Ирина Никитина
Дом с призраками

Глава 1

Пролог

– Что вам от меня надо!? Пойдите прочь! Я больше не буду делать то, что вы хотите!

Девушка с ужасом посмотрела по сторонам. Эти люди были похожи на зомби. Монотонно произнося какие-то заклинания, они, упорно шли вперёд, глядя на неё невидящим взором. Неясные тени колыхались за их спинами, постепенно принимая чёткие очертания.

– Нет! – девушка бросилась на второй этаж. Вбежав в спальню и закрыв дверь, она метнулась к окну. Руки тряслись, и девушка никак не могла открыть защелку. Тогда она схватила стул и со всей силы стала бить им по стеклу. Но, ещё вчера хрупкое, сегодня оно, вдруг, оказалось крепче стали. Глухие удары эхом отзывались в её голове.

Шум за дверью усилился.

Поняв, что её не выпустят из дома, девушка схватила лежавшую в комоде бельевую верёвку и накинула её на люстру. Ещё вчера, догадываясь, что эти люди не оставят её в покое, она достала веревку из кладовой и принесла её в свою комнату. Девушка торопилась. Лучше смерть, чем это…. Встав на стул, она накинула петлю на шею. Дверь с грохотом распахнулась. Но было уже поздно. Прямо перед ними безвольно болталось тело той, без кого их планам не суждено было исполниться.

***

Месяц спустя.

Старенький Фольксваген остановился напротив красивого двухэтажного дома.

– Дети, у вас есть ровно десять минут на то, чтобы вы успели выбрать себе комнату, а потом вы должны спуститься и помочь мне перенести вещи из машины.

– Хорошо, мам, – мальчик двенадцати и девочка десяти лет с радостными криками, наперегонки бросились в дом.

Кэтрин с улыбкой смотрела им вслед. Она провела несколько часов за рулем и ужасно устала. Хотелось быстрее перенести вещи в дом и отдохнуть с кружечкой кофе, сидя в уютной гостиной перед телевизором. Но разве она могла отказать детям, спорившим всю дорогу, кто в какой комнате будет жить. А пока они носились по комнатам своего нового дома, можно постоять несколько минут, прикрыв глаза и наслаждаясь тишиной.

– Привет, вы наши новые соседи? – маленькая толстушка, лет пятидесяти, с копной ярко рыжих волос с интересом разглядывала Кэт.

– О, да! Привет. Я Кэтрин, Кэтрин Тейлор. А это мои дети, – она указала на подбежавших к машине сорванцов, – это Келли и Алекс.

– А я Мэг Стюарт. Я живу в соседнем доме. Какие славные дети, но они совсем большие?

– Келли всего десять, а Алексу двенадцать, – улыбнулась Кэтрин, ну а мне тридцать. Я очень рано вышла замуж…

– О, простите, это так бестактно с моей стороны, на самом деле я знаю, сколько вам лет, я очень хорошо знала вашу сестру…. Ну вот, опять я говорю лишнее, простите, больше ни слова, рада приветствовать вас в нашем тихом городке.

Желая поскорее закончить неприятный разговор, Кэтрин дала Келли и Алексу по небольшой коробке, и, попрощавшись с назойливой соседкой, стала носить в дом сумки с вещами.

***

Кэтрин несколько лет не была в этом городке. Когда- то они с сестрой часто бывали здесь с друзьями. Им нравилось убегать от городского шума и отдыхать в небольшом пансионате, расположенном на берегу очень живописного озера. Здесь же Ванесса и познакомилась с Генри Морганом. А лет пять назад они с сестрой сильно поругались и с тех пор никогда даже не звонили друг другу. Впрочем, поругались было мягко сказано. Эта ссора стоила слишком дорого, по крайней мере, для Кэтрин. В тот день она застала мужа в постели со своей единственной сестрой. Но больше всего её возмутил даже не сам факт измены, а слова Дэвида: «Вы так похожи внешне, что захотелось проверить, так ли вы похожи в постели».

Дело в том, что они с Ванессой были близнецами. С детства мама одевала их в одинаковые платьица, делала одинаковые прически. Но на этом их сходство и заканчивалось. Одинаковые внешне, они выросли совершенно разными. Кэтрин, понимавшая, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, считала, что необходимо много учиться и работать. Поэтому, для начала она окончила университет, а потом устроилась на работу. Замужество и рождение детей не сильно повлияло на её жизнь. Она продолжала работать в начальной школе. А после развода с Дэвидом, стала брать дополнительные уроки. Ванесса же никогда не утруждала себя ни учёбой, ни работой. Будучи с детства весёлой и беззаботной, она и выросла такой же. Милой, жизнерадостной, которой всегда доставалось все лучшее. Удачно выйдя замуж за старика Генри Моргана, она вскоре осталась богатой вдовой, хозяйкой большого дома и не малого состояния. И вот когда месяц назад Кэтрин узнала о смерти сестры, она была немало удивлена. Ванесса повесилась! Что должно было случиться, чтобы её сестра решила покончить жизнь самоубийством? Для Кэтрин это так и осталось загадкой. И вот теперь она единственная наследница. Но как же тяжело было решиться приехать сюда, в этот город, зайти в этот дом, где все будет напоминать о сестре.

***

Решив, что разложить вещи по местам можно и завтра, Кэтрин удобно устроилась в мягком кресле. Но, не успела она расслабиться, как в дверь позвонили.

– Надеюсь, это не наша новая знакомая Мэг Стюарт, – устало пробормотала она. Но, открыв дверь, радостно воскликнула:

– Говард! Боже, как же я рада тебя видеть.

Стоявший на пороге молодой человек виновато пробормотал:

– Извини за столь поздний визит, ты, наверное, устала с дороги.

– Брось, Говард, ты же знаешь, – что для тебя двери моего дома открыты всегда. Прости, я была так шокирована смертью Ванессы, что совсем забыла поблагодарить тебя.

– За что?

– За то, что ты навёл здесь порядок, убрал всё, что могло омрачить мой взор…. Знаешь, сама бы я никогда не смогла.

– Признаться, мне это тоже далось нелегко, впрочем, мне помогла Мэг.

– Да, эта милая старушка, – улыбнулась Кэт, – Говард, я знаю, как ты любил Ванессу. Я ведь знала о том, что ты переехал в этот городок только из-за неё, оставив жизнь в большом городе и престижную работу…. И, несмотря на то, что она вышла замуж за другого мужчину, ты всегда был рядом с ней, особенно в трудную минуту.

– Кэт, о чем ты? Я не сберег её. Если бы она рассказала мне обо всём, возможно я бы смог ей помочь. Но она молчала, делая вид, что всё хорошо. А потом случилось это.

– Полно, Говард, не вини себя. Меня тоже не было рядом. Никто не знает, что могло случиться такого, что заставило Ванессу покончить с собой.

– Мама, мамочка, а можно я все-таки буду жить в комнате, которую выбрала вначале? Она красивее и больше той, которую предложила ты. И там такая огромная кровать! – вбежавшая в комнату Келли, едва не сбила с ног Говарда.

– Юная мисс, а не рановато ли вам спать на таких кроватях?

– Ну, мамочка, пожалуйста!

– Она выбрала комнату Ванессы?

– Да…. Кстати, Келли, познакомься, это дядя Говард.

– Можно просто Говард, привет, Келли.

– Привет, Говард, – быстро сказала девочка и тут же снова повернулась к Кэтрин, – ну, мамочка!

– Но, что плохого, если девочка займет именно эту комнату? Дом, конечно, большой. Но в нём всего три спальни и комната для гостей.

– Келли могла бы спать и в гостевой комнате.

– Полно, Кэтрин. Сама ты не сможешь находиться в комнате Ванессы. Я понимаю, насколько это тяжело для тебя. Но Келли! Она ведь даже не помнит свою тетю. Сколько ей тогда было?

– Пять. Прошло целых пять лет.

– Вот видишь. Девочке будет удобно там. Но, если честно, Кэт, я хочу, чтобы ты уехала назад в Сан-Диего.

– Но почему, Говард? Келли, детка, я обещаю подумать, – Кэт улыбнулась дочери.

– Когда?

– Сначала мне нужно поговорить с Говардом.

– А потом ты скажешь мне, какое приняла решение?

– Да, милая.

– Спасибо, Говард, – весело напевая, девочка взбежала по лестнице на второй этаж.

Дождавшись, когда Келли скроется из вида, Кэт повернулась к Говарду.

– Почему? – повторила она свой вопрос.

– У этого дома дурная слава. И дело не в какой-то конкретной комнате. Мне не нравится весь дом.

– О, Говард, милый, добрый Говард. Да даже если бы я и хотела уехать, то не смогла бы. Свою квартиру я продала, деньги почти все потратила, а назад к Дэвиду я ни за что не вернусь.

– Кэт, этот дом… Мне кажется, он не принесет ничего хорошего ни для тебя, ни для Келли.

– Только для нас? А как же Алекс?

– Алекс мальчик, он им не нужен.

– Кому им, о чем ты, Говард. Я не понимаю тебя?

– Кэтрин, послушай меня и просто уезжай. Поверь, я бы и рад тебе всё рассказать, если бы знал. Но одно мне известно точно. Всем женщинам этот дом приносил несчастья. Знаешь ли ты что случилось с Салли Морган?

– Нет, а кто это?

– Это мать Генри, мужа твоей сестры. Она сошла с ума. Генри было тогда не больше пяти лет. У него была сестра Лэсли.

– Ах, да. Она, кажется, утонула в пруду, помнится, Ванесса рассказывала мне об этой печальной истории.

– О нет, не утонула. Её утопили.

– Господи, но кто?

– Родная мать.

– Салли?!

– Да. Эта женщина была ненормальной. Когда её увозила полиция, она кричала, что должна была принести свою дочь в жертву дьяволу и тогда он придёт к ней и овладеет её телом. Представляешь, она верила в то, что могла вызвать дьявола!

– Она ведь, кажется, давно умерла?

– Очень долгое время она провела в психиатрической клинике. А потом, когда вернулась в этот дом, повесилась.

– Так же, как и Ванесса….

– Да, причём, в той же самой комнате. Врачи посчитали это следствием её больной психики. Ей нельзя было приезжать сюда. Воспоминания разбудили задремавшую, было болезнь.

– Но ведь Генри был абсолютно здоров?

– Да, жизнь в приюте, вдали от психически больной матери, благотворно повлияла на мальчика. К счастью, он прожил с ней не так много времени. Ну а потом, когда вырос, он большую часть времени жил в Калифорнии. Много работал. Удачно вложился и заработал немалое состояние. В этот дом Генри вернулся задолго до знакомства с Ванессой. Потом он сделал ремонт, приобрёл новую мебель, чтобы молодая жена чувствовала себя комфортно в нашем небольшом городке.

– От чего он умер?

– Ну, здесь как раз всё в порядке. Генри был уже не молод, много работал. У него было слабое сердце. Достаточно было сильного потрясения.

– А оно было?

– Не знаю, Кэтрин. Всё что мне известно так это то, что у него случился инфаркт. Но это вовсе не значит, что в его смерти было что-то мистическое. Он просто был уже не молод, а наличие молодой жены требовало много сил и энергии. Возможно, сердце и не выдержало. Впрочем, если хочешь, можешь расспросить доктора Брауна. Он приезжал в ту ночь, когда умер Генри. Он и вскрытие проводил.

– Вот видишь. Дело вовсе не в доме. Просто у Салли были проблемы с психикой. И если бы не навязчивая идея матери Генри, его несчастная сестра была бы жива.

– Я надеюсь, что ты права и дом не причем.

– Конечно. Просто ты до сих пор не пришёл в себя после смерти Ванессы. Мне тоже очень тяжело было решиться приехать сюда. Но детям здесь будет лучше. Я буду работать в школе. Со временем боль немного утихнет и станет легче.

– Конечно, так и будет, но я никогда не смирюсь, не забуду….

– И не надо. Знаешь, Говард, я думаю, тебе надо чаще приходить к нам. Вместе мы справимся. Попытаемся справиться.

***

Кэтрин была уверена, что не сможет заснуть, однако, вопреки всему, уснула, едва коснувшись подушки, открыв глаза лишь тогда, когда солнечный луч скользнул по её лицу.

Не спеша, пройдя на кухню, она принялась варить кофе. Надо было отдать должное Генри, все в доме было оборудовано по высшему классу, начиная с кухни и заканчивая ванной. Ничто здесь не причиняло неудобств, скорее наоборот.

– Мамочка привет, – Келли поцеловала Кэтрин в щеку и, удобно устроившись за столом, добавила: – а что у нас на завтрак?

– Э, мм-м, знаешь, детка, мама так вчера устала, что проспала сегодня аж до девяти часов и ещё не успела ничего приготовить .

– Да ладно, мамуля, сухие хлопья с молоком вполне устроят меня.

– Здорово. У меня замечательная дочь. А где твой брат?

– Он смотрит телик. Я возьму хлопья на двоих. Да, кстати, спасибо, что пришла поправить мне одеяло. Хоть я и не замёрзла, но всё равно приятно ощутить себя маленькой девочкой.

– Поправить одеяло? – Кэт удивленно посмотрела на дочь.

– Мамочка, ты не помнишь, как заходила ко мне ночью?

– Ах, да, конечно, просто не помню, во сколько это было.

Келли, взяв молоко и хлопья, убежала наверх, а Кэтрин не моргая смотрела ей вслед. Она могла поклясться, что не входила ночью в комнату дочери. Более того, она и днём не смогла бы заставить себя переступить порог комнаты, в которой повесилась её сестра. Долго не думая, Кэтрин набрала номер телефона Говарда.

***

Говард был занят, но обещал приехать сразу, как только освободится. А пока Кэт приготовила завтрак и сварила ещё кофе.

– Алекс! Келли! Завтрак стынет!

Поняв, что дети не слышат её, Кэтрин пошла на второй этаж. Их голоса и весёлый смех раздавались из комнаты Келли.

– Келли, Алекс!

Понимая, что выглядит смешной, зовя детей, стоя в коридоре, Кэтрин сделала глубокий вдох и открыла дверь. Она сама не знала, почему так боялась входить в комнату Ванессы и что ожидала там увидеть. На самом деле всё оказалось совсем не так страшно как ей казалось. Комната, как комната. Большая и светлая, с множеством красивых розовых подушечек. Идеальная комната для молоденькой девушки. Не удивительно, что Келли выбрала именно её. А ещё было понятно, что эта комната предназначалась только для Ванессы. Генри был здесь только гостем, да и то редким.

– Мама, мы хотим прогуляться по городу, можно?

– Вы хотите пойти одни?

– Мамочка, – Келли надула пухлые губки, – неужели ты думаешь, что мы можем заблудиться в таком маленьком городке? Да и потом, я ведь не одна иду. Алекс пойдет вместе со мной.

– Хорошо, – сдалась Кэтрин, – пожалуй, вы правы. Только, ради бога, будьте осторожнее.

– Хорошо, мам.

– И не забудьте убрать за собой. Молоко в холодильник, а пакет…

– Мамочка, мы всё знаем, – не дала договорить ей Келли, – и вещи я тоже разберу, только позже!

Кэтрин с улыбкой посмотрела по сторонам. Келли была так не похожа на неё. Она больше напоминала Ванессу. Была такой же беззаботной и весёлой. Она словно не жила, а порхала по жизни как красивый мотылек. И ужасно не любила жить по шаблону: когда всё должно быть чисто, правильно, строго. Ей больше нравилось наоборот.

Кэтрин подошла к большому зеркалу. Прямо перед ним, на комоде, стояла одна единственная фотография Ванессы. Кэтрин осторожно, словно боясь обжечься, взяла её в руки. Это было новое фото. Видимо Ванесса сделала его незадолго до смерти. Белокурые волосы обрамляли красивое, совсем ещё юное, несмотря на возраст лицо. Лёгкая улыбка играла на её губах. И лишь взгляд карих глаз был грустным. Именно карих. Дело в том, что Кэтрин и Ванесса были похожи во всем, их никто не мог различить, но было и то, чем они отличались. У неё, Кэтрин, были голубые глаза, а у Ванессы карие. Став старше, Ванесса потребовала, чтобы родители приобрели ей цветные линзы. Ей ужасно нравилось дурачить всех, начиная мальчишками и заканчивая учителями в школе. Со временем, все позабыли, какие на самом деле глаза у Ванессы. Ей и самой нравился её новый образ. И вот здесь, на этом фото, она была без линз.

– Кэтрин?

Кэт вздрогнула и выронила фотографию.

– О боже, Говард, как ты меня напугал!

– Ты здесь? Не думал, что ты так скоро решишься на это.

– Я и сама не ожидала, – усмехнулась Кэтрин, – дети смотрели телевизор и не слышали, как я их звала. Пришлось набраться мужества и вот…

Она подняла фотографию Ванессы и поставила её на прежнее место.

– Ты звала меня? У тебя был очень странный голос, что-то случилось?

– Да, случилось. Пошли в гостиную. Я думаю, там нам будет удобнее говорить.

– Рассказывай, – Говард удобно устроился в кресле с кружкой ароматного кофе.

– Мне кажется, я схожу с ума.

– Так скоро? С чего ты сделала такой вывод?

– Келли сказала, что сегодня ночью я приходила к ней в комнату, чтобы поправить одеяло. Говард, я готова поклясться чем угодно, что не заходила туда ночью. Сразу после твоего ухода мы легли спать. Я несколько часов провела в дороге, за рулем, поэтому так устала, что моментально уснула, и проснулась только утром около девяти часов!

– Может быть, ты просто не помнишь, или Келли показалось?

– Нет, Говард. Я не могла просто так зайти в комнату, где жила, а потом повесилась моя сестра и не заметить этого. Да и Келли так уверенно говорит об этом. Не похоже, чтобы ей показалось.

– Кэтрин, – Говард внимательно посмотрел на девушку, – может, ты всё же уедешь из этого дома?

– Милый Говард, я ведь уже говорила тебе, мне некуда ехать. Этот дом единственное, что у меня есть. Не могу же я скитаться абы где. Я должна думать о детях. Этот городок, конечно, не Сан-Диего, но и в нём можно жить. А этот дом. Он какой-то необыкновенный. В нем есть все, что нужно для счастливой жизни.

– Да уж, необыкновенный.

– Говард, у меня такое странное чувство, что ты что-то скрываешь от меня. Что-то очень важное, от чего зависит не только моя жизнь, но и будущее моих детей.

– Ничего я не скрываю, – Говард устало махнул рукой, – просто у меня дом, в котором так трагически умерло несколько человек, не вызывает такого восторга, как у тебя.

– Значит, я должна изменить твое мнение. Так, сегодня и завтра я постараюсь навести порядок и разложить все вещи по полочкам, а в пятницу я жду тебя в гости. Можно пригласить нашу новую знакомую Мэгги Стюарт. Ну и кого-нибудь ещё. Придумай, пожалуйста, сам кого. Я ведь здесь никого не знаю. Устроим небольшой банкет, а заодно я познакомлюсь с местными жителями.

– Ну что же, банкет, так банкет, – улыбнулся Говард.

– Вот и замечательно. Жду вас всех в пятницу.

***

Первой пришла рыжеволосая толстушка Мэг Стюарт со своим мужем Биллом Стюартом, таким же кругленьким, как и сама Мэг, только лысым. Следующим пришел Говард.

– Кэтрин, прости, не получилось прийти пораньше и помочь тебе.

– Полно, Говард. Неужели ты думал, что я позволила бы тебе стоять у плиты? Ты пришел как раз вовремя. Мэгги я знаю, а вот остальных приглашённых мы будем встречать вместе.

Постепенно собрались все. Говард не стал звать слишком много людей, пригласив лишь тех, кого посчитал нужным. Это были шериф Хейз со своей женой Мартой. Импозантный седой мужчина сорока с небольшим лет и маленькая худенькая женщина. Затем пришел доктор Браун, молодой симпатичный человек тридцати пяти лет. Последним приехал священник Джон Райт. Признаться, Кэт была удивлена присутствию священника, но решила спросить об этом у Говарда после того, как все гости разъедутся. Не успели все удобно устроиться за столом, как в дверь опять позвонили.

Кэтрин открыла дверь и замерла. Стоявший на пороге мужчина виновато улыбнулся ей и спросил:

– Мисс Кэтрин Тейлор? Я Майкл Симонс, помощник шерифа.

– О, да! Конечно, проходите.

Кэт сделала шаг назад, пропуская мужчину, и невольно залюбовалась им. Высокий, широкоплечий, волнистые чёрные волосы с лёгкой сединой на висках (на вид ему было не больше сорока лет), и проницательный взгляд карих глаз.

– Прошу прощения за опоздание.

– Майкл, – Говард встал навстречу мужчине, – проходи. Познакомься с нашей замечательной хозяйкой, – Кэтрин.

– Приятно познакомиться.

Кэт протянула руку и вздрогнула, когда Майкл, задержав её руку в своей дольше положенного, тихо проговорил:

– Вы даже не представляете, насколько приятно мне.

Кэтрин очень переживала, как пройдёт вечер. Но, на удивление, всё было очень даже неплохо. Мужчины рассказывали много интересных и весёлых историй. Было шумно и весело. Никто не напоминал ей о Ванессе и о трагедии произошедшей ещё совсем недавно в этом доме. Разошлись все уже чуть ли не за полночь. Лишь Говард задержался, чтобы помочь Кэтрин убрать со стола.

– Говард, мне право неудобно. Я всё уберу сама.

– Ну, вот ещё. Вдвоём у нас получится гораздо быстрее.

– Ну, хорошо. Знаешь, я хотела спросить тебя.

– О чем?

– Почему ты решил пригласить на ужин священника? Нет, я ничего не имею против него, он вполне приятный мужчина, но как то странно было увидеть его на простой вечеринке.

– А мне показалось, что тебя больше смущало присутствие другого человека.

– О ком это ты?

– Брось, Кэт. Ты прекрасно понимаешь о ком я. Знаешь, а я был бы рад за вас обоих.

– Говард, прекрати говорить загадками.

– Кэтрин, а ну ка посмотри на меня! Ба! Да мы, кажется, влюбились! Кэт, честное слово, это здорово! Майкл вполне достойный человек.

– Говард! – чувствуя, что краснеет, попыталась возмутиться Кэтрин.

– Нет, правда! Он в нашем городе недавно, но уже смог показать себя. Майкл приехал сюда из Нью-Йорка примерно полгода назад. Честный, смелый, и потом он холост. Вы были бы замечательной парой. Подумай Кэтрин. И потом он тоже весь вечер не сводил с тебя глаз.

– Да ну тебя, – Кэтрин шутливо шлёпнула Говарда полотенцем, – а, впрочем, я подумаю над твоим предложением, – смеясь, добавила она.

***

Ночью Кэтрин проснулась от странного ощущения, что она не одна в комнате. Включив стоявшую на столике рядом с кроватью лампу, она огляделась. И в этот момент, четко услышала шаги на чердаке, прямо над её комнатой. Чувствуя, как её охватывает противный липкий страх, Кэтрин протянула руку к телефону.

Кому позвонить? Конечно же, шерифу. В её дом, похоже, забрался грабитель, не священника же ей вызывать в такой ситуации. Как хорошо, что они обменялись телефонами. Поначалу Кэтрин отказывалась, но Говард настоял. Он считал, что молодая женщина с двумя малолетними детьми может показаться кому-нибудь лёгкой добычей. И, хотя, в их тихом маленьком городке подобных инцидентов пока не случалось, Кэтрин решила, что, возможно, Говард прав. И кто бы мог подумать, что уже сегодня она будет просить о помощи.

Кэтрин уже начала набирать номер шерифа, и, вдруг, остановилась. На дворе ночь, они только недавно расстались. Шериф семейный человек, что может подумать его жена, ведь он весь вечер весьма галантно ухаживал за ней, Кэтрин. Нет! Только не шериф. И Кэт уверенно набрала номер Майкла Симонса.

Ожидая услышать в трубке сонный голос, Кэтрин уже приготовилась принести свои извинения, за столь поздний звонок, но вместо этого услышала весьма бодрое «Алло».

– Майкл, это Кэтрин Тейлор.

– Слушаю вас, Кэтрин. Что-то случилось?

– В доме кто-то есть. Я слышала шаги на чердаке, – прошептала она.

– Оставайтесь на месте, я выезжаю.

Кэтрин удивлённо посмотрела на трубку телефона. Никаких лишних вопросов. Если бы она попросила помощи у Дэвида, то сначала ей пришлось бы рассказать всё в мельчайших подробностях, потом сходить самой на чердак и проверить, кто там ходит. И лишь после этого Дэвид, может быть, соизволил бы приехать. Впрочем, скорее всего, он предложил бы ей вызвать полицию и поменьше смотреть телевизор на ночь. А Майкл просто сказал, что едет. Вот так. С такими мужчинами Кэтрин ещё не доводилось иметь дел. Майкл нравился ей всё больше и больше. Кажется, Говард был прав, говоря, что она влюбилась.

Однако надо было что-то делать, она не могла сидеть в комнате, зная, что по дому кто-то бродит, а в соседних комнатах спят её дети.

Осторожно, стараясь не шуметь, Кэтрин вышла в коридор и прислушалась. Странно, она только что, находясь в комнате, явственно слышала чьи-то шаги. Но стоило ей выйти в коридор, как всё затихло. Стараясь ступать как можно тише, она вернулась в комнату и опять услышала шаги. Казалось, кто-то просто ходил взад-вперед, исключительно над её комнатой.

«Бред», – подумала Кэтрин. И в этот момент она услышала шум подъехавшей машины.

– Майкл, – Кэтрин бросилась вниз.

– Всё хорошо?

– Боже, Майкл, спасибо тебе, что приехал.

– Где он?

– На чердаке. Над моей комнатой. Я включу свет.

Майкл удивлённо смотрел на Кэт. Как они не прислушивались, но наверху всё было тихо.

«Бог мой, не хватало ещё, чтобы он подумал, что я всё это придумала, чтобы заманить его к себе в комнату», – подумала Кэтрин.

– Возможно, он услышал, как ты приехал? – виновато предположила она.

– Возможно. Я хотел бы осмотреть весь дом и чердак.

– Я с тобой.

– Хорошо. Но на чердаке будет немного прохладно, – Майкл усмехнулся, – не мешало бы одеться теплее.

И тут только до Кэтрин дошло, что она стоит перед ним в одной прозрачной коротенькой сорочке.

– О, Майкл, прости, пожалуйста, я так испугалась. Чёрт! Мне так неловко.

– Тогда пошли?

– Да, конечно, пошли, – бодро ответила Кэт, надевая халат.

Осмотр дома, как, впрочем, и чердака, ничего не дал.

– Майкл, прости, что вытащила тебя из дома посреди ночи. Но я готова поклясться, что в доме кто-то был. Я слышала эти шаги так же чётко, как тебя сейчас.

– Всё нормально. Я ведь ещё даже не спал.

– Страдаешь бессонницей?

– Только этой ночью.

– Что так?

– Знаешь, Кэтрин. Я лежал и думал о тебе. И в этот момент ты позвонила….

Он подошёл к девушке и, взяв её легонько за подбородок, посмотрел ей в глаза.

– Майкл, – тихо прошептала Кэт.

Он кивнул головой, давая понять, что всё понял, и, взяв её на руки, молча понёс в спальню.

***

Майкл уехал рано утром. Поцеловав Кэт на прощанье, он легонько щёлкнул её по кончику носа и сказал:

– Хорошенько выспись.

– Слушаюсь. А вдруг я опять что-нибудь услышу?

– Ну, тогда у нас будет ещё одна бессонная ночь, – улыбнулся Майкл.

Спать не хотелось. Кэтрин сварила кофе и устроилась с кружкой на диване в гостиной. Ночные страхи рассеялись вместе с темнотой, и в памяти всплывало только то, как они с Майклом занимались любовью. Говард. Кэтрин была уверена, что он сразу обо всём догадается. Впрочем, ей всё равно. Она свободная женщина и вправе проводить своё время как ей угодно и с кем угодно.

Не зная чем себя занять, Кэтрин решила осмотреть чердак. Яркий солнечный свет лился сквозь единственное окно. Но и его было достаточно, чтобы увидеть, что на покрытом толстым слоем полу не было никаких следов. Ночью они с Майклом лишь поднялись по лестнице и осмотрели чердак, просто посветив вокруг фонариком. Никого, не увидев, они спустились назад в дом. Сейчас же, при свете дня, Кэтрин более внимательно осмотрела всё. Если ей не показалось, и на чердаке кто-то был, он не мог не оставить следов. Но их-то как раз и не было. Спрятаться там тоже было негде. Абсолютно пустое помещение, лишь в дальнем углу, возле окна стояла маленькая коробочка. И всюду пыль, абсолютно не тронутая, чьим либо присутствием.

Не найдя ничего интересного, Кэтрин опять вернулась в гостиную. Налив ещё кофе, она села в кресло и задумалась.

Что же это все-таки было? Неужели ей все показалось или она сходит с ума?

– Мамочка, мы с Алексом идем на пруд. Говорят, там водятся карпы.

– Нет и нет! Только не туда. Это не безопасно. Там бывает много приезжих.

– Мама, мы пойдем туда не одни, а с другими детьми. И потом, там есть небольшой пляж и всегда много взрослых.

– Нет.

– Ну, мама, – Алекс недовольно надул губы, – перестань нянчиться с нами как с маленькими, мы не в Сан-Диего. Здесь все ходят гулять в парк возле пруда.

– Ну, хорошо, – сдалась Кэт, – только вы должны пообещать мне, что будете очень осторожны.

– Да, мамочка!

– И не приближайтесь к воде!

Глядя вслед убегающим детям, Кэтрин тяжело вздохнула. Да, они не в Сан-Диего. И ей пора это осознать. В этом городе ничего не может случиться с её детьми.

Укрывшись пледом, Кэтрин устроилась как можно удобнее, и включила телевизор.

Легкий ветерок сквозь открытое окно, тихо колыхал шторы. Неясная тень отделилась от стены и подошла к Кэтрин.

– Кэт….

Девушка вздрогнула и открыла глаза.

– Чёрт, приснится же.

Она встала и пошла в ванную. Холодная вода слегка освежила её.

– Так, пора бы и мне прогуляться. Хватит сидеть дома, а то и правда уже мерещится бог весть что.

Составив список необходимых продуктов, Кэтрин оделась и вышла из дома. Для начала она решила просто прогуляться, осмотрев местные достопримечательности, а на обратном пути заскочить в магазин.

Не успела она далеко отойти от дома, как услышала мелодичное сопрано:

– Кэтрин, дорогая, привет, ты далеко собралась?

Кэт оглянулась и увидела стоявшую за небольшим заборчиком Мэгги Стюарт.

– О, привет, Мэг. Да вот хочу немного прогуляться.

– Если хочешь, я могу составить тебе компанию.

– Нет-нет, ни в коем случае. Не хочу вас отвлекать….

– Но я совсем не занята.

Кэтрин внимательно посмотрела на Мэгги. Создавалось такое впечатление, что она специально стояла здесь и ждала Кэтрин.

– Мне совсем не трудно.

– Нет, – твердо произнесла Кэтрин, пытаясь избавиться от назойливой соседки, – я хочу погулять одна.

***

Ночью Кэтрин спала очень плохо. Ей снились какие-то кошмары. Неясные тени колыхались на ветру. Постепенно они начали обретать форму. И вот это уже не тени, а люди, в ужасных масках, напоминающих драконов. Все они были одеты в чёрные мантии, и стояли вокруг какого-то алтаря. Кругом горели факелы. Люди пели песню, раскачиваясь в такт заунывной мелодии. А потом они взяли чашу, наполненную красной жидкостью, напоминавшую кровь. И по очереди пили из неё, передавая чашу по кругу. Но самое ужасное, что главным действующим лицом этих оргий была она, Кэтрин. Она лежала посреди большой залы на каменном алтаре, абсолютно нагая. Один из людей в чёрном одеянии подошёл к ней и стал рисовать кровью непонятные знаки на её груди. Ей было страшно и при этом ужасно щекотно. Но окружающие Кэт люди были серьезны, словно совершали какой-то очень важный ритуал, поэтому Кэтрин сдерживала смех и тоже старалась придать своему лицу серьёзное выражение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.