Игорь Кондратьев
Брелок

1.

6:00 высветилось зелёными цифрами на часах. В темноте комнаты в их слабом освещении угадывался силуэт спящего, раздавалось тихое посапывание. За дверью послышались чьи-то осторожные шаги и стихли. Дверь, легонько скрипнув, отворилась. Тень от мешковатой фигуры дотянулась до кровати. Фигура, сутулясь, неторопливо подошла к спящему и… взяла его за плечо.

– Вань. Ваня, сынок просыпайся.

Иван приподнял голову и одним глазом взглянул на часы, – Ма, чё случилось?

– Ванюш, у отца поясницу прострелило, тебе придётся поехать к бабушке, отвезти лекарства и продукты.

– У меня же работа, – Иван погладил аккуратную бородку.

– Дистанционно можно и от бабули поработать.

Иван нехотя поднялся, долго сидел на краю кровати, приходя в себя.

– Чё, у бати это, серьёзно?

– Лишь под утро уснул, и то после укола.

Иван недовольно покачал головой, пригладил усы и вразвалочку побрел умываться.

У бабы Мани он не был со школы. Раньше все летние каникулы проводил в деревне. Она нежно называла его Котиком. Последнее, что помнит с тех времён, похороны деда Егора, как раз в год поступления в универ. Потом армия, работа, жизнь закрутила, и, хотя бабушку он очень любил и обещал приехать, так ни разу её и не навестил. Звонил, раз в год и то по обещанию… Сейчас ему было очень стыдно, он не знал, сможет ли посмотреть ей в глаза.

Иван зашёл на кухню и предпринял последнюю попытку отлынить, – Может, отцу завтра лучше станет, он там ещё, что-то с крышей хотел делать?

– Крыша подождёт, а бабуля нет. У неё последняя таблетка осталась, если не принять вовремя, при её давлении, это чревато.

– Прямо последняя, – Иван ухмыльнулся, закатив глаза кверху.

– Последняя! Она мне звонила вчера. Так, что хочешь не хочешь, а ехать надо, – мать с любовью, потрепала сына по волосам.

Иван обречённо вздохнул и молча сел завтракать. Пока он ел, мать так и стояла над душой. Написала список продуктов и положила перед ним на стол, собрала целый пакет лекарств и поставила рядом, приготовила бутербродов и термос горячего кофе в дорогу. Уже у дверей в прихожей, отругала за холодную ветровку, которую он наотрез отказался переодеть.

В ближайшем супермаркете Иван закупил продукты по списку и закинул их в багажник. На всякий случай, забил адрес в навигатор потому, что отец говорил что-то насчёт новой развязки. Кинул в рабочий чат, что пока в отъезде, как доберётся до места, выйдет на связь. Врубил музон и вырулил со стоянки.

С самого утра моросил мелкий дождь вперемежку со снегом. Иван включил дворники и порадовался, что вовремя залил незамерзайку в систему и поменял шины.

– Через восемьсот метров съезд на просёлочную дорогу, – промурлыкал навигатор женским голосом.

– Ну вот, а отец говорил, до самой деревни дорогу довели! Одни обещания, – недовольно бубня, Иван свернул на грунтовку.

После обильных дождей дорога раскисла, только благодаря зимней резине машина уверенно двигалась вперёд, хотя её кидало из стороны в сторону по колее.

– Господи, как они тут ездят? – объезжая очередную лужу, возмущался Иван.

– Через двести метров поворот налево, – сообщил всё тот же голос.

Дорога, если её можно так назвать, свернула в лес. Навигатор показал пятнадцать километров до пункта назначения.

"Что-то не припомню я, чтоб здесь был такой густой лес," – с непонятной тревогой в душе Иван осматривался по сторонам, пытаясь увидеть что-то знакомое и лучше разглядеть дорогу сквозь дождь и снег. Внедорожник то нырял в яму, то прыгал на ухабах. Внезапно, под капотом что-то стукнуло, и мотор заглох.

Иван замер, вцепившись руками в руль. Представив, на какие бабки он влетел, ужаснулся и выругался, – Твою ж дивизию! Совсем новая тачка…

Попытка завести машину, успехом не увенчалась. Иван решил заглянуть под капот, но открыв дверь, увидел перед собой огромную лужу. Выбравшись через пассажирскую, долго осматривал двигатель, подсвечивая себе смартфоном. Ничего подозрительного. Он вернулся, кинул телефон на сиденье и попробовал ещё несколько раз безуспешно запустить движок.

– “Спокойно Ипполит, спокойно”. Сейчас вызовем эвакуатор, и всё будет… Блин! Какой к чёрту эвакуатор?! Здесь только на тракторе… Пашка! Точно. Пашка, дружбан армейский, и не из такой задницы меня вытаскивал, – Иван схватил телефон и стал искать номер, – Блин! Ещё и связи нет! – он выскочил из машины, поднял телефон над головой и, торопливо переходя с места на место, тщетно пытался поймать связь.

На лицо падали холодные капли дождя и снежинки. Иван злился, отплёвывался, наконец, махнув рукой, сел в машину. Вытер рукавом лицо и откинулся в кресле. “Да, что ж за нафиг? Что за день-то такой?! Презентация не готова, тут бабуля с этими лекарствами и батю, как назло, прихватило”. Взгляд зацепился за навигатор и Иван выплеснул на него всю свою злость, – Ну, и куда ты меня завела, дура виртуальная! Сверните налево, сверните направо… Башку бы тебе свернуть! Одно слово – дура!

Прооравшись, он успокоился и вновь посмотрел на навигатор.

– Пять километров осталось. Дойду потихоньку, а там решу, что делать дальше, – поставив себе цель, Иван начал действовать.

Он забрал из машины только рюкзак с ноутом и таблетками для бабушки, забросил его за спину и побрёл по обочине дороги в деревню. Мокрая, хоть и полёгшая, трава вскоре намочила не только кроссовки, но и джинсы до колен. Ветровка, которую Иван застегнул до самого подбородка, была явно не по погоде. Он уже десятки раз пожалел, что не послушал мать и не надел тёплую куртку. “Вот дурак! Упрямый осёл!” – мысленно ругал он себя, затягивая шнур капюшона, чтобы, хоть как-то, удержать тепло.

Иван отошёл чуть в сторону от дороги, где трава пониже, а ветер потише. Озябшими руками, запустил навигатор на телефоне, чтобы не сбиться с пути, – Ну, чё? Веди “Сусанин”, – скорее поддержать себя, чем и вправду, надеясь на это, пошутил Иван.

2.

– Через пятьдесят шагов сверните направо, на тропинку.

– Чё? На тропинку? Да, ладно. Как такое возможно? Хрень, какая-то, – Иван не поверил, но всё же отсчитал шаги. Глаза полезли на лоб сами, вправо уходила другая тропинка. Он подозрительно осмотрелся и, неуверенно свернув на неё, пошёл дальше, чавкая мокрыми кроссовками.

Двигаясь по тропе, его не отпускало чувство, что в спину кто-то смотрит. То скрипнет дерево, то треснет сухая ветка, то крикнет напуганная птица.

Тропинка извивалась, словно змея, огибая деревья, а иногда пропадала, ныряя в траву. В какой-то момент, Иван понял, что совсем потерял её.

– Ну, и где твоя тропинка? – спросил Иван, доставая из кармана телефон.

– Поверните на… – голос прервался, а экран потух.

– Да, чтоб тебя… – он попытался включить телефон, но на экране вспыхнула, севшая батарейка и потухла. – Куда поверните? – он сунул его в карман, – Сюда? – от досады и злости стал пинать ногами кочки и поникшие пряди травы, – Сюда? А может, туда? – всё же надеясь, отыскать тропу.

Иван запыхался, но тропинку не нашёл. – Я же не заблудился? – он стал озираться по сторонам. Всюду стояли одинаковые деревья, кусты, кочки травы, – Да нет, не может быть, – по спине пробежал холодок. – Можно вернуться к машине в крайнем случае, – достал брелок от неё и нажал кнопку. Сколько он не прислушивался, ничего, кроме дождя, ветра, да шума леса не услышал. – Заблудился? Как же так? То ли от холода, то ли от страха, затряслись коленки.

Иван пошёл, куда глаза глядят, с трудом переставляя отяжелевшие ноги, но вскоре совсем остановился, – Всё, привал, – вздохнув, он присел на корточки, прислонившись к голому стволу сухого дерева.

– Карррр!

Раздалось прямо над головой. Иван вытаращил от испуга глаза, волосы под капюшоном зашевелились, а по спине пробежало стадо мурашек. Он отскочил от дерева и обернулся. Чёрный ворон, сидевший на толстой ветке, крикнул ещё раз, также громко и противно, глядя прямо на него.

Ивана передёрнуло, – Фу, дурак! Напугал, – он поднял гнилушку и замахнулся на него.

Расправив огромные крылья, ворон взлетел. Дерево закачалось, и ломающиеся ветки посыпались на голову Ивану. Он отбежал в сторону и провалился ногой в холодную жижу. Падая, Иван ухватился руками за небольшие кусты и попытался вытянуть ногу, помогая второй, но она тоже провалилась в эту жижу.

“Болото!” – мысль, разрядом тока, пробила мозг. Иван запаниковал и начал раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь вытащить ноги, но от этого они стали погружаться ещё глубже. Когда вода дошла до пояса, где-то недалеко закуковала кукушка. – Не дождёшься, тварь пернатая! – заорал Иван, – “Спокойно Ипполит. Спокойно”. Пока, всё под контролем. Ну же, думай, думай.

Лямки рюкзака врезались в плечи так, будто кто-то тянет за него вниз. Иван скинул лямки и бросил рюкзак на траву. Стало легче, это придало сил.

– Топтаться нельзя, значит тянемся только руками, – решил он и, выворачивая с корнем кусты и кочки, пополз потихоньку на твёрдую землю. – Ы-ы-ы, давайте родимые, вы-ру-чайте!

Ноги с трудом вытягивались из вязкого ила, словно их удерживали десятки скользких рук. Оказавшись на твердой земле, он перевернулся на спину и закрыл глаза, восстанавливая сбившееся дыхание. Мысли разбежались, и он не заметил, как отключился. Крик филина пробудил его, но и этих минут хватило, чтобы сбросить усталость.

“Навигатор и на ноуте ведь можно запустить,” – простая мысль вернула силы.

– Выводи меня отсюда, – обращаясь к виртуальной хозяйке нежного голоса, он достал комп… С гаджета ручейком стекала вода.

Иван перевернул рюкзак, из него тоже выплеснулась вода, а следом вывалился пакет с таблетками. Он схватил его и в сердцах отбросил в сторону.

Только сейчас он заметил, что на левой ноге нет кроссовки, – Да, что же это такое? – то ли от нервов, то ли от голода ему стало дурно. Иван откинулся на траву, закрыв лицо руками. В голове крутился вечный вопрос: “Что делать? Что делать?” Но ответа не было.

Нога в сыром носке здорово замерзла. Он поднялся, снял его и долго растирал стопу. Надел отжатый носок, затем отстегнул капюшон и обмотал им ногу.

С укором вспомнил про горячий кофе, оставленный в машине.

– “А сколько сейчас времени?” – он достал ключи от квартиры, на которых болтался брелок со встроенными часами, – Часа через два в лесу станет совсем темно! – Иван вскочил на ноги и заорал, – Помогите! Ау-у! Кто-нибудь! Помогите!

– Ссслыышшшиимм, – прошумел ветер.

Внезапно, справа шевельнулись кусты. От неожиданности Иван вздрогнул и промямлил, – Кто здесь?

– Хто-хто, я здеся, – ответил скрипучий голос из кустов, – Ты, что ля звал?

– Яй-я, – во рту у Ивана пересохло.

Кусты расступились, и на поляну вышел старик с посохом. Крупный, словно медведь, с огромной лохматой бородой, аж до пояса, в которой запутались опавшие листья и даже небольшие сучки. Длинная накидка подвязана верёвкой. На голове соломенная шляпа, а на ногах… лапти?! Иван опешил, уставившись на старика.

– Со мною пойдёшь, али здеся заночуешь? – не дожидаясь ответа, старик повернулся и пошёл обратно.

– С-с-с вами, – Иван поперхнулся, торопливо засунул ноут в рюкзак, схватил пакет с таблетками и поспешил за ним.

Старик шёл тяжёлой уверенной поступью, кусты и деревья уступали ему дорогу. Константин старался не отставать от него ни на шаг. Вдруг поймал себя на мысли, что боится кустов, которые могут скрыть старика. – “Они, словно живые, цепляются за одежду, тянут ко мне свои ветви, как костлявые руки. Пытаются остановить меня! Что за бред? У меня, наверное, жар,” – он прибавил шагу, нервно оглядываясь, не замечая, как от холода, или страха стучат его зубы.

Наконец, лес отступил, открыв большую поляну, на которой стоял двухэтажный деревянный дом, слегка покосившийся от старости, с потемневшей до черноты древесиной, но огонёк в окошке, вселял надежду на тепло и пищу.

– Каррр! – послышалось с самой верхушки иссохшего дуба, что стоял возле дома.

– Да-да, там, где ты и указал, – проскрипел в ответ старик, не взглянув на ворона.

Надежда на уют придала Ивану сил, он поднял руку, приветствуя птицу, – Из-вини, я не хо-тел. Пра-вда. Просто от не-ожи-данно-сти… – заикаясь от озноба, он вдруг осёкся и подумал, – “Блин! С птицей разговариваю. Похоже, совсем крыша поехала!”

Между тем старик, пошаркав перед дверью, зашёл в дом. Иван тоже вытер ноги и вошёл следом. Старик щёлкнул пальцами – на небольшой полочке вспыхнула свеча. Она высветила одежду на вешалке и огромный сундук под ней, а в дальнем углу лопату с метлой и веником, куда старик поставил и свой посох. Из кухни тянуло приятным теплом и манящим ароматом. У Ивана засосало под ложечкой, а живот предательски заурчал.

3.

Старик повесил накидку на вешалку и переобулся в старые залатанные валенки. Иван тоже повесил куртку и стал разуваться.

Навстречу старику вышла хозяйка с масляной лампой в руках. Высокая, подвижная бабулька в длинном тёмно-сером платье и тёплой коричневой жилетке. Седые волосы аккуратно были подвязаны цветастым платком с узелком на голове, кончики, которого, словно два заячьих уха, торчали в разные стороны.

– Ляксей, ну чё, сыскал бедолагу?

– Нашёл, примай, – более мягким голосом сказал старик и отошёл в сторону.

– Здрав-ствуй-те! – Иван ёжился и клацал зубами.

– Батюшки, да ты весь продрог! – всплеснула она руками, – Ляксей, переодень яво в сухое, не ровен час расхворается, да чуни дай, ноги-то, поди, льдышки. Я покуда травки для сугреву заварю, – и скрылась на кухне.

– Слыхал, шо хозяйка сказала? Скидавай, всё мокро, – проскрипел старик, открывая сундук.

Он достал оттуда штаны, рубаху и передал их Ивану, – Штанцы, поди велики, верёвкой подвяжи. Сейчас чуни принесу.

Иван оделся в сухое – стало теплее. Штаны действительно пришлось подвязать, чтоб не свалились. Сидя на сундуке, он грел руками окоченевшие ступни. Старик принёс тёплые чуни. Ноги в них сразу начали “оттаивать”.

– С печурки вынул, – пояснил старик.

– Бедолага, подь сюды! – послышалось из кухни.

– Поди, поди, хозяйка кличет. Да, одёжу свою забери, у печи скорей просохнет.

Иван собрал вещи и пошёл на кухню, – “Действительно, не разболеться бы. Мне ведь ещё к бабе Мане, и машина брошена… Согреюсь, надо будет дорогу спросить.”

– На-ка вот, духмяного отварчику испей, враз согрешься, – она поставила на стол деревянную кружку, над которой поднимался насыщенный ароматами десятка трав парок. Достала из печи ковригу хлеба подового и выложила на полотенце узорное, поставила картошечку в мундире, капустку квашеную да грибочки солёные. – Поешь с дороги-то, а одёжу сюды давай, просушу покуда. Звать-то тя как?

– Иван. А вас?

– Ядвигой Михалной кличут, но ты можешь Михалной, аль просто баушкой. А супружника маво Ляксеем Потапычем.

Первый же глоток горьковатого отвара согрел горло и, прокатившись тёплым шариком, упал в желудок. Второй догнал первый, и по телу разлилась жаркая волна, наполняя теплом руки и ноги. Третий глоток, отогрел душу, и так Ивану хорошо стало, словно захмелел.

– Приятно познакомиться, – Иван перестал заикаться, – И, спасибо вам огромное за помощь и заботу.

– Мы это… конечно… а как же, – проскрипел Потапыч и криво усмехнулся.

– Не знаю, чем смогу отблагодарить вас, – прошамкал Иван полным ртом, отправляя туда целую ложку рыжиков.

– Ну… коли так, есть у нас одно дельце, в аккурат для тебя.

– Хорошо! Как говорится, чем смогу, помогу.

– Вот и гоже. Отдыхай, покуда, – довольный, старик удалился.

То ли с горячего отвара, то ли от сытости в животе, да в тепле у печи, Ивана разморило.

– Вижу, касатик, носом клювашь. Лезай на печь, прокались, да, вздремни малось. Надобен будешь, Ляксей табе растолкат.

Только Иван прилёг, сразу отрубился.

***

– Колян, а слабо по самой середине проехать? – Иван показал другу на огромную лужу на дороге, посреди деревни, облокотившись на велик и щурясь от солнца.

– Да, легко, – Колька разогнался, и когда поднялась волна брызг, будто не он, а Иван бросил педали и задрал ноги, чтобы не замочить штаны. В этот момент цепь соскочила со звёздочки, колесо заклинило, и Иван, перелетев через руль, плюхнулся в воду.

– Ты живой? – Колька бросился к другу.

Иван мокрый и грязный, чуть не плача, выходит из лужи, бросает велик на траву и садится рядом. А Колька ржёт над ним как больной, но, заметив обиду друга, пытается натянуть цепь, пыхтя и ругаясь.

– Нужны ключи, – разводит в итоге руками Колька.

– Пойду к деду, у него в мастерской любой инструмент имеется. Бабка, только боюсь, прибьёт за джинсы.

Дед в мастерской что-то строгал, а словно и не дед это вовсе. – Где это тебя так угораздило? – он отложил рубанок, глядя на внука и качая головой.

– Цепь заклинило и я в лужу… мне бы ключ, – Иван потупился, чувствуя вину за то, что подзуживал Кольку.

– На, возьми и помни, ключ всегда при себе держи. Но сначала иди в дом, переоденься.

– Я боюсь, бабка убьёт, – Иван сунул ключ в карман.

– Не дрейфь паря, не убьёт. Она ж тя любит, шалопая! – дед ободряюще похлопал его по плечу.

– А я люблю вас обоих, деда, – сквозь пелену сна он потянулся к нему, но его образ, постепенно искажаясь, превратился в лохматого старика с листьями и сучками в бороде.

***

– Согрелся, гляжу? – проскрипел Потапыч.

– Согрелся, – Иван поднялся, а, слезая с печи, подумал, – “Странный сон, однако. Дед Егор мне раньше никогда не снился, бабуля снилась, а дед никогда.”

– Сидай ближе, растолкую, в чём помощь твоя надобна, – Потапыч поставил лампу на центр стола.

Иван пододвинул табурет и сел.

– Есть у меня сродственница одна, третья вода на киселе, Тиной Каримовной кличут.

– Ка-ри-мовна, тьфу! – не утерпела Михайловна, – Ки-ки-моровна она болотная, кикимора и есть.

– Не встрявай, Ягодка! – нежно и властно цыкнул Потапыч.

– Так вот. Гостила она у нас прошлым летом, да вещицу одну и спёрла. Уж больно важна для нас эта вещица, а эта гадюка в отказ, мол не брала, не знаю, не видела и слыхом не слыхивала ни про какой заветный камень.

– Может, и вправду не брала.

– Так, сама ж сболтнула, я ей про камень-то ни словечка.

– Детектив, получается, – усмехнулся Иван.

– Ты бы не умничал, дификтив. Дело тут сурьёзное. Надоть камень вертать, без него нам прям бяда. С ним-то и тебя домой воротим.

– Что же сами-то раньше не сходили, да не вернули? Или меня ждали?

– Нам туды дорога заказана, а ты пройдёшь, авось всё и получится.

– Как же я найду вашу Тину?

– Тя ворон проводит, да присмотрит за тобой, бедолагой.

Иван скривил губы, усомнившись в словах Потапыча.

– А никого понадёжней не найдётся?

– Ты главно слушайся яво, он мудрай, давно живёт. Дорогу знаить, всё, глядишь, и убойдётся, – старик явно нервничал, его руки не находили места, он то гладил бороду, вытаскивая из неё листья, то поочерёдно растирал и хрустел суставами пальцев.

– Что за камень-то, как я его узнаю? – Ивану ужасно не нравилась эта идея, но делать было нечего, – “Ляпнул же, не подумав.”

– Да, камень как камень, тока круглай и перламутром отливат. Найдёшь, не обшибёсься.

Иван задумался.

– Камушок воротить бы надо? – Михайловна умоляюще смотрела на Ивана.

– Дался вам этот камень. Нашли бы себе другой, сейчас в инете любой каприз за ваши деньги. И перламутровый, и серебристый, и золотистый даже, и с подсветкой, и без. Хотите? Закажу.

Старуха зыркнула на него, изменившись в лице, отчего у Ивана волосы на затылке шевельнулись.

– Ляксей, да растолкуй ты ентому балбесу, что не надать нам другого, ни златого, ни сяребряного, что непростой это камушок-то, – не стерпела Михайловна, – другого такого не-ту. А с Ети лучше не связываться, не то беду накличешь.

Потапыч встал, пригладил бороду и проскрипел, – Ну, не пойдёшь, так здеся и останешься.

– Да, иду, иду, – ответил Иван со вздохом и поднялся из-за стола.

4.

Одёжу твою просушила, но не кобенься, лучше нашу одень, она теплее будет. А воротисься, тоды и переоденесься.

Иван не стал противиться, припомнив, как мёрз прошлый раз, не послушав мать. Обрядили его хозяева в лапти лыковые, накидку суконную, да верёвочкой суровой подпоясали, дали шапку и варежки вязаные. Смеётся про себя Иван, представляя, как он со стороны смотрится, но виду старается не показывать, – “Жаль, телефон сел… Надо будет на корпоратив так нарядиться, вот прикол будет.”

Хозяйка повесила на плечо ему берестяную котомку, – Вот харчей собрала в дорогу. Ворона тож покорми, не забудь.

Пропела кукушка в зарослях, отсчитав семь вечера. Вспомнил Иван о брелке, там и фонарик какой-никакой, и зажигалка с ножичком имеется, в общем, нужная в дороге вещь. Карманов в “одёже” не оказалось, кинул его в котомку, а котомку на плечо и за порог.

На дворе давно стемнело, небо расчистилось, предвещая похолодание, но луна, хоть и не полная, достаточно ярко освещала окрестности. Ворон, что часовой на посту, всё так же сидел на верху сухого дуба, заметив людей на крыльце, каркнул и спустился на нижнюю ветку. Потапыч подошёл к нему ближе и что-то вполголоса сказал. Потом повернулся к Ивану, – Дуй за ним, он дорогу укажет. Да, с Тиной будь настороже, она баба хитра, сгубит враз и глазом не моргнёт.

Иван пожал плечами, – “Ну, будь что будет,” – и повернулся к ворону, – Давай, “навигатор”, показывай дорогу!

Ворон взмахнул крыльями и перелетел на дальнее дерево.

– Удачи! – крикнули старики вслед.

Иван махнул рукой в ответ и пошёл за вороном, всё дальше и дальше углубляясь в лес. Еле заметная тропинка нырнула в заросли колючего кустарника, что сплошной стеной встал у Ивана на пути.

– Эй, “навигатор”, другой дороги нет?

– Карр!

– Понятно, фиговый ты навигатор.

Выбрав просвет, Иван ринулся на приступ. Раздвигая ветки в стороны, он пытался протиснуться вперёд, но колючки цеплялись за одежду, за варежки, за шапку. Вдруг, ветки ожили и, словно силки, стали опутывать его ноги, не давая сделать и шагу, тянули за котомку назад. Выбившись из сил, он повис на ветвях, что муха в паутине. Сначала ему показалось это смешным, но после нескольких неудачных попыток обрести свободу, это его разозлило и напугало одновременно. Он увидел, как ветви, словно змеи, ползут по нему, обвивая и стягивая.

– Бред! Это полный бред! Такого не может быть. Просто не может быть, – Иван говорил это, успокаивая себя. Он вспомнил похожую ситуацию в компьютерной игре, которую компания выпустила в прошлом году. Он же сам писал код, правда, на завершающем этапе. Там герой выбрался, когда… когда поджёг кустарник! Точно!

“Брелок! Там зажигалка, – надежда заколотилась в сердце и застучала в висках, – но сырой кустарник вряд ли загорится, – Иван задумался, – Можно поджечь котомку, она из бересты, а от неё и кусты. Вариант?!”

Иван стал насвистывать какую-то мелодию, чтобы отвлечь внимание кустов, ну, или того, кто за этим стоит, а левой рукой осторожно потянулся к котомке. Несколько напряжённых минут увенчались успехом, он вытащил брелок.

– Врёшь, не возьмёшь, – прошептал он неведомому кукловоду, и щёлкнул зажигалкой, – Да, гори оно всё синим пламенем! – крикнул Иван.

Как только появился огонь, ветви, словно испугавшись, расползлись в стороны, а кусты отступили. “Добыча” плюхнулась на землю, и зажигалка погасла. Кусты снова ринулись в атаку, но Иван успел зажечь огонь вновь, и атака была отбита.

Иван выставил зажигалку и двинулся вперёд, прикрывая от ветра её пламя рукой. Кусты и деревья, нехотя расступались перед ним, освобождая путь.

– Каррр! – одобрительно крикнул ворон и полетел дальше.

– Знай наших!

Внезапный порыв ветра задул пламя, но стена зарослей кустарника уже осталась позади. Иван остановился, перевёл дух и осмотрелся. Лес поредел, больные деревья, обросшие лишайником, чередовались с совершенно засохшими, а под ногами ровным ковром лежал мох.

– Эй, “навигатор”, – обеспокоился Иван, – ты не в болото меня завёл?

– Карр.

Иван остановился в растерянности, – Нафига?

Прошлое купание оставило неизгладимые впечатления, и ему больше не хотелось его повторять. Он стоял и смотрел по сторонам, не решаясь сделать ни шагу. Пока Иван раздумывал, его ноги погрузились в мох, а в углублениях собралась вода. Он схватил, лежащий обломок, тонкого деревца, и стал тыкать им в мох. Вода была везде. “Нельзя стоять на одном месте! – мелкнуло в голове. Он опёрся на палку, чтобы переступить, но она провалилась, словно проткнула мягкое покрывало. “Не стоять!” – подстегнул он себя и двинулся вперед. “Моховое покрывало” колыхалось под его ногами, словно Иван шёл по мягкому дивану. С горем пополам он дошлёпал до ворона. Тот каркнул и перелетел на крышу небольшой избы, что стояла на сваях посреди болота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.