Тёмное шептание в стали
Сергей Ноктюрн

© Сергей Ноктюрн, 2025

ISBN 978-5-0065-2225-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тёмное шептание в стали

Близилась зима 1968 года, когда глубокой ночью в одном из секретных доков Северодвинска бесшумно готовилась к выходу в море атомная подводная лодка К-993. Никто из прохожих, случайно бредущих по заснеженным улицам, и не догадывался, что сдавленный гул мощных турбин под толщей воды знаменовал не просто очередной учебный поход – а нечто гораздо более мрачное и пугающее. На боевые посты заступил экипаж, отобранный из лучших представителей Военно-морского флота СССР. И хотя лица многих матросов блестели от гордости, в глубине их глаз уже заметно таилось предчувствие чего-то недоброго: ведь им предстояло опуститься в самые холодные и безжизненные просторы Северного Ледовитого океана, туда, где казалось, даже лучи солнца умирали, не успев прорезать многометровые ледяные покровы. Капитаном судна был капитан 1-го ранга Михаил Артемьевич Лавров – человек по-своему уникальный. Молодой, но уже обладающий внушительным послужным списком, он заработал свою репутацию благодаря бесстрашию и умению вести экипаж сквозь самую лютую бурю. Ходили слухи, что Лавров, побывав в нескольких подводных испытательных экспедициях, столкнулся с явлениями, которые называл «аномалиями водной толщи». Подобные рассказы обычно сочли бы выдумками, если бы не печально известная операция в Баренцевом море, где внезапное исчезновение другой советской субмарины так и не получило официального объяснения. Лавров тогда сам лично участвовал в поиске пропавших, но нашёл лишь фрагменты обшивки и искалеченные обломки, обросшие жуткими наростами, больше похожими на плоть, чем на металл.

Особую роль в новом походе должна была сыграть команда учёных и специалистов, прикомандированных к флоту. Официально они занимались исследованиями поведения торпед под воздействием высоких давлений и низких температур. Но в узком кругу ходила иная версия: будто бы эти люди были связаны с неким сверхсекретным проектом, который проводился под кодовым названием «Гидра». Якобы советское руководство обнаружило нечто таинственное на дне Ледовитого океана – объект, который, казалось, не подчинялся привычным законам физики. Вздор ли? Однако наблюдения за странными всплесками радиации и электромагнитными аномалиями говорили, что в ледяной пустоте происходят процессы, которых пока невозможно объяснить наукой. Погрузка шла в режиме высшей секретности. Подводную лодку снабдили дополнительными отсеками для оборудования: генераторы, лабораторные столы, массивные приборы геофизической и гидролокационной разведки – всё это установили в спешке, и матросам пришлось свыкаться с тем, что рядом с привычными механизмами теперь появились чуждые железные ящики без опознавательных знаков, увитые кабелями. Кое-кто из старшины машинной группы замечал, что от этих устройств иногда исходило ощущение «нездоровой вибрации», будто они сами по себе пульсировали, словно живые. Капитан Лавров сделал всё, чтобы поддержать боевой дух, но сквозь его холодную сосредоточенность проскальзывала странная тревога.

Вскоре К-993, словно огромная металлическая хищная рыба, заскользила по тёмным водам Белого моря. На борту царила напряжённая тишина: даже привычная суматоха первых часов похода проходила угрюмо и молчаливо. Никто не говорил вслух, но все знали – маршрут пролегал в районы, где температура воды порой доходила до критических значений, а магнитные аномалии путали компасы. Офицеры одним глазом следили за плавным изменением курсовых углов, другим – за настроением матросов, ведь все понимали: ничто так не губительно для изолированного экипажа, как страх и суеверия.

На третий день пути учёные попросили капитана остановить лодку и погрузиться на максимальную глубину, чтобы «провести важные исследования с использованием специального локатора». Лавров привык исполнять приказы, особенно когда они шли с верхов, однако ему не понравилось, что группа специалистов намерена включить какую-то экспериментальную аппаратуру, способную излучать низкочастотные колебания. Такие частоты, как он сам знал из практики, могли вызывать дезориентацию не только у морских животных, но и провоцировать странное поведение у людей. Но директива, подписанная прямо в министерстве, не оставляла ему выбора.

Раздалась короткая команда, и субмарина стала погружаться медленно и величественно, уводя свой металлический корпус туда, где царил вечный полумрак и давление, способное смять любую неисправную переборку. Весь экипаж затих, слушая, как корпус жалобно скрипит под возрастающей нагрузкой воды. Задрожали слабые лампы, и тут же кто-то из матросов заметил, что на одной из стенок образовалась испарина. Такая утечка не была серьёзной, но её появление, да ещё на таком этапе, внушало нервозность.

Учёные приступили к настройке своей аппаратуры. В лабораторном отсеке было тесно, стены казались пропитанными удушливым запахом смазочных масел, а в центре помещения возвышался странный металлический куб, усыпанный проводами и антеннами. «Кондор-М», – гласила едва заметная надпись на боковой панели, но никто не мог понять, что именно скрывается под этой крышкой. Когда прибор заработал, воздух наполнился низким гулом, от которого неприятно заложило уши, а у старшины радиорубки внезапно закружилась голова.

Сама по себе вибрация была едва уловима – скорее, её можно было ощутить, чем услышать. Но чем дольше прибор работал, тем явственнее становилось чувство, что где-то среди бескрайней толщи воды пробуждается что-то древнее и чуждое. Младший лейтенант Голубев, дежуривший у гидролокаторов, внезапно отметил колебания, которых не было в море никогда прежде. «Словно кто-то – или что-то – отзывается на наш сигнал», – думал он, бросая беспокойные взгляды на пульсирующие индикаторы.

Однако вскоре учёные приказали отключить оборудование, сказав, что «эксперимент завершён, все необходимые данные собраны». Капитан Лавров тайком вытащил из сейфа свои личные записи – ещё со времён поисковой операции в Баренцевом море. Сравнивая показатели, он отметил пугающее сходство электромагнитных всплесков. В своих заметках он делал предположения о некой сущности, затаившейся в холодных глубинах. Тогда его не восприняли всерьёз, списали на стресс. Но теперь эти тревожные догадки начали складываться в единую мозаику: каждый сеанс «Кондора-М» будто будил нечто, спящее под толщей льдов. Чем дальше лодка продвигалась на север, тем более пугающими становились сны моряков. Многим снилось одно и то же: бескрайняя бездна, из которой поднималась гигантская тень – не то чудовищная масса щупалец, не то исполинское тело чудовища, обросшее слизью и жуткими наростами. Люди просыпались, крича и покрываясь холодным потом, но стоило кому-то заговорить об этих кошмарах, как командование жёстко пресекало разговоры. «Водная клаустрофобия и истерические видения на фоне смены часовых поясов», – объясняли офицеры, хотя сами не раз просыпались в ужасе, чувствуя, что кто-то вглядывается в них сквозь стальные переборки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.