Елена Малиновская
Личный медиум для темного лорда

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

Просторный зал ожидания в здании магических перемещений был битком набит народом. Как и обычно, впрочем.

Я скучала в очереди, притулившись на самом краешке неудобной деревяной скамьи, и периодически поглядывала на высокую стойку по центру помещения. Стоявший за ней пожилой мужчина в темном сюртуке государственного служащего то и дело выкрикивал номера.

Когда назовут мой, сейчас выведенный на тыльной стороне ладони временными чарами, – то я встану, подниму свой кожаный саквояж. И навсегда покинул Индермейн, столицу нашего королевства.

Сердце неприятно екнуло от этой мысли. Погрустнев, я выудила из кармана жакета письмо, которое получила накануне. Я так часто его перечитывала за последние сутки, что листок весь истрепался, а чернила кое-где смазались из-за моих слез, пролитых украдкой над посланием от отца.

Потому что слишком бескомпромиссным и жестким оно было. Впрочем, в этом весь отец. Даже ко мне, единственной своей дочери, он никогда не проявлял ни малейшего сочувствия. После смерти матери уже на следующий день отправил меня в пансион для девиц из благородных семейств, хотя я умоляла его оставить меня в имении. Хотя бы на пару дней, чтобы присутствовать на похоронах матери. На что он сказал, как отрубил, – мол, нечего в доме сырость разводить рыданиями. Мертвым плевать, где их оплакивают, так что я вполне смогу погоревать над неожиданной гибелью матери и в пансионе. Ну а ему будет проще устроить похороны, не отвлекаясь на необходимость утешать меня.

Спорить с отцом было бесполезно. Господин Терден Биглс всегда и во всем был прав, а если и нет – то никогда в жизни не признавал ошибок. Поэтому не успело еще тело моей матери остыть, как меня уже отправили подальше от родного дома.

В пансионе я прожила два года. Летние и зимние каникулы мне, правда, дозволялось провести дома. Не передать словами, как я ждала первого такого визита! Мечтала наконец-то побывать около фамильного склепа и возложить к нему цветы в память о матери. И тем горше я плакала, когда узнала, что отец сразу после похорон женился на Мариам, хорошенькой смешливой служанке матери. О свадьбе мне, естественно, никто не потрудился сообщить.

Новой жене отца, которая, между прочим, была всего на пару лет старше меня, мое присутствие в имении было как кость в горле. Я не стала дожидаться конца каникул, сразу попросившись обратно. Отец лишь пожал плечами и кивнул, не сделав ни малейшей попытки переубедить. В родном доме я провела всего одну ночь. Но и этого хватило, чтобы кое-что увидеть…

Я мотнула головой, отогнав неприятное воспоминание. Как бы то ни было, но с той поры я больше не появлялась дома. Подобное положение дел вполне устраивало всех нас. И меня, и отца с его новой молодой супругой.

И вот теперь это загадочное письмо.

Я моргнула, перевела взгляд на ровные строчки послания, выведенные строгим каллиграфическим почерком.

«Хельга, жду тебя дома как можно скорее, – гласило оно. – Два года – достаточный срок для обучения любой бестолочи хорошим манерам и правилам ведения домашнего хозяйства. О твоей свадьбе уже уговорено. Она через неделю. Твой отец, Терден Биглс».

И все. Очень сухо и лаконично. В этом весь мой отец.

Письмо получила и директриса пансиона, госпожа Матильда Патерсон. Меня немедленно пригласили в ее кабинет, где пожилая степенная дама, стыдливо пряча от меня глаза, сообщала, что утром следующего дня я должна покинуть здание. Договор на мое обучение разорван. Ей очень жаль, что так получилось, но ничего сделать она не может.

И я ее вполне понимала. Мало кто рискнул бы вызвать неудовольствие господина Биглса. Наш род считался весьма состоятельным в королевстве, пусть в столичную потомственную аристократию мы и не входили. Отец начинал с самых низов, будучи младшим сыном обычного кузнеца. По слухам, заработал первое состояние на контрабанде. И затем многократно преумножил его. Уже после сорока женился на моей матери – Стефании Биглс, которая происходила пусть и обедневшего, но все-таки дворянского рода. По сути, просто купил себе право на фамилию. После чего принялся жить в свое удовольствие, став одним из крупнейших землевладельцев Ардеша. При этом отец не забывал щедро платить за благосклонность представителей закона и государства, с которыми сталкивался время от времени. Знаю точно, что госпожа Матильда после моего появления в пансионе сумела погасить все свои немалые карточные долги. Она сама этим хвасталась на одном из праздников, перебрав горячего вина со специями. Ну а внимательно слушать и делать выводы я всегда умела.

В общем, этим утром меня выставили прочь из старинного каменного здания в центре Индермейна. Конечно, первым моим порывом было сбежать. Все равно никакого сопровождающего мне не выделили. Бери – и делай ноги, как говорится.

Но почти сразу я отказалась от столь заманчивой идеи. Увы, авантюристкам сопутствует удача лишь в любовных романах. В жизни подобное приключение закончилось бы очень быстро и печально для меня. При заселении в пансион с каждой из воспитанниц сняли слепок ауры. Если я куда-то пропаду по дороге к кабинам магического перемещения – то поисковый маг найдет меня по этому слепку за пару минут. Характер своего отца я знала прекрасно. Уверена, после подобного проявления своеволия наказание последовало бы незамедлительное и очень жестокое.

Я украдкой шмыгнула носом, силясь не расплакаться опять. Больше всего меня страшило не возвращение в родной дом и не новая встреча с Мариам, которая теперь считала себя настоящей хозяйкой всего имения. И даже не новая встреча с…

А впрочем, не буду об этом. За прошедшие годы я убедила себя в том, что этого не было. Мне просто привиделось кое-что. Точнее, кое-кто… И ничего удивительного в этом нет, учитывая, в каких растрепанных чувствах я тогда пребывала.

Как бы то ни было, больше всего меня страшили строки отца про скорую свадьбу. Интересно, кого он прочит мне в мужья? А впрочем, догадываюсь. Любимой фразой моего отца всегда была: деньги к деньгам. Уверена, что главное достоинство моего будущего мужа – его состояние. Возраст, дурные привычки, внешность – все это не имеет никакого значения. И уж тем более отцу будет плевать на мое мнение.

Слезы упрямо наворачивались на глаза. Я тихонько всхлипнула и выудила из кармана жакета тонкий батистовый платочек, пытаясь не привлечь к себе ненужного внимания. Если меня сейчас кто-нибудь начнет утешать – то я точно не выдержу. Разрыдаюсь в полный голос и тем самым лишь опозорюсь.

Хвала небесам, окружающим было плевать на меня. Вокруг царил приглушенный гул многочисленных разговоров. Кто-то жаловался на подорожавшие продукты. Кто-то рассказывал про семейные проблемы. Кто-то спрашивал совета, в каком городе Ардеша купить дом. Словом, никому не было никакого дела до молоденькой светловолосой девушки в темном жакете и сером скромном платье, лишь слегка оживленном белыми кружевными манжетами и воротничком.

Внезапно я встрепенулась.

Что-то изменилось вокруг меня. Шум голосов отодвинулся, став совершенно неразборчивым. Сердце замерло, затем забилось громче и сильнее, перебивая отчаянным пульсом все посторонние звуки.

Такое уже было со мной. В ту единственную ночь дома, когда я услышала за дверью чьи-то шаркающие шаги, а потом знакомый голос матери жалобно попросил впустить ее в комнату.

Как и тогда, пахнуло гнилью. Настолько отвратительной, что тошнота немедленно подкатила к моему горлу. Я скривилась и уткнулась носом в надушенный платок, который не успела убрать в карман. Принялась озираться, гадая, что происходит.

– Пропустите, пропустите!

В следующее мгновение в зал ворвался мужчина. И в каком виде он был!

Его одежда была перепачкана в грязи, как будто по дороге сюда незнакомец умудрился хорошенько искупаться в сточной канаве. Но при этом не было сомнений в том, что камзол сшит на заказ, а не куплен в каком-нибудь магазине готовой одежды – на это указывал безупречный крой и дорогая материя. На пальцах мужчины холодным блеском драгоценных камней горели массивные перстни. Длинное породистое лицо, указывающее на знатное происхождение, было разодрано в кровь, как будто несчастный умудрился подраться с бешеной кошкой.

– Господин? – К незнакомцу уже спешила служащая, ведающая номерами в очереди. – Что-то случилось?

– Мне надо срочно покинуть город! – Мужчина схватил ее за плечи и как следует потряс. – Немедленно!

– Встаньте в очередь, – ошарашено пробормотала женщина, кривясь от боли – видимо, хватка мужчины оказалась слишком сильной.

– Вы не понимаете! – взвыл тот. – Это вопрос жизни или смерти. Вот, держите, держите!

Судорожно стащил с указательного пальца печатку, в центре которой красовался бриллиант просто-таки неприличных размеров.

– Я отдам все вам, – торопливо продолжил мужчина, силясь вручить женщине и все остальные кольца. – Только откройте мне дорогу к кабине! Немедленно, сейчас же!

– Эй, какие-то проблемы? – Сонный, пожилой и добродушный на вид полицейский, должный обеспечивать здесь порядок, стряхнул с себя дрему и с явной неохотой поднялся со своего места. Добавил с нескрываемой угрозой: – Парень, а ну – успокойся! А то мигом в участок попадешь.

– В участок?

Мужчина широко распахнул глаза и уставился на полицейского с настоящей паникой. А затем взвыл в полный голос и ринулся прочь из здания.

– Больной какой-то, – пробормотала себе под нос служащая.

– Ты в порядке, Мег? – обеспокоенно спросил полицейский. – Он тебе ничего не сделал?

– Да, Джой, все хорошо. – Женщина покачала головой и посмотрела на кольца, которые загадочный незнакомец все-таки умудрился впихнуть ей в руки. Протянула с сомнением: – И что мне с этим добром делать?

– Да наверняка фальшивки, – проговорил Джой, подойдя ближе. – Таких крупных бриллиантов не бывает.

– Все равно это так просто не оставишь, – недовольно проговорила Мег. – Не выкидывать же. Вдруг этот сумасшедший примчится вновь и потребует их?

– Давай составим опись, – предложил полицейский. – Запечатаем в конверт и положим в ящик хранения забытых вещей. Вернется – получит все обратно.

И эта парочка отправилась к одному из письменных столов, стоявших поодаль.

– Интересно, какой дряни этот мужик напился, раз у него совсем мозги помутились, – проворчал неподалеку степенный мужчина в хорошо сшитом сюртуке. – А ведь молодой совсем. И тридцати нет.

– А я слышала, в высшем обществе сейчас уже не алкоголем балуются, – с неодобрением подхватила старушка напротив. – В газетах писали о настоях из каких-то растений, которые в буквальном смысле слова сводят людей с ума.

– Вообще-то, возможно, вы и правы, – согласился с ней господин. – Стаканчик старого доброго виски за ужином никому не повредит. Но во всем надо знать меру.

И окружающие меня люди с упоением погрузились в обсуждение пороков высшего общества.

А я тем временем встала. Дурное предчувствие даже после ухода загадочного незнакомца никак не унималось. Стал сильнее и неприятный запах чего-то тухлого. Даже странно, что остальные его не чувствуют. Если только…

– Извините, не присмотрите за вещами? – с виноватой улыбкой обратилась я к сидевшей рядом уставшей женщине в черном вдовьем наряде, которая баюкала на руках задремавшего ребенка. – Мне надо кое-куда. Ну, вы понимаете.

– Иди, милочка, иди, – шепотом разрешила она. Тяжело вздохнула, добавив: – Чувствую я, моя очередь лишь под ночь подойдет.

Я опять улыбнулась ей, теперь с благодарностью. Отыскала глазами табличку с указанием женской комнаты отдыха. И поспешила в ту сторону.

Было бы неплохо умыться и успокоиться.

Странно, но при таком количестве ожидающего своей очереди народа в комнате отдыха никого не было.

Здесь я провела гораздо больше времени, чем собиралась. Быстро завершив необходимые дела, я долго плескала холодной водой в разгоряченное лицо.

Тревога никак не унималась. Напротив, лишь усиливалась с каждой секундой. Меня била противная нервная дрожь.

– Да ладно тебе, Хельга, – прошептала я, глядя в зеркало. – Не трусь! Ты просто слишком расстроена письмом отца и своим скорым возвращением домой. А еще эта проклятая свадьба… Вот и чудится… всякое…

Подмигнула своему отражению в знак поддержки. И в этот момент все и произошло.

Мое отражение дрогнуло, пошло пьяными волнами, преображаясь на глазах. Нахлынул ужас. Резкий, липкий, противный.

И я увидела за своим плечом того странного мужчину, который не так давно выбежал прочь из зала ожидания.

Царапины на его лице больше не кровоточили. Кожа была настолько бледного цвета, что сомнений не оставалось – он мертв.

– Не надо, пожалуйста! – тихо взмолилась я, уже понимая, что последует дальше.

Увы, призрак просьбой не проникся. В отражении я увидела, как мужчина положил руку на мое плечо. Само прикосновение я не почувствовала, но кожа резко онемела в этом месте, а чужая воля полностью захватила власть над моим разумом.

Мое тело больше не повиновалось мне. Я против воли развернулась. Вышла из комнаты отдыха, но вместо того, чтобы вернуться в зал ожидания, отправилась дальше по коридору, углубившись в лабиринт служебных помещений.

Как назло, никто упорно не обращал на меня внимания. Никто не спросил, что я тут забыла, и не предложил помощи. Я стала словно невидимкой для остальных, хотя прошла мимо нескольких кабинетов с настежь распахнутыми дверьми, где кипела работа.

Достаточно скоро я подошла к черному выходу на улицу. Вышла через него в тесный узкий тупик вдали от оживленной улицы Индермейна, где располагался основной вход к кабинам магического перемещения.

Там я его и нашла. Мужчину, чей дух привел меня сюда.

Он лежал на спине, широко раскинув руки и ноги. Его мертвые невидящие глаза спокойно смотрели в далекое безоблачное небо.

Колени предательски затряслись, но я все-таки подошла ближе. Ощущение чужого присутствия в теле никак не уходило.

«Что тебе еще надо?» – спросила я мысленно.

Мои руки деловито охлопали карманы камзола. Наткнулись в одном из них на какой-то крупный амулет и вытащили его.

Сердце мое замерло от осознание того, что я делаю. О небо, это же самый настоящий грабеж! Если кто-нибудь меня на этом поймает, то тюрьмы точно не избежать.

Между тем черный камень, заключенный в серебряную изящную оправу, вдруг засветился на моей ладони. Первым моим порывом было отбросить амулет куда подальше, но пальцы лишь плотнее сжались на нем.

– Какого демона у тебя происходит, Доминик?

От испуга я чуть не взвизгнула – так громко и неожиданно раздался голос. Воздух около тела незнакомца сгустился, преображаясь порталом, и я увидела высокого темноволосого худощавого мужчину в черном камзоле с изысканным шитьем явно ручной работы.

При виде меня он осекся. Широко распахнул глаза.

– А ты еще кто такая? – спросил сухо и требовательно. – И где Доминик? Его дворецкий сообщил мне, что у того в кабинете сущий бедлам и беспорядок.

В этот момент дар речи вернулся ко мне.

– Это Доминик? – спросила робко, кивком указав на обнаруженное тело.

Незнакомец проследил за моим взглядом. Громко и от души выругался, да так грубо, что мои щеки сами собой вспыхнули румянцем.

Ого! Никогда таких выражений не слышала.

– Ты его убила? – Мужчина опять посмотрел на меня, и в его прохладных синих глазах полыхнула жаркая ярость.

– Нет, что вы, – пролепетала я. – Я… Я случайно его нашла…

И замялась в нерешительности.

Будет очень тяжело объяснить, что я забыла в этом проклятом тупике, куда, по-моему, вообще крайне редко кто-нибудь заглядывает. Попробуй еще придумать приемлемую причину, по которой я последовала за этим самым Домиником из зала ожидания. А еще почему я достала амулет связи из камзола жертвы.

– Где? – Мужчина шагнул ко мне, да так стремительно, что чары отчаянно затрещали, едва не разорвавшись. Недовольным взмахом руки он усмирил заклинание и повторил вопрос: – Где тело?

– Задний двор здания магических перемещений, – честно ответила я.

– Оставайся там, – повелительно обронил мужчина. – Скоро буду.

И заклинание исчезло.

Ага, как же, останусь я тут.

Осознав, что власть над телом полностью ко мне вернулась, я осторожно положила амулет на грудь несчастному Доминику. Выпрямилась и готова была уже улепетывать куда глаза глядят, как рядом внезапно и без предупреждения распахнулся сверкающий портал локального переноса.

А вот теперь я не выдержала и все-таки взвизгнула в полный голос. Потому что до этого момента лишь читала о подобных способах перемещения в пространстве, но никогда не видела ничего подобного.

Тугая волна энергии ударила меня в грудь с такой силой, что я лишь чудом удержалась на ногах. И через портал выступил тот самый мужчина, с которым я говорила через амулет связи.

Я попятилась, не отрывая от него испуганного взгляда. Как он это сделал? Ведь на подобное необходима целая прорва энергии.

– Даже не думай бежать, – коротко обронил мужчина, как будто прочитал мои мысли.

Присел около тела незнакомого мне Доминика, приложил пару пальцев к его шее, явно пытаясь нащупать пульс. Опять выругался, правда, уже тише. И выпрямился, внимательно посмотрев на меня.

– Честное слово, это не я! – торопливо выдохнула я. – Я… Я просто мимо шла.

Мужчина обвел красноречивым взглядом глухие стены домов, выходивших на этот тупик. Покосился на гору мусора неподалеку, где деловито копошились крысы, и многозначительно приподнял бровь, опять уставившись на меня.

– Вот так получилось, – ляпнула я.

Прозвучало глупо, но иного объяснения дать я все равно не могла.

– И на этом я бы предпочла вернуться в зал магических перемещений, – продолжила я чуть смелее. – Моя очередь подходит…

Замолчала, когда мужчина издал короткий язвительный смешок.

– Детка, понятия не имею, кто ты и как тебя зовут, – проговорил негромко, но с нажимом. – Но и мечтать не смей покинуть город в ближайшее время. А сегодняшний вечер ты вообще проведешь в моей компании, отвечая на мои вопросы.

– А кто вы вообще такой? – возмутилась я. – И с какой стати я должна выполнять ваши приказания?

– Лорд Максимилиан Детрейн к твоим услугам, – коротко обронил незнакомец, и кровь в моих жилах немедленно заледенела от ужаса.

Ох, это имя было мне слишком хорошо знакомо! И хуже ситуации представить просто невозможно!

Глава вторая

В кабинете, куда меня привел лорд Максимилиан Детрейн, было очень тихо и спокойно.

Я угрюмо понурилась на самом краешке кресла, то и дело тяжело вздыхая.

Поверить не могу, что угодила в такую историю! Верно говорят, что несчастье не приходит одно. Сначала отец с его требованием немедленно вернуться домой и сообщением о скорой свадьбе. Потом Доминик, дух которого привел меня прямо к месту своего окончательного упокоения. Да еще и встреча с прославленным лордом.

Лорд Максимилиан Детрейн входил не просто в потомственную аристократию Ардеша. Он был одним из представителей так называемых высших родов, коих всего насчитывалось три.

Род Детрейнов. Род Виндоров, между прочим, королевский. И род Гессенов.

Все три рода вели свое начало от прославленных колдунов прошлого и яро кичились чистотой крови. Но если Виндоры со временем ушли от изучения магии, погрузившись в государственные заботы, то Детрейны и Гессены, напротив, и не думали оставлять свои магические эксперименты. Причем первые специализировались исключительно на темной магии, естественно, в разрешенных пределах, чаще всего увлекаясь некромантией. А вот вторые – на светлой, такой как целительство и артефактология.

Не могу сказать, чтобы эти рода враждовали. Но определенная напряженность в отношениях между их представителями всегда присутствовала. Все обострилось несколько лет назад, когда Детрейны и Гессены решили породниться, видимо, вняв уговорам короля, его величества Калеба Первого. Правда, в итоге все закончилось плохо. Насколько я знала из газет, взахлеб писавших об этом событии, лорд Максимилиан Детрейн просто взял – и не явился на свадьбу с леди Эстер Гессен. И некоторое время все журналисты королевства изощрялись в самых невероятных предположениях, с какой стати это произошло. Однако истинные причины срыва брачной церемонии так и остались тайной.

Я опять вздохнула и украдкой поежилась. Никогда бы не подумала, что однажды встречусь с постоянным героем светской хроники лицом к лицу.

Любопытно, а кем был этот Доминик, раз его смерть заинтересовала самого Максимилиана Детрейна?

В этот момент дверь скрипнула и открылась. Я немедленно выпрямилась, увидев, как в кабинет входит лорд собственной персоной.

– Никто ничего не слышал, никто ничего не знает, – раздраженно фыркнул он и небрежно бросил около кресла мой саквояж. Хмуро спросил: – Твои вещи?

– Да, – пробормотала я.

– Давай, выкладывай! – потребовал Максимилиан, подойдя ближе. Правда, садиться не стал, вместо этого оперся рукой на спинку кресла напротив. Спросил отрывисто: – Почему ты оказалась около тела Доминика?

– Я уже все рассказала, – еще тише проговорила я. – Это случайно вышло. Я… Я просто проходила мимо.

– Ага, так я и поверил, – раздраженно фыркнул лорд. – Детка, я разговаривал с людьми в зале. Женщина, которая согласилась посторожить твое барахло, сказала, что ты вышла в уборную комнату. Почти сразу после того, как перепуганный до смерти Доминик бросился бежать, так и не получив желаемого.

– Ну… да, – подтвердила я, отчаянно пытаясь сообразить, как же сделать мою историю убедительной.

– Будешь врать, что заблудилась по дороге туда? – Максимилиан изогнул бровь. – Тебе пришлось пройти через все здание, чтобы добраться до служебного выхода. И – вот ведь неожиданность! – там ты и наткнулась на несчастного Доминика.

– Я действительно заблудилась. – Носом я почти уткнулась в свою грудь, страшась ответить на взгляд взбешенного лорда. – Сама не понимаю, как это получилось.

А в следующее мгновение ледяная нить чужих чар перехватила мое горло. Сжалась – и против воли я запрокинула голову, уставившись на лорда Детрейна.

– Детка, – процедил он с легкой ноткой презрения. – Я ненавижу ложь. Или ты начнешь говорить правду. Или прямиком отсюда отправишься в камеру предварительного содержания. И проведешь ночь в компании с самыми грязными отбросами общества. Полагаю, это развяжет тебе язык.

– Не надо, – жалобно пискнула я, когда нить чуть-чуть расслабилась. – Мне нельзя в тюрьму. Меня дома ждут. – И добавила совсем горько: – Я на свадьбу опаздываю. Свою.

– На свою свадьбу? – Лорда Детрейна аж передернуло от этого слова, как будто оно было ему очень неприятно. Обронил с кривой снисходительной ухмылкой: – Ну вот если перестанешь маяться дурью и начнешь говорить правду – то успеешь к жениху в срок. Кто я такой, чтобы мешать счастью влюбленных.

Это оказалось чересчур для моих истерзанных нервов. И первая слезинка все-таки упала с моих ресниц. А затем они покатились нескончаемым градом.

– Вот только разжалобить меня не надо пытаться, – проговорил Максимилиан. Правда, голос его при этом слабо, на самой грани восприятия, все же дрогнул. Добавил презрительно: – Детка, женские слезы меня давно не трогают.

– Вообще-то, у меня есть имя, – всхлипнув, огрызнулась я. – И вы не имеете никакого права…

– О, моя дорогая, ты даже не представляешь, на что я имею или не имею права, – оборвал меня лорд. Кашлянул и продолжил чуть мягче: – Ладно, успокойся. Я ни в чем тебя не обвиняю. Пока, по крайней мере. Если честно, я практически уверен в том, что ты не имеешь к смерти Доминика никакого отношения. Однако я по-прежнему не понимаю, как ты умудрилась найти его тело.

Легко сказать – успокойся! Да тяжело сделать. Я изо всех сил пыталась остановить град слез, но они и не думали униматься.

– Держи. – И мне на колени опустился тонкий батистовый платок с вышитой в углу монограммой – сложно переплетенными буквами «М» и «Д».

– Спа… спасибо, – выдохнула я.

Уткнулась лицом в ткань, от которой приятно пахло чем-то древесным с легкой ноткой травяной свежести.

Лорд Детрейн терпеливо дождался, когда я немного успокоюсь. Более того, плеснул в стакан воды из графина, стоявшего на столе, и протянул мне, когда я в последний раз промокнула глаза и наконец-то отняла платок от лица.

Я не стала отказываться и сделала несколько жадных глотков.

– Прости, я и в самом деле вел себя жестковато, – неожиданно извинился Максимилиан. – Но и ты должна понять. Сегодня погиб мой лучший друг. И я очень хочу найти убийцу. Причем найти его в кратчайший срок. И сам. До того, как это сделает полиция. Потому что я алчу возмездия!

Ого, как он заговорил!

В последней фразе лорда зазвенела самая настоящая сталь выхваченного клинка. И мне заранее стало жалко убийц. Уверена, что темный лорд жестоко покарает виновных за смерть своего друга.

– Я понимаю, – прошелестела я.

– Так как тебя зовут? – Максимилиан все-таки опустился в кресло. Устало откинулся на спинку, не спуская с меня внимательного взгляда.

– Хельга. – Я кашлянула и добавила: – Хельга Биглс.

– Биглс? – Лорд задумчиво нахмурился. Протянул с сомнением: – Знакомая фамилия.

– Не думаю, – осторожно возразила я. – Мой отец относится к первому поколению младшего дворянства. Вошел в него, когда женился на моей матери. Но в Индермейне, насколько мне известно, он никогда не бывал. И уж тем более не был представлен ко двору. У нас имение в ста милях к северу от столицы.

– Как будто я знаю только людей, которые представлены ко двору, – резонно заметил Максимилиан, продолжая хмуриться. Но почти сразу мотнул головой, как будто прогонял какую-то навязчивую мысль, и продолжил с любопытством: – Но да ладно, Хельга. Лучше расскажи мне, что ты забыла так далеко от родного имения. Да еще одна. Без компаньонок и слуг. Только опять не ври, что ты просто решила прогуляться по столице. Все равно не поверю. В противном случае твой отец слишком рисковый человек. Отпускать молодую красивую дочь в большой город без сопровождения… Иначе как безрассудством я это назвать не могу. – Запнулся, как будто осененный какой-то идеей, и после короткой паузы с нескрываемой иронией поинтересовался: – Или ты сбежала из дома? И спешишь к возлюбленному, с которым у тебя назначена свадьба? Что, отец не оценил твоего выбора?

– Нет, что вы! – Я вспыхнула от смущения. Произнесла подчеркнуто строго: – Вообще-то, я два года провела в пансионе для девиц из благородных семейств…

– Два? – перебил меня лорд, опять сдвинув брови. – Почему так мало? Насколько мне известно, стандартный договор заключают на пять лет.

– Потому что вчера вечером я получила письмо от отца, – неохотно призналась я. – Вот.

И выложила на стол смятый листок бумаги.

Лорд взял его в руки. Пробежал быстрым взглядом и тихонько присвистнул.

– Как понимаю, отношения с отцом у тебя так себе, – заметил негромко. – Но все равно. Почему он не прислал за тобой кого-нибудь из слуг?

– Видимо, не посчитал нужным. – Я пожала плечами. – И потом, я бы все равно не сумела сбежать из города. При поступлении в пансион у каждой девушки берут слепок ауры как раз на случай возможных побегов.

– Вообще-то, я говорю про другое, – мягко произнес лорд. – Прежде всего меня удивляет то, что твой отец не побеспокоился о твоей безопасности. В Индермейне, конечно, много полиции. На больших улицах тут совершенно безопасно. Однако молоденьким девицам даже в крупных городах ухо надо держать востро. – Пару раз ударил размеренно по письму кончиками пальцев, после чего добавил: – Но любопытно, что ты первым делом заговорила про побег. Должно быть, сама обдумывала эту мысль. Не так ли?

Этот вопрос я предпочла проигнорировать. Опустила голову, опять ощутив, как щеки заливает предательская теплота.

– Ага, значит, так и есть, – верно истолковал мое молчание лорд Детрейн. – Ну что же. Теперь понятно, что ты делала в здании магических перемещений. И раз уж теперь у нас завязался нормальный разговор – то поведай мне и про Доминика.

Я тут же сжалась, вся понурившись.

– Женщина, которую ты попросила посторожить вещи, сказала, что ты уже была в зале, когда ворвался Доминик, – сказал Максимилиан. – К тому же в пансионе хранится слепок твоей ауры, по которой будет очень легко отследить все твои передвижения по городу. Поэтому теперь я абсолютно уверен в том, что ты не имеешь отношения к смерти моего друга. Но как ты нашла его тело? Как будто тебя привел туда кто-то.

Хоть я и старалась сохранять самообладание, но все равно вздрогнула. Потому что Максимилиан удивительно точно угадал, как дело обстояло в реальности.

– Неужели я прав? – Лорд высоко вскинул брови, и я поразилась его наблюдательности. – Тебя привел туда кто-то?

– Можно сказать и так, – уклончиво ответила я.

– И кто же?

Я с такой силой вцепилась в платок лорда, который пока не вернула, что едва не разорвала его на мелкие клочки. Пальцы предательски тряслись.

Неужели мне придется признаться в том, что у меня есть магический дар? Это же… Постыдно. В пансионе нам усердно втолковывали, что девушка из благородной семьи не может быть колдуньей. Магия – прерогатива мужчин и только их. Женщинам позволено быть целительницами. Да и то в самых крайних случаях, когда другим способом на жизнь заработать невозможно. Поэтому колдуньями становились лишь девушки из самых бедных слоев населения. Если дама из обеспеченной семьи признается в наличии у себя какого-либо дара – то тем самым навлечет позор на всех своих родных.

И ладно бы я действительно могла исцелять. С этими способностями общество пусть неохотно, но мирилось. Но я…

– Хельга, я не люблю повторять вопросы.

В следующее мгновение я ощутила, как костяшка указательного пальца лорда Детрейна пребольно надавила на мой подбородок. Помимо воли подняла голову и растерянно заморгала, уставившись в его спокойные синие глаза.

Почему я не услышала, как он встал и подошел ко мне?

– Давай не будет ссориться, – мурлыкнул лорд, не отводя от меня странно напряженного взгляда. – Я хоть и равнодушен к женским слезам, но они мне все-таки не нравятся. Не хочу, чтобы ты опять расплакалась.

– Я тоже не хочу, – испуганно пискнула я.

– Вот и отлично. – На дне зрачков лорда промелькнула быстрая усмешка. – Итак, Хельга. Кто привел тебя к телу Доминика?

– Вы ведь все равно не поверите мне, – тоскливо протянула я.

– С чего вдруг такая уверенность? – Максимилиан чуть усилил нажим своего пальца, почувствовав, что я вновь пытаюсь опустить голову. – Как человек, имеющий высшую степень посвящения в темную магию, я с легкостью могу отличить правду ото лжи.

Ого! Не подозревала даже, что есть люди с подобным умением.

И я решилась. Все равно он истребует от меня ответ. Рано или поздно, так или иначе. Будет хуже, если я продолжу упрямиться.

– Ваш друг сам привел меня, – прошептала я и замерла, готовая к тому, что лорд Детрейн недоверчиво рассмеется.

– Вот как? – Как ни странно, но в голосе Максимилиана почти не слышалось изумления, как будто он ожидал что-то наподобие этого. И он на удивление мягко попросил: – Расскажи, пожалуйста, подробнее.

– Понимаете, я… – постоянно запинаясь, залепетала я. – Ну… Я иногда вижу… Мертвых.

Замолчала, со страхом вглядываясь в непроницаемое лицо лорда Детрейна. Так и кажется, что он сейчас с отвращением скривится. Девушка и подобный дар – суть два взаимоисключающих понятия! Если только она не продала душу Двурогому богу.

– Продолжай, – прошелестел Максимилиан. – Я очень внимательно тебя слушаю.

– Я действительно вышла в женскую комнату отдыха, – послушно заговорила я опять. – Хотела умыться и немного прийти в себя. На самом деле, вашего друга убили не здесь.

– То есть – не здесь? – не выдержав, перебил меня лорд. – Хочешь сказать, все свидетели врут?

– Нет, конечно, они не врут, – поторопилась я возразить. – Ваш друг действительно ворвался в зал и просил немедленно пропустить его к кабинам перемещения. Но в этот момент он уже был мертв внутри. И даже самый опытный и искусный целитель не сумел бы ему помочь. Думаю, он сам это прекрасно осознавал, но отчаянно старался обмануть смерть, резко переместившись куда-то.

– Я все-таки не совсем понимаю.

И Максимилиан выразительно вскинул бровь. Наконец-то убрал руку от моего подбородка, но в кресло не вернулся. Так и остался стоять рядом, склонив голову к плечу и внимательно глядя на меня сверху вниз.

– Запах, – пояснила я. Глубоко вздохнула и дальше заговорила уже ровно и спокойно, постаравшись умерить волнение. Все равно в самом страшном я уже призналась. – Запах сопровождает всех призраков. И поверьте мне, это очень неприятный запах, который ни с чем не перепутаешь. Сначала я чувствую его – и уже потом вижу душу. В случае с вашим другом я тоже почувствовала запах. А потом Доминик ворвался в зал и устроил скандал. Когда он убежал в панике, ничего не добившись, запах остался. И я решила умыться. Подумала, что это поможет мне успокоиться. Но лучше не стало.

Опустила глаза на платок, который все еще сжимала в руках. Досадливо цокнула, увидев, как сильно его измяла. Да уж. Возвращать такую тряпку даже стыдно.

– Дальше, – сухо потребовал Максимилиан.

– Уже в комнате отдыха я опять увидела вашего друга, – послушно продолжила я. – Но уже как призрака. Я знала, зачем он пришел ко мне. Души недавно упокоенных каким-то образом чувствуют меня. Чаще всего хотят показать место своей смерти. Вот и Доминик повел меня туда. Я надеялась, что по дороге меня кто-нибудь остановит. Но никто не обратил на меня ни малейшего внимания, – горько скривила губы и прошептала чуть слышно: – Иногда мне кажется, что в подобные моменты я сама становлюсь кем-то вроде призрака. Люди предпочитают не замечать меня в упор.

Максимилиан неопределенно хмыкнул. Наконец-то отвел от меня глаза и медленно вернулся к креслу.

– Именно под влиянием Доминика я достала из кармана его камзола камень связи, – негромко завершила я. – А потом появились вы. Вот и все.

– Ясно, – бесцветно обронил лорд Детрейн, глядя куда-то поверх моей головы.

Несколько минут в кабинете было тихо. Я украдкой облизнула пересохшие губы и посмотрела на опустевший стакан. Не отказалась бы сейчас промочить горло.

Максимилиан, однако, каким-то образом все-таки угадал мое желание. Все так же не глядя на меня, поднял графин и наполнил стакан вновь. Подвинул его ко мне в безмолвном разрешении.

– Спасибо, – благодарно шепнула я. Отпила немного и, чуть осмелев, спросила: – Так я могу быть свободна? Отец ждет меня.

Лорд Детрейн искоса кольнул меня острым, словно стилет, взглядом, и я выпрямилась в тревожном ожидании его вердикта.

– Боюсь, тебе придется задержаться в Индермейне, – проговорил негромко после короткой паузы.

– Но почему? – Я расстроенно всплеснула руками. – Я рассказала вам чистую правду! Ничего не утаила!

– И я тебе верю, – спокойно подтвердил лорд Детрейн. – Но, дорогая моя, до окончания расследования тебе лучше побыть здесь.

– Но мой отец… – запротестовала я.

– Разговор с твоим отцом я беру на себя, – сказал, как отрезал Максимилиан. Неприятно ухмыльнулся и вкрадчиво поинтересовался: – Или тебе так не терпится сыграть свадьбу с мужчиной, которого ты никогда в жизни не видела?

Не в бровь, а в глаз, что называется. И я угрюмо насупилась.

Лорд весело фыркнул, без особых проблем угадав мой ответ на его вопрос. Но тут же посерьезнел и посмотрел на дверь.

Я удивленно проследила за направлением его взгляда. Почему он туда так уставился? Как будто ждет чего-то…

Не успела я додумать эту мысль, как дверь без стука распахнулась, и в кабинет быстрым шагом ворвался незнакомый мне мужчина. Такой же высокий, худощавый, как лорд Детрейн, но со светлыми волосами и темными глазами.

– Макс, мои глубочайшие соболезнования! – выпалил он.

В один гигантский шаг преодолел расстояние, разделяющие двух мужчин. И вдруг крепко обнял лорда Детрейна.

Мои брови немедленно взметнулись вверх. Ого! Полагаю, это какой-то его очень близкий друг. Вряд ли кому-то еще позволено называть темного лорда с такой фамильярностью.

– Спасибо, Дагмер, – сдержанно отозвался Максимилиан, несколько раз хлопнул по плечам новоприбывшего и отстранился.

– Поверить не могу, что Доминик мертв. – Блондин покачал головой. – Какая жуткая трагедия. Особенно для тебя. Вы ведь были лучшими друзьями.

– Ты прекрасно знаешь, что мы несколько лет не общались, – неожиданно возразил ему лорд Детрейн.

– Ой, да ладно тебе. – Дагмер издал короткий язвительный смешок. – Все ваши ссоры из-за женщин рано или поздно завершались примирением.

– На этот раз примириться мы не успели, – с затаенной грустью ответил Максимилиан. С нажимом добавил, когда собеседник вскинулся еще что-то сказать: – И довольно об этом. Мы не одни.

После чего перевел на меня многозначительный взгляд.

Блондин в свою очередь посмотрел на меня с нескрываемым любопытством.

– А это что за милашка? – полюбопытствовал негромко. – Или ты уже раскрыл убийство?

– Это свидетельница, – ответил Максимилиан. – Госпожа Хельга Биглс.

– Биглс? – Между бровей Дагмера прорезалась тонкая морщинка. – Знакомая фамилия.

Я смущенно заерзала в кресле. Ничего не понимаю! Откуда в столице так хорошо знают фамилию моего отца? Я уверена, что он уже много лет не покидал пределы имения.

– Не суть важно, – сухо проговорил лорд Детрейн. – Именно она обнаружила тело Доминика.

– Неужели? – Взгляд Дагмера ощутимо потяжелел. – Крайне любопытно. И как это ей удалось, хотелось бы мне знать? Мои ребята сказали, что место там весьма уединенное и хорошо скрыто от посторонних глаз.

– Поверь, она не имеет к убийству Доминика никакого отношения, – поторопился заверить его Максимилиан. В свою очередь поинтересовался: – Что еще сказали твои ребята?

– Пока осматривают место преступления, – коротко обронил Дагмер. – По их словам, ты присутствовал на опросе свидетелей, поэтому передавать их показания смысла нет. – Помолчал немного и отрывисто спросил: – И все-таки, что говорит девица? Какого демона ее в этот тупик понесло?

– Дагмер, я уже сказал, что она не причастна к случившемуся, – мягко проговорил Максимилиан. – Считай, что ее вела интуиция.

– В которую ни ты, ни я не верим. – Дагмер сделал шаг по направлению ко мне, хищно прищурившись. И я опять виновато понурилась, предчувствуя новый раунд допроса.

– Не стоит.

Максимилиан вдруг скользнул вперед, встав между мной и Дагмером.

– Даг, неужели ты не веришь моим словам? – поинтересовался вроде спокойно, но мое сердце сжалось от непонятного волнения. – Девчонка – ни при чем. Отстань от нее.

– Я в любом случае должен записать ее показания, – проговорил Дагмер. – Макс, при всем моем уважении, но расследование веду я. И не тебе указывать, с кем мне говорить, а с кем нет.

– Я уже передал тебе все ее показания, – так же сухо отозвался лорд Детрейн. – Тело Доминика она обнаружила совершенно случайно.

– Тогда каким образом ты оказался так быстро на месте преступления? – спросил Дагмер. – Ведь полицию вызвал именно ты.

– Она заметила, как светится амулет связи, взяла его в руки – и я увидел мертвого Доминика, – ответил Максимилиан. – Ну а дальше активировал портальный амулет и перенесся к ней. И, кстати, предупреждая твой дальнейший вопрос, – да, я переживал за Доминика. За несколько минут до этого со мной говорил его дворецкий. Сказал, что в его кабинете полный бедлам. Все перевернуто вверх дном. Вот я и хотел узнать, что происходит.

– Стало быть, несколько лет ты с ним не общался, – медленно протянул Дагмер. – И решил поговорить именно сегодня. В тот день, когда его убили.

– Ты меня в чем-то подозреваешь?

Я невольно вжалась в спинку кресла. Лорд Детрейн задал вопрос очень ровным тоном, но мельчайшие волоски на моем теле немедленно встали дыбом.

Воздух в комнате мгновенно сгустился до невозможности и наполнился энергией до таких пределов, что казалось: щелкни лишь пальцами – и произойдет настоящий взрыв.

– Нет, конечно, я тебя не подозреваю, – спустя томительную вечность ожидания Дагмер с усилием растянул губы в кривой усмешке. – Но Макс – не лезь в это дело. Ты был в серьезной ссоре с Домиником. Как ни крути, но ты слишком заинтересованное лицо. Я просто не имею права подпускать тебя к расследованию.

– Я понимаю, – совершенно без эмоций отозвался лорд Детрейн.

– Стало быть, ты уверен, что девчонка ни при чем? – Дагмер опять искоса кольнул меня быстрым взглядом.

– Слово чести, – тут же ответил Максимилиан.

– Я верю тебе. – Дагмер выдавил еще одну нервную усмешку. – Но в упор не понимаю, с чего вдруг ты так рьяно защищаешь ее от допроса. Вообще-то, людей на них я не пытаю.

– Но проводишь допросы жестко, а иногда и жестоко. – Лорд Детрейн пожал плечами. – Считай, что она мне понравилась. Хочу сберечь ей нервы.

– Понравилась?

Теперь Дагмер улыбнулся широко и от всей души. Насмешливо посмотрел на меня, и я закономерно зарумянилась.

Что-то мне не очень нравится то, как повернулся разговор.

– Ладно, закроем тему, – великодушно предложил Дагмер. – Однако пообещай, что если откроются какие-нибудь новые обстоятельства – я все-таки сумею задать твоей протеже пару вопросов. Пусть даже и в твоем присутствии.

– Обещаю, – без тени сомнений отозвался лорд Детрейн.

– Договорились.

Дагмер первым протянул руку Максимилиану. Тот тут же принял ее. И после короткого рукопожатия столь странная сделка была заключена.

– Езжай домой, приятель, – проговорил Дагмер намного мягче. – Выпей сегодня как следует за упокой души Доминика. В свою очередь даю тебе слово, что кину на поиски его убийцы все полицейские силы Индермейна. Кто бы это ни сделал – он в кратчайший срок будет найдет.

– Пожалуй, так и сделаю. – Лорд Детрейн вдруг шагнул к креслу, в котором я все это время сидела. Легко подхватил мой саквояж и повелительно бросил: – Хельга, за мной!

– Но… – запротестовала я, обмерев от ужаса.

Как это – за ним? Куда? Меня ведь отец ждет!

А в следующее мгновение у меня в голове раздался четкий голос лорда.

«Не спрашивай и не сопротивляйся, – сказал он с нажимом. – Потом объясню».

Я крепко вцепилась в подлокотники кресла. Вот ни на каплю не успокоил, что называется! С какой стати я должна с ним куда-то идти?

«Если останешься – то Дагмер вцепится в тебя, словно клещ в бродячую собаку, – с легкой ноткой угрозы предупредил Максимилиан. – Смотри, от нетерпения начать допрос аж приплясывает. И поверь мне. Если он узнает, что ты обладаешь столь примечательным даром видеть мертвых – покоя больше не жди».

«В смысле?» – растерянно спросила я, продолжая мысленный диалог.

«Я уже сказал – потом объясню».

Я покосилась на Дагмера. Он ответил мне широкой доброжелательной улыбкой. Но вот глаза его при этом были холодными и цепкими. Пожалуй, лорд Детрейн прав. Оставаться наедине с этим блондином я точно не хочу.

– Вы очень любезны, лорд Детрейн, – пролепетала я и поднялась из кресла. – Но я сама смогу отнести свои вещи…

– Да брось, – перебил он меня. – Еще не хватало, чтобы при мне девушка сумки тяжелые таскала.

Справедливости ради, мой саквояж совсем не был тяжелым. Большим количеством вещей за два года жизни в пансионе я не сумела бы обзавестись при всем желании – отец высылал мне денег по самому минимуму. Поэтому домой я везла лишь перемену белья да пару платьев. Таких же серых и невзрачных, что было на мне сейчас.

Но протестовать я не осмелилась. Вместо этого покорно наклонила голову, соглашаясь с лордом.

Но следующий поступок Максимилиана ошарашил меня гораздо больше. Потому что он вдруг в галантном жесте протянул мне руку.

Я уставилась на него с небывалым изумлением, не понимая, что ему от меня еще надо.

– Ну же, моя дорогая, не бойся меня так. – В уголках губ лорда затлела слабая улыбка. И он, не дожидаясь, пока я приду в себя, сам крепко взял меня за руку, как будто опасался, что я могу сбежать.

Теплые пальцы Максимилиана твердо, но не больно сомкнулись на моем запястье. И он повел меня прочь из кабинета.

– До скорой встречи, госпожа Хельга Биглс, – прозвучало мне в спину уже на самом пороге от Дагмера.

– И тебе не хворать, – вместо меня ответил лорд Детрейн, увлекая меня за собой.

Но все то время, пока за нами не захлопнулась дверь, я ощущала на своей спине тяжелый немигающий взгляд Дагмера.

Глава третья

Всю дорогу до выхода из здания магических перемещений лорд Детрейн сохранял молчание. Я тоже не смела первой прервать затянувшуюся паузу, с любопытством наблюдая за тем, как по прежде пустынным коридорам теперь деловито снуют люди в черной полицейской форме.

Лорд Детрейн не отпускал мою руку до самого крыльца здания. Но и там лишь крепче сжал мое запястье, когда я нерешительно попыталась высвободиться из его хватки. Быстро спустился по ступенькам и остановился, завертев головой в разные стороны, как будто кого-то пытаясь найти.

К этому времени уже начало темнеть. Яркий желтый свет фонарей успешно боролся с первыми робкими лиловыми тенями майского прохладного вечера. И невольно я порадовалась, что утром надела платье с длинными рукавами, а поверх его накинула теплый жакет. Иначе замерзла бы на свежем ветерке.

– Лорд Детрейн, – немного осмелев, заговорила я. – Большое вам спасибо за то, что вы освободили меня от необходимости повторного допроса. Но, если честно, я не совсем понимаю, куда вы меня ведете. Я бы предпочла вновь занять очередь и все-таки покинуть Индермейн в самые кратчайшие сроки…

Осеклась, когда Максимилиан неожиданно издал короткий саркастический смешок.

– Хельга, я уже сказал, что тебе придется задержаться в городе, – коротко бросил он. – Нравится тебе это или нет, но я бы предпочел, чтобы ты была рядом со мной.

– Но… – растерялась я. – Отец…

– И про это я тебе тоже сказал, – напомнил лорд Детрейн. – Все проблемы с твоим семейством я беру на себя… – Запнулся и через мгновение радостно воскликнул: – Ага, наконец-то!

И перед нами остановилась черная карета с фамильным гербом рода Детрейнов на дверцах – очень натуралистично нарисованным черепом в обрамлении длинных языков пламени.

С облучка спустился возница, которому Максимилиан небрежно кинул мой саквояж. Затем лорд галантно распахнул передо мной дверцу и даже отвесил легкий полупоклон.

– Прошу, – проговорил вежливо.

Если честно, принимать его предложение совершенно не хотелось. Куда он собирается меня везти?

– Впервые встречаю настолько недоверчивую особу. – Лорд Детрейн укоризненно покачал головой. Поймал мой взгляд и мягко приказал: – В карету.

Его зрачки вдруг хищно сузились. Затем запульсировали в каком-то рваном ритме, и моя голова резко закружилась. Мир вокруг как будто покачнулся.

Неприятное ощущение вряд ли продлилось больше нескольких секунд. Однако когда оно исчезло – я с немалым удивлением обнаружила, что сижу в карете напротив лорда Детрейна.

– К-как? – От нахлынувшего возмущения я стала даже заикаться. – К-как у вас это получилось?

– У высших лордов свои магические секреты, – с пафосом заявил тот. – Которые мы предпочитаем держать при себе.

– Но это же что-то из ментального, – не унималась я. – Разве подобные чары разрешены в Ардеше?

– Ты знаешь про существование ментальных чар? – в свою очередь изумился лорд Детрейн. – Откуда?

– Читать люблю, – дала я самый очевидный ответ.

И, к слову, даже не особо покривила при этом душой. За последние два года я действительно очень много читала. И своей привычкой, к слову, вызывала немалое неудовольствие у директрисы и воспитательниц. По общему мнению, лишние знания лишь портили характер их подопечных и уменьшали шансы последних на удачное замужество, что, в свою очередь, считалось самым заветным желанием любой здравомыслящей и правильно воспитанной девушки. Мол, будешь много знать – начнешь много умничать, а следовательно, раздражать мужа неуместными замечаниями. Главные достоинства женщины – это умение вести домашнее хозяйство, обеспечение беззаботного приятного быта супруга и уход за детьми. Все остальное – ненужная и даже опасная блажь.

Однако мне повезло. Библиотекой у нас ведала госпожа Кларисса Тереон. Старая дева, которая никогда не была замужем. Возможно, кстати, именно из-за своей самозабвенной любви к чтению. Однажды она заметила, с каким жадным любопытством я разглядываю книжные полки, когда готовила очередной скучнейший реферат на кулинарную тему. Вроде бы, должна была составить правильный и здоровый рацион для предполагаемого супруга с очень чувствительным пищеварением. И в стопке принесенных мне по запросу книг подсунула какой-то приключенческий роман. Якобы по ошибке.

Стоит ли говорить, что в библиотеке я тогда просидела до самого позднего вечера, пока не дочитала последнюю страницу. На следующий день получила за неподготовленный реферат строгий выговор от воспитательницы. И вновь отправилась в библиотеку.

С того времени я проводила там любую свободную минуту. Читала запоем, благо, что госпожа Кларисса всегда прикрывала меня от неожиданных визитов воспитательниц. Стоило мне услышать ее осторожное покашливание, как я мгновенно прятала неположенные книги и невидящим взглядом принималась буравить разрешенные для изучения, дожидаясь, когда проверка уйдет.

Только ей я доверила свой самый страшный секрет. Это произошло сразу после моего досрочного возвращения из родного дома с каникул. Я тогда была такой расстроенной и подавленной, что госпожа Кларисса вызвала меня на разговор. Правда, она думала, что я поругалась с новой женой отца. Однако я выложила ей все как на духу. Про то, как в холодном поту сидела ночью на кровати, прижимая к груди одеяло, и с ужасом слушала, как из коридора меня зовет погибшая мать, умоляя открыть дверь и впустить ее.

Вопреки моим страхам, госпожа Кларисса не ужаснулась рассказу и не посмеялась над ним, сочтя выдумкой. Выслушала очень внимательно, а затем посоветовала никогда и никому больше не говорить про свой дар. Сказала, что если об этом узнают остальные – то покоя мне не дадут. Скорее всего, решат, что я крупно нагрешила, а следовательно, начнут таскать в храм и заставлять отмаливать грехи перед алтарем Светлой богини. Или же подумают, что у меня с головой проблемы. Тогда на долгие годы, если не навсегда, отправят в лечебницу для душевнобольных, где обожают лечить розгами да голодом. Но в любом случае сообщат обо всем моему отцу. И кто знает, что он со мной сделает. Поэтому мне лучше помалкивать обо всем увиденном и услышанном.

Именно Кларисса и принесла мне на следующий день потрепанный томик, где рассказывалось про основные виды магического искусства. Я прочитала его взахлеб от корки до корки. А затем была еще одна книга про колдовство. И еще одна…

В общем, директриса Матильда Патерсон точно бы поседела от ужаса, если бы узнала, какими опасными знаниями была наполнена моя голова.

– Да, тяжелая жизнь у тебя была, – проговорил лорд Детрейн. И в его тоне я вдруг явственно услышала сочувствие.

Я приглушенно ахнула, осознав, что все это только что выложила ему вслух.

– Как вы это делаете? – спросила, и мой голос задрожал от негодования. – Каким образом вы влияете на мои действия и заставляете меня поступать так, как вам это надо?

– В случае с тобой – делаю это с определенным усилием, – спокойно ответил Максимилиан. – Стоит признать, у тебя неплохая врожденная устойчивость к действию ментальной магии. К сожалению для тебя и к счастью для меня – абсолютно не развитая. Но если тебе немного помочь с обучением, то даже я не сумею читать твои мысли, не говорю уж про остальных.

– Но это же незаконно, – пробурчала я. – Ментальная магия под строжайшим запретом в Ардеше!

– Совершенно верно, – подтвердил лорд Детрейн. Вдруг подался вперед и насмешливо предложил: – А ты пожалуйся на меня. Пусть меня примерно накажут.

В полутьме кареты его глаза словно мерцали собственным мягким светом. В них прыгали озорные смешинки. Правда, мне, в отличие от лорда, весело не было. Знает прекрасно, что ему дозволено гораздо больше, чем обычным людям, и издевается.

И я обиженно отвернулась к окну, наблюдая за тем, как мимо неторопливо проплывают незнакомые дома.

В карете воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом колес да бодрым перестуком копыт лошади по мостовой.

– Так куда мы едем?

Я все-таки не выдержала и первой нарушила затянувшуюся паузу.

– Ко мне, естественно, – небрежно обронил лорд Детрейн.

Я аж подавилась от неожиданности. Уставилась на него во все глаза, гадая, уж не шутит ли он.

– Не смотри на меня с таким страхом, – со слабой улыбкой продолжил он. – Я невинными девицами не питаюсь. И даже не совращаю их. Точнее, совращаю, но только по взаимному согласию. Но гораздо чаще совращают именно меня.

Я тихо ахнула, осознав, на что он намекает. И щеки немедленно вспыхнули огнем так сильно, что не удивлюсь, если бы от жара они запылали самым настоящим пламенем.

– Все-таки смущаешься ты премило, – хихикнул лорд Детрейн. Тут же продолжил уже серьезнее: – Не бойся так, Хельга. Мы действительно едем в мой дом. Но тебе там ничего не грозит. Слово чести, что я не собираюсь к тебе приставать. Как я уже сказал раньше – мне нужно, чтобы ты была под рукой. Слишком интересный и редкий у тебя дар. А еще очень полезный в сложившихся обстоятельствах. Потому что я очень хочу найти убийц Доминика до Дагмера.

Как ни странно, но после этого я тут же успокоилась. Слишком убедительным был тон лорда Детрейна.

Хотя, возможно, он опять применил какое-нибудь ментальное заклинание.

И я недовольно поджала губы. Очень обидно, что некоторым магам дана подобная власть над другими людьми. Слишком это несправедливо и опасно для прочих.

– Но ваш друг запретил вам участвовать в расследовании, – осторожно напомнила я.

– Да плевать я хотел на то, что сказал Дагмер! – В желтом свете фонаря, мимо которого как раз проезжала карета, было видно, как Максимилиан гневно скривился. Отчеканил зло: – Уж не ему мне указывать, что я должен делать, а что – нет.

– А кто он, кстати? – осмелилась я на робкий вопрос.

– Лорд Дагмер Гессен отвечает за работу полиции во всем Ардеше, – спокойно сказал Максимилиан.

Я приоткрыла рот в немом удивлении. Ого! Никогда бы не подумала, что когда-нибудь мне доведется воочию увидеть человека, занимающего столь высокое положение в государстве. Но тут же нахмурилась, поймав за хвост еще одну интересную мысль.

– Валяй, спрашивай, – вальяжно разрешил мне Максимилиан. – Чувствую, как тебя любопытство переполняет.

– Мне показалось, будто вы с лордом Гессен в приятельских отношениях, – очень медленно, тщательно подбирая каждое слово, проговорила я.

– И тебе не показалось. – Лорд Детрейн пожал плечами. – Дагмер действительно один из моих лучших друзей. – Хмыкнул и добавил мрачно: – Точнее, с этого дня он мой единственный лучший друг. Потому что второй погиб.

– Но он же из рода Гессенов! – пораженно воскликнула я. – Как такое возможно?

Осеклась, когда с губ лорда Детрейна слетел слабый смешок.

– А что тебя так удивляет в этом? – спросил он с сарказмом.

– Но в газетах пишут… – смущенно проговорила я.

– Ой, не верь всему, что пишут в газетах, – перебил меня Максимилиан. – Точнее, вообще не верь ни единому слову газетчиков. Я сам подчас ужасаюсь их фантазии, когда читаю очередные небылицы про себя.

– Но как же ваша сорвавшаяся свадьба? – ляпнула я и тут же прикусила язык.

Ох, пожалуй, об этом точно не стоило упоминать.

Взгляд лорда Детрейна мгновенно потяжелел, а кончики губ поползли вниз в недовольной гримасе. Но спустя секунду он с принуждением улыбнулся.

– В той истории все далеко не так, как было представлено общественности, – отчеканил он. – Но тебя это уж точно не касается.

– Простите, – испуганно пискнула я, даже на расстоянии ощутив его раздражение.

– Проехали, – хмуро ответил Максимилиан. Посмотрел в окно и вдруг добавил с широкой ухмылкой: – Кстати, и приехали тоже.

В тот же миг карета резко дернулась и остановилась.

Я тут же сжалась, осознав, что мы наконец-то прибыли к конечной цели путешествия.

И все-таки, вся эта ситуация очень двусмысленно выглядит. Если отец когда-нибудь узнает, что я провела ночь в доме неженатого мужчины, то… Демоны, даже не знаю, что тогда будет! Но ясно, что мне очень и очень сильно не поздоровится.

Лорд Детрейн первым выбрался из кареты. По своему обыкновению вежливо протянул мне руку, и на этот раз я не стала испуганно таращиться на нее, а сразу приняла.

Будет очень глупо с моей стороны продолжать возмущаться и требовать меня отпустить. Вообще-то, мне все равно некуда идти. Уже поздно, здание магических перемещений закрыто на ночь. В пансионе меня точно не ждут. На гостиницу или постоялый двор денег у меня нет. А в бесплатную ночлежку я ни за что не сунусь.

– Ого! – невольно вырвалось у меня, когда я встала около лорда и оценила взглядом дом, во дворе которого мы находились.

И в самом деле, жилище лорда Детрейна поражало своим размером. Это даже не дом был, а некоторое подобие замка. В три этажа, с длинными флигелями по бокам и высокими башенками.

– Да, ты права, я привык жить с размахом, – без толики стеснения обронил Максимилиан и потянул меня к высокому каменному крыльцу.

Там, к слову, прибытия хозяина уже ждали. Невысокий сутулый мужчина в черной ливрее дворецкого и дородная дама в темном-синем бархатном платье, поверх которого был повязан белоснежнейший фартук. На ее седых тщательно уложенных волосах красовался такой же белый чепец экономки.

– Макс, голубчик мой, мне так жаль! – первой заговорила она, всплеснув руками.

Я приоткрыла рот в немом удивлении, услышав столь фамильярное обращение от домоправительницы к лорду. Покосилась на Максимилиана, готовая к тому, что он сейчас взорвется гневной тирадой, осадив забывшуюся служанку. Но тот выслушал женщину без малейшего проявления гнева.

– Нам уже сообщили про Доминика, – вступил в разговор дворецкий. – Макс, честное слово, мы скорбим вместе с тобой.

И этот туда же.

Вдобавок к приоткрытому рту я вытаращила в изумлении глаза. Ничего не понимаю! Неужели в этом доме слугам дозволено так много?

– Дороти, Патрик – спасибо большое, – сухо ответил Максимилиан. – Ваше сочувствие многое значит для меня.

– Я приготовила твой любимый шоколадный пудинг, – с искренней теплотой проговорила женщина. – Если хочешь еще что-нибудь сладкого – только скажи. Все сделаю!

Это было уж чересчур. Мое буйное воображение мигом нарисовало сурового темного лорда, с аппетитом уминающего шоколадный пудинг. И я прикусила нижнюю губу в безуспешной попытке сдержать улыбку.

Лорд Детрейн уловил мои мысли. Искоса глянул на меня – и желание веселиться у меня немедленно пропало.

– Моя дорогая, далеко не все мужчины предпочитают стейки с кровью, – шепнул он, наклонившись к моему уху. – Я достаточно уверен в себе, чтобы признаться в любви к сладкому. И не вижу в этом ничего зазорного.

Тут же выпрямился, не дожидаясь, когда я приду в себя и что-нибудь скажу в ответ.

– Дороти, познакомься с моей гостью, – проговорил, обращаясь к экономке. – Выдели ей какую-нибудь спальню. Покажи дом. И пусть присоединится ко мне за ужином.

Ужин!

От этого слова рот у меня мгновенно наполнился слюной, а в животе предательски заурчало. Благо, что достаточно тихо.

Только сейчас я поняла, насколько проголодалась за этот день. Утром по вполне понятным причинам мне кусок в горло не лез. А потом вообще не до того было.

– И моя гостья не откажется от чего-нибудь посущественнее, чем шоколадный пудинг, – прозорливо добавил Максимилиан.

– Конечно. – Дороти перевела на меня взгляд и расплылась в доброжелательной улыбке. – Идем, девочка моя.

– Кстати, ее зовут Хельга, – запоздало представил меня лорд Детрейн. – И, Дороти, будь с ней поласковее. Думаю, Хельга задержится в моем доме.

Я сердито скрипнула зубами от его фразы. Слишком двусмысленно она прозвучала. Но постеснялась высказывать претензии при посторонних людях.

Улыбка Дороти словно приклеилась к ее губам. В глазах почему-то промелькнул сполох разочарования, но она ничего не сказала. Лишь наклонила голову и повторила чуть суше:

– Приятно познакомиться, Хельга. Следуй за мной.

И я послушно отправилась за ней.

Стоило признать очевидный факт: лорд Детрейн не слукавил, когда сказал о своей любви жить с размахом. Потому что внутри дом поражал роскошью еще больше, чем снаружи.

Следом за Дороти я миновала огромный просторный холл, залитый ярким огнем магических светильников. Поднялась по широкой мраморной лестнице на второй этаж, не уставая восхищаться дорогими гобеленами и старинными картинами на стенах.

– Думаю, эта спальня подойдет тебе лучше всего, – провозгласила Дороти и открыла передо мной распашные двери. После чего посторонилась, предлагая мне оценить обстановку комнаты.

Она была огромной. Нет, не так. Она была просто-таки неприличных размеров! Наверное, в ней без проблем уместилась бы общая спальня всего моего курса в пансионе.

Первым делом мой взгляд остановился на кровати, которая занимала большую часть спальни. О небо! Мне кажется, тут с десяток человек поместятся. И при этом совершенно не будут друг другу мешать.

Затем я увидела платяной шкаф. Косметический столик с зеркалом над ним. Несколько пуфиков, стоявших полукругом около камина. Да-да, камин тут тоже был. Естественно, сейчас не разожженный по причине теплой весенней погоды.

А еще все в этой комнате было выдержано в светлой пастельной гамме. Персиковое покрывало на кровати и балдахин над ней. Нежнейшего оттенка розы ковер на полу. Розовыми были даже гардины на окне.

– Устраивает спальня? – поинтересовалась Дороти, со снисходительной улыбкой наблюдая за той гаммой эмоций, которая отражалась на моем лице.

Я промычала нечто невразумительное, но явно одобрительное.

– Там – ванная комната. – Дороти взмахом руки указала на неприметную дверцу по левую руку. Наклонилась ко мне и заговорщицким шепотом добавила: – Кстати, она смежная.

– С чем смежная? – сразу же напряглась я.

– Со спальней лорда Детрейна, конечно же! – воскликнула Дороти.

Я остолбенела, вновь приоткрыв рот. Но теперь не от удивления, а от возмущения.

– Через ванную ты спокойно можешь попасть к Максу, не выходя в коридор, – пояснила Дороти, видимо, настороженная слишком долгой паузой.

– А можно я попаду к нему прямо сейчас? – процедила я, ощутив, как кровь вскипает от злости.

– Разве ты не хочешь умыться и привести себя в порядок? – Дороти отступила на шаг и окинула меня придирчивым взглядом. – Хотя бы поменять платье на что-нибудь более подходящее. Лорд любит красиво одетых девушек.

– Пожалуйста, отведите меня к нему, – очень медленно, но внятно, опасаясь в любой миг сорваться на крик, проговорила я. – Немедленно!

– Ну хорошо, – озадаченно пробормотала она.

И мы отправились опять на первый этаж.

Дороти шла неспешно, и я едва ли не рычала от нетерпения. Так и хотелось как можно быстрее увидеть лорда Детрейна и высказать ему в лицо все, что о нем думаю!

Наконец, передо мной распахнулись еще одни двери, и мы вошли в длинный обеденный зал, уже сервированный к ужину.

Здесь царил приятный полумрак. Магические светильники были потушены. Вместо них десятки свечей дробили свое пламя в хрустальных фужерах. Крошечные огоньки танцевали на дне зрачков лорда Детрейна, который сидел во главе стола и задумчиво баюкал в раскрытой ладони бокал с темно-ореховой тягучей жидкостью.

К этому моменту он успел скинуть камзол, оставшись в темной шелковой рубашке.

При виде меня Максимилиан удивленно вскинул одну бровь, как будто не ожидал столь скорого моего появления.

– Что-то случилось? – спросил обеспокоенно. – Хельга, ты так пылаешь злостью, что это чувствуется на расстоянии.

– Да, случилось, – прошипела я. – Вы обещали, что в вашем доме мне ничто не будет грозить!

– А разве тебе что-то грозит? – Максимилиан поднял и вторую бровь. Озадаченно посмотрел на Дороти, которая стояла чуть в стороне от меня.

– Я ей ничего дурного не сделала! – мгновенно ответила она. – Просто показала спальню. Спросила, все ли ей нравится. А она сюда рванула.

– Да потому что эта спальня – смежная с вашей, лорд Детрейн! – Я гневно притопнула ногой. – Это выходит за всякие правила приличия! Или вы так не думаете?

– Если честно, плевать мне на правила приличия. – Максимилиан усмехнулся было, но тут же посерьезнел, когда я сурово насупилась. Продолжил мягко и спокойно: – Хельга, детка. Не кипятись так. Произошла ошибка. Если тебе не подходит эта спальня – то Дороти немедленно приготовит тебе другую. Она просто меня немного неправильно поняла.

– В смысле – неправильно? – в свою очередь удивилась экономка. – Макс, разве твоя гостья не…

– Нет, она не моя любовница, – поторопился оборвать ее Максимилиан. – Никогда ею не была и, вполне вероятно, никогда и не станет.

Вполне вероятно? Как-то очень сомнительно прозвучало это уточнение.

– Абсолютно точно не стану, – сказала я громко и четко.

В глазах лорда Максимилиана вспыхнула откровенная насмешка. Он открыл рот, как будто собирался возразить мне. Но в последнюю секунду одумался.

– В общем, если Хельге будет спокойнее – то посели ее куда-нибудь подальше от меня, – вместо этого произнес он, опять посмотрев на экономку.

– Как скажешь. – Дороти пожала плечами. Поманила меня пальцем, видимо, вновь предлагая следовать за ней.

– Да пусть останется и поужинает, – небрежно обронил Максимилиан. – Я-то вижу, каким голодными глазами она на тарелки смотрит.

Я тут же моргнула и стыдливо перевела взгляд.

– Хорошо, тогда я приготовлю комнату, – согласилась с ним Дороти. – Прикажу отнести ее вещи туда. А после ужина покажу дорогу.

Макс кивнул ей, и экономка удалилась, бесшумно прикрыв за собой двери.

Почему-то в этот момент мое сердце кольнула какая-то смутная тревога. На губах Дороти хоть и играла доброжелательная улыбка, но вот в глазах отразилось непонятное злорадство.

Глава четвертая

– Присаживайся. – Лорд Детрейн кивком указал на стул рядом. – Сейчас внесут горячее.

Будь моя воля – я бы выбрала самый дальний от него угол стола. Но капризничать не стала, в очередной раз ощутив, как болезненно свело желудок при упоминании об еде.

– Кстати, слуг я приказал не тревожить, – добавил Максимилиан, заметив, как я растерянно огляделась в поисках хоть кого-то еще. Но в обеденном зале мы были вдвоем. – Предпочитаю ужинать в одиночестве. Не люблю, когда мне в спину глазеют. Надеюсь, ты не против?

Я неопределенно пожала плечами. Если честно, мне было как-то неловко от осознания, что я осталась наедине с высшим лордом. Но, с другой стороны, он прав. В пансионе о слугах и слыхом не слыхивали. Боюсь, у меня кусок в горло не полезет от осознания, что кто-то со стороны внимательно наблюдает за каждым моим движением.

Лорд Детрейн встал и галантно отодвинул для меня стул. Дождался, когда я на него опущусь, после чего помог придвинуть обратно к столу. Затем вернулся на свое место.

– Какое вино предпочитаешь? – спросил, и его рука зависла над стройной шеренгой бутылок, стоявших рядом.

– Я бы предпочла воды, – тихо сказала я.

– Воды? – переспросил лорд Детрейн с таким изумлением, как будто услышал совершенно незнакомое слово.

– Простите, но я никогда в жизни не пробовала вина, – пояснила я. – И-и…

– И это надо срочно исправить, – жизнерадостно завершил за меня Максимилиан.

Выбрал одну из бутылок, одним щелчком откупорил ее, причем с кончиков его пальцев при этом сорвалась крошечная молния – видимо, он воспользовался магией для столь эффектного действия. И щедро наполнил мой бокал до самых краев кроваво-красной жидкостью с терпким ароматом спелого винограда. Затем плеснул и себе. Но уже из пузатой квадратной бутылки, в которой плескалось что-то явно намного крепче вина.

– Выпьем за знакомство? – предложил он.

Наши бокалы сошлись с тонким хрустальным звоном. Правда, я сделала лишь крошечный глоточек, тогда как Максимилиан осушил почти все, при этом даже не поморщившись. Тут же налил себе еще.

Я со скрытым неудовольствием хмыкнула. Сдается, кое-кто сегодня хочет напиться.

– Да, хочу, – печально проговорил лорд Детрейн, каким-то чудом, а скорее, при помощи магии угадав мои мысли. – Хельга, Доминик действительно был моим очень близким другом. И мне безмерно горько, что я так и не успел попросить у него прощения. Та давняя ссора так и осталась между нами непреодолимой стеной. И теперь я до конца жизни обречен знать, что Доминик ушел в другой мир, держа обиду на меня в сердце.

И такая искренняя и неподдельная горечь прозвучала в его словах, что мне невольно стало не по себе.

Я ведь тоже поссорилась с матерью в ее последний день. И ладно бы по серьезному поводу – из-за пустяка какого-то. Точнее, мне тогда казалось, что из-за пустяка. Мать накричала за Мариам за плохо вымытый пол в гостиной, даже дала ей хлесткую пощечину. А я заступилась за служанку. Мы были почти одного возраста и неплохо, в общем-то, общались. Поэтому я высказала матери, что не стоит свое вечно дурное настроение вымещать на других, которые в этом не виноваты.

Эх, если бы я знала, что Мариам крутила шашни с моим отцом за спиной у матери! И последняя наверняка догадывалась об этом. Потому и выискивала малейший повод, лишь бы отослать слишком настырную служанку прочь.

Как сейчас помню, какие крупные прозрачные слезы стояли в глазах матери, когда я встала на защиту Мариам. Она ничего мне не сказала. Молча ушла в свою комнату.

А на следующее утро ее нашли мертвой в собственной постели. Как сказал семейный врач – разрыв сердца. Бывает даже у молодых, ведь моей матери и сорока еще не исполнилось.

Долгое время я винила себя в случившемся. Особенно когда открылись отношения отца с Мариам. Даже страшно представить, как было больно матери выслушать от меня слова в защиту своей соперницы.

Но потом, когда ко мне явился дух матери, я наконец-то поняла, что моей вины в ее смерти нет. И у меня словно камень с души свалился.

Правда, прибавились гораздо более серьезные проблемы.

Лорд Детрейн не тропился нарушить затянувшуюся паузу. Он ловко разрезал ростбиф, положил мне приличный кусок, к которому щедро добавил салата. И на некоторое время я отвлеклась на еду, продолжая обдумывать сказанное Максимилианом.

А ведь в моих силах помочь ему.

Лорд Детрейн тем временем вообще не притронулся к еде. Он медленно цедил свой напиток, уставившись отсутствующим взглядом куда-то поверх моей головы. Судя по глубокой вертикальной морщине, разломившей его переносицу, – думал он о чем-то весьма и весьма неприятном.

– Знаете, вы можете сказать своему другу последние слова, – осмелев, вдруг совершенно неожиданно даже для себя, предложила я.

Правда, выбрала для этого неудачный момент. Максимилиан как раз сделал очередной глоток. Но от моей фразы подавился и закашлялся, торопливо уткнувшись в салфетку.

– Прошу прощения, – сдавленно проговорил он. Отставил в сторону бокал и отрывисто спросил, уставившись на меня: – В каком смысле – могу?

– В прямом. – Я пожала плечами. – Души погибших людей далеко не сразу уходят из этого мира. Некоторое время они привязаны к своему телу. Иногда – к месту убийства. И я думаю, что Доминик отзовется, если я приглашу его поговорить с вами.

Лорд Детрейн одним глотком допил остатки из своего бокала. Немедленно плеснул себе еще, гораздо больше. Выпил и это.

– Очень любопытно, – наконец, протянул он, не сводя с меня заблестевших то ли от алкоголя, то ли от скрытой радости глаз.

Я опять склонилась над своей тарелкой. Бездумно повертела в руках нож и вилку и отложила их в сторону.

Наверное, зря я это предложила лорду. Теперь мне кусок в горло не идет. Как представлю, что придется по доброй воле впустить в свое тело призрака – так горло спазмом перехватывает.

– Но как я смогу быть уверенным в том, что ты действительно передашь мне послание Доминика? – спросил Максимилиан. – Не обижайся, Хельга. Но я предпочитаю не доверять людям. Слишком больно я однажды обжегся. Сам-то я не сумею увидеть дух Доминика. Получается, придется во всем положиться на твои словаю Или ты предлагаешь провести мне ритуал некромантии?

– Нет, ни в коем случае! – испуганно возразила я. – Призраки не любят, когда их насильно вырывают из мира тьмы. Это причиняет им… ну, не боль, конечно. Но что-то они при этом все-таки чувствуют. Что-то не очень приятное, если учесть то, какое недовольство они проявляют при обрядах.

– Веришь или нет, но я в курсе, однако спасибо за объяснение. – Лорд Детрейн откинулся на спинку стула, и мне почему-то стало очень зябко от его откровенно оценивающего взора. Кашлянув, он вкрадчиво поинтересовался: – А вот ты откуда об этом знаешь? Неужели когда-то присутствовала при подобном? В таком случае, смею напомнить, что ритуалы некромантии в Ардеше под таким же строгим запретом, как и ментальная магия. Дозволены лишь избранным, к которым ты не относишься.

Я невольно втянула голову в плечи под тяжестью его взгляда. Ну вот, как и следовало ожидать. Все-таки мне стоило помалкивать.

– Я не участвовала ни при каких ритуалах некромантии, – прошептала я извиняющимся тоном.

– Тогда откуда ты знаешь, что призрак при этом чувствует? – сухо спросил лорд.

– От призрака и знаю, – еще тише ответила я. Торопливо добавила: – Лорд Детрейн, пожалуйста, давайте оставим эту тему! Она для меня слишком неприятна.

В висках вдруг кольнуло, да так сильно, что я сморщилась и торопливо прижала к ним пальцы.

Однако боль мгновенно исчезла, как будто лишь почудилась мне.

– Нет, лучше мне сейчас в твои мысли не лезть. – Максимилиан досадливо цокнул языком. – Слишком много выпил.

– Так вы пытались… – в очередной раз задохнулась я от возмущения, осознав, что он только что вновь хотел применить ко мне ментальную магию.

– Не злись, детка, я не думал, что уже так набрался, – миролюбиво протянул лорд Детрейн.

Если честно, пьяным он вообще не выглядел. По крайней мере, язык у него абсолютно не заплетался. Пожалуй, на перебор с алкоголем указывал лишь слабый румянец, затлевший на его острых высоких скулах.

– Ладно, вернемся к предыдущему вопросу, – продолжил тем временем Максимилиан. – Так в чем заключается суть твоего предложения? Как я узнаю, что Доминик сказал мне именно то, что ты передаешь мне?

– Вы сами с ним поговорите, – ответила я. – Один на один. Без моего участия.

Лорд Детрейн скептически вздернул бровь, по-прежнему не понимая, о чем я говорю.

– Скажем так, душа Доминика на некоторое время займет мое тело, – неохотно объяснила я. – Ну, как в тот раз, когда он отвел меня к месту своего убийства. Только на этот раз мне придется впустить ее в свое сознание настолько глубоко, что я не буду ничего видеть и слышать. И вы сумеете побеседовать без лишних свидетелей.

Опять опустила глаза. Потянулась и все-таки взяла бокал с вином, после чего сделала глубокий глоток.

Как же хочется, чтобы лорд Детрейн отказался! Безумно хочется! Я сама была не рада, что завела об этой возможности разговор.

Но, с другой стороны, если он согласится, то и у меня будет одно условие.

– Звучит крайне невероятно, – после очень долгой паузы протянул Максимилиан. – Никогда прежде не слышал о подобном.

Я промолчала, следующим глотком осушив бокал до дна.

В ушах немедленно зашумело от выпитого, а мир как-то странно замерцал.

– А впрочем, прежде я никогда не встречал людей с таким даром, как у тебя, – добавил лорд Детрейн. Кашлянул и вкрадчиво поинтересовался: – И ты действительно готова пойти на такое? Предполагаю, тебе это особого удовольствия не принесет. Делить тело с другой душой, пусть даже на короткий срок… Даже звучит не очень. Весьма интересно, почему ты мне это предложила. Неужели исключительно по доброте душевной?

– Нет, – честно ответила я.

Замолчала, не желая продолжать.

– Хельга, – укоризненно протянул Максимилиан, – не испытывай мое терпение. Я очень любопытный человек. Настолько любопытный, что добиваюсь ответов на свои вопросы всеми возможными способами. И далеко не факт, что эти способы тебе понравятся.

– Просто я знаю, как это больно, когда человек, который по-настоящему дорог и близок тебе, уходит в другой мир, – тихо произнесла я. Задумчиво повертела в руках опустевший бокал, поставила его на стол, и лорд Детрейн тут же наполнил его снова. Я поблагодарила его кивком, затем продолжила: – И еще больнее, если несчастье произошло после ссоры. И ты так и не успел сказать ушедшему, как любишь его и как сильно будешь по нему скучать.

– Очень трогательно. – На губах лорда затлела язвительная ухмылка. – Но ведь это не единственная твоя причина помочь мне, не так ли? И скорее всего – даже не основная.

– Вы удивительно проницательны, – с легкой досадой сказала я.

– Жизненный опыт обязывает. – Максимилиан склонил голову к плечу, внимательно разглядывая меня. – И-и? По-видимому, ты хочешь у меня что-то попросить. Какую-то взаимную услугу, не так ли?

– Так.

– Какую же?

Я опять потянулась за бокалом. Губы и горло мгновенно пересохли от мысли, что придется кому-то поведать самую страшную тайну из моего прошлого.

Темный лорд не торопил меня с ответом. Но в свой опустевший бокал он добавки решил не наливать. Напротив, поставил его на стол и отодвинул подальше, как будто решив, что ему достаточно.

Я едва успела сделать глоток, как вдруг…

– О небо, что это!

В следующую секунду я испуганно вскочила на ноги, неловким порывистым движением опрокинув тяжелый дубовый стул. От взмаха руки по белоснежнейшей скатерти покатился упавший бокал, оставляя за собой кроваво-красный след пролитого вина.

Максимилиан уже стоял рядом со мной. Правда, он поднялся без таких разрушительных последствий для окружающей обстановки, как я.

Вокруг моей талии в мгновение ока материализовалась толстая колдовская нить насыщенного зеленого цвета. Она напряглась – и одновременно с этим все мое тело пронзила долгая мучительная судорога.

К моему счастью, она не продлилась долго. Почти сразу нить ослабла, и я сипло задышала, больше всего на свете опасаясь повторения загадочного приступа.

Да что это за гадость такая?

– Ага, господин Биглс наконец-то забеспокоился, где же пропадает его единственная дочка, – на удивление спокойно констатировал Максимилиан. – Хельга, детка, не бойся. Это поисковые чары.

Легко сказать – не бойся! Да тяжело сделать! К тому же это очень больно.

Нить опять натянулась, но лорд Детрейн уже ловко скинул ее с моей талии. Намотал на свою ладонь и неожиданно дернул изо всех сил.

Нить от напряжения едва не разорвалась, издав мелодичный перезвон. И лорд Детрейн тут же чуть ослабил натяжение.

– Что вы делаете? – изумленно спросила я.

– Показываю недотепе магу, которому поручили тебя найти, что рыбку он поймал крупную и опасную, – ну очень непонятно объяснил Максимилиан. – Сейчас сама увидишь.

Я невольно затаила дыхание. Впрочем, ждать не пришлось долго. Почти сразу около нас замерцал воздух, медленно, но верно перерождаясь проколом в пространстве. Кто-то пытался связаться со мной посредством магии.

– Госпожа Биглс, – вдруг раздался незнакомый мужской голос. – Я ищу вас по поручению вашего отца. Он очень переживает за вас. Надеюсь, у вас хватит благоразумия немедленно вернуться в пансион, чтобы завтра с самого утра отбыть в ваше имение. – Сделал паузу и добавил со зловещим нажимом: – Иначе вам придется очень пожалеть о своем необдуманном и глупом поступке!

– А теперь сделаем так, – пробормотал себе под нос лорд Детрейн и резко взмахнул рукой.

С его пальцем веером посыпались трескучие оранжевые искры, которые единым быстрым потоком устремились в прокол. На другом конце мини-портала в тот же миг послышался какой-то оглушительный грохот, как будто кто-то уронил что-то очень тяжелое. И сразу же за этим – громкие отчаянные ругательства.

– Фу! – возмутился Максимилиан, видимо, по достоинству оценив парочку особо витиеватых выражений.

Опять тряхнул рукой – и прокол в пространстве начал стремительно увеличиваться, преображаясь в полноценное окно в другое место.

По ту сторону связующего заклинания на нас потрясенно смотрел сутулый мужчина неопределенных средних лет с жидкими темными волосами и с высокими залысинами на лбу. На локтях его изрядно потрепанного сюртука красовались заплатки, которые тоже уже начали протираться.

Ну надо же. Я с недоумением покачала головой. Никогда бы не подумала, что государственные маги на таком плохом обеспечении. Выглядел этот мужчина так, как будто ему вообще жалования не платили.

Лорд Детрейн едва слышно хмыкнул, как будто тоже изумленный внешним видом своего собеседника. Но почти сразу проговорил с явным неодобрением:

– Уважаемый! Как вам нестыдно так выражаться в присутствии девушки!

Незнакомец перевел на меня взгляд. Процедил чуть ли не по слогам:

– Госпожа Биглс! Я буду вынужден сообщить вашему отцу о том, что вы сбежали с каким-то проходимцем.

– Да-да, обязательно передайте ему это, – вальяжно посоветовал ему лорд Детрейн, пока я судорожно придумывала, что сказать в свое оправдание. – А еще сообщите ему, что этот самый проходимец очень хочет с ним побеседовать. И как можно скорее.

И опять я не успела и рта открыть, как лорд Детрейн небрежно оборвал нить заклинания.

Окно связи мгновенно зарябило помехами и затянулось.

– Что вы натворили?! – с отчаянием простонала я, почувствовав, как от ужаса волосы на моей голове чуть ли не зашевелились. – Вы хоть представляете, что теперь будет?

– Прекрасно представляю. – Лорд Детрейн пожал плечами. – Твой отец решит как можно скорее переговорить с тем наглецом, у которого укрывается его дочь. Что, собственно, мне и нужно.

– Это же полнейшая катастрофа!

Я приложила ладонь ко рту, пытаясь сдержать жалобный всхлип.

Ох, даже страшно представить, как велик будет гнев отца! Что скрывать очевидное, я боялась его больше смерти.

– По-моему, тебе надо выпить и успокоиться, – с легкой ноткой сочувствия проговорил лорд Детрейн. – Детка, я ведь обещал, что все твои проблемы с отцом возьму на себя. Все будет хорошо.

Увы, я не верила ему. Я прекрасно знала, на что способен мой отец. Боюсь, он просто откажется от меня. Без малейшей жалости вышвырнет из дома и навсегда вычеркнет из памяти как особу, не оправдавшую его надежд.

– Хельга! – Лорд Детрейн вдруг с силой взял меня за плечи и как следует встряхнул. Сказал медленно и четко, глядя прямо в глаза: – Я даю тебе слово чести, что ты никак не пострадаешь. Поняла?

Ладони лорда были настолько горячими, что почти обожгли меня даже через плотную ткань жакета, накинутого поверх платья. Но, удивительное дело, неожиданное прикосновение Максимилиана почему-то не увеличило панику, а, напротив, позволило мне справиться с ней. Как будто его уверенность и энергия передалась и мне.

– Да, – глухо проговорила я, заметив, что он все еще ожидает моего ответа. – Поняла.

– Вот и умничка.

Максимилиан улыбнулся мне одними уголками рта. Убрал свои руки с моих плеч. Отошел и поднял стул, который я случайно уронила.

– Садись, – проговорил любезно. – Думаю, тебе не помешает выпить, пока мы ожидаем появления твоего отца. А то видок у тебя сейчас такой, что краше лишь в склеп кладут.

Я не стала спорить с лордом. Послушно опустилась на стул и поблагодарила его кивком, когда он налил мне в чистый бокал вина, проигнорировав опрокинутый чуть ранее.

И все-таки мои зубы предательски застучали по хрустальной кромке, когда я сделала первый глоток.

– Почему ты так боишься отца? – полюбопытствовал Максимилиан, от внимательных глаз которого это не укрылось. – Он был жесток с тобой?

– Со мной? – Я печально хмыкнула. – Нет. Скорее, он был равнодушен со мной.

– Тогда откуда такой страх? Даже, я бы сказал, животный ужас. Паника, которая грозит захлестнуть безумием весь разум.

Я опустила взгляд. Задумчиво качнула в ладони бокал и отпила еще немного терпкого сладковатого напитка. В голове шумело все больше, но мне это даже нравилось. Легкое чувство опьянения помогало притушить эмоции и убрать нервное напряжение.

Лорд Детрейн не торопил меня. В отличие от меня он не стал садиться. Лишь оперся рукой на высокую спинку своего стула и внимательно смотрел на меня.

Если честно, я очень не хотела отвечать на этот вопрос. Я и без того сегодня рассказала слишком много своих тайн абсолютно постороннему человеку.

– Впрочем, поговорим об этом позже, – неожиданно сказал Максимилиан и резко вскинул голову, как будто что-то услышал.

Его ноздри хищно затрепетали словно у гончей, берущей след. И внезапно он проворно перехватил нить поискового заклинания, которая уже начала сплетаться вокруг меня. Еще бы немного – и она обвила бы мою талию, заставив вновь выгнуться в мучительной судороге.

– А этот тип предупреждений не понимает, – холодно обронил Максимилиан. – Ну что же. Преподам ему еще один урок.

Теперь искры, слетевшие с его пальцев, были еще более трескуче, ярче и злее на вид. Они нырнули в крошечный прокол, едва только он начал формироваться напротив меня.

И опять по ту сторону заклинания что-то загремело. Правда, на этот раз ругательств не последовало. Лишь долгий хриплый стон.

– Я же сказал! – раздался знакомый голос, в котором теперь угадывались отчетливые плачущие интонации. – Я не знаю, кто с ней. Но он настоящий маг!

Настоящий маг?

Я высоко подняла брови, услышав столь странное и нелепое определение. Как будто говорящий себя к магам как раз не причислял.

Лорд Детрейн тоже изумленно хмыкнул. Прищелкнул пальцами – и связующее заклинание набрало силу, вновь преобразовавшись в настоящее окно.

Я уже догадывалась о том, кого увижу по другую сторону поисковой нити. Но все равно вздрогнула. Потому что к незнакомому магу присоединился мой отец.

Господин Терден Биглс ни на каплю не изменился за те полтора года, которые я его не видела. Пожалуй, только недовольные морщины вокруг рта стали глубже, да седина густо припорошила его виски.

Отец первым же делом вперил в меня преисполненный недовольства взор. Крепко, до бескровных линий, сжал губы, как будто изо всех сил удерживал себя от крепкого словечка. И чем дольше длилась эта пауза, тем сильнее ныло мое сердце, а в животе так вообще стало донельзя гадко, как будто там свил гнездо огромный ядовитый паук.

– Добрый вечер, господин Терден Биглс, – первым прервал затянувшееся молчание лорд Детрейн и одарил моего отца лучезарной улыбкой.

Тот медленно моргнул и словно нехотя перевел взгляд на него.

– Ты кто? – спросил отрывисто. – Что у тебя делает моя дочь?

– Лорд Максимилиан Детрейн к вашим услугам.

Улыбка лорда стала еще шире, как будто он получал настоящее удовольствие от всей этой сцены. Что нельзя было сказать обо мне.

О, это имя моему отцу было знакомо. Впрочем, оно и неудивительно. Полагаю, во всем Ардеше не нашлось бы человека, который не слышал бы об лорде Детрейне. Маг, замерший за плечом моего отца, так вообще в лице переменился и побледнел как будто в испуге.

Я заметила, как кустистая бровь отца дернулась в изумлении. Но почти сразу он свирепо ухмыльнулся.

– Шутить изволишь? – прорычал он. – Так ты заморочил голову моей дурехе? Представился ей высшим лордом?

– Не имею обыкновения представляться чужими именами, – мягко сказал Максимилиан. – Потому что я действительно высший лорд.

Как ни странно, но все мое внимание в этот момент было приковано к мужчине, который стоял около отца, а не к самому отцу. Тот слишком плохо владел эмоциями. И я даже через расстояние чувствовала, как от него веет страхом… Нет, даже не страхом. Как там сказал Максимилиан, когда спрашивал, почему я боюсь отца? Да, совершенно точно. Маг испытывал сейчас ту же животную слепую панику, что и я совсем недавно.

Спрашивается, по какой причине? Он ведь на государственной службе. Следовательно, просто выполняет свою работу. Откуда этот ужас?

Отец неполную минуту разглядывал лорда Детрейна, склонив голову к плечу и как будто ожидая, что вот-вот тот рассмеется и признается в шутке. Но Максимилиан продолжал удерживать на своих губах приветливую улыбку.

– Лорд, стало быть, – наконец, протянул отец. – Ну что же, здравствуйте, ваша милость.

Последнюю фразу отец проговорил подчеркнуто вежливо. Но угадывалось в его тоне что-то очень неприятное и тяжелое, как будто поток брани уже готов был сорваться в адрес Максимилиана.

– И как моя дочь оказалась у вас? – спросил он.

– Ваша дочь оказалась свидетельницей опасного преступления, – ответил лорд Детрейн. – В интересах следствия ей надлежит остаться в Индермейне до тех пор, пока…

– Десять тысяч золотом, – внезапно перебил его отец.

– Что? – опешив, переспросил Максимилиан, и прежняя любезная улыбка мгновенно исчезла с его губ.

Лорд выпрямился, как будто даже став выше ростом. И от него с ощутимой силой повеяло злостью и раздражением.

– Десять тысяч золотом, да не векселем, а звонкой монетой, – и можете делать с ней все, что ваша душа пожелает, – с кривой ухмылкой пояснил отец.

Я немо ахнула от возмущения.

Ушам не верю, что слышу это! Получается, что отец… отец продает меня?

Лорд Детрейн искоса глянул на меня. В его синих глазах я заметила всплеск искреннего сочувствия.

– Простите, – проговорил он, опять посмотрев на моего отца. – По-моему, вы меня не поняли. Я не собираюсь посягать на честь вашей дочери. Просто говорю о том, что ей необходимо какое-то время побыть в столице…

– Это вы меня не поняли, – невежливо перебил его отец. – Мне абсолютно плевать, что вы там собираетесь делать или не делать с моей дочерью. Я человек, воспитанный в старых традициях. Мне не нужна дочь, которая опорочила свою репутацию пребыванием под одной крышей с молодым неженатым мужчиной. Тем более, как я вижу, она пьяна.

Я чуть не откинула предательский наполненный бокал подальше. Но в последний момент удержалась от глупого поступка.

Это уже не имеет ни малейшего значения. Отец все равно увидел, что я пила вино в обществе чужого мужчины. И сделал свои выводы. Пусть они в корне неверны, но переубедить его вряд ли возможно.

– Поэтому домой Хельга в любом случае может не возвращаться, – после короткой паузы жестоко завершил отец.

Я быстро-быстро заморгала, почувствовав, как на глазах закипают слезы.

Нет, я знала, что отец разъярится, когда я не приеду из пансиона в положенный срок. Но даже не представляла, что он примет настолько скорое и жестокое решение.

– Даже так? – озадаченно прошелестел Максимилиан. – Но я все равно не понимаю…

– Признаюсь честно, в настоящий момент я испытываю определенные финансовые трудности, – так же сухо и бесстрастно продолжил отец, в очередной раз не дав ему договорить. – Скорая свадьба Хельги должна была решить их. Ее предполагаемый жених достаточно богатый человек и захотел проявить великодушие и щедрость к единственному родителю будущей супруги. Но в сложившейся ситуации очевидно, что свадьбы не будет. Поэтому я предлагаю вам возместить причиненный мне ущерб, который оцениваю именно в эту сумму.

Все это отец отчеканил на одном дыхании. Затем замер, холодно и презрительно уставившись на лорда Детрейна.

Максимилиан молчал. Я никак не могла разгадать, о чем он думает в этот момент. На бесстрастном лице темного лорда не отображалось никаких эмоций.

– А если я откажусь? – вдруг спросил он. – Господин Биглс, при всем моем уважении, но ваше предложение слегка… э-э… странно выглядит. Как будто вы предлагаете мне купить вашу дочь. Тогда как рабовладение в Ардеше отменено много веков назад.

– Откажетесь? – Отец пожал плечами с таким равнодушием, как будто речь шла не об его единственном ребенке. Холодно обронил: – Ну что же. Отказывайтесь. Я вас не неволю.

– И-и? – вопросительно протянул Максимилиан. – Что будет дальше с Хельгой?

– Это вас не касается.

Живот ныл все сильнее и сильнее. Так плохо и страшно мне очень давно не было. Даже когда неупокоенная душа моей матери умоляла выслушать ее.

– Я все-таки настаиваю на ответе, – с легчайшим нажимом сказал лорд Детрейн. – Предположим, я не буду вам платить. И Хельга останется при мне.

– Не останется, – обрубил отец. – Моя дочь пока еще несовершеннолетняя. Восемнадцать ей исполнится только через полгода. Я подам официальное прошение об ее розыске. И даже ваше высокое положение не поможет вам удержать ее при себе. Иначе, клянусь, я устрою такой скандал, что весь Индермейн встанет на уши, если не весь Ардеш.

В синих глазах Максимилиана заплескалась откровенная насмешка. Но он ничего не сказал, внимательно слушая моего отца.

– В общем, я всеми возможными способами заполучу Хельгу, – завершил тот уверенно.

– Вы же сказали, что она может домой не возвращаться, – с мягкой иронией напомнил Максимилиан.

– А я говорил о доме? – Отец презрительно фыркнул. – Я найду другого жениха для Хельги. Пусть не такого богатого, как прочил сейчас. Но который заплатит мне с лихвой за нее. Согласитесь, девица она красивая. Желающих будет много. – Сделал короткую паузу и с донельзя противной ухмылкой добавил: – А впрочем, в этом случае на официальном браке я уже не буду настаивать. Лишь бы поскорее и повыгоднее сбыть порченый товар с рук.

Я с протяжным свистом втянула в себя воздух. Положила локти на стол и спрятала пылающее от стыда лицо в раскрытых ладонях.

И вдруг почувствовала, как кто-то положил теплую и тяжелую руку мне на плечо. Растопырила пальцы, опасливо покосилась вверх.

Лорд Детрейн тепло улыбнулся мне, бесшумно преодолев разделяющее нас расстояние. Едва заметно подмигнул с лукавством.

– Значит, десять тысяч золотом, – сказал и посмотрел на моего отца.

– Да, и без всяких векселей, – с готовностью подтвердил тот. – Не верю я этим бумажкам.

– А я как раз бумажкам верю. – В уголках рта лорда Детрейна затрепетала язвительная усмешка. – Господин Биглс. Я понял вашу точку зрения. Завтра к вам приедет мой поверенный в делах. Он привезет на подпись документ, в котором вы отказываетесь от любых прав на свою дочь. Сразу после подписания этого соглашения вы получите свои десять тысяч золотом.

Я широко распахнула глаза, не в силах поверить услышанному.

Это что же получается? Лорд Детрейн… он покупает меня?

– Завтра? – Отец кисло скривился. Фыркнул с откровенной претензией: – Почему не сегодня? Ни за что не поверю, что у высшего лорда нет возможности для мгновенного переноса нужного человека в нужное место.

– Как скажете, – медоточиво прошелестел Максимилиан. – Сегодня – так сегодня. Ждите.

Не дожидаясь реакции от моего отца, небрежно оборвал нить связи.

– Это же… это же неправда? – тут же выпалила я, едва окно схлопнулось. – Вы же не сделаете так?

– Еще как сделаю, – с коротким саркастическим смешком уверил меня лорд Детрейн. – Детка, посиди пока. Приди в себя. А я улажу формальности.

– Но…

Максимилиан меня больше не слушал. Он быстрой стремительной тенью выскользнул из обеденного зала. В его руке уже багрово тлел амулет связи, видимо, он с кем-то желал срочно переговорить.

Я опять спрятала разгоряченное лицо в ладонях. Увы, они не могли охладить мои пылающие щеки.

Поверить не могу! Получается… Меня только что купили?..

Глава пятая

Лорда Детрейна не было долго. Так долго, что я успела допить начатую бутылку вина.

И да. Я сделала это осознанно. Потому что до сих пор не верила в происходящее. И потому что пыталась алкоголем умерить ту душевную боль, которая безжалостно терзала меня.

Подумать только! Всего несколько часов назад я покинула пансион, где провела два года. Пусть без особого желания, но понимала, что вот-вот вернусь домой. А потом свадьба. Семейная жизнь.

А что теперь?

Меня только что купили. И купили за баснословные деньги, если быть откровенной. Десять тысяч золотом – это… Демоны, я даже представить эту сумму не в состоянии. И тем более не понимаю, почему лорд Детрейн так спокойно и без малейшего торга согласился на нее.

Он сам сказал, что я могу не опасаться за свою честь в его присутствии. Получается, лгал? Иначе почему он заплатил моему отцу?

А самое главное – что я теперь должна делать? Рабовладения в Ардеше нет, это правда. Неужели я могу просто встать и уйти отсюда? И плевать на соглашение между моим отцом и лордом Детрейном. Я ведь тоже личность! И у меня есть…

От выпитого мысли в голове путались, и путались сильно. Я так и не сумела завершить фразу в готовящейся гневной речи в адрес лорда Детрейна. Вместо этого положила руки на стол. Пристроила на них свою гудящую от возмущения и тревоги голову. И заснула.

Проснулась резко, как будто кто-то с силой толкнул меня. Сонно распахнула глаза, и тут же малейшие остатки дремы слетели с меня.

Потому что кто-то нес меня на руках, бережно прижимая к себе.

Осознав это, я немедленно забарахталась. И забарахталась с такой силой, что с коротким недовольным вздохом меня поставили на ноги.

– Вы! – Мой голос дрожал и срывался от негодования.

Я вперила гневный взор в лорда Детрейна, который и нес меня на руках до этого момента.

– Вы…

Я захлебнулась от возмущения.

Темный лорд нахально ухмыльнулся. Скрестил на груди руки в явном ожидании продолжения.

И я вдруг растерялась. Собственно, а в чем я его могу обвинить?

– Вы же понимаете, что я ни за что, никогда, – сбивчиво затараторила я, силясь хоть как-то связать воедино разбегающиеся мысли. – И не смейте…

– Детка моя, – снисходительно оборвал меня Максимилиан. – Ты о себе слишком большого мнения.

– То есть? – растерянно пискнула я.

– То есть ты для меня не представляешь вот вообще никакой ценности как особь женского пола.

Особь женского пола?

Это определение было… Жесткое, нет, даже жестокое, без сомнения. И столь же неожиданное. Я замерла на месте, не понимая, как реагировать на подобное признание.

– Но вы же заплатили… – еще более растерянно прошептала я.

– И заплатил очень много, – снисходительно подтвердил лорд Детрейн. – Ты обошлась мне в цену хорошего имения. Но, детка. Я заплатил не за возможность обладать твоим телом. Этого добра у меня с избытком. Лишь щелкни пальцами – и рядом будет целая толпа девиц гораздо красивее и искуснее тебя в любви. Я заплатил за возможность использовать твой дар.

Я обиженно насупилась.

Нет, слова лорда Детрейна успокоили меня. Но в то же время я ощутила легкую досаду.

– Я очень рада за вас и за ваши возможности, – максимально сухо проговорила я.

Развернулась на каблуках туфель и гордо отправилась прочь по коридору. При этом вообще не представляла, куда и зачем иду. Но изо всех сил старалась сохранять независимый невозмутимый вид и величественную осанку.

Лорд Детрейн не сделал ни малейшей попытки остановить меня. И почти сразу я поняла, почему.

Выпитое вино странно подействовало на мои ноги. Я пыталась идти прямо. Но меня вдруг резко качнуло в одну стену коридора, потом в другую. Не удержавшись на ногах, я упала на колени.

– Детка, протрезвеешь – поговорим, – послышалось снисходительное сверху.

И меня опять легко подняли на руки.

– Я не хочу, чтобы вы меня несли, – сдавленно прошептала я, силясь не обращать внимания на горьковатый парфюм лорда, от которого у меня внутри все заледенело.

– А придется смириться, сама ты идти точно не в состоянии, – с коротким смешком отозвался Максимилиан. Я забарахталась было в его объятиях, и он тут же бархатно шикнул: – Тише, моя девочка. Тише.

Голос его гладил меня по коже словно мех. Теплый и очень мягкий. Я моргнула раз, другой. И опять отключилась.

Сон был странный. Я словно парила между землей и небом. Раскинув руки, я наслаждалась свободой.

И вдруг меня без предупреждения кинуло назад. В собственное тело.

Первым делом меня согнуло в сухом рвотном позыве. Я закашлялась, на ощупь добралась до края кровати, испугавшись, что меня вырвет по-настоящему.

Было очень тихо. Я боялась лишний раз головой пошевелить, а то вдруг мне опять станет плохо. Затем очень осторожно открыла глаза. Осознала, что я абсолютно одна в каком-то незнакомом помещении.

Секунды складывались в минуты. Ничего не происходило. Немного осмелев, я приподняла голову и аккуратно и медленно повела ею из стороны в сторону, изучая комнату, в которой очнулась.

Над изголовьем висела крохотная магическая искра, выполняющая роль ночника. Ее тусклого света вполне хватало, чтобы осмотреться.

Спальня. С дорогой обстановкой. Но не та розовая, куда меня отвела Дороти вначале. Тут было… холодно. Очень холодно. И воздухе витал едва заметный аромат сладковатой тошнотворной гнили.

Я прижала обе руки к животу, сдерживая очередной позыв. Затем нехотя посмотрела в дальний угол спальни, хотя интуиция не просто шептала, а орала во весь голос – не делай так!

Там что-то было. Что-то шевелилось в плотном чернильном мраке, до которого не достигал свет ночника. Шелестело, скрежетало, как сотни насекомых. Это было омерзительно. Как будто в углу скрывались тысячи ядовитых пауков, которые пожирали друг друга и размножались.

– Нет… – прошептала я.

Та груда темной мерзости вдруг стала расти, как будто услышав мой голос. И расти очень быстро.

– Нет!

Я сползла с кровати, мимоходом заметив, что кто-то раздел меня.

На мне теперь не было ни жакета, ни платья, лишь старомодная сорочка из полупрозрачного шелка. Единственная дорогая вещь в моем гардеробе.

Существо в углу заскрежетало чем-то. И я знала – это жвала. Челюсти гигантского паука, которые сочатся ядом.

– О небо, нет!

Я ринулась к выходу. Перепрыгнула через толстый отросток от этой гадости. И изо всех сил забарабанила в дверь, которая оказалась заперта.

– Лорд Детрейн! – орала я в полный голос, изо всех сил тряся дверь. – Пожалуйста! Лорд Детрейн!

Сзади что-то гулко чавкнуло. С замиранием сердца я кинула взгляд через плечо.

Там высилось… нечто. Нечто нечеловеческое точно. Скользкое марево колыхалось в проклятом темном углу. Противное донельзя. Кажется, прикоснись – и тебя засосет в это марево.

– Ну пожалуйста! – Я забыла про все свои манеры и завизжала на пределе громкости. – Максимилиан! Макс! Прошу тебя! Пожалуйста.

Тоненькое щупальце обвилось вокруг моей лодыжки. Напряглось, желая кинуть меня в пасть чудовища.

– Прошу!

Я даже плакать уже не могла.

– Пожалуйста.

Я изнемождено прижалась пылающим лбом к двери.

– Максимилиан, – прошептала. – Я прошу тебя.

Без малейшего желания обернулась к опасности.

В дальнем углу комнаты все так же клубился мрак, из которого то и дело прорывались тонкие отростки энергии.

Щупальце на моей лодыжке напряглось, сжалось изо всех сил, до такой степени, что как будто желало переломить мне кость.

– Лорд Детрейн…

Я измученно застонала. Прицельно забила свободной ногой, силясь попасть по этому щупальцу. Оно неожиданно отцепилось от меня, как будто почувствовав боль. И стремительно метнулось к той темной глыбе напротив меня.

Собрав остаток сил, я опять заголосила в полную мощь своих легких, напрочь забыв обо всех правилах приличия.

– Макс! – Горло саднило. – Макс! Пожалуйста! Макс!

Тьма в дальнем углу комнаты восстала. Поднялась выше человеческого роста. И она ползла ко мне. Ползла очень быстро.

Я прижалась к двери. Опять задергала ручкой.

– Да выпустите меня! – выкрикнула с отчаянием.

Дверь поддалась именно в тот момент, когда я готова была сдаться. Я упала в чьи-то мягкие и очень теплые объятия.

– Ш-ш-ш.

Я билась в истерике.

– Ти-хо.

Чьи-то руки сжали мои запястья. Сильно, но не больно.

– Расслабься. Никто тебя не обидит.

Я горько заплакала. Все, это был предел моих возможностей. Мне было очень страшно.

– Я больше не хочу… – Голос срывался, я даже не понимала, что говорю. – Это очень страшно.

Я осеклась, осознав, что стою перед лордом в одной ночной сорочке. Да и он, по всей видимости, так торопился ко мне на помощь, что не успел одеться или накинуть халат. На нем были лишь свободные штаны, в которых, видимо, он и спал. Про обувь и говорить нечего. Ко мне на помощь Максимилиан прибежал босиком.

Я скользнула невольным взглядом по его обнаженному торсу, по короткой полоске курчавых волос, которые убегали за пояс штанов, и окончательно смутилась.

– Детка, что случилось? Твои вопли весь дом переполошили.

Лорд Детрейн крепко взял меня за плечи. Чуть отодвинул от себя и пытливо посмотрел в лицо.

– Там… – От пережитого ужаса меня трясло так сильно, что зуб на зуб не попадал. – Там это… Страшное.

– Страшное?

Лорд Детрейн изумленно вскинул бровь. Бросил заинтересованный взгляд поверх моей головы.

– Очень любопытно, – проговорил себе под нос. – Что такого страшного может быть в моем доме? А еще любопытнее, почему я этого страшного не чувствую.

– Оно пыталось напасть на меня, – почему-то извиняющимся тоном пробормотала я. – Что-то ядовитое и непонятное.

– Сейчас посмотрим, что за чудовище притаилось под твоей кроватью.

И лорд Детрейн легко отстранил меня за свою спину. Выпрямился, посмотрел в спокойный мрак спальни. Я точно знала, что в самом дальнем и темном углу комнаты притаилось это… Теневой паук, который своими щупальцами ощупывает все вокруг.

Беда заключалась лишь в том, что сам Максимилиан его, по всей видимости, не видел.

Чуть помедлив, он сделал шаг вперед. Кончики его пальцев окрасили в тревожный красный цвет готового атакующего заклинания.

– В углу, – подсказала я. – Самом дальнем и темном.

Лорд Детрейн послушно скользнул в указанную сторону. Чары по-прежнему плясали на его пальцах, готовые в любой момент сорваться в недолгий смертельный полет.

Магическая искра, застывшая над моей кроватью, поднялась выше и загорелась сильнее, повинуясь легкому движению руки Максимилиана. Теперь она осветила и тот проклятый угол, где я видела нечто. Но сейчас он был абсолютно пуст.

– Хельга, детка, тут ничего нет, – снисходительно обронил лорд Детрейн и повернулся ко мне.

В этот момент искорка мигнула – и погасла, погрузив комнату в кромешный мрак. Я успела заметить, как тьма за спиной лорда взбурлила. Поднялась высокой волной, грозясь в любой миг обрушиться и погрести мужчину под собой.

– Осторожнее! – перепуганно взвизгнула.

Один крохотный миг полнейшей темноты – и вдруг воздух располосовали тысячи ярчайших искр. Они осветили что-то огромное напротив Максимилиана. Но это что-то быстро уменьшалось в размерах под градом атакующих заклинаний.

Искорка опять вспыхнула над кроватью. Поднялась под потолок, и я с немалым облегчением перевела дыхание, обнаружив, что все время недолгого поединка не дышала вовсе.

Потому что комната теперь была пуста. По-настоящему пуста. Ну, если не считать лорда Детрейна. Главное – в ней я больше не ощущала присутствия ничего потустороннего и жуткого.

Лорд стоял по центру спальни и настороженно оглядывался, как будто ожидал нового нападения.

– Оно ушло, – поторопилась я сказать. – Я больше не чувствую запаха гнили.

– Понятно, – обронил Максимилиан.

Еще раз обвел комнату настороженным взглядом и подошел ко мне.

– Что это было? – засыпала я его встревоженными вопросами. – Почему оно напало на меня?

– Тебе лучше знать о том, что это было, – нехотя обронил Максимилиан. – Полагаю, призрак пришел познакомиться с новой обитательницей моего дома.

– Призрак? – Я недоверчиво покачала головой. – Но обычно они не ведут себя так.

– Я не думаю, что у тебя слишком большой опыт общения с призраками, – снисходительно проговорил лорд Детрейн. – И тем более ты вряд ли до сего момента встречалась с неупокоенным духом человека, который почти всю свою жизнь занимался изучением некромантии.

– Некромантии? – изумленно переспросила я.

– Я говорю о своем отце, – пояснил Максимилиан. – Он погиб именно в этой комнате. Покончил с собой, если быть точным. Его нашли повешенным как раз в том углу.

– О, – протянула я. – Мои соболезнования.

– Это произошло много лет назад, Хельга. – Максимилиан пожал плечами. – И, честно говоря, до сего момента я и не подозревал, что его душа так и не нашла дорогу в мир теней. Призрак никогда не давал о себе знать.

– Наверное, не хотел окончательно развоплощения, – предположила я.

– В смысле? – переспросил Максимилиан. – Хельга, по-моему, все неупокоенные души мечтают лишь о покое.

– Не все. – Я несогласно покачала головой. – Некоторые мечтают лишь о мести. И ради этого готовы пожертвовать своим загробным существованием.

Лорд Детрейн чуть сдвинул брови. Открыл было рот, как будто собираясь возразить. Но в последний момент передумал.

– Ладно, предлагаю продолжить наш разговор утром, – сказал прохладно. – Слишком поздно для рассуждений подобного толка.

Сделал несколько шагов по направлению к двери, явно желая уйти.

– Я здесь не останусь! – испуганно выпалила я. Ни о чем ином не думая, мгновенно преодолела расстояние между нами. Изо всей сил прижалась к теплому боку мужчины. Да с такой силой, что он негромко охнул. Прошептала: – Ни за что! Вы не уничтожили призрака. Да, он ушел. Но в любой момент может вернуться.

– Я не настаиваю, – со слабой улыбкой ответил лорд Детрейн. – Но в таком случае тебе придется переселиться в ту спальню, которую Дороти приготовила для тебя в самом начале.

Я насупилась, вспомнив то неприятное обстоятельство, что она была смежной со спальней лорда.

– И не переживай, в ней-то точно никто не умирал, – поторопился добавить Максимилиан, неверно истолковав хмурое выражение моего лица.

Вообще-то, я переживала о другом. Но решила ничего не говорить, вспомнив, с какой едкой насмешкой лорд Детрейн отреагировал в прошлый раз на мой страх, что он позволит себе что-то лишнее в мой адрес.

Лучше вообще больше никогда не поднимать эту тему. А то эдак он может подумать, что я, напротив, набиваюсь в его содержанки.

– Думаю, так действительно будет правильнее всего, – тихо проговорила я, кинув очередной опасливый взгляд в угол.

Сейчас он был ярко освещен. И ничто в обстановке не напоминало о жутких мгновениях, которые мне пришлось пережить всего несколько минут назад.

На губах лорда заиграла насмешливая ухмылка, как будто его чем-то повеселило мое согласие. Но он ничего не сказал. Вышел в коридор и плотно закрыл за собой дверь.

– Кстати, премиленькая сорочка, – обронил он, смерив меня внимательным взглядом с головы до ног и обратно.

Я привычно вспыхнула от смущения. Зябко обхватила себя руками, пытаясь прикрыться от его глаз, на дне которых прыгали веселые искорки.

– Наверное, впервые в жизни встречаю девушку, которая умеет так искренне и быстро краснеть.

Лорд Детрейн хихикнул, но почти сразу посерьезнел. Поманил меня пальцем и отправился передо мной, показывая дорогу.

Нам пришлось спуститься на второй этаж особняка. Надо же. Не думала, что умею настолько громко кричать, раз сумела дозваться до Максимилиана с такого расстояния.

– У вас удивительно невозмутимые слуги, – заметила я, пока шла по извилистому коридору вслед за лордом.

– То есть? – отрывисто переспросил он.

– Ну, судя по всему, орала я очень громко, – пояснила я. – Раз вы услышали меня даже на другом этаже. Но почему кроме вас никто не поторопился проверить, что происходит?

Лорд Детрейн остановился. Да так резко, что я по инерции чуть не врезалась ему в спину. В свою очередь замерла, гадая, не ляпнула ли чего-нибудь непозволительного.

– Кстати, хороший вопрос, Хельга, – обронил он, глянув на меня через плечо. – Очень хороший.

После чего опять двинулся вперед.

До самой двери розовой спальни он не проронил ни слова. Помалкивала и я, опасаясь лишний раз привлекать к себе внимание темного лорда.

Первым в комнату вошел именно Максимилиан. Повинуясь его небрежному движению руки, в воздухе загорелось несколько магических ламп. Под их ровным и ярким светом в спальне не осталось ни единого темного пятнышка.

Максимилиан несколько раз глубоко втянул в себя воздух, как будто принюхиваясь к чему-то. Обошел всю комнату по периметру. Тронул занавески, словно проверяя, не прячется ли кто за ними. Неожиданно нагнулся и заглянул даже под кровать.

– Тут точно нет никаких чудовищ и ничего потустороннего, – наконец, вынес он свой вердикт. – Ручаюсь в этом.

И только после этого я осмелилась пересечь порог комнаты. В свою очередь замерла, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям.

Но да. Лорд Детрейн был прав. В этой комнате я чувствовала себя абсолютно спокойно и защищенно. Если тут и были призраки, то они слишком хорошо спрятались.

– Спокойной ночи, Хельга. – Максимилиан тепло улыбнулся мне. Неожиданно прикрыл рот ладонью, сцедив в нее зевок, и добавил с иронией: – Уж не думал я, ложась сегодня спать, что ночь выдастся настолько богатой на события.

– Простите, – на всякий случай извинилась я.

– Не понимаю, за что ты просишь прощения? – мягко переспросил Максимилиан. – За то, что ты позвала меня на помощь, перепуганная до смерти? О нет, Хельга. Это мне надо молить о твоем прощении. Но, честное слово, я даже не подозревал, что мой отец еще способен послать весточку из того мира.

Не дожидаясь моего ответа, выскользнул в коридор.

– Спокойной ночи, – повторил негромко.

После чего закрыл за собой дверь.

Почти сразу я услышала приглушенный шум из-за стены. Видимо, Максимилиан вернулся к себе.

Если честно, глаза слипались зверски. Я очень хотела спать. Поэтому сразу же легла, накрылась одеялом и погасила лампы, оставив лишь одну в качестве ночника.

Заснула я, по-моему, даже прежде того, как моя голова коснулась подушки. Хвала всем богам – без всяких кошмаров об алчущих мести душ неупокоенных.

Глава шестая

Проснулась я резко, как будто меня кто-то окликнул. Но некоторое время лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к тому, что творилось вокруг.

Сердце по какой-то причине то и дело испуганно замирало. Под ложечкой неприятно ныло от смутной тревоги.

Вокруг царила полнейшая тишина. Я почти успокоилась, как услышала тихий скрип паркета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.