услышала.

– Ты ведь помнишь, что я тебе говорила насчёт мальчиков?

– Снова ты…

– Ханна, я серьёзно! Мне тут подумалось, что ты совсем их не знаешь. Мы очень редко гостим в домах, где есть сыновья нашего возраста.

– Потому что дядюшке некогда. Будь у нас родственницы женского пола, они бы нас сопровождали… Но не с Арделией же ходить в гости! Она своим кислым видом кому угодно аппетит испортит. Да и к чему ты заговорила так, словно не радуешься за меня, а беспокоишься?

– Тревожно мне что-то, – вздохнула Юханна. – Я и радуюсь, и беспокоюсь. Не забывай мне писать, хорошо?

– Ни за что не забуду! – заверила я её и, поддавшись порыву чувств, заключила в объятия. В то время мы были так близки, что я во всём доверяла кузине, а она мне. Казалось, что никакая разлука не сможет это изменить. Жаль, конечно, что мы не могли ехать учиться вместе. Но кто же виноват, что у неё оказался слабый дар, а у меня сильный? Со слабым в Траудберт не брали даже представителей самых знатных семейств империи. – Ты тоже пиши!

– У меня, боюсь, новостей будет не так много, как у тебя, – отозвалась погрустневшая Юханна, и мне вдруг отчего-то стало стыдно перед кузиной. Мы с детства постоянно проводили всё время вместе, даже в других немногочисленных приятельницах, которые у нас имелись, почти не испытывали нужды. Для нас впервые настала пора разлучиться и пойти дальше разными путями.

Я пойду учиться, а Юханне дядя наверняка через какое-то время начнёт подыскивать достойного супруга. Он как-то проговорился, что мечтает о внуках. Впрочем, оно и понятно – единственная дочь оказалась поздним ребёнком, и у многих его ровесников уже подрастали внучата.

Надеюсь, хотя бы для детей кузины дядюшка Арделию эль Гринар не наймёт!

О собственной семье и детях я почти даже и не думала. Сначала надо выучиться в академии, а уж затем можно и замуж выйти. Но с тем условием, чтобы будущий супруг не обрезал мне крылья, запрещая заниматься магией и другими вещами по душе.

Я надеялась, что небеса пошлют мне именно такого мужчину! Красивого, умного, благородного. Такого, от взгляда которого у меня даже через десятки лет после свадьбы будет кружиться голова. От нежности, от любви. От счастья.

Мне не было известно, поженились ли мои родители по любви или их свели старшие родственники, но для себя я твёрдо решила, что не желаю выходить замуж просто по сговору, как многие девушки. Нет уж. Мне нужно всё… или ничего. Хотя повторить судьбу гувернантки тоже очень не хотелось. В Дорсуле на старых дев смотрели с жалостью, и то и с презрением.

Но в столь отдалённое будущее я пока старалась не заглядывать.

Со следующего дня начались приготовительные хлопоты. Вместе с Арделией и Юханной мы объезжали немногочисленные городские магазины, приобретая всё, что могло мне понадобиться во время учёбы в академии. Не обошли вниманием и портниху. Кузина решила, что по такому случаю мне непременно нужен новый гардероб – ей доставляло удовольствие подбирать вместе с мастерицей фасоны и наряжать меня, как куклу. Дядя на расходы не скупился, а на моё робкое возражение твёрдо заявил, что его племянница должна выглядеть не хуже, а то и лучше, чем столичные барышни, в окружении которых мне вскоре предстояло оказаться.

Я подозревала, что веяния моды до нас доходили с большим опозданием, но примерять платья и кружиться перед зеркалом мне очень понравилось. А ещё Юханна уговорила меня изменить цвет волос – в знак того, что я стала совсем взрослой. К счастью, дядя не стал возражать, а вот гувернантка глянула неодобрительно, но ничего не сказала, махнув на меня рукой и признав наконец-то, что я практически окончательно вышла из-под её опёки. Освоила я и кое-что из девичьих премудростей. Например, как подводить глаза специальной чёрной краской, чтобы они стали более выразительными.

Время, остававшееся до поступления, промелькнуло очень быстро – в довольно приятных заботах. Новые вещи заняли несколько сундуков. А в назначенный для отъезда день я, сдерживая невольные слёзы, крепко обняла кузину, после чего мы с её отцом, который решил лично меня сопровождать, сели в карету и отправились в академию.

Когда до осуществления моей давнишней мечты оставалось совсем немного времени, я могла лишь, судорожно комкая в ладонях батистовый носовой платок, смотреть в окошко. Дядя, конечно же, замечал, что я трепещу от волнения. Он смотрел на меня, как смотрел бы и на Юханну, окажись она на моём месте. С гордостью и тревогой одновременно. Я немного побаивалась, что и ему вздумается предостерегать меня насчёт молодых людей, но, очевидно, он счёл эту тему слишком уж деликатной. Или меня – достаточно разумной, чтобы не совершить ошибку. Он ведь знал, что я мечтала об учёбе и не стремилась к скорому замужеству.

Тогда я не сомневалась в том, что не предам его доверия, однако даже те, кто наделён магическим даром, не в силах заглянуть в собственное будущее.

Магическая академия Траудберт находилась ближе к северной части Далиссийской империи, так что ехать нам пришлось довольно долго. Мы несколько раз меняли лошадей на почтовых станциях и дважды заночевали на постоялых дворах. Засыпая в тесных комнатках на узких кроватях и вытянув уставшие от почти неподвижного сидения ноги, я думала о том, как далеко оказалась от родного городка. Дорсуль, где плескалось тёплое море, по ночам в нашем саду распускались цветы, а над волнами раздавались крики чаек, становился всё дальше и дальше от меня. А вместе с ним и кузина, которая, ожидая возвращения отца, вынуждена была оставаться в доме в компании только лишь прислуги и Арделии.

По дороге нам попадались новые места, прежде известные мне лишь по урокам географии. Большие и маленькие города и деревеньки, несущие свои воды реки и мосты над ними, густые леса, широкие поля и равнины. Когда показались горы, сердце забилось быстрее. Я знала, что академия расположена именно в горах. Значит, мы совсем уже близко!

Для того, чтобы достигнуть ворот академии Траудберт, нам пришлось подняться на самую вершину горы по огибающей её широкой дороге. Лошади ступали по ней медленно, и я могла вволю налюбоваться суровой природой холодного края. Поросшие лесами горы, вершины которых устремлялись в светлое, точно седое, небо и купались в белой пене облаков. А посреди безлюдной местности – увенчанный остроконечными башенками величественный замок, который и сам словно вырастал из горной породы. Невероятный вид, от которого захватывало дыхание!

Нас встречал пожилой привратник, который недоверчиво смерил меня взглядом и долго изучал предъявленное ему письмо из академии. Я оробела и, чтобы скрыть смущение, взглянула на него гордо и с достоинством, как учила гувернантка. Зато дядюшка поговорил с мужчиной очень сердечно, и тот даже забеспокоился о том, как он будет возвращаться.

– До темноты не успеете! Оставайтесь на ночь здесь! В мужском общежитии есть свободные комнаты. А племянница ваша пока обустроится на новом месте. Вы же оба устали, да и лошадям нужен отдых после подъёма сюда.

Ему удалось уговорить дядю, и он ответил согласием. Привратник подозвал слуг, которые унесли мои сундуки, а затем появилась дородная женщина в чёрном платье. Она оказалась комендантшей женского общежития.

– Провожу вас в вашу комнату! Прощайтесь! Утром едва ли свидитесь! – строго объявила она, и дядюшка ласково положил ладони мне на плечи.

– Учись хорошо! – напутствовал меня он, как обычно, немногословно.

– Я буду скучать! – всхлипнула я и тут же, стыдясь едва знакомых людей, вытерла глаза.

– Так ведь есть почта, да и время пролетит незаметно! Тебе наверняка будет не до того, чтобы печалиться, – добавил дядя. – Да благословят тебя небеса, Ханна!

Я попрощалась, поблагодарив за всё, что он для меня сделал, и мы с комендантшей, которая велела называть её сударыней Готхард, зашагали по длинному коридору с каменными стенами, а затем поднялись по лестнице с крутыми ступенями. Изнутри академия выглядела мрачновато, и я понадеялась, что хотя бы в моей комнате будет поуютнее. К счастью, так и оказалось – в ней было не слишком просторно, зато имелась вся необходимая мебель, явно недешёвая и со вкусом подобранная, а кровать выглядела достаточно удобной, почти такой же, как дома.

– Обживайтесь! Ванная рядом, одна на две комнаты. Ужин вы уже пропустили.

– Я не голодна, – отозвалась я, и сударыня Готхард вышла, сказав, что у неё много дел.

После её ухода я решила привести себя в порядок и обнаружила, что оставила свою любимую щётку для волос в дядюшкином саквояже. Пришлось отправляться на поиски мужского общежития, где родственника пообещали разместить на ночлег. Я постучалась в две соседние двери, чтобы спросить дорогу, но мне никто не открыл.

Комендантша тоже куда-то подевалась, и я на свой страх и риск покинула общежитие для девушек, надеясь, что не заблужусь. Перспектива затеряться в извилистых лабиринтах коридоров и стать местным привидением меня не прельщала, да и возвратиться в свою комнату хотелось поскорее. Но, похоже, моя удача решила, что этим вечером я обойдусь без неё.

Глава 5

Настоящее время

Знакомая дорога, по которой я за последнее время не раз ходила туда и обратно, привела меня к окружённому одичавшим садом дому. Он выглядел пустым, нежилым, и лишь шевелившиеся от ветерка занавески на окне выдавали, что обитатели здесь всё же имеются. Я вытащила из кармана заржавленный ключ и открыла входную дверь, которая громко скрипнула, пропуская меня.

– Сударь Кребрун! – крикнула я погромче, памятуя, что у хозяина дома плохой слух. – Вы здесь? Это я, Ханна!

– Ты не приходила вчера, – раздался мне в ответ голос, казавшийся слишком молодым для старика.

– Вчера у меня был выходной, – напомнила я, проходя в комнату, где в кресле-качалке сидел с книгой Бальф Кребрун. Человек, на которого я работала. Парфюмер.

Он, как большинство увлечённых своим делом людей, казался человеком слегка не от мира сего и многого не замечал. Его, например, совершенно не интересовало ни моё прошлое, ни настоящее, что меня более чем устраивало. Главное, чтобы вовремя приходила, исправно выполняла свои обязанности, а также приносила еду, которую готовила для него Гельза.

Ингредиенты для духов Кребрун приобретал у своих постоянных поставщиков, а сбывал через аптеки и дамские магазины, где продавалось всё для того, чтобы любая женщина могла сделать себя красивее и привлекательнее. Мой работодатель был очень талантлив, и мне всегда казалось, что цены он чересчур занижает. Но деньги его интересовали мало, он просто получал удовольствие от того, чем занимался всю жизнь.

– Сударь Кребрун, у меня к вам разговор… – проговорила я и запнулась, собираясь с мыслями. – Скоро я должна уехать по важному делу. Вам придётся на это время найти себе другую помощницу.

Мой собеседник, отложив потрёпанную книгу, недовольно пожевал губами, затем почесал короткую бороду и запустил руку в седые волосы.

– Очень огорчительно, – произнёс он наконец. – Я рассчитывал на то, что в моей жизни больше ничего меняться не будет, но вам, молодым, не понять. Тебе нужно жалованье?

– Да, – кивнула я, вспомнив о своём пустом кошельке и необходимости как-то раздобыть приличную одежду. Секретарь мэрии верно сказал – в своём унылом серо-коричневом одеянии я походила на прислугу. А ведь ещё и Гельзе нужно оставить денег, чтобы в моё отсутствие они с Каем ни в чём не нуждались. Но того, что я получу за работу, недостаточно. А потому у меня появился несколько рискованный план, который я собиралась воплотить, если получу на то согласие. – Сударь Кребрун, я… Я сделаю для вас «Сокровище Леинары».

– Что?! – изумлённо вытаращился на меня парфюмер. – Ты не шутишь? Но где ты возьмёшь… Ведь в составе ничего нельзя заменять. Я не раз пытался, и запах получался совсем другой!

– Не волнуйтесь, рецепт останется неизменным. У меня уже… есть то, что нужно, а остальное, думаю, отыщется в ваших запасах. Не волнуйтесь и позвольте мне самой их сделать. Вы ведь доверяете мне, правда? Я уже не первый год у вас работаю и ещё ни разу не подводила.

– Доверяю, но не верю, – пробурчал он. Снова взял книгу, точно она его успокаивала, затем опять отложил. – Ты просто хочешь меня подбодрить.

– А вот и нет. Но у меня есть условие. Я сделаю один флакон, и доход за него мы разделим… пополам.

– Идёт! – после короткой паузы согласился с моим требованием старик. – Если уж тебе вздумалось поэкспериментировать, пробуй. Моя лаборатория в твоём распоряжении. Вот, девочка… Возьми, – добавил мужчина, снимая с шеи и протягивая мне крупный серебряный медальон, с которым никогда не расставался.

Поблагодарив, я проследовала в лабораторию. Домом и садом Бальф Кребрун практически не занимался, однако здесь властвовал идеальный порядок. Все поверхности блестели, а то, из чего он делал свои духи, было аккуратно разложено и тщательно подписано, чтобы ничего не перепутать.

Я сделала глубокий вдох, готовясь к тому, чем собиралась заняться. «Сокровище Леинары» – духи, которые сударь Кребрун придумал много лет назад, будучи совсем молодым учёным, ещё не седым и полным энтузиазма. Стоило его изобретение очень дорого и ценилось на вес золота. Чарующий запах этих духов достаточно было вдохнуть лишь один раз, чтобы влюбиться в него на всю жизнь. Поговаривали, что они действовали также как возбуждающее средство, способное вызывать в мужчинах страсть, и желающие пленить своих возлюбленных тэйсы никаких денег не жалели даже на крошечный флакончик.

Другие парфюмеры старались повторить успех Кребруна и создать точно такой же аромат. Поскольку мужчина не разглашал состав, конкуренты раз за разом предпринимали попытки угадать его и воссоздать в собственных лабораториях. Однако удивительные духи, названные в честь затерянной долины из легенд, имели в составе секретный ингредиент, который даже самый чуткий нос не мог выявить. Не помогали и химические анализы. На самом деле этим являлась кровь мага, собранная в полночь в новолуние, – именно тогда она напитывалась его силой и вбирала в себя магию, которая раскрывалась в «Сокровище Леинары».

В прежние времена Бальф Кребрун был помолвлен с девушкой со способностями к магии. Она единственная знала правду о составе и всегда давала ему свою кровь для духов – каждое новолуние, раз за разом, для флакона за флаконом. А затем тяжело заболела. Несколько месяцев невеста парфюмера пребывала на грани жизни и смерти. Девушка выжила, но свой магический дар утратила окончательно. Они так и не поженились, его тайну она не выдала, а он до сих пор винил себя в случившемся с ней, в то же время отчаянно тоскуя по созданному им чудесному аромату.

Я стала второй, кого сударь Кребрун посвятил в свой секрет, проговорившись однажды. Всем остальным он заявлял, что больше не делает «Сокровище Леинары», хотя ему и сейчас предлагали щедро заплатить за духи. Вчера, уложив сына, я вспомнила о них, несколько часов промаялась размышлениями, а затем всё же решилась и, глядя на молодую луну за окном, завернула рукав и поднесла к коже холодную сталь ножа.

Я знала, что рискую, потому что скрывала свою магию уже давно. Если её почувствуют, если определят, где я… Оставалось лишь понадеяться, что один раз собрать небольшое количество крови – совсем не то же самое, чем, к примеру, использовать защитное плетение для самообороны. В мэрии я ведь кровь тоже отдавала. Правда, не в полночь, да и проверяли её там не на магический дар, а на принадлежность к аристократической фамилии.

В любом случае, сейчас было уже поздно сожалеть о совершённом поступке, и я приступила к изготовлению духов. Рецепт их лежал в медальоне Кребруна. Я и так знала, что всё необходимое в наличии, но одного знания недостаточно – следовало ещё надлежащим образом подготавливать и в правильном порядке соединять между собой ингредиенты.

Прослужив несколько лет у парфюмера, я работала со знанием дела. Что-то толкла в ступке, что-то подогревала, размешивала. Внимательно читала и перечитывала каждую строчку рецепта духов на пожелтевшем от времени листе бумаги. Помнила, что ошибиться ни в коем случае нельзя. К счастью, меня полностью поглотила работа, отогнав все прочие тревоги, и руки не дрожали.

Слившись с розовым маслом, ванилью и другими составляющими, моя кровь засияла в заливающих лабораторию солнечных лучах. Но получившаяся смесь светилась вовсе не отражённым светом, в чём я не сомневалась, будучи не в силах отвести заворожённого взгляда от того чуда, что происходило на моих глазах. Чуда, созданного моей кровью и моими руками. Я слишком давно не занималась магией и успела соскучиться по этому ощущению. Его очень не хватало.

Впрочем, случилось ещё одно чудо, за которое я в ответе. Рождение Кая. Полная краснолицая повитуха, которую привела ко мне перепуганная Гельза, говорила, что я не выживу, и ребёнок тоже. Но – вопреки её словам – мой сын появился на свет. Очень маленький, хрупкий, как едва распустившийся цветочный бутон, однако на редкость громко кричащий, он родился раньше срока.

Тогда мне было всего восемнадцать. А сейчас Каю уже исполнилось пять, а мне двадцать три. Он стал моей семьёй, стал тем, ради кого я, потеряв всё остальное, хотела жить дальше.

Сияние погасло, но лабораторию наполнил аромат, который ни с чем нельзя перепутать. У Кребруна, когда я к нему устроилась, хранился один флакончик этих духов. Он всё-таки продал его, но до того я успела однажды понюхать их.

Я никогда не забывала, что чувствовала тогда. Чистый и свежий, сладкий, но не приторный аромат «Сокровища Леинары» навевал воспоминания о самом приятном, что когда-либо переживалось в жизни. Умытый росой сад на рассвете, пышное цветение вишен весной, лепестки которых, опадая, кружатся, как снежинки, сладкие булочки на завтрак, когда просыпаешься в безмятежности летнего дня, улыбка ребёнка, поцелуй любимого человека…

Запах сумел вырваться и за пределы лаборатории, и вскоре я услышала знакомую тяжёлую поступь. Бальф Кребрун появился на пороге, жадно вдыхая насыщенный ароматом воздух. На глазах старика показались слёзы.

– «Сокровище Леинары»! – воскликнул он дрогнувшим голосом. – Лучшее и худшее, что я создал за свою жизнь! Девочка моя, как тебе удалось это совершить?!

Я тоже прослезилась.

– Пусть останется в секрете. Главное, что всё получилось, – проговорила я. – Теперь нам нужно найти достойного и щедрого покупателя.

– Не беспокойся! Такой покупатель есть! Вернее, покупательница! Она как раз собирается на отбор невест для императора! Думает, что с помощью духов сумеет его обольстить!

Я вздрогнула.

– Кто…

– Джемма эль Рианит.

– Дочь мэра!

– Младшенькая, да. Старшая-то уже просватана за кого-то другого. Вот, должно быть, локти себе кусает.

– Разве Джемма не слишком молода?

– Ну, с этими дамскими ухищрениями сложно определить, сколько ей годков. Но девица – огонь! Такой палец в рот не клади.

Кто бы подумать, что изготовленные мною духи попадут к моей же сопернице?!

Я напомнила себе, что соревноваться мы с ней будем лишь за то, чтобы оказаться в числе тех пятерых, что отправятся в столицу, а на ком в итоге женится император, не моя забота.

Ведь так?..

От мыслей меня отвлёк голос Кребруна.

– Так куда ты, сказала, уезжаешь?

– Я не говорила.

– Что-то ты темнишь, девочка!

– Я вернусь и снова буду у вас работать, если пожелаете. А еду без меня вам будет приносить Гельза, моя… тётушка. Вам ведь нравится, как она готовит?

– Не забыть бы давать ей деньги на продукты! – покивал собеседник, и его взгляд снова мечтательно затуманился. – «Сокровище Леинары»! Я уже и не чаял снова ощутить их аромат! Но постой-ка! Может, отольёшь себе немного?

– Нет, спасибо, – решительно покачала головой я и, ощутив внезапное сожаление, едва нос себе не зажала, чтобы ненароком не поддаться соблазну. – Чем больше будет во флаконе, тем дороже нам за них заплатят. А мне духи ни к чему.

– Ну, как знаешь, – заметил он удивлённо и даже немного с обидой. – Мне-то казалось, перед ними ни одна особа в юбке устоять не сможет. А ты отнекиваешься.

– Мне нужны деньги, – пояснила я ему причину отказа. – И теперь они у меня появятся. Благодаря вам.

Глава 6

Прошлое

Поначалу мне так никто и не попался на глаза, зато я наткнулась на табличку, извещавшую о том, что мужское общежитие находится прямо за ней. Оставалось найти кого-нибудь, кто бы мог подсказать, как мне найти дядю. И куда все подевались?

Как назло, ни одного встречного!

Когда впереди показалось несколько человек, я приободрилась. Наверняка получится спросить дорогу у них! Ох, и глупая ситуация – вот так блуждать по академии, которой вскоре предстояло стать для меня новым домом!

Разглядев получше идущих мне навстречу, я невольно смутилась и вспомнила слова Юханны. Все они оказались молодыми людьми – судя по всему, старшекурсниками. Один из них шёл впереди, и в каждом его движении, в каждом шаге чувствовалась уверенная властность. Ему будто принадлежало всё вокруг. И сама академия Траудберт в том числе.

Он был высокого роста, сшитая из дорогой ткани одежда – чёрные штаны и камзол, под которым виднелась белая рубашка, – не скрывала, а наоборот подчёркивала гармоничное телосложение. Крупноватые, но гармоничные черты лица, твёрдый подбородок, красиво изогнутая верхняя губа. Вьющиеся волосы, казавшиеся выгоревшими на солнце, доходили ему до плеч.

Я нечасто встречала юношей его лет, но с уверенностью могла сказать, что таких привлекательных не видела никогда. Но всё впечатление портил его взгляд. Презрительный, высокомерный.

Холодный.

Ещё троих молодых людей, что шли с ним, я рассмотреть не успела.

– Вы не подскажете, как пройти… – начала я и осеклась, когда выражение ледяных глаз при виде меня изменилось. В них промелькнула заинтересованность. – Простите… – добавила, неловко откинув за спину распущенные по плечам локоны, которые теперь – после окрашивания – были рыжими, а не каштановыми, как я привыкла.

– Новенькая? – проговорил студент с обманчиво-мягкими интонациями. – И уже в мужском общежитии? Неужели тебя не успели предупредить, что это запрещено?

– Запрещено? – переспросила я растерянно. Но почему? Я всего лишь хотела отыскать дядю и взять щётку для волос, которую забыла в его вещах!

– Можно даже из академии вылететь. Правда же? – обратился он к тем, кто его окружал, и те согласно закивали. – Видишь, я не лгу.

– Но… я же… ничего плохого не делаю!

– Они тебя и слушать не станут. Но мы никому ничего не скажем, так ведь? С одним условием.

– С условием?..

– Чего бы у тебя потребовать за эту услугу? – задумчиво произнёс незнакомец, оглядывая меня с ног до головы с таким видом, словно подарок готовился развернуть. На его губах появилась довольная усмешка. – Позже придумаю. А пока побудешь моей должницей. Тебя ведь учили, что долги нужно возвращать?

– Мне нужен мой дядя! – выпалила я. – Ему разрешили остаться здесь на ночь. Но… я не знаю, в какой он комнате.

– Зато мы знаем… и покажем! Вторая услуга, – невозмутимо добавил он, загибая пальцы. – Будешь дважды моей должницей. У меня и свидетели есть. Как тебя зовут?

– Ханна.

– А фамилия?

– Эль Ландри.

– Ханна эль Ландри, не забудь, что должна исполнить два моих желания.

Я нахмурилась, но не возразила. Если на кону исключение из академии, ничего не поделаешь. Вот ведь не повезло в первый же вечер пребывания здесь вляпаться в неприятности!

А всё из-за того, что нарвалась не на простого, хорошо воспитанного парня, а на чрезвычайно надменного красавчика, который, видимо, возомнил, будто перед ним все должны ковриком расстилаться!

– Заверни вон туда. Комната под номером десять. Она пустует, и туда не впервые пускают сопровождающих.

– Спасибо! – неохотно поблагодарила я.

– Обратную дорогу найдёшь? Или проводить? Кстати, моё имя ты не спросила. Я Ариан эль Кимри. Меня в академии все знают.

– Найду! – бросила я, отправляясь в указанном направлении. Эль Кимри! Уж не относится ли он к правящему роду?..

Тогда понятно, откуда взялось подобное высокомерие!

– Занятная провинциалочка! – донеслись мне вслед насмешливые слова. Уж неизвестно, произнёс он их намеренно громко, чтобы я услышала, или у меня просто оказался хороший слух. И как он так быстро догадался, что я не из столицы? Неужели понял по моему платью? Едва ли этот тип действительно меня запомнит и надумает в будущем требовать с меня что-то – такие, как он, озабочены только собственной персоной.

Закусив губу, я сжала ладонь в кулак и постучала в дверь, надеясь, что надо мной не подшутили и что откроет родственник, а не комендант мужского общежития.

– Дядюшка! – воскликнула я с облегчением, увидев на пороге комнаты дядю с полотенцем в руках. Должно быть, он только что ходил умываться. Жаль, что мы не столкнулись с ним в коридоре!

– Ханна! Что-то случилось? Почему ты здесь?

– Я просто растяпа! – выдохнула я в ответ. Очень хотелось пожаловаться на случившееся, но не стала. Ни к чему его волновать, у него ещё долгая обратная дорога впереди. Он должен вернуться домой с лёгким сердцем. И рассказать кузине, что у меня всё в порядке.

Мне ещё никогда не приходилось с ними надолго разлучаться и оставаться в одиночестве на новом месте. Я напомнила себе, что не одна здесь. Уже завтра пойду на занятия, познакомлюсь с другими студентками… Им тоже наверняка нелегко приходится вдали от родных. Но я ведь знала, что магическая академия Траудберт расположена не близко от Дорсуля, когда мечтала сюда поступить.

Мы с дядей немного поговорили, снова – теперь уже окончательно – попрощались, и через некоторое время я на сей раз без приключений вернулась к себе. Воспользовалась оснащённой всем необходимым ванной комнатой, переоделась в ночную рубашку и забралась под мягкое одеяло. Всё это вернуло мне хорошее расположение духа, но выбросить из головы встречу в мужском общежитии так и не удалось.

На следующий день меня целиком захватили новые заботы. Я бы наверняка проспала, если бы за утренний подъём, как и распорядок дня студентов в целом не отвечал специально предназначенный для этого колокол, подающий сигналы. Его, должно быть, усиливали магией, потому что громкий звон был слышен во всех комнатах, он меня и разбудил.

Выходя из ванной, я столкнулась со своей соседкой. Ею оказалась миловидная светловолосая девушка. Увидев меня, она сначала нахмурилась, потом поинтересовалась:

– Ты новенькая?

– Да, – отозвалась я. Промелькнула мысль, что незнакомка может быть недовольна моим появлением, ведь теперь ей придётся делить со мной ванную, а, когда моя комната пустовала, та была всецело в её распоряжении. – Меня зовут Ханна эль Ландри.

– Ина эль Юнти, – представилась соседка. На её пухлых губах появилась улыбка, и я тоже ей улыбнулась, надеясь, что обрету в девушке приятельницу. – Я тоже первокурсница, просто живу недалеко, потому и приехала раньше. Город Эльбас на севере, может, слышала? А ты откуда?

– Из Дорсуля.

– Даже не знаю, где это.

– На юге. Там море… и очень красиво. Но это глубинка, – добавила я. Тут же вспомнились слова, сказанные вчерашним наглецом, который встретился мне в коридоре. Он назвал меня занятной провинциалочкой!

– Так Эльбас тоже не столица, – хмыкнула собеседница. – Ладно, мне нужно умыться и переодеться! Если хочешь, подожди меня, пойдём в столовую вместе.

Я с готовностью согласилась. Не хотелось снова заблудиться, как вечером. Ах, если бы мне попалась сударыня Готхард, я бы попросила её о помощи! Но комендантша отлучилась по каким-то своим делам, и обстоятельства сложились не в мою пользу. Впрочем, едва ли эль Кимри говорил всерьёз. Наверняка кичливый старшекурсник попросту подшутил над новенькой. Навряд ли он меня вообще запомнил и узнает при встрече.

Однако дальнейшие события показали, что я ошибалась. Когда мы с Иной пришли на завтрак в столовую, впечатлявшую своими обширными размерами, я сразу увидела всех четверых. Они сидели за отдельным столом, уставленным множеством блюд – казалось, будто молодые люди не завтракали перед началом занятий в академии, а пировали в честь какого-то особого случая.

Ариан эль Кимри тоже меня заметил. Его взгляд остановился на мне, губы изогнулись в знакомой усмешке. А затем он показал два пальца, напоминая о том, что я должна ему две услуги.

Я поспешно отвела взор, но происходящее не ускользнуло от моей спутницы.

– Ты что, его знаешь? – осведомилась она с таким жадным нетерпением, что я опешила.

– Н… нет. Откуда бы? Должно быть, перепутал с кем-нибудь. А что?.. Он ведь тоже просто студент.

– Просто студент? Ханна! Тэйс эль Кимри приходится роднёй императорской семье! Кем точно, неизвестно, но даже дальний родственник – это тебе не кот начхал! А его друзья тоже сплошь из самых знатных родов!

«Так вот почему они чувствуют себя здесь хозяевами», – подумала я.

– Им никто не смеет перечить. У них есть своя гостиная, куда не пускают других студентов, – продолжала рассказывать Ина, которая, пробыв тут несколько дольше, чем я, успела немало узнать. – А ещё… все девушки в них влюблены!

– Уж прямо так и все? – скептически отозвалась я, направляясь к очереди на раздачу еды. Слуг, которые разносили бы её, тут не было. Или же они прислуживали далеко не каждому.

– А почему ты удивляешься? Они богатые и родовитые. К тому же, очень хороши собой! – завистливо вздохнула соседка. – Но девушкам из захолустья ничего не светит. Так что лучше и не мечтай.

– Даже не собираюсь, – заверила я.

– Есть тут молодые люди и попроще, – добавила Ина, подхватывая поднос. – Лучше тебе обратить внимание на них. Там хотя бы есть реальный шанс.

– Шанс на что?

– Выйти замуж после академии, конечно!

– Я приехала сюда учиться, а не искать жениха!

– Все так говорят! – отмахнулась она, очевидно, пребывая в полной уверенности, что я всего лишь кокетничаю. Хотелось поспорить, но уже подходила наша очередь. Женщина в белом фартуке поверх чёрного платья споро поставила на мой поднос тарелку с пшеничной кашей, стакан компота и добавила ломоть белого хлеба. Ничего общего с изысканными яствами, которыми полнился стол, где сидел тэйс эль Кимри. Да, похоже, эта компания действительно на особом положении.

Мы с Иной отыскали свободные места, и я попробовала еду. Каша оказалась вкусной, горячей и сытной. Разумеется, для тех, кто с детства питался разносолами, такая пища могла бы показаться чересчур простой, но дядюшка пребывал в твёрдой уверенности, что на завтрак всегда нужно есть кашу, так что мне было не привыкать.

– Как поедим, отведу тебя в библиотеку за учебниками, – сказала соседка, то и дело бросая взгляды в сторону стола, за которым восседали эль Кимри и его спутники. Не отставали от неё и другие девушки в столовой. Когда четверо молодых людей поднялись и, ни на кого не оглянувшись, вышли, по залу пронёсся разочарованный вздох, и лишь я ощутила облегчение. Не хотелось бы, чтобы родственник императорского семейства подошёл ко мне у всех на глазах. Неужели он действительно вознамерился чего-то от меня потребовать?..

Глава 7

Настоящее время

Я сомневалась, что духи получатся именно с таким же ароматом, как прежние, которые делал сам Кребрун, но старалась не думать об этом заранее. Зато, когда убедилась, что задуманное получилось воплотить, испытала огромное облегчение. Точно гора с плеч свалилась. Хотя бы одна проблема решена. Теперь у нас появятся деньги, и мне даже не придётся продавать украшения!

Последнее, что напоминало о моём беззаботном прошлом.

Джемма эль Рианит явилась за «Сокровищем Леинары» сразу же после того, как посыльный доставил ей записку от парфюмера. Прячась за одной из дверей особняка, я разглядывала девушку, которая, несмотря на свою молодость, похоже, твёрдо знала, чего она хочет. А хотелось ей стать супругой императора.

Младшая дочь мэра оказалась блондинкой – видимо, её мать происходила не из наших краёв, и Джемма пошла в неё. Претендентка на роль невесты Ариана эль Кимри могла похвастаться светлой кожей, белокурыми локонами, голубыми глазами, красивым личиком и соблазнительной фигурой. Судя по всему, она не сомневалась в том, что затмит всех соперниц, и я невольно позавидовала её уверенности.

Подслушанный мною разговор отмёл все сомнения в том, что за невинной внешностью скрывалась особа с решительным нравом и внушительной деловой хваткой. Торговалась тэйса эль Рианит весьма бойко, но и Бальф Кребрун знал цену собственному изобретению. Он твёрдо стоял на своём и несколько раз повторил, что другие желающие приобрести «Сокровище Леинары» отыщутся без труда, только свистни.

– Сударь Кребрун! – капризно воскликнула его клиентка. Её лицо раскраснелось. – Вы не понимаете…

– Это вы не понимаете, тэйса, – хмыкнул он. – Я глубоко уважаю и вас, и вашего батюшку, а ещё мне льстит то, что из желающих приобрести особые духи лишь вы вспомнили о «Сокровище Леинары». Но разве пристало будущей императрице торговаться, как на базаре?

С моих губ сорвался смешок, и я торопливо прикрыла рот ладонью. Лучше не выдавать себя. А то как бы не узнала меня Джемма при нашей следующей встрече на корабле…

– Вы правы, – с улыбкой произнесла она, очевидно, уже примеряя на себя в мыслях корону. – Не пристало. А скажите, верно ли говорят, что сей дивный аромат способен вскружить голову любому мужчине?

– Не могу знать, тэйса эль Рианит, – развёл руками пожилой парфюмер. – Не проверял. Мне, сами понимаете, очаровывать мужчин ни к чему.

Я снова чуть не расхохоталась. Ай да Кребрун! Как умело он её обхаживает! То играет на тщеславии юной красавицы, то строит из себя дурачка. А я-то и не замечала за ним подобных талантов.

Хотя сейчас, конечно, не самый рядовой случай. Разумеется, девушки, стремящиеся принять участие в отборе невест для императора, не желали пользоваться обычными духами, которые продавали в лавках. А жительницы Дорсуля имели возможность лично обратиться к знаменитому парфюмеру, который – вот повезло-то здешним тэйсам! – уже несколько лет обитал в провинциальном городке. Ведь наверняка каждой хотелось не только выглядеть, но и пахнуть по-особенному. Однако про «Сокровище Леинары» вспомнила лишь Джемма эль Рианит. Может, слышала о них от матери? Если та родом из столицы, то вполне вероятно.

– У меня всё должно быть лучше других, – проговорила она, морща хорошенький носик. – Если эти духи, в самом деле, больше нигде не достать, я не поскуплюсь. Надеюсь, они помогут мне заполучить сердце нашего императора.

«Мечтай!» – мысленно сказала я ей. Впрочем, всё шло к лучшему. Разговор развивался в нужном направлении, и вскоре в моих руках окажутся деньги, так необходимые мне сейчас.

Но отчего же у меня вдруг испортилось настроение?..

Я отошла от двери, не желая слушать дальше. Наткнувшись взглядом на ближайшее зеркало, невольно сравнила себя с тэйсой эль Рианит. В отличие от неё, я выглядела скорее усталой, нежели цветущей. Да и какой мне ещё быть, если каждый мой день протекал в трудах и беспокойстве за сына и наше будущее? Я не жила той безмятежной жизнью, что выпала Джемме и её сестре.

А ведь когда-то и я была такой же, а мой путь казался счастливым, ничем не омрачённым. Училась магии, хранила искреннюю привязанность к своим близким, любила. А теперь любовь моей жизни – Кай, и ради него я готова на всё.

Он родился, когда я ещё была слишком молода, потому временами мне казалось, что я чувствовала себя скорее его старшей сестрой, чем матерью. Но такое ощущение ничуть не умаляло моей любви. Теперь, когда дядюшки не стало, а кузина пропала, у меня не оставалось никого, кроме Кая и Гельзы. Они стали моей единственной семьёй. Мы жили небогато, уединённо, и за прошедшие с рождения сына пять лет я успела привыкнуть к этому и забыть, что бывает иначе.

Теперь мне предстояло оказаться в окружении благородных девиц, слуг и придворных. Вспомнить уроки Арделии и снова начать вести себя, как тэйса эль Ландри, а не просто Ханна, которая стирает бельё и ходит на рынок с корзиной. Стать настоящей дамой, а не скромной помощницей престарелого парфюмера. Сделать так, чтобы все поверили в ту маску, которую я на себя натяну, попав на отбор. Выдержать все испытания.

Справлюсь ли я?..

Мне очень не хватало друга, который сказал бы, что мне всё будет по плечу.

Когда торг наконец-то закончился, и клиентка, заполучив вожделенный флакончик, покинула дом, я вышла из своего укрытия. Лицо Бальфа Кребруна сияло от восторга. Казалось, старик готов пуститься в пляс, так его порадовала выгодная сделка.

– Ты слышала? Эта девчонка далеко пойдёт, попомни мои слова! – проговорил он, отсчитывая деньги. – Отец её в тратах явно не ограничивает, оно и понятно – впереди такое событие!

– Да, пожалуй, – согласилась я, глядя на поблескивающие в солнечном свете монеты.

– Конечно же, я вовсе не считаю, что она победит, но её шансы на выгодный брак значительно возрастут, – продолжал собеседник, и я снова рассеянно кивнула. – Послушай-ка, девочка, очень уж подозрительно выглядит твой отъезд накануне отбора… Уж не надумала ли ты тоже?..

Увидев изумление в его глазах, я энергично помотала головой.

– Ничего подобного, сударь Кребрун! Я ведь не аристократка, – неловко солгала я. – Как я могу…

– Подожди-ка тут!

Парфюмер вышел в лабораторию, а, возвратившись, принёс флакон духов. Судя по тому, что на нём не имелось бирки, для продажи в магазине они не предназначались. Наверное, изготовлены для кого-нибудь из будущих участниц отбора.

– Возьми, дарю! Что-то я пожалел отдавать их заказчице, ей они не подойдут. А тебе, раз уж от даже от «Сокровища Леинары» отказалась, пригодятся.

– Спасибо! – растрогалась я. За всё время, что мы знали друг друга, работодатель впервые сделал мне подарок. Учитывая его солидный возраст и равнодушие практически ко всему, кроме ароматов, за этим явно не стояло никакого подтекста.

– Ты понюхай сначала! – Кребрун улыбнулся. – Может, ещё не понравятся.

– Как то, что вы сделали, может не понравиться? – отозвалась я, поднимая пробку. Запах мягко окутал моё лицо, когда я наклонилась к флакону, слушая аромат. Он не заполнял собой всю комнату, как «Сокровище Леинары», и та же тэйса эль Рианит наверняка отказалась бы от этих духов, посчитав их слишком простыми. – Они пахнут морем! – воскликнула я, поднимая взгляд. – И зелёными яблоками, и летним вечером!

– Знал, что ты это почувствуешь! – одобрительно закивал парфюмер. – А теперь я тебя отпускаю! Можешь отправляться по своим важным делам!

Ещё раз поблагодарив его и попрощавшись, я пошла в расположенную неподалёку лавку готового платья. Заказывать наряды у портнихи и ждать, пока их сошьют, было бы накладно, да и времени уже оставалось мало. А обновить гардероб перед отбором наверняка вознамерились и другие желающие туда поехать.

К счастью, людей в лавке не оказалось, только скучающая продавщица. О своих планах я ей не сказала. Лишь попросила подобрать для меня приличную одежду, в которой я бы не походила на служанку.

– Что ж… С вашей фигурой выбор сложной задачей не будет! – окинув меня намётанным взглядом, уверенно заявила женщина лет тридцати пяти. – Прошу в примерочную!

Закуток для примерки оказался маленьким, зато оснащённым аж двумя зеркалами, в которых я отражалась в полный рост. Вглядываясь в собственное отражение, я сравнивала себя с юной Ханной, впервые увидевшей Ариана эль Кимри, в ту пору блистательного старшекурсника, которого все считали просто дальним родственником правящей семьи. Сейчас я выглядела иначе, не так, как в академии. И дело не только в изменившемся цвете волос. Выражение глаз стало другим, уже не восторженно-доверчивым и наивным, как когда-то, скулы на похудевшем лице обрисовались чётче, а тело, утратив юношескую угловатость, приобрело более женственные очертания. Судя по разговору на рынке, а также по тому, как одевалась Джемма эль Рианит, в моду вошли платья с глубоким декольте, подчёркивающим то, чем одарила природа, а в случае, если показать нечего, в ход шли различные ухищрения. В то время, когда я училась, всё было наоборот, и ткань целомудренно прикрывала не только грудь и плечи, но и руки до запястий, а порой и шею.

Как выяснилось, новые фасоны мне к лицу даже больше, чем прежние, хотя очень хотелось подтянуть вырез повыше.

– Нельзя, нельзя! – хмурилась торговка. – Их носят не так! Ах, если б я уродилась такой ладной, как вы, всегда выставляла бы себя напоказ!

Я оставила в покое неподатливый лиф, отделанный тонким кружевом, и попыталась увидеть себя с точки зрения тех, кто не встречал меня раньше. Покажусь ли я им привлекательной? Не слишком ли сильно буду проигрывать в сравнении с юной дочерью мэра, а также со столичными дамами, которые наверняка прибудут разряженные во всё самое лучшее, что только найдётся? Впрочем, лучше не думать и не тревожиться заранее. Я всё равно не могла позволить себе расфуфыриться так же, как они, даже после того, как получила половину стоимости «Сокровища Леинары».

Оставалось уповать лишь на то, что отбор невест для императора не будет исключительно конкурсом красоты. А ещё теперь у меня появились собственные духи от одного из лучших парфюмеров своего времени. Чем не повод для гордости?

– Вечерний наряд тоже нужен? – деловито поинтересовалась собеседница, подкалывая юбку, чтобы немного её укоротить.

– Думаю, да, – ответила я, начиная ощущать понятное каждой женщине волнение при выборе платьев. Пусть даже для меня это вынужденная мера, я помнила, как чудесно было кружиться в обновках, предвкушая будущую жизнь в стенах магической академии Траудберт. Тогда мне казалось, что впереди ждёт одно лишь счастье.

– Гляньте-ка вот сюда!

Платье, предназначенное для торжественных случаев и танцев, оказалось лимонно-жёлтым, с изящной отделкой. От талии оно пышными складками спускалось к полу. Может, какая-нибудь другая из потенциальных невест Ариана такое бы не надела, но в моём положении не выбирают. Нужны ведь ещё перчатки, чулки, шляпка… Целый гардероб.

А оставлять Кая и Гельзу без денег, пока меня не будет, тоже нельзя. Хорошо ещё, что она по-прежнему будет стряпать для парфюмера. Но неизвестно, на сколько дней или недель затянется отбор…

Глава 8

Прошлое

Судя по тому, что ни Ариан эль Кимри, ни его друзья не обратили ни малейшего внимания на девушек в столовой, фавориток у них не было. Студентки лишь безнадёжно мечтали об этих четверых. Может быть, молодые люди уже помолвлены с кем-нибудь?

Впрочем, не моё дело. Я сюда приехала учиться, а не собирать сплетни. Этим и займусь.

По дороге в библиотеку я расспрашивала Ину о распорядке академии и других важных вещах, которые мне надлежало знать, чтобы не проштрафиться, как вчера вечером. Соседка охотно отвечала. Прибыв сюда раньше меня, она уже во многом успела разобраться.

– Девушкам действительно запрещено входить в мужское общежитие? – спросила я, в глубине души надеясь на то, что получу отрицательный ответ.

– Конечно! – уставилась на меня Ина эль Юнти. – Хоть обучение в академии Траудберт совместное, здесь с этим дело обстоит очень строго! Ведь никто же не хочет, чтобы… – осеклась собеседница, смущённо потупившись.

– Чтобы что?.. – не поняла я.

– О небеса, Ханна, ты же не в монастыре росла! И должна знать, к чему может привести тесное общение юношей и девушек! Беременная студентка будет грязным пятном на всей академии!

– Ох! – Теперь я тоже стушевалась. – Безусловно, ты права.

– А то! Разумеется, её тут же с позором выкинут! Но, если о таком прознают родители других студенток, то могут и не захотеть отпускать дочерей учиться здесь – от греха подальше! А ведь академия получает за обучение немалые деньги! Сама подумай! Никто не захочет терять ни репутацию, ни прибыль. Лучше перебдеть, чем затем утираться и нести убытки!

– И то верно, – кивнула я. Мой дядя тоже дорожил своей репутацией. Никто и никогда не смог бы уличить его в дурных поступках.

– Так что даже близко к мужскому общежитию не подходи, – подытожила Ина. – Присмотреть себе жениха можно и без этого. Только на тэйса эль Кимри не заглядывайся!

Я возвела глаза к украшенному лепниной высокому потолку. Снова она о нём! Всем хороша соседка, только уж больно увлечена одним заносчивым старшекурсником!

– Думаешь, у него уже кто-то есть? – проговорила моя спутница, и я пожала плечами. Не хотелось даже думать про того, кого все тут превозносили. Вот что даёт громкая фамилия! – Наверняка есть, – не дождавшись моего ответа, продолжала Ина. – Он ведь так хорош собой!

– Одной внешности недостаточно, – заметила я.

– Одной внешности? Так у него и помимо красоты немало достоинств! Родственник правящей семьи! Обладает магическим даром! Богат! А на одежду его глянь – из самых дорогих изысканных тканей! Даже носовой платок!

Мне почему-то стало смешно.

– Мы тут все из благородных, хоть и не родня императорской семье. И магический дар есть у каждого, иначе бы в академию не взяли. Ну и совсем уж бедных тоже нет – ты сама же сказала, что за учёбу надо платить. Вот только бьюсь об заклад, что никто, кроме Ариана эль Кимри и этих троих, что повсюду ходят с ним, не задирает нос так высоко! Зачем тебе вздыхать по кому-то, кто будет смотреть на тебя, как на пыль у его ног?

– Глупая ты, Ханна! Ничего не понимаешь! Это сейчас он на всех так смотрит, а со своей возлюбленной будет обращаться совсем иначе!

– Сомневаюсь, – фыркнула я. Хорошо, что мы уже дошли до библиотеки, и тему разговора пришлось сменить. А иначе имелся немалый риск поссориться с Иной, чего бы мне совершенно не хотелось. Ведь нам ещё долго учиться вместе, жить в соседних комнатах и пользоваться одной ванной. И было бы глупо становиться врагами из-за одного надменного типа, которому, как я надеялась, нет никакого дела до нас обеих.

Даже после того, что случилось вчера. Хотя то, что молодые люди меня не выдали, всё-таки хорошо. Ведь о правилах, касающихся мужского общежития, они, как выяснилось, вовсе не соврали.

Заправлял библиотекой мужчина неопределённого возраста, такой бледный, что, казалось, он никогда не покидал этого полутёмного помещения, книги в котором занимали несколько этажей. Я на несколько минут благоговейно замерла, рассматривая ряды шкафов, уставленных фолиантами в тиснённых золотом переплётах. На книгах здесь явно не экономили, кропотливо собирая их в течение долгих лет.

– Чего застыла? – толкнула меня плечом Ина. – Хочешь на занятия опоздать? Хватай свои учебники и вперёд!

Только тут я заметила, что стопка необходимой первокурсникам литературы уже заботливо приготовлена для меня библиотекарем и лежит на краю тяжёлого дубового стола.

– Благодарю вас! – Я подхватила книги и поморщилась. Тяжеловато. Жаль, что левитацию я ещё не освоила. Могла бы заставить их легонько парить рядом по дороге в общежитие.

Главное, не уронить никому на голову.

Накаркала. Соседка, которая уже успела получить свои учебники раньше, ушла вперёд, а я замешкалась, неуклюже прижимая к себе стопку, которая заслоняла мне обзор. Кто только придумал, что на первом курсе студентам требуется так много знаний? Я пропыхтела эти слова себе под нос, шагая по коридору, и… столкнулась с кем-то, кто шёл навстречу. Книги, вывалившись из рук, оказались на полу, а одна из них ударила по чьей-то ноге, обутой в короткий сапог из дорогой кожи.

– Смотри, куда идёшь! – услышала я. Не сразу. Перед этим прозвучало ругательство, заставившее мои уши заполыхать. Так на моей памяти даже грузчики в порту не выражались. – Снова ты?!

Подняв глаза, я встретилась взглядами с Арианом эль Кимри.

И почему из всех многочисленных студентов магической академии Траудберт на моём пути попался именно он?! Чем я прогневала небеса?! Ведь всегда исправно посещала воскресные служения в храме вместе с Юханной и дядюшкой, который оставлял щедрые пожертвования, да и на благотворительность никогда не скупился.

– Прости! – выпалила я. – Тут нет моей вины! Я тебя не заметила!

– Все так говорят, – поморщился он, и я поняла, что тэйс эль Кимри не притворяется. Ему действительно больно. Всё же книга довольно тяжелая, а кожа, из которой сшиты сапоги, достаточно тонкая – не чета обуви грубой выделки, которую носили те же портовые грузчики.

– Кто все? – не поняла я.

– Все, – повторил он. – Никто не желает брать на себя вину. Только и умеют, что оправдания искать.

– Ну, знаешь! – вспылила я. – Принимать извинения тоже надо уметь. Я в тебя врезалась не специально! И прощения попросила сразу же! Что мне ещё сделать, ноги тебе расцеловать?

Лучше бы я этих слов не произносила. Потому что на лице Ариана появилось такое выражение, словно он всерьёз рассматривал сказанное мною в запале. Ещё чего не хватало!

– Откуда ты такая взялась? – спросил он вдруг.

– Из Дорсуля!

– Провинциалочка, – повторил то, что уже говорил обо мне вечером, и мне почему-то стало обидно за родной город.

– Да, я не из столицы, ну и что? Как будто у тех, кто родился там, на лбу клеймо стоит, что они избранные! Люди везде…

Не дав мне договорить, эль Кимри насмешливо фыркнул.

– Вот что, провинциалочка. Две услуги ты мне уже должна за вчерашнее. За то, что произошло сегодня, приплюсую ещё одну – будет три.

– Я не согласна! – воскликнула я, присев и начав подбирать книги. К счастью, учебники не пострадали. А то ещё и перед библиотекарем пришлось бы отвечать.

– Твоего мнения никто не спрашивал, – глянул на меня сверху вниз собеседник.

– Индюк напыщенный!

Я что, сказала это вслух?! Судя по изумлению, полыхнувшему в глазах Ариана, так и случилось. Ой-ой-ой!

– Повтори, – произнёс он. Слова прозвучали холодно, точно он хотел меня ими заморозить. Но я знала, что внутри старшекурсник просто сгорает от ярости. Ведь наверняка никто прежде не обзывал его. Да и я не думала, что с моих губ сорвутся эти слова.

– Нет, – буркнула я.

– Как ты меня назвала?

– Тебе показалось.

– Четыре услуги.

– Тэйс эль Кимри!

– Вижу, что ты всё же обучена вежливому обхождению. Но недостаточно. Твои родственники явно пренебрегали твоим воспитанием.

– Не смей о них говорить! Ты… ты их не знаешь… – выдохнула я. Промелькнула мысль, что моя гувернантка бы со стыда сгорела, если б услышала, как я разговариваю с юношей столь высокого происхождения. Но что поделать, если он меня раздражал? Ещё и вздумал критиковать моих близких, а их я никому в обиду не давала!

– И хорошо, что не знаю. Наверняка такие же неотёсанные, как и ты. До встречи, Ханна эль Ландри.

С этими словами он прошёл мимо, едва не наступив на одну из книг, которую я ещё не успела поднять. Настроение совсем упало. Я так мечтала об учёбе, о студенческой жизни, и что получила?..

А теперь ещё учебники в общежитие тащить и молиться небесам, чтобы больше ни с кем не столкнуться.

– Тебе помочь? – спросил кто-то. Поднявшись, я уставилась на того, кто предлагал помощь. К моему великому удивлению, им оказался один из трёх друзей моего недавнего собеседника – молодой человек с короткими очень светлыми волосами, тоже на редкость привлекательный внешне.

– Тебя Ариан эль Кимри подослал? – недоверчиво спросила я. Неужели решил напакостить мне через своего приятеля? Расквитаться за то, что назвала его напыщенным индюком?

– Нет, – кажется, удивился тот. – Просто шёл мимо и понял, что тебе нелегко одной будет управиться с такой ношей. Моё имя – Конрад эль Ренти.

– Но тебе ведь всё равно нельзя в женское общежитие, – напомнила я.

– Хотя бы до входа в него донести могу.

Мне по-прежнему казалось довольно подозрительным его великодушное предложение. Разве может быть, чтобы два закадычных друга были такими разными? Я неуверенно кивнула в ответ, надеясь, что злосчастная стопка книг будет благополучно доставлена в мою комнату.

Хотелось верить, что на занятия я ещё успевала. Будет очень неловко опоздать в первый же день. И как жаль, что Ина меня не подождала!

– Почему бы тебе не применить левитацию? – полюбопытствовала я, когда старшекурсник с лёгкостью подхватил мои учебники и прижал стопку к тёмно-синему бархату камзола.

– Ты ещё не знаешь? Вне учебных аудиторий магию применять нельзя. За такое строго наказывают.

– Вот как… – Надо же, а я и не думала, что в академии столько всяческих ограничений! – Спасибо, что предупредил!

– Вам обо всём расскажут на первом занятии. Назначат куратора, к которому можно обращаться с вопросами. Так что не волнуйся, долго ты в неведении об основных здешних правилах и традициях не останешься.

В компании тэйса эль Ренти я чувствовала себя совсем иначе, не как с Арианом. Всё ещё ожидала от Конрада подвоха, но постепенно расслаблялась. Похоже, он действительно был куда более дружелюбным, и грубить ему мне вовсе не хотелось. Даже наоборот – хотелось понравиться. Доказать, что и девушки из глухомани могут быть милыми и благонравными, ничуть не хуже, чем столичные аристократки.

Глава 9

Настоящее время

Подбор платьев, накидок и прочего занял немало времени, и мне хотелось только одного – от всего отдохнуть. Продавщица из лавки готового платья заверила, что покупки привезут завтра, и я отправилась домой.

Вместе с Каем и Гельзой мы решили провести вечер в уединённой бухточке, про которую мало кто знал. Подвернув длинный подол, я вошла в тёплые волны на мелководье, крепко держа мальчика за руку. Плавать ни он, ни я не умели. Несмотря на то, что выросли у моря, мы с Юханной никогда не ходили купаться. Арделия считала, что подобное развлечение не для благородных девиц.

Выйдя из воды, мы расположились на расстеленном на песке покрывале, где уже сидела Гельза с корзинкой для пикника. Я распустила ворот платья, подставляя плечи солнечным лучам. Поскольку зонтиков от солнца у меня теперь не было, моя кожа успела стать золотисто-смуглой, и обгореть я ничуть не боялась.

А вот у тэйсы эль Рианит зонтик имелся. Белый, украшенный по краю изысканным кружевом. Неудивительно, что девушка оставалась светленькой, без намёка на вульгарный загар.

Разумеется, у неё были в изобилии и зонтики, и наряды. А теперь ещё и «Сокровище Леинары». Вот только сама Джемма и палец о палец не ударила, чтобы всё это заработать. Будь она дочерью, к примеру, простого рыбака подобная роскошь ей бы и не снилась. Как, впрочем, и отбор невест для императора.

Вспомнив о портрете, виденном в мэрии, я ощутила, как меня покидает сила духа. С каждым днём, который приближал к отправлению на остров, всё сильнее охватывала дрожь от волнения. Смогу ли я казаться невозмутимой при встрече с ним и, если он меня узнает, сыграть так, чтобы никто не усомнился в том, что я Юханна, а не Ханна эль Ландри?

А соперницы? Сколько их будет? Небеса свидетели, моя цель вовсе не победа, но я должна продержаться на отборе почти до самого конца.

Насколько я знала из книг, отбор невест являлся старинной традицией Далиссийской империи. Обычно наречённая для императора подбиралась старшими родственниками, исходя из многих обстоятельств, но никак не из личной симпатии молодых людей. В случае же, если такой брак по каким-то причинам не мог состояться или подходящих девушек на примете не имелось, а правящий род нуждался в наследнике, как раз и объявляли отбор. Ещё когда впервые об этом прочла, подумала, что поиск достойной супруги посредством отбора отражал почти полное равнодушие самого жениха к вопросу о том, кто станет его парой на всю жизнь. Впрочем, будущих императоров ведь и не учили любить, открывать сердце, делать выбор не разумом, а чувствами.

Ариан эль Кимри… Мальчик, юноша, будущий мужчина, в котором его собственные родители видели лишь наследного принца, будущего правителя Далиссии. Они не допускали, чтобы он к кому-то испытывал привязанность, даже к ним самим. Полагали, что это слабость, недостойная владыки империи. Его душа, словно в холодную ледяную броню, была закована в одиночество, а грубость и надменность служили защитной реакцией, будто сигнализирующей о том, чтобы к нему никто не приближался.

Но я поняла это не сразу. А вот Конрад знал. И даже раньше, чем я сама, заметил, что между мной и Арианом что-то происходит.

Как всегда при мысли о Конраде, стало грустно. Глаза защипало от невыплаканных слёз. Я притянула к себе Кая, обняла, и тот недовольно завозился, требуя, чтобы я его отпустила.

– Ешь скорее! – сказала ему Гельза, и мальчик тут же накинулся на немудрёное угощение. Я улыбнулась. Мне нравилось, когда у него хороший аппетит, хоть такое бывало и не часто. – И вы ешьте, тэйса! – добавила служанка. Грубовато, но заботливо – точно я в самом деле, как сказала парфюмеру, приходилась ей не госпожой, а племянницей.

Да и какая из меня теперь госпожа?..

Хлеб успел немного зачерстветь, зато сыр был свежим и солёным. Перестав быть богатой и беззаботной, я полюбила есть по-простому, на свежем воздухе. Так всё казалось вкуснее.

– Может, всё-таки передумаете? – спросила Гельза настороженно.

– Не могу… – я покачала головой. – Мне действительно очень нужно попасть на отбор. И поехать в столицу.

– А что, туда всех участниц повезут?

– К сожалению, нет, – вздохнула я.

– Тэйса эль Ландри, а вы там случайно не встретите… – начала собеседница, покосившись на Кая, который, глядя на море, уплетал сыр, хлеб и сочные помидоры. Я напряглась. Гельза давно не пыталась заговаривать со мной об отце мальчика, хотя её, конечно же, интересовало, кто он. Как и других. Но я упорно молчала, не желая отвечать.

– Не волнуйся, – сказала я, коснувшись её сильной и такой надёжной руки. – Даже если встречу, он ничего не узнает. Никто в целом мире не отберёт его у нас, – добавила, бросив взгляд на сына.

– Беспокойно мне, – проговорила Гельза.

– Всё будет хорошо. Мне сегодня удалось неплохо заработать. А сударь Кребрун и без меня станет есть то, что ты ему приготовишь. Только не говори, что я поехала на отбор. Может, он и догадывается, но лучше помалкивай.

– Как скажете.

Обхватив колени руками, я устремила взгляд на волны, которые с мерным шумом накатывали на берег. Как хорошо… Вот бы целую вечность так просидеть, не думая ни о чём. Не нуждаясь ни в ком, кроме Кая и Гельзы, которые были со мной. Не тоскуя по тем, кого сейчас нет рядом.

Но не получалось. Их имена – имена, которые мне хотелось писать на песке снова и снова, несмотря на то, что море раз за разом стирало бы их – жили в моей памяти. Дядюшка, Юханна, Конрад…

И Ариан. Мужчина, в чьё лицо я так страшилась взглянуть, не желая увидеть перед собой совершенно чужого человека, в которого превратился тот, кого я когда-то любила. Когда-то… или до сих пор?..

От этой мысли, несмотря на солнечную погоду, по телу пробежали холодные мурашки. Меня словно окатили холодной водой. Я покосилась на своих спутников, но ни старая служанка, ни мальчик ничего не заметили.

Зарывшись босыми ногами в согретый южным солнцем песок, я заставила себя думать о насущных вещах и заботах. Не нужно ли починить одежду Кая? Или лучше купить новую, если из старой он успел вырасти? Я потратила на гардероб для отбора меньше половины из тех денег, что получила от парфюмера. Всё-таки «Сокровище Леинары» – особенные духи, равных которым ещё не придумали, и Бальф Кребрун не продешевил, торгуясь с Джеммой эль Рианит.

Интересно, все участницы отбора будут такими же, как она? С виду яркими и безобидными золотыми рыбками, но при этом цепкими, как пираньи. Впрочем, неуверенная в себе девушка едва ли решилась бы принять участие в отборе – если только под давлением родственников, желающих выдать её замуж за императора.

На меня давить некому, да я и сомневалась, что, будь дядя жив, а наша семья по-прежнему полной, он стал бы гнать нас с Юханной на отбор невест силой. Ведь для него на первом месте оставалось наше счастье, и наши желания всегда учитывались. Во всём, кроме выбора гувернантки.

Вспомнив Арделию эль Гринар, я усмехнулась. Интересно, кого она сейчас учит географии, истории и хорошим манерам? Может, даже дочерей мэра – не удивилась бы, узнав, что так и есть.

Мне и самой не помешало бы освежить в памяти всё, чему я от неё научилась. Ведь за то время, что прошло с моего возвращения в Дорсуль, многое из того, что тэйса эль Гринар пыталась вбить в наши с кузиной юные головы, стало ненужным и облетело с меня, точно шелуха. Просто негде стало блистать знаниями этикета, и понадобилось приобрести совсем другие навыки. Например, как распорядиться краюхой хлеба так, чтобы ни одна крошка не пропала. Или чем отстирать пятна от ягод на детской рубашке.

Я опустила взгляд на свои руки. Нужно срочно привести их в приличный вид. С загаром уже ничего не поделаешь, а вот сделать кожу более гладкой и нежной необходимо. Иначе придётся совсем не снимать перчаток, а их тоже следовало поберечь. Кажется, в комнате Юханны сохранились какие-то записи с рецептами красоты. Её очень огорчало, что, обеднев, мы не могли больше покупать себе различные кремы и притирания, которые продавались в лавках, и она твёрдо решила, что научится делать их сама и покажет мне. Настало время вспомнить её уроки.

– Хочу умыться! – Заскучав после того, как утолил голод, Кай поднялся и потянул меня к морю. – Мама, у меня руки липкие, пойдём умываться!

Я послушно поднялась, потирая затёкшие ноги, и мы с ним побежали к волнам, ласково, словно в желании заключить его в объятия, накатывающим на берег.

– Только не пей эту воду! – напомнила я, когда мальчик принялся весело плескаться. – Гельза, иди к нам! – обернулась я к пожилой женщине, продолжавшей сидеть на покрывале. – Никто твою корзину не утащит! Скорее же! Разве тебе не будет обидно побывать на море и даже не намочить ноги?!

Я всего на мгновение отвлеклась, а, когда снова посмотрела на сына, выпустившего мою руку, то едва успела подхватить его и вытащить из воды. Кай побледнел, его била дрожь, от недавней живости не осталось и следа. Наверное, кто-то на моём месте решил бы, что он просто глотнул солёной морской воды, но я знала, что причина в другом. И Гельза тоже знала. Вместе мы перенесли его на покрывало, и я торопливо достала из корзинки микстуру, которую приготовила сама. Приподняв голову мальчика, влила ему в рот несколько капель, и через несколько мучительно долгих мгновений его щёки снова порозовели. Мне казалось, что всё это время я не дышала.

– Становится хуже, – заметила Гельза, собирая остатки пикника. Её руки дрожали. Так же, как и мои.

– Да, – отозвалась я. Приступ действительно продлился дольше предыдущих. – Потому мне и нужно на отбор. Только так я смогу спасти нашего Кая. Только так.

Глава 10

Прошлое

С Конрадом было легко. Хотелось отбросить неловкость и смущение, ведь опыта общения с молодыми людьми у меня почти не имелось. Однако от него не исходило ощущения опасности. Да и вёл он себя галантно, а держался куда проще его друга, который только и умел, что задирать нос. Когда мы подошли к женскому общежитию, я даже немного огорчилась.

– Удачи в твой первый учебный день! – напутствовал меня спутник, возвращая учебники. И улыбнулся, продемонстрировав ямочки на щеках. Мне подумалось, что человеку с такой улыбкой хочется доверять.

Я поблагодарила, прижала к себе стопку и зашагала к своей комнате. В коридоре возле неё стояла Ина. Она выглядела виноватой.

– Прости, что сбежала. Живот прихватило, – краснея, проговорила девушка. – Очень волнуюсь!

– Так страшно перед занятиями?

– У меня не очень сильный дар, – призналась соседка. – Так что мне наверняка трудно придётся. А куда деваться? – добавила со вздохом.

– Но как же тогда тебя сюда вообще приняли? – удивилась я.

– Долгая история, – отозвалась она. Казалось, Ина уже успела пожалеть о своей откровенности. – А теперь поспеши, не то опоздаем.

– Какие из этих книг нужно взять с собой? – спросила я, вспомнив, что даже не видела расписание.

– Пока оставь все здесь, сначала будет просто собрание.

– Тогда почему я не могла сходить за ними позже?

– Потому что там будут спрашивать, все ли забрали учебники. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя посчитали ленивой или даже сочли, будто тебе вовсе не хочется учиться? А так и будет с теми, кто вовремя не заглянул в библиотеку.

Мысленно согласившись с этими доводами, я занесла тяжёлую стопку в комнату и сгрузила на стол. Потирая уставшие ладони, вышла обратно в коридор и вспомнила, что не взяла принадлежности для письма, но соседка уверила в том, что всё необходимое нам предоставят. А затем взяла меня за локоть и потащила за собой. Скоро мы влились в толпу других первокурсников. Все они выглядели взволнованными и бросали друг на друга любопытные взгляды.

– Нам нужно держаться вместе! – произнесла Ина, держа меня под руку, и я, разумеется, не стала возражать.

В просторной аудитории, за неимением окон освещённой множеством ламп-светлушек, нас уже ждали. Преподавательницей – или куратором? – оказалась женщина лет сорока пяти. Вид у неё был довольно строгий, чем она сразу же напомнила мне Арделию эль Гринар. Даже волосы убраны в пучок точно так же. Я невольно поёжилась и выпрямила спину. Когда же выяснилось, что эта особа не преподаватель, а секретарь ректора, я почувствовала облегчение. Не хотелось учиться у кого-то, кто выглядел бы копией нелюбимой гувернантки.

Зато сам ректор по имени Ритерх эль Сомри мне очень понравился. Да и другим первокурсницам, которые тут же принялись прихорашиваться, едва он вошёл в аудиторию, судя по всему, тоже. Одна даже прошептала довольно громко: «Какой мужчина!» Ректор, чьих ушей восторженный шёпот тоже, видимо, достиг, только улыбнулся. Высокий и статный, с чуть тронутыми сединой висками, он, похоже, перевидал не одно поколение студентов, а потому смотрел на нас скорее благодушно, чем строго. Речь его не заняла много времени. Он сказал несколько слов о том, что рад приветствовать всех нас в магической академии Траудберт, а также – что будет гордиться нашими успехами и надеется, что годы нашего обучения здесь ничем не будут омрачены.

А уж как я на это надеялась! Но, увы, после встречи с Арианом эль Кимри очень сомневалась, что моё будущее окажется гладким и безмятежным, как водная гладь в ясный день. Разве что лишь после того, как упомянутый молодой человек закончит учёбу и покинет стены академии. Вот тогда и я вздохну спокойно. А пока нужно держать ухо востро.

Куратором назначили молодую преподавательницу, которая и сама недавно окончила академию. Элайн эль Джермей мне сразу понравилась. Очень стройная, вся какая-то невесомая, с лазурно-голубыми глазами и длинными белокурыми волосами, уложенными в корону из кос, она словно принадлежала не к человеческой расе, а к волшебному народцу из старых легенд. По аудитории пронёсся громкий вздох, едва тэйса эль Джермей вошла, аккуратно придерживая подол иссиня-чёрного платья. Особенно, конечно, были впечатлены её появлением юноши, а вот студентки поглядывали не только с восхищением, но и с плохо скрываемой завистью.

– Какая красивая! – шепнула мне Ина.

Я кивнула, соглашаясь и жалея, что рядом со мной нет Юханны. Мне очень её не хватало сейчас. Вот бы с ней обсуждать собрание, смеяться и говорить, понимая друг друга с полуслова. Но кузина далеко, а мне предстоит найти общий язык не только с Иной, но и с другими однокурсниками, а также преподавателями. Держаться в стороне – не выход.

Если бы я не хотела учиться и сомневалась в своём решении отправиться в академию, дядя не стал бы возражать. Девушки с магическим даром в Далиссийской империи сами имели право выбирать, развивать им его или практически не использовать. Однако некоторые родители не могли позволить себе обучение дочерей, особенно если в семье росли также сыновья, которым следовало дать образование в первую очередь. Таким образом, студенткой академии становилась далеко не каждая. Многие просто выходили замуж в надежде, что хотя бы их дети, унаследовав дар, смогут учиться. Но я с тех пор, как впервые услышала о существовании магической академии Траудберт, грезила лишь о ней. И теперь, когда моя мечта осуществилась, не следовало сдаваться из-за одного напыщенного индюка, который возомнил, будто всё здесь принадлежит ему.

Мысли о тэйсе эль Кимри только настроение портили, но отчего-то он упорно в них прокрадывался. Вспоминались его изогнутые в усмешке красивые губы, падающие на лоб непослушные пряди волос, широкие плечи. И как молодой человек, который выглядел, точно прекрасный принц из сказок, мог обладать настолько скверным характером?..

Зато Конрад совсем другой. Внимательный, хорошо воспитанный. Он ведь мог попросту пройти мимо, а не помогать мне донести книги до женского общежития. Кто я ему? Не подруга, не однокурсница, всего лишь новенькая студентка, по досадной случайности столкнувшаяся с ним и его приятелями там, куда девушкам не дозволялось заходить.

Задумавшись, я отвлеклась от происходящего в аудитории, и Ине пришлось толкнуть меня в бок. Оказывается, куратор начала перекличку, а я прослушала, когда прозвучало моё имя. Торопливо, едва не опрокинув стул, я поднялась на ноги и коротко поклонилась.

– Вы из Дорсуля? – спросила Элайн эль Джермей. Её голос своей мелодичностью напоминал звучание свирели.

– Да, – откликнулась я, чувствуя обращённые на меня взгляды других первокурсников. Тут же промелькнула мысль, что платье на мне, должно быть, выдаёт моё провинциальное происхождение. Вот и Ариан эль Кимри сразу же догадался, что я не из столицы…

И почему он снова мне вспомнился?!

– Красивое место, – подбадривающе улыбнулась мне тэйса эль Джермей. – Можете сесть. Хорошего дня!

Я села на своё место, чувствуя благодарность к этой молодой женщине. Кажется, нам с ней очень повезло. Несмотря на свою красоту и на то, что в столь юном возрасте Элайн занимала должность преподавательницы в лучшей академии Далиссийской империи, она совсем не важничала и держала себя с простотой и достоинством истинной аристократки.

Мне вдруг захотелось в будущем стать такой же, как она. А вдруг, повезёт, со временем я сумею хорошо себя проявить, и мне тоже предложат работать здесь? Я бы с радостью согласилась!

Но пока загадывать слишком рано.

– А теперь, когда мы познакомились, я расскажу вам об основных правилах магической академии Траудберт и отвечу на все вопросы, которые у вас наверняка успели накопиться. Пожалуйста, не бойтесь показаться назойливыми. Лучше несколько раз спросить, чем не спросить вовсе и из-за этого попасть в неприятности, – добавила куратор.

«Поздно – я уже попала», – мысленно ответила я на её предупреждение. Конечно, тэйса эль Джермей в том не виновата. Мне следовало разыскать кого-нибудь из работников академии, а не пускаться в одиночку на поиски мужского общежития. Или, может, дядя сам бы обнаружил мою щётку для волос в своих вещах и нашёл бы меня, чтобы её вернуть? Да что теперь говорить, всё равно ничего не исправишь. Я не могла вернуть время назад, чтобы не встречаться с надменным старшекурсником. А ведь мы ещё возле библиотеки столкнулись!

Воспоминание о нашей перепалке обожгло щёки краской стыда. Я ведь никогда прежде так себя не вела! Или мне просто не с кем было конфликтовать? Меня окружали люди, которые либо относились ко мне дружелюбно, либо не имели права мне возражать. Даже Арделия твёрдо знала свой долг и своё место, да и открыто ссориться с ней не хотелось, чтобы не огорчать дядю.

Студенты поначалу стеснялись, затем, видя одобрение в глазах куратора, наперебой принялись задавать вопросы. Отогнав от себя мысли, в которых неотступно присутствовал один нахальный старшекурсник, я тоже прислушалась к тому, что отвечала Элайн эль Джермей. Учитывая, что некоторые вопросы действительно повторились несколько раз в разных вариациях, её терпеливости можно было только позавидовать.

– У тебя нет вопросов? – негромко поинтересовалась Ина, наклоняясь ко мне.

– Да вроде всё важное уже озвучили, – ответила я, пожимая плечами.

– А как тебе наш ректор?

– Очень… интересный, – выдохнула я и не солгала. Ритерх эль Сомри действительно производил впечатление. А если ещё вспомнить о его высокой должности и наверняка значительном магическом потенциале…

– Полагаю, он уже женат, – констатировала соседка, и я изумлённо приоткрыла рот. Неужели она рассматривала ректора академии с такой точки зрения? Хотя он, должно быть, завоевал немало девичьих сердец одной лишь открытой белозубой улыбкой.

Но моё сердце молчало. Я ещё никогда не влюблялась. А вот Ина, судя по тому, как часто она заговаривала о подобных вещах, уже питала к кому-то романтический интерес в прошлом или в настоящем.

После собрания нас ненадолго отпустили, чтобы мы могли переварить новые впечатления, а также захватить учебники для следующего занятия. Первого настоящего урока магии! Мне передался всеобщий настрой, я взволнованно торопилась к общежитию вместе с остальными студентками, и образ моего неприятеля почти вылетел из памяти, когда он сам напомнил о себе.

Какой-то студент, идущий навстречу, сунул мне в руку свёрнутый лист бумаги.

– Тэйс эль Кимри просил передать.

Развернув записку, я увидела в ней выведенные небрежным почерком слова «Я придумал первое задание для тебя, провинциалочка. Увидимся в галерее после ужина. Не опаздывай».

Глава 11

Настоящее время

Остаток дня я провела с Каем, ни на минуту не отходя от сына. Я знала, что приступ не повторится в ближайшее время, и всё же не смогла заставить себя покинуть детскую, которую по мере своих возможностей постаралась сделать уютнее, украсив картинами, нарисованными мной лично, а на кроватку набросив лоскутное покрывало. Сидя возле мальчика, я наблюдала за тем, как его веки смежаются, как он засыпает, уходя в мир сладких снов, и моё сердце сжималось от мыслей о близкой разлуке.

Лишь когда сын крепко уснул, я вышла, тихонько притворив дверь, и отправилась в бывшую спальню Юханны. Тут всё оставалось неизменным с момента её исчезновения. Дознаватели, конечно, обыскали комнату тогда, но не обнаружили ничего, что могло бы указывать на причину случившегося. Они не сомневались, что кузина просто сбежала с какой-нибудь мужчиной, который обратил внимание на красивую девушку и предложил ей уехать с ним. Сбежала от нищеты, от безысходности, от невозможности воплотить в жизнь надежды юности.

Злой рок, постигший нашу семью, Юханна переживала едва ли не сильнее, чем я. Мне было некогда проливать слёзы по тому, чего уже не вернуть, потому что у меня появился Кай, да и болезнь дядюшки требовала внимания. Кузина же после того, как мы обеднели, а я опозорила себя незаконнорожденным ребёнком, будто сломалась, точно кукла на шарнирах, у которой кончился завод. Поначалу ещё держалась и не теряла веры в лучшее, но затем очень изменилась, замкнулась в себе, с каждым днём мы всё больше отдалялись друг от друга. Лишь в тот последний вечер перед тем, как она ушла из дома, мы поговорили почти, как раньше, однако это не заставило её остаться.

Сейчас я могла лишь молиться небесам за неё и надеяться, что у Юханны всё хорошо там, куда привёл её путь, на который она ступила. Надеяться, отгоняя сомнения. Ведь мир нередко бывает жесток и несправедлив к тем, кого некому защитить.

Опустевшая комната выглядела такой же скромной, как и моя, но одинокой и нежилой. Шевелились от ветерка шторы на окнах, на полу лежал выцветший коврик, на прикроватном столике сиротливо приткнулась дешевёнькая статуэтка, изображавшая даму в таком пышном платье, что в нём наверняка даже в карету сесть было бы нельзя.

Я подавила вздох и напомнила себе о том, для чего пришла сюда. Нужно отыскать рецепты красоты. С загрубевшими руками и обветренным лицом я едва ли сойду за благородную. Вон и секретарь в мэрии с подозрением смотрел – точно на самозванку. Что, впрочем, неудивительно.

Наверное, тэйса эль Джермей в любом положении оставалась бы настоящей аристократкой, чего обо мне не скажешь. Торгуясь на рынке, и браниться с особо наглыми торговками и другими покупательницами порой приходилось, а, перешагивая через осенние лужи, поднимать юбку куда выше, чем дозволено порядочным женщинам и хорошо воспитанным девушкам, какой я была когда-то. Вот только тогда мне не требовалось собственноручно отстирывать подол от грязи.

Тетради, исписанные аккуратным почерком Юханны, нашлись в ящике покосившегося комода. Перелистывая страницы, вспомнила, как она оживлялась, когда искала различные способы собственными руками изготовить смягчающий кожу крем для лица, душистое мыло или масло, от которого ногти начинали блестеть. В такие моменты кузина почти становилась прежней, и сейчас я устыдилась того, что зачастую отмахивалась от неё, ставя на первое место другие заботы. Мне стало не до того, чтобы прихорашиваться. По правде говоря, меня даже радовало, когда взоры встречных мужчин равнодушно скользили по мне, видя перед собой не прекрасный цветок, с которым сравнивали красавиц, а придорожный сорняк. Я избегала их внимания и пряталась под унылым чепцом, прибавлявшим мне в возрасте лет десять, если не пятнадцать, будто становилась невидимкой, прячась от нежелательного интереса, сальных взглядов и глумливых шуток. Разве что перед Бальфом Кребруном иногда, забывшись, представала такой, как есть, но парфюмер на меня по-мужски и не смотрел.

Однако теперь передо мной стояла другая задача. Прямо противоположная. Чтобы произвести впечатление на тех, кто будет заниматься отбором невест для императора, мне следовало блистать. Может, гардероб у меня и куда скромнее, чем у других кандидаток, я должна обратить это в свою пользу. Продемонстрировать, что и во внешней простоте и сдержанности может быть красота.

Юханна от души постаралась, записывая секреты красоты, которые узнавала то там, то здесь, и некоторые из них оказались довольно простыми. Ингредиенты же либо стоили недорого, либо я могла их достать самостоятельно. А уж отмерять и смешивать я умела. Занятия по алхимии в академии не прошли даром, да и работа у сударя Кребруна тоже. Если б не это, я бы и лекарство для сына приготовить не смогла бы.

Жаль, что его действие имело лишь временный эффект.

На следующий день привезли одежду из лавки. Гельза, ахая, потрогала материал, а затем уговорила меня примерить то жёлтое платье, которое предназначалось для торжественных случаев. Когда я вышла в нём из комнаты, Кай подбежал ко мне, глядя с таким восторгом, что даже неловко стало.

Я вдруг поняла, что он впервые видит меня нарядной – не в простом застиранном платье, а в красивом.

– Вы почти такая же, как раньше, тэйса эль Ландри, – смахивая слезинку, проговорила Гельза. – Нет! Лучше, чем раньше!

– Лучше? – удивилась я. Мне-то казалось, что прошедшие годы не лучшим образом сказались на моей внешности. Тот же загар, как считалось, никак не красил благородную даму.

– Сейчас вы действительно расцвели! Уже не юная девочка, как прежде. Оно и понятно, – бросив взгляд на Кая, который весёлым щеночком прыгал рядом со мной, добавила собеседница.

– Гельза, пожалуйста, – предостерегающе отозвалась я, зная, что сейчас снова последуют расспросы об отце мальчика. Я уже опасалась, что он сам вот-вот начнёт этим интересоваться. И что мне ему отвечать – что лодка его папы потерялась в штормовом море, когда сам он был маленьким или ещё не родился?..

– А мы сегодня пойдём на пикник? – услышала я звонкий голос сына.

– Мы пойдём гулять и заодно купим тебе тоже что-нибудь, – пообещала я.

Так и вышло. Переодевшись, я взяла сына за руку и повела его по магазинам. Он действительно подрос, и некоторые вещи стали ему малы. Можно было купить поношенный костюмчик, но я выбрала совершенно новый, из мягкой и недешёвой ткани. Приобрела и ботиночки – мне не хотелось, чтобы Кай подобно детям из бедных семей бегал по улицам города босиком.

Не обошлось и без игрушки, которая так завлекательно смотрелась на витрине, что глаза у мальчика загорелись от желания с ней поиграть.

А ещё мы вместе выбрали подарок для Гельзы – гребень для волос.

Заодно я заглянула в аптеку, где приобрела всё, что требовалось для приготовления косметических средств из тетрадей Юханны, а, вернувшись домой, тут же взялась за дело. Судя по тому, что получившаяся в результате субстанция довольно приятно пахла, да и по консистенции оказалась такой же, как в описании, я сделала всё правильно. Умывшись, тут же нанесла самодельный крем на лицо и руки, прислушиваясь к забытым ощущениям и мысленно благодаря кузину, чьи записи так мне помогли.

Оставшиеся до отправления на отбор дни пролетели незаметно. Ещё раз сходив в мэрию, я выяснила, где и в какое время участниц будет ждать корабль. Когда я появилась перед секретарём в новом платье, перчатках и шляпке, он уставился на меня так, будто не узнал.

– Вы…

– Юханна эль Ландри, – напомнила я.

– Д… да, конечно, тэйса эль Ландри, – пробормотал молодой человек, краснея и отводя взгляд. Похоже, я действительно очень изменилась с нашей предыдущей встречи. – Вас будут ждать.

В назначенный день я крепко обняла сына, пообещав ему, что скоро вернусь, попрощалась с Гельзой и дала ей последние наставления. Впрочем, она и без меня хорошо со всем справлялась. Только ей я могла доверить Кая, ведь сейчас в её преданности не оставалось никаких сомнений.

Стоя перед зеркалом, я думала о Юханне. «Прости, – мысленно обратилась к той, которая была мне и сестрой, и лучшей подругой. – Я одолжу твоё имя. Ненадолго. Я продолжаю надеяться, что однажды мы снова увидимся».

А затем вышла из дома. Ночью прошёл дождь, и, чтобы не идти пешком с поклажей, пришлось нанять извозчика. Он выбрал дорогу через респектабельный квартал и проехал мимо особняка, где мы когда-то жили с дядюшкой и кузиной. Его, как и многое другое, пришлось продать со всей обстановкой, и сейчас там обитала другая семья. Прильнув к окошку, я жадно смотрела на дом, который помнил меня счастливой и безмятежной.

В порту было шумно и многолюдно. Ещё бы – не каждый день местные аристократки отправляются на отбор невест для самого императора. Я сразу же узнала Джемму эль Рианит, которую провожала целая толпа родственников и слуг. Кроме неё и меня самой, из Дорсуля ехала ещё одна девушка, а секретарь-то важничал так, как будто претенденток из нашего городка как минимум дюжина! Таким образом, нас получилось всего трое, и я, опустив вуаль на шляпке, чтобы не привлекать излишнего внимания, поспешила как можно скорее очутиться на корабле.

Где и наткнулась на того самого секретаря, который прижимал к носу надушенный носовой платок и, похоже, в отличие от меня, страдал морской болезнью.

– Мне поручили сопровождать кандидаток, – пояснил тот своё присутствие на палубе. – Надеюсь, плыть не очень долго. Это все ваши вещи? – поинтересовался он, посмотрев на мою объёмистую ковровую сумку.

– Да, – подтвердила я. На корабль в это время как раз заносили сундуки дочери мэра. – Настоящая аристократка должна довольствоваться малым, вы не находите?

– Эээ… – замялся собеседник. – Возможно. Я почти не знаю аристократок.

– Но с тэйсой эль Рианит вы ведь наверняка знакомы, – произнесла я, заметив, каким взглядом секретарь смотрит на белокурую девушку, которая и сейчас прятала светлую кожу от палящего южного солнца под украшенным кружевом зонтиком. В его взгляде смешались тоска и надежда. Надежда на то, что барышня обратит на него внимание, но та даже голову в его сторону не повернула.

Увы, служащему её высокопоставленного отца ничего не светило. Джемма – птица другого полёта. Едва ли она вообще когда-либо замечала простого секретаря. Да и сам он, должно быть, это понимал. Но разве сердце может выбирать, кого ему полюбить?..

Глава 12

Прошлое

Записка немедленно испортила мне настроение. Читая её, я будто видела перед собой скучающее выражение лица Ариана эль Кимри. Поразвлечься за мой счёт захотел?

Поскорее бы он окончил академию! Может, другие студентки и будут плакать, провожая одного невыносимого старшекурсника, а я только порадуюсь от души. Дождаться бы ещё этого благословенного дня!

Но, увы, учебный год только начинался.

Я, хмурясь, перечитала записку. Интересно, что Ариан задумал? Наверняка что-нибудь особенно неприятное. И где вообще находится галерея? Впрочем, Элайн эль Джермей ведь обещала нам экскурсию по академии сегодня…

А если не ходить на эту встречу? Что тогда будет? Вот возьму и действительно не пойду! Но он ведь… вполне может рассказать, что я находилась вечером в мужском общежитии. К тому же, у него аж целых трое свидетелей, а у меня ни одного – дядя уже уехал и не сможет подтвердить мои слова о том, что я приходила именно к нему.

Что же делать?

– Ты что, забыла, куда идти? – Ина приблизилась и потянула меня за собой. – Что у тебя такое, любовное письмо?

– Нет, – отозвалась я, комкая в повлажневшей от волнения ладони записку тэйса эль Кимри. Даже на расстоянии он умудрился поставить меня в неловкое положение. – Вовсе нет! – повторила для верности, пряча листок в карман платья.

– Если кто-нибудь станет тебе докучать, можно пожаловаться, – заметила соседка.

– Кому?

– Тэйсе эль Джермей, конечно! Она ведь наш куратор. Не ректору же напрямую.

– Ну да, – согласилась я, подумав, что работа Элайн подразумевает и решение подобных вопросов. А ведь и со студентами наверняка непросто… У каждого свой характер.

– Уверена, сама она таких записок множество получала и продолжает получать, – хмыкнула моя спутница. Отстав немного от остальных девушек, мы с ней подходили к женскому общежитию. – Хорошо быть красивой!

– Ты тоже очень милая! – воскликнула я, услышав прозвучавшую в её голосе зависть.

– Милая. Но далеко не так хороша, как она, – капризно изогнув губы, произнесла Ина. – Будь я такой, разве кто-то посмел бы мною пренебрегать?

– О чём ты говоришь? – заинтересовалась я, но собеседница, выпустив мою руку, быстро зашагала вперёд. Вскоре дверь её комнаты громко хлопнула, закрываясь. Я в недоумении смотрела вслед.

Взяв из комнаты нужный учебник, я постучала к Ине, но она не открыла. Неужели уже ушла? Или просто не пожелала составить мне компанию?

Что ж, найти аудиторию я смогу и без неё, тем более, что другие первокурсницы тоже туда направлялись.

Постепенно я перестала думать о странном поведении соседки и вернулась в мыслях к записке, которая словно прожигала мне карман. Я так и не решила, идти ли мне на назначенную встречу после ужина. Какой ответный шаг предпримет Ариан эль Кимри, если я не приду? Ведь постоянно избегать с ним встречи у меня не получится. Пусть мы и на разных курсах, но в одной академии, а он здесь, к тому же, на особом положении.

Продолжая размышлять над стоящей передо мной проблемой, я заняла место в аудитории и положила перед собой учебник. Ина пришла чуть позже и села рядом так, словно ничего не случилось. Я не стала задавать никаких вопросов, оставив за ней право молчать о своём. Это с Юханной у нас не было никаких секретов, но кузина – совсем другое дело. А с девушкой из соседней комнаты мы познакомились только сегодня и пока не настолько сблизились, чтобы выведывать всю подноготную. Время для взаимной искренности ещё не настало. Я ведь и сама не рассказала ей о записке и о том, что случилось со мной вчера вечером.

В аудиторию вошёл преподаватель, оказавшийся сгорбленным седоволосым старичком. Он говорил негромким, словно надтреснутым, голосом, и приходилось напрягать слух, чтобы за шелестением бумаги и шепотками других студентов расслышать его слова. Лекция по теории магии началась и оказалась довольно скучной, но я всё равно внимательно слушала и усердно записывала её на лежащих передо мной листах, которые, как и чернила, в наше распоряжение действительно предоставили.

– Скука смертная! Когда мы уже перейдём к практическим занятиям?! – тоскливо вздохнул кто-то за моей спиной. Преподаватель по имени Дьер эль Найри, что удивительно, тоже его услышал.

– Поднимитесь, молодой человек! – приказал он. – Думаете, учиться магии так просто, что вас должны немедленно допустить к практике? Что ж, будьте любезны, подойдите ко мне!

Долговязый первокурсник, который, должно быть, уже пожалел о слетевших с его губ словах, поднялся и направился к преподавателю, но не дошёл – по дороге он словно наткнулся на невидимую стенку. Протянул руки, ощупывая её и пытаясь оттолкнуть. Старик почти равнодушно наблюдал за ним.

– Когда-то я был таким же, как вы, – проговорил он. – Едва поступил учиться, зевал на лекциях и тоже думал, что всё сумею, со всем справлюсь. А потом началась война, и туда призвали всех магов мужского пола, не разбираясь, обучены они в достаточной степени или нет.

В аудитории наступила тишина, и даже незадачливый студент оставил свои попытки убрать, сдвинуть или обойти незримую преграду.

– Многие из моих однокурсников погибли, не успев пожить, вступить в брак, передать свой дар потомкам. Но мне повезло. Однако не все шрамы можно разглядеть, – добавил тэйс эль Найри, глядя куда-то мимо нас, словно видел перед собой лица тех, кто когда-то покинул академию, чтобы больше не вернуться. – А посему, молодой человек, мой вам совет – не будьте так самонадеянны. Жизнь порой любит напоминать, что мы – всего лишь песчинки на берегу небесного моря.

Перед юношей пробежали яркие искры, заставив его отшатнуться. Стена исчезла. Но к преподавателю он не подошёл, а лишь поклонился тому и отправился на своё место.

– Продолжим лекцию.

Я вспомнила, что слышала о войне, про которую нам только что говорили. Там погиб мой прадед. Он тоже был магом, но в отличие от тех, о ком говорил Дьер эль Найри, успел жениться, у него появились дети, а затем внуки и правнуки – мы с Юханной. Однако магический дар унаследовали не все. Дяде он, например, не достался.

После того, что мы узнали о преподавателе и его прошлом, в аудитории стало тихо – только перья поскрипывали. Я покосилась на Ину, которая, закусив губу, выводила буквы. Подумала, что она действительно хорошенькая, а что до идеалов красоты недотягивает, так ведь и не всем быть такими, как прекрасная тэйса эль Джермей.

После занятия за нами зашла куратор и повела на ту самую экскурсию. Мы хором восторгались академией, которая, хоть и отличалась несколько от моих представлений о ней, всё равно оказалась великолепной. А сколько легенд, историй и чудес хранили её каменные стены!

– А вот галерея, – проговорила сопровождающая, ведя нас за собой, как мама-утка утят к пруду.

Я снова вспомнила о записке. Похоже, именно это место имел в виду Ариан эль Кимри. Длинная замковая галерея, которую охраняли мраморные статуи в человеческий рост. Из окон открывался восхитительный вид на горы, от которого замирало сердце. Они выглядели такими древними и величественными, что я действительно показалась себе крохотной песчинкой.

– Не спешите, можете всем полюбоваться! – донёсся до меня, будто издалека, мелодичный голос нашей сопровождающей. – А затем пойдём в столовую обедать. Вы ведь наверняка уже проголодались.

Все с готовностью загалдели и закивали, а тэйса эль Джермей улыбнулась. Но у меня аппетита не было. Все мысли занимала записка, лежащая в кармане.

Я боялась, что снова увижу старшекурсников во главе с тем, кто прислал мне записку, и замешкалась в дверях, но места, где эти четверо сидели за завтраком, пустовали. С облегчением выдохнув, я последовала за другими студентами. Обед оказался довольно простым – наваристый грибной суп и кукурузная каша, а вот десерта нам не полагалось.

– Мы что, всё время будем так питаться? – разочарованно произнесла одна из девушек.

– Сытое брюхо к ученью глухо! – ответил ей сокурсник, и все рассмеялись.

После обеда состоялась ещё одна лекция у тэйса эль Найри, и на сей раз, проявляя уважение к преподавателю, все вели себя смирно. Затем нас отпустили, напомнив, чтобы не пропустили ужин. Видимо, решили, что для первого дня впечатлений достаточно.

Ина вела себя как ни в чём ни бывало, и, вернувшись в общежитие, мы немного поболтали в моей комнате, с удобством расположившись на кровати. Соседка рассказывала про свой городок, расспрашивала про мой. Неудобных тем наш разговор не касался, и красоту Элайн эль Джермей мы больше не обсуждали.

Как-то незаметно настало время идти на ужин. Я сразу же увидела Ариана и его друзей. Они сидели за тем же самым столом, вновь уставленным деликатесами. Остальные, глотая слюнки, поглядывали на них, вот только студенток, похоже больше интересовали сами молодые люди, нежели блюда на их столе. Конрад эль Ренти ободряюще мне улыбнулся и кивнул, как старой знакомой.

Отведя взгляд, я поспешила занять место подальше от них. Конрад мне нравился – его внимательность утром, когда мы встретились возле библиотеки, открытая улыбка, тёплый взгляд. Но сейчас к нему прилагался тэйс эль Кимри, и это всё осложняло.

После ужина, на который для нас в качестве разнообразия приготовили пирожки с острой овощной начинкой, я, улизнула от Ины и отправилась в галерею. Сейчас тут властвовала тишина, за окнами стемнело, и несколько зажжённых светлушек лишь слегка рассеивали полумрак.

Ариан эль Кимри уже ждал меня.

– Добрый вечер, провинциалочка, – с хрипотцой проговорил он, смерив меня с головы до ног уже знакомым взглядом. – Не побоялась прийти. Хочешь услышать, что я для тебя приготовил?

– Нет, – покачала головой я. – Не хочу. Потому что я не намерена выполнять никаких заданий. Я тебе не шут для потехи. Согласись я сейчас на твои условия, и ты придумаешь что-нибудь ещё, чтобы найти новые способы сделать меня своей должницей.

– Да как ты смеешь так разговаривать…

– Может, другие и преклоняются перед тобой. Как же – красавчик, фамилия не из простых, да ещё и в академии на привилегированном положении. Но я не собираюсь вести себя, как они, – проговорила я, гордо вскинув голову, хотя внутри всё дрожало. Откуда во мне взялось столько смелости? Я ведь никогда не спорила с мужчинами.

– Ханна эль Ландри! – выкрикнул он.

– Хорошо, что ты запомнил моё имя. Теперь будешь знать, кого лучше обходить стороной. Чтобы снова не уронила на тебя что-нибудь тяжёлое, – добавила я и, развернувшись, зашагала прочь.

Я высказала ему главное, но не всё, что накипело, и сейчас эти несказанные слова так и крутились на языке.

Нахальный, заносчивый, просто невыносимый тип! Вон как, видать, загордился своим родством с императорской семьёй! Наверняка седьмая вода на киселе, а кичится так, точно сам наследный принц!

Столкнувшись с незнакомой девушкой, я не сразу смогла остановиться, и ей пришлось ухватить меня за локти, чтобы не споткнуться о собственный подол.

– Куда так спешишь? – недовольно осведомилась она, оправляя пышные рукава на платье цвета чайной розы, которое очень шло ей.

– В свою комнату! – буркнула я. – Прошу меня извинить. Не хотела задеть.

– Извинения приняты. Ой, а кто там стоит? Не тэйс эль Кимри?

Ещё одна поклонница!

– Он. Собственной персоной! Только сомневаюсь, что в хорошем расположении духа.

– Я это быстро исправлю, – улыбнулась незнакомка, снова поправив рукава и покусав губы, чтобы порозовели. Я только фыркнула, но она на меня уже не смотрела, целеустремлённо направляясь к старшекурснику. Поборов соблазн подслушать их разговор, я продолжила путь.

Глава 13

Настоящее время

Палуба под ногами резко качнулась, и корабль отплыл от берега. Провожая нас, жители Дорсуля махали руками и громко что-то выкрикивали. Прислушавшись, я различила слова «Вернитесь с победой». Забавные они. Разве не очевидно, что победительница отбора едва ли возвратится в родной город, а останется в столице? Впрочем, меня это ничуточки не касалось. Я-то как раз собиралась вернуться.

– Нам повезло, – проговорил секретарь, который так и стоял поблизости. – Другим невестам добираться дольше, а мы уже к вечеру будем на острове. Пойдёмте, я провожу вас в вашу каюту.

Его, похоже, действительно мучила морская болезнь, и он спешил поскорее уйти с палубы, а вот мне наоборот нравилось стоять, чувствуя, как обдувает лицо свежий солёный ветер, и смотреть на стремительно бегущие морские волны.

– Что ж, покажите, – отозвалась я, и он услужливо подхватил мою сумку.

Каюта оказалась маленькой, но довольно уютной. Поблагодарив молодого человека за помощь, после его ухода я с облегчением стащила с голову шляпу. У меня не было намерения искать общества других участниц отбора, нам и так с ними придётся неизвестно сколько времени провести бок о бок. Но, видимо, так считала только я одна. Потому что не прошло и четверти часа, как в дверь моей каюты постучались.

Нежданной визитёршей оказалась вторая претендентка из Дорсуля, которая, как и я, садясь на корабль, прикрывала лицо плотной вуалью. Совершенно незнакомая девушка – к счастью, не одна из моих бывших приятельниц. Те наверняка уже замужем, ну или помолвлены, что тоже являлось препятствием к участию в отборе.

– Лиана эль Делли, – представилась она. Имя звучало красиво и, по правде говоря, не слишком-то ей подходило. Лиана, несмотря на благородное происхождение и со вкусом подобранную одежду выглядела серой мышкой. Природа обделила её красками. Глаза серые, ресницы белёсые, тусклые волосы неопределённого оттенка, личико невыразительное, а фигурой тэйса эль Делли скорее напоминала девочку-подростка, чем взрослую девушку.

И на что только рассчитывала её семья, отправляя бедняжку на отбор?..

Устыдившись своих мыслей, я улыбнулась и назвала своё имя.

Вернее, имя кузины.

– Мы с вами никогда не встречались? – спросила Лиана.

– Полагаю, что нет, – отозвалась я, покачав головой.

– Впрочем, я почти не бываю в светском обществе. Меня водят только на смотрины, – добавила она смущённо, и моё сердце пронзила жалость к ней. Судя по всему, родителям очень хотелось выдать её замуж, вот только ни один из дорсульских аристократов не заинтересовался ею.

– А я в обществе и не вращаюсь, – хмыкнула я. – Чего наверняка не скажешь о тэйсе эль Рианит. Видели её?

– О да! Она очень красивая! – Лиана вздохнула. Наверное, я показалась ей более безопасной, потому она и пришла ко мне, а не к дочери мэра. Я её понимала.

– Зайдёте? – чуть посторонилась я, впуская гостью.

– Тут все ваши вещи? – удивилась она так же, как и секретарь мэрии.

– Мне хватает.

– А вам… тоже страшно? – спросила вдруг девушка.

– Почему мне должно быть страшно?

– Ну как же! Мы ведь отправляемся на отбор невест для самого императора! Разве вы не трепещете при одной мысли об этом?

Я подавила вздох. Так и было – я действительно трепетала. Вот только совсем не по тем же причинам, что моя новая знакомая.

– Мы должны держаться вместе, – шепнула она, и я вздрогнула, вспомнив, что слышала такие же слова от Ины.

В свой первый день в академии.

– Не бойтесь, тэйса эль Делли. Ничего страшного с вами не случится. В случае, если вас не выберут, вы просто вернетёсь домой.

Увы, мои слова собеседницу вовсе не подбодрили. Они произвели противоположный эффект – она точно сжалась в комок. Я снова подумала про её родителей и почувствовала, что сержусь на них. Как они могли довести до такого собственную дочь? В конце концов, она не виновата в том, что родилась некрасивой!

– Уверена, после участия в отборе у вас отбоя не будет от желающих познакомиться поближе, – сказала я и, увидев на лице Лианы надежду, с облегчением выдохнула. Не хотелось расстраивать её ещё больше. – А ещё нам действительно повезло, ведь остров, выходит, не так уж далеко от Дорсуля. Разве не повод порадоваться? Может быть, нас даже чем-нибудь угостят.

– У меня есть немного сладостей, – с видом заговорщицы прошептала та. – Подождите, пожалуйста. Я принесу!

Я не успела её остановить – она выскользнула из каюты. Провожая Лиану взглядом, я выглянула в узкий коридор и увидела, что навстречу ей шествует Джемма эль Рианит. Когда девушки поравнялись, на лице дочери мэра отразилось брезгливое удивление, а тэйса эль Делли пугливо втянула голову в плечи.

Увиденная картина показалась до того неприятной, что я едва остановила себя от вмешательства. Будущая соперница ничем не оскорбила мою новую знакомую, не обронила ни слова, но иногда ничего говорить и не нужно. Для того, чтобы унизить человека, бывает достаточно и одного взгляда.

У меня даже руки зачесались, так захотелось чем-нибудь насолить белокурой гордячке. Например, сделать так, чтобы у неё на носу появилась большая бородавка. Но нельзя. Я по-прежнему боялась выдать себя магией, да и положение у меня не то, чтобы мелко пакостить, пусть даже той, которая это заслуживала. Джемма ещё молода, со временем она убедится в том, как прав был Дьер эль Найри на нашей первой лекции в академии Траудберт.

Жизнь любит учить тех, кто излишне самонадеян.

Третья участница отбора вернулась через некоторое время. Она уже взяла себя в руки после встречи с дочерью мэра и даже улыбалась. Но я не могла не заметить, что за внешней сдержанностью таится незаживающая рана. Ведь наверняка Лиана с детства слышала о своей некрасивости. Уверена, будь её воля, она бы не поехала на остров, но родители её к тому принудили.

Впрочем, я не сомневалась в том, что после того, как она возвратится в Дорсуль, её шансы на удачное замужество действительно возрастут. Всё к лучшему. Тэйса эль Делли казалась хоть и неуверенной в себе, но достаточно здравомыслящей девушкой, которая даже не помышляла о победе – в отличие от Джеммы эль Рианит, чей разговор с парфюмером я подслушала. Жаль, конечно, что созданные мною духи «Сокровище Леинары» достались именно ей. Но тут уж ничего не поделаешь – сударь Кребрун подыскал выгодную покупательницу, так что и я внакладе тоже не осталась.

Угощаясь марципановыми фигурками, разноцветными цукатами и леденцами со вкусом ревеня, которые принесла Лиана, я слушала рассказ о том, как её готовили к отбору. Как шили одежду, вынуждая примерять новые платья по нескольку раз на день, проверяли знание этикета, заставляли штудировать книги по истории, в которых говорилось о представителях рода эль Кимри с древних времён до наших дней.

– Я не должна опозорить семью, – со вздохом добавила она, аккуратно вытирая уголки губ тонким батистовым платочкам. – Но я так боюсь! Прямо поджилки трясутся. А ведь мы ещё даже до острова не добрались! Кажется, когда я увижу императора, то всё разом забуду и могу… показаться ему неучтивой.

Я невольно улыбнулась. В сравнении с моими собственными её страхи казались такими наивными, полудетскими и в чём-то забавными. Но я тут же напомнила себе о том, что для Лианы всё всерьёз. Для девушки, которая к своим, как выяснилось из разговора, двадцати годам не получила ни одного предложения о замужестве, действительно очень важно не осрамить честь семьи, представ перед теми, кто принадлежал к высшей имперской аристократии. Пусть у неё нет необходимости зарабатывать на жизнь, как у меня, на её плечи возложены другие заботы.

– Не волнуйтесь, – снова попыталась я её приободрить. – Вас не выгонят с отбора только за то, что вы от волнения забудете какие-то из правил поведения в обществе. Наш император и сам… – «…не всегда их соблюдает», – едва не сказала я, но вовремя прикусила язык. Да и потом, что мне известно о нынешнем Ариане? Может, за прошедшие годы он изменился так, что от него прежнего и следа не осталось. Ведь ему через многое пришлось пройти – из наследного принца стать императором, похоронив сразу обоих родителей, в столь молодом возрасте взять на себя ответственность за всю Далиссийскую империю, столкнуться с угрозой новой войны и успешно её преодолеть.

А теперь для него настала пора выбрать себе жену…

– Вы такая добрая! – благодарно откликнулась на мои слова Лиана эль Делли. – Если я кому и буду желать победы, то только вам! Уж точно не тэйсе эль Рианит!

– Не забывайте, что там и без нас будет предостаточно кандидаток, – проговорила я, заставив себя улыбнуться. Что ж, пусть желает. Ведь оказаться в числе финалисток означает почти победить. А что это будет значить для меня, знаю только я. И ещё Гельза, хотя подробностей о цели моего участия в отборе невест я даже ей не рассказала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.